ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

20.01.2020

Дело № А40-79623/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13.01.2020

Полный текст постановления изготовлен  20.01.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.

судей: Закутской С.А., Зеньковой Е.Л.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 25.11.2019; ФИО3 – дов. оот 29.03.2019

от ФИО4 – ФИО5 – дов. от 27.05.2019

в судебном заседании 13.01.2020 по рассмотрению кассационных жалоб ФИО1 и ФИО4

на определение от 17.06.2019

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 26.08.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда, 

по заявлению конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Камышинский литейно-ферросплавный завод» о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 375 108 232 руб. 71 коп.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Камышинский литейно-ферросплавный завод», 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 18.05.2017 принято к производству заявление ФИО6 о признании закрытого акционерного общества «Камышинский литейно-ферросплавный завод» (далее – ЗАО «КЛФЗ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2017 в отношении ЗАО «КЛФЗ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2018 ЗАО «КЛФЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (далее – конкурсный управляющий).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 85 от 19.05.2018.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 (далее – ФИО4) и ФИО1 (далее – ФИО1) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 375 108 232 руб. 71 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2019, заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено, производство по заявлению в части рассмотрения вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО4 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 ссылается на нарушение норм материального права, утверждая, что судами применена неверная редакция Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

Так, ФИО1 указывает, что факт исполнения им обязанности по передаче конкурсному управляющему документации общества подтвержден представленными в материалы дела доказательствами, в частности, реестрами (описями) о передаче документов, а также постановлением судебного пристава-исполнителя по Кировскому району города Томска от 27.03.2019 об окончании исполнительного производства, в связи с добровольным исполнением ФИО1 судебного акта в части передачи бухгалтерской и иной документации должника, печати, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Кроме того, ФИО1 утверждает, что вывод судов о затруднительности проведения процедуры банкротства вследствие отсутствия документации должника не основан на доказательствах.

Также, ФИО1 полагает неправомерными и не основанными на нормах права выводы судов о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче в суд заявления о признании должника банкротом. Так, ФИО1 обращает внимание на то, что судами не определена точная дата возникновения такой обязанности, а ссылка судов на некий период (2012-2015, 2016 гг.) носит абстрактный неопределенный характер.

Кроме того, ФИО1 отмечает, что исполнял обязанности руководителя ЗАО «КЛФЗ» начиная с 26.04.2017. При этом, запись о смене генерального директора общества в ЕГРЮЛ была внесена 15.05.2017 (в установленный законом срок), ввиду чего ФИО1 не имел объективной возможности ранее указанной даты исполнить обязанность по публикации уведомления об обращении в арбитражный суд с заявлением.

При этом, 28.04.2017 в арбитражный суд уже поступило заявление кредитора о признании ЗАО «КЛФЗ» несостоятельным (банкротом), которое определением от 18.05.2017 было принято к производству.

Также, ФИО1 полагает, что судом апелляционной инстанции допущено нарушение норм процессуального права, выразившееся в неправомерном отклонении ходатайства о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации.

ФИО4 также не согласен с выводами судов о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче в суд заявления о признании должника банкротом, ссылаясь на то, что фактически вся хозяйственная деятельность общества контролировалась ФИО1, что подтверждено, в частности, материалами уголовного дела.

По тем же основаниям ФИО4 не согласен и с выводами судов о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности за совершение сделок, причинивших должнику вред, указывая на то, что заключение договоров с ООО «Метсервис», ООО «СФНЗ» и ООО «ТЭК» было одобрено протоколами общего собрания от 24.09.2013 и от 10.10.2016.

ФИО4 также обращает внимание на то, что судами не установлена точная дата возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании его банкротом.

Также, ФИО4 не согласен с размером субсидиарной ответственности.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

От ФИО1 поступило ходатайство о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации о соответствии Конституции Российской Федерации (статьям 18, 19, 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 46 (части 1 и 2), 47 (часть 1), 49 (часть 1), 55 (часть 3) и 118 (часть 2)) статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Представитель ФИО4 оставил разрешение ходатайства на усмотрение суда.

Арбитражный суд округа, выслушав мнение сторон, рассмотрев ходатайство об обращении в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности положений статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, считает его подлежащим отклонению, поскольку не усматривает неконституционности и правовой неопределенности в применении при разрешении данного обособленного спора законодательных норм.

От ФИО1 также поступили письменные пояснения, которые подлежат возврату, поскольку суд кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не наделен полномочиями по сбору, исследованию и оценке доказательств. Поскольку письменные пояснения поступили в электронном виде, указанный документ в адрес ФИО1 почтой не направляется.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО1 и ФИО4 поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Судами установлено, что в период с 10.10.2004 по 25.04.2017 обязанности генерального директора ЗАО «КЛФЗ» исполнял ФИО4, а начиная с 26.04.2017 до даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства - ФИО1, одновременно также являвшийся его мажоритарным акционером.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

При этом, по смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как усматривается из обжалуемых судебных актов, заявляя о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий ссылался на неисполнение указанными лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), совершение указанными лицами 26.01.2015, 12.01.2016 и 29.09.2016 сделок, приведших к неплатежеспособности должника, а также неисполнение ФИО1 обязанности по передаче первичной документации общества конкурсному управляющему, которая возникла у него после введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (07.05.2018).

Таким образом, поскольку сделки, на которые ссылается конкурсный управляющий, совершены должником до 01.07.2017, к рассматриваемым правоотношениям, как правильно указывают заявители кассационной жалобы, по указанному основанию подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие до вступления в силу редакции Закона № 266-ФЗ, то есть в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если  в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Судами установлено, что ЗАО «КЛФЗ» был совершен ряд сделок, повлекших неплатежеспособность должника, а именно:

1. 26.01.2015 между ЗАО «КЛФЗ» (покупатель), в лице генерального директора ФИО4, и ООО «Метсервис» (поставщик) был заключен заведомо фиктивный договор поставки № 26/01-15, в рамках которого сторонами были составлены товарные накладные о поставке товара в пользу должника на сумму 266 399 023 руб. 50 коп. При этом, в действительности поставка товара в адрес ЗАО «КЛФЗ» не осуществлялась, сторонами сделки был создан искусственный документооборот в целях  наращивания кредиторской задолженности должника. Изложенные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2017 по настоящему делу.

2. 12.01.2016 между ЗАО «КЛФЗ» (покупатель), в лице генерального директора ФИО4, и ООО «СФНЗ» (поставщик) был заключен заведомо фиктивный договор поставки, в рамках которого сторонами были составлены товарные накладные о поставке товара в пользу должника на сумму 418 053 569 руб. 22 коп. При этом, в действительности поставка товара в адрес ЗАО «КЛФЗ» не осуществлялась, сторонами сделки был создан искусственный документооборот в целях наращивания кредиторской задолженности должника. Изложенные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2017 по настоящему делу.

3. 29.09.2016 между ЗАО «КЛФЗ» (цессионарий), в лице генерального директора ФИО4, и ООО «ТЭК» (цедент), в лице генерального директора ФИО1, был заключен договор уступки права требования к ООО «Стратфорд Рус» на сумму 250 000 000 руб. 00 коп. Цена уступаемого права требования была согласована сторонами в том же размере – 250 000 000 руб.00 коп., из которых должником было выплачено 71 495 856 руб. 00 коп.

При этом, на дату совершения сделки ФИО1 одновременно являлся участником ЗАО «КЛФЗ» и участником и генеральным директором ООО «ТЭК». Кроме того, при заключении с Банком ГПБ (АО) кредитного соглашения должник указал, что входит в одну группу лиц «Субхолдинг «КЛФЗ» наряду с ООО «ТЭК» и ООО «ВМК». Таким образом, суды пришли к выводу о том, что сделка совершена между заинтересованными лицами, а ФИО1, кроме прочего, является и фактическим выгодоприобретателем по сделке.

Суды обеих инстанций, исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив условия совершенной сделки, пришли к выводу о том, что она не имела никакой экономической ценности для должника, поскольку фактически по номинальной стоимости без возможности получения процентного дохода должнику были уступлены права требования к неплатежеспособному ООО «Стратфорд Рус» и, более того, сам переход прав требования был поставлен в зависимость от осуществления указанным обществом в пользу ООО «ТЭК» платежа в размере 300 000 000 руб. 00 коп. в счет исполнения обязательства по первоначальной сделке.

При таких обстоятельствах, суды пришли к выводу о том, что согласованные действия контролирующих должника лиц имеют признаки злоупотребления правом, повлекли банкротство ЗАО «КЛФЗ» и были направлены на искусственное создание кредиторской задолженности должника.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованному и правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи совершением указанными лицами сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов.

Применение судами неверной редакции Закона о банкротстве в указанной части не повлекло к принятию неправильного судебного акта, поскольку положение аналогичное статье 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ) содержалось и в статье 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ).

Доводы кассационной жалобы ФИО4 о том, что ведение всей хозяйственной деятельности должника определялось ФИО1, не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов в указанной части, поскольку все приведенные конкурсным управляющим сделки подписаны от имени ЗАО «КЛФЗ» генеральным директором ФИО4, что им не оспаривается.

Доводы кассационной жалобы ФИО1 о том, что нормами абзаца третьего  пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) не предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности акционера общества, заявлены без учета положений статьи 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», в соответствии с которой высшим органом управления общества является общее собрание акционеров, а также без учета того, что судами установлено, что ФИО1 не только являлся мажоритарным акционером должника, но и генеральным директором и учредителем контрагента по сделке.

Обязанность у ФИО1 по передаче бухгалтерской и иной документации общества конкурсному управляющему возникла с даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства – 07.05.2018, то есть после 01.07.2017, ввиду чего в отношении заявленного конкурсным управляющим основания о неисполнении такой обязанности подлежат применению положения Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Судами установлено, что 04.07.2018 в связи с неисполнением ФИО1 решения Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2018 в части обязания передать документацию должника судом был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение судебного акта.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и, установив, что отсутствие первичной документации общества привело к существенному затруднению процедур банкротства, пришли к обоснованному и правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Доводы кассационной жалобы со ссылкой на представленные в материалы дела описи и постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства не опровергают выводов суда апелляционной инстанции о том, что первичная документация по дебиторской задолженности должника (в том числе задолженность ООО «Стратфорд» в размере 250 000 000 руб. 00 коп., ПАО «ТКБ Банк» в размере 20 200 000 руб. 00 коп., ООО «СФНЗ» в размере 10 300 000 руб. 00 коп.) конкурсному управляющему не передана, что повлекло невозможность ее взыскания в судебном порядке.

Как указал суд апелляционной инстанции, в представленных в материалы дела описях и актах приема-передачи указанные документы в перечне отсутствуют.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, арбитражный суд округа находит обоснованными доводы кассационных жалоб ФИО4 и ФИО1 о неправомерности их привлечения к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ) неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей  9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в  редакции Закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (как в редакции Закона № 134-ФЗ, так и редакции Закона № 266-ФЗ) установлен перечень оснований, при которых у руководителя должника возникает обязанность по обращению в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как правильно указывают заявители кассационных жалоб, по смыслу приведенных норм права, а также принимая правила определения размера ответственности, суду при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по данному основанию надлежит установить точную дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением.

Между тем, в обжалуемых судебных актах суды лишь привели показатели финансовой деятельности должника за период с 2012 по 2015, не сделав при этом вывода о том, когда именно и в связи с каким из предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве оснований у руководителя должника возникла обязанность по подаче в суд заявления о признании ЗАО «КЛФЗ» несостоятельным (банкротом).

Кроме того, являются обоснованными доводы ФИО1 о том, что с учетом даты его назначения генеральным директором (26.04.2017) учитывая, что запись о смене генерального директора общества в ЕГРЮЛ была внесена 15.05.2017 и даты принятия судом к производству заявления кредитора о признании ЗАО «КЛФЗ» несостоятельным (банкротом) - 18.05.2017, которое поступило в суд 28.04.2017 у него отсутствовала объективная возможность и необходимость по обращению в суд с соответствующим заявлением.

Вместе с тем, поскольку арбитражным судом округа признаны обоснованными выводы судов о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества по иным основаниям, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению в силе с исключением выводов о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в суд заявления о признании должника банкротом.

Доводы кассационной жалобы ФИО4 в отношении размера субсидиарной ответственности отклоняются арбитражным судом округа, как не имеющие правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора, поскольку вопрос об определении размера ответственности приостановлен судом до окончания расчетов с кредиторами.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении ходатайства ФИО1 о направлении запроса в Конституционный суд Российской Федерации отказать.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2019 по делу № А40-79623/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                        Л.В. Михайлова

 

Судьи:                                                                                    С.А. Закутская 

 

Е.Л. Зенькова