Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-3290/2021

05 мая 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен 05 мая 2022 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Скубаева А.И.,

судей: Железняк Е.Г., Ламанского В.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ответчика – публичного акционерного общества Банк ВТБ на решение Арбитражного суда Красноярского края от 15 декабря 2021 года по делу № А33-3290/2021 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 25 февраля 2022 года по тому же делу,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ЯР» (ОГРН: 

<

***>,                 ИНН: 

<

***>, далее – ООО «ЯР», истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к публичному акционерному обществу Банку «ВТБ»                         (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, далее – Банк, ответчик) о признании действий Банка по переводу с 01.12.2020 кредитного соглашения № 

<

***> от 05.06.2020 на «период погашения по соглашению» неправомерными, а переход с 01.12.2020 указанного кредитного соглашения на «период погашения по соглашению» – несостоявшимся.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 25 октября 2021 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство экономического развития Российской Федерации (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, далее – Минэкономразвития).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 15 декабря 2021 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25 февраля 2022 года, иск удовлетворен.

Судебные акты приняты со ссылкой на статьи 309, 310, 422, главу 29 Гражданского кодекса Российской Федерации, статью 29 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках), пункты 1, 2-4, 11, 24 Правил предоставления субсидий из федерального бюджета российским кредитным организациям на возмещение недополученных ими доходов по кредитам, выданным в 2020 году юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям на возобновление деятельности, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16.05.2020 № 696 (далее – Правила № 696), пункт 2.2 статьи 11 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее – Закон № 27-ФЗ).

Банк, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу новое решение об отказе в иске.

Заявитель кассационной жалобы ссылается на правомерность своих действий по переводу с 01.12.2020 кредитного соглашения № 

<

***> от 05.06.2020 на «период погашения по соглашению» и полагает, что для расчета процента снижения численности работников ему следовало использовать данные апреля, а для расчета суммы кредита – данные мая месяца.

ООО «ЯР» в отзыве на кассационную жалобу заявило о своем согласии с обжалуемыми судебными актами. 

Минэкономразвития отзыв на кассационную жалобу не представило.

ООО «ЯР» ходатайствовало о кассационном рассмотрении дела без участия его представителей.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается без их участия.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и норм процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а также с учетом доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзыве на нее, Арбитражный суд                        Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

При рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций установлено, что между сторонами заключен кредитный договор                                                         № 

<

***> от 05.06.2020, по условиям которого истцу предоставлен кредит несколькими платежами: 30.06.2020 на сумму 7 737 848 рублей, 07.08.2020 на сумму 3 868 924 рубля, 23.09.2020 на сумму 3 868 924 рублей, 26.10.2020 на сумму                        7 737 848 рублей. Лимит выдачи кредита составил 23 213 544 рубля (пункт 3.1 договора).

Вышеуказанный кредитный договор предусматривает различные режимы (совокупность условий) исполнения обязательств по договору в зависимости от периода пользования кредитом и соблюдения определенных условий, установленных договором. Такие режимы обозначены в договоре как «базовый период», «период наблюдения», «период погашения». Из кредитного договора следует, что различие между указанными режимами состоит в размере применяемой ставки кредитования, а также в порядке и сроках погашения задолженности.

Согласно пункту 1.1 договора базовый период – период с даты заключения договора по 30.11.2020 (включительно), период наблюдения – период с 01.12.2020 по 31.03.2021 (включительно). Период погашения – период либо с 01.12.2020 по 01.03.2021 (включительно) либо с 01.04.2021 по 30.06.2021 (включительно) в зависимости от выполнения (невыполнения) истцом условий для перехода на период наблюдения. В первом случае период погашения наступает, если условия перехода на период наблюдения не соблюдены, а во втором – если такие условия соблюдены.

В этом же пункте предусмотрено два условия для перехода на период наблюдения:

- численность работников заемщика в течение базового периода на конец каждого отчетного месяца составила не менее 80% численности работников заемщика по состоянию на 01.06.2020;

- в отношении заемщика по состоянию на 25.11.2020 не введена процедура банкротства, деятельность заемщика не приостановлена в порядке, предусмотренном законодательством, а заемщик – индивидуальный предприниматель не прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

Согласно пунктам 6.1.1 и 6.1.2 кредитного договора в течение периода погашения размер процентной ставки по кредиту составляет 9% годовых, а в период в базовый период и период наблюдения – 2% годовых.

Пунктом 7.1 кредитного договора предусмотрено, что заемщик обязан произвести погашение основного долга, включая проценты, причисленные к сумме основного долга в соответствии с пунктами 6.5.1, 6.5.2, 6.5, ежемесячно равными долями в течение периода погашения с учетом нескольких вариаций. Одним из предусмотренных вариантов является осуществление платежей заемщиком 28.12.2020, 28.01.2021 и 01.03.2021 в случае, если не был осуществлен переход на период наблюдения. При этом кредитор до 30.11.2020 направляет заемщику уведомление о переводе соглашения на период погашения.

Различие в порядке начисления процентов в перечисленных периодах (базовый, наблюдение, погашение) установлены в пунктах 6.5.1-6.5.3. В базовый период и период наблюдения используется льготная ставка (2% годовых); проценты не оплачиваются до окончания периода; по окончанию периода начисленные проценты включаются в сумму основного долга. В период погашения используется стандартная ставка (9% годовых); проценты уплачиваются ежемесячно 21 числа каждого месяца, начиная с даты начала периода погашения.

02.12.2020 ответчик направил истцу уведомление № 1528/785009, согласно которому сообщалось, что кредитный договор с 01.12.2020 будет переведен на период погашения в связи с невыполнением условий перехода на период наблюдения с применением последствий, предусмотренных пунктами 6.1.2, 7.1 кредитного договора. В уведомлении указано на необходимость произвести платежи в счет погашения ссудного долга и процентов 28.12.2020, 28.01.2021, 01.03.2021.

В последующем на основании пункта 12.1 договора ответчиком с банковского счета истца списаны денежные средства: 21.12.2020 в размере 120 483 рубля 50 копеек в счет погашения процентов по кредиту; 28.12.2020 в размере 7 777 241 рубль 97 копеек в счет погашения ссудного долга; 21.01.2021 в размере 98 996 рублей 75 копеек в счет погашения процентов по кредиту; 28.01.2021 в размере 7 777 241 рубль 97 копеек в счет погашения ссудного долга.

Согласно сведениям, предоставленным в Пенсионный фонд РФ, численность работников истца в 2020 г. составляла: в мае – 186 чел., в июне – 154 чел., в июле – 169 чел., в августе – 215 чел., в сентябре – 221 чел., в октябре – 229 чел., в ноябре – 224 чел.

Согласно протоколу проверки отчетности по форме СЗВ-М за май 2020 г. сведения за май были переданы в Пенсионный фонд Российской Федерации 08.06.2020.

Истец направил ответчику письмо от 09.12.2020, в котором просил отозвать вышеуказанное уведомление о переходе на период погашения. Также истец направил ответчику письмо от 21.12.2020, в котором просил разъяснить причины перехода на период погашения. В ответ истцу направлено письмо от 30.12.2020 № 8868/485/20, согласно которому причиной перехода на период погашения послужило снижение численности работников истца в июне 2020 г. ниже 80% по сравнению с численностью работников в апреле 2020 г.

В связи с изложенными обстоятельствами истец направил ответчику претензию с требованием перевести соглашение на период наблюдения и возвратить списанные денежные средства.

Фактически, истец оспаривает действия контрагента по изменению условий исполнения гражданско-правовой сделки, и просит суд вернуть сторон сделки к ее правильному исполнению.

Статья 309 Гражданского кодекса Российской Федерации запрещает односторонний отказ от исполнения обязательства, изменение его условий или ненадлежащее исполнение взятой на себя обязанности.

Истец полагал, что ответчик в нарушение условий договора во взаимоотношениях с истцом необоснованно стал применять режим условий – период погашения, тогда как, по мнению истца, применяться должен режим – период наблюдения. Различие в позициях сторон состоит в том, что истец сравнивал показатели численности работников за июнь с маем 2020 г., а ответчик – за июнь с апрелем 2020 г. Показатель за июнь 2020 г. в данном случае является сравниваемым. В первом случае снижение численности составило не ниже 80%, а во втором – ниже указанного предела. Соответственно, разногласия построены на том, что в первом случае отсутствует основание для перехода на период погашения, а во втором – такое основание имеется.

Из пункта 1 Правил № 696 следует, что данный нормативно-правовой акт устанавливает цель, условия и порядок предоставления субсидий из федерального бюджета российским кредитным организациям на возмещение недополученных ими доходов по кредитам, выданным в 2020 году юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям на возобновление деятельности.

Субсидия предоставляется Министерством экономического развития Российской Федерации кредитным организациям, соответствующим предъявляемым требованиям и представляет собой источник возмещения затрат либо в связи с предоставлением кредита по льготной ставке в размере, предусмотренном Правилами, либо в связи со списанием задолженности по кредитному договору, произведенным в порядке и размере, которые установлены Правилами (пункты 2-4 Правил).

При этом такая субсидия предоставлялась при заключении кредитного договора с заемщиком, который должен был соответствовать предъявляемым Правилами требованиям. В частности, заемщик должен по состоянию на дату обращения к получателю субсидии быть включен в реестр социально ориентированных некоммерческих организаций, получающих меры поддержки с учетом введения ограничительных мер в связи с распространением новой коронавирусной инфекции, который ведется уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, либо осуществлять деятельность в одной или нескольких отраслях по перечню отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. № 434 «Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции», либо в одной или нескольких отраслях по перечню отраслей российской экономики, требующих поддержки для возобновления деятельности, согласно приложению № 2.

Из указанных положений следует, что разработанные Правила субсидирования имели социально-ориентированную направленность в условиях возникновения серьезного экономического ущерба, причиненного пандемией. Пандемия, вызванная распространением новой короновирусной инфекцией (COVID-19), повлекла проблемы в экономической сфере, требующие государственной поддержки, одной из форм которой является разработанный Правительством Российской Федерации механизм субсидирования, порядок осуществления которого изложен в вышеупомянутых Правилах. Суть поддержки состояла в том, чтобы создать благоприятные условия для заемщиков, соответствующих критериям, предусмотренным Правилами, позволяющие нивелировать негативные экономические последствия пандемии, создать предпосылки для преодоления кризиса, восстановления финансового положения и возобновления деятельности. Участие публичной власти в механизме субсидирования заключается в том, что публичная власть взяла на себя бремя возмещения расходов кредитным организациям, обеспечивая заемщикам получение кредитов по льготной ставке кредитования.

Условия договора, касающиеся численности работающих лиц на разные даты и предусматривающие различные режимы (совокупность условий) исполнения обязательств по договору в зависимости от периода пользования кредитом и соблюдения определенных условий, влияющих размер применяемой ставки кредитования и порядок погашения задолженности, является имплементацией положений Правил № 696.

Из пункта 11 и 24 Правил № 696 следует, что численность работников заемщика является значимым показателем, который учитывается для определения максимальной суммы кредитного договора. А также после получения кредита поддержание данного показателя контролируется кредитной организацией.

В пункт 11 Правил постановлением Правительства РФ от 30.11.2020 № 1976 были внесены изменения. В соответствии с новой редакцией Правил (редакция № 3), кредитный договор (соглашение) должен быть переведен получателем субсидии на период погашения по кредитному договору (соглашению) по окончании базового периода кредитного договора (соглашения) в любом из следующих случаев:

1) численность работников заемщика, за исключением заемщиков, обратившихся к получателю субсидии до 25 июня 2020 г., в течение базового периода кредитного договора (соглашения) на конец одного или нескольких отчетных месяцев по состоянию на 25 ноября 2020 г. составила менее 80 процентов численности работников заемщика, определенной при расчете максимальной суммы кредитного договора (соглашения) в соответствии с пунктом 24 настоящих Правил;

2) численность работников заемщика, обратившегося к получателю субсидии до 25 июня 2020 г., в течение базового периода кредитного договора (соглашения) на конец одного или нескольких отчетных месяцев по состоянию на 25 ноября 2020 г. составила менее 80 процентов численности работников заемщика, определенной исходя из сведений о застрахованных лицах, поданных заемщиком в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по итогам мая 2020 г., если численность работников заемщика по итогам мая 2020 г. составила менее 80 процентов численности работников заемщика, определенной при расчете максимальной суммы кредитного договора (соглашения) в соответствии с пунктом 24 настоящих Правил, либо исходя из сведений о численности работников заемщика, определенной при расчете максимальной суммы кредитного договора (соглашения) в соответствии с пунктом 24 настоящих Правил, если численность работников заемщика по итогам мая 2020 г. составила 80 или более процентов численности работников заемщика, определенной при расчете максимальной суммы кредитного договора (соглашения) в соответствии с пунктом 24 настоящих Правил.

Смысл произведенных изменений состоял в том, что к моменту начала проведения кредитными организациями мониторинга по соблюдению условий для перевода кредитных договоров на период наблюдения, Постановлением Правительства Российской Федерации были уточнены положения Правил с тем, чтобы внести правовую определенность относительно применения пунктов 11 и 24 Правил к заемщикам, в зависимости от периода заключения кредитного договора и отчетного периода использованных получателем субсидии (кредитной организации) данных о численности работников заемщика. Необходимость корректировки Правил была обусловлена тем, что положения Правил в их изначальной редакции позволили заключать кредитные договоры с 01.06.2020.

Между тем согласно пункту 2.2 статьи 11 Закона № 27-ФЗ сведения о работниках подаются в органы Пенсионного фонда Российской Федерации ежемесячно не позднее 15-го числа месяца, следующего за отчетным периодом – месяцем, в по форме СЗВ-М, утв. постановлением Правления ПФ РФ от 15.04.2021 № 103п. С учетом этого возможны две ситуации заключения кредитного договора в зависимости от того имеются ли в информационном сервисе ФНС РФ на день обращения к кредитной организации за получением кредита сведения о работниках заемщика за май 2020 г. Если заемщик обратился с заявкой на получение кредита после внесения в информационный сервис сведений о численности работников за май 2020 г., то указанные сведения подлежали учету при определении максимальной суммы кредита и последующего мониторинга. Если же обращение поступило в кредитную организацию до внесения в информационный сервис сведений о численности работников за май 2020 г., то объективно последними актуальными сведениями по состоянию на 01.06.2020, которые должна учитывать кредитная организация, это сведения за апрель 2020 г.

Таким образом, истец заключил договор как раз в период действия первой редакции Правил, попав как раз в число тех исключений, в отношении которых возникла правовая неопределенность.

В дальнейшем законодатель ее устранил, внеся изменения в Правила.

В таком случае применительно к спорной ситуации, возникшей между истцом и ответчиком, суды первой и апелляционной инстанций правомерно сочли необходимым применять Правила № 696 с учетом их смысла, вытекающего из последующих изменений.

Этот же подход судебные инстанции правомерно  сочли необходимым применять и при толковании условий договора, заключенного между истцом и ответчиком. 

Согласно пункту 1.1 договора, переход к периоду наблюдения возможен, если численность работников заемщика в течение базового периода на конец каждого отчетного месяца составила не менее 80% численности работников заемщика по состоянию на 01.06.2020.

Согласно ответу ФНС РФ от 07.09.2021 на запрос суда заявка на выдачу кредита была сформирована 02.06.2020. Расчетная численность работников по сведениям из отчетности по форме СЗВ-М на дату обращения к ответчику за выдачей кредита составила 202 чел. (по сведениям за апрель 2020 г.). Сведения о численности работников истца по представленным им формам СЗВ-М совпадают с информацией, предоставленной ФНС РФ. При этом сведения за май 2020 г. были размены в информационном сервисе ФНС РФ в период с 17 по 24 июня 2020 г.

Как указал Банк в апелляционной жалобе, банком на основании запроса клиента, поступившего в адрес банка, дистанционно была автоматически сформирована заявка с запросом сведений в ФНС, где было указано, что численность работников заявителя по состоянию на апрель 2020 составляла 202 человека. Эти же сведения предоставлены и самим Клиентом. Вместе с тем, Обществом Банку представлены сведения о застрахованных лицах по форме СЗВ-М за май 2020 года (186 работников) (ходатайство общества, адресованное банку, с приложением сведений – т.2, л.д. 53-54), а также пояснения к отчету по форме СЗВМ за май 2020 с размерами районных коэффициентов и северной надбавки года для определения размера кредита, что однозначно позволило Баку определить намерения Клиента получить кредит именно исходя из этой численности, на основании чего Банком и был предоставлен кредит.

Таким образом, Банк полагает, что для расчета процента снижения численности работников ему следовало использовать данные апреля, а для расчета суммы кредита – данные мая месяца.

Данные доводы правомерно отклонены судами первой и апелляционной инстанций в связи со следующим.

Согласно ответу Центрального Банка Российской Федерации от 10.02.2021 № С59-9/3770 ответчик рассчитал лимит кредитования, исходя из показателя численности работников за май 2020 г. (186 чел.). При этом подтвержденная по данным ФНС РФ максимально возможная сумма кредита составила 24 845 634 рублей, рассчитанная исходя из показателя за апрель 2020 г. (202 чел.).

Сумма фактически выданного кредита (23 213 544 рублей).

Судебные инстанции сочли такой подход непоследовательным, противоречивым и вводящим в заблуждение вторую сторону – ООО «ЯР».

Действительно, банк вправе предоставить кредит в сумме меньшей, чем возможная максимальная сумма, рассчитанная от количества работников. Однако из материалов настоящего дела не усматривается, что банк выдал кредит с указанием на уменьшение максимальной суммы. Банк определил сумму так, как если бы исходил из данных за май, не указывая, что это лишь часть суммы, рассчитанной на основании данных за апрель.

При этом судебные инстанции обоснованно учли, что ООО «ЯР» не является профессиональным участником банковского рынка, рынка кредитования, иных смежных отраслей. Из выписки из ЕГРЮЛ в отношении общества следует, что оно создано для торговли продовольственными и непродовольственными товарами, оказания гостиничных услуг. Соответственно, в сложившихся отношениях общество является стороной, не имеющей возможности самостоятельно определить условия кредитования.

Заемщик, действительно, может согласиться на меньшую сумму – однако в настоящем случае нет доказательств того, что заемщик располагает сведениями о том, что ему выдается кредит в меньшем размере, а не в сумме, рассчитанной на основании поданных им пояснений. Заемщик действительно может отказаться от кредита на невыгодных ему условиях, и получить его в другом месте, но в данном случае заемщик, получив сумму кредита, не мог полагать, что должен руководствоваться данными апреля.

Это обстоятельство существенно влияет на выгодность кредита для заемщика – однако сведений о том, что он располагал этой информацией, в деле нет.

Судебные инстанции правомерно указали, что фактически рассчитав сумму кредита, исходя из данных о численности работников за май месяц, Банк взял именно это количество работников за основу, и соответственно в дальнейшем должен был сравнивать изменение численности работников именно с ней. Такое поведение отвечало бы принципу добросовестности и предсказуемости поведения всех сторон гражданского правоотношения.

При сравнении показателей численности работников за отчетные месяцы базового периода с тем же показателем за май 2020 г. нарушение со стороны истца не допущено. Уменьшение показателей в отчетные месяцы базового периода находится в пределах 20% от показателя за 2020 г. В случае сравнения с показателем за апрель 2020 г., то критическое снижение численности работников наблюдается в июне 2020 г. (154 чел.), что составляет 76,24% от показателя за апрель 2020 г.

Согласно пункту 24 Правил показатель численности работников используется для определения максимальной суммы кредита, а также проведения ретроспективной оценки динамики и масштаба изменчивости показателя численности работников. Исходя из содержания данного пункта Правил и придаваемого значения показателю численности работников, единственным индикатором, позволяющим ретроспективно сопоставить данный показатель за отчетные месяцы базового периода с этим же показателем, использовавшимся на момент заключения кредитного договора, является максимальная сумма кредита.

Из материалов дела и позиции ответчика следует, что максимальная сумма кредита (23 213 544 руб.), указанная в кредитном договоре была определена, исходя из сведений о численности работников за май 2020 г. Поскольку максимальная сумма кредита указана в договоре, она позволяет проверить, какие сведения использовались ответчиком при заключении договора. Объективное подтверждение тому, что ответчик определил максимальную сумму кредита по сведениям за апрель 2020 г., отсутствует в материалах дела. Поскольку ответчик при заключении кредитного договора учел сведения о численности работников за май 2020 г. у истца отсутствовали сомнения в том, что в последующем при проверке соблюдения условий для перевода договора на период наблюдения также будут учитываться сведения именно за май 2020 г. Иными словами поведение банка давало полагаться истцу на то, что сведения за май 2020 г. являются расчетными по смыслу пункта 24 Правил. Последующее направление ответчиком в адрес истца уведомления о переводе договора на период погашения вошло в противоречие с разумными ожиданиями истца относительно перевода договора на период наблюдения. В этом смысле 

При таких обстоятельствах судебные инстанции пришли к обоснованному выводу о том, что поведение Банка оказалось противоречивым и не последовательным. поскольку при заключении договора Банк исходил из одних сведений, а при проведении мониторинга – из других, в связи с чем именно Банк создал условия для возникновения рассматриваемого спора; действия Банка в результате повлекли неблагоприятные последствия для истца в виде существенного ухудшения условий кредитования; Банк при расчете суммы кредита взял сведения, не находящиеся еще в официальных источниках, а предоставленные ООО «ЯР».

При этом суды обоснованно указали на то, что истец действовал добросовестно, он уведомил Банк об изменении численности работников на май, получил кредит в сумме, рассчитанной от числа этих работников, и в дальнейшем исполнял условия договора. Представленные им сведения были достоверны и впоследствии были внесены в официальные источники информации в неизменном виде. Фактически, в последующем были подтверждены те условия, из которых исходили стороны при заключении договора.

При таких обстоятельствах судебные инстанции пришли к правомерному выводу о том, что изменение условий кредитования Банком и возложение на истца негативных последствий недобросовестного поведения ответчика недопустимо.

Согласно части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сказано, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Граждаснкого кодекса российской Федерации).

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что суды первой и апелляционной инстанций приняли справедливое и обоснованное решение применительно к обстоятельствам настоящего спора.

Доводы заявителя кассационной жалобы не опровергают выводы судов, не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела. По существу доводы жалобы направлены на переоценку установленных фактических обстоятельств, что в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд                       Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что решение Арбитражного суда Красноярского края от 15 декабря 2021 года и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 25 февраля 2022 года основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Красноярского края от 15 декабря 2021 года по делу                        № А33-3290/2021 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 25 февраля 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий 

Судьи

А.И. Скубаев 

Е.Г. Железняк 

В.А. Ламанский