АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень	Дело № А03-20021/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 23 января 2019 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего	Кадниковой О.В.,

судей					Глотова Н.Б.,

						Мельника С.А. –

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу Твердохлебова Константина Александровича на определение Арбитражного суда Алтайского края от 10.08.2018 (судья Кириллова Т.Г.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2018 (судьи Логачёв К.Д., Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) по делу № А03-20021/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Маяк» (658561, Алтайский край, Мамонтовский район, село Мамонтово, улица Партизанская, 162, ИНН 2257005043, ОГРН 1072261001890), принятые в рамках обособленного спора по заявлению Твердохлебова Константина Александровича о признании недействительной сделки, оформленной товарной накладной от 25.10.2013 № 12, по поставке индивидуальным предпринимателем Сушковым Вячеславом Александровичем (ИНН 226601784380, ОГРНИП 306226111600024) в адрес общества с ограниченной ответственностью «Маяк» ритуальных принадлежностей на сумму 1 669 964 руб.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – Хлёсткина Татьяна Александровна.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Маяк» (далее по тексту – общество «Маяк», должник) его конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Теплосеть-1» (далее по тексту – общество «Теплосеть-1»), заменённый впоследствии процессуальным правопреемником – Твердохлебовым Константином Александровичем, обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании недействительной сделки, оформленной товарной накладной от 25.10.2013 № 12, по поставке должнику индивидуальным предпринимателем Сушковым Вячеславом Александровичем (далее по тексту – Сушков В.А.) ритуальных принадлежностей на сумму 1 669 964 руб.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 10.08.2018, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2018, в удовлетворении заявления отказано.

Твердохлебов К.А. обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение арбитражного суда от 10.08.2018 и постановление апелляционного суда от 16.10.2018, удовлетворить заявление.

Податель жалобы, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) и пункт 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», опровергает вывод судов об истечение срока исковой давности для оспаривания сделки должника, указывает на то, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано только в процедурах внешнего управления или конкурсного производства, в данном случае после признания должника банкротом и открытия конкурсного производства решением арбитражного суда от 16.01.2017, притом, что кредитор обратился в суд с рассматриваемым заявлением 07.03.2017, то есть спустя три месяца после открытия конкурсного производства.

Утверждая о мнимости оспариваемой сделки, кассатор ссылается на документы должника (пояснительные записки по результатам финансово-хозяйственной деятельности за январь – декабрь 2013 года и за январь – декабрь 2014 года, форма статистической отчётности за 2014 год), согласно которым кредиторская задолженность общества «Маяк» на конец 2013 года составляла всего 1 081 000 руб., тогда как размер задолженности только перед Сушковым В.А. по оспариваемой товарной накладной от 25.10.2013 должен был составлять 1 669 964 руб., данная задолженность отсутствует и по состоянию на конец 2014 года.

Кроме этого, податель жалобы указывает на отсутствие в товарно-транспортных накладных, представленных в материалы дела, оттисков печати общества «Маяк», что, по мнению кассатора, свидетельствуют о получении товарно-материальных ценностей физическим лицом – Струковым А.П., подписавшим документы, а не должником.

Как утверждает Твердохлебов К.А., непредставление Сушковым В.А. в материалы дела подлинника товарной накладной от 25.10.2013 № 12 лишило его возможности заявить о фальсификации доказательств и ходатайствовать о назначении судебной экспертизы документа.

Податель жалобы, ссылаясь на разъяснения, данные в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», считает, что суд первой инстанции не должен был основываться лишь на свидетельских показаниях работников должника и самого Сушкова В.А., делая вывод о действительности отношений по поставке ритуальных принадлежностей в ситуации отказа сторон от представления подлинника товарной накладной.

Конкурсный управляющий обществом «Маяк» Фоноберов В.С. в отзыве на кассационную жалобу возражает против изложенных в ней доводов, просит оставить принятые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ).

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела, Сушков В.А. 15.10.2015 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании общества «Маяк» несостоятельным (банкротом), в обоснование которого им представлено решение третейского суда при некоммерческом партнёрстве «Научно-практический центр третейского разбирательства и процедур медиации» от 14.08.2015 по делу № 22-1008/2015 о взыскании с общества «Маяк» в его пользу задолженности за поставку товаров в октябре 2013 года в размере 1 669 964 руб., процентов за пользовании чужими денежными средствами за период с 16.11.2013 по 01.06.2015 в размере 238 804 руб. 85 коп. и судебных расходов по уплате третейского сбора в размере 33 349 руб. 82 коп., а также определение Арбитражного суда Алтайского края от 29.09.2015 по делу № А03-17064/2015 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 04.05.2016 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должником утверждён Фоноберов В.С., требование Сушкова В.А. в размере 1 932 118 руб. 67 коп., в том числе: 1 693 313 руб. 82 коп. основного долга, 238 804 руб. 85 коп. неустойки включено в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 28.11.2016 произведена процессуальная замена Сушкова В.А. его правопреемником – Хлёсткиной Т.А.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 16.01.2017 общество «Маяк» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим должником утверждён Фоноберов В.С.

Полагая, что сделка, на которой было основано заявление Сушкова В.А. о признании должника банкротом, является мнимой, совершённой должником с заинтересованным лицом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, кредитор обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной, а также из пропуска кредитором срока исковой давности.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает вывод судов о пропуске кредитором срока исковой давности для оспаривания сделки должника основанным на неправильном применении норм материального права – статей 181, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – Гражданский кодекс), а вывод о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной, - с неправильным распределением бремени доказывания между сторонами спора.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

Возможность подачи в суд заявления об оспаривании сделки должника помимо конкурсного управляющего (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве) также и конкурсным кредитором прямо предусмотрена в пункте 2 статьи 61.9. Закона о банкротстве, если размер кредиторской задолженности перед ним, включённой в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц. 

Твердохлебов К.А., являясь процессуальным правопреемником общества «Теплосеть-1», требование которого включено в реестр требований кредиторов общества «Маяк» определением суда от 05.09.2016, соответствует вышеприведённым условиям.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Закон о банкротстве наделяет внешнего и конкурсного управляющих правом на обращение в суд с исками, связанными с недействительностью сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным этим Законом. В таких случаях по общему правилу срок исковой давности исчисляется с момента, когда первый из этих управляющих узнал или должен был узнать о наличии предусмотренных законодательством о банкротстве особых оснований для оспаривания сделки. 

При оспаривании совершённых должником сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, специальные правила о сроках исковой давности, установленные законодательством о банкротстве (пункт 1 статьи 61.9 Закона) не применяются (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.03.2012 № 15051/11 по делу № А41-25081/09).

В рассматриваемом случае кредитор оспаривает сделку должника, оформленную товарной накладной от 25.10.2013 № 12, ссылаясь на её мнимость (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса).

При этом, как утверждал заявитель, должник принял на себя обязательства по оплате товара, который в реальности не получал, о чём свидетельствует отсутствие фактов оприходования товара от предпринимателя Сушкова В.А. в бухгалтерской отчётности общества «Маяк», дальнейшего движения товара, отсутствие его в наличии у самого должника; непредъявление Сушковым В.А. требований к должнику об исполнении обязательств по оплате товара в течение трёх лет с 2013 года, невозможность получения должником от Сушкова В.А. единовременно того количества товара, указанного в товарной накладной. 

По мнению кредитора, целью оформления названной сделки является формирование несуществующей кредиторской задолженности и её удовлетворение за счёт имущества должника, тем самым, причинение вреда имущественным правам добросовестных кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований за счёт имущества должника.

Также кредитор указывал на непредставление Сушковым В.А. в материалы дела подлинника товарной накладной от 25.10.2013 № 12. 

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения.

Следовательно, поскольку общество «Теплосеть-1» (Твердохлебов К.А.) не является стороной оспариваемой сделки, течение срока исковой давности исчисляется в соответствии со статьёй 181 Гражданского кодекса, то есть с момента, когда он узнал или должен был узнать о начале её исполнения.

Сопоставив даты включения требования общества «Теплосеть-1» в реестр требований кредиторов общества «Маяк» (определение суда от 05.09.2016), признания общества «Маяк» банкротом (решение суда от 16.01.2017) и дату поступления в суд заявления конкурсного кредитора о признании сделки недействительной – 07.03.2017, суды обеих инстанций пришли к выводу о пропуске кредитором срока исковой давности.

При этом судебные акты не содержат разъяснений, от какой именно даты суды исчисляли начало течения исковой давности для кредитора.

По мнению суда кассационной инстанции, общество «Теплосеть-1» должно было узнать об обстоятельствах недействительности оспариваемой сделки не ранее включения его требования в реестр требований кредиторов должника, то есть не ранее 05.09.2016. Соответственно, срок исковой давности заявителем не пропущен.

Кроме того, отказывая в удовлетворении заявления кредитора, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, указал на то, то на момент совершения оспариваемой сделки (25.10.2013) общество «Маяк» не имело задолженности перед кредиторами, включёнными в реестр требований кредиторов должника, поскольку обязательства общества «Маяк» перед обществом «Теплосеть», правопреемником которого является общество «Теплосеть-1», возникли по договору от 01.10.2014 № 110 о поставке тепловой энергии; обязательства перед обществом «ЦНПЭ «Алтай-Эксперт» в сумме 73 400 руб. возникли 29.09.2015, перед бюджетом в сумме 110 137 руб. 07 коп. по уплате налогов возникли, начиная с четвёртого квартала 2014 года.

Между тем, кредитор ссылался на мнимость сделки, оформленной товарной накладной от 25.10.2013 № 12 по поставке товара должнику, то есть на её формальное составление непосредственно перед обращением Сушкова В.А. в третейский суд с целью просуживания задолженности и получения права на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Маяк» банкротом. 

Следовательно, наличие либо отсутствие кредиторов на дату, проставленную на товарной накладной от 25.10.2013, не имеет никакого значения. 

Как разъяснено в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих её совершение, суд не должен ограничиваться проверкой представленных заинтересованными лицами документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учёта, а также иные доказательства.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требования Сушкова В.А. в реестр требований кредиторов должника, исходя из доводов кредитора о наличии признаков мнимости сделки и её направленности на создание искусственной кредиторской задолженности, суд должен был осуществить проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора поставки (товарной накладной), и недопущение включения в реестр необоснованного требования, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Изложенная правовая позиция сформулирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12 и последовательно приводится в определениях Верховного Суда Российской Федерации.

Вопреки приведённым правовым подходам высших судебных инстанций, суды первой и апелляционной инстанций не дали надлежащей оценки доводам Твердохлебова К.А. о мнимости оспариваемой сделки, на которой основано требование Сушкова В.А., оформленной лишь для вида и без намерения создать правовые последствия, свойственные правоотношениям по поставке, с целью создания искусственной задолженности, включения требования в реестр требований кредиторов должника и распределения конкурсной массы. 

Между тем судебное решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемые судебные акты не отвечают указанным критериям и привели к тому, что требование предпринимателя Сушкова В.А. находится в реестре требований кредиторов должника без соответствующей проверки, что нарушает интересы других кредиторов.

В силу статьи 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учёте» все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. 

Одним из способов выражения воли участника гражданского оборота на приобретение гражданских прав и обязанностей является подписание документа, а также скрепление его официальным реквизитом (печатью организации). Печать является одним из способов идентификации юридического лица в гражданском обороте. Требование о заверении оттиском печати подписи должностного лица содержится в постановлении Госстандарта России от 03.03.2003 № 65-ст «О принятии и введении в действие государственного стандарта Российской Федерации», в соответствии с пунктом 3.25 которого оттиск печати заверяет подлинность подписи должностного лица на документах, удостоверяющих права лиц, фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подлинной подписи.

Между тем, товарно-транспортные накладные содержат лишь подпись Струкова А.П в графе – «груз к перевозке принял», без указания даты принятия товара и без подписи о принятии груза грузополучателем – обществом «Маяк». На документах также отсутствует оттиск печати общества «Маяк». По данным его бухгалтерского учёта задолженности перед предпринимателем Сушковым В.А. не имеется. Допрошенные судом первой инстанции свидетели подтвердили, что на склад общества «Маяк» данная продукция не поступала.

Допущенное судами неполное исследование обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств по правилам части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены судебных актов и направления дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует дать оценку приведённым Твердохлебовым К.А. доводам, предложить предпринимателю Сушкову В.А. (его правопреемнику – Хлёсткиной Т.А.) представить в материалы дела подлинник товарной накладной, на которой основано его требование. На основании установленных обстоятельств суду надлежит сделать вывод о реальности либо мнимости сделки. После чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 10.08.2018 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2018 по делу № А03-20021/2015 отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий 								О.В. Кадникова

Судьи												Н.Б. Глотов

												С.А. Мельник