Д Е В Я Т Ы Й   А Р Б И Т Р АЖ Н Ы Й   А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й   С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-31099/2019

Дело № А40-71988/17

г. Москва

30 июля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июля 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи П.А. Порывкина,

судей М.С. Сафроновой, О.И. Шведко

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу ООО "Вега Комплекс" на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.04.2019

по делу № А40-71988/17, вынесенное судьёй ФИО2,об отказе во включении требования ООО «Вега Комплекс» в размере 68 213 132,58 рублей в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «ИТБ Финанс»,по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ИТБ Финанс» (ИНН/ОГРН 

<

***>/

<

***>; 115054, 

<

...>),

при участии в судебном заседании:

от АКБ «Инвестиционный Торговый Банк» - ФИО3, дов. От 17.12.2018, ФИО4, дов. От 13.12.2017

от ООО "Вега Комплекс" – ФИО5, дов. от 19.12.2018,  

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2017 произведена замена в порядке процессуального правопреемства кредитора - заявителя ФИО6 на ФИО7; ООО «ИТБ Финанс» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим ООО «ИТБ Финанс» суд утвердил ФИО8, о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсант» № 107 от 17.06.2017.

11.08.2017 поступило заявление-требование ООО «Партнерство» о включении в реестр требования кредиторов должника в размере 68 213 132,58 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы требование ООО «Партнерство» включено в реестр требований кредиторов должника. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2018 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.05.2018 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Определением суда от 25.04.2019 во включении указанного требования ООО «Вега Комплекс» в размере 68 213 132,58 руб. в реестр требований кредиторов должника отказано. 

ООО "Вега Комплекс" с определением суда не согласилось, обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять новый судебный акт, которым включить его требование в реестр требований кредиторов должника в указанном размере.  

В судебном заседании представитель ООО "Вега Комплекс" доводы апелляционной жалобы поддержал по мотивам, изложенным в ней, просил отменить определение суда. 

Представитель АКБ «Инвестиционный Торговый Банк» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность, просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, представил в материалы дела отзыв. 

Законность и обоснованность определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения  суда.  

В обоснование заявленных требований ООО «Партнерство» (ООО «Вега Комплекс») ссылается на неисполнение должником обязательств по договорам участия в долевом строительстве № 02/09-03/2016 от 09.09.2016, № 2/03-04/2015 от 03.04.2015, № 01/22-01/2016 от 22.01.2016, согласно которым ООО «Партнерство» (далее также – застройщик) обязалось построить многоквартирный жилой дом и передать ООО «ИТБ Финанс» объект долевого строительства, а последний обязался принять объект и оплатить его стоимость. 

Как указывает заявитель, общая задолженность должника перед кредитором по всем трем договорам долевого участия составила 65 565 250,13 руб.

Впоследствии указанные задолженности новированы в заемные обязательства по соглашениям о новации № Н/02/09-03/2016 от 11.01.2017, № Н/2/03-04/2015 от 11.01.2017, № Н/01/22-01/2016 от 11.01.2017 соответственно.

Пунктами 2.3.1 соглашений о новации № Н/02/09-03/2016 от 11.01.2017, № Н/2/03-04/2015 от 11.01.2017, № Н/01/22-01/2016 от 11.01.2017 установлена ставка за пользование займом в размере десяти процентов. 

В соответствии с представленными кредитором расчетами процентов за пользование займом сумма процентов по трем соглашениям о новации составила 2 647 882,45 руб.

При этом, по мнению кредитора, доказательств встречного исполнения обязательств со стороны должника материалы дела не содержат.

В соответствии с п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требования кредитора в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков притворности сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по цессии.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что в материалы дела представлено достаточно доказательств того, что задолженность отсутствует, а сами сделки не были направлены на финансирование деятельности должника и носили технический характер.

Доводы апелляционной жалобы ООО «Вега Комплекс» сводятся к следующему:

суд первой инстанции неправильно распределил бремя доказывания; по мнению заявителя, возражающий кредитор должен доказывать все обстоятельства наравне с аффилированным заявителем;

не исследованы карточки счета по каждому из договоров долевого участия в строительстве и бухгалтерские отчеты, чем нарушен принцип непосредственности исследования доказательств;

возражающий кредитор - АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) - не представил достаточно доказательств, свидетельствующих об искусственном создании задолженности;

АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) как кредитор должника мог раньше предпринять действия по нейтрализации внутригрупповой задолженности;

пункт 2.3 в договорах уступки не имеет правового значения;

должник не имел возможности исполнить обязательства перед банком другим способом.

Суд апелляционной инстанции отклоняет приведенные доводы по следующим основаниям. 

Судебная практика последовательно возлагает на аффилированных кредиторов бремя доказывания по опровержению сомнений, высказанных независимым кредитором.

Судом последовательно исследованы все доказательства по делу. В деле имеется более чем достаточно доказательств того, что задолженность - даже если она и имела место быть, что не следует из материалов дела, - могла носить только транзитный характер. При этом транзитный характер заявляемой задолженности, объясняемый целями налоговой оптимизации, прямо признан представителем собрания участников ФИО9

Банк может возражать в отношении внутригрупповой задолженности, носящей транзитный характер, только на стадии включения в реестр кредиторов. До банкротства любые транзитные операции по оптимизации налогов внутри группы могут быть оспорены исключительно налоговыми и иными правоохранительными органами.

Из пунктов 2.3 каждого из договоров уступки, подписанных не только должником, но и обществом «Партнерство», содержится прямое указание на отсутствие задолженности.

Какой-либо разумной аргументации данному обстоятельству апеллянтом не приводится. 

Довод о том, что за счет заключения договоров ДДУ осуществлялось единственно возможное финансирование деятельности должника, не соответствует действительности. 

В судебной практике не имеется противоречий по вопросу распределения бремени доказывания при включении требований аффилированных с должником кредиторов в реестр. 

Именно на последних ложится бремя по опровержению сомнений, высказанных независимым кредитором, что также подтверждается позицией, изложенной в постановлении АС МО от 04.05.2018 по делу № А40-193676/16. 

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 13.05.2014 №   1446/14 указал, что в  случаях, подобных рассматриваемому, бремя доказывания смещается. Лицо, ставящее под сомнение действительность сделки и реальность исполнения, не должно представлять соответствующие доказательства. 

Напротив, другая сторона, настаивающая на наличии долга, должна представить доказательства, опровергающие доводы о заключении таких договоров исключительно с

 целью создания искусственной задолженности.

В противном случае на возражающего кредитора налагалось бы бремя доказывания отрицательного  факта,   что   недопустимо   с   точки   зрения   поддержания   баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.»

В настоящем деле именно АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) является возражающим кредитором, поэтому на него не может быть возложена обязанность по предоставлению доказательств, находящихся в распоряжении заявителя. 

Суд первой инстанции справедливо распределил бремя доказывания и в подтверждение своей позиции сослался не на один судебный акт, а на целый перечь определений Верховного Суда Российской Федерации и постановлений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, например, на определения ВС РФ № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС1б-20992(3), № 301- ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009 и другие (страница 3, абзац 7 определения).

Такая позиция выработана ВС РФ, поскольку конкурирующий кредитор, как правило, не является стороной сделки или участником иных правоотношений, положенных в основу требований к должнику, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. 

Следовательно, предъявление к нему высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов.

Вместе с тем вопреки доводам заявителя, АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) приводил доводы, опровергающие позицию заявителя и представлял множество доказательств против включения требований в реестр.

Так, банк: указал на невозможность возникновения долга из сделок между должником и заявителем в силу законодательного запрета; доказал аффилированность должника и заявителя; указал на нетипичные условия сделок и поведение сторон при их исполнении; раскрыл структуру взаимоотношений участников сделок и экономическое содержание представленных сделок; представил доказательства платежеспособности должника в опровержение того довода, который был выдвинут заявителем только после публикации определения ВС РФ №304-ЭС18-14031 от 04.02.2019 по делу № А81-7027/2016, о том, что якобы такое финансирование через договоры ДДУ было единственным возможным способом поддержания платежеспособности Должника.

Установлено, что впервые заявление общества «Вега Комплекс» (ранее до правопреемства - общество «Партнерство») было подано в Арбитражный суд города Москвы 14.08.2017. 

На сегодняшний день срок рассмотрения составляет уже почти два года. Объем материалов дела по обособленному спору превышает 10 томов. За этот период времени все представленные в материалы дела доказательства были исследованы.

При этом, суд не обязан в определении описывать каждое из представленных доказательств. В судебном акте устанавливаются обстоятельства, основой которых служат представленные сторонами доказательства (статья 71 АПК РФ). То есть, суд описывает свое видение отношений сторон. Отдельного описания каждого из доказательств не требуется.

В ходе одного из судебных заседаний заявитель попросил суд провести финансово-хозяйственную экспертизу. 

В обоснование общество «Вега Комплекс» сослалось, в том числе, на упомянутые карточки счета. 

По мнению заявителя, экспертиза подтвердила бы реальность хозяйственных операций.

Суд исследовал представленные документы и отказал в удовлетворении ходатайства.

Отказ обосновывался тем, что участвующие в деле лица не ставят под сомнение сам факт заключения договоров между должником и правопредшественником общества «Вега Комплекс» - обществом «Партнерство». Не оспаривается также перечисление денежных средств внутри группы компаний.

Банк и конкурсный управляющий указывали на иную юридическую квалификацию совершенных сделок и операций. Предлагаемая банком и конкурсным управляющим квалификация исключает возможность включения требования общества «Вега Комплекс» в реестр, вне зависимости от заявленной суммы и количества платежных поручений, подтверждающих перечисление денежных средств в адрес должника.

На протяжении всех судебных заседаний АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) приводил два правовых довода: задолженность не может существовать в рамках выбранной должником и аффилированным кредитором конструкции; (и) даже если задолженность существует, то она не может быть включена в реестр: сделки, из которых появилась задолженность, не имеют разумного экономического обоснования, сама задолженность носит транзитный внутригрупповой характер и в сложившейся ситуации в силу общности интересов должника и аффилированного кредитора используется для уменьшения количества голосов независимых кредиторов.

Именно юридическая квалификация поведения сторон имеет значение для принятия решения о включении или об отказе во включении заявленного требования. Формальная проверка соответствия документов обычно предъявляемым требованиям не позволяет выявить действительную волю сторон. 

Как указал ВС РФ в определении от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784 по делу № А38-1381/2016, «в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора ("дружественного" кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора».

Суд первой инстанции не ограничился формальной проверкой документов, а выявил суть отношений заявителя и должника. 

Суд апелляционной инстанции полагает, что оспариваемое определение соответствует требованиям закона и судебной практики по такой категории дел.

Заявитель апелляционной жалобы ссылается на недостаточное количество   доказательств в части отсутствия задолженности или транзитного характера задолженности. 

Данный довод не имеет правового значения, поскольку возражающий кредитор не обязан предоставлять доказательства против требования о включении аффилированного с должником заявителя в реестр.

Тем не менее, как указывалось, АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) представил доказательства того, что сделки между должником и кредитором не являлись финансированием должника; опроверг доводы о том, что банк воспринимал задолженность в качестве рыночной (представив отчет об оценке доли в обществе «ИТБ Финанс»); раскрыл структуру внутригрупповых связей и экономическое содержание заключенных сделок, а также привел множество иных доказательств и аргументов. 

Как пояснено АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО), схема взаимоотношений между должником и обществом «Вега Комплекс» (ранее - обществом «Партнерство») обсуждалась в ходе судебных заседаний по делу и не вызывает разногласий у участников обособленного спора.

В данной схеме кредитор являлся застройщиком, общество «ИТБ Финанс» - участником долевого строительства, а физические лица - конечными приобретателями квартир. Застройщик заключает договор долевого участия на все (или большинство) квартир с участником долевого строительства, а уже участник уступает права на отдельные квартиры физическим лицам.

Всего между кредитором и обществом «ИТБ Финанс» было заключено три договора: (1) № 02/09-03/2016 от 09.03.2016 (том 1, л.д. 9); (2) № 2/03-04/2015 от 03.04.2015 (том 1, л.д. 44) и (3) 01/22-01/2016 от 22.01.2016 (том 1, л.д. 90). 

В совокупности по трем договорам застройщик передал участнику долевого строительства права на 33 квартиры.

Все 33 квартиры общество «ИТБ Финанс» в итоге передало физическим лицам. Однако заявитель утверждает, что должник не оплатил стоимость этих квартир. Это послужило основанием для обращения с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Однако в силу закона общество «ИТБ Финанс» не могло не оплатить стоимость квартир. 

В соответствии со статьей 11 ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» участник долевого строительства вправе уступить права на квартиру одновременно с переводом долга либо в том случае, если он полностью рассчитался с застройщиком. В противном случае такая уступка будет ничтожной.

По данному вопросу практика едина как в арбитражных судах, так и в судах общей юрисдикции: пункт 75 Постановления Пленума ВАС РФ № 25 от 23.06.2015; определение Верховного Суда РФ от 09.01.2018 № 308-ЭС17-19729 по делу № А32-31962/2016 и т.д..

Каждый из договоров уступки о передаче квартир в адрес физических лиц подписывались тремя сторонами: обществом «Партнерство» в качестве застройщика, обществом «ИТБ Финанс» в качестве первого участника долевого строительства и физическими лицами - в качестве конечного приобретателя квартир (том 2, л.д. 51-149; том 3, л.д. 1-78).

В каждом из 33 договоров есть пункт 2.3, в котором говорится, что общество «ИТБ Финанс» полностью оплатило застройщику стоимость квартиры. То есть, заявитель просит включить задолженность в реестр, хотя в подтверждающих его требование договорах указывается на  отсутствие долга. 

Таким образом, в данном случае общество «Вега Комплекс» не может потребовать исполнения от общества «ИТБ Финанс», поскольку все обязательства общества «ИТБ Финанс» перед застройщиком уже прекратились.

Задолженность (если она есть) носит транзитный характер и является экономически необоснованной. 

Как пояснено АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО), транзитная задолженность, как правило, создается в целях налоговой оптимизации. Ее смысл в том, чтобы создать между продавцом и конечным приобретателем цепочку фиктивных перекупщиков. Продавец сначала   продает товар  своим  подконтрольным  компаниям, а затем эти компании перепродают товар уже реальным покупателям. За счет такой схемы предприниматели рассчитывают оптимизировать налогообложение.

Продажа товара сначала подконтрольной компании, а затем реальному потребителю может преследовать и другие цели. Застройщики таким способом обходят регулирование закона об участии в долевом строительстве. По закону застройщики должны направлять полученные от дольщиков деньги на строительство капитальных объектов. Но если денежные средства от дольщиков получает не сам застройщик, а другая компания, то она может распорядиться денежными средствами по усмотрению бенефициаров.

Вне зависимости от целей создания транзитной задолженности она не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника (определение Верховного Суда РФ от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(3) по делу № А40-233621/16; определение Верховного Суда РФ от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(2) по делу № А40-233621/16).

В отзыве на апелляционную жалобу приводится схема работы общества «ИТБ Финанс» и застройщика - общества «Вега Комплекс» («Партнерство»).

Из схемы видно, что общество «ИТБ Финанс» использовалось в качестве транзитной компании. Именно оно, а не застройщик реализовывало квартиры физическим лицам.

Общество «ИТБ Финанс» никогда не специализировалось на продаже квартир физическим лицам, не является профессиональным риелтором, агентом или посредником. На сайте должника никогда не было рекламы о продаже квартир.

С учетом аффилированности должника и заявителя упомянутая схема работы была, очевидно, направлена, на создание контролируемой промежуточной компании, в которой генерируется часть прибыли.

Создание такой структуры необходимо для оптимизации работы всей группы в целом. Например, при формальных убытках или отсутствии прибыли у одного юридического лица в группе, другое юридическое лицо в группе может получать дополнительную прибыль. Каждое юридическое лицо в отдельности не преследовало цели получения прибыль. Задача заключалась в том, чтобы обеспечить максимальную выручку (прибыль) только для одного юридического лица - общества «ИТБ Финанс».

Согласно части 3 статьи 70 АПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. Признание, изложенное в письменной форме, приобщается к материалам дела.

Признание данного обстоятельства приобщено к материалам дела (том 5, л.д. 31). Оно содержится в объяснениях бенефициара общества «Партнерство» (сейчас- «Вега Комплекс») ФИО10 

Транзитная задолженность не включается в реестр, если заявитель и должник аффилированы, а сделки между ними носили нетипичный для оборота характер. 

Установлена аффилированность общества «ИТБ Финанс» и общества «Партнерство» (сейчас - «Вега Комплекс»). 

Согласно данным информационной системы «Спарк-Интерфакс», общество «Партнерство» до 2008 года являлось 100% участником должника-общества «ИТБ Финанс» (том 2, л.д. 32).

В период заключения спорных сделок 100% участником общества «Партнерство» была ФИО11 - супруга участника, бывшего генерального директора и ликвидатора должника - ФИО9. Это обстоятельство подтверждается протоколом допроса ФИО9 (том 5, л.д. 120-124).

Общество «ИТБ Финанс» и общество «Партнерство» образуют группу лиц по признакам, предусмотренным статьей 9 Федерального закона от 26.07.2006 «О защите конкуренции».

Залогом имущества общества «Партнерство» обеспечивались обязательства должника по возврату кредита в пользу АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО). В частности, кредитор предоставил в залог банку долю в размере 51% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Парк-Сервис».

Таким образом, аффилированность подтверждается материалами дела.

Как следует из Определения Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При этом смена генеральных директоров и участников юридических лиц-кредиторов не изменяет содержание и смысл сделок, заключенных между кредиторами и должником. Такие сделки были осуществлены в период функционирования единой группы.

Суд также принимает во внимание, что нестандартные условия сделок подтверждают транзитный характер задолженности между должником и заявителем. 

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015: «Поведение арендодателей, а затем и цессионариев, на протяжении более чем пяти лет до банкротства не обращавшихся с требованием о взыскании долга по арендной плате   (тем   самым,   предоставлявших   отсрочку  исполнения   обязательства   на неопределенный срок), также не может быть объяснено с точки зрения такой цели коммерческого юридического лица как извлечение прибыли от своей деятельности»

Далее суд указывает, что такие действия могут свидетельствовать о намерении заявителя обратиться с требованием о включении в реестр исключительно с целью уменьшить в интересах должника количество голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Обстоятельства настоящего дела совпадают с обстоятельствами в рассмотренном Верховным Судом деле. 

На дату признания должника банкротом все договоры с обществом «ИТБ Финанс» действовали минимум один год и обязательства должника по всем указанным договорам были просрочены. За это время должник оплатил в пользу общества «Партнерство» всего 5 726 340, 00 руб. из 70 миллионов руб., то есть порядка 7 %.

В договорах отсутствует какой-либо график платежей (см., например, том 1, л.д. 9). Единственное условие расчетов - участник долевого строительства должен ежемесячно вносить оплату вплоть до четвертого квартала 2016 года. В каком размере и в какие сроки эта оплата вносится, в договорах не уточняется.

Общество «Партнерство» терпело убытки, но не взыскивало задолженность с общества «ИТБ Финанс».

Общество «Партнерство» продало обществу «ИТБ Финанс» права на квартиры в среднем на 10% дешевле их рыночной стоимости (если сравнивать стоимость квартир по договорам), однако оплату за эти квартиры не получило. В такой ситуации не усматривается смысл дисконта в 10%, ведь застройщик мог сам продать квартиры физическим лицам без каких-либо скидок.

Любой разумный участник оборота с учетом существенных нарушений, допущенных обществом «ИТБ Финанс» по каждому из договоров, отказался бы от таких договоров и потребовал бы возмещения убытков, а также уплаты неустойки. Однако общество «Партнерство» в течение более чем годичного срока не предпринимало никаких действий.

Относительно новации обязательств установлено следующее. 

Общество «Вега Комплекс» отмечает, что благодаря новации обязательств из договоров об участии в долевом строительстве в заемные, кредитор смог потребовать от должника оплаты процентов, что подтверждает рыночный характер действий общества «Вега Комплекс» и его заинтересованность в максимальном экономическом эффекте от сделок.

Однако новация обязательств в заем не увеличила размера долга общества «ИТБ Финанс» перед обществом «Вега Комплекс», а, наоборот, существенно его уменьшила.

Так, в договорах участия в долевом строительстве установлена неустойка за несвоевременное исполнение обязательств участником долевого строительства. Размер неустойки в любом случае превышает размер начисленных процентов.

Разница в суммах наглядно продемонстрирована в таблицах, приведенных в отзыве на апелляционную жалобу.

При взыскании обществом «Вега Комплекс» неустойки вместо процентов сумма превышала бы размер процентов по новированному обязательству более, чем в 10 раз. Значит, новация не имела никакой коммерческой ценности для заявителя. 

Как обоснованно указывает АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО), смысл новации был в следующем. Задолженность по процентам подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов, а значит, предоставляет заявителю все права конкурсного кредитора в деле о банкротстве. Неустойка, в свою очередь, учитывается отдельно и погашается после удовлетворения требований всех кредиторов, задолженность по неустойке не учитывается для целей голосования на собрании кредиторов. Именно для увеличения количества голосов должник и общество «Партнерство» заключили соглашения о новации обязательств.

Оценка внутригрупповой задолженности влияет исключительно на размер обеспечения по кредиту. Чем выше долговая нагрузка внутри группы, тем менее надежным считается заемщик, а значит,  размер требуемого обеспечения увеличивается.

Оценивая такую задолженность, банк не соглашается с ней, а просто констатирует факт ее создания. Банк не может обязать заемщика заключить и расторгнуть какой-либо договор или обратиться в суд с заявлением о признании сделки недействительной в силу мнимости или притворности.

По общему правилу, третье лицо не может вмешиваться в договорные отношения между двумя (или больше) другими лицами (пункт 3 стать 308 ГК РФ). Такая опция появляется у конкурирующих кредиторов только в рамках дела о банкротстве.

Именно поэтому до открытия конкурсного производства в отношении общества «ИТБ Финанс» банк не имел права спорить с наличием задолженности перед обществом «Партнерство». Такая возможность появилась у банка только в рамках дела о банкротстве должника.

Заявитель полагает, что условие договоров уступки о полном исполнении обязательств должника перед заявителем не имеет правового значения.

В соответствии со статьей 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. 

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В данном случае формулировки договоров уступки однозначно свидетельствуют о том, что должник свои обязательства перед заявителем исполнил.

В рассматриваемом случае общество «ИТБ Финанс» и общество «Вега Комплекс» пришли к соглашению о прекращении обязательств общества «ИТБ Финанс» перед обществом «Вега Комплекс». Это следует из текста соглашений.

Когда одна сторона соглашения указывает, что исполнила все обязательства перед другой стороной, а другая сторона это подтверждает - обязательаво между сторонами прекращается. Ни одна из сторон впоследствии не может требовать от другой стороны исполнения этого обязательства.

Заявитель указывает, что за счет заключения договоров об участии в долевом строительстве он финансировал должника. Однако данный довод не соответствует действительности.

В отзыве на жалобу приведен анализ информации о доходах и расходах общества «ИТБ Финанс». Сведения получены из банковских выписок должника за период трех лет до даты признания должника банкротом.

Если взять все поступления от сдачи помещений в аренду и сравнить их со всеми необходимыми для ведения бизнеса расходами, то общество «ИТБ Финанс» все равно покажет существенный положительный результат, что подтверждается таблицей, содержащейся в отзыве. 

Таким образом, даже если учесть все основные расходы должника - он все равно не нуждался в финансировании и приносил существенный положительный результат.

Выписки по счетам должника содержатся в материалах дела в электронном виде на диске (том 4, л.д. 104).

Более того, суд первой инстанции справедливо отметил, что такая структура взаимоотношений создает для должника обязательство по уплате НДС в бюджет, что лишает финансирование какого-либо экономического смысла. Любой предприниматель в аналогичных условиях выбрал бы иной способ финансирования, не создающий обязанность по уплате налога, например, выдачу займа. Очевидно, что в данном случае схема работы создавалась  не для дополнительной капитализации должника, а в иных целях.

Суд также отмечает, что заявитель не вправе ссылаться на  определение ВС РФ № 304-ЭС18-14031 от 04.02.2019 по делу № А81-7027/2016. 

Как следует из текста определения ВС РФ, единственным основанием для включения требования в реестр стал тот факт, что между Сбербанком и участниками должника было заключено соглашение о несубординации требований в порядке статьи 309.1 ГК РФ (страница 4, абзацы 4-6).

То есть банк добровольно согласился с тем, что требование участника к должнику должно иметь такую же очередность (правовой режим), как и требование самого банка.

Поскольку в деле не было других возражающих кредиторов, кроме банка (точнее, его правопреемника), ВС РФ справедливо ограничил банк в возможности ссылаться на корпоративный характер долга вопреки достигнутому сторонами соглашению.

ВС РФ в данном деле не создавал новую правовую позицию, а просто указал на право кредиторов определить очередность удовлетворения требований к должнику специальным соглашением.

АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) никогда не заключал с обществом «Партнерство» соглашений о несубординации требований.

Решение о признании должника банкротом в части включения ФИО6 в реестр требований кредиторов должника не является преюдициальным по отношению к настоящему требованию

Требование ФИО6 основано на вступившем в законную силу судебном акте - решении Преображенского районного суда города Москвы от 10.04.2017.

Согласно абзацу 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

В соответствии с пунктом 24 постановления пленума ВАС РФ № 35 от 22.06.2012, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт.

Поэтому на этапе включения в реестр требования, основанного на вступившем в законную силу судебном акте, суд, рассматривающий дело о банкротстве, не вправе давать ему оценку. Оценка такого требования может производится при обжаловании судебного акта в ординарном порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, в том суде, который является вышестоящим по отношению к суду, вынесшему решение, а также в иных случаях в соответствии с практикой Верховного Суда Российской Федерации.

При таких обстоятельствах суд обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований. 

Заявителем жалобы не представлены в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной  жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Все доводы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.  

Определение суда законно и обосновано. Оснований для его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.04.2019 по делу № А40-71988/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО "Вега Комплекс" – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:П.А. Порывкин

Судьи:М.С. Сафронова

О.И. Шведко