﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А21-11399/2017

19 мая 2021 года

г. Санкт-Петербург

/-18

Резолютивная часть постановления оглашена  12 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объёме  19 мая 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Морозовой Н.А.,

судей  Барминой И.Н., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Бойко К.Б.,

при участии в судебном заседании:  

от конкурсного управляющего: Долгих Ю.И., доверенность от 11.01.2021;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-38917/2020) Суслова Александра Васильевича на определение Арбитражного суда  Калининградской области от 26.11.2020 по делу №А21-11399/2017-18 (судья  Чепель А.Н.), принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Варан» Мостовой Людмилы Андреевны о привлечении Суслова Александра Васильевича к субсидиарной ответственности в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Варан»,

установил:

Федеральная налоговая служба 27.11.2017 обратилась в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Варан» (далее - общество) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 28.11.2017 заявление уполномоченного органа принято к производству.

Определением от 15.03.2019 (резолютивная часть объявлена 14.03.2019) в отношении общества введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждён Байрамов Рамис Новруз оглы.

Решением суда от 01.11.2019 общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Мостовая Людмила Андреевна.

Конкурсный  управляющий Мостовая Л.А. в порядке статей  61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обратилась в суд с  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  бывшего руководителя общества Суслова Александра Васильевича.

Определением суда от 26.11.2020 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, Суслов А.В. привлечён к субсидиарной ответственности, производство по вопросу определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами. 

В апелляционной жалобе Суслов А.В., ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств дела, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, просит определение от 26.11.2020 отменить. По мнению подателя жалобы, суд первой инстанции фактически привлек Суслова А.В. к субсидиарной ответственности не за невнесение сведений в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц, а за непроведение аудиторской проверки. Между тем, как считает Суслов А.В., непроведение аудита не образует состав нарушения, наличие оснований которого влечёт привлечение субъекта к субсидиарной ответственности. Податель жалобы полагает, что конкурсный управляющий не пояснил, как отсутствие мнения аудитора о достоверности бухгалтерской (финансовой) отчётности должника повлияло на проведение процедуры банкротства. Суслов А.В. указывает и на отсутствие негативных последствий в результате не размещения им информации об обязательном аудите в Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц. Кроме того, податель жалобы обращает внимание на то, что он не мог передать документы конкурсному управляющему, так как  они были изъяты правоохранительными органами в результате неоднократных обысков и выемок. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в отзыве. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, Суслов А.В. с 05.09.2013 является единственным участником ООО «Варан», в период с 24.09.2012 по 31.10.2019 осуществлял функции руководителя должника.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий сослался на неподачу руководителем должника  заявления о признании ООО «Варан» несостоятельным  (банкротом) в  арбитражный суд 01.02.2016, на  невозможность полного погашения  требований кредиторов вследствие  непередачи документации  должника в декабре 2019 года, а также невнесения данных  о результатах обязательного аудита в Единый федеральный  реестр  сведений о фактах деятельности юридических лиц. 

Удовлетворяя предъявленные требования, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с абзацем 31 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ под контролирующим должника лицом понимается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Статьёй 2 Закона о банкротстве в редакции Закона 3134-ФЗ к перечню контролирующих должника лиц отнесён, в частности руководитель должника.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона              №134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона  №134-ФЗ руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий ООО «Варан» в обоснование возникновения у Суслова А.В. обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом 01.02.2016 принял во внимание показатели бухгалтерского баланса организации, согласно которым должник обладал признаками недостаточности имущества как по состоянию на 31.12.2015 года, так и по состоянию на 31.12.2016, в связи с превышением размера обязательств над размером имущества должника.

Суд первой инстанции установил и подтверждается материалами дела, что согласно данным бухгалтерской отчетности размер балансовой стоимости имущества ООО «Варан» по состоянию на 31.12.2015 составил 115 182 000 руб., размер обязательств - 149 926 000 руб. (из них заёмные средства – 47 990 000 руб., кредиторская задолженность – 101 936 000 руб.),  размер балансовой стоимости имущества по состоянию на 31.12.2016 – 122 127 000 руб., размер обязательств – 157 513 000 руб. (из них заёмные средства – 46 990 000 руб., кредиторская задолженность – 110 523 000 руб. Означенные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствуют о возникновении у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества  и несостоятельности. Кроме того, конкурсный управляющий сослался на то, что факт неплатежеспособности должника по состоянию на 2014-2016 года подтверждается вступившими в законную силу судебными актами, а также наличием возбуждённых исполнительных производств.

Оценив доводы конкурсного управляющего, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что им не доказано возникновение у должника признаков объективного банкротства, а также иных признаков, влекущих обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в период с 01 февраля 2016 года.

Согласно инвентаризационной описи №1-01 от 01.05.2020, составленной конкурсным управляющим, стоимость недвижимого имущества должника составляет 417 236 127, 64 руб., что превышает размер обязательств должника как в 2015 году, так и в 2016 года.

Само по себе существование кредиторской задолженности  не является безусловным основанием для возложения на руководителя  должника субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку непогашенная задолженность может являться признаком наличия иных обстоятельств, а не тех, что предусмотрены статьей 9 Закона о банкротстве. 

В указанной части податель жалобы возражений не приводит.

Между тем, суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего в части привлечения Суслова А.В.  к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному   подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Основание для освобождения от ответственности контролирующего должника лица в этом случае предусмотрено лишь пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в силу которого контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учёта и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 4 статьи 32 и статье 40 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган отвечает за сохранность документов.

В пункте 24 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, в связи с чем руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче арбитражному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директории и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация и т.п.) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) суд должен установить как объективную сторону правонарушения - неисполнение обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, так и субъективную сторону - наличие вины субъекта ответственности, оценив, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Кроме того, суд должен установить причинно-следственную связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В рассматриваемом случае, как верно указал суд первой инстанции, Суслов А.В. как орган управления должника до введения процедур банкротства,  должен был обеспечить не только надлежащий учёт и сохранность всей первичной документации должника, но и обеспечить, при необходимости и в условиях возникновения определённых обстоятельств, её восстановление (в случае утраты, повреждения), с целью дальнейшего обеспечения передачи данной документации арбитражному управляющему в процедуре банкротства.

Суд обоснованно принял во внимание вступившее в законную силу определение суда от 17.12.2019, которым удовлетворено заявление  конкурсного управляющего ООО «Варан» об обязании  бывшего руководителя должника Суслова А.В. передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную финансово-хозяйственную документацию.

В данном случае непередача Сусловым А.В. документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  привела к существенному затруднению проведения процедуры конкурсного производства, в частности: к невозможности обнаружения и реализации финансовых вложений, запасов, прочих оборотных активов, выявления всех совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

При этом согласно данным последнего сданного в налоговый орган бухгалтерского баланса  за 2017 год  ООО «Варан» обладало, в том числе, финансовыми и другими оборотными активами в размере 35 740 000  рублей; запасами размером 19 088 000 рублей.

Суслов А.В. не передал правоустанавливающую документацию, подтверждающую наличие, в том числе указанного имущества и имущественных прав, сведений о месте нахождения указанных объектов не сообщил.

В материалах дела отсутствуют доказательства надлежащего исполнения обязанности по хранению бухгалтерской документации и отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Суд апелляционной инстанции критически относится к доводу подателя жалобы о том, что вся бухгалтерская документация должника изъята правоохранительными органами в ходе неоднократных обысков и выемок. Во-первых, на означенное обстоятельство Суслов А.В. не ссылался при рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции. Во-вторых, приведённая позиция не подтверждена документально.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Поскольку отсутствие первичной документации, исключает возможность формирования конкурсной массы за счет реализации права требования должника к дебиторам, суд первой инстанции обоснованно признал выявленные обстоятельства достаточными для привлечения   Суслова А.В. к субсидиарной ответственности.

Конкурсным управляющим ООО «Варан» также заявлено требование о привлечение Суслова А.В. к субсидиарной ответственности за неисполнение   обязанности, предусмотренной подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в части невнесения подлежащих обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведений в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо, а именно сведений о результатах обязательного аудита, подлежащих внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц заказчиком аудита

В соответствии с пунктом 8 статьи 7 Федерального закона от 08.08.2001  №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон №129-ФЗ) сведения, указанные в пункте 7 статьи 7, а также иные сведения, внесение которых в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, подлежат внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц соответствующим юридическим лицом, за исключением сведений, внесение которых в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц является обязанностью уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственную регистрацию юридических лиц.

Согласно пункту 7 статьи 7 Закона №129-ФЗ обязательному внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц подлежат, в том числе сведения, внесение которых предусмотрено другими федеральными законами.

В соответствии со статьёй 5 Федерального закона от 30.12.2008 №307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» обязательный аудит проводится в случае, если сумма активов бухгалтерского баланса организации по состоянию на конец предшествовавшего отчетному года превышает 60 миллионов рублей; сведения о результатах обязательного аудита подлежат внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц заказчиком аудита с указанием в сообщении аудируемого лица, идентифицирующих аудируемое лицо данных (идентификационный номер налогоплательщика, основной государственный регистрационный номер для юридических лиц, страховой номер индивидуального лицевого счета при их наличии), наименования (фамилии, имени, отчества) аудитора, идентифицирующих аудитора данных (идентификационный номер налогоплательщика, основной государственный регистрационный номер для юридических лиц, страховой номер индивидуального лицевого счета при их наличии), перечня бухгалтерской (финансовой) отчетности, в отношении которой проводился аудит, периода, за который она составлена, даты заключения, мнения аудиторской организации, индивидуального аудитора о достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемого лица с указанием обстоятельств, которые оказывают или могут оказать существенное влияние на достоверность такой отчетности, за исключением случаев, если подлежащие раскрытию в соответствии с настоящей частью сведения составляют государственную тайну или коммерческую тайну, а также в иных случаях, установленных федеральным законом.

Суд первой инстанции установил, что обязательный аудит должника не проводился, сведения не публиковались.

В пункте 25 постановления №53 разъяснено, что согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, конкурсный управляющий ООО «Варан» указал, что невнесение данных о результатах обязательного аудита в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц, а также непроведение обязательного аудита повлекли как невозможность принятия кредиторами мер, направленных на своевременное инициирование процедур банкротства, так и существенные затруднения проведения процедур банкротства, включая невозможность осуществления контроля за деятельностью ООО «Варан» (в том числе кредиторами должника), установленные законом способы контроля в виде опубликования результатов обязательного аудита в открытом доступе, что, в частности, не позволило установить факт неплатежеспособности и недостаточности имущества должника и своевременно подать заявление о признании должника банкротом; невозможность определения факта достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемого лица, выявления основных контрагентов должника, идентификации и возвращения в конкурсную массу активов должника; выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки на предмет возможности оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Приведённое ничем не опровергнуто подателем жалобы.

В этой связи суд первой инстанции правомерно констатировал наличие оснований для привлечения Суслова А.В. к субсидиарной ответственности за невнесение в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц  сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

При таком положении определение суда как законное и обоснованное отмене или изменению не подлежит, в том числе и по процессуальным основаниям.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  Калининградской области  от 26.11.2020 по делу №  А21-11399/2017-18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Морозова

 

Судьи

 

И.Н. Бармина

 И.Ю. Тойвонен