АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00, 

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А81-7391/2018

г. Салехард

20 февраля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 13 февраля 2019 года. 

Полный текст решения изготовлен 20 февраля 2019 года.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи Соколова С.В., при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания Маслаковой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Транс-Снаб" (ИНН 7716763782, ОГРН 5137746253431) к обществу с ограниченной ответственностью "ТехЦентр" (ИНН 8911029993, ОГРН 1148911001128) о признании недействительным договора субаренды транспортных средств и специальной техники без экипажа от 01.01.2016, с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора акционерного общества «Нефтяная компания "Конданефть" (ИНН 7718890240, ОГРН 1127746457794), Чубика Юрия Павловича, Мельникову Инны Анатольевны, Ходаковского Василия Федоровича,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО5, доверенность от 31.01.2018;

от ответчика – ФИО6, доверенность от 25.10.2018;

от третьих лиц – представители не явились, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Транс-Снаб" (далее - ООО «Транс-Снаб»; истец) обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "ТехЦентр" (далее - ООО "ТехЦентр"; ответчик) о признании недействительным договора субаренды  транспортных средств и специальной техники без экипажа от 01 января 2016 года, заключенный между ООО "ТехЦентр" в лице временно исполняющего директора ФИО2 и ООО "Транс-Снаб" в лице ФИО4 с момента его подписания.

От УМВД России по ЯНАО в суд поступили сведения запрашиваемые судом от 28.01.2019.

В ходе судебного заседания представитель истца просит суд приобщить к материалам дела документы запрашиваемые судом определением от 24.01.2019.

Все поступившие документы приобщены судом к материалам дела.

Представители сторон поддержали свои доводы, изложенные в исковом заявлении и в отзыве на него.

Рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании статьи 71 АПК РФ, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, между ООО "ТехЦентр" и ООО "Транс-Снаб" был заключен договор субаренды транспортных средств и специализированной техникой без экипажа от 01.01.2016 (далее-договор).

Предметом договора являлось предоставление ответчиком за плату во временное владение и пользование истцом транспортных средств и специальной техникой согласно перечню № 1 к договору, являющемуся его неотъемлемой частью (п. 1.1 договора). 

Пунктом 1.2 договора предусмотрено, что транспортные средства и специальная техника находятся во владении ответчика на основании договора аренды транспортных средств и специальной техникой от 25.12.2015, заключенного между ответчиком и собственником ФИО3

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что арендная плата за период с 01.01.2016 по 31.12.2016 составляет 36 000 000 рублей 00 копеек, без НДС. Указанная сумма арендной платы по договору аренды истцом выплачивается ежемесячно равными долями (1/12 годовой стоимости аренды) в твердой (фиксированной) сумме платежа в размере 3 000 000 рублей 00 копеек, без НДС.

Договор действует с 01.01.2016 по 31.12.2016 (п. 9.1 договора). Если до окончания договора субаренды в течение десяти дней не поступит письменного заявления о расторжении договора от какой либо из договаривающихся сторон, то договор считается пролонгированным на тот же срок (п. 9.2 договора).

Обращаясь в суд с исковым заявлением истец указывает, что о заключении договора субаренды истцу стало известно 10.07.2018, по результатам его изучения было установлено, что данный договор был подписан ФИО4 в нарушении интересов истца, считает что действия Ходаковского носят недобросовестный характер с намерением причинить ущерб истцу.

Пытаясь урегулировать спор в досудебном порядке истец направил претензию ответчику, с требованием о признании недействительной сделки. Ответчик указанную претензию проигнорировал, что послужило истцу основанием для предъявления требований о признании договора недействительным в судебном порядке.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из того, что оснований для признания договора субаренды от 01.01.2016 недействительным не имеется.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Так как отношения сторон сложились 01.01.2016, то следует принимать законодательство действующее в момент заключения сделки.

Согласно п. 1 ст. 46 Федерального закона N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08.02.1998 г., крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом:

связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" от 26 декабря 1995 г.), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Согласно п. 5 ст. 46 ФЗ № 14-ФЗ суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением предусмотренных названной статьей требований к ней, в случае, если не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

До внесения изменений в п. 1 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью Федеральным законом от 03.07.2016 N 343-ФЗ возможность признания сделок по аренде крупными законом не предусматривалась.

При этом, согласно разъяснениям, изложенным в п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью", факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них должен доказать истец.

Для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. 

Как следует из материалов дела в период с октября 2015 года и по май 2018 года между АО "НК "Конданефть" и истцом были заключены договоры № 19518 от 22.12.2015, № 27545 от 21.11.2016, № 29444 от 18.01.2017 и № КОН-00271 от 05.12.2017.

В соответствии с вышеперечисленными договорами истец являлся исполнителем и оказывал транспортные услуги АО "НК "Конданефть".

Предметом указанных выше договоров являлось оказание услуг с использованием техники, указанной в производственных программах, соответствующей заявленным АО "НК "Конданефть" техническим характеристикам. Необходимая техника для оказания услуг привлекалась истцом самостоятельно.

При этом "НК "Конданефть" не оспаривает факт использования транспортных средств указанных в определении Арбитражного суда ЯНАО от 14.11.2018, за исключением экскаватора Hitachi, а наоборот подтверждает факт предоставления транспортных средств истцом для оказания услуг на объектах АО "НК "Конданефть".

Также в своих письменных пояснениях АО "НК "Конданефть" поясняет, что акты выполненных работ за период с января 2016 года по настоящее время в рамках заключенных договоров между истцом и АО "НК "Конданефть", подписаны не ФИО4, а единоличным исполнительным органом – генеральным директором ООО "Транс-Снаб".

Пунктом 8 ст. 46 Федерального закона N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08.02.1998 г. предусмотрено, что для целей настоящего Федерального закона под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее.

К сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов, необходимых для осуществления производственно-хозяйственной деятельности, реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций (например, на приобретение оптовых партий товаров для последующей реализации их путем розничной продажи).

При этом не является основанием для квалификации сделки как совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности один только факт ее совершения в рамках вида деятельности, упомянутого в едином государственном реестре юридических лиц или уставе общества как основного для данного юридического лица, либо то, что общество имеет лицензию на право осуществления такого вида деятельности (п. 6 Постановления N 28 Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" от 16.05.2014 г.).

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

С учетом данных положений, договор субаренды от 01.01.2016 г. не является сделкой, выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности, в связи с его заключением деятельность общества не прекратилась, а вид и масштабы его деятельности не претерпели изменения.

Таким образом, оспариваемой договор является сделкой, совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности. 

В соответствии с пунктом 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. При этом, по этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). 

Доказательства того, что арендная плата установлена в размере не соответствующей рыночным ценам, истцом в материалы дела представлено заключение специалиста № 28-12-18/01-3, по результатам которого эксперт сделал выводы, что данная сделка причиняет значительным ущерб экономическим интересам истца, а также условия договора не соответствуют рыночным условиям.  

Ссылка истца на заключение специалиста № 28-12-18/01-3 не является надлежащим доказательством, поскольку в силу ст. 68 АПК РФ экспертиза проводилась во внесудебном порядке, а лица, ее проводившие, не получали процессуального статуса экспертов, так как ни они, ни организация от имени которой они подготовили отчет, не назначались арбитражным судом в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 55 АПК РФ, также в обосновании своих выводов специалист не приводит конкретные сведения из бухгалтерской и налоговой отчетности истца за 2016 и 2017 год и не сравнивает величину арендной платы по договору субаренды за год с полученными денежными средствами по договорам с АО "НК "Конданефть".

В материалы дела представлены бухгалтерские отчётности истца, из анализа которых видно, что в 2016 и 2017 году произошло значительное улучшение основных показателей финансово-материального состояния и экономической деятельности общества.

В ходе судебного разбирательства установлено, что сделка является для общества  экономически оправданной, так как установлено судом и не оспаривается сторонами, что АО "НК "Конданефть" подтвердил факт перечисления денежных средств в размере около 1 млрд. рублей.

Помимо письменных доказательств факт подписания договора и использование техники по спорному договору, также подтверждается свидетельскими показаниями. В судебном заседании от 14 ноября 2018 года опрошен свидетель ФИО4,  предупрежденный об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний по ст.ст. 307-308 УК РФ, который пояснил, что работает в ООО "Транс-снаб" с декабря 2015 года техническим директором, в 2015 году участвовал в тендере на оказание транспортных услуг с использованием спецтехники, которое проводило АО "НК "Конданефть", а так как у истца на балансе общества не было своей техники, то ФИО4 договаривался со сторонними организациями о заключении договоров аренды для нужд истца, в том числе и был заключен спорный договор. Пояснил, что сделка для истца была очень выгодной, так как договоры с АО "НК "Конданефть" превышали сумму оспариваемой сделки в значительное количество раз. Также пояснил, что регулярно истец получает денежные средства на свои счета за выполненные работы арендованной техникой и транспортными средствами, в связи с чем истец не мог не знать о спорном договоре. Также не отрицает факт подписания спорного договора и подтверждает о наличии выдаваемой доверенности истцом, для подписания договоров.

В связи с чем, суд отклоняет довод истца о значительном ущербе обществу, так как не привел каких-либо доводов и не представил доказательств невыгодности сделки – договора субаренды.

Истец в своих письменных пояснения ссылается, что доверенность на подписание договора субаренды ФИО4 не выдавались, данный довод отклоняется судом, поскольку в материалах делах имеется доверенность от 25.12.2015, с подписью бывшего генерального директора ФИО7 с печатью общества, в которой предоставлено ФИО4 право на подписание договоров.   

Юридическое лицо выступает в гражданском обороте через своих представителей, а действия его работников по исполнению обязательств юридического лица считаются действиями самого юридического лица (статья 402 ГК РФ).

Учитывая сложившуюся практику взаимодействия хозяйствующих субъектов, а также части 1 статьи 182 ГК РФ, суд полагает, что полномочие ФИО4 на подписание договоров от имени ООО "Транс-снаб" имелись, что подтверждается доверенностью от 25.12.2015.

Кроме того суд обращает внимание, что доверенность от 25.12.2015, по которой действовал ФИО4 и договор субаренды от 01.01.2016, скреплены печатью ООО "Транс-снаб".

Требование о заверении оттиском печати подписи должностного лица содержится в Постановлении Госстандарта России от 03.03.2003 №65-ст  «О принятии и введении в действие государственного стандарта Российской Федерации», в соответствии с пунктом 3.25 которого оттиск печати заверяет подлинность подписи должностного лица на документах, удостоверяющих права лиц, фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подлинной подписи. Документы заверяют печатью организации.

Печать является одним из способов идентификации юридического лица в гражданском обороте.

Доказательств того, что печать выбыла из законного владения ООО "Транс-снаб" не представлено. Наличие в распоряжении ФИО4 печати ООО "Транс-снаб"  может указывать на передачу им полномочий на совершение действий от имени Общества. Сведениями о том, что передача печати имела иные цели или была утрачена, суд не располагает. 

Истец ссылается в своих дополнения к исковому заявлению, что имеются основания для применения ст. 178 ГК РФ, так как ФИО4 и ФИО8 умышлено вводили истца в заблуждение в отношении природы получения техники во владение и в отношении о вступлении в сделку напрямую с собственником спецтехники.

В соответствии со статьей 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Согласно пункту 2 части 2 статьи 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные.

Заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки помимо своей воли и воли другого участника составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

При этом частью 5 статьи 178 ГК РФ предусмотрено, что заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статья 178 или статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьи 495, 732, 804, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 1, статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В рассматриваемом случае договор субаренды от 01.01.2016, был подписан представителем по доверенности и скреплен печатью общества. О том что ФИО4 и ФИО2 умышлено вводили истца в заблуждение относительно природы получения техники и относительно лица с которым истец вступает в сделку в материалы дела не представлено. Также истцом не представлено пояснений, каким образом на протяжении 2015-2018 и по каким договорным отношениям АО "НК "Конданефть" перечислялись регулярно денежные средства, не имея собственной техники на балансе общества в таком количестве. 

Поскольку истец не проявил должной осмотрительности, обычной для деловой практики совершения подобных сделок (п. 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации"), оснований для признания сделки совершенной под влияем существенного заблуждения не имеется.

Юридически ничтожным являются доводы истца, что сделка преследовала негативные последствия, поскольку преследовала недобросовестную цель ФИО4 причинить вред обществу. 

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. 

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). 17 А45-20084/20

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Верховный Суд Российской Федерации в Обзоре судебной практики N 1 (2015) (вопрос N 6) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015) указал на следующее: "Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В рассматриваемом случае суд не установил наличие признаков злоупотребления правом в действиях ФИО4 при совершении оспариваемой сделки, поскольку истец не представил доказательств, объективно и бесспорно свидетельствующих о недобросовестности ФИО4 при заключении оспариваемой сделки.

Доводы истца о том, что сделка аренды является ничтожной вследствие злоупотребления правом со стороны ФИО4, также не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Доказательств нарушения прав или охраняемых законом интересов общества или его участников или факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском в материалы дела представлено не было.

Заявление ответчика о пропуске срока исковой давности является обоснованным. 

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

В п. 5 Постановления N 28 Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" от 16.05.2014 г. разъяснено, что иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного п. 2 ст. 181 ГК РФ для оспоримых сделок. Срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше. Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из представлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Как было указано выше в период с октября 2015 года и по май 2018 года между АО "НК "Конданефть" и истцом были заключены договоры № 19518 от 22.12.2015, № 27545 от 21.11.2016, № 29444 от 18.01.2017 и № КОН-00271 от 05.12.2017, данные договоры были подписаны генеральными директорами ООО "Транс-Снаб" 

Лицами, участвующими в деле не оспаривается факт предоставления транспортной техники по договору субаренды в пользование АО "НК "Конданефть", также АО "НК "Конданефть" перечислялись денежные средства за использование транспортной техники, в материалах дела платежные поручения имеются.

Также истец помимо вышесказанного должен был узнать о совершении оспариваемой сделки не позднее назначения следующего генерального директора – ФИО9, запись об избрании которого внесена в единый государственный реестр юридических лиц за № 61677477486736 от 23.05.2016.

Довод истца о том, что им стало известно о договоре субаренды 10.07.2018 отклоняются, поскольку материалы дела говорят об ином.

Настоящий иск подан в суд 19.09.2018 г., что подтверждается штампом канцелярии Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа.

Таким образом, на момент подачи искового заявления срок исковой давности истек.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

1. В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью "Транс-Снаб" к обществу с ограниченной ответственностью "ТехЦентр" о признании недействительным договора субаренды транспортных средств и специальной техники без экипажа от 01.01.2016 отказать.

2. Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия (изготовления его в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы  в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья

С.В. Соколов