﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1897/2018(6)-АК

Дело № А60-35821/2017

22 марта 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 марта 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Паршиной В.Г., 

при участии:

от ответчика Парфенова Владислава Олеговича: Панкратов Н.М. по доверенности от 27.08.2020,

от конкурсного управляющего Ждановой Ольги Владимировны: Гуляев С.Ю. по доверенности от 01.03.2021,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу кредитора, общества с ограниченной ответственностью «Эдельвейс» (далее – ООО «Эдельвейс», кредитор, заявитель) (ИНН 6623071096, ОГРН 1106623004542)

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 27 декабря 2020 года

об отказе в удовлетворении заявления ООО «Эдельвейс» о привлечении Парфенова Владислава Олеговича, Липатова Евгения Борисовича, Степашкиной Любови Валерьевны к субсидиарной ответственности,

вынесенное судьей Сергеевой Т.А. в рамках дела № А60-35821/2017	

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ТНК» (далее – ООО «ТНК», должник) (ИНН 6658113357, ОГРН 1026602312714),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «Вариант-Инвест» (ИНН 6658126814, ОГРН 1026602312670),	

установил:

определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.07.2017 принято к производству суда (поступившее 11.07.2017) заявление общества с ограниченной ответственностью «Флавия» о призвании ООО «ТНК» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2017 указанное заявление признано обоснованным, в отношении ООО «ТНК» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Жданова О.В., являющаяся членом Ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2018 (резолютивная часть решения принята 05.04.2018) ООО «ТНК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.05.2018 конкурсным управляющим утверждена Жданова О.В.

18.11.2019 в арбитражный суд поступило заявление кредитора ООО «Эдельвейс» о привлечении Парфенова В.О., Липатова Е.Б., Степашкиной Л.В. к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2020 (резолютивная часть определения объявлена 14.12.2020) в удовлетворении указанного заявления отказано. 

Не согласившись с данным судебным актом, кредитор обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, заявление ООО «Эдельвейс» о привлечении Парфенова В.О., Липатова Е.Б., Степашкиной Л.В. к субсидиарной ответственности удовлетворить. 

В апелляционной жалобе кредитор приводит доводы, согласно которым, учитывая деятельность должника, сделки по выводу активов – отчуждение всей техники, по мнению кредитора, являются значимыми и убыточными, сделки совершены на нерыночных условиях, техника отчуждена по заниженным ценам, оплата на счет должника не поступила, Парфенов В.О. не предпринял мер по взысканию дебиторской задолженности, в целях создания подтверждения заниженной стоимости техники, подписал акт осмотра от 09.01.2016. До ноября 2016 года техника отчуждена на основании договоров, заключенных от имени должника Степашкиной Л.В. (21 единица), после мая 2017 года – по договорам, заключенным Липатовым Е.Б. (44 единицы), всего отчуждено 119 единиц техники.  

Также кредитор указывает в апелляционной жалобе, что должник при наличии признаков банкротства производил вывод денежных средств на счет Гринделиа Холдингс Лимитед (Кипр); 11.08.2016 должник перечислил на расчетный счет ООО «Стройопт» 10 000 000 руб. по договору займа от 10.08.2016 (возврат не произведен, никто с требованием о возврате не обратился). 

Кредитор считает, что со стороны контролирующих должника лиц ненадлежащим образом исполнялись обязанности по обеспечению сохранности и передачи конкурсному управляющему документации должника в объеме, являющимся значительным и способным существенно повлиять на формирование конкурсной массы должника. Бездействие конкурсного управляющего по не истребованию документов, не свидетельствует о надлежащем исполнении обязанностей бывшего руководителя должника и опровергает указанные доводы. 

Ответчик Парфенов В.О. и конкурсный управляющий представили отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители ответчика Парфенова В.О. конкурсного управляющего поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзывов на апелляционную жалобу, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как указано в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

	- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

	- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

	- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

- на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов.

Аналогичная позиция отражена в пункте 18 Постановления № 53, согласно которому контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что ООО «ТНК» учреждено (присвоен ОГРН) 22.08.2002, размер уставного капитала общества составляет 22 116 800 руб.

Единственным участником должника с 12.09.2005 являлось АО «Вариант-Инвест».

В соответствии с представленными в материалы дела сведениями в период с 10.09.2012 и до 18.11.2016 (за исключением периода с 30.06.2014 по 29.10.2014) руководителем должника являлась Степашкина Л.В., с 22.04.2016 по 01.08.2016 – АО «Вариант-Инвест».

Руководство АО «Вариант – Инвест» осуществляли с 02.08.2016 по 23.05.2017 Парфенов В.О., с 23.05.2017 – Липатов Е.Б. 

	Конкурсное производство в отношении АО «Вариант-Инвест» завершено 16.01.2020 (дело № А60-59201/2017).

Заявителем определен круг контролирующих должника лиц – Парфенов В.О., Липатов Е.Б., Степашкина Л.В.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми кредитор ООО «Эдельвейс» заявил о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), то настоящий обособленный спор правомерно рассмотрен судом первой инстанции с применением норм материального права, предусмотренных статьями 9, 10 Закона о банкротстве, и процессуальных норм, предусмотренных Законом № 266-ФЗ.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве в применимой к спорным отношениям редакции контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям, предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В силу положений Закона о банкротстве обязанность по передаче документов возложена на последнего руководителя должника в данном случае – Липатова Е.Б.

Доказательств того, что Степашкина Л.В. и Парфенов В.О. не передавали документы своему правопреемнику или удерживали их, арбитражному суду не представлено. Претензии по поводу непередачи документов ответчики друг к другу не заявляли, споры об этом в арбитражном суде отсутствуют.

Судом первой инстанцией установлено и ООО «Эдельвейс» не опровергнуто, что основные документы должника, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, первичные документы, уставные документы, иные имеющие значение документы, были переданы Липатовым Е.Б. конкурсному управляющему 13.04.2018 по акту приема-передачи документов.

Конкурсный управляющий на протяжении всей процедуры конкурсного производства (с 05.04.2018) претензий по объему, составу, количеству и качеству документов не имел, требований о передаче дополнительных документов от конкурсного управляющего в адрес ответчика Липатова Евгения Борисовича не поступало, т.е. обязанность по передаче всей имеющейся отчетности и первичной документации бывшими руководителя должника исполнена.

Из материалов дела следует, что бухгалтерская документация должника велась в установленном порядке. В арбитражный суд с самостоятельным заявлением об истребовании документов и сведений у бывшего руководителя должника – Липатова Е.Б., конкурсный управляющий не обращался.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что в установленном законом порядке действия (бездействие) конкурсного управляющего по неистребованию документации должника не признаны арбитражным судом незаконными. В связи с этим соответствующие доводы апелляционной инстанции отклоняются в связи с несостоятельностью.

Кроме того, из отчетов конкурсного управляющего о своей деятельности, сведений картотеки арбитражных дел, следует, что конкурсный управляющий использовал данные документы, взыскивал дебиторскую задолженность с контрагентов должника.

Кредитором не представлено доказательств того, что в распоряжении  ответчика имеется какая-либо документация, подлежащая передаче ООО «ТНК».

Доводы заявителя о том, что вся переданная дебиторская задолженность просрочена, проверены судом первой инстанции и обоснованно отклонены, поскольку данное обстоятельство не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов. 

В обоснование заявления кредитор ссылался на то, что решения контролирующих должника лиц о предоставлении поручительства за ООО «Арсенал Трейд» были экономически нецелесообразными, не отвечали интересам должника и его кредиторов, привели к банкротству должника и невозможности исполнения обязательств.

Между тем, из разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 №42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в пункте 15.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Поручительство, как правило, выдается при наличии корпоративных либо иных связей между поручителем и должником, в силу чего один лишь факт, что поручительство дано при названных обстоятельствах, сам по себе не подтверждает порочность сделки по выдаче такого обеспечения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13).

Из материалов дела следует, что кредитные средства выдавались в интересах группы компаний «Трест СКМ», в число которых входили Гринделиа Холдингс Лимитед (Кипр), АО «Вариант-Инвест», ООО «Арсенал Трейд», ООО «Суперстрой Уфа», ООО «Суперстрой Пермь», ООО «Суперстрой НТ», ООО «Суперстрой Челябинск», ООО «Флавия», ООО «ТрестАктив», ООО «Красный сектор», ООО «Учет Оптимум».

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что банкротство ООО «ТНК» вызвано неисполнением акцессорных обязательств, самостоятельных основных кредитных или иных обязательств должник не имел. 

Само по себе заключение договоров поручительства по обязательствам участников группы не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 08.04.2019 № 305-ЭС18-22264 по делу № А41-25952/2016, согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными, так и фактическими. При кредитовании одного из названных лиц банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и всех лиц, предоставивших обеспечение. Поэтому само по себе получение кредитной организацией такого обеспечения не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности».

В силу наличия корпоративных связей и ведения деятельности именно как группа компаний (указанный факт не скрывался перед кредитными организациями и отражен в кредитных договорах) ООО «ТНК» заключило ряд обеспечительных сделок по обязательствам ООО «Арсенал Трейд».

Хозяйственная функция должника в группе компаний сводилась к поиску помещений для размещения розничных магазинов сети «СуперСтрой», «АрсеналСтрой». Помещения принимались должником в аренду, затем передавались членам группы компаний в субаренду. В итоге деятельность должника финансировалась только за счет средств иных организаций, оплачивающих арендные платежи по договорам субаренды.

Невозможность основного должника ООО «Арсенал Трейд» исполнять обязательства по кредитным договорам повлекла прекращение экономической деятельности, что в свою очередь повлекло прекращение платежей в адрес должника.

Таким образом, заключение договоров поручительства с кредитными организациями в обеспечение исполнения обязательств основного должника, входящего в одну группу компаний является обычной деятельностью, не выходящей за пределы гражданского оборота.

Кроме этого, сделки поручительства и залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу гарантирующего лица (поручителя или залогодателя). Поэтому не имеется повода ожидать, что банк должен был заботиться о выгодности сделок для поручителя.

Арбитражным судом не выявлены противоправные действия контролирующих должника лиц, которые бы привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов. Предоставление поручительства перед кредитными организациями в условиях группы компаний не выходит за рамки обычной экономической деятельности как для должника, так и для кредитной организации. Каких-либо вышеперечисленных злоупотреблений со стороны банков также выявлено не было.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Механизм привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности должен быть направлен на восстановление нарушенных прав кредиторов.

Также, по мнению заявителя, руководителями должника совершены ряд сделок: по отчуждению 119 единиц техники; по отчуждению имущества (6 единиц техники), полученное по договорам лизинга; по перечислению денежных средств в размере от 1 000 000 руб. до 3 000 000 руб. на счет Компании Гринделиа Холдинг Лимитед.

Вместе с тем, из материалов дела, не следует, что отчуждение транспортных средств должника привело к банкротству должника.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о том, что перечисление денежных средств в пользу Компании Гринделиа Холдинг Лимитед действительно имело притворный характер (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Однако, как следует из определений Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2018 и 01.08.2018, выданный заем Компании Гринделиа Холдинг Лимитед вытекал из факта участия общества (корпоративных отношений).

Данные требования правопреемников Компании Гринделиа Холдинг Лимитед ООО «Ориент» на сумму 57 591 796 руб. 70 коп. и ООО «Стройопт» на сумму 216 040 269 руб. 35 коп. не были включены в реестр требований кредиторов должника.

Производство по заявлениям о включении в реестр требований кредиторов должника требований ООО «СуперСтрой-Челябинск» в размере 18 795 155,97 руб., ООО «СуперСтрой-Уфа» в размере 86 998 615,91 руб., на которые ссылается кредитор в заявлении, прекращено 04.03.2018.

Кредитор не доказал факт совершения ответчиками действий, вызвавших банкротство ООО «ТНК» и повлекших последствия в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника.

Само по себе заключение сделок, в отсутствие доказательств того, что их заключение привело к ухудшению финансового положения должника, повлекло причинение существенного вреда правам кредиторов, и что при их заключении ответчик действовал вопреки интересам ООО «ТНК», не свидетельствует о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Учитывая размер включенных в реестр должника требований кредиторов, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что из материалов дела не следует, что данные сделки причинили существенный вред имущественным правам кредиторов должника.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ доказательства по делу в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что кредитором в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не доказана необходимая совокупность условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления кредитора. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им дана надлежащая оценка.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что общий размер требований кредиторов должника, включенных в реестр, составляет 737 824 841,63 руб.

В свою очередь стоимость отчужденной техники не сопоставима с размером требований кредиторов. Кроме того, в рамках дела о банкротстве ООО «ТНК» рассматривается заявление ООО «Эдельвейс» о взыскании убытков с конкурсного управляющего и Парфенова В.О., предметом которого также выступают спорные транспортные средства, оцененные самим заявителем в сумму 38 000 000 руб., что составляет только 5 % от общего размера требований кредиторов должника, включенных в реестр.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, поддерживает правильный вывод суда первой инстанции о том, что отчуждение техники должника не могло причинить существенный вред и не может служить основанием для привлечения лиц, контролирующих должника, к субсидиарной ответственности.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что основной деятельностью ООО «ТНК» являлась аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом, соответственно довод апелляционной жалобы о том, что отчуждение данной техники являлось существенным для ООО «ТНК» не соответствует обстоятельствам дела.

Также судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что перечисления в пользу Компании Гринделиа Холдинг Лимитед не повлекли ухудшение финансового состояния должника.

Требования аффилированных кредиторов не были включены в реестр требований кредиторов должника. В результате сделок не произошло выбытие активов или увеличение обязательств должника. Таким образом, данные обстоятельства не свидетельствуют о том, что указанные сделки повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Обстоятельства перечислений денежных средств ранее уже исследовались Арбитражным судом Свердловской области при рассмотрении требований ООО «ТД «УралСтрой». По результатам рассмотрения было вынесено определение Арбитражного суда Свердловской области 10.03.2018 по делу № А60-35821/2017.

11.08.2016 ООО «ТНК» предоставило ООО «Стройопт» заем в сумме 100 000 000 руб. для урегулирования задолженности ООО «ТНК» перед ПАО «УБРиР» в связи с выдачей ООО «ТНК» поручительства за ООО «Арсенал Трейд» (договор поручительства от 24.03.2016 № 59739/2 за ООО «Арсенал Трейд» по кредитному договору от 24.03.2016 № 59739).

При этом к ООО «ТНК» было предъявлено требование ООО «Ориент» в связи с задолженностью по договору займа от 03.05.2011 на сумму 197 887 992,69 руб., которую 03.10.2016 ООО «Ориент» приобрело у Компании Гринделиа Холдингс Лимитед (Республика Кипр) по договору уступки.

30.11.2016 ООО «ТНК» в качестве частичного исполнения обязательства перед ООО «Ориент» передало последнему требование к ООО «Стройопт» на сумму 100 000 000 руб., возникшее у ООО «ТНК» к ООО «Стройопт» на основании договора займа от 11.08.2016. В результате этой операции размер кредиторской задолженности ООО «ТНК» был уменьшен до 97 887 992,69 руб.

Поскольку кредитор со своей стороны в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил доказательств, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на материалах дела, которым дана оценка в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему обособленному спору, суд апелляционной инстанции считает, что кредитор не доказал обоснованность заявленного требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В связи с тем, что в силу пункта 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении судебных расходов судом апелляционной инстанции не рассматривается.

Руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 декабря 2020 года по делу № А60-35821/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Е.О. Гладких 

 

Судьи

Л.М. Зарифуллина

 

Т.В. Макаров