ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

31.10.2024

Дело № А41-93489/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17.10.2024

Полный текст постановления изготовлен 31.10.2024

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Аталиковой З.А.,

судей Красновой С.В., Федуловой Л.В., 

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Автогарант» -ФИО1 лично  

от ФИО2, действующей в интересах общества с ограниченной ответственностью «Автогарант»: не явился

от ФИО3: ФИО4  и адвокат Чистякова А.В. по доверенности от 07.03.2023

от ФИО5: не явился

от ФИО6: не явился

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Автогарант» Шведова Дениса Сергееича

на решение Арбитражного суда Московской области от 27.05.2024 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024 по делу № А41-93489/2022

по иску ФИО2, действующей в интересах общества с ограниченной ответственностью «Автогарант»

к ФИО3, ФИО5, ФИО6

о взыскании, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – ФИО2, истец), действующая в интересах общества с ограниченной ответственностью «Автогарант» (далее - ООО «Автогарант», общество) обратилась в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО5  (далее - ФИО5), ФИО6 (далее - ФИО6, далее совместно - ответчики) о взыскании в солидарном порядке 67 496 615 руб. 05 коп. убытков, причиненных обществу (с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Московской области от 27.05.2024, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Автогарант» ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, ФИО1) обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование кассационной жалобы истец ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на ошибочность выводов судов о пропуске истцом срока исковой давности при обращении в суд с заявленными требованиями; на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет». 

Отводов составу суда не поступило. 

До рассмотрения кассационной жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от истца поступил отзыв, содержащий доводы в поддержку кассационной жалобы, от ответчика ФИО3 поступил отзыв, содержащий возражения относительно ее удовлетворения, которые приобщены к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции конкурсный управляющий поддержал доводы кассационной жалобы, представители ответчика ФИО3 возражали против ее удовлетворения. 

Надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания истец и ответчики ФИО5, ФИО6 в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, явку своих представителей не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, выслушав представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по заявленным в жалобе доводам, поскольку считает, что судами при рассмотрении настоящего дела была дана правильная квалификация спорным правоотношениям сторон, применены подлежащие применению нормы материального права, установлены все имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства, не допущено таких нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных актов. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «Автогарант» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.12.1998 администрацией Домодедовского района Московской области, впоследствии внесено в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) за основным государственным регистрационным номером 1035002006973.

С 2005 года и до января 2018 года участниками общества являлись ФИО2 и ФИО7 с долей уставного капитала по 50 % у каждого, при этом ФИО7 также занимал должность генерального директора общества. 

После смерти ФИО7 06.01.2018 принадлежавшая ему доля в уставном капитале ООО «Автогарант» в размере 50 % перешла в порядке наследования к ФИО3, о чем свидетельствует запись в ЕГРЮЛ с ГРН № 2185027655085 от 04.09.2018. 

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец указала, что ФИО3, до этого занимавшая должность заместителя генерального директора по финансовым вопросам с материальной ответственностью (приказ по обществу о приеме на работу от 24.05.2010 № 6/10, трудовой договор от 24.05.2010 № 6/10), незаконно завладела всеми корпоративными и финансово-хозяйственными документами общества и в период с 06.01.2018 по 12.02.2020 совершала действия, идущие вразрез с интересами ООО «Автогарант», фактически единолично управляла финансово-хозяйственной деятельностью общества, заключала и контролировала исполнение сделок, движение денежных средств по расчетным счетам и в кассе общества, ведение бухгалтерского учета, составление отчетности, то есть являлась лицом, единолично управляющим и контролирующим общество, определяла его политику.

В период с 12.07.2018 по 22.01.2020 обязанности генерального директора ООО «Автогарант» исполнял ФИО5, что подтверждается трудовым договором от 12.07.2018 № 24/18, приказом от 13.05.2021 № 50 л/с об увольнении. 

ФИО5 назначен на должность генерального директора ООО «Автогарант» на основании решения протокола внеочередного общего собрания участников общества, оформленного протоколом от 18.06.2018 № 1, изготовленного участником общества ФИО8 и впоследствии решением арбитражного суда от 20.06.2019 по делу № А41-65815/2018 признанного недействительным, с признанием также недействительной записи на основании ничтожного решения, внесенной в ЕГРЮЛ в отношении ФИО5 от 11.07.2018 ГРН № 2185027572552. 

Обязанности заместителя генерального директора по кадровым и финансовым вопросам с материальной ответственностью в период с 01.12.2014 по 23.10.2020 исполнял ФИО6, что подтверждается трудовым договором от 01.12.2014 № 08/14, приказом о приеме на работу от 01.12.2014 № 27/14, должностной инструкцией, приказом от 23.10.2020 № 48 л/с об увольнении. 

Кроме того, ФИО6 был полномочен действовать от имени общества и подписывать документы, поскольку в соответствии с приказом от 26.01.2015 № 2 ФИО6 наделен правом первой подписи, т.е. распоряжался денежными средствами на расчетных счетах ООО «Автогарант». Также ФИО6 имел оформленную на свое имя от имени общества корпоративную банковскую карту ПАО «Сбербанк России», привязанную к расчетному счету общества, денежными средствами на которой распоряжался единолично. 

Таким образом, согласно позиции истца, ФИО5, ФИО8 и ФИО6 в период с 06.01.2018 и до 12.02.2020 осуществляли фактическое руководство деятельностью ООО «Автогарант». 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2021 по делу № А41-71585/2020 по заявлению ФИО2 в ООО «Автогарант» введена процедура ликвидации, ликвидатором общества назначена ФИО9, к которой перешли все полномочия единоличного исполнительного органа общества в соответствии с положениями пунктов 3 и 4 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), запись о ликвидаторе внесена в ЕГРЮЛ 01.06.2021 ГРН 2215001198641.

Ссылаясь на результаты аудиторского заключения о бухгалтерской (финансовой отчетности) ООО «Автогарант» за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, на итоги инвентаризации, проведенной ревизионной комиссией в ходе процедуры ликвидации общества, также основываясь на заключении судебно-бухгалтерской экспертизы от 20.03.2023 № 8/332, проведенной в рамках проверки заявления ФИО2 о преступлении, истец полагает, что ФИО3 совместно с ФИО5 и ФИО6 причинен обществу ущерб в размере 59 689 530 руб. 41 коп., в том числе, в результате присвоения поступивших в кассу ООО «Автогарант» денежных средств в период 2017-2019 годов в размере 51 616 555 руб. 41 коп., приобретения автомойки стоимостью 2 200 000 руб., при том, что соответствующий объект некапитального строительства на балансе общества не состоит, а также в результате перевода денежных средств с расчетного счета общества на счет ООО «Бизнес партнер» в размере 5 872 975 руб. без подтверждающих документов. 

Кроме того, указывая на результаты проведения повторной судебно-бухгалтерской экспертизы в рамках рассмотрения заявления о преступлении, ФИО2 увеличила размер исковых требований на 7 807 084 руб. 64 коп., то есть на разницу между суммой израсходованных денежных средств из кассы общества за период с 01.01.2018 по 11.02.2020, и суммой поступивших в кассу общества денежных средств.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с заявленными требованиями.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности участников общества определяются в соответствии с разделом 4 параграфа 2 главы 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), а также уставом общества.

При разрешении спора суды руководствовались положениями статей 8, 12, 15, 53, 53.1 ГК РФ, пунктом 1 части 3 статьи 40, пунктами 1, 2, 3 и 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ, с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 1, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в постановлении № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовых позиций, сформулированных в  постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при исследовании и оценке обстоятельств дела и представленных доказательств в порядке статьи 71 АПКР РФ.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками, наличие понесенных убытков и их размер. Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. 

Оставляя заявленные истцом требования без удовлетворения, суды установили отсутствие доказательств, подтверждающих, что директором общества совершены неправомерные действия, препятствующие участнику общества получать информацию о деятельности общества и знакомиться со всей его документацией; при рассмотрении спора также не установлено и в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих присвоение ответчиками наличных денежных средств общества.

Так, судами установлено, что согласно материалам дела, в 2015 году ответчики не являлись участниками общества, а также не занимали какую-либо управленческую должность и не осуществляли действия по управлению обществом, в связи с чем доводы истца о причинении ответчиками убытков ООО «Автогарант» ввиду перечисления в 2015 году обществом денежных средств на счет ООО «Бизнес партнер» без каких-либо подтверждающих документов признаны необоснованными.

Отклоняя доводы истца со ссылкой на причинение ответчиками убытков обществу ввиду приобретения ФИО3 мобильной автомойки АМК-2 стоимостью 2 200 000 руб. и  отсутствия указанного объекта на балансе общества, суды установили, что данное имущество списано в связи с ликвидацией общества согласно приказу общества от 09.09.2019 о списании автомойки, акту от 09.09.2019 № 1 о списании объекта, основных средств (модульной автомойки (инвентарный номер 01/2), стоимостью 2 200 000 руб.) и исключения из числа основных средств, а также денежной операции от 30.09.2019, на субсчете 02/1/1/МОД_МОЙКА.

 Отклоняя довод истца о необоснованном списании модульной автомойки ранее срока истечения полезного использования со ссылкой на отнесение данной мойки к шестой амортизационной группе и признавая, что порядок ликвидации автомойки соблюден, суды, руководствуясь постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», согласно которому в четвертую группу входит имущество со сроком полезного использования свыше 5 лет до 7 лет включительно, исходили из того, что фактически модульная автомойка АМК-2 находилась на балансе ООО «Автогарант» с января 2014 до сентября 2019 года, то есть сроком свыше 5 лет. 

Также отметили, что установленные данным постановлением Правительства сроки полезного использования являются рекомендательными и не запрещают списание имущества ранее истечения таких сроков в том случае, если оно пришло в негодность. В настоящем случае состояние модульной автомойки установлено 05.09.2019 комиссией из числа сотрудников ООО «Автогарант», которая пришла к выводу о ненадлежащем состоянии автомойки и невозможности ее дальнейшей эксплуатации, равно как и о невозможности реализации ее годных остатков, что послужило основанием принятия решения согласно приказу общества от 09.09.2019 о списании автомойки. Нарушений процедуры работы создания и работы комиссии судами не установлено.

Признавая необоснованным требование о взыскании разницы между поступившими в кассу общества и сданными в банк суммами денежных средств в период с 2017 по 2020 годы, суды исходили из того, что движение денежных средств подтверждается представленными кассовыми книгами общества за 2019-2020 сведениями о движении денежных средств по бухгалтерским счетам, в том числе, о выдаче денежных средства из кассы для выплаты заработной платы, платежными ведомостями о выплате заработной платы, на оплату текущих расходов общества. Также судами принято во внимание, что факт расходования денежных средств подтвержден соответствующими оправдательными документами, что установлено, в том числе, проведенной в ходе доследственной проверки заявления о преступлении дополнительной судебно-бухгалтерская экспертиза и изложено в заключении эксперта № 8/178-д.

Отклоняя ссылку истца на отсутствие в материалах дела первичных бухгалтерских документов по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Автогарант» за период с 01.01.2017 по 31.12.2018, суды отметили, что данные документы представлены в полном объеме в оригиналах в компетентные органы и именно на их основании подготовлено заключение эксперта № 8-178-д.

Отказывая в удовлетворении требований к ФИО6, суды также приняли во внимание, что указанный ответчик никогда не являлся единоличным исполнительным органом данного общества и его контролирующим лицом, не являлся членом коллегиальных органов ООО «Автогарант», доказательств обратного в материалах дела не содержится. 

Кроме того, как указали суды, из представленных в материалы дела доказательств не следует, что ФИО6, обладал возможностью определять действия ООО «Автогарант». А истцом не обосновано, какие конкретно действия ФИО6 и ответчиков ФИО3 и ФИО5 являлись недобросовестными и повлекли причинение обществу убытков.

Таким образом, суды признали недоказанной совокупность условий, необходимых для привлечения руководителей хозяйственного общества к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков в указанной сумме.

Судами также по ходатайству ответчика применен срок исковой давности по заявленным требованиям, при руководстве положениями статей 195, 196, 199, 200 ГК РФ, пункта 4 статьи 43, статей 8, 34 и 48 Закона № 14-ФЗ и учете разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Как установлено судами, о расходовании обществом денежных средств, в частности, в размере 2 200 000 руб. в 2014 году, в размере 5 872 975 руб. - в 2015 году, размере 24 817 574 руб. 30 коп. - в 2017 году, в размере 17 414 398 руб. - в 2018 году ФИО2 стало известно не позднее марта 2018 года, когда ею были получены результаты проведения аудита. 

Суды признали, что располагая данными сведениями, ФИО2 не приняла мер, направленных на возврат денежных средств и имущества, которые, по ее мнению, незаконно выбыли из общества.

Ненадлежащее отношение участников к осуществлению своих прав, отсутствие осмотрительности и заботливости при осуществлении своих прав влечет для них негативные последствия. Учитывая, что в настоящем случае доказательств, подтверждающих, что директором общества совершены неправомерные действий, препятствующих участнику общества получать информацию о деятельности общества и знакомиться со всей его документацией, при рассмотрении спора не установлено и таких доказательств суду не представлено.

Поскольку с настоящим иском в арбитражный суд с настоящим иском ФИО2 обратилась только 24.11.2022, суды пришли к выводу о пропуске истцом срока по требованию о взыскании убытков, возникших до 24.11.2019, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и положениям действующего законодательства. 

Довод кассационной жалобы о неверном, по мнению заявителя, применении норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, касающихся исследования и оценки представленных в деле доказательств, их относимости, допустимости и достоверности, подлежат отклонению, поскольку заявитель не учитывает, что по установленному арбитражным процессуальным законодательству правилу исследование и оценка доказательств по делу является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций.

Доводы кассационной жалобы не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и влияли бы на обоснованность и законность судебных актов, по сути основаны на неверном толковании норм права, повторяют доводы, изложенные в апелляционной жалобе, которые были предметом исследования в судах и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебных актах подробных мотивов их отклонения. 

Заявляя те же доводы в кассационной жалобе, заявитель не учитывает полномочия суда кассационной инстанции, ограниченные нормами части 2 статьи 287 АПК РФ в части установления обстоятельств, исследования доказательств и их оценки, и, по сути, заявляет доводы, направленные исключительно на иную оценку исследованных судами доказательств, что недопустимо при проверке законности судебных актов в порядке кассационного производства.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, судами не нарушены. 

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 27.05.2024 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024 по делу № А41-93489/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                                                      З.А. Аталикова

 

Судьи:                                                                                                         С.В. Краснова

 

Л.В. Федулова