ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-11707/2021

г. Киров

03 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 мая 2024 года.          

Полный текст постановления изготовлен 03 мая 2024 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Калининой А.С.,

судей Дьяконовой Т.М., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Барминой Д.Д.,

 

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО1, ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 22.04.2024,

представителя ООО «Главстрой Волга» - ФИО4, по доверенности от 09.01.2024,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2

на решение Арбитражного суда Ивановской области от 12.01.2024 по делу № А17-11707/2021, 

по заявлениям  общества с ограниченной ответственностью «Главстрой Волга», Федеральной налоговой службы, публичного акционерного общества «Сбербанк», общества с ограниченной ответственностью «Дельта»

к ФИО5, ФИО2, ФИО1

третьи лица: ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Керама Стиль» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

установил:

решением Арбитражного суда Ивановской области от 12.01.2024 удовлетворено заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Керама Стиль» (далее - должник, Общество, ООО «Керама Стиль») контролирующих должника лиц, а именно: ФИО5, ФИО2, ФИО1 (далее - ответчики, ФИО5, ФИО2, ФИО1 соответственно).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ФИО1 обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении требований кредиторов.

В обоснование жалобы ФИО2 указывает, что судом первой инстанции сделан ошибочный вывод о том, что он не утратил контроль за деятельностью должника несмотря на отчуждение доли в уставном капитале и снятия с него полномочий директора. Продажа должника ФИО5 была обусловлена невозможностью ФИО2. вести активную предпринимательскую деятельность в связи с резким ухудшением здоровья. Вся имевшаяся у ФИО2 документация, касающаяся деятельности должника была передана ФИО5 Выводы суда первой инстанции об обратном не основаны на имеющихся в деле доказательствах. Апеллянт не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что он ввел кредиторов в заблуждение относительно наличия у должника возможности отвечать по своим обязательствам, скрыв от кредиторов, вступивших в отношения с должником в 2019 году, документацию, подтверждающую активы должника, отраженные в балансе за 2018 год, и не представив в налоговый орган бухгалтерскую отчетность за 2019 год. Данный вывод сделан судом первой инстанции в отсутствие доказательств наличия причинно-следственных связей между возникновением у должника обязательств в 2019 году перед кредиторами и не представлением в налоговый орган бухгалтерской отчетности за 2019 год. Также в деле отсутствуют   доказательства   наличия   причинно-следственных   связей между возникновением у должника обязательств в 2019 году перед кредиторами и их неосведомленностью относительно документации на активы должника, имевшиеся у него в 2018 году. Должник и ФИО2. не обязаны были предоставлять никакие документы контрагентам должника в отношении активов должника, а контрагенты такие документы не запрашивали. Кроме того, судом первой инстанции не соотнесены сроки предоставления должником займов ФИО1, а также сроки возникновения просрочки по данным займам, со сроками возникновения обязательств должника перед его кредиторами, и в первую очередь перед кредиторами, являвшимися заявителями по требованиям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Апеллянт полагает, что он не должен быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим перед его кредиторами после предоставления должником займов ФИО1, а также в том случае, если срок возврата должнику полученного ФИО1 займа не наступил к моменту возникновения у должника обязательства перед его кредитором, являющимся заявителем по настоящему обособленному спору. В сложившихся между ФИО1 и должником отношениях, вытекающих из договоров займа, отсутствуют признаки недобросовестного поведения со стороны ФИО2 Судом первой инстанции не исследовались обстоятельства возникновения задолженности должника перед ООО «Дельта», правовая природа этих обязательств и момент их возникновения. В реестр требований кредиторов должника требования ООО «Дельта» включены определением от 24.08.2022 основании судебного приказа Арбитражного суда Костромской области от 26.09.2019 по делу №А31-12155/2019, которым эти обстоятельства также не устанавливались. Судом первой инстанции в должной мере не исследовались обстоятельства, связанные с возникновением у ФИО2 и должника обязательств перед ПАО «Сбербанк России» по кредитным договорам. Решением Октябрьского районного суда г. Иваново от 29.06.2020 по делу №2-408/2020 с К-ных и должника солидарно взыскано в пользу ПАО «Сбербанк» 696 582,8 рублей; решением Октябрьского районного суда г.Иваново от 29.06.2020 по делу № 2-409/2020 с К-ных и должника солидарно взыскано в пользу ПАО «Сбербанк» 795 599,31 рублей. Данные требования ПАО «Сбербанк» включены в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Ивановской области от  24.08.2022 по настоящему делу о банкротстве. Кроме того, эти же требования ПАО «Сбербанк» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 определением Арбитражного суда Ивановской области от 26.05.2022 по делу №А17-10386/2021. Таким образом, обязательства должника перед ПАО «Сбербанк», вытекающие из договоров поручительства не могут быть возложены в порядке субсидиарной ответственности на ФИО2, поскольку они уже учтены в третьей очереди реестра требований кредиторов в деле о банкротстве ФИО2  

В своей жалобе ФИО1 полагает, что судом сделан ошибочный вывод о том, что она являлась лицом, контролирующим должника. ФИО1 являясь супругой руководителя должника ФИО2., чьи полномочия были прекращены 19.02.2020. Однако сам по себе факт аффилированное лица не влечет за собой приобретение этим лицом статуса лица, контролирующего должника. Также ФИО1 приводит доводы о том, что судом не соотнесены сроки предоставления должником ей займов со сроками возникновения просрочки обязательств перед кредиторами ООО «Керама Стиль»; не исследовались обстоятельства возникновения задолженности должника перед ООО «Дельта», а также двойного взыскания по обязательствам перед ПАО «Сбербанк».

ФИО2 и ФИО1 представлены дополнения к жалобам.

ФИО2 указывает, что им договоры поручительства с кредитором НМК «Ивановский государственный фонд поддержки малого предпринимательства» за исполнение обязательств по договорам с ООО «Керама Стиль», заключались 31.01.2018, 08.08.2018, 30.04.2019, то есть, до продажи доли в уставном капитале ООО «Керама Стиль» ФИО5 19.02.2020, после этой даты договоры поручительства не заключались. ФИО1 заключала договор поручительства перед ООО «Прогресс» вообще по обязательствам общества от 12.01.2017, т.е. за те обязательства, которые возникли у ООО «Керама Стиль» до отчуждения ФИО2 доли в уставном капитале общества, поскольку, будучи добросовестными участниками рыночных отношений, приняли меры к исполнению обязательств, принятых ранее, в период нашей деятельности. Указание в договоре от 2017 года в реквизитах ООО «Керама Стиль» номеров телефонов К-ных не свидетельствует о том, что должник находился под их контролем, т.к. доля в ООО «Керама Стиль» была продана 19.02.2020, т.е. значительно позднее (через 3 года) после заключения сделки в 2017 году. Подписание акта сверки расчетов в марте 2019 года ФИО1 указывает на то, что она по доверенности выполнила оформление необходимой документации, потому что новый учредитель ФИО5 еще не получил из госреестра документы о регистрации его прав на данное общество и не мог подписывать документы. Подписание по доверенности договора аренды нежилого помещения является одноразовым поручением. Не является контролем за должником заключение сделки, которая не влияет на экономическую и финансовую деятельность, не затрагивает функциональной деловой и экономической деятельности общества. Подписание по доверенности соглашения об аренде нежилого помещения не является ни вовлеченностью в процесс управления должником, ни значительным влиянием на должника. Выводы суда о том, что ФИО2 не передал ФИО5 документацию общества при отчуждении доли, ничем не подтверждены. Причиной оставления предпринимательской деятельности явилось плохое состояние здоровья ФИО2 Бухгалтерская отчетность была представлена ФИО2 в налоговые органы за 2018 год, но за 2019 год отчетность должен был представить в налоговые органы новый учредитель, поскольку срок подачи отчетности истекал в марте следующего года за отчетным. К этому времени ФИО2 уже не работал в обществе. Суд же исчислил срок для подачи заявления в суд для ООО «Керама Стиль» 01.08.2019, т.е. в противоречие своим же подсчетам и указанию, что в августе-сентябре 2019 года должником были произведены последние выплаты кредиторам. Поэтому вывод суда о том, что обязательство о подаче заявления в суд о несостоятельности юридического лица возникло 01.08.2019, не соответствует материалам дела, что свидетельствует о необоснованности решения суда. Выводы суда о причинении вреда кредиторам путем невнесения суммы 1169869,12 руб. в кассу ООО «Керама Стиль» не являются основанием для признания ФИО2 лицом, контролирующим должника, не относятся к предмету рассматриваемого заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Поэтому данные выводы суда не могут быть положены в основу привлечения к субсидиарной ответственности. Согласно выписке по операциям по банковскому счету должника за период с 30.06.2015 по 05.05.2022 (весь период действия счета) со счета должника на счет ФИО1 было перечислено на общую сумму 23 133 338,41 руб., основание - договоры займа. Согласно выписке по операциям по расчетному счету ФИО1 за период с 14.12.2018 по 29.08.2019 ФИО1 переведено в ООО «Керама Стиль» 13 614 490,23 руб., которые были на основании соглашения о взаимозачете учтены в счет погашения долга по договорам займа. Сделки по займам относятся к обычной хозяйственной деятельности. Также апеллянт обращает внимание на недопустимость двойного взыскания.

ФИО1 в дополнениях к жалобе настаивает на отсутствии у нее статуса контролирующего должника лица, приводя доводы, аналогичные доводам ФИО2 Повторно ссылается на недопустимость двойного взыскания.

ООО «Главстрой Волга» в возражениях на апелляционную жалобу в полном объеме поддерживает выводы, сделанные судом первой инстанции. Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционных жалоб к производству вынесено 19.03.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 20.03.2024.

В судебном заседании представитель кредитора и представитель ответчиков подержали свои правовые позиции.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие представителей неявившихся лиц.

Законность решения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним, возражений кредитора, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)). Конечной целью предъявления соответствующего требования является возмещение вреда, причиненного кредиторам в результате действий контролирующих лиц, направленных на доведение должника до банкротства.

Прекращение производства по делу о банкротстве должника не является безусловным основанием для прекращения производства по обособленному спору о привлечении контролирующих его лиц к субсидиарной ответственности, поскольку они сохранили свою правоспособность (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2019 № 305-ЭС18-15765).

Последующее рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности после прекращения производства по делу производится судом по правилам главы 28.2 АПК РФ, регулирующей сходные правоотношения о рассмотрении дел о защите прав и интересов группы лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2021 № 302-ЭС20-19914).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2021 № 302-ЭС20-19914 разъяснено, что при прекращении полномочий арбитражного управляющего как лица, являющегося представителем должника (или группы кредиторов), арбитражный суд должен вынести определение об отложении судебного разбирательства и предложить произвести замену инициатора обособленного спора.

08.12.2021 в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Керама Стиль» обратилось общество с ограниченной ответственностью «Прогресс».

Определением суда от 20.12.2021 заявление ООО «Прогресс» принято к производству, возбуждено дело №А17-11707/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Керама Стиль».

Определением суда от 20.04.2022 (резолютивная часть от 19.04.2022) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО7

09.12.2022 временный управляющий ООО «Керама Стиль» обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, просила привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО2, ФИО1 (далее - ответчики, ФИО5, ФИО2, ФИО1 соответственно), взыскав с них 22 874 785 рублей 87 копеек, сумму требований кредиторов, включенных в реестр.

Определением судом от 27.12.2022 производство по делу о банкротстве ООО «Керама Стиль» прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием у должника имущества для покрытия расходов по делу о банкротстве.

Определением от 17.04.2023 суд произвел замену заявителя по настоящему спору - временного управляющего ООО «Керама-Стиль» ФИО7 на ООО «Главстрой Волга».

В ходе рассмотрения дела к требованию о привлечении ответчиков к ответственности присоединились кредиторы, включенные в период процедуры банкротства ООО «Керама-Стиль» в реестр требований кредиторов: ФНС России, ПАО «Сбербанк», ООО «Дельта». Рассмотрение всех заявлений объединено в одно производство.

С учетом изложенного, судом первой инстанции продолжено рассмотрение заявления по существу.

 Как следует из материалов дела, ООО «Керама Стиль» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.09.2013 с основным видом деятельности торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием

Единственным учредителем и директором должника до 19.02.2020 (дата внесения сведений в ЕГРЮЛ) являлся ФИО2

По договору купли-продажи от 11.02.2019 доля в уставном капитале продана  ФИО5, он же стал руководителем Общества.

В соответствии с приведенными в пунктах 1, 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53) разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в рамках которых суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.2016 Обзор судебной практики ВС РФ №4 (2016)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно сведениям, представленным налоговым органом ФИО2 являлся единственным участником и руководителем ООО «Керама Стиль» в период с 13.09.2013 по 19.02.2020; с 19.02.2020 по настоящее время единственным участником и руководителем ООО «Керама Стиль» является ФИО5

Следовательно, применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО2 и ФИО5  следует признать контролировавшими должника лицами в соответствующие периоды. 

Заявителями в рамках настоящего спора приведено несколько оснований для привлечения к субсидиарной ответственности: нарушение срока на подачу заявления о признании должника банкротом и невозможность полного погашения требований кредиторов.

1. По основанию нарушения срока на подачу заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, а также если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 9 Закона не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В силу пункта 9 Постановления № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, при разрешении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда разумный и добросовестный руководитель, оказавшийся в той же ситуации, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

В силу вышеуказанных положений лицо, настаивающее на привлечении к субсидиарной ответственности, должно доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно уточненной позиции ООО «Главстрой Волга» должник стал отвечать признакам объективного банкротства 01.07.2019, следовательно, соответствующее заявление должно было быть подано не позднее 01.08.2019.

Из анализа реестра требований кредиторов, сформированного в рамках настоящего дела, установлено следующее.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 20.04.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ООО «Прогресс» к ООО «Керама Стиль» в сумме 13 447 108 рублей 53 копейки, из них: 13 402 103 рубля 03 копейки – основной долг, 45 005 рублей 50 копеек – расходы по уплате госпошлины.

Как следует из судебного акта, между ООО «Прогресс» и ООО «Керама Стиль» (покупатель) был заключен договор поставки № 77/04-2017 от 12.01.2017, по условиям которого поставщик (ООО «Прогресс») обязался поставить, а покупатель (ООО «Керама Стиль») принять и оплатить плитку керамическую, керамические фасонные изделия и сопутствующие материалы (товар) на условиях договора, а покупатель обязуется принять и оплатить товар в порядке, предусмотренном договором (пункты 1.1, 1.2 договора).

Решением Арбитражного суда Ивановской области по делу № А17- 10706/2019 от 23.09.2020 года были удовлетворены исковые требования ООО «Прогресс» к ООО «Керама Стиль» и ИП ФИО1 о взыскании задолженности за поставленный товар по договору поставки № 77/04-2017 от 12.01.2017 в сумме 13 402 103,03 руб. солидарно, а так же государственной пошлине в сумме 45 005,50 рублей.

Согласно представленному ООО «Прогресс» в материалы дела № А17-10706/2019 акту сверки неоплаченными остались поставки, осуществленные с июня по август 2019 года.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 10.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ООО «Главстрой Волга» в размере 5 145 314 рублей 73 копейки, из них: 2 879 473 рубля 75 копеек – основной долг, 2 265  840 рублей 98 копеек – пени, штраф, основанные на решении Арбитражного суда Ярославской области от 27.07.2020 по делу № А82-23389/2019.

Согласно материалам дела № А82-23389/2019 между ООО «Главстрой Волга» (покупатель) и ООО «Керама Стиль» (продавец) заключен договор купли-продажи №ГСВ-Д-19-76 от 20.05.2019, согласно условиям которого продавец обязался передать, а покупатель принять и оплатить товар (керамическую плитку) на условиях, установленных договором (п.1.2 договора).

28.05.2019 истец платежным поручением №984 перечислил ответчику 7 466 782,48 руб.

За весь период действия договора ответчиком был поставлен товар на общую сумму 4 690 063,26 руб., что подтверждается универсальными передаточными документами №8664 от 07.06.2019, №8677 от 10.06.2019, №8747 от 20.06.2019, №8784 от 26.06.2019, №8790 от 27.06.2019, №8823 от 03.07.2019, №8845 от 06.07.2019, №8869 от 10.07.2019, №8878 от 12.07.2019, №8894 от 16.07.2019, №8917 от 19.07.2019, №8949 от 29.07.2019, №9007 от 07.08.2019, №9074 от 22.08.2019, №9075 от 22.08.2019, №9008 от 16.08.2019, №9029 от 19.08.2019.

15.08.2019 между сторонами заключено дополнительное соглашение №2 к договору купли-продажи №ГСВ-Д-19-76 от 20.05.2019, которым стороны уточнили перечень и стоимость поставляемого товара.

Согласно п.1.2 указанного дополнительного соглашения ответчик принял на себя обязательство вернуть истцу разницу в стоимости поставляемого товара в размере 57 012,53 руб. в течение 3-х банковских дней со дня подписания дополнительного соглашения, то есть не позднее 20.08.2019. На день рассмотрения спора ответчик обязательство по возврату разницы стоимости поставляемого товара не исполнил.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 11.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования НМК «Ивановский Фонд поддержки предпринимательства» в сумме 651 605 рублей, основанные на неисполнении договора займа №9-М/18 от 31.01.2018 и договора займа №59-М/18 от 08.08.2018.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 18.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ООО «ТДЛ Текстиль» в сумме 17 092 рубля 16 копеек.

Определениями Арбитражного суда Ивановской области от 19.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования Федеральной налоговой службы на общую сумму 386 435 рублей 95 копеек (за 2019 год).

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 24.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ПАО «Сбербанк» в размере в сумме 1 519 298,22 руб., основанные на решениях Октябрьского районного суда г.Иваново от 29.06.2020 по делам №2- 408/2020, №2- 409/2020 (согласно судебным актам просрочки погашения кредитов имели место с 2018 года, вместе с тем обязательства погашались в августе-сентябре 2019 года).

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 24.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ООО «Дельта» в сумме 439 371 рубль 21 копейка, основанные на судебном акте Арбитражного суда Костромской области от 26.09.2019 по делу № А31-12155/2019 (переплата за товар, поставленный с июля по декабрь 2018 года).

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 26.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ООО «Мир Торговли и Развлечений» в сумме 281 286 рублей 66 копеек, основанные на решении Арбитражного суда Ивановской области от 22.01.2021 года по делу № А17-8021/2020 (задолженность по арендной плате за расчетный период с 04 апреля 2019 года по 25 июня 2020 года).

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 26.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ООО «ЗУХ-КОР» в сумме 987 273 рубля 41 копейка, основанные на решением Арбитражного суда Ивановской области от 31.01.2020 года по делу № А17-9040/2019 (требование о возврате предоплаты на общую сумму 885 161 руб. 88 коп. в связи с принятием решения от 08.07.2019 о расторжении договора).

Проведенный анализ оснований и периодов возникновения задолженности ООО «Керама Стиль» перед кредиторами, включенными в реестр, не позволяет прийти к однозначному выводу о наличии у должника признаков объективного банкротства по состоянию на 01.07.2019.

Кроме того, как следует из данных бухгалтерской отчетности за 2018 год, оборотные активы должника были сформированы следующим образом: запасы - 10 593 000 рублей; НДС по приобретенным ценностям - 117 000 рублей; дебиторская задолженность - 7 546 000 рублей; денежные средства и денежные эквиваленты -96 000 рублей; всего - 18 352 000 рублей.

Из акта сверки между ООО «Прогресс» и должником (дело № А17-10706/2019) усматривается, что после заявленной ООО «Главстрой Волга» даты объективного банкротства (01.07.2019) ООО «Керама Стиль»  с июля по август 2019 года осуществило погашение задолженности перед ООО «Прогресс» на сумму около 14 миллионов рублей.

Также из выписки по расчетному счету должника установлено, что Общество продолжало осуществлять расчеты с кредиторами, включенными в реестр, помимо ООО «Прогресс», например, ООО «Мир Торговли и Развлечений» 288 225 рублей (оплата по сч.№1231 от 11.06.19 за аренду, в том числе НДС 20 % - 48037.50 рублей), ООО «Дельта» 50 000 рублей (возврат денежных средств по письму, в том числе НДС 20 % - 8333.33 рублей).

Кроме того, ООО «Керама Стиль» продолжало осуществлять расчеты с иными контрагентами, требования которых не были предъявлены в рамках настоящего дела № А17-11707/2021.

Согласно имеющейся в материалах дела выписке по счету ООО «Керама Стиль» от независимых контрагентов только за июль 2019 года на счет должника поступило около 7 246 255 рублей.

Проанализировав приведенные выше обстоятельства в их совокупности, суд апелляционной инстанции не соглашается с Арбитражным судом Ивановской области в данной части.

Второй арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности возникновения по состоянию на 01.07.2019 в хозяйственной деятельности должника кризисной ситуации, в которой разумный и добросовестный руководитель должен был обратиться в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) контролируемого юридического лица.

Таким образом, контролирующие должника лица не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Между тем, несмотря на иную оценку обстоятельств дела, Арбитражный суд Ивановской области указал, что в реестре требований кредиторов ООО «Керама-Стиль» отсутствуют требования, возникшие после даты, с которой заявитель связывает возникновение у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве, в связи с чем отсутствуют основания для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности по данному основанию.

В соответствии с пунктом 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

В данном случае указанные выше обстоятельства не привели к принятию неправильного судебного акта, в связи с чем не могут являться основанием для его отмены апелляционным судом.

 

2. По основанию невозможности полного погашения требований кредиторов.

ООО «Главстрой Волга» в своем заявлении, поддержанном иными кредиторами, ссылается на номинальный характер статуса ФИО5 и сохранение ФИО2 фактического контроля над должником и после официальной утраты статуса учредителя и руководителя.

Понятие номинального руководителя раскрыто в Постановлении №53, таким признается руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий фактического руководителя (абзац 1 пункта 6).

Законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве), так и фактических (теневых).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 №304-ЭС19-25557(3), учитывая объективную сложность получения кредитором отсутствующих у него прямых доказательств дачи бенефициаром указаний относительно совершения тех или иных сделок, направленных на выведение из оборота должника денежных средств, должны приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, анализ поведения вовлеченных в спорные отношения субъектов.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 №1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Оценивая статус ФИО2 и ФИО5 после отчуждения доли и передачи полномочий руководителя последнему, суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

Согласно материалам дела, 11.02.2020 между ФИО2 и ФИО5 заключен договор купли-продажи доли (100%) в уставном капитале ООО «Керама Стиль». Доля отчуждена по номинальной стоимости 10 000 рублей, при том что по итогам 2018 года размер активов должника превышал 18 млн.руб.

На момент заключения данного договора ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) только исполнилось 18 лет.

Из ответа ГУ МВД России по Краснодарскому краю следует, что ФИО5 зарегистрирован до адресу: 

<

...>.

Между тем, адресом ООО «Керама Стиль» является 

<

...>.

Согласно общедоступным сведениям сервиса «За честный бизнес» параллельно в феврале 2020 года ФИО5 также стал руководителем ООО «Техноткань» (г. Иваново, торговля оптовая текстильными изделиями); ликвидированных в настоящее время ООО «Вектор Плюс» (г. Москва, торговля оптовая прочей офисной техникой и оборудованием); ООО «Агро491» (г. Казань, деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса, не включенная в другие группировки).

После отчуждения доли в феврале 2020 года ФИО2 продолжал представлять интересы должника по доверенности, подписав 30.03.2020 дополнительное соглашение № АР-146/П/2020 к договору аренды нежилого помещения № АР-156/П/2019 от 04.04.2019.

При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание на следующее обстоятельство. 

В материалы дела ФИО2 представлен передаточный акт от 11.02.2020, в соответствии с которым ФИО2 передал, а ФИО5 принял документацию ООО «Керама Стиль».

В том числе в пункте 7 указано на передачу новому руководителю печати должника. 

Как отмечалось ранее, адресом проживания ФИО5 является Краснодарский край.

Между тем, упомянутое выше дополнительное соглашение от 30.03.2020 подписано ФИО2 в г. Иваново и скреплено печатью должника, которая, исходя из передаточного акта от 11.02.2020, должна была находиться у ФИО5

Согласно проведенному ООО «Главстрой Волга» анализу периодов возникновения обязательств ООО «Керама Стиль» перед кредиторами, основной массив задолженности появился в 2019 году.

При этом в скором времени (февраль 2020 года) ФИО2 была осуществлена смена руководителя, продажа своей доли в уставном капитале должника и выход ФИО2 из ООО «Керама Стиль».

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах дела отсутствуют сведения о каких-либо фактических действиях ФИО5 по управлению должником (например, подписание документов и пр.). Сами доверенности, выданные ФИО5 на представление интересов Общества,  К-ными в дело не представлены.

Кроме того, согласно имеющейся в материалах настоящего дела выписке по счету должника (размещена в КАД 06.06.2022) отсутствуют операции по счету после 03.03.2020.

Таким образом, поведение ФИО5 не соответствует поведению собственника бизнеса, вовлеченного и заинтересованного в работе Общества. Из фактических обстоятельств не следует реального намерения осуществлять управление должником, поддерживать хозяйственную деятельность юридического лица. ФИО5 безразлично отнесся к возбуждению дела о банкротстве ООО «Керама Стиль», не принимал участие в рассмотрении дела, не сдавал отчетность Общества.

В ходе рассмотрения спора стороны неоднократно ссылались на материалы дела № А17-10706/2019.

Из материалов данного дела установлено, что 03.02.2020, за неделю до продажи доли в ООО «Керама Стиль», ФИО2 выдал доверенность представителю должника адвокату Великову О.В., который после формального прекращения полномочий ФИО2 продолжал представлять интересы Общества на основании данной доверенности, в том числе приобщал документы в сентябре 2020 года,  подал апелляционную жалобу в ноябре 2020 года.

При этом, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что к поданной от имени ООО «Керама Стиль» апелляционной жалобе в рамках дела № А17-10706/2019 приложен чек-ордер от 19.10.2020, подтверждающий оплату государственной пошлины в размере 3 000 рублей ФИО2 за Общество.

Настаивая на отсутствии фактического контроля над деятельностью должника, ФИО2 обосновывает отчуждение доли в уставном капитале Общества ухудшением состояния своего здоровья и невозможностью больше руководить ООО «Керама Стиль».

Как следует из материалов дела № А17-10706/2019 ФИО1, супруга ФИО2, на основании договора от 12.09.2019 являлась поручителем по обязательствам ООО «Керама Стиль» перед ООО «Прогресс».

Также определением Арбитражного суда Ивановской области от 26.01.2022 по делу № А17-10386/2021 (дело о банкротстве ФИО2) установлено, что ФИО2 выступал поручителем по обязательствам ООО «Керама Стиль» перед НМК «Ивановский Фонд поддержки предпринимательства».

Суд отмечает, что при невозможности дальнейшего управления делами Общества по состоянию здоровья ФИО2 не был лишен возможности назначить нового руководителя должника. При этом, ФИО2 не мог не осознавать, что отчуждение доли в уставном капитале ООО «Керама Стиль», помимо сложения полномочий директора, ведет к полной утрате контроля над деятельностью Общества, однако ФИО2 и его супруга ФИО1 продолжат являться поручителями ООО «Керама Стиль», но не смогут оказывать влияние на деятельность должника.

В данном случае суд апелляционной инстанции соглашается с выводом Арбитражного суда Ивановской области о том, что поведение ФИО2 в данной ситуации не соответствует принципам разумности, целесообразности и осмотрительности.

Проанализировав приведенные выше обстоятельства в их совокупности, Второй арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что действия ФИО2 по передаче полномочий руководителя и отчуждению доли в пользу ФИО5 носили формальный характер, в действительности были направлены на создание механизма, препятствующего возложению на ФИО2 неблагоприятных последствий хозяйственной деятельности должника.

Доводы ФИО2 о том, что он не мог руководить Обществом по состоянию здоровья, не исключают установленных выше судом обстоятельств, свидетельствующих о том, что ответчик не прекращал исполнение полномочий руководителя должника.

Суд также критически относится к утверждению ФИО2 о том, что вся документация ООО «Керама Стиль» была передана им ФИО5 на основании передаточного акта 11.02.2020. 

Суд апелляционной инстанции ранее уже обращал внимание на тот факт, что печать Общества, формально переданная ФИО5, фактически осталась у ФИО2

Суд апелляционной инстанции оценивает указанный передаточный акт от 11.02.2020 как подготовленный для создания видимости передачи документации должника.

Тот факт, что договоры поручительства перед ООО «Прогресс», НМК «Ивановский Фонд поддержки предпринимательства» заключены ФИО1 и ФИО2 в период руководства должником последнего не имеют правового значения для квалификации статуса ФИО2 после февраля 2020 года.

Указание ФИО2 на то, что подписание дополнительного соглашения от 30.03.2020 к договору аренды являлось разовым представлением интересов ООО «Керама Стиль» по просьбе ФИО5 противоречит совокупности установленных выше фактических обстоятельств, характеризующих сохранение ФИО2 фактического контроля над Обществом, и выводов суда апелляционной инстанции не опровергает.

ФИО2 в жалобе ссылается на то, что суд должен установить степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника (пункт 3 Постановления № 53).

ФИО2 настаивает на том, что подписание дополнительного соглашения от 30.03.2020, не отвечает критерию существенности влияния данного хозяйственного решения на деятельность должника.

Действительно, само по себе дополнительное соглашения не являются существенным деловым решением, однако в силу положений статьи 71 АПК РФ суд оценивает данное доказательство в совокупности с иными обстоятельствами дела, которые совместно свидетельствуют о том, что ФИО2 не утратил полный контроль над должником, именно он обладал полномочиями на принятие существенных деловых решений. По своему содержанию дополнительное соглашение предусматривало снижение размера арендной платы за период с 01.04.2020  по 30.06.2020.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции признает доказанным сохранение ФИО2 фактического контроля над ООО «Керама Стиль» после продажи доли ФИО5, который в данной ситуации отвечает признакам номинального руководителя и участника должника. 

ООО «Главстрой Волга» также настаивает на признании ФИО1 контролирующим должника лицом.

Согласно пункту 7 Постановления № 53 лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Кроме того, в пункте 21 Постановления № 53 указано, что, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника.

Материалами дела установлено и не оспаривается сторонами, что ООО «Керама Стиль» с 2015 по 2019 год предоставляло займы ФИО1 

Из текстов представленных ФИО1 двух договоров займа от 20.01.2018 и 01.10.2018 следует, что они не содержат указание на конкретную сумму займа, количество платежей по договорам не ограничено, основанием предоставления очередного займа может являться, в том числе, устная просьба заемщика (ФИО1).

Более того, договоры займа между двумя субъектами предпринимательской деятельности не содержат указание на взимание процентов за предоставленные займы.

Таким образом, займы заключены ООО «Керама Стиль» и ФИО1 на исключительных, недоступных независимым участникам гражданского оборота условиям.

Общая сумма предоставленных должником займов согласно выписке по расчетному счету составляет 23 133 338 рублей 41 копейка.

При этом, размер возвращенной задолженности со стороны ФИО1 равен 14 676 700 рублей, оставшаяся задолженность в размере 8 454 538 рублей 41 копейка в пользу ООО «Керама Стиль» не взыскана, ФИО1 в добровольном порядке не возвращена.

В подтверждение погашения задолженности по договорам займа апеллянты ссылаются на заключенное ООО «Керама Стиль» и ФИО1 соглашение о проведении взаимозачета от 26.09.2019, согласно которому ИП ФИО1 произведена безналичная оплата на расчетный счет Общества за керамическую плитку на общую сумму 13 614 490 рублей 23 копейки.

В связи с невозможностью поставки керамической плитки стороны договорились зачесть указанные платежи в счет возврата долга по договорам займа от 13.02.20217, 20.01.2018, 01.10.2018.

Учитывая, что данное соглашение фактически заключено между аффилированными лицами, суд считает, что в данном случае подлежит применению повышенный критерий доказывания юридически значимых обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

Согласно материалам дела временный управляющий ФИО7 направляла в адрес ФИО1 требование о передаче ей копий документов, включая договоры заключенные между ООО «Керама Стиль» и ИП ФИО1

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 15.06.2022 по делу № А17-11707/2021 у ФИО1 копии всех имеющихся в наличии документов должника, включая договоры займа (а также доказательства предоставления и возврата займа), заключенные ООО «Керама Стиль» с ФИО1

Ни требование временного управляющего, ни определение суда ФИО1 исполнено не было. Доказательств обратного суду не представлено.

Суд учитывает, что соглашение о проведении взаимозачета от 26.09.2019 было представлено ФИО1 только при рассмотрении настоящего спора при предъявлении к ней требований о не погашении займа.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) участники арбитражного процесса должны доказать правомерность своих требований и возражений допустимыми доказательствами.

Согласно части 1 статьи 75 АПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Основным требованием, предъявляемым к письменным доказательствам в арбитражном процессе, является их представление в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него (часть 8 статьи 75 АПК РФ).

Это обусловлено тем, что, во-первых, лишь оригинал документа либо его надлежащим образом заверенная копия позволяют установить юридически значимые обстоятельства по делу. Во-вторых, такая форма представления доказательств направлена на предотвращение подлога, подделок, искажений доказательств, параллельного использования нескольких копий одновременно в разных местах с неблаговидными намерениями.

В случае представления участником процесса в арбитражный суд не заверенной надлежащим образом копии документа арбитражный суд в силу статьи 133, 135 АПК РФ при подготовке дела к судебному разбирательству должен предложить этому лицу представить подлинник документа или его надлежащим образом заверенную копию.

Непредставление подлинника документа исключает возможность проведения экспертизы и создает препятствие для проверки данного документа на предмет давности его изготовления.

В протокольном определении от 04.12.2023 Арбитражный суд Ивановской области обязал ФИО1 представить подлинное соглашение. Указанное требование суда исполнено не было. 

ФИО1 в суде первой инстанции ссылалась на то, что её документация как индивидуального предпринимателя хранилась в помещении по адресу: 

<

...>. В связи с конфликтом с собственником помещения ФИО1 была вынуждена его покинуть, вся документация осталась в помещении.

Между тем, в ходе проверки по обращению ФИО1 12.09.2019 оперупономоченным ОЭБ и ПК ОМВД России по Ленинскому району г. Иваново установлено, что препятствий к получению документов у ФИО1 нет.

Более того, при сопоставлении перечислений, указанных в пункте 1 исследуемого соглашении, с выпиской по счету должника, судом апелляционной инстанции не выявлены перечисления со стороны ФИО1 от 25.02.2019 на сумму 60 000 рублей; от 02.04.2019 на сумму 100 000 рублей; от 06.05.2019 на суммы 3 000, 6 000 и 8 200 рублей; от 08.05.2019 на сумму 34 000 рублей; от 31.07.2019 на сумму 48 700 рублей.

Апелляционный суд также отмечает, что в данном случае ФИО1 имела возможность представить книги покупок-продаж, содержащие отметку налогового органа о принятии и информацию о действительно приобретенных товарах. Вместе с тем, таких объективных доказательств представлено не было. Равно как и не раскрыта соответствующая информация со стороны первичной документации должника.

Проанализировав приведенные выше обстоятельства в их совокупности, суд апелляционной инстанции критически оценивает представленное соглашение о проведение взаимозачета от 26.09.2019, в связи с чем признает недоказанным погашение ФИО1 задолженности по договорам займа перед ООО «Керама Стиль» на сумму 13 614 490 рублей 23 копейки.

Таким образом, в результате предоставления рассматриваемых займов ФИО1 извлекла выгоду путем сбережения денежных средств в размере 8 454 538 рублей 41 копейка, что свидетельствует о наличии у нее признака контролирующего должника лица, установленного подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве (лицо, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер невозвращенных ФИО1 займов меньше чем размер требований кредиторов, поддержавших заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.

 Оценивая статус ФИО1, суд апелляционной инстанции также учитывает, что в силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения.

Как следует из материалов дела и не опровергается сторонами, до 28.06.2022 ФИО2 и ФИО1 состояли в браке.

Также ранее ФИО1 являлась индивидуальным предпринимателем; основной вид деятельности - торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах.

Из выписки по счету ФИО1 видно, что она также как и должник занималась реализацией керамической плитки. При этом помещения по адресу: 

<

...> с 07.06.2018 для размещения магазина розничной торговли арендовались ИП ФИО1 у ООО «Мир торговли и развлечений», а с 04.04.2019 (после расторжения договора с ФИО1) эти помещения (общей площадью 384,3 кв.м.) были переданы в аренду ООО «Керама Стиль». Указанные обстоятельства усматриваются из решений Арбитражного суда Ивановской области от 21.01.2019 по делу №А17-8892/2018 и от 22.01.2021 по делу №А17-8021/2020.

Ранее судом апелляционной инстанции отмечалось, что ФИО1 на основании договора от 12.09.2019 являлась поручителем по обязательствам ООО «Керама Стиль» перед ООО «Прогресс».

Также из имеющихся в материалах настоящего дела решений Октябрьского районного суда г. Иваново от 29.06.2020 по делам № 2-408/2020 и № 2-409/2020 следует, что ООО «Керама Стиль» также выступало поручителем по обязательствам ФИО1 перед ПАО «Сбербанк».

Из выписок по счетам должника и ФИО1 прослеживаются также тесные экономические связи указанных лиц.

Данные обстоятельства позволяют сделать вывод, что и ФИО1, и ООО «Керама Стиль» входили в группу, объединенную общим экономическим интересом.

Более того, в решении от 23.09.2020 по делу № А17-10706/2019 Арбитражный суд Ивановской области установил, что об аффилированности ООО «Керама Стиль» и ИП ФИО1 свидетельствует, в том числе, указание контактных номеров ФИО2 и ФИО1 в реквизитах ООО «Керама Стиль» в договоре поставки № 77/04- 2017 от 12.01.2017.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО1 осуществлено подписание акта сверки расчетов за период март 2019 года с итоговой задолженностью на стороне ООО «Керама Стиль» в сумме 9 514 252 рубля 17 копеек от имени Общества.

Доводы жалоб о том, что подписание данного акта сверки осуществлено ФИО1 в связи с тем, что новый учредитель ФИО5 еще не получил документы о регистрации изменений в ЕГРЮЛ и не мог подписывать документы, подлежат отклонению, поскольку на указанную дату ФИО5 еще не приобрел долю в уставном капитале должника и не стал его руководителем. Более того, в судебной практике сложился подход, в силу которого полномочия по подписанию акта сверки принадлежат лишь руководителю должника либо лицу, имеющему доверенность на совершение данного действия. Вместе с тем сама по себе доверенность на ФИО1 ответчиком в дело не представлена.

ООО «Главстрой Волга» также давало пояснения о том, что в переговорах с кредитором ФИО1 выступала он имени Общества. ООО «Главстрой Волга» также приложены доказательства деловой переписки в рамках хозяйственной деятельности ООО «Керама Стиль» с электронной почты ФИО1

Таким образом, из материалов дела следует, что в отношениях с внешними кредиторами ФИО1 выступала как полноценный представитель должника.

Оценив приведенные обстоятельства, характеризующие роль ФИО1 в деятельности должника (брак с ФИО2, вхождение в одну группу, подписание документов Общества, представление интересов должника перед контрагентами, извлечение прибыли из договоров займа) суд апелляционной инстанции признает доказанным наличие у ФИО1 фактического статуса контролирующего ООО «Керама Стиль» лица.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 23 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По мнению суда апелляционной инстанции, поведение контролирующих должника лиц (в части предоставления беспроцентных займов и их невостребования) не может рассматриваться как обычная хозяйственная деятельность, поскольку по своей сути оно ведет к выводу из имущественной сферы Общества в пользу заинтересованного лица ликвидного актива – денежных средств.

Доводы апеллянтов о том, что займы предоставлялись в период, когда у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности в данном случае правового значения не имеют, поскольку в уже в 2019 году у ООО «Керама Стиль» стали возникать обязательства перед кредиторами, которые в последующем так и не были исполнены Обществом. Меры по истребованию задолженности с ФИО1, а с ее стороны - меры по возврату задолженности, не принимались.

В результате действий контролирующих должника лиц по предоставлению Обществом займов ФИО2 из имущественной сферы должника выбыли и не были возвращены денежные средства на сумму 8 454 538 рублей 41 копейка, что привело к невозможности направления данных средств на погашение требований кредиторов ООО «Керама Стиль».

Непринятие мер по возврату столь существенной задолженности не может быть признано разумным поведением со стороны контролирующих должника лиц. Более того, после смены директора и учредителя ФИО5 также не предпринимал мер к возврату соответствующего долга, что также косвенно свидетельствует о сохранении К-ными контроля над Обществом, поскольку никакими иными причинами такое бездействие не объясняется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информации об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководителем должника является единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она в действительности имеется, была передана при увольнении учредителю или вновь назначенному руководителю.

В силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Временным управляющим в адрес ФИО2, ФИО5 направлялись требования о передаче перечня имущества должника, бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения, а также необходимости принятия мер по истребованию дебиторской задолженности Общества. Указанное требование ФИО2 и ФИО5 исполнено не было.

Также определением Арбитражного суда Ивановской области от 29.06.2022 по делу № А17-11707/2021 удовлетворено заявление временного управляющего об истребовании у ФИО5 документации должника.

Суд апелляционной инстанции отклоняет указание ФИО2 о том, что он не получал соответствующее требование управляющего.

Согласно материалам дела данное требование было направлено ФИО2 по адресу: 

<

...>, то есть по адресу, который сам ФИО2, в том числе в суде апелляционной инстанции, указывает в качестве адреса места жительства. Согласно отчету об отслеживании почтового отправления № 80111675390849 письмо прибыло в место вручения 13.09.2022, органом почтовой связи предпринята неудачная попытка вручения 13.09.2022 и 13.10.2022 отправление возвращено в связи с истечением срока хранения. Нарушений оказания услуг почтовой связи судом не установлено.

В силу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат (пункт 67).

Более того, в рамках настоящего спора ФИО2 был знаком с заявленными основаниями для привлечения его к субсидиарной ответственности, однако самостоятельных мер по раскрытию перед судом  необходимой документации должника не принял.

Доводы ФИО2 о том, что вся необходимая документация должника была передана им ФИО5 на основании передаточного акта от 11.02.2020 подлежат отклонению, поскольку ранее суд апелляционной инстанции уже приводил обоснование в силу которого критически относится к представленному акту.

Ранее уже была установлена номинальность роли ФИО5 как руководителя и единственного участника должника и сохранение ФИО2 фактического контроля над ООО «Керама Стиль».

Следовательно, ФИО2 как фактический руководитель Общества не освобождается от обязанности по передаче документации и имущества должника.

Согласно пункту 6 Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, ФИО5, несмотря на номинальность своего статуса, также подлежит привлечению к ответственности за непередачу документов должника.

Как отмечалось ранее, из данных бухгалтерской отчетности за 2018 год следует, что активы должника были сформированы следующим образом: запасы - 10 593 000 рублей; НДС по приобретенным ценностям - 117 000 рублей; дебиторская задолженность - 7 546 000 рублей; денежные средства и денежные эквиваленты -96 000 рублей; всего - 18 352 000 рублей. После 2018 года отчетность Обществом не сдавалось.

Непередача необходимой документации должника, нераскрытие сведений о запасах, дебиторской задолженности привели к невозможности установления его активов и направления их на погашение требований кредиторов Общества.

Обстоятельства утраты активов должника ответчиком не раскрыты, что не соответствует стандарту добросовестного поведения руководителя общества.

Таком образом, нераскрытие информации о дебиторской задолженности привело к невозможности ее идентификации и взыскания с целью погашения требований кредиторов. Кроме того, в отсутствие каких-либо первичных документов утрачена возможность направления на погашение требований кредиторов запасов должника на сумму порядка 10,5 млн. руб.

Таким образом, действия (бездействие) ФИО2 и ФИО5 по непередаче бухгалтерской и иной документации должника, фактически утрате активов должника, отраженных в бухгалтерском балансе по итогам 2018 года, привели к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов должника.

Также заявителем по настоящему спору вменяется ФИО2 утрата денежных средств на сумму 1 169 869 рублей 12 копеек.

Как следует из ответа УМВД России по Ивановской области от 18.08.2022 № 13, в собственности должника находился автомобиль ЛЕКСУС RX200T госномер: А334УА37, VIN: 

<

***>, номер двигателя: W605168, год вып. 2017.

Данный автомобиль передан должнику АО «Сбербанк Лизинг» по договору лизинга № ОВ/Ф31938-01-01 от 30.10.2017.

В соответствии с указанным договором стоимость предмета лизинга составила 3 231 000 рублей.

14.11.2019 между ООО «Керама Стиль» и ФИО8 заключен договор купли-продажи указанного автомобиля по цене 2 300 000 рублей.

В соответствии с условиями договора купли-продажи, вырученные от продажи денежные средства ООО «Керама Стиль», в лице ФИО2, обязалось направить на исполнение всех принятых на себя обязательств и уплату АО «Сбербанк Лизинг» всех платежей, предусмотренных договором лизинга.

Как следует из расписки от. 14.11.2019, денежные средства по договору купли-продажи получены ФИО2 в полном объеме.

22.11.2019 между ООО «Керама Стиль» и АО «Сбербанк Лизинг» заключен договор купли-продажи № ОВ/Ф-31938-01-01-ВЫК-0Г, в соответствии с которым сторонами установлена цена автомобиля в размере 1 130 130,88 рублей

 На момент заключения договора выкупа, ООО «Керама Стиль» уплатило АО «Сбербанк Лизинг» стоимость автомобиля в полном объеме.

Доказательств внесения оставшихся денежных средств в сумме 1 169 869,12 рублей на счет или в кассу ООО «Керама Стиль», а также их расходования в интересах должника ФИО2 не представлено.

Таким образом, ФИО2 не представлено доказательств использования в интересах должника денежных средств, вырученных от реализации принадлежащего должнику автомобиля, в сумме 1 169 869,12 рублей. Указанными действиями ФИО2 должнику причинены убытки в размере 1 169 869,12 рублей.

Апелляционный суд также отмечает, что в отсутствие доказательств получения должником полной стоимости продажи автомобиля, ФИО5 также не предпринимались меры для взыскания долга с ФИО2, что также косвенно подтверждает номинальный характер данного руководителя.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ответчики подлежат солидарному привлечению к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве в пределах размера требований кредиторов, присоединившихся к рассматриваемому заявлению, то есть 7 490 420 рублей 11 копеек.

Как отмечалось ранее, определением Арбитражного суда Ивановской области от 24.08.2022 по делу № А17-11707/2021 признаны обоснованными требования ООО «Дельта» в сумме 439 371 рубль 21 копейка, основанные на судебном акте Арбитражного суда Костромской области от 26.09.2019 по делу № А31-12155/2019 (переплата за товар, поставленный с июля по декабрь 2018 года).

В данном случае требование ООО «Дельта» установлено в реестре требований кредиторов должника на основании вступившего в законную силу определения суда, подтверждено также судебным актом – судебным приказом, который не отменен в установленном порядке. 

Апеллянты не раскрывают, как обстоятельства возникновения задолженности ООО «Керама Стиль» перед ООО «Дельта» способны повлиять на выводы суда о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности либо на определение его размера.

Отклоняя доводы апеллянтов о наличии двойного взыскания по обязательствам перед ПАО «Сбербанк», суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Решением Октябрьского районного суда г. Иваново от 29.06.2020 по делу № 2-409/2020, вступившем в законную силу 28.01.2021, с ФИО1, ФИО2, ООО «Керама Стиль» в солидарном порядке в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по кредитному договору от 28.04.2018 № 8639OVZ7F0EQ1Q0RQ1WZ1Q в сумме 806 905,30 рублей.

Решением Октябрьского районного суда г.Иваново от 29.06.2020 по делу №2- 408/2020, вступившем в законную силу 28.01.2021, с ФИО1, ФИО2, ООО «Керама Стиль» в солидарном порядке в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по соглашению об овердрафтном кредите от 30.10.2018 №8639TFEYVFYQ1Q0RQ1WZ9A в сумме 706 898,63 рублей.

28.07.2020 Октябрьским районным судом г.Иваново вынесено определение по делу №2-356/2020 о взыскании с ФИО1, ФИО2, ООО «Керама Стиль» задолженности в пользу ПАО Сбербанк с должника в размере 5 494,29 рублей (судебные расходы).

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 24.08.2022 по делу № А17-11707/2021 (дело о банкротстве ООО «Керама Стиль») признаны обоснованными требования ПАО «Сбербанк» в размере 1 519 298 рублей 22 копейки.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 24.01.2022 по делу № А17-5088/2021 (дело о банкротстве ФИО1) признаны обоснованными требования ПАО «Сбербанк» в размере 1 519 298 рублей 22 копейки.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 26.05.2022 по делу № А17-10386/2021 (дело о банкротстве ФИО2) признаны обоснованными требования ПАО «Сбербанк» в размере 1 541 757 рублей 23 копейки.

В основу определений о включении требований ПАО «Сбербанк» в реестры требований кредиторов ФИО1, ФИО2, ООО «Керама Стиль» положена, в том числе, задолженность последних, установленная приведенными выше судебными актами Октябрьского районного суда г. Иваново.

В настоящей ситуации ФИО2 и ФИО1 являются контролирующими ООО «Керама Стиль» лицами.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что законодатель разделяет обязательства по основаниям их возникновения, указывая, в том числе, что они могут возникнуть как из договоров и других сделок, так и вследствие причинения вреда (пункт 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность как основного заемщика, так и поручителя перед кредитором связана с исполнением гражданско-правовой сделки - соответствующего договора (кредитного либо поручительства).

Субсидиарная ответственность контролирующего должника лица по обязательствам должника является формой ответственности за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, ответственность ФИО2 и ФИО1 перед банком за неисполнение гражданско-правовой сделки и за причинение вреда, несмотря на совпадение кредитора по данным обязательствам, имеет разную правовую природу, что, в свою очередь, делает возможным предъявление банком требований по каждому из оснований.

Требования банка по кредитному договору и договору поручительства включены в реестры требований кредиторов ФИО1 и ФИО2, от которых должники - физические лица могут быть освобождены по итогам своей процедуры банкротства, а отказ в привлечении ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам банка может повлечь за собой полное освобождение указанных лиц от обязательств перед банком.

Обязательства ФИО1 и ФИО2 по договорам и субсидиарная ответственность данных лиц за невозможность погашения требований кредиторов должника являются солидарными в той части, в какой они обязались отвечать перед ПАО «Сбербанк» по соответствующим договорам.

Само по себе совпадение должника по солидарным обязательствам не влечет необходимость предъявления требования об исполнении только какой-либо одной солидарной обязанности и утрату кредитором права требовать от должника исполнения другой солидарной обязанности.

Указанная правовая позиция нашла отражение в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2021 № 308-ЭС17-15907(7) по делу № А53-1203/2016.

В данном случае исполнение основным заемщиком или поручителями обязательств по договорам с ПАО «Сбербанк» влечет и уменьшение размера субсидиарной ответственности.

В целях недопущения двойного фактического взыскания одной и той же суммы в судебном акте о привлечении к субсидиарной ответственности должно быть указано на известное суду решение о взыскании с данного лица денежных средств как с основного заемщика либо как с поручителя: погашение задолженности по соответствующему договору влечет уменьшение объема субсидиарной ответственности и, как следствие, размера подлежащей фактическому взысканию по соответствующему судебному акту суммы.

С учетом изложенного, доводы ответчиков о двойном взыскании по обязательствам перед ПАО «Сбербанк» признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При данных обстоятельствах основания для удовлетворения жалоб ФИО2 и ФИО1 и отмены оспариваемого решения суда первой инстанции отсутствуют. Доводы жалоб сводятся к несогласию апеллянтов с выводами суда первой инстанции, положенными в обоснование принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены.

Апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268–271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Ивановской области от 12.01.2024 по делу № А17-11707/2021 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

 

Судьи

 

А.С. Калинина

 

Т.М. Дьяконова

 

Е.Н. Хорошева