/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-19779/2016

30 августа 2017 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена   22 августа 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 августа 2017 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей В.Б. Слобожаниной, В.В. Черемошкиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем Н.А. Панковой

при участии:  

от истца: представители В.В. Кондратьева, Л.Е. Горчаков и О.В. Королюк по доверенностям от 21.08.2017 г.

от ответчика: представитель А.И. Волынец по доверенности от 12.01.2017 г.

от третьих лиц: представитель ООО «ПАУРЭ» Волынец А.И. по доверенности от 13.01.2017, от иных лиц - не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-16629/2017) ООО «Антейстрой» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.05.2017 г. по делу № А56-19779/2016 (судья Н.А. Васильева), принятое

по иску АО Банк «Советский» в лице руководителя временной администрации ГК «Агентство по страхованию вкладов»

к ООО «Антейстрой»

третьи лица: ООО «ПАУРЭ», ООО «СовБанкКонсалт», MYSARIA HOLDINGS LTD, ГК «Агентство по страхованию вкладов», ООО «Коллектор 19»

о признании сделок недействительными  

 

установил:

Акционерное общество Банк «Советский» (далее – Банк, истец) в лице руководителя временной администрации по управлению Банком - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Антейстрой» (с учетом замены ненадлежащего ответчика в ходе рассмотрения дела, далее – ответчик, Общество) о признании недействительными заключенных между Банком и Обществом договоров поручительства и залога прав требований от 26.03.2015 г. к договору процентного займа № АС-СБК 23/01/2015 от 23.01.2015 г.

Агентство, наряду с обществом с ограниченной ответственностью «ПАУРЭ», обществом с ограниченной ответственностью «СовБанкКонсалт» (далее – ООО «СБК»), компанией MYSARIA HOLDINGS LTD (далее – Компания) и обществом с ограниченной ответственностью «Коллектор 19» привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Решением суда от 16.05.2017 г. исковые требования удовлетворены, оспариваемые сделки признаны недействительными с взысканием с ответчика в пользу истца государственной пошлины в размере 12 000 руб. 

Данное решение обжаловано ответчиком в апелляционном порядке, в жалобе ее податель просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований, мотивируя жалобу отсутствием (недоказанностью) совокупности обстоятельств являющихся условиями для признания сделок недействительными по заявленным истцом основаниям (пункт 2 статьи 61.2 федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2012 г. «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о несостоятельности (банкротстве)) и статья 10 Гражданского кодекса РФ).

В частности, как указывает Общество, оспариваемые договоры являлись частью инвестиционного механизма, направленного на предоставление финансирования Банку (ООО «СБК» являлось только техническим заемщиком, а фактическим получателем заемных денежных средств был Банк, при том, что рыночная стоимость уступленных последним в пользу ООО «СБК» прав требования значительно меньше, чем общая сумма полученных истцом средств); эти сделки были экономически выгодны Банку, так как ООО «СБК» было подконтрольным Банку юридическим лицом и использованы для списания неликвидной дебиторской задолженности; является ошибочным вывод суда об осведомленности Общества о совершении сделок с целью причинения вреда кредиторам Банка (в силу отсутствия у ответчика сведений о признаках финансовой неустойчивости истца (его неплатежеспособности)), а судом не была дана оценка доводам об аффилированности Банка и ООО «СБК» (характере их взаимоотношений).

В заседании апелляционного суда представитель ответчика, выступая также от имени третьего лица - ООО «ПАУРЭ», поддержал доводы жалобы, истец возражал против удовлетворения жалобы, в т.ч. по мотивам, изложенным в представленном отзыве, иные участвующие в деле лица (иные третьи лица) в заседание не явились, однако о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещены, а равно как считаются они извещенными и в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ (с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса РФ), в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ дело (апелляционная жалоба) рассмотрено в их отсутствие; при этом от Компании поступил отзыв на жалобу, в котором она поддержала доводы ответчика.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 и 269  Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Как установлено судом первой инстанции, подтверждается материалами дела и не оспаривается участвующими в деле лицами, 23.01.2015 г. Общество (займодавец) заключило с ООО «СБК» (заемщик) договор процентного займа № АС-СБК 23/01/2015 (далее - Договор займа), в рамках исполнения которого ответчик 03.02.2015 и 09.02.2015 г. перечислил на расчетный счет заемщика заемные денежные средства в общей сумме 350 000 000 руб.

Согласно пункту 1.5 Договора займа ООО «СБК» обязалось возвратить полученные денежные средства в срок до 10.03.2015 г.; кроме того 26.03.2015 г. стороны Договора займа, а также Банк подписали дополнительное соглашение, в соответствии с пунктом 3 которого установили, что заемщик обязуется возвратить денежные средства, полученные от займодавца, в течение 24 месяцев с момента поступления денежных средств на расчетный счет заемщика, а как следует из пунктов 5 и 6 данного дополнительного соглашения, Банк обязался в день его заключения заключить с ответчиком Договор поручительства, которым солидарно отвечать перед Займодавцем за исполнение Заемщиком всех обязательств по Договору займа, а также заключить с ответчиком Договор залога, которым предоставить в залог Обществу в обеспечение всех обязательств заемщика по Договору займа права требования к физическим лицам по кредитным договорам Банка.

26.03.2015 г. Банк (в качестве поручителя) и ответчик заключили Договор поручительства, согласно пункту 1.1. которого поручитель обязался солидарно отвечать перед Обществом за возврат сумы займа, уплату процентов, а также уплату штрафных санкций по Договору займа; кроме того, 26.03.2015 г. Банк (в качестве залогодателя) и ответчик заключили Договор залога, предмет залога: права требования к заемщикам Банка; также 31.07.2015 г. ответчик и ООО СБК» подписали дополнительное соглашение к Договору займа, согласно пункту 2 которого его стороны пролонгировали сроки возврата займа и установили график платежей, в соответствии с которым сумма займа должна быть полностью возвращена до 01.09.2017 г., помимо этого, стороны этого дополнительного соглашения конвертировали сумму займа в доллары США и установили, что размер задолженности составляет 5 881 008 доллара США, а в пункте 6 данного соглашения его стороны установили, что займодавец имеет право требовать досрочный возврат всей суммы займа в случае однократного нарушения заемщиком срока платежа по возврату суммы займа и/или процентов, начисленных на сумму займа, более чем на 1 день.

При этом, 29.09.2015 г. Общество (цедент) заключило с ООО «ПАУРЭ» (цессионарий) № 01/СБК-Ц, которым цессионарию в полном объеме были уступлены все права займодавца по Договору займа, а также по Договору поручительства и Договору залога, и согласно пункту 1.2 которого право требования, передаваемое цедентом по договору, переходит к цессионарию в момент подписания договора уступки; кроме того, 06.04.2016 г. ООО «ПАУРЭ» (цедент) заключило с Компанией (цессионарий) договор уступки права требования (цессии) № 04/16-З (далее – Договор цессии), которым полностью уступило цессионарию свои права требования по Договорам займа, поручительства и залога, и согласно пункту 1.3 которого право требования, передаваемое цедентом по данному договору, переходит к цессионарию в момент его подписания сторонами.

В феврале 2016 г. в Банк поступило уведомление - требование от Общества выплатить Компании сумму займа 5 881 008 доллара США, а также проценты, начисленные на сумму займа.

Оспаривая указанные договора поручительства и залога, истец основывает свои требования на положениях пункта 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) и статьи 10 Гражданского кодекса РФ, указывая в этой связи, что Приказом ЦБ РФ от 23.10.2015 г. № ОД 2888 на Агентство с 23.10.2015 г. возложены функции временной администрации Банка, в т.ч. функции, предусмотренные статьей 189.34 Закона о банкротстве, а право Банка в лице временной администрации – Агентства (ее руководителя) на оспаривание сделки в порядке искового производства в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по заявленным основаниям вытекает из статей 61.1 пункт 1, 61.9 и 189.40 пункт 1 Закона о банкротстве, и, как ссылается истец, оспариваемые договоры залога и поручительства заключены с целью причинения имущественного вреда кредиторам Банка, который на момент их совершения имел признаки недостаточности имущества; сделки совершены за рамками обычной хозяйственной деятельности, поскольку Банк, не имея никакого экономического интереса, принял на себя безвозмездные обязательства неплатежеспособного ООО «СБК» перед ответчиком, что нанесло вред кредиторам Банка; при том, что сделки (залог и поручительство) не согласовывались кредитным  комитетом Банка и не отражены на его внебалансовых счетах бухгалтерского учета, а заключение оспариваемых сделок являлось злоупотреблением правом со стороны ответчика и бывшего руководителя Банка.

Суд первой инстанции, руководствуясь помимо прочего, как указанными нормами, так и иными нормами (статьей 153, параграфами 3 и 5 главы 23 (в частности - статьями 334 пункт 1, 361, 363 и 365 пункт 1) Гражданского кодекса РФ и т.д), признал исковые требования подлежащими удовлетворению исходя из следующего:

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); при этом, предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника; цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательств и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы.

При этом согласно разъяснениям, приведенным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), перечисленые презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки, а согласно правовой позиции, изложенной в пункте 6 Постановления № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточностимимущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В данном случае, как указал суд, и в силу требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ бремя доказывания того, что оспариваемые договоры были заключены с целью причинения вреда имущественным правам Банка и его кредиторов, равно как и того, что Общество как другая сторона сделок знало об указанной цели должника, лежит на истце как на лице, оспаривающем данные договоры; и из представленных в дело доказательств следует, что на момент заключения Договоров поручительства и залога финансовое состояние Банка отвечало признакам недостаточности имущества, непосредственно перед заключением данных сделок Банк допускал искажение своей бухгалтерской и иной отчетности, то есть оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов Банка.

При этом недостаточность имущества Банка подтверждается пунктом 2.1 Плана участия Агентства в предупреждении банкротства Банк (далее - План участия), согласно которому по результатам анализа финансового положения Банка на 09.07.2015 г., проведенного (с апреля по июнь 2015 г.) Банком России на основании Приказа Банка России от 09.07.2015 г. № ОД-1609 «О проведении анализа финансового положения банка ЗАО Банк «Советский» (г. Санкт-Петербург)», у Банка был выявлен значительный объем проблемных активов, по которым необходимо было создать дополнительный резерв (13 389,7 млн. руб.) что приводит к уменьшению стоимости данных активов в бухгалтерском учете; а как следует из бухгалтерских балансов Банка по состоянию на 01.07.2015 и на 01.03.2015 г., структура его активов на указанные даты идентична, следовательно, с учетом данных анализа финансового положения Банка на 09.07.2015 г., приведенных в пункте 2.1. Плана участия, дополнительное резервирование по проблемным активам также необходимо было создать и на последнюю отчетную дату перед совершением оспариваемых сделок; таким образом, судом установлено, что превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей Банка над стоимостью его активов по состоянию на 01.03.2015 г. составило 6 971 440 тыс.рублей, то есть на дату заключения Договоров поручительства и залога Банк отвечал признаку недостаточности имущества.

Кроме того, ухудшение финансово-экономического состояния Банка на дату заключения оспариваемых Договоров подтверждается тем, что еще до их заключения Банк России в связи с неудовлетворительной финансовой устойчивостью Банка неоднократно вводил ограничения на проведение Банком различных банковских операций (в том числе, на привлечение денежных средств физических лиц во вклады в рублях и иностранной валюте (до востребования и на определенный срок); на открытие банковских счетов физических лиц в рублях и иностранной валюте; на привлечение денежных средств физических лиц на банковские счета в рублях и иностранной валюте; на привлечение денежных средств физических лиц путем продажи им ценных бумаг Банка); и в частности, предписанием от 24.11.14 г. № 15-0-74-2/ДСП Банк России с 25.11.2014 г. ввел ограничения на совершение вышеуказанных банковских операций сроком на шесть месяцев, то есть и на момент заключения оспариваемых сделок; в письме Банка России от 28.05.2014 г. № 15-0-74-2/12110ДСП указано об ухудшении финансовой устойчивости Банка, а в письме Банка России от 20.10.2014 г. № 15-0-74-2/ДСП отмечается неудовлетворительная финансовая устойчивость Банка.

Также, как указал суд, отсутствие в бухгалтерском балансе Банка по состоянию на 01.03.2015 г. сведений о превышении обязательств Банка над стоимостью его активов, которое установлено в анализе финансового положения Банка, говорит о том, что непосредственно перед совершением оспариваемых сделок Банк искажал документы своей бухгалтерской отчетности; кроме того, искажение бухгалтерской отчетности Банка подтверждается предписанием Банка России от 21.10.2015 г. №Т-15-0-74-2/4960 ДСП, в котором указано: «установленные нарушения по оценке кредитного риска и недосоздание резервов указывают на представление кредитной организацией в Банк России существенно недостоверной отчетности по формам 0409101 «Оборотная ведомость по счетам бухгалтерского учета кредитной организации», 0409118 «Данные о концентрации кредитного риска», 0409123 «расчет собственных средств (капитала) (Базель III)», 0409135 «Информация об обязательных нормативах и о других показателях деятельности кредитной организации», поскольку она скрывает реальное финансовое состояние Банка и не отражает наличие у Банка оснований для принятия мер по предупреждению несостоятельности банкротства, а также основания для отзыва лицензии на осуществление банковских операций».

Изложенное, по мнению суда первой инстанции, в совокупности с установленным признаком недостаточности имущества Банка, подтверждает направленность (цель) оспариваемых сделок на причинение имущественного вреда кредиторам Банка.

Также согласно данным бухгалтерского баланса ООО «СБК» по итогам 2014 г. (последняя отчетная дата перед заключением Договоров поручительства и залога), выручка данного лица составила 0 руб., убыток по итогам 2014 г. - 315000 000 руб., недостаточность имущества на конец 2014 г. составила 218 000 000 руб., денежные средства, которыми ООО «СБК» располагало по итогам 2014 г., составляли 6 000 000 руб., выручка ООО «СБК» по итогам 2013 г. - 17 245 тыс.руб., а денежные средства - 3 000 руб., что также прямо подтверждает невозможность исполнения обязательств ООО «СБК» по договору займа перед Обществом, при том, что и другой поручитель по обязательствам ООО «СБК» - ООО «Коллектор 19» - по итогам 2014 г. имел признаки недостаточности имущества в размере 1 726 тыс. руб.

Кроме того суд учел и то, что на момент совершения оспариваемых сделок Общество предоставило ООО «СБК» отсрочку на исполнение обязательств по возврату суммы займа и процентов путем заключения дополнительного соглашения к Договору займа, что также указывает на невозможность исполнения заемщиком своих обязательств, при том, что ООО «СБК» не представило суду доказательств исполнения обязательств перед ответчиком по договору займа, и более того - решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.10.2016 г. (резолютивная часть объявлена 24.10.2016 г.) по делу № А56-65116/2016 в отношении ООО «СБК» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника на основании требования ООО «Пром-Торг» в размере 6 300 000 руб., а определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербург от 15.03.2017 г. (резолютивная часть объявлена 10.02.2017 г.) по делу № А56-61228/2016 введена процедура наблюдения в отношении ООО «Коллектор 19» - еще одного поручителя по обязательствам ООО «СБК» (основанием для чего послужило требование в размере 1 169 219 руб. 48 коп.).

Таким образом, по мнению суда, Общество знало или должно была знать об ущемлении интересов кредиторов Банка, так как на момент заключения оспариваемых Договоров, действуя разумно и осмотрительно, ответчик, как и сам Банк, обязаны были располагать информацией о финансовом состоянии ООО «СБК», и проявляя требующуюся от них по условиям оборота осмотрительность, могли ознакомиться с бухгалтерской отчетностью ООО «СБК», при том, что необходимая информация могла быть получена ими самостоятельно от ООО «СБК», в таких открытых информационных ресурсах, как «СПАРК-Интерфакс» или «Контур-Фокус», а также в органах статистики на основании пункта 5.10 Постановления Правительства РФ от 02.06.2008 г. № 420 «О федеральной службе государственной статистики»; а заключение Договоров поручительства и залога по обязательствам ООО «СБК», в отношении которого истцу и ответчику при проявлении должной осмотрительности должно было быть известно, что деятельность должника убыточна и он не располагает активами, достаточными для возврата суммы займа, не может признаваться разумным и осмотрительным поведением.

Также, как указал суд, правовая природа обеспечительных сделок (их предназначение) - это создание дополнительных гарантий исполнения основного обязательства, и оспариваемые сделки указанному предназначению не отвечают, поскольку 26.03.2015 г. Банк выступил поручителем и залогодателем по обязательствам заемщика - ООО «СБК» - на сумму 350 млн. руб., при этом обеспечительные обязательства не были отражены на внебалансовых счетах бухгалтерского учета Банка, договоры поручительства и залога не проходили процедур внутрибанковских согласований, а в отношении ООО «СБК» на момент заключения оспариваемых договоров, Банку и Ответчику заведомо было известно, что данный заемщик никогда не сможет исполнить принятые на себя обязательства, то есть, Банк не предоставил дополнительные гарантии исполнения основного обязательства, а фактически сам стал основным должником, хотя им является ООО «СБК», что не допустимо и наносит вред кредиторам Банка.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о том, что при заключении оспариваемых Договоров поручительства и залога Общество знало о том, что данные сделки совершаются с целью ущемления имущественных интересов кредиторов Банка, поскольку последний выступает поручителем и залогодателем по обязательствам финансово несостоятельной организации, которая априори не сможет исполнить свои обязательства по Договору займа, и с которой невозможно будет взыскать денежные средства, выплаченные Общества, при том, что оспариваемые сделки подпадают под трехлетний срок, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и, таким образом, судом установлена совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорных сделок недействительными по основаниям, предусмотренным указанной нормой; также как признал суд обоснованным и довод истца о том, что имело место злоупотребление правом при заключении оспариваемых сделок, что с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», не соответствует требованиям статьи 10 Гражданского кодекса РФ.

В этой связи суд указал, что принятие ответчиком обеспечения от Банка в виде поручительства и залога по обязательствам ООО «СБК», отвечающего признакам недостаточности имущества, которые (данные обязательства) уже не были исполнены в первоначально установленный Договором займа срок, при отсутствии у поручителя возможности в последующем взыскать с ООО «СБК» денежные средства в порядке статьи 365 Гражданского кодекса РФ, не является поведением, ожидаемым от добросовестного участника гражданского оборота, и как, следствие, признается злоупотреблением правом; при этом, как следует из пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.07.2012 г. № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов, в том числе, связанных с их корпоративными взаимоотношениями; в соответствии с пунктом 1 статьи 60 Гражданского кодекса РФ основная цель деятельности коммерческой организации - извлечение прибыли, и как следует из пункта 3.1 Устава Банка, действовавшего на момент заключения сделок, последний является коммерческой организацией, которая входит в единую банковскую систему Российской Федерации и имеет целью получение прибыли за счет оказания услуг физическим и юридическим лицам.

В данном случае, по мнению суда, доказательств того, что заключение оспариваемых сделок обусловлено наличием у их сторон или у Банка и ООО «СБК» единого экономического интереса или иной разумной экономической цели, суду не представлено, при том, что предоставление поручительства и залога по обязательствам заемщика, который отвечает признакам недостаточности имущества, не имеет разумных целей, влечет за собой неоправданные экономические риски для поручителя (залогодателя) в виде искусственного создания кредиторской задолженности, а установление в дополнительном соглашении от 26.03.2015 г. к Договору займа целевого назначения в виде оплаты ООО «СБК» прав требований, приобретаемых у Банка, наличие его интереса в оспариваемых сделках не подтверждает; доводы же ответчика о том, что заемные денежные средства выдавались непосредственно Банку, опровергаются материалами дела, в которые представлен договор займа, заключенный с ООО «СБК», выпиской по расчетному счету ООО «СБК»; как не опровергают факт того, что в результате заключения Договоров поручительства и залога кредиторам Банка был причинен имущественный вред, и доводы ответчика о том, что между ООО «СБК» и Банком существовала история договорных отношений (со ссылкой на то, что с 2011 г. ООО «СБК» приобретало права требования у Банка), а ООО «СБК» использовало полученные от Общества денежные средства для расчетов с Банком. 

Равным образом, как указал суд, о наличии обоснованного интереса в предоставлении поручительства и залога не говорят иные, предоставленные в материалы документы, и в частности - копия соглашения от 17.12.2017 г., поименованного «инвестиционный меморандум» (при том, что заемщиком в нем именуется ООО «СБК», безусловная обязанность Банка в предоставлении обеспечения данным документом не предусмотрена), при том, что по своей правовой природе это соглашение не является договором, его заключение не повлекло за собой возникновение гражданских прав и обязанностей для сторон, а как установлено судом, с 2011 г. у Банка и ООО «СБК» отсутствовали корпоративные связи, и на момент заключения оспариваемых сделок Банк не мог давать обязательные для «СБК» указания, в том числе, по заключению сделок и по распоряжению денежными средствами.

Помимо этого, согласно выводам суда, договоры поручительства и залога являются для должника безвозмездными, т.е. отсутствует какая-либо выгода от их заключения, материалы дела подтверждают, что заключение оспариваемых сделок не было направлено на реализацию нормальных экономических интересов Банка, даже если последний рассчитывал, что ООО «СБК» использует заемные денежные средства для расчетов с Банком, поскольку предоставление обеспечения полностью перекладывало обязательства ООО «СБК» перед ООО «ПАУРЭ» на Банк, при том, что наличие любых финансовых проблем, если они имеются у общества, не освобождают органы управления действовать добросовестно и разумно при осуществлении руководства деятельности обществом, а в результате заключения спорных договоров Банк не получил какого-либо встречного исполнения ни со стороны ответчика, ни со стороны ООО «СБК»; таким образом, по мнению суда, заключение спорных договоров поручительства улучшило положение ООО «СБК» и ухудшило положение Банка, хотя предоставление поручительства для должника не было обязательным, а ответчик, ООО «СБК» и Компания не представили суду достоверных доказательств того, в чем заключался для истца экономический интерес в заключении оспариваемых сделок.

Также суд в этой связи, рассмотрев и оценив заключения, представленные в дело Компанией (отчеты об оценке прав требований, которые ООО «СБК» приобрело у Банка от 20.12.2016 г. № 0067-К и от 01.03.2017 № 0018-К) и Банком (экспертное заключение № 45/17 от 19.01.2017 на отчет об оценке от 20.12.2016 г. № 0067-К), нашел их неотносимыми к предмету заявленных требований, так как определение рыночной стоимости прав требований не относится к предмету настоящего спора по оспариванию обеспечительных сделок; при том, что представленные в дело заключения не могут рассматриваться судом в качестве экспертных, так как судом по делу не проводилась судебная экспертиза.

Таким образом, как указал суд, подытоживая свои выводы, из представленных в дело сторонами и третьим лицом доказательств, оцененных судом по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, следует, что в рамках обычной хозяйственной деятельности и нормального гражданского оборота предоставление поручительства по обязательствам организации-банкрота (независимо от того существует ли между поручителем и должником хозяйственная связь) является заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав каждой из ее сторон и злоупотреблением правом, с целью причинения вреда Банку и его кредиторам по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса РФ, в силу которой, а также на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд признал требования истца подлежащими удовлетворению.

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки изложенных выводов, как сделанных в результате детального и всестороннего исследования и оценки обстоятельств дела, имеющихся доказательств и доводов (возражений) сторон, отклоняя в частности доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, исходя из того, что с учетом должной степени разумности, осмотрительности и добросовестности, ответчик не только мог, но и должен был принять все достаточные и допустимые меры для выяснения финансового состояния как основного (заемщика - ООО «СБК»), так и акцессорного (Банка) должника, и коль скоро он этого не сделал (не представил безусловных доказательств, что при принятии всех возможных мер для выяснения указанных  обстоятельств, он не имел возможности реально оценить платежеспособность сторон сделки) на него ложатся неблагоприятные последствия совершения недействительной сделки, что тем более верно в силу наличия связи между Банком и ООО «СБК», о чем, как оно само ссылается, в т.ч. апелляционной жалобе, Общество было осведомлено и – соответственно – должно было осознавать, что при финансовых показателях заемщика фактически его требования о погашении заемных обязательств может быть исполнено исключительно за счет Банка.

В этой связи суд отклоняет довод Общества о необходимости учитывать всю совокупность сделок, включающих и оспариваемые по настоящему делу, как направленных, по его мнению, на финансирования Банка, поскольку ответчик при этом не обосновал наличие его интереса в этой операции, а совокупность обстоятельств дела как раз свидетельствует, что в результате совершения сделок Банк утратил ранее принадлежащие ему права требования (уступленные в пользу ООО «СБК») с одновременным возникновением у него и обязательств по возврату в пользу Общества (а позднее – в связи с заключением договор цессии – Компании, которая, как ссылается истец и не оспорено (документально не опровергнуто) ответчиком, уже предъявила Банку соответствующие требования) денежных средств, полученных последним, как ссылается Общество, в оплату уступленных прав требования, т.е. в итоге совокупность всех операций (сделок) повлекла ухудшение положения Банка, а именно – утрату им своего имущества (прав требований) фактически без получения встречного обеспечения (наличия у него обязанности возвратить полученные денежные средства).

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое решение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционные жалобы – не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.05.2017 г. по делу № А56-19779/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Антейстрой» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

В.Б. Слобожанина

 

В.В. Черемошкина