ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-5248/2018

г. Вологда

05 июля 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2021 года.

В полном объёме постановление изготовлено 05 июля 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Селецкой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии посредством видеоконференц-связи от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Топливно-заправочная компания Норд-Ойл» ФИО2  представителя ФИО3 по доверенности от 15.10.2020; от ФИО4 ФИО5 по доверенности от 18.05.2021; от общества с ограниченной ответственностью «ИнтрансТЭК» ФИО6 по доверенности от 11.06.2021; от общества с ограниченной ответственностью «Северлизинг» ФИО7 по доверенности от 21.09.2020; от ФИО8 представителя ФИО5 по доверенности от 10.03.2020; посредством веб-конференции от общества с ограниченной ответственностью «Сезар-Арктика» ФИО9 по доверенности от 01.01.2021.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Топливно-заправочная компания Норд-Ойл» ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «ИНТРАНСТЭК» определение Арбитражного суда Архангельской области от 31.03.2021 по делу № А05-5248/2018,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области от 10.05.2018 принято к производству заявление о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Топливно-заправочная компания Норд-Ойл» (далее – должник), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 20.06.2018 (дата объявления резолютивной части определения и введения процедуры – 14.06.2018) в отношении должника введена процедура наблюдение. 

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 30.10.2018 (дата объявления резолютивной части решения и введения процедуры – 29.10.2018) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2. 

В Арбитражный суд Архангельской области обратился конкурсный управляющий ФИО2 с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Северлизинг», ФИО4, ФИО10 и индивидуального предпринимателя ФИО8 (далее – ответчики). 

Определением суда от 31.03.2021 с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Топливнозаправочная компания Норд-Ойл» в порядке субсидиарной ответственности взыскано 6 291 313 руб. 62 коп. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

ФИО4 с вынесенным определением в части удовлетворения заявленных требований о взыскании с ФИО4 7 057 635 руб. 70 коп. убытков не согласился. Мотивируя жалобу, указал, что предмет и основание предъявленного в рамках настоящего обособленного спора требования о взыскании убытков и рассмотренного судом требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 в части взыскания 4 920 089 руб. 69 коп. стоимости топлива, полученного на хранение от ООО «РН-Аэро» по накладной от 17.04.2018 (108,33 тонны) фактически совпадают.

Судом первой инстанции при определении размера ущерба ответчика не было дано оценки журналу по учету топлива на нефтебазе.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 в своей апелляционной жалобе просил определение суда от 31.03.2021 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

В обоснование жалобы сослался на то, что судом первой инстанции не принято во внимание, что законодательством именно к компетенции органов общества (единоличного исполнительного органа и общего собрания участников) отнесены вопросы о руководстве текущей деятельностью общества и определении основных направлений деятельности юридического лица, контроле над финансовым состоянием общества. Указанные лица обязаны организовать такой учет финансовой деятельности общества, чтобы своевременно и достоверно выявлять убыточные направления деятельности общества для принятия необходимых мер по преодолению данной ситуации. Из представленных в материалы дела доказательств следует, что деятельность по АЗС являлась убыточной для должника. 

В подтверждение указанного довода ссылается на письменное заключение эксперта ФИО11, отчет специалиста ИП ФИО12 от 18.12.2020 № 27, которые пришли к выводу, что деятельность должника по розничной продаже топлива и сопутствующих товаров через топливно-заправочные станции в период с 2013 по 2017 годы была убыточной; пояснения ООО «Северлизинг», который признает, что данная деятельность не приносила прибыли, но влекла значительные потери для должника, в том числе расходы на ФОТ и взносы.

Ответчиками совершены иные действия, в совокупности существенно ухудшившие положение должника и сделавшие невозможным удовлетворение требований кредиторов. После постепенного наращивания кредиторской задолженности должника ООО «Северлизинг» было принято решение и осуществлены действия по переводу хозяйственной деятельности, которую осуществлял должник, на иную организацию, полностью подконтрольную ООО «Северлизинг» - ООО «Архангельская топливная компания»                            (далее - ООО «АТК»).

ООО «Северлизинг» также совершались экономически невыгодные для должника и, но выгодные для ООО «Северлизинг» сделки (уплата процентов по займам, оплату арендных и лизинговых платежей).

Полагает, что, поскольку обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом возникла у единоличного исполнительного органа должника в 2017 году и должна была быть им исполнена не позднее 16.04.2017, ФИО8 также  подлежит  привлечению  к субсидиарной ответственности как лицо, исполняющее функции единоличного исполнительного органа должника в период до 28.04.2017, в размере суммы неисполненных обязательств перед кредиторами, возникших после 16.04.2017, в том числе перед ООО «СЕЗАР-Арктика» и иными кредиторами.

Обязанность ООО «Северлизинг» по подаче заявления о признании должника банкротом возникла не позднее 10.08.2017. В связи с тем, что в установленные сроки данная обязанность не была реализована ответчиком, он подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в размере обязательств должника, возникших после 11.08.2017.

ООО «ИНТРАНСТЭК» в апелляционной жалобе просит отменить определение Арбитражного суда Архангельской области от 31.03.2021 в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего, принять новый судебный акт об удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме, в обоснование чего ссылается на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела в части вывода об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с ведением должником убыточной деятельности по продаже топлива и прочих товаров через АЗС и бездействием ответчиков, выразившемся в непринятии решения о прекращении убыточной деятельности.

В подтверждение указанного довода сослался на письменное заключение ИП ФИО11 по результатам судебной экспертизы, письменное заключение ИП ФИО11 по результатам дополнительной судебной экспертизы, письменную информацию (отчет) специалиста ФИО12 от 11.06.2020, письменную информацию (отчет) специалиста ФИО12 от 18.12.2020, согласно которым деятельность Должника за 2013-2017 г.г. по продаже топлива через АЗС была убыточной.

Апеллянт считает, что действия ООО «Северлизинг» по передаче АЗС во временное владение и пользование по договорам аренды на длительный срок без права выкупа являются недобросовестными, так как ООО «Северлизинг» переложило свои расходы на содержание имущества на свое дочернее общество, получало арендную плату в значительном размере, а после начала процедуры банкротства в отношении ООО «ТЗК Норд-Ойл» (наблюдение было введено в отношении Должника 14.06.2018) передало АЗС в собственность другой своей дочерней компании ООО «Архангельская топливная компания» в качестве оплаты уставного капитала.

Действия мажоритарного участника Должника и руководителей Должника по осуществлению убыточной деятельности автотопливозаправочных станций могут характеризоваться как принятие ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности и осуществление явно убыточных операций, а также создание и поддержание такой системы управления Должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом (мажоритарным участником ООО «Северлизинг») во вред Должнику и его кредиторам.

Кроме того, сослался на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела в части вывода суда о том, что заявителем не представлено надлежащего обоснования и доказательств того, что допущенные искажения бухгалтерской отчётности Должника вызвали существенные затруднения проведения процедур банкротства.

Из заключения ИП ФИО11 по результатам судебной экспертизы, письменного заключения ИП ФИО11 по результатам дополнительной судебной экспертизы, письменной информации (отчета) специалиста ФИО12 от 11.06.2020, письменной информации (отчета) специалиста ФИО12 от 18.12.2020 следует, что  финансовые показатели Должника на протяжение длительного времени (как минимум, с 2013 года) подвергались систематическому искажению с целью завышения активов и уменьшения пассивов.

Допущенные ответчиками искажения препятствовали доказыванию Конкурсным управляющим наличия признаков недостаточности имущества Должника с целью оспаривания сделок ООО «ТЗК «Норд-Ойл» (например, определение Арбитражного суда Архангельской области от 22.01.2020).

Суд должен был применить пункт 4 статьи 30 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». ООО «Северлизинг» не позднее 30.06.2017 обязано было принять решение о ликвидации Должника. Следовательно, в связи с такими обстоятельствами заявление о признании должника банкротом следовало подать не позднее 31.07.2017.

Руководитель Должника ФИО8, действуя разумно и добросовестно, также обязан был предпринять действия по началу ликвидации ООО «ТЗК Норд-Ойл».

Таким образом, ООО «Северлизинг» и ФИО8 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника, возникшим с 31.07.2017.

ФИО4 являлся директором ООО «ТЗК «Норд-Ойл» в период с 09.09.2017 по 28.09.2018. После вступления в должность ФИО4 также обязан был в разумные сроки предпринять действия по началу ликвидации и дальнейшему банкротству ООО «ТЗК Норд-Ойл». Следовательно, ФИО4 также подлежит к привлечению к ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве по обязательствам Должника, возникшим с 09.11.2017 (дата вступления в должность 09.09.2017 + 1 месяц на принятие дел + 1 месяц по совершению действий на подачу заявления о признании Должника банкротом).

Представители конкурсного управляющего Должника, ООО «ИнтрансТЭК» и ООО «Сезар-Арктика» поддерживают доводы апелляционных жалоб конкурсного управляющего Должника ФИО2 и ООО «ИнтрансТЭК», настаивают на их удовлетворении, возражают против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО4 

Представители ФИО4, ООО «Северлизинг» и ФИО8 поддерживают доводы апелляционной жалобы ФИО4, настаивают на ее удовлетворении, возражают против удовлетворения апелляционных жалоб конкурсного управляющего Должника ФИО2 и ООО «ИнтрансТЭК».

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Конкурсным управляющим заявлено требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также за неподачу заявления должника о собственном банкротстве на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов указаны следующие обстоятельства: 1) осуществление должником убыточной деятельности по продаже топлива и прочих товаров через автозаправочные станции, бездействие, выразившиеся в непринятии решения о прекращении убыточной деятельности; 2) создание системы функционирования должника, при которой должник не наделён собственным имуществом, достаточным для ведения предпринимательской деятельности, а использует имущество, полученное в аренду от участника должника, корпоративные займы не отражаются надлежащим образом; 3) причинение существенного вреда правам кредиторов в результате совершения должником сделок с ответчиками (одобрения ответчиками сделок должника); 4) искажение данных бухгалтерского учёта и отчётности должника; 5) перевод активов и контрагентов должника на другую компанию, подконтрольную участнику должника. 

Применительно к ответственности за неподачу заявления должника о собственном банкротстве конкурсный управляющий указал, что с 2017 года должник стал отвечать признакам неплатёжеспособности и недостаточности имущества, поэтому у руководителей и участника должника возникла обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях указанного закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должник создан в качестве юридического лица в 2006 году. 

Общество с ограниченной ответственностью «Северлизинг» является его участником с долей участия 67% уставного капитала с июля 2011 года, с долей участия 74% уставного капитала с 11.11.2016. ФИО10 являлся директором должника с 18.03.2010 по 18.03.2016.

Индивидуальный предприниматель ФИО8 оказывал услуги по управлению обществом, исполняя функцию директора должника, в период с 19.03.2016 (договор на оказание управленческих услуг) по 08.09.2017. 

ФИО4 являлся руководителем должника в период 09.09.2017 по 28.09.2018.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) указано, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. 

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 29 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда (пункт 2 Постановления № 53). 

На основании статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой», т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. 

При этом в пунктах 2 и 3 Постановления № 62 указаны обстоятельства, при которых недобросовестность и неразумность действий (бездействия) руководителя презюмируются. 

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

Конкурсный управляющий указал, что в 2013 году должник начал осуществлять деятельность по продаже топлива через автотопливозаправочные станции (далее – АЗС) и по продаже сопутствующих товаров.

Для осуществления вида деятельности должнику его участником ООО «Северлизинг» по договору аренды от 09.04.2013 переданы во владение земельный участок и АЗС контейнерного типа, расположенные в пос. Боброво (Архангельская область). 

По договору аренды от 19.08.2013 с ООО «КБ Юниаструм Банк» должнику переданы во владение земельный участок и АЗС по ул. Ленина (г. Архангельск). 

В 2015 году руководством должника принято решение о продолжении направления деятельности с использованием ещё одной АЗС. 

По договору аренды от 17.08.2015 № 03/15-А, заключенному с участником ООО «Северлизинг», должнику переданы земельный участок и АЗС, расположенные по ул. Третья линия в г. Архангельск. 

Согласно отчёту ООО «Консультант-Партнёр» от 11.06.2020 № 22 деятельность АЗС была убыточной в течение всего периода с 2016 по 2018 год, убыток от деятельности АЗС за три года составил 7 680 414 руб. 62 коп. (том 3, л.д. 88). 

В заключении специалиста сделан вывод об убыточности деятельности по продаже топлива через АЗС, однако не имеется вывода о том, что привело к формированию убытка, в связи с чем в ходе рассмотрения заявления назначена комиссионная судебная экспертиза для определения причины убыточности вида деятельности должника. 

Проведение комиссионной экспертизы поручено индивидуальному предпринимателю ФИО11 и эксперту ООО «Финансовая Экспертиза» ФИО13. Перед экспертами был поставлен следующий вопрос: Являлась ли деятельность должника по розничной продаже топлива и сопутствующих товаров через топливно-заправочные станции в период с 2013 по 2017 год убыточной? Если деятельность являлась убыточной, какой размер убытка сформировался по каждому году, и какие расходы привели к формированию убытка?

Эксперт ООО «Финансовая Экспертиза» в заключении от 07.12.2020 указал, что из представленных документов он не может определить, являлась ли деятельность должника по розничной продаже топлива и сопутствующих товаров через топливно-заправочные станции в период с 2013 по 2017 год убыточной (том 7, л.д. 42). 

Вместе с тем из исследовательской части заключения следует, что должник не вёл раздельный учёт доходов, расходов, имущества и обязательств по видам деятельности «оптовая» и «розничная торговля»; обязанность по ведению такого учёта у общества отсутствовала. 

Эксперт указал, что выделить из бухгалтерских регистров перечень затрат, отнесённых к розничному или оптовому виду деятельности, не имеется возможности. 

По мнению эксперта, любые расчёты по выделению доли розничного направления от оптового не дадут достоверного ответа в точных цифрах по прибыльности или убыточности направления (стр. 36 заключения). 

По результатам проведения судебной экспертизы индивидуальный предприниматель ФИО11 в заключении от 03.12.2020 отразил вывод, что деятельность должника по розничной продаже топлива и сопутствующих товаров через топливно-заправочные станции в период с 2013 по 2017 год была убыточной (том 6, л.д. 38). 

В заключении также указано, что экспертизой приведены отдельные статьи учёта, повлиявшие на формирование убытка от деятельности по розничной продаже через сеть АЗС. 

Распределить все виды понесённых расходов между различными видами деятельности в рамках заявленной экспертизы не представляется возможным. 

Из отражённого в заключении от 03.12.2020 исследования следует, что существенное влияние на формирование финансового результата по деятельности оказали такие расходы, как арендные платежи и оплата труда.

На странице 47 отчёта указано, что перечень расходов, которые за счёт которых был сформирован убыток, отражён в приложениях 16 и 17, при этом основными из них являлись заработная плата с отчислениями, лизинговые и арендные платежи, общехозяйственные и прочие расходы общества. 

Согласно приложениям 16 и 17 к отчёту, основная часть затрат приходилась на заработную плату и налоги (прочие отчисления) с фонда оплаты труда. 

Оценив заключение эксперта, суд первой инстанции пришел к выводу, что оно подлежит принятию в качестве доказательства, соответствующего требованиям статей 64, 67, 68, 71, 75, 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указав, что оно составлено на основании норм действующего законодательства и соответствует требованиям, предъявляемым к указанного рода документам.

На основании данного документа судом сделан вывод, что в данном случае не доказаны обстоятельства, что бездействие ответчиков по непринятию решения о прекращении деятельности АЗС явилось необходимой причиной банкротства должника. 

Привлечение к субсидиарной ответственности возможно в случае, когда причиной банкротства признаны недобросовестные действия ответчиков. 

В рассматриваемом случае по причине того, что должник не вёл раздельный учёт расходов по видам деятельности, судом сделан верный вывод, что убыточный характер деятельности АЗС в период с 2013 по 2017 год не был явным для руководителей должника и его участника.

Из материалов дела не следует, что ответчики анализировали результат деятельности АЗС тем же способом, что и специалисты, и принимали к учёту те же самые затраты. 

Согласно пояснениям ООО «Северлизинг» оценка результатов деятельности направления производилась без учёта общехозяйственных расходов. При такой оценке результат деятельности АЗС был положительным, то есть деятельность могла расцениваться как прибыльная. 

Использование иного способа определения финансового результата не может быть поставлено ответчикам в вину, поскольку единое мнение относительно метода оценки итогов деятельности АЗС не сформировано и лицами, обладающими специальными познаниями по этому вопросу, заключения которых представлены в материалы дела. 

В бухгалтерской отчётности должника, составленной по итогам 2013, 2014 и 2016 года, отражено, что должник получил чистую прибыль, что также свидетельствует в пользу того, что убыточный характер деятельности АЗС не был явным. 

В отчётах специалистов ФИО11 и ООО «Консультант-Партнёр» отражено, что в бухгалтерском учёте должника были допущены искажения, касающиеся списания в состав расходов «материалов» и «расходов будущих периодов», что повлияло на показатели бухгалтерской отчётности по итогам 2013 – 2017 годов: показатель финансового результата (чистая прибыль, убыток) был завышен, фактически прибыли не было, либо размер убытка составлял большую величину, чем указано в отчётности должника. 

Вместе с тем из материалов дела не следует, что по указанию ответчиков либо с их ведома в обществе вёлся двойной учёт и при принятии управленческих решений ответчики руководствовались иными данным бухгалтерского учёта и отчётности должника, в то время как для внешних пользователей составляли искажённую отчётность. 

Таким образом, из материалов дела не следует, что деятельность АЗС с учётом даты начала её осуществления должником оценивалась контролирующими лицами в качестве явно убыточной, но ответчики недобросовестно не принимали решение о прекращении такой деятельности. 

Обстоятельства, при которых недобросовестность и неразумность действий (бездействия) ответчиков презюмируются, судом не установлены. 

Выбор неверной стратегии ведения бизнеса в отсутствие недобросовестности и неразумности, сам по себе не является основанием для субсидиарной ответственности, поскольку любой предпринимательской деятельности сопутствуют риски, в том числе риск неполучения прибыли. 

Довод апеллянтов о том, что убытки должника формировались за счет арендных платежей, уплачиваемых участнику должника ООО «Северлизинг», необоснован, поскольку большая часть расходов по деятельности АЗС приходится на заработную плату и связанные с её выплатой отчисления в бюджет.

В период с 2013 по 2016 год у должника отсутствуют неисполненные обязательства перед кредиторами, в связи с чем, осуществление такой деятельности не приносило вреда имущественным правам независимых кредиторов.

Кроме того, в материалах настоящего обособленного спора усматривается, что банкротство ООО «ТЗК Норд-Ойл» связано со снижением рентабельности в целом по отрасли реализации топлива через АЗС и при этом ростом конкуренции в авиатопливообеспечении. К фактическому банкротству должника привела невозможность ведения деятельности по реализации авиационного топлива ТС-1 в связи с отказом ООО «РН-Аэро» от продления срока договора аренды фильтрационной установки от 26.12.2012 № 346/03-Д. 

В 2017 году руководителями должника и его участником были приняты меры, направленные на поддержание деятельности должника, в частности, принято решение о существенном снижении размера арендной платы по договорам аренды: так, по договору аренды от 09.04.2013 размер арендной платы снижен с 55 820 руб. в 2016 году до 17 000 руб. с января 2017 года, по договору аренды от 17.08.2015 размер арендной платы снижен с 248 000 руб. с мая 2017 года до 120 000 руб. с октября этого же года. 

Также по договору займа от 05.04.2017 ООО «Северлизинг» предоставило должнику финансирование в размере 2 000 000 руб.

Относительно создания ответчиками системы функционирования должника, при которой должник не наделён собственным имуществом, достаточным для ведения предпринимательской деятельности, а использует имущество, полученное в аренду от участника должника, корпоративные займы не отражаются надлежащим образом, суд пришел к обоснованному выводу о необоснованности данных доводов.

Уставный капитал должника составляет 700 000 руб., а не 100 000 руб., как указывает заявитель. 

Должник создан в 2006 году, в то время как ООО «Северлизинг» стало его участником в 2011 году, то есть указанное общество не принимало участие в формировании уставного капитала должника и принятии решения о наделении должника имуществом. 

Помимо двух АЗС, полученных в аренду от ООО «Северлизинг», третья АЗС арендована должником  по договору аренды от 19.08.2013 у                               ООО «КБ Юниаструм Банк».

Иное имущество (транспортные средства, нежилые помещения) были арендованы у ООО «ТЗК «Раменское», ООО «ТЗК «Туполев-Сервис»,                     ООО «Даммерс». 

Само по себе предоставление имущества в аренду, а не в собственность, никаким образом не свидетельствует о недобросовестном поведении участника общества, поскольку из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует право каждого определять форму взаимодействия. 

Участники гражданского оборота свободны в выборе способа ведения предпринимательской деятельности и не связаны обязательностью владения имуществом на праве собственности. 

Выбор в качестве контрагента по сделке аффилированного лица сам по себе не может расцениваться как заведомо невыгодная или подозрительная сделка, поскольку необходимо оценивать условия сделки на её соответствие рыночным условиям. 

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлены какие-либо доказательства того, что получение имущества в аренду было для должника невыгодным по сравнению с покупкой того же самого имущества (в частности, с использованием заёмных средств), что арендная плата по договорам аренды значительно в ущерб должнику превышала её рыночный размер, что в результате заключения договоров аренды на стороне должника формировались только убытки, в то время как его участник получал прибыль. 

Доказательств того, что приобретение в собственность имущества, необходимого для ведения предпринимательской деятельности было экономически более эффективно и реально для должника, в материалах дела не имеется.

Кроме того, согласно представленной заявителем справке о наличии информации по расчётам должника денежными средствами по договорам с ООО «Северлизинг», за период с 2016 по 2018 год (за три года) должник выплатил ООО «Северлизинг» в качестве арендной платы 10 196 995 руб. 84 коп., что составляет лишь 2,7% от выручки должника, полученной им за два года (2016 и 2017 годы). 

Аргументы конкурсного управляющего о том, что по вине ответчиков искажены показатели бухгалтерского учёта и отчётности должника правомерно отклонены судом со ссылкой на пункт 24 Постановления № 53 и в связи с тем, что заявителем не представлено надлежащего обоснования и доказательств того, что допущенные искажения вызвали существенные затруднения проведения процедур банкротства, в том числе привели к невозможности определения активов должника, анализа его сделок, установления содержания принятых органами должника решений. 

В отношении ООО «Северлизинг» не представлено доказательств того, что оно, как участник должника, имело возможность контролировать финансовое состояние должника в любой период времени, а не только в момент утверждения годовой отчётности согласно пункту 1 статьи 48 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Поскольку данные выводы арбитражного суда доводы апеллянтами не опровергнуты относимыми и допустимыми доказательствами, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иной оценки обстоятельств обособленного спора.

После принятия Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 14.10.2017 решения по делу № А56-31190/2017 о взыскании с должника в пользу ООО «СЕЗАР-Арктика» 5 408 448 руб. 06 коп. стоимости утраченного дизельного топлива, 187 776 руб. 95 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 50 810 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 22.01.2018 участником должника                                    ООО «Северлизинг» принято решение о создании общества с ограниченной ответственностью «Архангельская топливная компания», на которую «переведена деятельность должника».

Обстоятельства «перевода деятельности» установлены в решении Арбитражного суда Архангельской области от 30.09.2019 по делу № А057700/2019. 

При рассмотрении спора суд не установил обстоятельств, свидетельствующих о том, что в результате совершения действий по прекращению договора от 30.08.2016 и по заключению договора от 05.04.2018 на стороне должника возникли убытки. 

Доказательств того, что должник не имел возможности (в том числе финансовой) исполнять свои обязательства по договорам от 30.08.2016                    № 75-АТО/380-Н6-16, от 05.04.2018 №1-АТО/162-Н6-18 в полном объёме без участия в договорных отношениях ООО «АТК», в материалы дела не представлены ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции.

Более того, ООО «ТЗК Норд-Ойл» продолжало дельность по заправке воздушных судов АО «Нордавиа» вплоть до августа 2018 года, то есть до окончания срока действия договора субсубаренды фильтрационной установки № 346/03-Д от 26.12.2012, заключенного между ООО «ТЗК Норд-Ойл» и ООО «РН-Аэро». Эта деятельность осуществлялась ООО «ТЗК Норд-Ойл» на основании трехстороннего договора № 1-АТО/162-Н6-18 на авиатопливообеспечение воздушных судов от 05.04.2018, заключенного с АО «Нордавиа - региональные авиалинии», а также договора № 77-у от 30.03.2018, по которому ООО «ТЗК Норд-Ойл» выполнял услуги по приему, хранению, контролю качества, подготовке к выдаче, заправке авиатоплива и авиаГСМ в воздушные суда и договора № 01-05/2018 от 01.05.2018, по которому ООО «ТЗК Норд-Ойл» выполнял услуги по перевозке.

Конкурсный управляющий ссылался также на то, что обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд возникла у ФИО8 с 28.03.2017 и должна была быть исполнена до 28.04.2017, у ФИО4 по состоянию на 09.09.2017 и должна была быть исполнена до 09.10.2017, у ООО «Северлизинг» – с 11.08.2017, то есть по истечении 10 календарных дней с момента установления Законом о банкротстве обязанности участника должника по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Статьей 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. 

Как следует из пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: 

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей или иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; 

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; 

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; 

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; 

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи. 

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве). 

В силу пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве если в течение предусмотренного пунктом 2 указанной статьи срок руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым – восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. 

Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым – восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве введен в действие Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», вступившим в силу со дня его официального опубликования, то есть с 30 июля 2017 года (за исключением отдельных его положений). 

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, указано, что в предмет доказывания по спорам о привлечении к ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника о банкротстве входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем заявления о банкротстве в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объём обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. 

Подобное поведение руководителя влечёт за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. 

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объёмом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы. 

Исходя из этого, презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности. 

Конкурсный управляющий указал, что по результатам работы за 2016 год у должника возникли признаки неплатёжеспособности и недостаточности имущества, наличие которых ответчики могли установить на основании бухгалтерской отчётности должника за 2016 год, составленной 28.03.2017. 

Согласно статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатёжеспособностью понимается прекращение исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. Недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2016 (без учёта корректировок) размер обязательств должника составлял 26 565 тыс.руб., стоимость активов равнялась 24 309 тыс.руб. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что по состоянию на 31.12.2016 размер денежных обязательств должника превышал стоимость его имущества должника, то есть у должника имелся признак недостаточности имущества. 

Вместе с тем при оценке довода о недостаточности имущества должника суд принял во внимание, что в деле о банкротстве было рассмотрено заявление ООО «Северлизинг» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договорам займа в сумме 7 900 000 руб. 

Суд признал договоры займа, заключенные должником с                                   ООО «Северлизинг», притворными сделками, направленными на увеличение уставного капитала должника (либо внесение вклада в имущество должника). 

Поскольку указанные обстоятельства на даты составления бухгалтерской отчётности должника были квалифицированы иным образом, то с целью определения показателей бухгалтерской отчётности должника была назначена комиссионная судебная экспертиза. 

Из заключения предпринимателя ФИО11, представленного в арбитражный суд в электронном виде 20.02.2021, следует, что по состоянию на 31.12.2016 размер обязательств должника составлял 26 700 тыс.руб., стоимость активов равнялась 17 313 тыс.руб.; на 31.12.2017 размер обязательств должника составлял 36 873 тыс.руб., стоимость активов равнялась 22 711 тыс.руб. 

В связи с тем, что обществу «Северлизинг» отказано во включении задолженности в реестр требований кредиторов должника по мотиву притворности договоров займа от 05.02.2014 № 05/14, от 03.12.2014 № 41/14, от 09.12.2014 № 43/14 и от 05.04.2017 № 01/17-з, которые фактически направлены на увеличение уставного капитала, обязательства должника перед                            ООО «Северлизинг» подлежали учёту в качестве расчётов с участниками: в качестве взноса в уставный капитал (увеличение уставного капитала) или в качестве вклада в имущество общества.

Учитывая изложенное, суд принял более корректными данные бухгалтерской отчетности, представленной к отзыву ФИО8, согласно которой по состоянию на 31.12.2016 размер обязательств должника составлял 20 488 тыс.руб., стоимость активов равнялась 20 145 тыс.руб.; на 31.12.2017 размер обязательств составлял 28 797 тыс.руб., стоимость активов – 26 212 тыс.руб. 

Следовательно, наличие признака недостаточности имущества усматривается из бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2016, которое, однако, было несущественным и составляло 343 тыс.руб. При этом на дату составления бухгалтерского баланса неисполненные обязательства перед кредиторами у должника отсутствовали.

Приняв во внимание отсутствие признака неплатёжеспособности, незначительное превышение обязательств должника над стоимостью его имущества, суд пришел к верному выводу, что на 31.12.2016 финансовое состояние должника не свидетельствовало об объективном банкротстве, а после составления бухгалтерской отчётности (28.03.2017) у руководителя должника – ИП ФИО8 не возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. 

Кроме того, судом принимается во внимание, что по договору займа от 05.04.2017 ООО «Северлизинг» предоставило должнику финансирование в размере 2 000 000 руб., которое было направлено на преодоление затруднений должника, то есть были приняты обоснованные и достаточные меры к восстановлению финансового положения должника. 

Вместе с тем по состоянию на 31.12.2017 финансовое состояние должника свидетельствовало о наличии признака недостаточности имущества, которое уже не могло расцениваться как несущественное. 

Согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2017 (без учёта корректировок) размер обязательств должника составлял 36 867 тыс. руб., стоимость активов равнялась 29 527 тыс.руб., превышение составило 7340 тыс.руб. 

Из бухгалтерской отчётности, представленной представителем ФИО5, следует, что по состоянию на 31.12.2017 размер обязательств должника составлял 28 797 тыс.руб., стоимость активов –                           26 212 тыс.руб., превышение составило 2585 тыс.руб. 

При надлежащей оценке показателей финансовой отчётности руководитель должника был способен объективно определить наличие признака недостаточности имущества должника, у него не могло возникнуть сомнений, что состояние должника свидетельствует о банкротстве. 

Бухгалтерская отчётность должника за 2017 год составлена 15.03.2018, на эту дату обязанности руководителя должника исполнял ФИО4 Следовательно, последний в срок не позднее 16.04.2018 должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. 

Поскольку ФИО4 не обратился в суд с заявлением о банкротстве, он подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Размер субсидиарной ответственности ФИО4 определен судом в соответствии со пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве в сумме 6 291 313 руб. 61 коп. с учетом частичного удовлетворение требований кредиторов.

Утверждение ФИО4 о совпадении предмета и основания предъявленного требования о взыскании убытков и требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 в части взыскания 4 920 089 руб. 69 коп. стоимости топлива, полученного на хранение от ООО «РН-Аэро» по накладной от 17.04.2018 (108,33 тонны) не может влечь отмены состоявшегося судебного акта, поскольку пункт 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» запрещает именно повторное разрешение в рамках дела о банкротстве требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а определение суда от 05.05.2021 о взыскании с ФИО4 7 057 635 руб. 87 коп. убытков в законную силу не вступило, рассмотрение апелляционной жалобы назначено на 19.07.2021.

По правилам пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность по созыву общего собрания участников должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом возникла у ООО «Северлизинг» после того, как ФИО4 не исполнил свою обязанность по подаче заявления 16.04.2018, такая обязанность должна была быть исполнена в течение десяти календарных дней, то есть до 26.04.2018.

Установив, что собрание участников должника должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве, то есть не позднее 07.05.2018 (с учётом переноса окончания срока на первый рабочий день), а заявление кредитора о банкротстве должника поступило в арбитражный суд 04.05.2018, дело о банкротстве должника возбуждено 10.05.2018, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии необходимости в обращения ООО «Северлизинг» в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В силу пункта 4 статьи 30 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» невыполнение обязанности по ликвидации должника не влечёт субсидиарную ответственность.

Несогласие апеллянтов с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование законодательства о банкротстве не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушение судом норм материального права, в связи этим оснований для отмены судебного акта не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявления конкурсного кредитора не допущено. 

При таких обстоятельствах апелляционные жалобы ФИО4, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Топливно-заправочная компания Норд-Ойл» ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «ИНТРАНСТЭК» по приведенным в ним доводам удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Архангельской области от 31 марта  2021 года по делу № А05-5248/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Топливно-заправочная компания Норд-Ойл» ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «ИНТРАНСТЭК» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

О.Г. Писарева

С.В. Селецкая