ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-33429/2018

город Ростов-на-Дону

27 июня 2019 года

15АП-9475/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 27 июня 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Емельянова Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего акционерного общества "АктивКапитал Банк" - Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов": представитель по доверенности от 17.05.2019 ФИО2;

от ФИО3: представитель по доверенности от 26.02.2019 ФИО4;

от временного управляющего  общества с ограниченной ответственностью "Лира" ФИО5: представитель по доверенности от 08.04.2019 ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества "АктивКапитал Банк" - Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.05.2019 по делу № А53-33429/2018 по заявлению акционерного общества "АктивКапитал Банк" о включении требований в реестр требований кредиторов,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Лира",

принятое в составе судьи Яицкой С.И.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Лира" (далее – должник) акционерное общество "АктивКапитал Банк" (далее – АО "АктивКапитал Банк", банк, кредитор) в лице конкурсного управляющего государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов задолженности по договору займа от 29.01.2016 №32901/16-ФВ-Л в размере 180 185 391,60 руб., а также с отдельным заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 354 022,53 руб. оплаты, произведенной кредитором за должника в пользу третьих лиц.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 04.02.2019 по делу № А53-33429/2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью фирма "Вилина" - займодавец по договору займа от 29.01.2016 № 32901/16-ФВ-Л.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 27.03.2019 по делу № А53-33429/2018 заявления АО "АктивКапитал Банк" объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 11.05.2019  по делу № А53-33429/2018 в удовлетворении заявления АО "АктивКапитал Банк" о включении требований в реестр требований кредиторов должника отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, банк обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил определение отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что корпоративный характер  займа по договору от 29.01.2016 № 32901/16-ФВ-Л между ООО "Лира" и ООО "Вилина" не имеет правового значения, так как требование указанного займа было приобретено неаффилированным лицом – банком. Банк при этом указывает, что сам факт предоставления займа документально подтвержден, а договор займа был заключен на рыночных условиях. Более того, на дату заключения договора займа АО "АктивКапитал Банк" не был связан с ООО "Лира" и ООО "Вилина", так как ФИО7 (председатель правления банка) стала участником ООО "Лира" лишь с 21.12.2017, а ООО "Лира" стало акционером банка с 31.01.2017. Относительно требования на сумму 354 022,53 руб., банк указывает, что неоплата задолженности ООО "Лира" в преддверии начала отопительного сезона была связана с риском, что в случае понижения температуры до отрицательных значений, все коммуникации могли выйти из строя, что повлекло бы за собой значительные расходы по их восстановлению и уменьшению рыночной стоимости имущества, включенного в конкурсную массу.

В представленных отзывах на апелляционную жалобу конкурсный кредитор ФИО3 и временный управляющий ООО "Лира" ФИО5 просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

24.06.2019 от АО "АктивКапитал Банк" в лице конкурсного управляющего государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное необходимостью ознакомиться с представленными отзывами, копии которых не были направлены банку.

В судебном заседании представитель АО "АктивКапитал Банк" также заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнение к апелляционной жалобе с приложением акта об ограничении поставки газа покупателю, нарушившему договорные условия от 31.05.2018. В просительной части дополнения к жалобе банк также заявил ходатайство об истребовании у ООО "Газпром межрегионгаз Ростов-на-Дону" сведений о том, осуществлялось ли ограничение поставки газа на объект по адресу: 

<

...>.

Рассмотрев ходатайство о приобщении копии акта об ограничении поставки газа покупателю, нарушившему договорные условия от 31.05.2018 года, судебная коллегия отказывает в его удовлетворении, так как банком не были обоснованы причины, препятствующие представлению указанного доказательства в суд первой инстанции (часть 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Рассмотрев ходатайство об истребовании у ООО "Газпром межрегионгаз Ростов-на-Дону" сведений, судебная коллегия также не находит оснований для его удовлетворения, поскольку истребуемые сведения о том, осуществлялось ли ограничение поставки газа на объект по адресу: 

<

...> не могут повлиять на правомерность выводов суда об отсутствии оснований для погашения имеющейся задолженности третьим лицом.

В судебном заседании представители конкурсного кредитора ФИО3 и временного управляющего ООО "Лира" ФИО5 пояснили свои правовые позиции по спору, возражали против удовлетворения ходатайства об отложении судебного заседания.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного заседания после изучения материалов дела и выслушивания позиций сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оно не подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд откладывает судебное разбирательство в случаях, предусмотренных названным Кодексом, а также в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о времени и месте судебного разбирательства.

В иных случаях, установленных указанной статьей, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе, вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле.

Из материалов дела следует, что АО "АктивКапитал Банк" было надлежащим образом извещено о возбуждении производства по делу, о принятии к производству апелляционной жалобы. Тем самым, банк обязан был самостоятельно принимать меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Отзыв временного управляющего ООО "Лира" ФИО5 при этом был зарегистрирован в картотеке арбитражных дел 20.16.2018, с учетом чего у банка имелось достаточно времени для ознакомления с отзывом посредством обращения в арбитражный суд с соответствующим ходатайством. 

Суд апелляционной инстанции при этом отмечает, что отзывы ФИО3 и временного управляющего ООО "Лира" ФИО5 не содержат доводов, ранее не заявленных в суде первой инстанции, в большей своей части повторяют обжалуемое определение суда первой инстанции. В любом случае не ознакомление с отзывом не может являться основанием для отложения судебного заседания. 

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, АО "ГК Инжглобал" обратилось в суд с заявлением о признании ООО "Лира" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.12.2018 года (резолютивная часть от 17.12.2018) требования АО "ГК Инжглобал" признаны обоснованными, введена процедура наблюдения, временным управляющим ООО "Лира" утверждена ФИО5.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете "КоммерсантЪ" № 242 от 29.12.2018.

28.01.2019 года АО "АктивКапитал Банк" обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 180 185 391,60 руб.

В обоснование заявленных требований банк о неисполнении должником обязательств по договору займа № 32901/16-ФВ-Л от 29.01.2016, заключенному должником с ООО "Вилина" (займодавец), права требования по которому перешли к банку.

28.01.2019 года АО "АктивКапитал Банк" обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 354 022,53 руб.

В обоснование заявленных требований банк указал, что к нему перешло право требования задолженности, как к третьему лицу, исполнившему за ООО "Лира" обязательства перед энергоснабжающими организациями по договорам № Р-1917 от 01.02.2015 и № 390232 от 03.10.2018 за март-апрель 2018 года в связи с оплатой задолженности по платежным поручениям № 390233 от 03.10.2018 и № 390232 от 03.10.2018 в размере 354 022,53 руб.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов. Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, также рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.

Согласно пункту 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Суду при проверке их обоснованности необходимо исследовать и оценить первичные документы, подтверждающие факт наличия долга на заявленную сумму.

Суд первой инстанции, при проверке обоснованности требований в размере 180 185 391,60 руб. установил, что 29.01.2016 между ООО "Вилина" (займодавец) и ООО "Лира" (заемщик) заключен договор о предоставлении займа № 32901/16-ФВ-Л, по условиям которого заимодавец передает заемщику денежные средства в сумме 75 000 000 руб. сроком до 28.01.2017.

В пункте 2.4 договора определена процентная ставка за пользование займом -9,6 % годовых.

Дополнительным соглашением № 1 от 16.03.2016 к договору займа стороны увеличили сумму лимита по договору до 150 000 000 руб.

Факт перечисления денежных средств в рамках указанного договора подтверждается представленными в материалы дела ООО "Вилина" платежными поручениями.

12.09.2016 года между ООО "Вилина" (цедент) и ООО "ПФО Траст" (цессионарий) заключен договор уступки прав № Ц-1209/16-ФВ-ТР, по условиям которого цедент уступает цессионарию право требования к ООО "Лира" по договору займа от 29.01.2016 № 32901/16-ФВ-Л.

19.09.2016 года между ООО "Вилина" (цедент) и ООО "ПФО Траст" (цессионарий) подписан акт приема-передачи прав (требований) по договору цессии от 12.09.2016, согласно которому размер передаваемых прав составляет 121 517 610,11 руб., из которых: 116 466 400 руб. - основного долга и 5 051 210,11 руб. - процентов за пользование займом.

В качестве оплаты по договору  ООО "ПФО Траст" передало ООО "Вилина" простой дисконтный вексель на сумму 104 293 002,70 руб., что подтверждается актом приема-передачи векселя от 19.09.2016.

Дополнительным соглашением № 2 от 21.09.2016 срок займа увеличен до 30.06.2017. Указанным соглашением также предусмотрено, что займ с 17.12.2016 считается беспроцентным.

Дополнительным соглашением № 3 от 10.01.2017 стороны договора займа определили общую сумму, подлежащую возврату 124 205 883,74 руб., из которых сумма займа 116 466 400 руб. Срок займа установлен до 03.04.2017. Договор займа дополнен пунктом 7.4, который предусматривает оплату штрафа займодавцу за нарушение обязательств по возврату займа и уплате процентов на срок более двух месяцев в размере 40 246 176,50 руб.

Дополнительным соглашением № 4 от 30.06.2017 срок займа установлен до 30.10.2020. Пункт 2.4 договора займа, устанавливающий размер процентов за пользование займом, изложен в новой редакции: с даты получения займа и до 30.06.2017 сумма процентов устанавливается в твердой сумме 7 739 483,74 руб., с 01.07.2017 и до возврата займа подлежат уплате проценты за пользование займом в размере 16,9441549 % годовых.

30.06.2017 между ООО "ПФО Траст" (цедент) и ПАО "АктивКапитал Банк" (цессионарий) заключено соглашение об уступке права требования (цессии)          № 3006-2017Ц, по условиям которого цедент уступает цессионарию в полном объеме свои права (требования) к ООО "Лира", возникшие на основании договора о предоставлении займа № 32901/16-ФВ-Л от 29.01.2016.

Пунктом  1.2  соглашения предусмотрено,  что  общий  размер  уступаемых  прав составляет 164 452 060,24 руб.

Пунктом 1.3 соглашения предусмотрено, что в объем уступаемых прав входят все права, в том числе по уплате неустойки за неисполнение обязательств.

Стоимость уступаемых прав согласно пункту 3.1 соглашения составляет 164 452 060,24 руб., которая подлежит оплате не позднее 30.06.2017.

Уведомлением от 30.06.2017 ООО "Лира" уведомлено об уступке прав по договору займа № 32901/16-ФВ-Л от 29.01.2016 кредитору - АО "АктивКапитал Банк".

Сумма процентов за пользование займом, начисленная в соответствии с условиями договора в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2017 № 4 с 01.07.2017 по 16.12.2018 по ставке 16,9441549 % составила 36 610 957,77 руб., из которых должником за период с 01.07.2017 по 01.02.2018 оплачено 13 138 142,67 руб., остаток задолженности по процентам составил 23 472 815,10 руб.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства заимодавца, а если заимодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части. При отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа.

В силу пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно пункту 4 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заем считается возвращенным в момент передачи его займодавцу, в том числе в момент поступления соответствующей суммы денежных средств в банк, в котором открыт банковский счет займодавца.

С учетом изложенного, представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений по договору займа, во исполнение которых ООО "Лира" обязано вернуть кредитору денежные средства в размере 180 185 391,60 руб., из которых 116 466 400 руб. – основной долг, 23 472 815,10 руб. – задолженность по уплате процентов, а также 40 246 176,50 руб. – штраф.

Вместе с тем, суд первой инстанции установил, что в договоре уступки прав от 12.09.2016 № Ц-1209/16-ФВ-ТР, заключенном между ООО "Вилина" и ООО "ПФО Траст" стороны предусмотрели, что обязуются заключить договор купли-продажи 100 % доли в уставном капитале ООО "Лира" и доли купли-продажи 1 % в уставном капитале ООО "Управляющая компания Галс-Юг" (пункт 6 договора уступки).

Следовательно, займодавец на момент предоставления займа должнику являлся участником должника с долей в размере 100 %, то есть аффилированным по отношению к должнику лицом, что свидетельствует о корпоративном характере предоставления денежных средств по договору займа, а впоследствии передал долю в уставном капитале ООО "Лира" и право требования задолженности по договору займа другому лицу - ООО "ПФО Траст".

В соответствии с правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции договорных отношений, привлечения аффилированного лица, и т.д.

Поскольку стороны являются аффилированными, к требованию должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления таким кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Однако заявление указанным лицом требований в рамках дела о банкротстве предполагает исследование обстоятельств, связанных с заключением такого договора, а на заинтересованное лицо возлагается бремя доказывания разумных экономических мотивов для этого. Как правило, для подтверждения позиции заявителя достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника и "дружественного" кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены формально безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Суд первой инстанции установил, что разумные экономические мотивы в предоставлении займа отсутствовали, так как дополнительным соглашением № 2 от 21.09.2016 к договору займа, заключенным между ООО "ПФО Траст" и ООО "Лира", срок займа продлен до 30.06.2017 и установлено, что займ с 17.12.2016 считается беспроцентным.

При этом после заключения 12.09.2016 договора уступки прав между ООО "Вилина" и ООО "ПФО Траст" по договору купли-продажи от 26.12.2016 ООО "Лира" передало в собственность ООО "ПФО "Траст" долю в размере 63/204 (из 151/204 принадлежащих должнику) в праве собственности на нежилое здание и земельный участок, расположенное по адресу: 

<

...> по цене 1 260 112 411,76 руб. В договоре предусмотрено, что покупатель 453340000 руб. перечислил ООО "Лира" до заключения договора. Указанное имущество приобретается частично (на сумму 620 000 000 руб.) за счет кредитных средств ПАО "АктивКапитал Банк" на основании кредитного договора от 21.12.2016 сроком возврата - 21.12.2017 и передано в залог банку. Указанные денежные средства по условиям договора перечислены банком ООО "Лира" до подписания договора.

После того, как ООО "ПФО Траст" стало участником ООО "Лира" с долей 100 %, заключено дополнительное соглашение № 3 от 10.01.2017 к договору займа, которым сокращен срок возврата займа и установлено условие об оплате штрафа в размере 40 246 176,50 руб. за нарушение обязательств по возврату займа и уплате процентов.

30.06.2017 (после истечения 03.04.2017 срока возврата займа) между ООО "Лира" и ООО "ПФО Траст" заключено дополнительное соглашение, которым увеличен срок предоставления займа - до 30.10.2020, и установлена процентная ставка за пользование займом - 16,9441549 % годовых.

В этот же день 30.06.2017 между ООО "ПФО Траст" и АО "АктивКапитал Банк" заключен договор уступки прав по договору займа № 32901/16-ФВ-Л от 29.01.2016.

Суд первой инстанции при этом верно отметил, что до заключения договора уступки прав (требования) с АО "АктивКапитал Банк", ООО "ПФО Траст" не предъявляло требования к должнику о необходимости исполнения обязательств по договору займа.

Материалами дела подтверждается, что право требования задолженности по договору займа приобретено банком у ООО "ПФО Траст" после того, как ООО "Лира" по договорам о внесении вклада от 31.01.2017, от 29.03.2017, от 29.12.2017 безвозмездно передало в собственность ПАО "АктивКапитал Банк" доли в праве собственности на недвижимое имущество - нежилое здание и земельный участок, расположенное по адресу: 

<

...> (по договору от 31.01.2017 - 53/204, по договору от 29.03.2017 - 26/204 доли, по договору от 29.12.2017 - 2 и 3 этаж нежилого здания).

Общая стоимость имущества, безвозмездно переданного ООО "Лира" в качестве вклада в АО "АктивКапитал Банк" по условиям названных договоров,  составила 1 711 668 960,77 руб.

Суд первой инстанции также учел, что договоры о внесении вклада от 31.01.2017, от 29.03.2017, от 29.12.2017 заключены от имени банка - управляющим Ростовским филиалом ФИО8, от имени ООО "Лира" - директором ФИО9 При этом дополнительные соглашения, по условиям которых продлевался срок займа, увеличена процентная ставка и установлено условие об оплате штрафа подписаны от имени ООО "Лира" директором ФИО9 Договор о внесении вклада от 02.12.2016 от имени банка заключен председателем правления ФИО7, который в настоящее время является участником ООО "Лира".

Таким образом, должник, будучи акционером АО "АктивКапитал Банк", передал безвозмездно банку имущество стоимостью более 1 млрд. руб., после чего банк приобрел право требования к должнику по договору займа на сумму менее 200 млн. руб.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание предоставление займа должнику его участником - ООО "Вилина" и дальнейшие действия ООО "ПФО Траст", которое приобрело 100 % доли в уставном капитале ООО "Лира", и не предъявляло требований о возврате займа, а также АО "АктивКапитал Банк", которое приобрело долг к акционеру, после внесения им безвозмездно своего имущества во вклад, стоимостью в несколько раз превышающей размер обязательств по договору займа, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что  требование кредитора носит характер корпоративного.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2), от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2) Верховного Суда Российской Федерации по делу N А68-10446/2015).

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта). При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника. Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом. При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

В настоящем случае предоставление денежных средств по договорам займа правомерно были квалифицированы судом первой инстанции как злоупотребление правом, так как займы фактически представляли финансирование деятельности общества в обход установленных корпоративных процедур. Выбранный механизм финансирования не был публично раскрыт перед всеми кредиторами должника, напротив, позволил завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел.

Об использовании такого механизма финансирования также свидетельствует и то, что денежные средства по договорам не возвращались, при этом какая-либо претензионная работа, направленная на взыскание процентов по договорам займа на протяжении всего периода времени вплоть до банкротства должника не велась. Факт оплаты ООО "Лира" в период с 30.06.2017 по 01.02.2018 процентов по договору займа не опровергает то обстоятельство, что предоставление денежных средств по договору займа изначально носило корпоративный характер и не может быть квалифицированно судом как гражданско-правовое обязательство после уступки задолженности по договору займа иному лицу.

Суд апелляционной инстанции при этом отмечает, что оплата процентов в период, когда права кредитора были уступлены АО "АктивКапитал Банк" может свидетельствовать о формальном исполнении обязательства, которое прикрывает действительный корпоративный характер требований.

При этом отсутствие со стороны конкурсного управляющего, заявившего требование в интересах кредиторов АО "АктивКапитал Банк", противоправной цели – уменьшения в интересах аффилированного лица должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, в данном случае не имеет правового значения, поскольку данное обстоятельство не изменяет статус правоотношения, на котором основано заявленное требование, как корпоративного.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно отказал банку в удовлетворении  требований заявителя в размере 180 185 391,60 руб., основанного на договоре займа № 32901/16-ФВ-Л от 29.01.2016.

Суд первой инстанции, при проверке обоснованности требований также установил, что АО "АктивКапитал Банк" по платежным поручениям № 390233 от 03.10.2018 и № 390232 от 03.10.2018 произвело оплату электроэнергии за период март-апрель 2018 года в размере 155 482,21 руб. и газа за март 2018 года в размере 198 540,32 руб. за ООО "Лира", у которого имелись обязательства перед энергоснабжающими организациями по договорам № Р-1917 от 01.02.2015 и №390232 от 03.10.2018.

В силу пункта 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо. 

Согласно пункту 2 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в случае если должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства.

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 Кодекса (пункт 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, по общему правилу, оплата задолженности третьим лицом порождает переход к нему права требования оплаченной суммы с должника.

Вместе с тем, из представленных в материалы дела выписок из ЕГРН в отношении нежилого здания и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

...> следует, что его собственниками являются: АО "АктивКапитал Банк" (доля в праве собственности - 99/204), ООО "ПФО Траст" (доля в праве собственности - 63/204 доля в праве собственности), а также ООО "Управляющая компания ГАЛС-ЮГ" (доля в праве собственности - 42/204).

При этом на момент перечисления денежных средств энергоснабжающим организациям, ООО "Лира" не являлось собственником имущества по адресу: 

<

...> (доля в размере 9/204 отчуждена банку 16.02.2018). Требование о погашении задолженности за ООО "Лира" энергоснабжающие организации в адрес банка также не направляли. При этом банк должнику не предъявлял требований о необходимости погашения задолженности с целью возобновления поставки электроэнергии. Доказательства предъявления должнику требований после оплаты задолженности кредитором также не представлено. При этом не имеет значения довод Банка о том, что им была погашена задолженность за период, когда собственником являлось ООО "Лира". АО "АктивКапитал Банк" с момента к нему перехода права собственности несет расходы по содержанию имущества, при заключении сделки Банк имел возможность проверить в том числе наличие задолженности по коммунальным платежам и учесть это при заключении договора-купли-продажи. Кроме того, указанный довод Банка объективно документально не подтверждается.

Более того, с учетом приобретения прав на спорное имущество в январе 2017 года, заявитель имел возможность принять меры к своевременному заключению новых договоров энергоснабжения с целью предотвращения ограничения поставки энергоресурсов на объект.

Суд первой инстанции с учетом вышеизложенного пришел к выводу, что АО "АктивКапитал Банк" несло расходы по содержанию имущества, находящегося в его собственности и включенного в конкурсную массу банка, следовательно, у банка отсутствуют правовые основания требовать возврата уплаченной суммы с ООО "Лира".

Суд первой инстанции также отметил, что доказательств возможности причинения имуществу значительного ущерба ввиду введения ограничения поставки электроэнергии заявителем не представлено. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт ограничения поставки газа на объект.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым в преддверии начала отопительного сезона была связана с риском, что в случае понижения температуры до отрицательных значений, все коммуникации могли выйти из строя, не могут повлиять на правомерность выводов суда первой инстанции, так как спорное имущество принадлежало непосредственно АО "АктивКапитал Банк". То есть, именно банк был заинтересован в его сохранности, а не ООО "Лира."

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на письма от 16.04.2017 № 226, от 27.08.2018 № 383 о возможности заключения договора с АО "АктивКапитал Банк" лишь при условии погашения имеющейся задолженности ООО "Лира" не имеют правового значения, так как указанные письма не имеют обязательной силы и не порождают юридических обязательств для банка. 

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность собственника содержать принадлежащее ему имущество, если иное не предусмотрено законом или договором. 

Статьей 249 Гражданского кодекса Российской Федерации при этом также предусмотрено, что каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно отказал банку в удовлетворении требований заявителя в размере 354 022,53 руб.

Апелляционная жалоба не содержит доводов, которые бы могли повлиять на правовую оценку спорных правоотношений. Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.05.2019 по делу № А53-33429/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

 

Председательствующий                                                                                 Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                                  Д.В. Емельянов

 

                     Н.В. Сулименко