АРБИТРАЖНЫЙ СУД г. МОСКВЫ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-104684/17-76-833

г. Москва

25 августа 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 18 августа 2017 года

Полный текст решения изготовлен 25 августа 2017 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  Н.П. Чебурашкиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО "Эпсилон-Консалтинг"

к ОАО "ВЭБ-лизинг"

3-е лицо ООО "ЭГРИС ТРАНС"

о взыскании суммы неосновательного обогащения по договору лизинга № Р15-23363-ДЛ от 21.10.2015 в размере 468974 руб. 68 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 12.10.2016 по 20.04.2017 в размере 24512 руб. 43 коп.

при участии

от истца: не явился

от ответчика: ФИО2 дов от 15.05.2017

от третьего лица: не явился

УСТАНОВИЛ:

ООО "Эпсилон-Консалтинг" обратился с исковым заявлением о взыскании с ОАО "ВЭБ-лизинг" суммы неосновательного обогащения по договору лизинга № Р15-23363-ДЛ от 21.10.2015 в размере 468974 руб. 68 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 12.10.2016 по 20.04.2017 в размере 24512 руб. 43 коп.

Определением от 14.06.2017 дело назначено к собеседованию и предварительному судебному заседанию на 18.08.2017. При этом стороны предупреждены о возможности перехода к рассмотрению дела по существу в том же заседании в случае отсутствия возражений сторон. Возражений против завершения подготовки дела к судебному разбирательству и открытия судебного заседания в первой инстанции от сторон не поступило.

В соответствии со ст. 54 ГК РФ место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации на территории Российской Федерации путем указания наименования населенного пункта (муниципального образования). Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, уполномоченных выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа.

Юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений (статья 165.1), доставленных по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по указанному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, считаются полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу.

Согласно ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Представители истца и третьего лица в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в соответствии со ст. 123 АПК РФ, что подтверждается возвращенными в материалы дела конвертами с отметкой почты "Истек срок хранения". Дело рассмотрено в отсутствие представителей истца и третьего лица в соответствии со ст. 156 АПК РФ.

Ответчик предъявленные требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы ответчика, суд установил, что предъявленные требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «ВЭБ-лизинг» (лизингодатель) и ООО «ЭГРИС ТРАНС» (лизингополучатель) 21.10.2015 заключен договор выкупного лизинга № Р15-23363-ДЛ, в соответствии с которым лизингодатель приобрел у ООО «РОЛЬФ» в собственность за 2415773 руб. и передал лизингополучателю за плату во временное владение и пользование (лизинг) легковой автомобиль AUDI А6, 2015 года выпуска, что подтверждается договором поставки № Р15-23363-ДКП от 21.10.2015, актом приемки-передачи предмета лизинга; срок договора лизинга - с 21.10.2015 по 24.10.2018; лизингополучатель обязуется уплачивать лизингодателю в соответствии с графиком лизинговых платежей и выплат денежные средства в общей сумме 3233361,18 руб., в том числе аванс в сумме 603943,25 руб. и выкупную стоимость 24157,18 руб.

В связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем обязательств по уплате лизинговых платежей лизингодатель в одностороннем порядке расторг договор лизинга и изъял у лизингополучателя предмет лизинга 11.07.2016.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Из представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств на стороне лизингодателя возникло неосновательное обогащение в размере 468974 руб. 68 коп.

Общий размер платежей по договору лизинга составляет 3233361 руб. 18 коп., сумма аванса по договору лизинга составляет 603943 руб. 25 коп.

Закупочная цена предмета лизинга составляет 2415773 руб.

Размер финансирования составляет 1811829 руб. 75 коп.

Срок договора лизинга составляет 1102 дня (с 21.10.2015 по 24.10.2018).

Срок фактического финансирования составляет 357 дней (с 21.10.2015 по 11.10.2016).

Плата за фактическое финансирование составляет 264862 руб. 96 коп.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей по договору лизинга составляет 910444 руб. 45 коп.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 2140000 руб.

При таких обстоятельствах, финансовый результат сделки составляет 468974 руб. 68 коп. и является неосновательным обогащением лизингодателя.

Ответчик в отзыве ссылается на то, что данный расчет истца необоснован и арифметически неверен и не соответствует методике расчета, изложенной в Постановлении Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014 по следующим основаниям.

В нарушение положений п. 3.2, п. 3.3 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», в расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга № Р15-23363-ДЛ, в качестве полученных лизингодателем платежей, включены денежные средства, присужденные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.10.2016 г. по делу № А40-178684/2016.

Данные денежные средства до настоящего времени ООО «Эгрис Транс» не уплачены.

В соответствии с п. 3.2, п. 3.3 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» одним из показателей для расчета сальдо встречных обязательств являются полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового).

Включение спорных денежных средств в расчет сальдо увеличивает размер убытков по спорному договору на стороне АО «ВЭБ-лизинг», поскольку присужденные денежные средства должником не возвращены.

Таким образом, истец неправомерно включил указанные денежные средства в сальдо встречных обязательств, в качестве полученных лизинговых платежей.

В определениях Верховного Суда РФ от 16.10.2015г. №305-ЭС15-12353 по делу№А40-7161/2014, от 28.10.2015г. №305-ЭС15-13053 по делу №А40-143118/2014 указано на правомерность исключения из сальдо взаимных обязательств суммы, взысканной на основании решения суда, поскольку при расчете учитываются только полученные от лизингодателя денежные средства (за исключением авансового платежа).

В нарушение п.п. 3.1, 3.2, 3.6 постановления Пленума Постановлению Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» истцом не учтены убытки лизингодателя.

П. 3.1. постановления установлено, что расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Согласно п. 3.2 постановления, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

В соответствии с п. 3.6 постановления убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством (ст. 15 ГК РФ). К реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга и т.д.

Таким образом, в расчет сальдо подлежат включению расходы, понесенные в связи с хранением предмета лизинга.

Согласно п. 3.6 постановления реальными убытками лизингодателя являются расходы на хранение предмета лизинга.

Ответчиком оплачены счета за хранение предмета лизинга на сумму в размере 3900 руб., что подтверждается актом о передаче предмета лизинга на ответственное хранение, счетами на оплату хранения и платежными поручениями, представленными в материалы дела.

Доказательства возмещения лизингополучателем лизингодателю оплаты расходов, связанных с хранением предмета лизинга, в материалы дела не представлено.

Расходы на хранение предмета лизинга понесены ответчиком в связи с ненадлежащим исполнением истцом обязательств, принятых по договору лизинга.

Исключение убытков лизингодателя на хранение из расчетов сальдо повлечет возникновение убытков на стороне лизингодателя в указанных размерах, что в соответствии с постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 недопустимо.

При расчете завершающей обязанности сторон должна быть учтена договорная пеня.

В соответствии с п. 2.3.4. общих условий договора лизинга лизингополучатель обязался уплатить пени за просрочку уплаты лизингового платежа из расчета 0,18% от суммы, уплата которой просрочена, за каждый день просрочки, начиная с третьего рабочего дня до даты расторжения договора, которая в соответствии с п.5.3. общих условий договора лизинга, определяется датой направления уведомления о расторжения, т.е. 28.03.2016 г.

Из представленного истцом расчета следует, что сумма пени за просрочку уплаты лизинговых платежей составляет 21874 руб. 75 коп.

Кроме того, расчет истца противоречит п.п. 3.2, 3.3, 4 постановления № 17, в соответствии с которыми, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Согласно положений постановления Пленума ВАС РФ № 17, стоимость реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение перед стоимостью предмета лизинга, отраженного в отчете оценщика (постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.07.2016 по делу № А40-6104/2015, постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.03.2015 N Ф05-1579/2015 по делу N А40-19961/14).

Отчет об определении рыночной стоимости транспортного средства отражает вероятностную стоимость имущества без учета реальной возможной ее продажи по такой цене в конкретных обстоятельствах. Экспертные заключения, как и отчеты о рыночной стоимости содержат мнения оценщиков/экспертов о стоимости объектов оценки, ни один оценщик не гарантирует, что предмет оценки может быть в действительности реализован по указанной им цене. При этом, реальная рыночная стоимость определяется совпадением цены, предложенной за товар продавца, с готовностью покупателя приобрести товар по предложенной цене.

Таким образом, указанная в отчете оценщика стоимость предмета лизинга, является рекомендуемой, а ее соответствие или несоответствие подтверждается условиями фактически состоявшейся сделки. Отклонение реальной стоимости реализации изъятого предмета лизинга от стоимости, указанной в отчете оценщика, неизбежно и допустимо в условиях рынка (постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.10.2015 N Ф05-13937/2015 по делу N А40-217330/14, постановление Девятого арбитражного суда от 17.02.2016 по делу № А40-121047/15, постановление Девятого арбитражного суда от 16.03.2016 по делу № А40-6086/2015).

При таких обстоятельствах, расчет сальдо по договору лизинга № Р15-23363-ДЛ осуществляется с учетом стоимости реализации предмета лизинга по цене 1760000 рублей, согласно договора купли-продажи № Р15-23363-БУ.

По результатам оценки истца стоимость транспортного средства составила 2140000 рублей, что меньше закупочной цены предмета лизинга на 10%. При этом, транспортное средство находилось в лизинге, и в силу объективных обстоятельств (физический износ, функциональное устаревание, возраст, наличие пробега и пр.) не могло упасть в цене на 10%.

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014 г. лизингополучатель должен доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предметов лизинга. В таком случае при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться надлежащим отчетом оценщика.

При этом сами по себе отчеты об оценке не могут служить доказательством недобросовестности лизингодателя и не оспаривают договор купли-продажи.

Истцом в материалы дела не представлены доказательства неразумного и недобросовестного поведения лизингодателя при реализации предметов лизинга.

В данном случае неразумность и недобросовестность лизингодателя при реализации предметов лизинга в разумные сроки после расторжения договора лизинга материалами дела не подтверждается и истцом не доказана. Договор купли-продажи № Р15-23363-БУ в установленном порядке не оспорен.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение. Таким образом, лизингополучатель не вправе извлекать выгоду из повышения цены на возвращенное лизингодателю транспортное средство, поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим его исполнением самим лизингополучателем.

Из представленного ответчиком расчета сальдо встречных обязательств следует, что сумма платежей по договору лизинга (с НДС) с учетом авансового платежа составляет 3233361 руб. 18 коп., авансовый платеж по договору лизинга составляет 603943 руб. 25 коп.

Цена предмета лизинга (с НДС) по договору купли-продажи составляет 2415773 руб.

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции составляют 25774,75 руб., в т.ч. пени в размере 21874 руб. 75 коп., расходы на хранение предмета лизинга в размере 3900 руб.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, составляет 1811829 руб. 75 коп.

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль лизингодателя по договору), составляет 817588 руб. 18 коп.

Срок договора лизинга 1088 дней (с 21.10.2015 по 13.10.2018).

Фактический срок финансирования - с даты заключения договора лизинга до даты возврата финансирования - 288 дней (с 21.10.2015 по 04.08.2016 - дата реализации предмета лизинга).

Плата за финансирование составляет 15,1384% годовых.

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, составляет 216420,4 руб.

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) составляют 306501,2 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга (исходя из стоимости по договору купли-продажи № Р15-23363-БУ) составляет 1760000 руб.

При таких обстоятельствах, финансовый результат сделки, с учетом стоимости возвращенного/реализованного предмета лизинга, составляет 12476 руб. 30 коп. и является неосновательным обогащением лизингодателя.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно п. З1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований и возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Ответчиком представлены доказательства направления отзыва истцу по юридическому и фактическому адресу 08.08.2017.

Истец получил отзыв ответчика по фактическому месту нахождения 16.08.2017.

Представитель истца в судебное заседание 18.08.2017 не явился, обстоятельства, изложенные в отзыве, в установленном порядке не оспорил.

Таким образом, учитывая обоснованность представленного ответчиком расчета сальдо встречных обязательств, предъявленные истцом требования подлежат удовлетворению в размере 12476 руб. 30 коп.

Требования истца о взыскании начисленных процентов за пользование чужими денежными средствами, необоснованны, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В силу п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Поскольку договор лизинга не предусматривал сроки определения сальдо встречных обязательств и возврата разницы в случае ее превышения при досрочном расторжении договора, т.е. срок исполнения денежного обязательства в случае его возникновения при закрытии сделки в силу п. 2 ст. 314 ГК РФ, может быть установлен только вступившим в силу судебным актом при разрешении спора о размере причитающегося оплате сальдо встречных обязательств.

Учитывая, что размер неосновательного обогащения может быть установлен только по результатам судебного заседания, в пределах срока, допускаемого законом для защиты нарушенного права, требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами не подлежат удовлетворению, т.к. на начальную дату начисления процентов размер денежного обязательства лизингодателя ни условиями договора, ни в судебном порядке не установлен.

До момента определения положительного сальдо в пользу лизингополучателя и его размера факт неосновательного обогащения лизингодателя за счет лизингополучателя не считается установленным, а денежное обязательство по оплате процентов за пользование чужими денежными средствами возникшим.

Таким образом, размер завершающей обязанности лизингодателя по отношению к лизингополучателю определяется расчетным путем при наличии определенных обстоятельств (когда сумма исполненного лизингополучателем превышает размер предоставленного финансирования и платы за него), т.е. данная обязанность не является безусловной.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 614, 619, 622, 1102, 1107 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО "ВЭБ-лизинг" в пользу ООО "Эпсилон-Консалтинг" 12476 руб. 30 коп. неосновательного обогащения.

В остальной части иска - отказать.

Взыскать с АО "ВЭБ-лизинг" в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2000 руб.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

Судья                                                                                     Н.П. Чебурашкина