АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443045, г.Самара, ул. Самарская 203Б, тел. (846) 226-56-17

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

01 марта 2023 года

Дело №

А55-37572/2022

 

Резолютивная часть решения объявлена  21 февраля 2023 года

Решение изготовлено в полном объеме  01 марта 2023 года

Арбитражный суд Самарской области

в составе судьи

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Алиевой А.В.,

рассмотрев в судебном заседании 21 февраля 202 года дело по заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «Промстройпроект», 445051, 

<

...>, в. 19,

к Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области,

с участием третьего лица - Управления Федеральной налоговой службы по Самарской области, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №23 по Самарской области

при участии в заседании:

от заявителя - ФИО2, директор; ФИО3, по доверенности от 09.01.2023от УФНС - ФИО4, по доверенности №12-09/052 от 17.11.2022от МИ ФНС №2 - ФИО4, по доверенности №70 от 14.11.2022; ФИО5, по доверенности №41 от 09.06.2022от МИ ФНС № 23 -  ФИО4, по доверенности №04-21/0658 от 16.11.2022  

 

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Промстройпроект» (далее – ООО «Промстройпроект», заявитель, Общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, с учетом уточнения принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ, согласно которого просит признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России №2 по Самарской области (далее – Инспекция, налоговый орган) от 22.07.2022 №10-38/61 в редакции решения УФНС России по Самарской области от 07.11.2022 №03-15/39018@ о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены - МИ ФНС России № 23 по Самарской области, УФНС России по Самарской области (далее – Управление).

Заявителем представлено уточнение заявленных требований о частичном отказе от требований. В частности, заявитель отказывается от требования о признании недействительным решения Инспекции, в редакции решения Управления, в части привлечения Общества к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ, и доначисления транспортного налога.

Указанное заявление подержано представителем заявителя в заседании суда.

Представители налогового органа не возражали против принятия частичного отказа от иска и прекращения в этой части производства по делу.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

В силу части 5 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

В рассматриваемом случае, отказ заявителя от части заявленных требований заявлен по правилам, предусмотренным частью 2 статьи 49 АПК РФ, не противоречит закону и не нарушает права других лиц, суд считает возможным принять отказ от заявленных требований.

Учитывая правовые последствия прекращения производства по делу, установленные частью 3 статьи 151 АПК РФ, принятый судом отказ от заявленных требований не противоречит задачам судопроизводства в арбитражных судах, определенным в статье 2 АПК РФ.

На основании вышеизложенного, производство по делу в части требования о признании недействительным решения Инспекции по привлечению Общества к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ, и доначисления транспортного налога подлежит прекращению в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель заявителя поддержал заявленные требования в оставшейся части.

Представители налоговых органов возражали против удовлетворения заявленных требований.

Дело рассмотрено в соответствии с положениями ст.200 АПК РФ с участием представителей сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы, приведенные в заявлении, отзывах, в выступлении представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 22.07.2022 Межрайонной ИФНС России №2 по Самарской области по результатам выездной налоговой проверки, проведенной в отношении ООО «Промстройпроект» по всем налогам и сборам за период 01.01.2018-31.12.2020, вынесено решение №10-38/61 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому обществу доначислен НДС в размере 24 356 331 руб., налог на прибыль организаций в размере 16 440 483 руб., транспортный налог в размере 1 182 руб., начислены пени по ст. 75 НК РФ в размере 14 000 497 руб., заявитель привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной: п. 1 ст. 126 НК РФ, в виде штрафа в размере 500 руб., п. 1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 30 руб., п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 1 883 372 руб. Общая сумма доначислений по решению составила 56 672 395 руб.

Не согласившись с принятым решением Инспекции, заявитель обратился с апелляционной жалобой в Управление, по результатам рассмотрения которой Управление приняло решение от 07.11.2022 № 03-15/39018@, об отмене решения № 10-38/61 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 22.07.2022 в части:

- суммы штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ в размере 1 412 529 руб.;

- суммы штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ в размере 22,50 руб.;

- суммы штрафа по п. 1 ст. 126 НК РФ в размере 375 руб.

Заявитель, не согласившись с вынесенным решением, обратился в Арбитражный суд Самарской области с рассматриваемым заявлением.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: - несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту; - нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Оценка требований и возражений сторон производится судом в соответствии с положениями ст. 9, 65 АПК РФ с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в соответствии со ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом, в проверяемом периоде ООО «Промстройпроект» имело взаимоотношения со следующими контрагентами: ООО «Абутор» (ИНН 

<

***>). ООО «Стройресурс» ИНН (

<

***>), ООО «Грэкс» (ИНН 

<

***>), ООО «Строй-Монтаж-Сервис» (ИНН 

<

***>), ООО «АТК-Гарант» (ИНН 

<

***>), ООО «Анкор» ИНН (

<

***>), ООО «Интеграл»             (ИНН 

<

***>), ООО «Антей» (ИНН 

<

***>), ООО «Рескатор-Строй» (ИНН 

<

***>), ОО «Потенциал» (ИНН 

<

***>), ООО «Профессионал» (ИНН 

<

***>), ООО «Волгастроймонтаж» (ИНН 

<

***>), ООО «Евростройсервис» (ИНН 

<

***>), ООО «Стройторг» (ИНН 

<

***>), ООО «Волгапромсбыт» (ИНН 

<

***>).

По результатам выездной налоговой проверки, налоговым органом сделан вывод о нарушении ООО «Промстройпроект» п. 1 ст. 54.1, п. 1, п. 2 ст. 171, и. 1 ст. 172, п. 1 ст. 169 НК РФ, т.е. установлено занижение выручки от реализации товаров (работ, услуг); не представлены документы для проведения мероприятий налогового контроля; налогоплательщиком применена схем ухода от налогообложения, минимизация налоговых обязательств, а именно неправомерное завышение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, по взаимоотношениям с контрагентами.

Основным видом деятельности Общества является - Строительство жилых и нежилых зданий.

Инспекция указывает на установление основного покупателя и поставщика ООО «Промстройпроект» в проверяемом периоде - АО «АВТОВАЗ», для которого выполнялись работы по ремонту зданий и сооружений.

Налоговый орган указывает, что заявителем неправомерно приняты налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость и расходы по налогу на прибыль организаций по фактически не выполненным работам, не приобретенным товаров по вышеуказанным спорным контрагентам при отсутствии реальных хозяйственных взаимоотношений и при создании формального документооборота (спорными контрагентами фактически не осуществляли деятельность по оказанию ООО «Промстройпроект» услуг, поставке ТМЦ).

По мнению налогового органа, оформляя договорные отношения со спорными контрагентами, ООО «Промстройпроект» целенаправленно создавало условия для получения налоговой экономии путем неправомерного завышения налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций. В ходе выездной налоговой проверки установлено, что в приобретении материалов и ТМЦ у спорных контрагентов не было необходимости, поскольку проверкой установлена их достаточность при производстве работ, оказании услуг по договорам, исполняемым Обществом в проверяемый период. Налогоплательщиком использована схема затоваривания ТМЦ без их фактического использования.

Также установлено, что спорные контрагенты не оказывали услуги, арендованная по документам у спорных контрагентов спецтехника не использовалась при производстве работ Обществом, работы производились последним либо собственными силами и средствами, либо с привлечением реальных исполнителей услуг.

Также налоговый орган в отношении спорных контрагентов указывает следующие признаки, свидетельствующие об их фиктивности: отсутствие нахождения по юридическому адресу, подтвержденное протоколом осмотра; внесены сведения о недостоверности; отсутствие сотрудников; отсутствие имущества, земельных участков, транспортных средств на праве собственности; перечисления на ведение финансово-хозяйственной деятельности, а именно коммунальные, арендные и иные платежи; закупка ТМЦ для дальнейшей реализации не установлена; операции, свидетельствующие о взаимодействии с реальными контрагентами и возможности реального приобретения товаров, поставленных в дальнейшем в адрес ООО «Промстройпроект» отсутствует наличие кредиторской задолженности; документы подписаны умершим директором; спорные контрагенты не уплачивают налоги и сдают отчетность с «нулевыми» показателями; оформление сотрудников, числящихся еще в более 30 организациях; отсутствие открытых расчетных счетов в банках; номинальные руководители.

На основании чего, налоговый орган, пришел к выводу, что реальные финансово-хозяйственные отношения у ООО «Промстройпроект» с привлеченными контрагентами (ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «Строй-Монтаж-Сервис», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт») отсутствуют; взаимоотношения между налогоплательщиком, спорными контрагентами и далее по цепочке направлены на искусственное создание видимости осуществления работ, поставки ТМЦ путем фиктивного документооборота, с целью незаконного уменьшения налоговых обязательств и получения налоговой экономии, что по мнению налогового органа свидетельствует о наличии обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 54.1 НК РФ, то есть намеренно создан фиктивный документооборот в целях неправомерно заявленных вычетов по данным сделкам.

Оспаривая вышеуказанное решение, заявитель указывает, что доводы налогового органа, указанные в решении, являются голословными, налоговым органом не проведен анализ деятельности контрагентов. Суждения и выводы Инспекции об оцениваемых фактах финансово-хозяйственных операций не подтверждены достаточными и достоверными доказательствами.

Как указывает заявитель, спорные контрагенты в проверяемом периоде являлись действующими, осуществляли реальную хозяйственную деятельность.

Заявитель указывает, что Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие: об умышленных действиях ООО «Промстройпроект», направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок со спорными контрагентами,  с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий между обществом и спорными контрагентами в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность организаций - контрагентов, использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным сделкам (поставкам).

Заявитель считает, что совпадение IP-адресов не является однозначным доказательством получения необоснованной налоговой выгоды.

По мнению заявителя, материалы проверки не содержат сведений применительно к Обществу, которые свидетельствовали бы о не проявлении Обществом должной осмотрительности.

В связи с чем, по мнению заявителя, вывод налогового органа о неправомерном применении Заявителем налоговых вычетов по налогу на прибыль и по НДС по взаимоотношениям со спорными контрагентами документально не подтвержден, фактически не установлен, носит предположительный характер и не может быть признан обоснованным.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы, приведенные в заявлении, отзывах,  в выступлении представителей лиц, участвующих в деле в судебном заседании, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности и с учетом требований статьи 162 АПК РФ и положений статьи 71 АПК РФ, разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления № 53, арбитражный суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации сформулированной в определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством. Также положения НК РФ не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с Постановлением № 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. 

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. 

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание благоприятных налоговых последствий.

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, указанных в Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53).

В соответствии со ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Пунктом 1 ст.252 НК РФ определено, что в целях главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, которыми признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, понесенные налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ.

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать обязательные реквизиты.

Также положениями Федерального закона № 402-ФЗ предусмотрено, что своевременное и качественное оформление первичных учетных документов, передачу их в установленные сроки для отражения в бухгалтерском учете, а также достоверность содержащихся в них данных обеспечивают лица, составившие и подписавшие эти документы.

Таким образом, из взаимосвязи статьи 254 НК РФ, статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском учете» следует, что факт, основания и размер расходов доказывается путем предоставления совокупности первичных документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации о бухгалтерском учете.

Следовательно, право налогоплательщика на уменьшение полученных доходов в целях обложения налогом на прибыль на величину произведенных расходов, непосредственно зависит от представления им соответствующих документов, подтверждающих затраты.

В соответствии с положениями ст. 146 НК РФ объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается операция по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ.

Пунктом 1 ст. 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога.

В силу пункта 2 указанной статьи сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг) исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг) как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1 настоящей статьи цен (тарифов).

Пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на полагающиеся налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с НК РФ.

Согласно пункту 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, после их принятия на учет.

Таким образом, при расчете налога на прибыль и налога на добавленную стоимость налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности, счетах-фактурах.

П. 1 ст. 54.1 НК РФ установлено, что не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Письмом ФНС РФ от 31 октября 2017 г. N ЕД-4-9/22123@ разъяснено, что характерными примерами такого "искажения" являются: создание схемы "дробления бизнеса", направленной на неправомерное применение специальных режимов налогообложения; совершение действий, направленных на искусственное создание условий по использованию пониженных налоговых ставок, налоговых льгот, освобождения от налогообложения; создание схемы, направленной на неправомерное применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения; нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения). К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: неотражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учёта заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НКРФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Налогового Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Согласно пункта 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса, производится налоговым органом при проведении камеральных налоговых проверок налоговых деклараций (расчетов), представленных в налоговый орган после 19.08.2017, а также при проведении выездных налоговых проверок и проверок полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после указанной даты (пункт 5 статьи 82 Кодекса, пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации").

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие статьей 54.1 Кодекса, были сформированы на основании Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53).

В соответствии с Постановлением № 53 представление налогоплательщиком документов как в обоснование налоговых вычетов по НДС, так и расходов по налогу на прибыль не является само по себе достаточным основанием для получения соответствующей налоговой выгоды, если налоговым органом доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы должны эффективно использовать такие механизмы, как: получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие. Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным доказательством может являться информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации.

Если налоговым органом будут представлены доказательства того, что в действительности реально хозяйственные операции поставщиками (контрагентами) не осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему поставок и взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или утерянным документам или несуществующим адресам, либо схема взаимодействия производителя, поставщика и покупателя продукции указывает на недобросовестность участников хозяйственных операций, арбитражный суд не должен ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям налогового законодательства, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

На основании положений статьи 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.07.2009 N 924-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "ЛК Лизинг" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 106, 110, 169, 171 и 172 Налогового кодекса Российской Федерации", нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, и не исключают возможности оценки совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Суд с учетом имеющихся в материалах дела документов, доводов приведенных в заявлении, отзывах, дополнительных пояснениях, в выступлении представителей сторон, считает, что в оспариваемом решении налоговой проверки не содержится неоспоримых доказательств, нарушения Обществом п. 1 ст. 54.1, п. 1, 2 ст. 171, п.1 ст. 252, пп. 6 п. 1 ст. 254 НК РФ, по взаимоотношениям с контрагентами ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт»по следующим основаниям.

Судом установлено, материалами дела подтверждается, что налогоплательщиком на налоговую проверку представлены договора: поставки, аренды, купли-продажи, оказания услуг спецтехникой экипажем, товара-сопроводительные документы, бухгалтерские справки, платежные документы, счета-фактуры о поставке ТМЦ, выполнении работ спорными контрагентами. Представленные документы соответствуют требованиям Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" и статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.

Основанием для начисления оспариваемых сумм налога на добавленную стоимость и налога на прибыль по итогам выездной налоговой проверки послужил вывод налогового органа о наличии обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 54.1 НК РФ по взаимоотношениям с контрагентами ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «Строй-Монтаж-Сервис», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт», а именно, отсутствие реальных сделок с указанными контрагентами по оказанию работ и услуг, а также поставке  ТМЦ в адрес заявителя.

Между тем, суд не может согласится с выводами налогового органа, по взаимоотношениям с контрагентами ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт» поскольку налоговым органом не учтены следующие обстоятельства.

Судом установлено, что также следует из материалов дела, в проверяемом периоде заявитель являлся плательщиком НДС и налога на прибыль, осуществлял деятельность по строительству жилых и нежилых зданий. Основными покупателем Общества в проверяемом периоде являлось АО «АВТОВАЗ», для которого выполнялись работы по ремонту зданий и сооружений.

Налогоплательщиком представлены документы по взаимоотношениям со спорными контрагентами, согласно которым в проверяемом периоде:

ООО «Абутор» являлось поставщиком строительных материалов (договор поставки от 01.07.2019 на поставку строительных и иных материалов);

ООО «Стройресурс» являлось поставщиком строительных материалов, а также предоставляло услуги аренды спецтехники, нарезки фаски, изготовления кронштейнов (договор поставки от 01.08.2017 № 08/2017);

ООО «Строй-Монтаж-Сервис» являлось поставщиком строительных материалов (договор поставки материалов от 02.04.2020 № б/н);

ООО «Рескатор-Строй» являлось поставщиком строительных материалов (договор поставки от 30.03.2020);

ООО «Профессионал» являлось поставщиком строительных материалов (договор поставки от 10.04.2020);

ООО «Волгастроймонтаж» поставщик строительных материалов (договор поставки от 17.04.2020);

ООО «Грэкс» предоставляло услуги аренды оборудования (договор аренды оборудования № 04-09/20 от 09.01.2020);

ООО «Атк-Гарант» поставщиком строительной техники (автопогрузчиков) (договор от 06.04.2020 купли-продажи строительной техники);

ООО «Анкор» предоставляло услуги спецтехники с экипажем (договор оказания услуг спецтехникой с экипажем от 06.03.2020);

ООО «Интеграл» поставщиком спецодежды, средств защиты (договор поставки с отсрочкой платежа от 09.01.2020);

ООО «Антей» оказывало услуги аренды оборудования (договор аренды оборудования);

ООО «Потенциал» оказывало услуги по санитарной обработке помещений, а также поставляло спецодежду, средства защиты (договор оказания услуг от 13.04.2020 по санитарной обработке помещений; договор поставки от 02.04.2020);

ООО «Евростройсервис» являлось поставщиком строительных материалов (договор поставки строительных и иных материалов и оборудования);

ООО «Стройторг» являлось поставщиком строительных материалов (договоры поставки строительных материалов от 01.04.2020 № 27, от 08.04.2020 №29, от 13.04.2020 № 31, от 28.04.2020 № 32 (Щебень М800 фр.20/40, щебень М800 фр.40/70, Песок горный, Песок речной));

ООО «Волгапромсбыт» поставщиком строительных материалов, а также оказывало услуги аренды спецтехники и оборудования (договор поставки строительных и иных материалов и оборудования от 17.01.2020).

1. По взаимоотношениям между ООО «Промстройпроект» и контрагентами - ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт» судом установлено следующее.

Как пояснялось заявителем налоговому органу в ходе проверки и указано в заявлении, все договоры Общество, заключало с организациями (спорными контрагентами) после соответствующей проверки, проявляя должную осмотрительность в отношении контрагентов для проверки добросовестности и благонадежности, а именно при выборе организаций-контрагентов и на дату заключения сделок была использована общедоступная информация, в том числе из сети Интернет (просматривались имеющиеся страницы (сайты)), в частности, проверило отсутствие судебных процессов сучастием контрагентов по картотеке арбитражных дел на официальном сайтеhttps://kad.arbitr.ru/; отсутствие возбужденных исполнительных производств наофициальном сайте https://r52.fssp.gov.ru/.

Как установлено судом и налоговым органом не оспорено, в проверяемом налоговом периоде все организации-контрагенты заявителя числились в ЕГРЮЛ, зарегистрированы в установленном законом порядке, поставлены на налоговый учет, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать об их неблагонадежности.

Довод налогового органа об отсутствии контрагентов по адресу регистрации судом отклоняется, поскольку в соответствии с позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2009 №2635/09, отсутствие спорных контрагентов по юридическому адресу на момент проведения проверки само по себе не свидетельствует о необоснованности налоговой выгоды, заявленной налогоплательщиком.

В частности, исходя из ответа Межрайонной ИФНС № 15 по Самарской области № 01-46/074104 от 29.12.2021 г. по юридическому адресу ООО «Грэкс» было установлено наличие административного здания, сотрудники на ресепшене подтвердили факт нахождения офиса данного юридического лица по данному юридическому адресу (

<

...> лит. А1, офис 9). Собственник здания - ООО «Колекс» отказались представить сведения о недостоверности адреса ООО «Грэкс» ввиду того, что данное юридическое лицо в установленном порядке арендную плату оплачивает.

В части доводов налогового органа об исключении контрагента (ООО «Потенциал» (09.12.2021), ООО «Абутор» (14.10.2021), ООО «Грэкс» (03.03.2022), ООО «Атк-Гарант» (26.08.2021), ООО «Анкор» (23.06.2022), ООО «Антей» (05.05.2022), ООО «Волгапромсбыт» (17.03.2022) из ЕГРЮЛ суд отмечает, что в спорный период взаимоотношения с ООО «Промстройпроект», все контрагенты были зарегистрированы в установленном законом порядке, поставлены на налоговый учет. Указанное обстоятельство не может свидетельствовать об их неблагонадежности, в том числе по той причине, что указанные организации исключены из ЕГРЮЛ спустя длительное время после заключения сделок.

Прекращение деятельности контрагентов в связи ликвидацией (исключением из ЕГРЮЛ; по недостоверности, в том числе по цепочке последующих звена) не может свидетельствовать об их неблагонадежности. При данной процедуре налоговым органом проводятся мероприятия по проверке организации и в случае выявления нарушений, в том числе сомнительных сделок, получение организациями необоснованной налоговой выгоды) назначается выездная налоговая проверка, что сделано не было. Кроме того, нарушение контрагентом заявителя своих налоговых обязанностей не может вменяться в вину заявителя и само по себе не может являться доказательством получения заявителем, как налогоплательщиком, необоснованной налоговой. При этом судом установлено, что контрагенты, согласно анализа расчетных счетов, вели ФХД, взаимодействовали с юрлицами, оплачивали НДС в бюджет (правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации изложенная в определении от 16.10.2003 № 329-0).

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у Общества отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что Общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Таким образом, Обществом учтены операции со спорными контрагентами в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Суд обращает внимание, что на ООО «Промстройпроект» в любом случае не может быть возложена ответственность за неправомерные действия всех участников сделки. Отсутствие контрагентов на момент проведения выездной налоговой проверки, и прекращение их деятельности в последующих периодах, не свидетельствует о невозможности осуществления данными организациями заявленной в учредительных документах предпринимательской деятельности в спорный период.

Налоговый орган в силу пункта 2 статьи 32 НК РФ обязан осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах всеми налогоплательщиками.

Налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в том числе и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой.

Таким образом, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения.

По тем же основаниям подлежит отклонению довод инспекции о непредставлении контрагентами налогоплательщика документов и впоследующем по цепочке (в том числе сертификаты соответствия, пожарный, гигиенический), поскольку само по себе не представление документов не может свидетельствовать о наличии умысла на искажение фактов хозяйственной деятельности.

Из п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

В силу ст. 65 АПК РФ доказывание обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта налоговым органом, возлагается на последнего, что, однако, не исключает обязанности налогоплательщика доказать те обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих возражений.

Оценив представленные в материалы дела заявителем доказательства в порядке ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводам о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и указанными выше спорными контрагентами, о недоказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика и направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по спорным сделкам.

Доводы налогового органа о неявке руководителей контрагентов (ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс») налогоплательщика на допросы, что свидетельствует об их номинальности, судом отклоняются, поскольку неявка руководителей контрагентов на допрос не может являться безусловным основанием для вывода о нереальности сделок и как следствие поводом для отказа в вычете по НДС.

Кроме того, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по проверке контрагентов на этапе заключения сделок с ними. Налогоплательщик никак не мог повлиять на это обстоятельство. Исполнение либо неисполнение контрагентами требований законодательства находится вне сферы возможностей и полномочий общества, поэтому такие обстоятельства не могут быть поставлены ему в вину.

Указанный вывод налогового органа о номинальности должностных лиц контрагентов не является достаточным подтверждением фиктивности сделок с ООО «Промстройпроект», поскольку первичные документы данных организаций подписаны лицами, значащимися руководителями организаций согласно ЕГРЮЛ.

Подлежит отклонению и довод налогового органа о том, что подписи руководителя ООО «Абутор» ФИО6, ООО «Интеграл» ФИО7, ООО «Стройторг» ФИО8 и ООО «Волгастроймонтаж» ФИО9  в представленных документах визуально отличаются от подписей на договорах, в паспорте и в регистрационном деле, так как Инспекция не воспользовалась своим правом, установленным статей 95 НК РФ, и не провела экспертизу в рамках выездной налоговой проверки. Кроме того, при рассмотрении дела по существу Инспекция также не заявляла ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы. Визуальное сличение подписей не является доказательством, подтверждающим их отличие.

Действующее законодательство не возлагает на налогоплательщика, для которого выполняют работы организации - контрагенты, обязанности установления подлинности подписи на документах, принимаемых к бухгалтерскому и налоговому учету, что возможно установить только посредством проведения почерковедческой экспертизы.

Налоговым органом также указано, что в адресах и реквизитах сторон, указанных в договоре между ООО «Промстройпроект» и ООО «Евростройсервис» отсутствуют реквизиты банка ООО «Евростройсервис», что свидетельствует о формальном подходе к составлению документа.

Согласно п.4 ст.421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Для договора поставки условие о банковских реквизитах сторон не является существенным (обязательным) условием. Следовательно, стороны вправе не включать условие о банковских реквизитах в договор. Информацию о действующем расчетном счете контрагента всегда можно запросить в ходе исполнения договора, в том числе из выставленного счета на оплату или товарной накладной.

Согласно условиям заключенного сторонами договора оплата по договору осуществляется по факту получения товара.

В товарных накладных и счете на оплату указаны банковские реквизиты ООО «Евростройсервис». Все расчеты по договору с ООО «Евростройсервис» были произведены в полном объеме, следовательно, ООО «Промстройпроект» имело информацию о действующем расчетном счете ООО «Евростройсервис».

Кроме того, ООО «Евростройсервис» является действующей организацией, продолжает свою хозяйственную деятельность. Сведений о недостоверности в ЕГРЮЛ в отношении указанного контрагента не имеется.

Таким образом, указанный довод Инспекции не может служить основанием для отказа в применении налогового вычета по НДС по спорному контрагенту.

Довод проверяющих, что ряд руководителей спорных организаций отказываются от участия в финансово-хозяйственной деятельности рассматриваемых юридических лиц, не может являться основанием для непринятия налоговых вычетов по НДС при реальности хозяйственных операций. Сами по себе свидетельские показания не могут опровергнуть факт осуществления реальных хозяйственных операций (поставку) между налогоплательщиком и контрагентами.

Физические лица (должностные лица Общества, учредители) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению его хозяйственной жизни, чтобы избежать ответственности по ст. 173.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации. Действия должностных лиц спорных контрагентов, могут свидетельствовать о том, что руководители данных организаций (учредители), стремились уйти от ответственности за совершение налоговых правонарушений.

Сложившаяся судебная практика указывает, что свидетельские показания физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами, отрицая своё отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в том числе и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам, на что указано в Постановлении по делу АС Москвы № А40-26068/15 от 10.06.2015г., Постановлении ВАС СЗО по делу А26- 6639/2014 от 02.09.2014г., Постановлении АС Поволжского округа №Ф06-10803/2016 от 26.07.2016г.

При этом, факт приобретения товара и услуг в том объеме, который указан в представленных заявителем документах, материалами налоговой проверки не опровергнут.

Таким образом, Инспекцией не представлено доказательств, свидетельствующих о недобросовестности общества по выбору контрагентов и согласованности действий между заявителем и указанными контрагентами, с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Материалами проверки подтверждено, что спорные контрагенты зарегистрированы в качестве юридических лиц и в период совершения сделок с ООО «Промстройпроект» состояли в налоговых органах на налоговом учете. Факт регистрации юридического лица публично подтверждает реальность существования и правоспособность участника гражданского оборота. Регистрация вышеуказанных контрагентов в качестве юридического лица и постановка их на налоговый учет означает признание их прав на заключение сделок, на несение определенных законом прав и обязанностей.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагента и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену).

Относительна протокола допроса руководителя ООО «Потенциал» ФИО10, которая пояснила, что никакого отношения к данному обществу не имеет и что ею была предоставлена копия паспорта для оформления юридического лица, а сама она никуда не ездила, суд считает необходимым отметить следующее.

Отношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, государственной регистрацией физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей и государственной регистрацией при прекращении физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, а также в связи с ведением государственных реестров - единого государственного реестра юридических лиц и единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, регулируются от Федеральным законом 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее – Закон о госрегистрации).

Заявление, представляемое в регистрирующий орган, удостоверяется подписью уполномоченного лица, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке (пункт 1 статьи 9 Закона о госрегистрации).

Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 17.05.2002 №319 Министерство по налогам и сборам Российской Федерации является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц. На основании Письма МНС Российской Федерации от 20.09.2004 N 09-0-10/3733@ "О свидетельствовании нотариусом подлинности подписи заявителя на заявлении" при свидетельствовании подлинности подписи уполномоченного лица на заявлении о государственной регистрации юридического лица нотариус обязан проверить, надлежащее ли лицо обратилось за совершением нотариального действия, предусмотренного статьей 9 Закона о госрегистрации.

Действующее законодательство обязанность по контролю в сфере соблюдения законодательства о налогах и сборах налогоплательщиками возлагает на налоговые органы.

В материалах дела отсутствуют документы о признании регистрации юридического лица ООО «Потенциал» - контрагента недействительной; об исключении указанного обществ из ЕГРЮЛ по основанию формальности создания; о признании недействительными спорного договора; о регистрации юридического лица с нарушениями статей 9, 12, 13, пп. "а" п. 1 статьи 23 Закона о госрегистрации, статьи 13 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В связи с чем, суд относится критически к показаниям руководителя ООО «Потенциал» ФИО10

С учетом изложенных обстоятельств, следует, что налоговым органом не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что заявитель должен был знать о «возможных» нарушениях, допущенных контрагентом. Контрагент зарегистрирован в установленном законом порядке, включен в спорный период в Единый государственный реестр юридических лиц.

Судом также признается несостоятельным довод налогового органа о том, что спорные контрагенты не имели возможности осуществлять хозяйственную деятельность ввиду отсутствия складских помещений, материалов, необходимых для выполнения работ, имущество, транспортные средства, поскольку налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 №305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу №А12-20203/2016.

Отсутствие у спорных контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ООО «Промстройпроект», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может.

Данный вывод подтверждается Постановлениями АС Поволжского округа от 29.06.2018 №Ф06-34135/2018 по делу №А12-37867/2017, от 13.02.2018 года по делу №А12-10631/201, от 13 сентября 2018 г. № Ф06-24135/2017 по делу №А55-2995/2016 и т.д.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении им хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с спорными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг

То есть, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

Однако такие обстоятельства в рамках настоящего дела не подтверждены налоговым органом.

Обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющееся покупателем товаров (работ, услуг).

Инспекцией не соблюдены рекомендации, указанные в Методических рекомендациях об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налогов (далее - Методические рекомендации), разработанные ФНС России совместно со Следственным комитетом РФ. 

Инспекцией не выявлено, действия каких конкретно должностных лиц организации привели к недоплате налога (п. 5 Методических рекомендаций), не проверено, есть ли внешние источники, которые подтверждают наличие умысла в противоправных действиях должностных лиц (п. 6 Методических рекомендаций), не собраны доказательства умышленного уклонения от налогов (п. 7 Методических рекомендаций), не сопоставлены противоречащие друг другу показания разных лиц, не проведены повторные опросы и допросы (п. 9 Методических рекомендаций), не собранны свидетельства умышленного уклонения от налогов, цели и мотивы действий должностных лиц, виновность которых доказывается (п. п. 4, 8 Методических рекомендаций). 

Юридические лица и предприниматели приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

Пунктом 1 статьи 105.1 Кодекса предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

То есть, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит, был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

В нарушение вышеуказанных положений, налоговым органом в ходе проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирмы - "однодневки", с которой заключена сделка; факты имитации хозяйственных связей с фирмами - "однодневками"; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности. Отсутствует доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно заявителем.

В Постановлении от 06 апреля 2010 года № 17036/09 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что по делам, связанным с взаимозависимостью участников сделки, следует устанавливать, каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную выгоду и за счет чего конкретно, такая выгода образовалась. Аналогичную правовую позицию изложил Арбитражный суд Поволжского округа в постановлении от 26 сентября 2014 года по делу № А72-10625/2013.

Отсутствие в собственности недвижимого имущества, транспортных средств, штатной численности о фиктивности заключенных договоров не свидетельствуют о недобросовестности контрагента, поскольку не исключают возможности привлечения транспортных средств, имущества, работников по договорам аренды, гражданско-правовым договорам.

В соответствии с правовой позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении № 307-ЭС 19-27597, суд исходит из того, что именно налоговый орган обязан доказать то, что выбор Обществом контрагента не отвечал условиям делового оборота. Однако материалы дела таких доказательств не содержат.

Таким образом, основания для отнесения спорных контрагентов к категории недобросовестных налогоплательщиков отсутствуют.

Выявление налоговым органом по АСК НДС-2 налоговых разрывов, возникших между заявителем и спорными контрагентами, никак не может вменяться в вину ООО «Промстройпроект». Организации-контрагенты являются самостоятельными юридическими лицами, за деятельность которых налогоплательщик не может и не должен нести ответственности.

Вместе с тем из обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела и анализа доказательств, имеющихся в материалах дела следует, что обществом соблюдены требования ст.ст. 169, 171, 172, п. 1 ст. 54.1 НК РФ по сделкам с контрагентами.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. Пунктом 1 названной статьи, и пунктом 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, такого рода обстоятельства, налоговым органом в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного разбирательства соответствующие доказательства суду не представлены.

Материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком на проверку налоговому органу всех необходимых документов, подтверждающих взаимоотношения между заявителем и спорными контрагентами, которые указаны судом, по каждому из спорных контрагентов в отдельности. 

Приведенные Инспекцией в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о не совершении обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с данным контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Из оспариваемого решения Инспекции не следует, что применительно к спорным налоговым периодам данные организации не исполняли своих обязанностей по уплате налогов, в том числе по взаимоотношениям с обществом. Также в оспариваемом решении не приведены доказательства того, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на расчетные счета контрагентов было их последующее «обналичивание» в интересах именно заявителя; отсутствуют доказательства не проявления обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов.

Налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в том числе и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой.

Таким образом, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения.

Согласно правовой позиции КС РФ, выраженной в Определении № 329-0 от 16.10.2003, налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность.

Тем более Общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, работ, услуг 2-го, 3-го и прочих звеньев, что подтверждается Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-5-9/947@.

Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

При этом, ни Общество, ни его контрагенты, ни иные налогоплательщики не имеют доступа к ИР ФКУ «Налог-сервис» и иным специальным информационным ресурсам, к которым имеют доступ должностные лица налоговых органов. Налогоплательщики могут использовать только данные, имеющиеся в открытом доступе, а также документы, предоставленные самим контрагентом.

Налоговый орган в силу пункта 2 статьи 32 НК РФ обязан осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах всеми налогоплательщиками.

С 01.01.2015 года налоговые органы с помощью программы АСК НДС-2 имеют возможность контролировать исчисление НДС всеми плательщиками. Данная программа позволяет проанализировать книги - покупок и продаж налогоплательщиков, его контрагентов всех звеньев и выявить расхождения в отчетности. Доказательств, подтверждающих данный факт, в отношении спорных контрагентов налоговым органом в материалы дела не представлено.

Исходя из письма Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, совместного письма Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, письма Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02-07/1/51753, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента и проявлению должной осмотрительности включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников, характеризующих деятельность контрагента.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

Декларации по НДС проходят автоматизированную камеральную налоговую проверку. Для этого используется АСК «НДС-2» (письмо ФНС России от 05.05.2016 № ЕД-4-15/8122). Эта система в автоматическом режиме: проверяет, правильно ли рассчитан НДС и заявлены вычеты (возмещение); анализирует данные деклараций по НДС, сопоставляя их с данными деклараций всех контрагентов. АСК «НДС-2» позволяет сравнивать показатели счетов-фактур, книг покупок и продаж, журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур плательщиков с аналогичными данными у контрагентов.

В результате такой перекрестной проверки налоговый орган не только проверяет, в полном ли объеме исчислен и уплачен в бюджет НДС, но и отслеживает, заявленные вычеты по НДС с операций, по которым контрагент не уплатил налог в бюджет, то есть выявляет налоговый разрыв.

То есть уже на моменте принятия деклараций по НДС и ее камеральной налоговой проверки инспекция устанавливает факт неотражения реализации контрагентом.

Далее происходит сопоставление записей о счетах-фактурах у покупателя и продавца и в случае выявления расхождений автоматически формируется требование с протоколом расхождений.

В рамках камеральной проверки, представленных налогоплательщиками налоговых деклараций по НДС, налоговый орган направляет им требование о представлении пояснений и представлении уточенной декларации.

Общество не должно нести ответственность за недобросовестное поведение юридических лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками. О самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной деятельности контрагентов свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление налоговой отчетности, уплаты налогов, что подтверждается выписками с расчетных счетов контрагентов.

Согласно требованиям налогового законодательства (п. 3 ст. 100, п. 4, 5 ст. 101 НК РФ) факты, отраженные в акте и в решении налоговой инспекции, должны быть результатом тщательно проведенной проверки, исключающей неточности и обеспечивающей полноту вывода о несоответствии налоговому законодательству совершенных проверяемым лицом действий.

Решение не должно содержать предположений, не основанных на доказательствах. Каждый вывод о допущенных проверяемым лицом нарушениях, в том числе о не проявлении должной осмотрительности должен быть подтвержден первичными документами и ссылками на эти первичные документы либо иными доказательствами.

Налоговый орган не изучил и не учел при проведении проверки и вынесении решения о привлечении специфику деятельности общества, ведения бухгалтерского учета, производственные процессы, что явилось следствием для необоснованного вменения заявителю со стороны налогового органа указанных в оспариваемом решении правонарушений.

Данный подход к проведению проверки суд не может признать правомерным.

Согласно п. 2 ст. 87 НК РФ налоговые проверки проводятся в целях контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах.

Установленный законодательством о налогах и сборах порядок должен обеспечивать надлежащую реализацию прав и законных интересов налогоплательщиков в правовом государстве, что предполагает обязанность руководителя (заместителя руководителя) налогового органа провести всестороннюю и объективную проверку обстоятельств, влияющих на вывод о наличии недоимки (суммы налога, не уплаченной в срок), не ограничиваясь содержанием налоговой декларации, установить действительный размер налоговой обязанности, в том числе при разумном содействии налогоплательщика - с учетом сведений и документов, представленных им с возражениями на акт налоговой проверки и в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки в соответствии с п. 6 ст. 100, п. 4 ст. 101 НК РФ.

При этом, исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, устанавливающих обязанность налоговых органов обеспечивать права налогоплательщиков, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

Установленные судом факты, свидетельствуют об ошибочности выводов налогового органа, основанных на неполном выяснении обстоятельств взаимоотношений заявителя со спорными контрагентами, на ненадлежащих доказательствах, противоречивых показаниях свидетелей, информации не относимой к периоду проверки, противоречивости выводов налогового органа по предыдущим выездным налоговым проверкам и рассматриваемой выездной налоговой проверки.

Таким образом, налоговый орган не опроверг реальность сделок между контрагентами и заявителем. Реальность оказания спорными контрагентами услуг подтверждается представленными заявителем документами и материалами дела. 

Контрагенты вели реальную финансово-хозяйственную деятельность, не являются фирмами однодневками, представляли отчетность и оплачивали налоги. Данный факт налоговым органом не опровергнут.

Также Верховным Судом РФ в определении от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, указано, что если организация доказала факт приобретения товаров, то налоговый орган не вправе отказать ей в вычете НДС даже в том случае, если ее контрагент (поставщик) имеет признаки фирмы-однодневки и не платит в бюджет НДС. 

В письме ФНС России № ЕД-5-9-547/@ от 23.03.2017 указано, что нельзя возлагать на налогоплательщика ответственность за недобросовестные действия его контрагентов второго и последующих звеньев, если не доказано, что этот недобросовестный контрагент не подконтролен налогоплательщику. 

По доводу налогового органа о наличии у контрагентов заявителя - ООО Стройресурс», ООО «Абутор» в качестве его контрагентов фирм, имеющих признаки «однодневок» («технических фирм»), суд отмечает следующее.

Согласно п. 10 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

В Письме от 23 03 2017г № ЕД-5-9/947@ ФНС России отмечает, что налоговым органам следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операций с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Вместе с тем организации - контрагенты не взаимозависимы, не аффилированы с Обществом, не подконтрольны ему. Какие-либо согласованные действия, направленные на уход от уплаты налогов, отсутствуют.

Инспекцией не установлены какие-либо факты (подтвержденные соответствующими доказательствами, материалами налогового дела), доказывающие, что Общество учредило организации - контрагенты, давало им обязательные указания и каким-либо образом контролировало или имело возможность контролировать деятельность указанных организаций, управляло их деятельностью, давало обязательные указания, определяло действия спорных контрагентов и каким-либо образом получало обратно на свои счета денежные средства, перечисленные на счета организаций – контрагентов.

Общество не имеет никакого отношения к определению действий, принятию решений организациями - контрагентами по осуществлению хозяйственной деятельности и, следовательно, не должно нести ответственность за то, каким образом указанные организации распоряжались поступающими к ним денежными средствами.

Таким образом, доказательства использования Обществом налоговой схемы в материалах дела отсутствуют.

Инспекция указывает на минимальные отчисления контрагентами (ООО «АТК-Гарант», ООО «Рескатор-Строй», ООО Потенциал», ООО «Евростройсервис», ООО «Грэкс») налоговых исчисленной к уплате в бюджет. Однако налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами в адрес заявителя, фиктивность совершаемых операций и иные порочащие достоверность налоговой отчетности и полноту уплаты налогов контрагентами факты.

Как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (Постановление от 19.12.2019 N 41-П, Определения от 16.10.2003 N 329-О, от 10.11.2016 N 2561-О, от 26.11.2018 N 3054-О и др.).

Таким образом, отказ в праве на вычет "входящего" налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Дифференциация вызванных указанными нарушениями последствий для налогоплательщиков-покупателей с учетом того, знали и должны ли последние были знать о допущенных контрагентом и третьими лицами нарушениях при исполнении обязанности по уплате НДС, необходима, поскольку позволяет обеспечить нейтральность налогообложения по отношению ко всем плательщикам НДС, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте, и имеет превентивный характер для обеспечения стабильности налоговой системы, стимулируя участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги.

Как указано в связи с этим в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пункт 9) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом, в силу того, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц ведется преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей (пункт 10).

Принимая во внимание изложенное, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, ранее также нашел отражение в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 N 12670/09, от 30.06.2009 N 2635/09, от 12.02.2008 N 12210/07.

Аналогичный вывод содержит Определение ВС РФ от 14.05.2020 по делу А42-7695/2917.

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд полагает, что им была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы. Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.

Суд считает, что данный довод Инспекции по сути подтверждает факт получения от заявителя денежных средств в оплату поставки, в связи с чем, ссылка на транзитный характер платежей не обоснована доказательствами, а ссылка на минимальный объем налоговых платежей не свидетельствует об отсутствии у организаций хозяйственной деятельности.

Кроме того, уплата налогов в минимальных размерах не свидетельствует о нарушении спорными контрагентами налогового законодательства, так как нарушение налогового законодательства в виде неуплаты налогов может быть выявлено только в ходе камеральных или выездных налоговых проверок, которые в отношении организаций-контрагентов не проводились.

Суд находит обоснованным довод Общества об отсутствии у него реальной возможности убедиться как в указанных обстоятельствах, так и в иных фактах финансово-хозяйственной деятельности контрагентов, их взаимоотношений с налоговыми органами, как в силу банковской, так и налоговой тайны. Контрагенты к ответственности за совершение налоговых правонарушений не привлекались.

Меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента по гражданско-правовому договору включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента. Об этом сказано в совместном письме Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 N 3-7-07/84, Письме Минфина РФ от 31.12.2008 N 03-02-07/2-231, Письме Минфина РФ от 29.11.2013 N 03-02-07/1/51753.

В части доводов налогового органа о взаимозависимости и подконтрольности контрагента налогоплательщику суд отмечает следующее.

Совпадение IP-адреса налогоплательщика и IP-адресов у его контрагентов и адресов у иных организаций (последующих звеньев), номера телефона, само по себе не может свидетельствовать о подконтрольности указанных организаций налогоплательщику и согласованности их действий.

Суд отмечает, что IP-адрес – это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера. IP адреса бывают двух видов. IP-адрес называют статическим (то есть постоянным, неизменяемым), если он не может быть присвоен другому устройству. IP-адрес называют динамическим (непостоянным, изменяемым), если он назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени, как правило, до завершения сеанса подключения. Таким образом, динамический IP-адрес, а именно они в большинстве случаев используются, не уникален. IP адрес соединения узла с сетью Интернет может совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если Интернет- соединения были сделаны в разное время.

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP-адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. В результате динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были осуществлены в разное время.

Следовательно, одинаковый динамический IP-адрес - это отнюдь не один компьютер, а чаще всего сервер, расположенный, например, в офисном здании или группе зданий. Один и тот же IP-адрес без использования ключа электронной цифровой подписи не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов.

При этом указание налоговым органом в решении Управления и впоследствии в отзывах о том, что IP-адреса статические, не соответствует сведениям в оспариваемом решении, в котором на вид IP-адреса указание отсутствует.

При каждом подключении пользователь Интернета получает от провайдера один и тот же номер сети, при этом уникальный номер компьютера (узла), с которого осуществляется выход в сеть, каждый раз может меняться. Само по себе совпадение IP-адресов не может достоверно и безусловно свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов.

Такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении интернет-шлюза, территории (адреса), оператора связи, его оборудования, (что имеет место в рассматриваемом случае).

Суд отмечает, что такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении оператора связи (его оборудования), интернет-шлюза, территории (адреса).

Кроме того, авторизация клиентов в банке производится не по IP/MAC-адресам, а по логинам, паролям и ЭЦП. Фиксируемая на оборудовании банка информация об IP-адресах может соответствовать как компьютеру клиента, так и сетевому оборудованию клиента или провайдера клиента. В большинстве случаев IP-адрес компьютера клиента является динамическим и может меняться в разные сеансы связи. Данный довод подтверждается судебной практикой (Постановлении Девятого ААС от 02.07.2018 №09АП-29181/2018 по делу №А40-174817/17, Постановление АС ПО от 05.12.2016 по делу №А72-16136/2014, Постановление АС ЦО от 28.08.2017 по делу №А64-8137/2015, Постановление АС ЦО от 04.05.2017 по делу № А54- 6206/2015).

Диапазон IP-адресов, присвоенный оборудованию общества - маршрутизатору, мог использоваться для выхода в сеть Интернет любыми лицами с любого устройства, подключенного к этому оборудованию как посредством локальной сети, так и с использованием сети беспроводного доступа (Wi-Fi); Инспекцией также не представлены доказательства того, что необходимые для управления расчетными счетами посредством интернет-систем типа "банк-клиент" ключи электронно-цифровых подписей, предоставленных банковскими учреждениями названным организациям-клиентам, находились в распоряжении сотрудников заявителя или связанных с ним лиц.

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд считает выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанным контрагентом необоснованными, и приходит к выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и контрагента, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

В материалах дела отсутствуют доказательства подконтрольности контрагентов, взаимозависимости указанных контрагентов, «обналичивания» денежных средств налогоплательщиком, отсутствие совпадений IP-адресов с указанными контрагентами и по цепочке контрагентов, наличие разрывов по данным АСК НДС-2 сами по себе не могут свидетельствовать об искусственности сделки, выводы налогового органа о нарушении налогоплательщиком ст. 54.1 НК РФ являются необоснованными.

Таким образом, Обществом учтены операции со спорными контрагентами ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт» в соответствии с их действительным экономическим смыслом, так как поставка комплектующих и работы осуществлялась именно указанными контрагентами в соответствии с требованиями каждого Покупателя.

Все операции общества учтены в соответствии с действующим законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не является убыточным. 

Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных хозяйственных операций, действительное исполнение договоров заявителем и контрагентами. 

Таким образом, судом в действиях заявителя и контрагентов не усматривается недобросовестность налогоплательщика, поскольку все представленные документы подтверждают реальность совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером предпринимательской деятельности.

Расчеты с контрагентами произведены Обществом посредством безналичного перечисления денежных средств, так и по их письмам третьим лицам. 

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд полагает, что им была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы. Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.

Из материалов дела следует, что реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентами подтверждена договорами, счет-фактурами, товарными накладными, платежными поручениями, и, документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется. При этом выводы Инспекции о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленным в материалы дела доказательствам и установленными судом фактами.

Доводы Инспекции о том, что в приобретении материалов и ТМЦ у спорных контрагентов не было необходимости, поскольку проверкой установлена их достаточность при производстве работ, оказании услуг по договорам, исполняемым Обществом в проверяемый период, налогоплательщиком использована схема затоваривания ТМЦ без их фактического использования (ООО «Рескатор-Строй», ООО «Грэкс», ООО «Евростройсервис») судом отклоняются, поскольку по сути означают оценку целесообразности совершенных Обществом хозяйственных операций.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 04.06.2007 №320-О-П налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

В указанном определении Конституционным Судом РФ отражено, что по смыслу правовой позиции КС РФ, выраженной в постановлении от 24.02.2004 №3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельной и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

В силу принципов свободы экономической деятельности и свободы договора налоговый орган не вправе вмешиваться в финансово-хозяйственную деятельность налогоплательщика, в том числе определять с какими контрагентами вступать в договорные правоотношения, определять объем ТМЦ, необходимых для выполнения работ по заключенным договорам, осуществлять контроль за объемом расходования ООО «Промстройпроект» ТМЦ в производстве по заключенным договорам. Общество самостоятельно определяет ассортимент и количество ТМЦ, необходимых как для текущей хозяйственной деятельности и выполнения принятых на себя договорных обязательств, гарантийных обязательств, так и обязательств, которые возникнут в будущем.

Согласно пояснениям заявителя, у Общества имеются постоянные заказчики, в т.ч. АО «АВТОВАЗ» и другие организации, и номенклатура ТМЦ, необходимая для выполнения плановых ремонтных работ, известна. Поэтому у Общества есть постоянная потребность в определенных ТМЦ. Учитывая это обстоятельство, а также сроки поставки, возможные задержки с поставкой ТМЦ, увеличение цен на материалы и во избежание рисков неисполнения обязательств по заключенным сделкам, часть ТМЦ приобретается ООО «Промстройпроект» в запас и использования в будущей хозяйственной деятельности, а также выполнения гарантийных обязательств.

Таким образом, учитывая характер предпринимательской деятельность определение точного количества приобретение материалов и ТМЦ, а также необходимости аренды оборудования, требующихся для качественного оказания работ и услуг, при их приобретении невозможно. Следовательно, тот факт, что ряд наименований ТМЦ или арендованная по документам у спорных контрагентов спецтехника не использовалась при производстве работ Обществом, не свидетельствует о нереальности операций по их приобретению, а напротив свидетельствует об обратном.

Кроме того, принимая настоящий судебный акт, суд учитывает показания свидетеля ФИО11 (протокол допроса №07-19/728) от 21.09.2021, который подтвердил, что ему знакомы спорные организации (ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт») и что они поставляли тот или иной материал.

В ходе проведения проверки налогоплательщика не было установлено наличия взаимозависимости между Обществом и спорным контрагентом.

Инспекцией не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств.

Это соотносится с позицией Конституционного суда, выраженной в определении от 16.10.2003 №329-О, согласно которой налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность.

Налоговым органом в ходе проверки не установлены факты участия заявителя в схеме, направленной на противоправное обналичивание денежных средств (в силу, в частности, взаимозависимости указанных лиц), равно как не установлено, что денежные средства, перечисленные заявителем контрагентам, впоследствии ему возвращены.

Кроме того, транзитный характер расчетов сам по себе не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды (недобросовестности) налогоплательщиком (Постановление Пленума ВАС РФ № 53).

При этом, обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности контрагентов второго и последующего звеньев, учитываться в качестве самостоятельных оснований для предъявления претензий не должны (Письмо ФНС России от 16.08.2017 N СА-4-7/16152@).

Инспекцией в материалы дела не представлено доказательств, опровергающих в совокупности достоверность сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах, реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентами подтверждена договорами, счет-фактурами, товарными накладными, платежными поручениями, и, документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется. При этом выводы Инспекции о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленным в материалы дела доказательствам и установленными судом фактами. Таким образом, с учетом установленных судом обстоятельств указанные сделки являются реально исполненными.

При этом, согласно п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности акта законодательства о налогах и сборах трактуются в пользу налогоплательщика.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что налоговый орган не доказал факт получения Обществом необоснованной налоговой выгоды во взаимоотношениях со спорными контрагентами.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от № 305-КГ16-10399 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не опровергают и не свидетельствуют о недобросовестности Общества, относятся исключительно к деятельности рассматриваемых контрагентов. Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющееся покупателем товаров.

В статье 252 Налогового кодекса Российской Федерации содержатся общие критерии, которым должны соответствовать производимые налогоплательщиками расходы: расходы должны быть обоснованными, документально подтвержденными и производиться для осуществления деятельности, направленной для получения дохода.

В силу положений статей 146, 169, 171, 172 НК РФ для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 НК РФ.

В пунктах 1,3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики, в связи с чем предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны; представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера); налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В рассматриваемой ситуации налоговым органом не представлено достоверных и достаточных доказательств в подтверждение доводов о нереальности спорных хозяйственных операций, связанных с закупкой материалов (комплектующих) для доукомплектованием оборудования,  выполнения работ, недобросовестности общества и направленности его действий на получение необоснованной налоговый выгоды. Достоверность представленных обществом документов и сведений, связанных с использование спорных комплектующих и работ, налоговым органом не опровергнута.

Таким образом, оснований для исключения понесенных обществом затрат из состава расходов при определении налогооблагаемой прибыли и уменьшение предъявленного к возмещению налога на добавленную стоимость у Инспекции не имелось.

В связи с чем, а также учитывая отсутствие доказательств умышленных действий заявителя со спорными контрагентами ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт», у Инспекции отсутствовали также основания для начисления пеней за их несвоевременную уплату в соответствии со статьей 75 НК РФ и привлечения ООО «Промстройпроект» к налоговой ответственности, предусмотренной пп. 1 и 3 ст. 122 НК РФ. 

2. По взаимоотношениям заявителя с контрагентом ООО «Строй-Монтаж-Сервис» судом установлено следующее.

Как следует из оспариваемого решения, основанием для непринятия суммы вычета по ООО «Строй-Монтаж-Сервис» в размере 606 566,03 руб. (НДС), по налогу на прибыль в размере 461 374,22 руб., послужили следующие установленные налоговым органом обстоятельства.

Из материалов дела следует, что ООО «Строй-Монтаж-Сервис» состояло на учете в Инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по г. Москве. Юридический адрес: 109444, Россия, 

<

...> д 16, строение 2, 21 (протокол осмотра от 03.02.2020 №320КВ об отсутствии организации по адресу).

Учредители: ФИО12, доля 20%, период полномочий с 24.08.2010 по н.в. (справки по 2-НДФЛ отсутствуют); ФИО13 доля 20%, , период полномочий с 24.08.2010 по н.в. (справки по 2- НДФЛ отсутствуют, является учредителем/руководителем в организациях с недостоверными сведениями); ФИО14 доля 60%, период полномочий с 24.08.2010 по дату смерти 22.05.2019г. (справки по 2-НДФЛ отсутствуют).

Руководитель: ФИО14 с 01.11.2005 по дату смерти 22.05.2019г. Ранее по повесткам на допрос не являлся (уведомление о невозможности допроса от 24.05.2018 №210).

Учредитель с долей 20%: ФИО12 номинальный учредитель (протокол допроса от 15.05.2018 г.) пояснил следующие: «…. Никакую деятельность в ООО "Строй-Монтаж-Сервис" ИНН 

<

***> не веду, никаких договоров, доверенностей, накладных и других финансово-хозяйственных документов не подписывал. Счета в банке не открывал по просьбе третьих лиц. С организациями контрагентами никаких взаимоотношений не имел, никаких документов с ними не подписывал. Никаких других юридических лиц также не знаю и договора с ними не заключал…..».

Учредитель с долей 20%: ФИО13 представил заявление о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ по форме Р34001 от 22.10.2020. Сведения об учредителе в ЕГРЮЛ признаны недостоверными (11.11.2020). Недвижимое имущество, земельные участки, транспортные средства на праве собственности отсутствуют.

Как установлено судом и следует из материалов дела между ООО «Промстройпроект» и ООО «Строй-Монтаж-Сервис» заключен договор поставки материалов от 02.04.2020 №б/н.

В представленных Обществом документах по взаимоотношению с ООО «Строй-Монтаж-Сервис» указан руководитель ФИО14.

При этом руководитель (директор) ООО «Строй-Монтаж-Сервис» ФИО14 умер 22.05.2019, следовательно, договор и первичные документы подписаны в 2020 году  не могли быть подписаны ФИО14 в 2020. При таких обстоятельствах, налоговый орган пришел к обоснованному выводу о том, что документы по взаимоотношению с указанным контрагентом не могут являться основанием для применения вычета по НДС и налога на прибыль, что является самостоятельным основанием для отказа в праве на применение сумм налога на добавленную стоимость к вычету и налога на прибыль.

Кроме того, на нереальность заявленной с ООО «СТРОЙ-МОНТАЖ-СЕРВИС» сделки также указывает следующие установленные налоговым органом факты.

По книгам покупок ООО «СТРОЙ-МОНТАЖ-СЕРВИС», отражены исключительно фиктивные операции с фирмами-однодневками. Операции, свидетельствующие о взаимодействии с реальными контрагентами и возможности реального приобретения товаров, поставленных в дальнейшем в адрес ООО «Промстройпроект», отсутствуют.

На основании допросов сотрудников и должностных лиц ООО «Промстройпроект» установлено, что материалы закупаются под необходимость работ и срок хранения на складе не превышает месяца, данные ТМЦ были закуплены и не списаны в производство. При осмотре территорий складов на АО «АВТОВАЗ» не установлено хранения данного вида материалов.

Из проведенных допросов ФИО15 (протокол от 12.04.2022 № 10-19/186), ФИО16 (протокол от 22.09.2021 № 07-19/732), ФИО17 (протокол от 24.09.2021 № 07-19/746) сотрудников кровельщиков ООО «Промстройпроект», было установлено что материалы (РУФБаттс Н 80мм (2,4 м2 в упак), Лист хризотилцементный прессованный 10мм, Бикрост ТПП, РУФБаттс Д 60мм (2,4 м2 в упак), Стеклоизол) заявленные от ООО «СТРОЙ-МОНТАЖ-СЕРВИС» свидетелями в производстве кровельных работ не использовались.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии со стороны ООО «Строй-Монтаж-Сервис» реальной возможности осуществлять заявленные налогоплательщиком хозяйственные операции, представленные Обществом документы, оформленные за подписью руководителя ООО «Строй-Монтаж-Сервис» после его смерти, составлены с нарушением действующего законодательства, Общество не проявило должной осмотрительности при заключении договора с указанным контрагентом. Доказательств обратного заявителем суду не представлено, доводы налогового органа заявителем не оспорены.

При таких обстоятельствах, требование заявителя о признании незаконным решения Инспекции от 22.07.2022 №10-38/61 в части доначислений НДС, налога на прибыль и соответствующих сумм пени и штрафа по контрагенту ООО  «Строй-Монтаж-Сервис» не подлежит удовлетворению.

Согласно частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, а, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Из содержания  частей 2 и  3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности: 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту; 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В силу  части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно п. 7 ст. 3НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что решение Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 22.07.2022 №10-38/61, в части доначисления НДС в размере 23 739 765,38 руб., налога на прибыль организаций в размере 15 979 108,67 руб. и соответствующих сумм пени и штрафа (по контрагентам ООО «Абутор», ООО «Стройресурс», ООО «Грэкс», ООО «АТК-Гарант», ООО «Анкор», ООО «Интеграл», ООО «Антей», ООО «Рескатор-Строй», ОО «Потенциал», ООО «Профессионал», ООО «Волгастроймонтаж», ООО «Евростройсервис», ООО «Стройторг», ООО «Волгапромсбыт»), не соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя что в силу статьей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его недействительным, и, возложения на налоговый орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Судебные расходы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд относит на Инспекцию.

Руководствуясь ст.ст. 49, 167-176, 198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

1. Отказ Общества с ограниченной ответственностью «Промстройпроект» от требований в части признания недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области от 22.07.2022 №10-38/61 в редакции решения УФНС России по Самарской области от 07.11.2022 №03-15/39018@ о привлечении Общества с ограниченной ответственностью «Промстройпроект» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ, и доначисления транспортного налога, принять. Производство по делу в указанной части прекратить.

2. Заявленные требования удовлетворить частично.

Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России №2 по Самарской области от 22.07.2022 №10-38/61 в редакции решения УФНС России по Самарской области от 07.11.2022 №03-15/39018@ о привлечении Общества с ограниченной ответственностью «Промстройпроект» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части доначисления НДС в размере 23 739 765,38 руб., налога на прибыль организаций в размере 15 979 108,67 руб. и соответствующих сумм пени и штрафа.

Обязать Межрайонную ИФНС России № 2 по Самарской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Общества с ограниченной ответственностью «Промстройпроект», применительно к той части решения Межрайонной ИФНС России №2 по Самарской области от 22.07.2022 №10-38/61, в которой судом оно признано недействительным.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

3. Взыскать с Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Промстройпроект» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

 

Судья

 

/

ФИО1