ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-80361/2023

07 октября 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена   03 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 октября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Титовой М.Г.,

судей  Геворкян Д.С., Горбачевой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Сизовым А.К.,

при участии в судебном заседании представителей   ООО «НПФ «Хеликс»  ФИО1 (доверенность от 23.10.2023), ФИО2 (доверенность от 23.10.2023),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-22370/2024) Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2024 по делу № А56-80361/2023, принятое по иску отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области к  ООО «НПФ «Хеликс» о взыскании, 

 

установил:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее – истец, Отделение, Фонд) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Хеликс» (далее – ответчик, Общество) о взыскании излишне понесенных Фондом расходов в виде выплаченной в пользу ответчика специальной социальной выплаты в размере 28 379 727 руб. 45 коп. 

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Хеликс» о взыскании излишне понесенных Фондом расходов в виде выплаченной в пользу ответчика специальной социальной выплаты в размере 17 220 руб. (делу первоначально присвоен номер А56-86308/2023).  

Определением арбитражного суда от 03.11.2023 дело №А56-86308/2023 объединено в одно производство с делом № А56-80361/2023, с присвоением объединенному делу номера А56-80361/2023.

Решением арбитражного суда от 23.05.2024 в иске отказано.

В апелляционной жалобе истец просит указанное решение отменить как необоснованное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права, повторяя позицию, изложенную в иске, ссылаясь на ошибочность вывода суда об отсутствии оснований к его удовлетворению, указывает на то, что представленные ответчиком документы не подтверждают факта исполнения в ноябре 2020 года работниками ФИО3 и ФИО4 трудовых обязанностей, дающих основания для специальной социальной выплаты, так как и должность «руководитель группы», которая не соответствует указанной в реестрах категории работника «Медицинский работник с высшим (немедицинским) образованием, оказывающего первичную медико-санитарную помощь; обращает внимание на то, что тождество различных наименований работ, профессий и должностей не допускается; отмечает, что согласно ответу Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга от 04.05.2022 должности техник, старший техник, помощник лаборанта, инженер по контролю качества не относятся к должностям медицинских работников. 

Отзыв на апелляционную жалобу ответчиком не представлен. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». 

Представители Общества в судебном заседании с доводами, изложенными в жалобе, не согласились, просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, решение суда оставить без изменения.

Отделение надлежащим образом извещено о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителя в суд не направило, в связи с этим дело рассмотрено в его отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверена в апелляционном порядке. 

Из материалов дела следует, что ответчик предоставил в Отделение реестры на своих сотрудников для получения специальной социальной выплаты за период  ноябрь 2020 (предмет спора по делу А56-86308/2023, том 8 основного дела), декабрь 2020, 01.01.2021 по 31.12.2021 и январь 2022.   

На основании представленных реестров Отделением за периоды с 01.01.2021 по 31.12.2021 и за декабрь 2020, январь 2022 и ноябрь 2020 (далее – спорный период) назначены и произведены специальные социальные выплаты сотрудникам ООО «НПФ «ХЕЛИКС», общая сумма которых составила 28 379 727, 45 руб. и 17 220 руб. (предмет спора по делу А56-86308/2023, том 8 основного дела) соответственно.  

Отделением в соответствии с Порядком осуществления территориальными органами Фонда контроля за полнотой и достоверностью сведений, представляемых медицинскими и иными организациями (их структурными подразделениями) для получения специальной социальной выплаты медицинскими и иным работникам, утвержденным приказом Фонда социального страхования Российской Федерации от 30.06.2021 № 272, проведена камеральная проверка полноты и достоверности представленных ответчиком сведений за спорный период.

 Из содержания представленных в дело актов от 20.06.2022 № 4, от 12.09.2022 № 6 и от 09.12.2022 № 10 (том 8 основного дела) следует, что предметом проверки являлась правильность представленных Обществом сведений, влияющих на право получения работниками специальной социальной выплаты в спорном периоде. 

К названным актам ответчиком были представлены заверенные копии следующих документов на сотрудников организации: трудовые договоры с дополнительными соглашениями, должностные инструкции техника, старшего техника, помощника лаборанта, санитара с дополнительным функционалом помощника лаборанта, медицинского лабораторного техника, городов Новосибирска, Краснодара, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Москвы; должностной регламент инженера по контролю качества Санкт-Петербурга; должностной регламент руководителя группы  Санкт-Петербурга; приказ «О проведении исследований на новую коронавирусную инфекцию в Лабораторном производстве»: в лаборатории молекулярной диагностики и генетики г. Москвы от 27.03.2020 № 25-8; в лаборатории молекулярной диагностики г. Краснодара от 09.04.2021 № 92-3; в лаборатории молекулярной диагностики Екатеринбурга от 26.05.2021 № 137-1; в лаборатории молекулярной диагностики Санкт-Петербурга от 01.10.2020 № 103-1; в лаборатории молекулярной диагностики г. Новосибирска от 26.09.2021 № 271-1; приказы о перемещении, табели учета рабочего времени, дипломы о наличии медицинского образования, реестры исследований по пациентам, которые проходили обследования в организации, инструкции по охране труда при работе с патогенными биологическими агентами, порядок безопасной работы лаборатории по диагностики Ковид-19 методом ПЦР (без накопительного возбудителя) (городов Санкт-Петербурга, Новосибирска, Екатеринбурга, Краснодара). 

В ходе проверки Отделение посчитало, что в предоставленных Обществом реестрах для получения работниками специальной социальной выплаты выявлено несоответствие должности работника и категории. 

По результатам проведенных проверок Отделение предложило Обществу возместить расходы в размере 28 379 727, 45 руб. и 17 220 руб., осуществить на основании уточняющих сведений корректировку ранее представленных реестров на право получения работниками специальной социальной выплаты.

Общество не согласилось с указанными в актах фактами, представило возражения против возмещения заявленных Отделением расходов на специальные социальные выплаты. 

Полагая, что расходы, излишне понесенные Фондом по реестрам, представленным ответчиком в Отделение для получения специальной социальной выплаты, составили 28 379 727, 45 руб. и 17 220 руб., ссылаясь  на то, что ответчик отказался от добровольного возврата денежных средств, истец обратился в суд с настоящим иском. 

Как видно из дела, поводом для вывода о необоснованном получении работниками организации ответчика спорных выплат явилось их получение сотрудниками следующих специальностей: техник, старший техник, помощник лаборанта, инженер по контролю качества, руководитель группы, санитар с дополнительным функционалом помощника лаборанта в связи с их включением Обществом в соответствующие списки, предоставленные Отделению.

Истец мотивирует свои требования тем, что указанные должности отсутствуют в Номенклатуре должностей медицинских работников, а потому не могут рассматриваться в качестве должностей, оказывающих медицинскую помощь и медицинские услуги и, соответственно, работники, занимающие перечисленные должности, не имели право на получение спорных выплат.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, в иске отказал. 

Изучив повторно материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав позицию ответчика, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Согласно статье 15 Гражданского Кодекса РФ (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу статей 15, 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения причинителя вреда, его вину, наличие и размер убытков, а также причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками. При этом отсутствие одного из перечисленных условий влечет отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков.

В соответствии с частью 2 статьи 72 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 323-ФЗ) в целях оказания государственной социальной поддержки медицинским и иным работникам медицинских и иных организаций (их структурных подразделений), оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), контактирующим с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19), Правительство Российской Федерации постановлением от 30.10.2020 № 1762 утвердило Правила осуществления Фондом социального страхования Российской Федерации в 2020 - 2022 годах специальной социальной выплаты медицинским и иным работникам медицинских и иных организаций (их структурных подразделений), оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), медицинским работникам, контактирующим с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19) (далее - Правила № 1762).

Как видно из дела, предметом спора является правомерность отнесения ответчиком работников, занимающих должности техника, старшего техника, помощника лаборанта, инженера по контролю качества, руководителя группы, санитара с дополнительным функционалом помощника лаборанта к категориям медицинских работников в соответствии с Правилами № 1762.

Согласно пункту 10 Правил № 1762 организация несёт ответственность за представление недостоверных сведений либо сокрытие сведений, влияющих на право получения работником специальной социальной выплаты, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с подпунктами 3, 4, 13 части 1 статьи 2 Федерального закона №323-ФЗ (здесь и далее – в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) медицинская помощь представляет собой комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинской услугой является медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; медицинским работником является физическое лицо, которое имеет медицинское или иное образование, работает в медицинской организации и в трудовые (должностные) обязанности которого входит осуществление медицинской деятельности.

Таким образом, медицинским работником является лицо, занимающееся профессиональной деятельностью по оказанию медицинской помощи, включающей диагностику как комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством проведения, в том числе, лабораторных исследований.

Как следует из пункта 2 Постановления № 1762, специальная социальная выплата производится в целях государственной социальной поддержки следующим категориям медицинских работников:

а) оказывающие медицинскую помощь (участвующие в оказании, обеспечивающие оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в соответствии с установленным Министерством здравоохранения Российской Федерации временным порядком организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19). К данной категории отнесены, в том числе, врачи и медицинские работники с высшим (немедицинским) образованием, оказывающие специализированную медицинскую помощь в стационарных условиях, средний медицинский персонал, участвующий в оказании медицинской помощи в стационарных условиях, младший медицинский персонал, обеспечивающий оказание специализированной медицинской помощи в стационарных условиях;

б) врачи и медицинские работники с высшим (немедицинским) образованием, средний медицинский персонал, младший медицинский персонал, не оказывающие медицинскую помощь по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), но контактирующие с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19) при выполнении должностных обязанностей.

В соответствии с пунктом 3 Постановления № 1762 специальная социальная выплата осуществляется за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, предоставляемых бюджету Фонда социального страхования Российской Федерации, лицам, указанным в пункте 2 Постановления № 1762, в соответствии с перечнем медицинских и иных организаций (их структурных подразделений) (далее - организации), который формируется соответствующими органами исполнительной власти, иными учреждениями в отношении организаций, находящихся в их ведении.

Пунктами 4, 5 Правил № 1762 установлено, что для получения специальной социальной выплаты организации направляют ежемесячно, не позднее 10-го рабочего дня после окончания отчетного месяца, в территориальный орган Фонда по месту своего нахождения реестр работников, имеющих право на получение специальной социальной выплаты, в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью уполномоченного лица.

Согласно пункту 8 Правил № 1762  реестр формируется с указанием сведений об организации (наименование, идентификационный номер налогоплательщика, код причины постановки на учет, основной государственный регистрационный номер), периода, за который осуществляется специальная социальная выплата (календарный месяц), а также необходимых сведений по каждому работнику. После чего Фондом осуществляется идентификация работников, указанных в реестрах, и проверка факта их трудоустройства в организации (пункты 6, 7 Правил). Специальная социальная выплата осуществляется территориальным органом Фонда в течение 7 рабочих дней со дня получения территориальным органом Фонда реестра путем перечисления на банковскую карту или счет работника.

Пунктом 3 Правил № 1762  предусмотрено, что специальная социальная выплата производится за одну нормативную смену, определяемую как одна пятая продолжительности рабочего времени в неделю, установленной для соответствующей категории работников в организации в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Специальная социальная выплата за календарный месяц рассчитывается как сумма специальных социальных выплат за фактическое число нормативных смен в календарном месяце.

Расчет специальной социальной выплаты по основной работе и при работе на условиях внешнего и внутреннего совместительства производится раздельно.

Из анализа вышеприведенных норм права следует, что государственная социальная поддержка предоставляется медицинским и иным работникам медицинских и иных организаций (их структурных подразделений), оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Как указано в Разъяснениях по применению постановления Правительства Российской Федерации от 30.10.2020 № 1762 «О государственной социальной поддержке в 2020 - 2021 годах медицинских и иных работников медицинских и иных организаций (их структурных подразделений), оказывающих медицинскую помощь (участвующих в оказании, обеспечивающих оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), медицинских работников, контактирующих с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19), внесении изменений во Временные правила учета информации в целях предотвращения распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и признании утратившими силу отдельных актов Правительства Российской Федерации», утвержденных Приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 894н, специальные социальные выплаты в соответствии с подпунктом «а» пункта 2 постановления № 1762 устанавливаются медицинским работникам, оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в соответствии с приказом Минздрава России № 198н.

В соответствии с абзацем пятым подпункта «а» пункта 2 Постановления № 1762 специальные социальные выплаты производятся также медицинским работникам, включая младший медицинский персонал, оказывающим первичную медико-санитарную помощь по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в соответствии с Временным порядком.

Отклоняя доводы истца, суд первой инстанции правомерно указал на то, что Постановление № 1762, которым в том числе обоснован настоящий иск, не ограничивает перечень получателей социальной выплаты лишь медицинскими работниками, поименованными в Номенклатуре должностей медицинских работников, и исходил из того, что вопросы государственной социальной поддержки работников в сфере оказания помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией или с подозрением на неё регулировались и иными нормативно-правовыми актами.

Согласно пункту 2 постановления Правительства РФ от 18.11.2020 № 1859 «О государственной социальной поддержке в 2020 - 2021 годах работников стационарных организаций социального обслуживания, стационарных отделений, созданных не в стационарных организациях социального обслуживания, оказывающих социальные услуги (участвующих в оказании социальных услуг, обеспечивающих их оказание) гражданам, у которых выявлена новая коронавирусная инфекция, и лицам из групп риска заражения новой коронавирусной инфекцией, и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации», в целях государственной социальной поддержки работников стационарных организаций социального обслуживания, стационарных отделений, созданных не в стационарных организациях социального обслуживания, оказывающих социальные услуги (участвующих в оказании социальных услуг, обеспечивающих их оказание) гражданам, у которых выявлена новая коронавирусная инфекция, и лицам из групп риска заражения новой коронавирусной инфекцией, необходимо производить специальную социальную выплату за нормативную смену, равную 14 календарным дням, установленную в организации в случае введения ограничительных мероприятий, предусматривающих особый режим работы (временная изоляция (обсервация), проживание в стационарной организации (отделении) получателей социальных услуг, работников стационарной организации (отделения) (далее - нормативная смена), следующим категориям работников: социальным работникам, специалистам по социальной работе, специалистам по работе с семьей, специалистам по реабилитационной работе в социальной сфере, психологам в социальной сфере, педагогическим работникам, в том числе воспитателям, инструкторам по труду, логопедам, музыкальным руководителям, педагогамбиблиотекарям, педагогам-организаторам, педагогам-психологам, социальным педагогам, педагогам-дефектологам, учителям-логопедам, административно-управленческому персоналу.

Постановлением Правительства РФ от 28.11.2020 № 1962 установлены повышающие коэффициенты к специальным социальным выплатам, установленным для медработников и иных работников, оказывающих медпомощь в диагностике и лечении COVID-19, сотрудников стационарных организаций социального обслуживания, оказывающих социальные услуги гражданам с COVID-19, а также для военнослужащих, сотрудников и работников органов власти, оказывающих медицинскую помощь, участвующих в её обеспечении по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Региональные нормы, в том числе постановление Правительства Санкт-Петербурга от 16.02.2021 № 69 «Об установлении в 2021 году дополнительной меры социальной поддержки работникам медицинских организаций, подведомственных исполнительным органам государственной власти Санкт-Петербурга, оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), контактирующим с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» также предусматривают, что получателем мер поддержки являются средний, младший медицинский персонал и прочий персонал, проводящий лабораторную диагностику новой коронавирусной инфекции (COVID-19), что полностью соответствует целям законодателя при принятии Постановления № 1762. 

Таким образом, законодателем определена общая направленность правового регулирования в сфере установления категорий работников, на которых распространяются меры социальной поддержки в сфере оказания помощи при диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции, которая подлежала учёту при разрешении настоящего спора. 

Материалами дела установлено, что в связи с ситуацией, связанной с распространением новой коронавирусной инфекции, в 2020 году Общество было внесено в реестр лабораторий, проводящих исследования по выявлению новой коронавирусной инфекции, при этом ввиду достижения высоких стабильных показателей подтверждаемости результатов исследований (более 90%) ответчику было предоставлено право подтверждать результат исследования без ретестирования и обязательной верификации в лабораториях Роспотребнадзора. 

Возражая на иск, ответчик ссылался на то, что его локальные нормативные акты предусматривают перечень структурных подразделений и должностей Общества, работа в которых даёт право на получение специальной социальной выплаты, к числу которых отнесено подразделение - группа молекулярной диагностики с сотрудниками, занимающими должность техника, старшего техника, помощника лаборанта, инженера по контролю качества, руководителя группы, санитара, биолога как персонала, обеспечивающего условия для диагностики новой коронавирусной инфекции, и как участвующего в проведении диагностики новой коронавирусной инфекции. 

Указанные акты представлены ответчиком в материалы проверки Фонда и в ходе разрешения спора в материалы настоящего дела.

Из анализа указанных локальных актов следует, что при формировании перечней работников ответчик, как работодатель, исходил исключительно из непосредственного участия работников или обеспечения работниками проведения лабораторных исследований на новую коронавирусную инфекцию (COVID-19), то есть контакта с биологическим материалом, заражённым COVID-19, в силу возложенной на сотрудника соответствующей трудовой функции, что, как верно указал суд, полностью соответствует целям законодателя при принятии Постановления № 1762. 

Из содержания представленных в дело локальных актов Общества усматривается, что стандартные операционные процедуры по выделению РНК и ДНК новой коронавирусной инфекции методом полимеразной цепной реакции, по выполнению забора мазков на исследование, и работы по диагностике новой коронавирусной инфекции выполняются специалистами с медицинским/биологическим/микробиологическим/ветеринарным/биотехническим образованием. 

Кроме того, с сотрудниками, занимавшими должности техника, старшего техника, помощника лаборанта, отсутствующие в Номенклатуре должностей медицинских работников, Общество заключило дополнительные соглашения к трудовым договорам, которыми в наименования должностей и объем должностных обязанностей внесены изменения в целях приведения наименования должностей в соответствие с требованиями трудового законодательства; должности указанных сотрудников стали именоваться «санитар (с функционалом медицинского лабораторного техника)», предусматривая выполнение процедуры добавления образцов биологического материала (в том числе на новую коронавирусную инфекцию) в планшеты с реагентами для дальнейшего автоматизированного выделения на станции Fingfisher Flex; «санитар (с функционалом помощника лаборанта)». 

Возражая на иск, ответчик привел убедительные мотивированные доводы и настаивал на то, что работа данной категории сотрудников была связана с взаимодействием с биоматериалом при сортировке, распределении и хранении материала, оценке его соответствия критериям неприемлемости (на предмет отсутствия маркировки на пробирках, перепутывания направлений на анализ, несоответствия биоматериала заявленному в направлении, несоответствия объема собранной крови количеству добавленного антикоагулянта, неправильного хранения биоматериала, неправильной и несвоевременной транспортировки биоматериала), поиском проб (для повторной постановки), подготовкой пробы для выделения РНК, постановкой пробы ПЦР по методике, центрифугировании материала (разделения сыворотки крови на фракции для дальнейшего исследования), аликвотированием (разлив жидкости из первичной пробирки по нескольким, при этом пипетку для забора крови непосредственно на анализ необходимо погружать на различные глубины в зависимости от уровня границ между фракциями).

Санитары исполняли и функции по санитарному сопровождению помещений, оборудования, инвентаря, перемещению и транспортировке материальных объектов из процедурных кабинетов и помещений, где проводился забор и исследование зараженного материала, удаление медицинских отходов с мест первичного образования и перемещение их в места временного хранения, обеспечивая санитарное содержание помещений лаборатории, проведение дезинфекции.

Исполнение дополнительных обязанностей, в том числе по обработке поступившего от пациентов биоматериала, его центрифугированию, отбору плазмы, аликвотрированию биоматериала было обусловлено следующими обстоятельствами: многократным (в тысячи раз) увеличением объема работы и количества проводимых ответчиком лабораторных исследований;  необходимостью оказания качественных медицинских услуг в области клинической лабораторной диагностики и обеспечения исполнения социально значимой функции в условиях эпидемии новой коронавирусной инфекции;  необходимостью своевременного выполнения исследования в течение 48 часов, а впоследствии 24 часов с момента поступления биологического материала в лабораторию до получения его результата пациентом; недостаточностью количества сотрудников для выполнения технических функций при подготовке к проведению исследования, в том числе по загрузке проб биоматериала в аппараты для проведения последующего лабораторного исследования на фоне увеличение количества проводимых ответчиком лабораторных исследований; в целях неукоснительного соблюдения санитарно-эпидемиологических требований и надлежащего перемещения медицинских отходов ответчик возлагал на санитаров выполнение дополнительного объема работы в лаборатории под руководством ответственных лиц.

Соглашаясь с доводами ответчика, суд учел содержание Номенклатуры должностей медицинских работников и фармацевтических работников, утвержденной Приказом Минздрава России от 20.12.2012 № 1183Н, согласно которым санитары относятся к младшему медицинскому персоналу.

Отклоняя довод истца о том, что трудовая функция санитара не предполагает работу по обеспечению функционирования оборудования с учетом положений профессионального стандарта «Младший медицинский персонал», суд обоснованно исходил из того, что в соответствии с положениями статей 57, 195.3 Трудового кодекса РФ профессиональные стандарты обязательны для применения работодателями лишь в части требований к квалификации, необходимой работнику для выполнения определенной трудовой функции, и наименованию должностей, указав на то, что рассматриваемое расширение Обществом трудовой функции работников не противоречит положениям действующих актов, содержащих нормы трудового права.

Довод истца о продолжительности рабочего времени санитаров свыше 39 часов, верно не принят судом, поскольку согласно трудовым договорам работникам был установлен суммированный учет рабочего времени.

При таком положении довод иска о неправомерном получении лицами в должности санитара с дополнительным функционалом помощника лаборанта, к которым в числе прочих отнесены и поименованные в отдельном иске ФИО3 и ФИО4 (том 8 основного дела) правомерно отклонен судом как несостоятельный.

Судом проверены функциональные обязанности специалиста в должности инженер по контролю качества, и на основании его должностной инструкции установлено, что его обязанности предусматривали взаимодействие с биологическим материалом при проведении внутрилабораторного контроля качества, осуществляемого посредством выборочной повторной постановки (повторного проведения исследования) биоматериала, включая инфицированный, в целях контроля либо при поступлении дополнительного запроса заказчика, а также при проведении сравнительных постановок тест-систем (в том числе на новую коронавирусную инфекцию) разных производителей и при выполнении полного цикла валидационных исследований (выделения нуклеиновой кислоты, проведения реакции амплификации, валидации результатов, оформления сравнительных таблиц).

Одним из спорных работников, необоснованно, по мнению истца, получивших специальную социальную выплату в рассматриваемом периоде, является  руководитель группы молекулярной диагностики ФИО5, назначенная на должность руководителя группы молекулярной диагностики 30.09.2020, имеющая высшее образование по специальности «Биотехнология», профессиональную подготовку по специальности «Клиническая лабораторная диагностика» и повышение квалификации по дополнительной профессиональной программе «Организация работы и управление лабораторией».

Согласно имеющейся в материалах дела должностной инструкции руководителя группы молекулярной диагностики, в обязанности последнего включены руководство лабораторией, занимающейся проведением исследований на новую коронавирусную инфекцию, анализ результатов лабораторных исследований, клиническая верификация (подтверждение) результатов исследований (верификация (повторная постановка).

Проверяя довод истца в отношении сотрудника Общества ФИО5 о том, что должность руководителя группы не соответствует указанной в реестрах на выплату категории «Медицинский работник с высшим немедицинским образованием, оказывающий первичную медико-санитарную помощь», поскольку для занятия относимой к данной категории должности «Биолог» требовалось наличие образования по направлению «Биология», однако такое образование у работника отсутствовало, суд  учел квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения, утвержденные Приказом Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 №541H «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», в силу которых для должности «Биолог», предусматривающей возможность проведения лабораторных исследований, осуществления мероприятий по обеспечению и контролю качества лабораторных исследований на преаналитическом, аналитическом и постаналитическом этапах, предусмотрены требования к квалификации в объеме наличия высшего профессионального образования по специальности «Биология», «Биохимия», «Биофизика», «Генетика», «Микробиология», «Фармация» и дополнительного профессионального образования в соответствии с направлением профессиональной деятельности, а также требования Приказа Минздрава России от 02.05.2023 № 20бн, утвердившего Квалификационные требования к медицинским и фармацевтическим работникам с высшим образованием, которыми для должности «Биолог» предусматриваются следующие характеристики: высшее образование по одному из направлений подготовки: «Биология», «Биотехнология», или высшее образование по направлению подготовки «Биология» (уровень магистратуры) и одной из образовательных программ (профилей, направлений): «Биотехнология», «Биофизика», «Биохимия», «Генетика», «Микробиология», «Молекулярная биология», «Физиология», дополнительное профессиональное образование в объеме профессиональной переподготовки по направлению профессиональной деятельности, повышение квалификации не реже одного раза в пяти лет в течение всей трудовой деятельности. При этом должности, которые могут быть заняты таким специалистом, поименованы как заведующий (начальник) структурного подразделения (отдела, отделения, лаборатории, кабинета, отряда и другое) медицинской организации - биолог (для лиц, принятых на должность до 01.09.2021).

Анализ вышеприведенных положений законодательства, позволил суду прийти к правильному выводу о том, что для специалиста, имеющего высшее образование по специальности «Биотехнология», профессиональную переподготовку по клинической лабораторной диагностике, прошедшего повышение квалификации, и принятого на должность руководителя подразделения до это же даты (01.09.2021), предусмотрена возможность занятия должности руководителя группы, в том числе группы молекулярной диагностики, в связи с чем обоснованно отклонил довод истца о необоснованном получении в спорном периоде указанным сотрудником Общества специальной социальной выплаты, поскольку данный сотрудник в полном объеме соответствует квалификационным требованиям, предъявляемым к руководителю подразделения.

Приходя к выводу о необоснованности заявленных требований, суд также учел содержание актов ответчика №№10, 4 от 09.12.2022, от 06.06.2022, которыми установлено, что все внесенные в спорные реестры сотрудники, осуществляя трудовую деятельность, проводили исследования на новую коронавирусную инфекцию, работали с зараженным биоматериалом, добавляли образцы с биоматериалом в планшеты с реактивами.

Как видно из дела, располагая письменными доказательствами, полученными при проведении камеральной проверки деятельности Общества за спорные периоды, Отделением не оспаривались такие обстоятельства как наличие указанных спорных должностей в штатном расписании ответчика, трудовых отношений с работниками, занимающими спорные должности, условия труда таких работников, характер возложенных на них должностных обязанностей, фактическое выполнение исследований,  наличие контактов работников с заражённым биоматериалом, то есть фактическое оказание данными сотрудниками медицинских услуг и участие их в оказании первичной медико-санитарной помощи.

Таким образом, возражения ответчика на иск истцом не опровергнуты, доказательств того, что рассматриваемое оформление функциональных обязанностей работников Общества носило формальный характер и не соответствовало действительности в связи с тем, что работы сотрудниками не выполнялись, в деле не имеется.

При таком положении у суда не имелось оснований не доверять документам, оформленным Обществом в целях подтверждения спорных выплат. 

Совокупность установленных по делу обстоятельств позволила суду первой инстанции прийти к выводу о том, что условия труда спорных категорий работников, характер (объем) возложенных на них должностных обязанностей, фактическое выполнение ими лабораторных исследований, наличие у них контактов с заражённым биоматериалом, фактическое оказание и участие в оказании первичной медико-санитарной помощи, подтверждают как осуществление данными категориями работников Общества медицинской деятельности, так и непосредственную опасность выполняемой работы для здоровья лиц, состоящих в спорных должностях, в рассматриваемый период.

Апелляционный суд полагает возможным согласиться с указанным выводом суда, основанным на всестороннем исследовании обстоятельств дела и оценке доказательств с учетом положений статьи 71 АПК РФ. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно указал на то, что само по себе отсутствие в Номенклатуре должностей техника, старшего техника, помощника лаборанта, инженера по контролю качества, а также перевод данных лиц с указанных должностей на должность санитара с функционалом помощника лаборанта не лишает занимающих данные должности медицинских работников в том смысле, который определён Федеральным законом № 323-ФЗ, права на получение мер государственной поддержки. 

Поскольку материалами дела доказано, что сотрудники ответчика, занимая должности, наименование которых Номенклатурой должностей медицинских работников не предусмотрено, находились в непосредственном контакте с биологическими жидкостями пациентов с диагнозом новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), оказывали, участвовали в оказании и обеспечивали оказание первичной медико-санитарной помощи при диагностике новой коронавирусной инфекции, суд пришел к правильному выводу об обоснованности произведенных Фондом  социальных выплат, правомерно отказав Отделению в иске. 

Доводы апелляционной жалобы об обстоятельствах правомерности получения в ноябре 2020 года спорных выплат работниками ФИО3 и ФИО4 были предметом исследования суда первой инстанции при проверке обоснованности получения выплат лицами в должности санитара с дополнительным функционалом помощника лаборанта, получили надлежащую правовую оценку, не согласиться с которой апелляционный суд оснований не усматривает. 

Ссылка в апелляционной жалобе на разъяснения Комитета не может быть принята во внимание апелляционным судом, поскольку, разрешая спор, суд первой инстанции не связан с приведенными истцом разъяснениями законодательства. 

Апелляционный суд также отмечает, что при разрешении спора судом первой инстанции не устанавливалось тождества работ, профессий и должностей, а проверялось соответствие заявленных Отделением должностей требованиям, предусмотренным для получения специальной социальной выплаты.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда и находит, что в рамках настоящего спора ответчиком доказан факт возникновения права его работников, указанных в реестрах, на получение социальных выплат в спорный период.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, Постановление № 1762 не ограничивает перечень получателей социальной выплаты лишь медицинскими работниками, поименованными в номенклатуре, напротив, из его содержания следует, что социальные выплаты устанавливаются с целью поддержки не только медицинских, но и иных работников медицинских организаций.

Исходя из указанных обстоятельств, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что излишней выплаты истцом в отношении ответчика в спорном случае не допущено.

По существу доводы жалобы повторяют позицию, изложенную истцом при рассмотрении дела судом первой инстанции, основаны на несогласии Отделения с выводами суда. Данные доводы судом первой инстанции исследованы, в обжалуемом решении содержится их надлежащая оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Нарушений судом норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 23.05.2024 по делу №  А56-80361/2023  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Г. Титова

 

Судьи

 

 

Д.С. Геворкян

 

 О.В. Горбачева