ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-24903/2022

г. Красноярск

05 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «24» января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен         «05» февраля 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  -  Юдина Д.В.,

судей: Бабенко А.Н., Иванцовой О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от акционерного общества «Полюс Красноярск»: ФИО2, представителя по доверенности от 22.03.2022, ФИО3, представителя по доверенности от 10.11.2023,

от Пулковской таможни: ФИО4, представителя по доверенности от 09.01.2024,

от Красноярской таможни: ФИО5, представителя по доверенности от 09.01.2024,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Полюс Красноярск»

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «12» сентября 2023 года по делу №  А33-24903/2022,

установил:

акционерное общество «Полюс Красноярск» (ИНН далее – заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к Красноярской таможне, Пулковской таможне (далее – ответчики, таможенный орган), в котором заявлены следующие требования:

- признать недействительными решения Пулковской таможни от 24.06.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары  № 10609050/030719/0030985; от 27.06.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10609050/260220/0005899; от 27.06.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10609050/210520/0015745; от 28.06.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10620010/240720/0051945;  от 28.06.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10620010/091120/0092418, от 28.06.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10620010/100721/0146431,

- признать недействительными уведомления Красноярской таможни о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 27.06.2022 № 10606000/У2022/0000453, от 28.06.2022 № 10606000/У2022/0000468, от 28.06.2022 № 10606000/У2022/0000470, от 30.06.2022 № 10606000/У2022/0000484, от 30.06.2022 № 10606000/У2022/0000486, от 30.06.2022  № 10606000/У2022/0000488.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 12 сентября 2023 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, заявитель обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить полностью и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что потребительская ценность бортовых компьютеров определяется его техническими характеристиками, а не установленным впоследствии на него обновленным программным обеспечением.

По мнению заявителя, таможенный орган включает в стоимость товара лицензионные платежи, как за действующую версию программного обеспечения, так и за последующие, что приводит к ситуации при которой обновление одного и того модуля учитывается в стоимости бортового компьютера несколько раз.

По утверждению заявителя, авансовые платежи в счет будущих таможенных и иных платежей уплачиваются с присвоением им соответствующего кода бюджетной классификации и учитываются как отдельный вид доходов федерального бюджета с момента их поступления на счета Федерального казначейства. То обстоятельство, что идентификация авансовых платежей применительно к исполнению обязанности по уплате тех или иных конкретных таможенных платежей производится после поступления соответствующего распоряжения об использовании авансовых платежей со стороны плательщика или по инициативе таможенного органа, не означает, что до момента распоряжения авансовыми платежами соответствующие денежные средства не находились в казне и не использовались государством при кассовом исполнении федерального бюджета.

В отзыве на апелляционную жалобу таможенный орган с ее доводами не согласился, просили оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определениями Третьего арбитражного апелляционного суда апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось до 04.12.2023. В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв до 11.12.2023. Судебное заседание в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось до 20.12.2023, 24.01.2024.

Определением врио председателя судебной коллегии в связи с очередным отпуском судьи Барыкина М.Ю. в составе суда произведена замена судьи Барыкина М.Ю. на судью Иванцову О.А.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представители таможенного органа в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просили суд оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

Пулковской таможней проведена камеральная таможенная проверка в отношении АО «Полюс Красноярск» по вопросу достоверности сведений о таможенной стоимости товаров, заявленных в таможенных декларациях №№ 10609050/030719/0030985, 10609050/260220/0005899, 10609050/210520/0015745, 10620010/240720/0051945, 10620010/091120/0092418, 10620010/100721/0146431, 10005030/151121/0593510 (далее - ДТ) (акт от 19.05.2022),  по результатам которой выявлены факты, свидетельствующие о нарушении обществом требований, установленных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС), не включение в структуру таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ, суммы лицензионных платежей (171 562,00 долл. США), уплаченных обществом в адрес Wenco International Mining Systems Limited (Канада) по лицензионному договору от 01.12.2020 за лицензионное программное обеспечение, установленное на товары «Упрочненный бортовой компьютер WENCO OCTAGON...».

Пулковской таможней приняты решения от 24.06.2022, 27.06.2022, 28.06.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары, доначислено и взыскано 2865,74 тыс. руб.

27.06.2022, 28.06.2022, 30.06.2022 должностными лицами Сибирской электронной и Новосибирской таможен в АПС «Задолженность» сформировано 6 паспортов задолженности по документам начисления 10609000/8669, 10609000/8671, 10609000/8670, 10620000/7628, 10620000/7627, 10620000/7626, плательщиком по документу начисления является АО «Полюс Красноярск».

27.06.2022, 28.06.2022, 30.06.2022 Красноярской таможней приняты к учету указанные задолженности АО «Полюс Красноярск».

Красноярской таможней с использованием АПС «Задолженность» сформированы уведомления (уточнение к уведомлению) о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 27.06.2022, 28.06.2022, 30.06.2022.

Вышеуказанные уведомления в виде электронных документов Красноярской таможней направлены через личный кабинет в адрес АО «Полюс Красноярск». Срок добровольной уплаты по вышеуказанным уведомлениям истекал 12.08.2022, 15.08.2022, 17.08.2022. Уведомления, направленные Красноярской таможней в адрес АО «Полюс Красноярск», исполнены в добровольном порядке.

Полагая, что указанные решения и уведомления, противоречат требованиям нормативных актов и нарушают его права, заявитель обратился в Арбитражный суд Красноярского края с настоящим заявлением.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания оспариваемого ненормативного правового акта (действий, бездействия) недействительным необходимо наличие одновременно двух условий - несоответствие его закону или иным нормативным правовым актам и нарушение им прав и охраняемых законом интересов субъектов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

При этом, исходя из бремени доказывания, установленного статьями 65, 198, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания факта нарушения своих прав и законных интересов возлагается на заявителя.

Отказывая в удовлетворении требований в части оспаривания решений Пулковской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары, суд первой инстанции исходил из их законности и обоснованности.

Суд апелляционной инстанции поддерживает данный вывод суда первой инстанции, на основании следующего.

Согласно пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В силу пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров по общему правилу является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 данного Кодекса.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними (1 метод) к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права (далее - роялти), которые относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам и которые, прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Согласно абзацу 3 пункта 9 Положения о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары являющегося приложением к Рекомендации Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20 (далее - Положение), зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную  территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

В качестве лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности рассматриваются любые платежи (в том числе роялти, вознаграждения) за использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, к которым в соответствии с международными договорами, международными договорами и актами, составляющими право Союза, и законодательством государств-членов относятся произведения науки, литературы и искусства, фонограммы, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, секреты производства (ноу-хау), товарные знаки, прочие объекты интеллектуальной собственности (далее - лицензионные платежи).

Прямая или косвенная уплата покупателем лицензионных платежей за использование товарных знаков в качестве условия продажи означает, что в таможенной стоимости товаров учитываются лицензионные платежи, которые покупатель должен уплатить либо непосредственно продавцу по внешнеэкономической сделке, либо третьему лицу, которое является правообладателем товарных знаков и, может, не является продавцом ввозимых товаров.

Согласно пункту 7 Положения в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

В случае, когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

При анализе указанных факторов необходимо учитывать, что под продажей оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на таможенную территорию Союза.

В соответствии с внешнеторговыми контрактами продавец обязуется продать, а покупатель (заявитель в настоящем деле) обязуется купить «Оборудование для существующей АСУ ГТК WENCO для высокоточного позиционирования».

Согласно сведениям, представленным обществом по требованию Пулковской таможни, приобретенное лицензионное программное обеспечение АСУ ГТК Wenco устанавливается: на серверах АСУ ГТК под управлением Windows Server 2016; на терминалах АСУ ГТК (мобильная часть системы, в том числе проверяемые товары «Упрочненные бортовые компьютеры WENCO OCTAGON...») под управлением Windows Embedded.

Серверная часть состоит из множества служб, установленных на операционных и резервных серверах приложений и БД. Установка программного обеспечения производилась сотрудниками Wenco International Mining Systems Limited под руководством специалистов Олимпиадинского ГОК.

Осуществлять основные функции без установки на проверяемые товары лицензионного программного обеспечения АСУ ГТК Wenco невозможно.

Упрочненные бортовые компьютеры Wenco Octagon TRAX-10 LP и TRAX-10 НР, задекларированные по ДТ, поставлялись с предустановленной операционной системой Windows Embedded Standard, с наклейкой сертификата подлинности на корпусе каждого бортового компьютера.

На упрочненных бортовых компьютерах терминалов АСУ ГТК (мобильной части системы), дополнительно установлено лицензионное программное обеспечение: MDT5 (основной программный модуль взаимодействия клиента-терминала-сервера), Omnicomm (система контроля расхода топлива), PitNav (навигация по карьеру), ТRMS (контроль давления в шинах), ReadyLine (сбор данных со встроенного бортового компьютера техники), FleetAwareness (система предупреждения столкновений на основе координат -единая лицензия на карьер); на упрочненных бортовых компьютерах терминалов АСУ ГТК (мобильной части системы), задекларированных по ДТ №10609050/260220/0005899 Wenco Octagon TRAX-10 НР) дополнительно установлено программное обеспечение ОНИ (программа буровой установки).

Права на использование обществом вышеуказанных программных модулей приобретены в рамках лицензионного договора от 01.12.2020.

Обществом представлены следующие акты приема-передачи неисключительных прав на программное обеспечение к лицензионному договору: за период с 01.05.2020 по 31.10.2020 на сумму 67 811,00 долл. США; за период с 01.11.2020 по 31.01.2021 на сумму 33 905,50 долл. США; за период с 01.02.2021 по 30.04.2021 на сумму 33 905,50 долл. США (в перечне передаваемого по данному акту программного обеспечения отсутствуют программные модули, устанавливаемые на проверяемые товары, в связи с чем платежи по данному акту не включены при расчете сумм таможенных платежей, подлежащих добавлению к фактически уплаченной или подлежащей уплате цене ввозимых товаров); за период с 01.05.2021 по 31.07.2021 на сумму 34 922,75 долл. США; за период с 01.08.2021 по 31.10.2021 на сумму 34 922,75 долл. США.

Приложением 1 к лицензионному договору от 01.12.2020 устанавливается перечень программного обеспечения, на обновление которого предоставляются лицензии. В данный перечень входят, в том числе вышеназванные программные модули, установленные на упрочненных бортовых компьютерах терминалов АСУ ГТК (мобильной части системы). Согласно сведениям,  полученным  от  проверяемого лица,  выделить  стоимость  каждого установленного лицензионного программного модуля невозможно из-за отсутствия разбивки стоимости по программным модулям.

В качестве лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности рассматриваются любые платежи (в том числе роялти, вознаграждения) за использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, к которым в соответствии с международными договорами, международными договорами и актами, составляющими право Союза, и законодательством государств-членов относятся произведения науки, литературы и искусства, фонограммы, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, секреты производства (ноу-хау), товарные знаки, прочие объекты интеллектуальной собственности (далее - лицензионные платежи) (пункт 4 Положения).

Обязанность по уплате лицензионных платежей является частью договорных отношений между лицензиатом и правообладателем (лицензиаром), которые могут быть оформлены лицензионным договором (соглашением), сублицензионным договором (соглашением), договором коммерческой концессии (франчайзинга), договором коммерческой субконцессии (субфранчайзинга) либо иным видом договора (пункт 5 Положения).

В целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, в ходе проверки таможенным органом проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического контракта, в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

Таможенным органом установлено, что Wenco International Mining Systems Limited (Канада) в рамках лицензионного договора предоставляет АО «Полюс Красноярск» право использования программного обеспечения. Согласно договору, АО «Полюс Красноярск» получает информацию, которая составляет «ноу-хау» лицензиара и является конфиденциальной информацией. Программное обеспечение, за использование которого уплачиваются лицензионные платежи, после его установки является неотъемлемой частью ввозимого товара «бортовые компьютеры Wenco Octagon TRAX-10 LP и TRAX-10 НР», т.к. осуществление основных функций указанными бортовыми компьютерами без установки на них лицензионного программного обеспечения АСУ ГТК Wenco нецелесообразно (согласно сведениям, предоставленным АО «Полюс Красноярск» от 12.04.2022).

На основании изложенного, таможенный орган пришел к выводу, что ввозимые товары не могут в полной мере осуществлять свои функции без периодического обновления данного программного обеспечения.

Позиция Пулковской таможни совпадает с разъяснениями Министерства Финансов Российской Федерации (письмо от 20.02.2020 № 03-10-11/12144), согласно которым сумма лицензионных платежей за лицензионное программное обеспечение должна быть учтена при определении таможенной стоимости ввозимых товаров в случае, когда лицензионное программное обеспечение было получено по электронным каналам связи без использования материального носителя.

На основании вышеизложенного, делая вывод о необходимости включения в таможенную стоимость ввезенных товаров оплачиваемых АО «Полюс Красноярск» лицензионных платежей за право использования ПО, таможенным органом обоснованно установлено, что приобретение обществом товаров «упрочненный бортовой компьютер Wenco Octagon...», задекларированных по ДТ, неразрывно связано с приобретением обществом лицензионных прав на установку программного обеспечения: программное обеспечение устанавливается на проверяемые товары, без программного обеспечения функционирование рассматриваемых товаров невозможно. Уплата лицензионных платежей за использование программного обеспечения является условием ввоза товара на таможенную территорию ЕАЭС, следовательно, подлежит добавлению к фактически уплаченной или подлежащей уплате цене ввозимых товаров.

Заявитель ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представил доказательств, опровергающие выводы таможенного органа о том, что данные компьютеры могут полноценно осуществлять функционирование в отсутствие спорного программного обеспечения; как и не доказал, что программное обеспечение (обновление) закупалось в целях его установок на иной технике, не связанной с данными приобретенными компьютерами (не представлены соответствующие доказательства их установки на других компьютерах).

При этом довод заявителя о том, что на приобретенных компьютерах могут быть установлены другие программные продукты, не опровергают вышеуказанные выводы таможенного органа, поскольку заявитель не обосновал необходимость приобретения именно спорного программного продукта, а не иного, в случае имеющегося намерения использовать ввезенный товар с установкой другого программного обеспечения.

В апелляционной жалобе общество указывает на необоснованность доначисленных сумм.

Вместе с тем, исходя из сведений, содержащихся в актах приема-передачи неисключительных прав на программное обеспечение к договору, лицензии передаются в следующих количествах

Акты приема-передачи

Бортовое ПО

карьер «Восточный»

карьер «Благодатный»

за период с 01.05.2020 по 31.10.2020

 

MDT 5

200

 

Drill

15

 

за период с 01.11.2020 по 31.01.2021

 

MDT 5

 

82

Drill

 

14

за период с 01.05.2021 по 31.07.2021

 

MDT 5

200

82

Drill

18

14

за период с 01.08.2021  по 31.10.2021

 

MDT 5

200

 

Drill

15

 

Из приведенных сведений усматривается, что обновления передаются на одинаковое количество бортовых компьютеров в зависимости от необходимости. Таким образом, в рамках договора передаются лицензии на обновление программных модулей на бортовых компьютерах, функционирующих на территории карьера «Восточный», либо на обновление программных модулей на бортовых компьютерах, функционирующих на территории карьера «Благодатный».

При этом представленные в ходе проверки документы не отражают, на территорию какого карьера были поставлены задекларированные бортовые компьютеры, в связи с чем невозможно установить, к каким из задекларированных бортовых компьютеров применимы лицензионные платежи, произведенные на основании акта приема-передачи от 01.12.2020, а к каким - на основании акта от 18.02.2021.

В ходе рассмотрения настоящего дела также не представлено доказательств, позволяющих установить, на какие именно компьютеры установлено приобретаемое на основании данных актов программное обеспечение.

Кроме того, заявителем не представлено сведений относительно разбивки стоимости лицензии каждого установленного бортового программного обеспечения (в том числе стоимость одной лицензии MDT и одной лицензии Drill).

Таким образом, на основании полученных в ходе проведения проверки документов и сведений не представляется возможным произвести расчет дополнительных начислений к таможенной стоимости проверяемых товаров иначе, чем тот расчет, который произведен Пулковской таможней.

Согласно позиции Министерства финансов Российской Федерации (письмо от 05.02.2021 № 27-01-21/7570), относительно ситуации, когда представляемые подконтрольными лицами коммерческие, бухгалтерские и иные документы не позволяют выделить и документально подтвердить часть лицензионных платежей, относящихся к ввозимым товарам, действующее регулирование не содержит норм, допускающих возможность распределения общих сумм платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, в отношении которых принимается решение о необходимости/отсутствии необходимости включения в таможенную стоимость товаров в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, на части, подлежащие и не подлежащие включению в таможенную стоимость товаров.

Таким образом, правовые основания для распределения сумм лицензионных платежей, в отношении которых одновременно выполнены условия, предусмотренные подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, отсутствуют. С учетом изложенного, в таможенную стоимость товаров подлежит включению полная сумма лицензионных платежей.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - постановление Пленума № 49) при выполнении указанных в пункте 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса ЕАЭС требований само по себе заключение договора с иным, чем продавец товара, правообладателем не препятствует включению уплачиваемых на основании такого договора роялти в соответствующем размере в таможенную стоимость оцениваемых товаров.

Из анализа приведенных положений таможенного законодательства в их нормативном единстве следует, что методы таможенной оценки предназначены для обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров исходя из их действительной экономической ценности. В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя, создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства, и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров.

Платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти, лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той мере, в какой они влияют на их экономическую ценность.

При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п.), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров. Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами.

Отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной собственности, не исключает возможность учета роялти для целей таможенной оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а экспортер - не будет готов его продать.

В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о заключении договоров, опосредующих использование объектов интеллектуальной собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость. В указанных случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения в договорных условиях.

С учетом изложенного, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только  de jure (на законном основании), но и de facto (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом).

Если внутри группы компаний установлены требования по использованию объектов интеллектуальных прав, делающие возможным продажу товаров в страну импорта для последующей розничной торговли, в том числе требования относительно использования внутригрупповых ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения, соответствующие платежи, осуществляемые в пользу поставщика или иного участника группы компаний (взаимосвязанного лица), могут рассматриваться как элементы действительной стоимости товаров, которые в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС должны быть учтены для целей их таможенной оценки.

Изложенное согласуется с общепринятым в мировой практике подходом к оценке допустимости учета роялти в структуре таможенной стоимости ввезенных товаров, нашедшим отражение в ряде рекомендаций Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации, принятых в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 (рекомендуемые мнения 4.3 и 4.7, 4.11 и 4.12), подтверждающих необходимость включения в таможенную стоимость платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, уплачиваемых импортером для получения возможности осуществления производственного процесса (использования технологии), розничной дистрибуции товаров, в зависимости того, были бы проданы соответствующие товары в страну импорта без заключения иных договоров, обеспечивающих коммерческие интересы продавца и связанных с ним лиц».

В соответствии с пунктом 1.1.2 договора за передаваемые лицензии лицензиат выплачивает лицензиару вознаграждение в размере и порядке, предусмотренном Договором.

Согласно пункту 4 договора оформление лицензиаром сертификата на право   использования лицензиатом обновлений программного обеспечения (далее - «Сертификат») должно осуществляться при оформлении прав на каждое обновление программного обеспечения. Факт оформления сертификата передачи прав на обновления программного обеспечения лицензиаром лицензиату дополнительно в срок не позднее 5-ти календарных дней после окончания каждого трехмесячного периода, исчисляемого с 01.05.2020, оформляется актом приема-передачи лицензии за соответствующий трехмесячный период. Вознаграждение переданных лицензии рассчитывается исходя из количества месяцев, в отношении которых оформляется акт приемки-передачи и суммы вознаграждения за соответствующие месяцы, определяемого как 1/12 от цены, определенной в пункте 3.1. договора для применимого периода с 01.05.2020 по 30.04.2021, с 01.05.2021 по 30.04.2022, и с 01.05.2022 по 30.04.2023.

В соответствии с пунктом 3.1. договора общая сумма вознаграждения лицензиара за предоставление лицензиату прав на программное обеспечение по договору составляет 419 194,00 долларов США, в том числе с 01.05.2020 по 30.04.2021 - 135 622 долларов США, с 01.05.2021 по 30.04.2022 - 139 691 долларов США и с 01.05.2022 по 30.04.2023 - 143 881 доллара США без учета налога на добавленную стоимость РФ.

Согласно пункту 1.1.5 договора лицензиат, получающий от лицензиара право использования программного обеспечения, вправе использовать его в течение всего срока, указанного в пункте 5.2. при этом в соответствии с пунктом 5.2 договора срок использования лицензии передаваемых по договору: равен сроку действия исключительного права на программное обеспечение (также подтверждается сведениями, указанными в актах приема-передачи).

В соответствии с пунктом 3.1.2 договора вознаграждение лицензиара за передачу прав на обновления программного обеспечения является абонентским платежом и не зависит от объема (числа и номенклатуры) представленных лицензиату прав на обновления программного обеспечения на базовую часть АСУ ГТК и/или программных модулей в течение платежного периода, указанного в пункте 3.4.

Лицензиат осуществляет лицензиару оплату вознаграждения за каждые 3 месяца следующие подряд, начиная с 01.05. 2020, в срок не позднее 21 дня после окончания соответствующего трех месячного периода на основании инвойса (пункт 3.4. договора).

Согласно пункту 8.5 договора, после прекращения договора по любой причине, лицензиат обязуется прекратить какое-либо использование интеллектуальной собственности лицензиара. Любое несанкционированное использование лицензиаром его интеллектуальной собственности, после прекращения договора будет расценено как нарушение его исключительных прав.

Таким образом, общая сумма лицензионных платежей (вознаграждения лицензиара) за право использования бортового программного обеспечения (419 194 долларов США) в течение всего срока действия договора разбита на несколько частей. Это означает, что сумма лицензионных платежей, указанная в каждом из актов приема-передачи, является частью оплаты общей суммы вознаграждения за право использования программного обеспечения (распределенной пропорционально количеству месяцев использования), зависит от количества месяцев предоставления прав на программное обеспечение и не зависит от количества и наименований перечисленных в каждом акте программных модулей.

Заявитель полагает, что принятый таможенным органом правоприменительный подход позволяет увеличивать стоимость ввозимого товара бесконечно долго, пока производится обновление его программного обеспечения.

Невозможность установить точный размер стоимости каждого из программных продуктов приобретаемого программного обеспечения не позволяет произвести более точный расчет таможенной стоимости приобретенного товара.

Таким образом, Пулковской таможней правомерно приняты решения о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в ДТ.

С учетом изложенного, требования общества в части признания недействительными решений Пулковской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от 24.06.2022, 27.06.2022, 28.06.2022 не подлежат удовлетворению.

Несогласие заявителя с выводами суда в указанной части, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки, не свидетельствует о существенных нарушениях норм права, повлиявших на исход дела.

В части начисления пени на неуплаченные в установленный срок суммы таможенных платежей в уведомлениях Красноярской таможни от 27.06.2022, 28.06.2022, 30.06.2022 суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Отказывая в удовлетворении заявления в данной части, суд первой инстанции, сославшись на положения статьи 35, пункта 8 части 19 статьи 72 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 289-ФЗ), пришел к выводу о том, что в силу действующего правового регулирования, вопреки позиции заявителя, пени не начисляются в случае, если таможенному органу дано право на распоряжение авансовыми платежами, в том числе право на их безакцептное списание.

Как установил суд первой инстанции доказательств, свидетельствующих о том, что таможенному органу заявителем дано право на распоряжение авансовыми платежами и на их безакцептное списание, в материалы дела не представлено, в связи с чем наличие у АО «Полюс Красноярск» авансовых платежей не свидетельствует об исполнении плательщиком обязанности по уплате таможенных платежей, поскольку авансовые платежи остаются имуществом внесшего их лица (находятся на лицевом счете участника внешнеэкономической деятельности, открытом в таможенном органе), и не могут рассматриваться в качестве таможенных платежей либо денежных средств, внесенных в качестве обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов, до тех пор, пока лицо не сделает распоряжение об этом таможенному органу либо таможенный орган не обратит взыскание на авансовые платежи.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, что направленные в адрес заявителя уведомления о начислении пени на неуплаченные в установленный срок суммы таможенных платежей соответствуют требованиям закона.

Суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Статьей 72 Закона № 289-ФЗ предусмотрено, что пенями признаются установленные настоящей статьей суммы денежных средств, которые плательщик (лицо, несущее солидарную обязанность) обязан уплатить в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязанности по уплате таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин в сроки, установленные Кодексом Союза и актами в сфере таможенного регулирования и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном регулировании (часть 1).

Обязанность по уплате пеней возникает со дня, следующего за днем истечения срока исполнения обязанности по уплате таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, установленного международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном регулировании (часть 3).

Заявителем доказательств своевременной оплаты в полном объеме таможенных пошлин в материалы дела не представлено, факт неоплаты не оспорен, следовательно, указанные нормы права о начислении пени за просрочку уплаты таможенных пошлин подлежат применению в рассматриваемом случае.

Вместе с тем, при расчете пени в оспариваемых уведомлениях таможенным органом не учтено следующее.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» разъяснено, что при определении наличия оснований для применения таможенными органами статьи 72 Закона о таможенном регулировании и начисления пеней по определенным данной нормой правилам судам необходимо учитывать, что нахождение в федеральном бюджете авансовых платежей, излишне уплаченных или взысканных таможенных платежей, превышающих по своему размеру величину произведенных декларанту доначислений, может свидетельствовать об отсутствии потерь бюджета, требующих компенсации посредством взимания пеней, если иное не следует из представленных таможенным органом доказательств, в том числе сведений таможенного органа об использовании (возврате) авансовых и таможенных платежей за соответствующие периоды начисления пеней, информации об иных причитавшихся к уплате таможенных платежах, относящихся к этому же периоду.

Правовая природа взимания пеней как правовосстановительной меры, применяемой в целях компенсации потерь бюджета в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налога, а не меры юридической ответственности за виновное поведение, также определена в ряде решений Конституционного Суда Российской Федерации (Постановления от 17.12.1996 № 20-П и от 15.07.1999 № 11-П, Определения от 04.07.2002 № 202-О, от 08.02.2007 № 381-О-П и от 07.12.2010 № 1572-О-О).

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 25.07.2019 № 305-ЭС19-7439 по делу № А40-188022/2017, обязанность по уплате пеней является дополнительной (производной) по отношению к обязанности по уплате соответствующих таможенных платежей и возникает не по факту совершения того или иного нарушения таможенного законодательства, а в случаях, когда неуплата таможенных платежей привела к возникновению потерь в доходах бюджета, требующих компенсации. Следовательно, при оценке правомерности направления требования об уплате пеней должно приниматься во внимание не только неисполнение (несвоевременное исполнение) декларантом обязанности по уплате таможенных платежей, но и состояние расчетов декларанта (плательщика) с бюджетом в период между возникновением обязанности по уплате таможенных платежей и ее исполнением.

Статьей 5 Закона № 289-ФЗ установлено, что лицевой счет - совокупность сведений, содержащихся в информационно-программных средствах Единой автоматизированной информационной системы таможенных органов, отражающих движение денежных средств, внесенных лицами и поступивших на счет Федерального казначейства, а также сумм возвращенных (зачтенных) таможенных пошлин, налогов и иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы, в том числе сумм возвращенных (зачтенных) излишне уплаченных и (или) излишне взысканных платежей, позволяющая вести учет движения денежных средств. Ведение лицевых счетов плательщиков производится таможенными органами в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в области таможенного дела.

Согласно части 1 статьи 28 Закона № 289-ФЗ авансовые платежи вносятся на счет Федерального казначейства в безналичном порядке через кредитные организации. Распоряжение плательщика о внесении авансовых платежей передается в кредитную организацию в порядке, определяемом законодательством Российской Федерации, в том числе с использованием программных и (или) технических средств (устройств) в рамках платежной системы, оператором которой является оператор таможенных платежей.

Согласно статье 218 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - Бюджетный кодекс) исполнение бюджетов по доходам предусматривает зачисление на единый счет бюджета доходов от распределения налогов, сборов и иных поступлений в бюджетную систему Российской Федерации, распределяемых по установленным нормативам, со счетов органов Федерального казначейства.

В силу статьи 241.1 Бюджетного кодекса все операции по кассовым поступлениям в бюджет и кассовым выплатам из бюджета на едином счете бюджета проводятся и учитываются органом Федерального казначейства по кодам бюджетной классификации Российской Федерации.

Авансовые платежи в счет будущих таможенных платежей и денежные залоги в обеспечение уплаты таможенных платежей, поступившие на счета, открытые территориальным органам Федерального казначейства, предназначенные для учета поступлений и их распределения между бюджетами бюджетной системы Российской Федерации, в полном объеме подлежат зачислению в доход федерального бюджета (пункт 5 части 1 статьи 4 Федерального закона от 02.12.2019 № 380-ФЗ «О федеральном бюджете на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов»).

Таким образом, авансовые платежи в счет будущих таможенных и иных платежей уплачиваются с присвоением им соответствующего кода бюджетной классификации и учитываются как отдельный вид доходов федерального бюджета с момента их поступления на счета Федерального казначейства. То обстоятельство, что идентификация авансовых платежей применительно к исполнению обязанности по уплате тех или иных конкретных таможенных платежей производится после поступления соответствующего распоряжения об использовании авансовых платежей со стороны плательщика или по инициативе таможенного органа, не означает, что до момента распоряжения авансовыми платежами соответствующие денежные средства не находились в казне и не использовались государством при кассовом исполнении федерального бюджета.

Определенные в оспариваемых уведомлениях суммы пени рассчитаны таможенным органом без учета авансовых платежей.

Материалами дела подтверждено, что на дату начала периода за просрочки уплаты таможенных пошлин на лицевом счете общества имелись денежные средства, числящиеся как авансовые платежи, в размере, превышающем сумму доначисленных таможенных платежей по решениям таможенного органа. Данное обстоятельство таможенным органом не оспаривается.

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное правовое регулирование, пени за просрочки уплаты таможенных пошлин по оспариваемым уведомлениям не подлежали начислению.

В этой связи вывод суда первой инстанции о том, что денежные средства, уплаченные в качестве авансовых платежей, до момента их возврата являются имуществом лица, внесшего авансовые платежи, не опровергает позицию общества об отсутствии факта причинения потерь бюджету, поскольку положения пункта 4 статьи 48 Кодекса лишь признают за таможенным органом право бесспорного (внесудебного) взыскания таможенных платежей за счет внесенных авансовых платежей, а за плательщиком право требовать возврата денежных средств (неизрасходованного остатка авансовых платежей) из федерального бюджета.

Определяющим обстоятельством для начисления пеней является факт причинения потерь бюджету, который может быть доказан таможенным органом с учетом обстоятельств расходования и распоряжения плательщиком авансовыми платежами, наличия иной непогашенной задолженности по таможенным платежам, относящейся к тому же периоду.

Аналогичные разъяснения были закреплены ранее в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства».

О компенсационном характере пени дано разъяснение и в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации».

Таким образом, в отсутствие факта причинения потерь бюджету ввиду достаточности денежных средств, внесенных заявителем в качестве авансовых платежей, у таможни не имелось оснований для вынесения уведомлений от 27.06.2022, 28.06.2022, 30.06.2022 о необходимости уплаты пеней в заявленном размере.

Аналогичные выводы изложены в Определении Верховного суда Российской Федерации от 28.07.2023 по делу №306-ЭС23-3605.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решения, должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции является нарушение или неправильное применение норм материального права.

При указанных выше обстоятельствах Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для частичной отмены обжалуемого решения суда первой инстанции и принятия в указанной части нового судебного акта о признании недействительными уведомлений от 27.06.2022, 28.06.2022, 30.06.2022 в части сумм пени.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая результат рассмотрения настоящего спора, государственная пошлина по заявлению, апелляционной жалобе в соответствующей части подлежит отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 12 сентября 2023 года по делу № А33-24903/2022 отменить в части отказа в удовлетворении требований о признании недействительными уведомлений Красноярской таможни о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пени от 27.06.2022 № 10606000/У2022/0000453, 28.06.2022 № 10606000/У2022/0000468 и № 10606000/У2022/0000470, 30.06.2022                       № 10606000/У2022/0000484, № 10606000/У2022/0000486 и № 10606000/У2022/0000488.           В указанной части принять новый судебный акт.

Заявление удовлетворить частично, признать недействительными уведомления (уточнения к уведомлениям) Красноярской таможни о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пени:

- от 27.06.2022 № 10606000/У2022/0000453 в части 33 070 рублей 28 копеек пени;

- от 28.06.2022 № 10606000/У2022/0000468 в части 112 204 рублей 51 копеек пени;

- от 28.06.2022 № 10606000/У2022/0000470 в части 2437 рублей 86 копеек пени;

- от 30.06.2022 № 10606000/У2022/0000484 в части 103 184 рублей 32 копеек пени;

- от 30.06.2022 № 10606000/У2022/0000486 в части 76 192 рублей 47 копеек пени;

- от 30.06.2022 № 10606000/У2022/0000488 в части 11 514 рублей 31копеек пени.

В удовлетворении требований в оставшейся части отказать.

Решение Арбитражного суда Красноярского края от 12 сентября 2023 года в оставшейся части оставить без изменения.

Взыскать с Красноярской таможни в пользу акционерного общества «Полюс Красноярск» 21 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

 

Д.В. Юдин

Судьи:

 

А.Н. Бабенко

 

О.А. Иванцова