ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-19016/2018

05 мая 2022 года

г. Чита

Резолютивная часть постановления объявлена  04 мая 2022 года

Полный текст постановления изготовлен  05 мая 2022 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Н. И. Кайдаш, О. В. Монаковой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью транспортно-экспедиционная компания «Трансхолод» ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 10 марта 2022 года по делу № А19-19016/2018 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью транспортно-экспедиционная компания «Трансхолод» ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Сибирский транспортный терминал» о привлечении к субсидиарной ответственности,

по делу по заявлению Федеральной налоговой службы о признании общества с ограниченной ответственностью транспортно-экспедиционная компания «Трансхолод» (ИНН 

<

***>, ОГ РН 1103814001554, адрес: 66302, Иркутская область, г. Саянск, мкр. Центральный, д.2, кв. 84) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 04.05.2022 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле. 

Судом установлены следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 06.11.2018  (резолютивная часть определения объявлена 29.10.2018) в отношении ООО ТЭК «ТрансХолод» введено наблюдение, временным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО2.

Решением от 16.04.2019 (резолютивная часть 22.04.2019) должник признан банкротом, введена процедура конкурсного производства, утвержден конкурсный управляющий ФИО2.

Конкурсный управляющий ООО ТЭК «ТрансХолод» ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности, в котором просит взыскать с указанных лиц денежные средства в размере, который будет установлен после реализации имущества должника, входящего в конкурсную массу.

Определением от 18.01.2021 суд привлек в качестве соответчика  ООО «Сибирский Транспортный Терминал».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 10 марта 2022 года по делу № А19-19016/2018 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Отказано в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5.

Отменены обеспечительные меры, принятые определением от 20.06.2019  в части наложения ареста на имущество и имущественные права ФИО5.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий ООО ТЭК «Трансхолод» ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий, ссылаясь на нормы права, выражает несогласие с определением суда первой инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, указывая, что определением Арбитражного суда Иркутской области от 20.12.2017 по делу № А19-22617/2017 заявление к Межрайонной ИФНС России №14 по Иркутской области об отмене решения №09-09/616 от 27.02.2017 возвращено заявителю, что свидетельствует о формальном исполнении обязанностей руководителя должника ФИО5 по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества. 

Кроме того, по мнению конкурсного управляющего, ФИО5 был обязан обратиться в суд с заявлением о признании ООО ТЭК «ТрансХолод» банкротом 25.09.2017, так как решение №09-09/616 от 27.02.2017 Межрайонной ИФНС России №14 по Иркутской области вступило в силу до 15.03.2017.

Также конкурсный управляющий указывает, что постановлением ФНС России №07-25/17 от 30.11.2018 о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения по ч. 5 ст. 14.13 КоАП РФ. Согласно данному постановлению (вступившему в законную силу), обязанность по обращению в суд с заявлением у ФИО5 возникла 30.10.2017.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что в период руководства ФИО5 заключено соглашения о перенайме № 10712-115-001/1/2.1 от 18.04.2019 между ООО «Скания лизинг», ООО ТЭК «ТрансХолод» и ООО «Сибирский транспортный терминал», которое конкурсным управляющим было оспорено, однако денежные средства по состоянию на 17.03.2022 не возвращены в конкурсную массу должника. 

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, действиями ФИО5 причинен вред кредиторам должника на сумму 3 930 000 руб.

Также конкурсный управляющий указывает на неисполнение ФИО5 обязанности по передаче конкурсному управляющему документации бухгалтерского учета и иной документации должника, что может повлечь за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов. 

Конкурсный управляющий отмечает, что то обстоятельство, что ФИО5 являлся лишь номинальным руководителем должника, не может служить безусловным основанием для освобождения его от ответственности.

С учетом указанных обстоятельств, конкурсный управляющий просит отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 10.03.2022 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5. 

В отмененной части принять по делу новый судебный акт и признать  доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части определение Арбитражного суда Иркутской области от 10.03.2022 по делу № А19-19016/2018 оставить без изменения.

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от ФИО5, в котором он, возражая по доводам апелляционной жалобы, просит определение Арбитражного суда Иркутской области от 10.03.2022  по делу № А19-19016/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Поскольку определение суда обжаловано в части, принимая во внимание отсутствие соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции в порядке части 5 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений, приведенных в  пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»,  пересматривает определение в обжалуемой части.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции правильно определена редакция  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закона  банкротстве), подлежащая применению в настоящем деле. 

Согласно статье 4 Федерального закона "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" от 14 июня 1994 года № 5-ФЗ официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в "Парламентской газете", "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" или первое размещение (опубликование) на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru).

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) ст. 10 Закона о банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В соответствии с вышеуказанным Законом рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего закона).

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Учитывая вышеизложенное, правомерными являются выводы суда первой инстанции о том, что в настоящем деле подлежат применению положения Закона о банкротстве с учетом  изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ, в части материально-правовых оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности,  поскольку рассматриваются  действия (бездействие) ответчика, относящиеся к периодам после 01.07.2017.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов настоящего обособленного спора, с 03.11.2010 по 24.08.2017 директором ООО ТЭК «ТрансХолод» являлась ФИО4.

Учредителями ООО ТЭК «ТрансХолод» являются ФИО4 с долей участия в уставном капитале 50 % и ФИО3 с долей участия в уставном капитале 50 % .

С 25.08.2017 директором ООО ТЭК «ТрансХолод» являлся   ФИО5

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим ФИО2 приведена ссылка на обстоятельства, установленные в постановлении  следственного отдела по Октябрьскому району г. Иркутска от 11.01.2019.

В частности, из указанного постановления следует, что  фактически осуществлял финансово-хозяйственную деятельность общества соучредитель общества ФИО3, у которого также имелось право подписи.

Таким образом, функции исполнительного органа общества в период с 05.05.2014 по 21.12.2017, выполняли ФИО4 и ФИО3.

Налоговой проверкой (решение № 08-51/2 от 11.07.2018) установлен фиктивный документооборот, в результате которого обществу был начислен НДС за 2015 г. и штрафные санкции.

Определениями по делу № А19-19016/2018 от 29.10.2018  и от 11.02.2019 установлено, что на 01.01.2016 у ООО ТЭК «ТрансХолод»  имелась просроченная задолженность по налогам и сборам в размере свыше 300 000 руб. и более 3-х месяцев.

Заявитель по спору полагал, что с 01.01.2016, то есть с момента формирования бухгалтерской отчетности, для руководителя ООО ТЭК «ТрансХолод» являлось очевидным, что должник не имел возможности рассчитаться в полном объеме со своими кредиторами, и удовлетворение требований одного кредитора приводило к невозможности удовлетворения требований других кредиторов, поэтому  у руководителя должника с 01.01.2016 возникла предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве) обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом.

06.10.2017 ООО ТЭК «ТрансХолод» обращалось в суд с заявлением о признании его банкротом, однако,  13.10.2017 отказалось от своего заявления,  и суд вернул заявление ООО ТЭК «ТрансХолод».

В нарушение требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротства)», должник не обратился в суд с соответствующим заявлением.

Вместе с тем, руководитель должника не только не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и не предпринимал меры по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов.

Как считает конкурсный управляющий, выявленные налоговым органом правонарушения, указанные в решениях о привлечении к налоговой ответственности за совершение     налогового    правонарушения:     №09-09/138     от     28.03.2017,     09-09/1217 от 09.10.2017,09-09/2150 от 21.07.2017, 09-09/1211 от 09.10.2017, 09-09/1202 от 11.10.2017, 09-09/2063    от    13.07.2017,    09-09/616    от    27.02.2017,    09-09/3478    от    17.11.2017,    12-25/01/7 от 16.01.2017,09-09/4370 от 02.02.2018, 09-09/4389 от 01.02.2018, от 27.02.2017 №09-09/616; №08-51/2 от 11.07.2018 свидетельствуют о ненадлежащем исполнении ФИО4 и ФИО3 как руководителями должника возложенных на них обязанностей.

Определением арбитражного суда от 26.09.2019 установлена противоправность поведения ответчиков, наличие и размер понесенных убытков, а также причинная связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, судом взыскано в пользу ООО ТЭК «ТрансХолод» с ФИО4, ФИО3 солидарно убытки в размере 3 094 401,74 руб.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2021 по делу №А19-19018/2018 произведена замена взыскателя по определению от 26.09.2019 с должника на ФНС России. 

Конкурсным управляющим ООО ТЭК «ТрансХолод» ФИО2 были выявлены и оспорены в порядке главы III.1 Закона о банкротстве сделки, направленные на вывод активов должника, что привело к прекращению финансово-хозяйственной деятельности, и, как следствие, - невозможности удовлетворения требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции  счел доказанным конкурсным управляющим ООО ТЭК «ТрансХолод» наличие   совокупности обязательных условий, при наличии которых возможно привлечение ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (в этой части определение суда не оспаривается).

Конкурсный управляющий ООО ТЭК «ТрансХолод» просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и ответчика ФИО5. который, несмотря на то, что по состоянию на 01.01.2016 у ООО ТЭК «ТрансХолод» имелась просроченная более 3-х месяцев задолженность свыше 300 000 руб., с 25.09.2017 (спустя месяц со дня вступления в свои полномочия) не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Суд первой инстанции исходил из того, что сделки, обжалованные конкурсным управляющим, были совершены в период руководства ФИО4 и ФИО3  Иные сделки ФИО5 не совершались, а задолженность перед ФНС России образовалась в период руководства ФИО4 и ФИО3

Суд первой инстанции указал, что отсутствуют доказательства недобросовестных действий ФИО5, повлекших образование у ООО ТЭК «Трансхолод» задолженности перед ФНС России.

Учитывая указанные выше обстоятельства,  суд первой инстанции пришел  к выводу, что конкурсный управляющий  ФИО2 не обосновала и документально не подтвердила наличие совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее. 

 В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве в применимой к настоящему спору редакции  руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Как отмечено выше, процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве для привлечения руководителя должника  к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие одновременного ряда следующих условий: 

-возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и установление даты возникновения данного обстоятельства; 

-неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

-возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в пункте 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно разъяснениям, изложенным в  пункте 4  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»,  под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В силу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника.

Апелляционный суд исходит из того, что наличие задолженности перед кредитором само по себе не свидетельствует о том, что руководитель должен был незамедлительно обратиться в суд. 

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой фактических обстоятельств настоящего дела, определенной судом первой инстанции.   

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным  основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Как правильно установил суд первой инстанции, ООО ТЭК «Трансхолод» в лице директора ФИО5 06.10.2017 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 19.10.2017 заявление ООО ТЭК «Трансхолод» возвращено.

ООО ТЭК «Трансхолод» в лице директора ФИО5 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Межрайонной ИФНС России №14 по Иркутской области об отмене решения №09-09/616 от 27.02.2016. Определением арбитражного суда от 20.12.2017 заявление ООО ТЭК «Трансхолод» было возвращено заявителю.

Кроме того, в  период руководства ФИО5 была заключена 1 сделка -  соглашение о перенайме № 10712-115-001/1/2.1 от 18.04.2019  между ООО "Скания Лизинг", ООО ТЭК «ТрансХолод» и ООО "Сибирский Транспортный Терминал".

Конкурсный управляющий ООО ТЭК «ТрансХолод» ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании недействительным соглашения о перенайме № 10712-115-001/1/2.1 от 18.04.2019, заключенного между ООО "СКАНИЯ ЛИЗИНГ", ООО ТЭК «ТрансХолод» и ООО "СИБИРСКИЙ ТРАНС¬ПОРТНЫЙ ТЕРМИНАЛ", о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания в пользу должника с ООО "СИБИРСКИЙ ТРАНСПОРТНЫЙ ТЕРМИНАЛ" стоимости отчужденного транспортного в сумме 3 287 757 руб.

Определением Арбитражного суда Иркутской от 25.01.2021 № А19-19016-8/2018 заявление конкурсного управляющего ООО ТЭК «ТрансХолод» удовлетворено.

Признано недействительным соглашение о перенайме № 10712-115-001/1/2.1 от 18.04.2019, заключенное между ООО «Скания Лизинг», ООО ТЭК «ТрансХолод» и ООО «Сибирский транспортный терминал».

Взыскано с ООО «Сибирский транспортный терминал» в конкурсную массу ООО ТЭК «ТрансХолод» денежные средства в размере 3 930 000 руб.

Денежные средства по данной сделке взысканы с ответчика в конкурсную массу должника.

Иные сделки ФИО5 не совершались.

Задолженность перед ФНС России образовалась в период руководства ФИО4 и ФИО3

Таким образом, отсутствуют доказательства недобросовестных действий ФИО5, повлекших образование у ООО ТЭК "Трансхолод" задолженности перед ФНС России.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить также то, что ответственность, предусмотренная статьей 61.12 Закона о банкротстве (в применимой редакции – пунктом 2 статьи 10 Закона), устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности руководителя по обязательствам должника при банкротстве последнего и соотносится с обязанностью участника гражданского оборота действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов, как самого юридического лица (должника), так и его контрагентов и направлена на исключение ситуации по наращиванию не исполненных обязательств, увеличению кредиторской задолженности, возникшей в связи с невозможностью продолжения дальнейшей деятельности юридического лица.

Суд апелляционной инстанции полагает, что в материалы дела представлены доказательства того, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве.

На основании части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

 По мнению суда апелляционной инстанции, заявителем по спору  не представлено доказательств того, что  ответчик  ФИО5  при наличии признаков злоупотребления правом не исполнил обязанность по подаче заявления о признании общества банкротом.

Кроме того, не установлено обстоятельств, связанных с совершением им каких-либо действий,  приведших должника к наличию признаков несостоятельности (банкротства). 

Удовлетворение требований к ФИО5  в том виде, в котором они заявлены, означало бы возложение на него ответственности за совершение действий по образованию задолженности перед ФНС России, которая образовалась в период руководства ФИО4 и ФИО3, а также за совершение ими сделок, приведших к неплатежеспособности должника, и это означало бы для него объективное вменение, что не допускается положениями Закона о банкротстве и общими условиями о деликтной ответственности. 

В предмет исследования по настоящему обособленному спору должны быть включены следующие обстоятельства:

- наличие признаков неплатежеспособности должника и (или) недостаточности его имущества,

- дата возникновения вышеназванных признаков,

- размер субсидиарной ответственности;

-наличие экономически обоснованного плана, позволяющего преодолеть временные финансовые затруднения (если на этом настаивает ответчик). 

Доказательств наличия всей совокупности указанных условий, достаточных для возложения на ФИО5 субсидиарной ответственности, не представлено, из чего правильно исходил суд первой инстанции.  

Само по себе наличие задолженности, не погашенной обществом, не может служить бесспорным доказательством вины ответчика ФИО5 в усугублении финансового положения организации и безусловным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности. 

Довод о том, что ФИО5  назначено административное наказание по делу об административном правонарушении, и что  ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения по ч. 5 ст. 14.13 КоАП РФ, не является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности ввиду отсутствия всей совокупности перечисленных выше условий.   

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, подтверждающих недобросовестность либо неразумность действий ответчика ФИО5, в частности, доказательств того, что у общества имелись активы, которыми именно указанный ответчик  распорядился  в ущерб интересам общества или его кредиторов, о совершении ответчиками действий по намеренному сокрытию имущества, или созданию условий для невозможности осуществления расчетов с кредиторами общества, введению последних в заблуждение, о заключении сделок, подлежащих оспариванию, в материалы дела не представлено, из чего правильно исходил суд первой инстанции.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26 октября 2002 года (далее – Закона о банкротстве) с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 

-документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2);

-документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об организации бухгалтерского учета (пункты 1-3 статьи 7, статья 29 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". 

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 N 306-ЭС19-2986 по делу N А65-27205/2017, в отношении исполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества должника специальное средство защиты, предусмотренное пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, может быть использовано арбитражным управляющим в ситуации, когда бывший руководитель должника уклоняется (отказывается) от участия в приемке-передаче имущества, владение которыми должник не утратил.

Анализ указанных положений законодательства позволяет прийти к выводу о том, что именно предшествующий конкурсному управляющему руководитель должника обязан передать документы вновь назначенному конкурсному управляющему. 

Однако, материалы дела не содержат сведений о том, что фактически какая-либо документация находится или находилась когда-либо у ответчика ФИО5, исходя из установленных выше обстоятельств фактического руководства обществом другими ответчиками. 

В этой связи судом первой инстанции принят законный и обоснованный судебный акт. Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции в обжалуемой части подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 10 марта 2022 года по делу № А19-19016/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяН.А. Корзова

СудьиН.И. Кайдаш

О.В. Монакова