ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

15.11.2021

 

Дело № А40-209061/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 ноября 2021 года  

Полный текст постановления изготовлен 15 ноября 2021 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: В.Л. Перуновой, Н.А. Кручининой, 

при участии в заседании: 

от общества с ограниченной ответственностью «КБ Инвест» - ФИО1, по доверенности от 08.11.2021, срок до 31.12.2022,

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 21.07.2020, срок 3 года,

рассмотрев 10.11.2021 в судебном заседании кассационную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «КБ Инвест»

на постановление от 02.09.2021 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании недействительными сделками Договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 13.08.2016 и соглашение об отступном от 04.07.2017, между должником и ФИО2, применении последствий недействительности сделок, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, 

установил:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2019 в отношении Мошиашвили Рахел Михайловны введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должником утверждена Дисюк Т.А.

Финансовый управляющий должником обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделками Договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 13.08.2016, заключенного между должником и Илизировым Эрвином Равиноевичем (далее - ответчик), соглашение об отступном от 04.07.2017, заключенного между должником и ответчиком, и применении последствий их недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2021 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Хромихина  Галина Михайловна.

Арбитражный суд города Москвы определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2021 № А40-209061/19 признал недействительными сделками договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 13.08.2016, между должником Мошиашвили Рахел Михайловной и Илизировым Эрвином Равиноевичем и соглашение об отступном от 04.07.2017, между должником Мошиашвили Рахел Михайловной и Илизировым Эрвином Равиноевичем; применил последствия недействительности в виде обязания Илизирова Эрвина Равиноевича возвратить в конкурсную должника Мошиашвили Рахел Михайловны денежные средства в размере 60 917 174 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2021 отменено, отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего Мошиашвили Рахел Михайловны Дисюк Т.А.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «КБ Инвест» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2021 отменить и оставить в силе определение Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2021. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому Илизиров Э.Р. возражает против доводов кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ООО «КБ Инвест» доводы кассационной жалобы поддержал в полом объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель Илизирова Э.Р. возражал против доводов кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

            Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие фактические обстоятельства.

13.08.2016 Мошиашвили Р.М. (залогодателем) и Илизировым Э.Р. (залогодержателем) заключен договор об ипотеке, которым предусматривалась передача квартиры 26 по адресу Москва, ул. Тверская-Ямская 2-я, д. 26 в обеспечение заемных обязательств Тетро Давида Семеновича перед Илизировым Э.Р.

13.09.2016 Илизиров Э.Р. (займодавец) предоставил Тетро Д.С. (заемщик) денежные средства в размере 937 404 долларов США по договору займа на срок до 01.12.2016 под 18% годовых.

04.10.2016 зарегистрирована ипотека в отношении квартиры в пользу Илизирова Э.Р.  01.12.2016 наступила дата исполнения обязательств Тетро Д.С. перед Илизировым Э.Р. на основании Договора займа, однако обязательства заемщика к указанной дате исполнены не были.

04.07.2017 между Мошиашвили Р.М. и Илизировым Э.Р.  с согласия Тетро Д.С. заключено соглашение об отступном, по условиям которого передача квартиры в собственность займодавца прекращает обязательства заемщика по Договору займа.

Финансовый управляющий указывал, что Договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 13.08.2016, заключенный между должником Мошиашвили Р.М. и Илизировым Э.Р., и соглашение об отступном от 04.07.2017, заключенное между должником Мошиашвили Р.М. и Илизировым Э.Р., отвечают признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве),  статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, признавая спорные сделки недействительными, исходил из того, что спорные сделки совершены со злоупотреблением правами. Так суд первой инстанции исходил из того, что Мошиашвили Р.М. передала в залог принадлежащую ей квартиру в обеспечение обязательств Тетро Д.С. перед Илизировым Э.Р. по Договору займа от 13.09.2016.  При этом на момент обременения имущества должника в обеспечение обязательств Тетро Д.С. последний уже отвечал признакам неплатежеспособности. Ипотека в отношении квартиры по спорному договору зарегистрирована в пользу Илизирова Э.Р. 04.10.2016, а уже 10.10.2016 в Арбитражный суд города Москвы подано заявление о признании Тетро Д.С. несостоятельным (банкротом) (дело № A40-205675/16).Таким образом, Тетро Д.С., являясь неплатежеспособным и заключая с Илизировым Э.Р. Договор займа,  по которому он обязался через два месяца возвратить крупную сумму денег (937 404, 00 долларов США), не мог не осознавать невозможность исполнения указанных обязательств и, соответственно, понимал, что долг будет погашен за счет предоставленного в залог имущества. Мошиашвили Р.М. является матерью Тетро Д.С., а значит в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве ее осведомленность о неплатёжеспособности сына презюмируется.  Следовательно, Мошиашвили Р.М., заключая Договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 13.08.2016 в условиях неплатёжеспособности Тетро Д.С., понимала, что требования Илизирова Э.Р. будут удовлетворены за счет заложенного имущества. При этом на момент заключения Договора об ипотеке (залоге недвижимости) от 13.08.2016 Мошиашвили Р.М. уже приняла на себя обязательства по договору поручительства № 05/15-115 от 05.02.2015, заключенному с ООО РНКО «ИСБ» в обеспечение обязательств ООО «Агро-Транс» по договору кредитования № 05-15-КЮ, в рамках которого названному обществу был предоставлен кредит на сумму 90 млн. рублей. Мошиашвили Р.М., зная о наличии у нее обязательств перед ООО РНКО «ИСБ», которые возникли с момента подписания ею договора поручительства и исполнение которых Банк мог потребовать, заключила в отсутствие какого-либо положительного экономического эффекта для себя сделки по обременению своего имущества в счет долгов сына, отвечающего уже признакам неплатежеспособности, а впоследствии и по передачи этого имущества  Илизирову Э.Р.

Указанное обстоятельство, по мнению суда первой инстанции,  свидетельствует о злоупотреблении Мошиашвили Р.М. своими  правами.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, указав, что суд первой инстанции не учел то, что в соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В соответствии с пунктом 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным - ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В рамках настоящего обособленного спора суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Одновременно суд первой инстанции пришел к выводу, что заключение договора об установлении ипотеки (залоге недвижимости) в отношении квартиры должника, совершено со злоупотреблением правами со стороны должника, так как данные сделки заключены в период неплатежеспособности основного заемщика - Тетро Д.С., являющегося аффилированным по отношению к должнику лицом, и в результате ее совершения Должник фактически не получил какой-либо экономической выгоды.

Однако суд апелляционной инстанции исходил  из того, что в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» указано, что если будет установлено, что должник представил заведомо недостоверные сведения, либо совершает действия, направленные на сокрытие имущества, его незаконную передачу третьим лицам, абзац седьмой пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве не подлежит применению даже при наличии у должника доходов, позволяющих погасить задолженность в непродолжительный период времени, поскольку указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении должником действий, направленных на уклонение от погашения имеющейся у него задолженности (статья 10 ГК РФ).

Таким образом, согласно указанной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации действия должника по представлению заведомо недостоверных сведений, либо направленные на сокрытие имущества, его незаконную передачу третьим лицам должны квалифицироваться как недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, данных в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В то же время, заключение сделки с неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из разъяснений, изложенных в пункте 8 Постановления № 63 судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Суды верно отметили, что как Договор ипотеки, так и соглашение об отступном не предусматривают какой-либо экономической выгоды для должника.

Одновременно суд апелляционной инстанции признал обоснованными доводы ответчика, что в результате совершения сделки  размер конкурсной массы должника не изменился и не мог быть уменьшен в силу следующих причин.

Так в результате заключения Договора об ипотеке должником передана квартира по адресу Москва, ул. Тверская-Ямская 2-я, д. 26, а указанное жилое помещение являлось и является единственным жильем должника, что подтверждается выпиской из ЕГРН, (том 1 лист дела 4).

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определен перечень имущества, на которое не может быть обращено взыскание и которое не подлежит включению в состав конкурсной массы должника.

К числу такого имущества относятся в том числе: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением названного здесь имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание; земельные участки, на которых расположены объекты, указанные в пункте 1 данного перечня, за исключением названного здесь имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Согласно разъяснениям, приведенным в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О, положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 2 резолютивной части постановления от 14.05.2012 № 11-П указал, что исполнительский иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

Согласно абзацу 4 пункта 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П положение абзаца 2 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающее запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания, во взаимосвязи со статьей 24 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет гражданину должнику имущественный (исполнительский) иммунитет,  с тем чтобы - исходя из общего предназначения данного правового института -гарантировать указанным лицам условия, необходимые для их нормального существования. Существование института исполнительского иммунитета связано не с произвольным расширением прав должников в ущерб законным имущественным интересам их кредиторов, рассчитывающих на надлежащее исполнение обязательств, но с необходимостью государства обеспечить должникам- гражданам те минимальные гарантии, без существования которых ставится под угрозу право этих лиц на достоинство личности.

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" при рассмотрении дел о банкротстве граждан суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

В абзаце 2 пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" разъяснено, что исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации); при наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П  указаны разъяснения об условиях, на которых может быть ограничен исполнительский иммунитет единственного жилья.

В рамках настоящего обособленного спора судом апелляционной инстанции установлено, что ни конкурсными кредиторами, ни финансовым управляющим должником не было представлено надлежащих доказательств свидетельствующих о том, что на спорную квартиру, отчужденную в пользу ответчика,  не распространяется  исполнительский иммунитет. Доводов о роскошности спорного жилого помещения также никем не заявлялось.

Утверждение суда первой инстанции о том, что исполнительский иммунитет в принципе может быть ограничен не равнозначно утверждению о том, что в рамках данного обособленного спора имеются в наличии условия для такого ограничения.

Наличие таких обстоятельств должно было доказываться управляющим по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, в том случае, если спорные сделки не были бы заключены, принадлежавшая должнику квартира в любо случае не подлежала включению в конкурсную массу.

В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен имущественный вред правам кредиторов, так как объем конкурсной массы в результате из совершения остался неизменным.

При этом суд апелляционной инстанции также признал не обоснованным вывод суда первой инстанции о наличии признаков злоупотребления правами со стороны ответчика.

Так, указывая на злоупотребление правом со стороны Илизирова Э.Р., суд первой инстанции указал, что ответчик мог сделать вывод о неплатежеспособности Тетро Д.С. на момент выдачи займа из имеющихся в открытом доступе судебных актов о взыскании этой задолженности, целью выдачи займа не могло являться обращение взыскания на предмет залога или получение его в согласованном сторонами порядке в форме отступного.

В то же время, судом апелляционной инстанции установлено, что на момент выдачи займа (13.09.2016) отсутствовали судебные акты о взыскании с Тетро Д.С. денежных средств в открытом доступе не публиковалось, имелась лишь информация о предъявлении исков.

При этом само по себе то обстоятельство, что в рассматриваемый период к должнику были предъявлены требования третьими лицами, не является безусловным доказательством признаков неплатежеспособности, поскольку предъявление требований в исковом порядке еще не означает недостаточность средств для погашения таких требований.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что ответчиком представлены надлежащие доказательства как возможности предоставления займа, так и его фактического предоставления. Кроме того, факт фактической выдачи займа подтверждается и согласием Тетро Д.С. на передачу имущества в качестве отступного. 

При этом суд апелляционной инстанции также установил, что суд первой инстанции не констатировал ничтожности Договора займа по безденежности, а финансовый управляющий не заявлял таких требований. Кроме того, финансовый управляющий Тетро Д.С, являющийся участником настоящего обособленного спора, также не указал на какие-либо пороки Договора займа.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-3017-3098(2) по делу №А40-140251/2013 заключение в период наличия дела о банкротстве залогодателя соглашения об отступном в отношении заложенного имущества не было квалифицировано как недобросовестное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В рамках настоящего обособленного спора суд апелляционной инстанции установив, что имущественный вред правам кредиторов должника не был причинен, а, следовательно, стороны сделок не преследовали иных интересов, кроме обеспечения исполнения обязательств третьего лица перед ответчиком, являющегося займодавцем, пришел к выводу, что при вынесении обжалуемого определения Арбитражным судом города Москвы были неправильно применены нормы материального права, и выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем отменил определение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении заявленных требований. 

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установил все существенные для дела обстоятельства, которым дал надлежащую правовую оценку и пришел к правильным выводам .

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы апелляционного суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в том числе и 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы направлены на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2021 по  делу №А40-209061/19 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: В.Л. Перунова  

                                                                  Н.А. Кручинина