АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-30916/2019

г. Краснодар

21 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 года. 

Постановление в полном объеме изготовлено 21 февраля 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Илюшникова С.М. и Соловьева Е.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Витютневой Е.Д., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем видео-конференц-связи с Арбитражным судом Ростовской области, а также веб-конференции, ФИО1 – лично (паспорт) и ее представителя  ФИО2 (доверенность от 04.08.2021), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 04.12.2020), от Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области – ФИО5 (доверенность от 22.07.2021; онлайн), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 по делу № А53-30916/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Клининг Юг» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО6 (конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автотранспортного средства от 19.04.2019, заключенного должником и ФИО1 (далее – договор), применении последствий недействительности сделки в виде возложения обязанности на ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство Фиат Дукато грузовой фургон, VIN 

<

***>, номер двигателя 2253885, белого цвета, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***> (далее – автомобиль, транспортное средство).

Определением суда от 21.01.2021 к участию в рассмотрении обособленного спора привлечен единственный участник должника ФИО3 

Определением суда от 23.05.2021 в удовлетворении ходатайства ФИО3 о назначении экспертизы отказано. Договор признан недействительным, применены последствия признания сделки недействительной. Суд обязал ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство.

Определением от 05.10.2021 апелляционный суд перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – Кодекс) для рассмотрения дела в суде первой инстанции, установив нарушение правил извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания.

Конкурсный управляющий в порядке статьи 49 Кодекса уточнил заявленные требования, просил признать оспариваемый договор недействительным и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания со ФИО1 в конкурсную массу должника стоимости автомобиля в сумме 1254 тыс. рублей.

Постановлением апелляционного суда от 08.12.2021 определение суда от 23.05.2021 отменено. Договор признан недействительным, применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания со ФИО1 в конкурсную массу должника 1254 тыс. рублей. Суд пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение. По мнению подателя жалобы, апелляционный суд нарушил нормы материального и процессуального права. Применяя последствия недействительности сделки, суд не исследовал и не оценивал обстоятельства, связанные с участием автомобиля в ДТП, не исследовал материалы административного дела по ДТП. Суд не произвел надлежащие действия по определению действительной стоимости встречного исполнения, необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы. Суд неправомерно не принял во внимание выводы о рыночной стоимости транспортного средства с учетом его повреждений, содержащиеся в экспертном заключении от 19.04.2019 № 222-04-2019. По мнению подателя жалобы, рыночная стоимость имущества существенно не превышает фактическую цену реализации имущества в два или более раза, в связи с чем отсутствуют основания полагать, что стоимость спорного автотранспортного средства занижена, что свидетельствует об отсутствии доказательств наличия неравноценного встречного предоставления со стороны ответчика. Заявитель указывает, при заключении договора купли-продажи стороны в порядке статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) определили цену продажи автомобиля, имеющего физический износ, по согласованной цене, стоимостью 200 тыс. рублей. ФИО1 была осведомлена о техническом состоянии автомобиля и выразила согласие на приобретение последнего за согласованную сумму с учетом необходимости выполнения восстановительного ремонта. При этом ФИО1 не входила в исполнительный или иной орган управления должника, не имела возможность определять действия должника, заинтересованность сторон не установлена; факт совершения оспариваемой сделки с противоправной целью – причинения вреда кредиторам должника заявителем не доказан. По мнению заявителя, ссылка на то, что ФИО1 является заинтересованным лицом и не могла не знать о финансовом состоянии должника, является несостоятельной, поскольку должность менеджера ежедневной уборки не относится непосредственно к руководящим должностям общества; доказательств, безусловно свидетельствующих о совершении должником и ответчиком недобросовестных согласованных действий, направленных на вывод активов должника в материалы дела не представлены. Податель жалобы указывает, что ФИО1, уволившаяся из организации-должника 28.09.2017, т. е. за 2 года до заключения спорной сделки, не могла знать о признаке неплатежеспособности последнего; оспариваемая сделка не повлекла банкротства должника, поскольку неплатежеспособность организации возникла ранее. Заявитель обращает внимание на то, что условия договора купли-продажи спорного автомобиля не предусматривают такую форму расчетов как перечисление ФИО1 денежных средств на банковский счет должника, оплата производилась путем внесения покупателем наличных денежных средств в кассу продавца; конкурсный управляющий не принял мер по представлению бухгалтерской документации должника, подтверждающей поступление денежных средств от продажи автомобиля. Податель жалобы считает, что наличие предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) условий, позволяющих презюмировать совершение неравноценной сделки, не доказано.

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган просит постановление апелляционного суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО3 поддержал кассационную жалобу ответчика, представитель уполномоченного органа на доводы кассационной жалобы возражал.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что постановление апелляционного суда надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 03.06.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6 Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 11.06.2020 № 103(6824). 

Суды установили, что 19.04.2019 должник (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключили договор купли-продажи автотранспортного средства, по условиям которого должник продал ФИО1 транспортное средство ФИАТ ДУКАТО грузовой фургон, VIN 

<

***>, номер двигателя 2253885, белого цвета, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>. Стоимость транспортного средства составила 200 тыс. рублей (пункт 2 договора).

Полагая, что сделка совершена должником по заниженной стоимости, без встречного предоставления в ущерб интересам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, апелляционный суд руководствовался статьями 64, 65, 71, 82, 223 Кодекса, статьями 2, 19, 32, 61.1, 61.2, 61.6 Закона о банкротстве, статьями 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса, разъяснениями постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Суд установил, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением суда от 24.09.2019, оспариваемая сделка осуществлена 19.04.2019, т. е. в период подозрительности, установленный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом). Данное обстоятельство свидетельствует о наличии одного из необходимых условий, которое позволяет оспаривать сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд установил, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника в реестр кредиторов должника включены требования следующих кредиторов: Федеральной налоговой службы в лице Управления ФНС России по Ростовской области, ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт», ООО «ЛукойлЦентрнефтепродукт», ООО «ОТИС лифт».

Суд оценил фактические обстоятельства спора и представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Кодекса и сделал вывод о том, что материалами дела подтверждается, что в результате совершения указанной сделки причинен вред имущественным правам кредиторов. Должник произвел отчуждение имущества в предвидении процедуры несостоятельности (банкротства), за пять месяцев до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, выразившимся в уменьшении возможности удовлетворения требований за счет реализации имущества должника, невозможности обращения на него взыскания. 

Кроме того, апелляционный суд пришел к выводу о том, что сделка по договору купли-продажи автомобиля от 19.04.2019 совершена при условии неравноценности встречного предоставления другой стороной сделки, поскольку стоимость автомобиля явно занижена и не соответствует рыночным условиям совершения аналогичных сделок.

Суд установил, что в соответствии с условиями договора от 19.04.2019 цена отчужденного автомобиля составляет 200 тыс. рублей. В суде первой инстанции каких-либо доказательств оплаты по сделке в материалы дела не представлено, в суде апелляционной инстанции ФИО1 в качестве подтверждения оплаты за спорный автомобиль представила в материалы дела копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 04.06.2019 № 35 на сумму 200 тыс. рублей, с основанием платежа «Договор купли-продажи автомобиля Фиат Дукато». 

Конкурсный управляющий привел мотивированные доводы об отсутствии подтверждения факта перечисления денежных средств должнику, отсутствии поступления оплаты в кассу должника и на его расчетный счет. 

Суд оценил фактические обстоятельства спора и представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Кодекса и сделал вывод о том, что из имеющихся у конкурсного управляющего документов должника невозможно доподлинно определить факт совершения сделки купли-продажи от 19.04.2019 между должником и ФИО1 в отношении спорного транспортного средства, а также факт оплаты по нему.

Суд апелляционной инстанции рассмотрел и правомерно признал необоснованными доводы заявителя о том, что конкурный управляющий не принял должные меры для приема имущества должника с целью установления оплаты по сделке. Суд установил, что ФИО3 – учредитель должника передал конкурсному управляющему часть документов должника, указанных в описях от 01.09.2020 (получены 08.09.2020) и от 15.02.2020 (на требование о передаче бухгалтерской и иной документации должника от 10.06.2020). Фактически конкурсному управляющему от бывшего руководителя или учредителя должника не передавались информация о сделках по отчуждению имущества организации за последние три года в виде справки с указанием имущества, контрагента, цены реализации, а в числе переданных договоров, заключенных должником отсутствует спорный договор купли-продажи от 19.04.2019 транспортного средства и документы, подтверждающие оплату по нему; бухгалтерская (финансовая) отчетность предоставлена конкурсному управляющему частично, в которой отсутствует расшифровка бухгалтерского баланса. Конкурсный управляющий пояснил, что в числе переданных ему документов имеется книга продаж за 2019 год в виде копии, которая не удостоверена (не заверена) каким-либо способом, в ней отсутствуют подписи работников должника, что не может свидетельствовать о её достоверности. Указанное свидетельствует о необоснованности доводов ФИО1 об активных действиях бывшего руководителя по передаче имеющихся документов должника конкурсному управляющему.

Суд апелляционной инстанции не принял в качестве доказательств оплаты по спорному договору представленную ФИО1 копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 04.06.2019 № 35 на основании следующего. Суд установил, что руководителем должника конкурсному управляющему какие-либо документы должника не передавались, в том числе не передана кассовая книга должника, а также кассовая книга должника не передавалась конкурсному управляющему учредителем должника или иными лицами. Апелляционный суд правомерно исходил из того, что квитанция к приходному кассовому ордеру при отсутствии журнала приходных кассовых документов и иных бухгалтерских документов за соответствующий период, отражающих движение денежных средств по кассе, не может быть надлежащим доказательством по делу, и достоверно не свидетельствует об оплате, поскольку сама по себе не подтверждает факт передачи денежных средств должнику от ФИО1 У конкурсного управляющего, а также в материалах дела отсутствуют доказательства внесения денежных средств, якобы полученных должником по оспариваемому договору наличными денежными средствами, в кассу и на банковские счета должника. В материалы данного обособленного спора не представлены сведения, объективно подтверждающие, что передача денежных средств от ФИО1 отражена в бухгалтерском и налоговом учете должника. Суд сделал вывод о том, что представленная в материалы дела копия квитанции к приходному кассовому ордеру от 04.06.2019 № 35 на сумму 200 тыс. рублей не является надлежащим доказательством оплаты по оспоренной сделке. В указанной квитанции не указаны реквизиты сторон, номер и дата заключенного договора. Из основания платежа по квитанции «Договор купли-продажи автомобиля Фиат Дукато» не предоставляется возможным однозначно установить отнесение указанной оплаты в размере 200 тыс. рублей именно к договору купли-продажи автотранспортного средства от 19.04.2019. Кроме того, ответчик не представил доказательства наличия финансовой возможности оплатить указанную в договоре сумму, учитывая его официальный доход за три года и расходы на проживание.

 Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что оспариваемая сделка совершена 19.04.2019, транспортное средство перепродано ФИО1 ФИО7 на основании договора от 24.04.2019 (через пять дней), в то время как квитанция, представленная ответчиком в качестве доказательств оплаты по спорному договору, датирована 04.06.2019, то есть по истечении более 1,5 месяцев с даты заключения оспариваемого договора (19.04.2019) и даты перепродажи ответчиком автомобиля (24.04.2019).

Действия по заключению сделки могут быть признаны злоупотреблением правом, если будет установлено, что такая сделка направлена исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц. При этом исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной, исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота. 

Учитывая, что на дату перехода права собственности у должника имелись денежные обязательства перед кредиторами на значительную сумму, подтвержденные определениями суда, отчуждение в этот же период любого ликвидного имущества, при отсутствии доказательств фактической возмездности сделки с достаточной степенью очевидности указывает на цели уменьшения конкурсной массы, предотвращение обращения взыскания на имущество со стороны кредиторов, что неопровержимо свидетельствует о наличии факта злоупотребления правом стороной сделки. 

Оформление оплаты по сделкам, заемных отношений через передачу наличных денег в деле о банкротстве подлежит критической оценке. Такие доказательства передачи займа, оплаты за имущество по сделке являются недостаточными в контексте банкротства. На то, что вместо используемого в обычных гражданских спорах стандарта доказывания ("разумная степень достоверности") при установлении требований в реестре требований кредиторов при банкротстве должника используется повышенный стандарт доказывания ("ясные и убедительные доказательства"), или еще более высокий стандарт доказывания – "вне разумных сомнений" (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533).

При таких обстоятельствах апелляционный суд правомерно указал на то, что довод ФИО1 о том, что расчет с должником произведен в полном объеме, не подтвержден документально, поскольку ни должником, ни ФИО1 документы, подтверждающие данное обстоятельство, не представлены.

ФИО1 в качестве подтверждения довода о том, что оспариваемая сделка совершена на условиях рыночной стоимости представила в материалы дела экспертное заключение от 19.04.2019 № 222-04-2019, согласно которому среднерыночная цена спорного транспортного средства составляет 1 387 760 рублей. Эксперт указал, что на транспортном средстве имеются механические повреждения, ремонт которых составляет 1 180 866 рублей. Таким образом, по мнению эксперта, рыночная стоимость транспортного средства с учетом вычета стоимости восстановительного ремонта составляет (округленно) 207 тыс. рублей. 

Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что в спорном договоре не указаны недостатки транспортного средства, столь значительно снижающие его стоимость.

Учитывая, что эксперт в своем заключении от 19.04.2019 № 222-04-2019 определил, что имеются механические повреждения, ремонт которых составляет 1 180 866 рублей, суд апелляционной инстанции неоднократно определениями от 10.09.2021, 05.10.2021, 28.10.2021 предлагал ФИО1 документально обосновать доводы жалобы о том, что автомобиль, являющийся предметом оспаривания сделки, неоднократно участвовал в ДТП, представить соответствующие материалы административного дела, подтверждающие довод о многочисленных повреждениях автомобиля, доказательства устранения механических повреждений спорного транспортного средства; дополнительно документально обосновать соответствие цены сделки рыночной стоимости автомобиля. ФИО1 требование суда не исполнила, доказательств в подтверждении своих доводов не представила. 

Суд апелляционной инстанции учел, что в оспариваемом договоре не указано на наличие каких-либо дефектов и то, что автомобиль не отвечает требованиям, предъявляемым к автомобилям такой марки при их эксплуатации. Вопреки доводам ФИО1 каких-либо доказательств, опровергающих техническое состояние автомобиля, ответчик не представил.

Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Кодекса представленные в дело доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц, апелляционный суд пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка заключена по явно заниженной стоимости, нарушает интересы собственника, который недополучает денежные средства за продажу своего имущества, а также его кредиторов, которые в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника, на удовлетворение своих требований, что свидетельствует о фактической убыточности оспариваемой сделки и причинении ущерба кредиторам. С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания договора от 19.04.2019 недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что сделка совершена между заинтересованными и фактически аффилированными лицами. По информации, представленной учредителем ФИО3, ФИО1 работала у должника в должности менеджера в 2015, 2016 годах и до 29.09.2017, что подтверждается справкой, выданной от имени директора должника ФИО3 от 29.09.2017.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и предполагается, что ответчик знал об этой цели. Обратное не доказано.

Сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в интересах заинтересованного лица (заключена между работодателем и бывшим работником), в период неплатежеспособности должника, а также при неравноценном встречном исполнении.

Поскольку отчуждение актива должника по существенно заниженной стоимости не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса, и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли, апелляционный суд указал на то, что заключение сделки между заинтересованными лицами, в результате которой произошло необоснованное уменьшение активов должника, не может быть признано добросовестным поведением в силу положений статьи 10 Гражданского кодекса. Приобретение ФИО1 в отсутствие доказательств наличия недостатков автомобиля по очевидно заниженной цене свидетельствует о том, что стороны сделки не руководствовались интересами должника и преследовали цель вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь,не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности приобретения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых организация за низкую цену продает автомобиль. Он не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации автомобиля.

Рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле лиц, проанализировав представленные в материалы дела документы, установив, что автомобиль без замечаний и возражений в отношении технического состояния транспортного средства реализован должником по договору купли-продажи от 19.04.2019 по цене 200 тыс. рублей, что с учетом года выпуска автомобиля и объявлений о продаже аналогичных автомобилей, размещенных на сайтах в сети Интернет, ниже его рыночной стоимости, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что стоимость транспортного средства, определенная сторонами оспариваемой сделки в размере 200 тыс. рублей, не соответствует рыночной цене имущества, соответственно, нарушает интересы должника и его кредиторов. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о том, что рыночная стоимость переданного должником ответчику транспортного средства существенно превышает стоимость, указанную в оспариваемом договоре. При этом встречного денежного исполнения от покупателя должник не получил. Доказательств обратного ответчик не представил.

Отчуждение имущества по заниженной цене возлагает на добросовестных участников гражданского оборота особые требования к осмотрительности, а, следовательно, ответчик, приобретая у должника автомобиль, должен был предпринять все необходимые действия, направленные на установление причин отчуждения. 

Стороны договора, действуя разумно и проявляя требующуюся осмотрительность, должны были и могли получить необходимую информацию о среднерыночных ценах на аналогичные автомобили, следовательно, должны были быть осведомлены о действительной рыночной стоимости транспортного средства. 

Апелляционный суд исходил из совокупности представленных доказательств, учитывая, что в рамках реализации принципа состязательности процесса стороны осуществляют свои процессуальные права своей волей и в своем интересе, следствием чего является риск наступления для них негативных последствий от использования либо неиспользования принадлежащих им прав. 

Свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам, не являющимся участниками рассматриваемых договорных отношений. 

Участники договора свободны в волеизъявлении и купля-продажа товаров по цене ниже рыночной является их правом. Вместе с тем, когда деятельность контрагента регулируется законодательством о банкротстве, затрагиваются права не только самого должника, но и его кредиторов, поэтому вся хозяйственная деятельность должника должна быть подчинена необходимости сохранения конкурсной массы и соблюдения прав кредиторов должника. 

Судебной практикой выработан подход, согласно которому приобретение имущества по многократно, очевидно заниженной стоимости не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник по явно заниженной цене продает автомобиль. Он не мог не осознавать, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворениеих требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества. В определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.07.2015 № 310-ЭС15-7328 по делу № А35-2362/2013 также закреплена правовая позиция о том, что приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на недобросовестность приобретателя. 

Занижение цены продаваемого имущества в несколько раз при отсутствии отвечающих требованиям разумности объяснений отчуждения имущества по такой цене для любого разумного участника оборота должно свидетельствовать о том, что цели, преследуемые совершаемой сделкой, являются явно недобросовестными; продажа по такой цене не может являться действительной экономической целью совершения сделки для продавца. Поведение покупателя, согласившегося на приобретение имущества в таких условиях, не отвечает требованию осмотрительности и добросовестности. 

В нарушение приведенных норм права ФИО1 не представила доказательства, опровергающие правомерность заявленных конкурсным управляющим должника требований.

Суд апелляционной инстанции оценил фактические обстоятельства спора и представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Кодекса и сделал вывод о том, что указанная сделка совершена с целью вывода имущества (активов) должника в пользу взаимозависимого лица при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами в значительном размере, что свидетельствует о наличии оснований для признания сделки от 19.04.2019 недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Применяя последствия признания оспариваемой сделки недействительной, апелляционный суд учел, согласно данным, представленным МРЭО ГИБДД ГУ МВД России от 05.11.2021, в настоящее время владельцем спорного транспортного средства является ФИО7 Учитывая, что спорное транспортное средство выбыло из владения ответчика, его возврат транспортного средства в конкурсную массу должника невозможен, в связи с чем подлежит возмещению его стоимость. Конкурсный управляющий представил суду доказательства стоимости аналогов автомобиля марки Фиат Дукато, грузовой фургон, 2015 года выпуска, которая колеблется в диапазоне цен от 850 до 1870 тыс. рублей (рассмотрено 6 аналогов), следовательно, размер средней рыночной стоимости автомобиля составляет 1254 тыс. рублей. Поскольку ответчик не представил доказательств оплаты стоимости спорного транспортного средства в размере 200 тыс. рублей, в данном случае суд апелляционной инстанции правомерно не применил двустороннюю реституцию.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд правомерно удовлетворил заявленные требования.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Доводы подателя кассационной жалобы о том, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости автомобиля на дату продажи, подлежат отклонению в связи со следующим. 

Заключение экспертизы представляет собой один из видов доказательств по делу (часть 2 статьи 64 Кодекса) и оценивается арбитражным судом наряду с другими представленными сторонами доказательствами по правилам, установленным статьей 71 данного Кодекса. В соответствии с частью 1 статьи 82 Кодекса вопрос о назначении экспертизы отнесен на усмотрение арбитражного суда и разрешается в зависимости от необходимости разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. Назначение экспертизы является способом получения доказательств по делу и направлено на всестороннее, полное и объективное его рассмотрение, находятся в компетенции суда, разрешающего дело по существу. При этом вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств. В связи с этим, определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований. Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 09.03.2011 № 13765/10 по делу № А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы. В соответствии с положениями статьи 82 Кодекса арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих вопросов, требующих специальных знаний. Целесообразность проведения экспертизы определяет суд. По смыслу названных норм суд может отказать в назначении экспертизы, если у него исходя из оценки уже имеющихся в деле доказательств сложилось убеждение, что имеющиеся доказательства в достаточной мере подтверждают или опровергают то или иное обстоятельство. 

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции не установил оснований для проведения судебной оценочной экспертизы, поскольку дело может быть рассмотрено по имеющимся в материалах дела доказательствам. 

Вопрос о назначении судебной экспертизы относится к исключительной прерогативе суда и разрешается в каждом отдельном случае судом самостоятельно. 

Признав, что основания для назначения экспертизы отсутствуют и проведение ее нецелесообразно, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы. При этом, отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы, апелляционный суд принял во внимание, что на момент рассмотрения данного обособленного спора факт экспертного осмотра автомобиля практического значения иметь уже не может, поскольку с момента продажи данного автомобиля должником прошло уже более двух лет, автомобиль в настоящее время находится в собственности у другого лица – ФИО7 и фактически установить, что какие-либо повреждения автомобиля имелись на дату его продажи по оспоренной сделке не имеется, фактически установить рыночную стоимость автомобиля на дату продажи можно только на основании документов и имеющейся информации о его состоянии. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции учел представленное ответчиком экспертное заключение от 19.04.2019 № 222-04-2019, согласно которому среднерыночная цена спорного транспортного средства составляет 1 387 760 рублей. При этом выводы эксперта о том, что на транспортном средстве имеются механические повреждения, ремонт которых, по мнению эксперта, составляет 1 180 866 рублей и которые, по его мнению, должны быть вычтены из среднерыночной цены транспортного средства в размере 1 387 760 рублей, суд апелляционной инстанции не принял во внимание, поскольку из экспертного заключения невозможно установить каким образом установлены соответствующие повреждения и чем подтверждается их наличие. Доказательств наличия повреждений ответчик в материалы дела не представил, из экспертного заключения не ясно, каким методом эксперт установил механические повреждения спорного транспортного средства. 

Апелляционный суд также учел результаты проведенного конкурсным управляющим должника анализа стоимости автомобиля. Так, согласно пункту 1 статьи 130 Закона о банкротстве арбитражный управляющий привлекает оценщика для определения стоимости имущества должника и производит оплату его услуг за счет имущества должника в случаях, предусмотренных названным Законом. Вместе с тем Верховный Суд Российской Федерации указал, в каких пределах должен самостоятельно действовать арбитражный управляющий в целях выявления действительной стоимости подозрительных сделок должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ № 306-ЭС16-4837от 12.09.2016). 

В связи с указанным конкурсный управляющий провел анализ сделок должника на предмет их соответствия действительной стоимости. При проведении оценки конкурсный управляющий использовал сравнительный подход к объекту оценки с использованием объектов-аналогов. Источником для подбора объектов-аналогов послужил сайт объявлений в сети «Интернет»: https: //www.avito.ru. Конкурсный управляющий представил суду доказательства стоимости аналогов автомобиля марки Фиат Дукато, грузовой фургон, 2015 года выпуска, которая колеблется в диапазоне цен от 850 до 1870 тыс. рублей (рассмотрено 6 аналогов); размер средней рыночной стоимости данного автомобиля составляет 1254 тыс. рублей. 

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении данного обособленного спора также принял во внимание общедоступные сведения из сети Интернет, согласно которым стоимость аналогичного транспортного средства 2015 года выпуска составляет от 1100 до 2450 тыс. рублей, среднерыночная стоимость составляет 1775 тыс. рублей. Установлено только 1 объявление со стоимостью автомобиля менее 1100 тыс. рублей, а именно в размере 850 тыс. рублей. Указанное объявление содержит указание на технические неисправности автомобиля. При этом по рассматриваемому спору каких-либо доказательств в подтверждение доводов о многочисленных повреждениях спорного автомобиля, доказательств устранения механических повреждений спорного транспортного средства ФИО1 в материалы данного обособленного спора не представила.

Доводы заявителя о том, что суд неправомерно не принял во внимание выводы о рыночной стоимости транспортного средства с учетом его повреждений, содержащиеся в экспертном заключении от 19.04.2019 № 222-04-2019, подлежат отклонению, поскольку условия оспариваемого договора не содержат сведений о недостатках автомобиля, обстоятельства устранения повреждений автомобиля после совершения оспариваемой сделки документально не подтверждены.

Доводы кассационной жалобы о том, что ФИО1 была осведомлена о техническом состоянии автомобиля и выразила согласие на приобретение последнего за согласованную сумму с учетом необходимости выполнения восстановительного ремонта, также отклоняются окружным судом, как документально не подтвержденные.

Доводы заявителя о том, что рыночная стоимость имущества существенно не превышает фактическую цену реализации имущества, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, в том числе представленным ФИО1 экспертным заключением от 19.04.2019 № 222-04-2019, согласно которому среднерыночная цена спорного транспортного средства составляет 1 387 760 рублей.

Иные доводы жалобы не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении спора, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда. Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Нормы права применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 по делу № А53-30916/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

С.М. Илюшников

 

Е.Г. Соловьев