ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-17628/2023

Дело № А41-104648/18

24 октября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Мизяк В.П., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 14 августа 2023 года по делу  № А41-104648/18, по заявлению финансового управляющего должника и ФИО3 о признании сделки должника ФИО4, а также последующей сделки с ФИО5 недействительным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Крафт-Инвест»,

при участии в заседании:

финансовый управляющий имуществом должника ФИО6, судебный акт,

от ФИО3 - ФИО7, доверенность от 10.11.2020,

от ФИО2 - ФИО2, паспорт; представитель по устному ходатайству Гусар Н.Ю., паспорт.

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 07.05.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Финансовый управляющий имуществом должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными сделок должника по отчуждению следующего имущества: 

- жилого дома, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 9, кадастровый номер 50:45:0020111:59; 

- земельного участка, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 3, кадастровый номер 50:45:0020111:42; 

- земельного участка, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:41; 

- земельного участка, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11 кадастровый номер 50:45:0020111:23.

Конкурсный кредитор ФИО3, также обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании  недействительным соглашения о разделе совместно нажитого в браке имущества от 17.12.2014 г., заключенного между ФИО2 и ФИО4, по отчуждению следующего имущества: 

- жилого дома, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 9, кадастровый номер 50:45:0020111:59;

- земельного участка, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 3, кадастровый номер 50:45:0020111:42; 

 - земельного участка, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:41;

 - земельного участка, расположенного по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11 кадастровый номер 50:45:0020111:23, 

и применении последствий недействительности в виде погашения записей о регистрации, восстановления права должника на указанное имущество и возврата его в конкурсную массу. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 29.07.2021 указанные заявления объединены для совместного рассмотрения. 

В ходе рассмотрения заявлений финансовый управляющий неоднократно представлял уточнения заявленных требования, и, в соответствии с последним уточнением, просил: 

1) признать недействительной сделкой соглашение о разделе совместно нажитого имущества от 17.12.2014 г. по отчуждению ФИО2 в пользу ФИО4 объектов недвижимости:

- жилой дом по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 9, кадастровый номер 50:45:0020111:59; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 3, кадастровый номер 50:45:0020111:42; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:41; земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:23;

2) признать недействительной сделкой соглашение о разделе совместно нажитого имущества от 23.01.2019 по отчуждению ФИО2 в пользу ФИО4 объектов недвижимости: 

- жилой дом по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 9, кадастровый номер 50:45:0020111:59; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 3, кадастровый номер 50:45:0020111:42; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:41; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:23; 

3) признать недействительной сделкой договор дарения от 25.09.2020 г. и передачу ФИО4 в пользу ФИО5 вышеуказанных объектов недвижимости; 

4) применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО2 вышеуказанных объектов недвижимости.

Уточненные требования приняты Арбитражным судом Московской области к производству. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.08.2023 по делу №А41-104648/18 признаны недействительными сделками соглашения о разделе совместно нажитого в браке с имущества от 17.12.2014 и от 23.11.2019, заключенные между ФИО2 и ФИО4, договор дарения от 12.09.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО5 в оспариваемой части. 

Суд применил последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности ФИО2 и ФИО4 на имущество: 

- жилой дом, расположенный по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 9, кадастровый номер 50:45:0020111:59, 

- земельный участок, расположенный по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 3, кадастровый номер 50:45:0020111:42, 

- земельный участок, расположенный по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:41, 

- земельный участок, расположенный по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11 кадастровый номер 50:45:0020111:23, 

- автомобиль грузовой самосвал государственный номер 

<

***> 2006 г. в., 

- автомобиль поливомоечный рег. знак 

<

***> 2009 г. в., 

- автомобиль грузовой самосвал рег. знак В 213 00 150, 2007 г. в., 

- автомобиль грузовой самосвал рег. знак 

<

***> 2006 г. в., 

- автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2006 г. в., 

- автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2008 г. в., 

- автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2008 г. в., 

- автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2008 г. в.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. 

Представители финансового управляющего должника, ФИО3 возражали против удовлетворения доводов апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения. 

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, ФИО2 и ФИО4 состояли в браке с 26.05.1972 г. по 23.02.2019 г. 

17.12.2014 г. ими заключено соглашение о разделе совместно нажитого имущества, в соответствии с которым ФИО4 переходит право собственности на жилой дом по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 9, кадастровый номер 50:45:0020111:59; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 3, кадастровый номер 50:45:0020111:42; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:41; 

- земельный участок по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 11, кадастровый номер 50:45:0020111:23;

 а ФИО2 переходит право собственности на следующее имущество: 

- автомобиль грузовой самосвал государственный номер 

<

***> 2006 г. в.; 

- автомобиль поливомоечный рег. знак 

<

***> 2009 г. в.;

- автомобиль грузовой самосвал рег. знак В 213 00 150, 2007 г. в.;

- автомобиль грузовой самосвал рег. знак 

<

***> 2006 г. в.;

 - автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2006 г. в.;

 - автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2008 г. в.; 

- автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2008 г. в.;

- автомобиль грузовой самосвал, рег. знак 

<

***> 2008 г. в. 

Указанное соглашение зарегистрировано Управлением Росреестра 10.03.2020 г. (отметка т. 1 л. д. 20-23), право собственности на объекты недвижимости зарегистрировано за ФИО4. 

12.09.2020 г. между ФИО4 и ФИО5, заключен договор дарения, предметом которого, в том числе являлись объекты недвижимости, приобретенные дарителем на основании соглашения о разделе от 17.12.2014 г. 

Финансовый управляющий и кредитор, полагают, что указанные сделки являются недействительными, поскольку совершены после возбуждения дела о банкротстве, в ходе процедуры реструктуризации обратились в суд с настоящими заявлениями. 

Пунктом 1 ст. 61 Закона о банкротстве установлено, что совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки, могут быть признаны недействительными, как по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве, так и в соответствии с гражданским законодательством. 

Согласно абзацам второму, пятому п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее ? Постановление № 48 от 25.12.2018 г.) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (п. 2 ст. 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (ст.ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 168, 170, п. 1 ст. 174.1 ГК РФ). 

Согласно п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (с изменениями и дополнениями) (далее – Постановление № 63 от 23.12.2010 г.) при определении соотношения пунктов 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка была совершена не позднее, чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом п. 6 настоящего Постановления).

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.12.2018 принято к производству заявление о признании должника несостоятельным (банкротом), определением Арбитражного суда Московской области от 28.09.2019 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. 

При определении даты совершения оспариваемой сделки, суд принимает во внимание правовую позицию, сформулированную Верховным Судом Российской Федерации в определении от 19.06.2017 №303-ЭС17-7042, в соответствии с которой для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности, учету подлежит дата такой регистрации. 

Переход право собственности на объекты недвижимости состоялся 10.03.2020 г. (на что также указано в последующем договоре дарения), таким образом, оспариваемая сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве и введения процедуры реструктуризации. 

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В п.п. 5-7 Постановления № 63 от 23.12.2010 г. даны следующие разъяснения в части применения ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Так для признания сделки недействительной в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (сделка совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка)) необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 Постановления № 63 от 23.12.2010 г.). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

В силу абзаца первого п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

В силу п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

На момент возбуждения дела о банкротстве ФИО4 являлась супругой должника, в силу п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве, признаётся по отношению к нему заинтересованным лицом, что при доказанности неплатежеспособности должника на момент совершения сделки указывает на совершение сделки с целью причинения вреда его кредиторам. 

На момент государственной регистрации соглашения о разделе имущества в реестр требований кредиторов должника был включен заявитель по делу АО «КРАФТ-ИНВЕСТ» с суммой задолженности 18 331 361,43 руб., ПАО «Восточный экспресс банк» с требованием 383 624,19 руб., Межрайонная ИФНС России № 2 по Московской области с требованием 9 002 246,21 руб., а также предъявленное, но не рассмотренное требование ФИО3 на сумму 32 305 713,50 руб., которое впоследствии также было признано обоснованным. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у должника на момент регистрации перехода права собственности, на основании соглашения о разделе от 17.12.2014 г., признаков неплатежеспособности, о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об осведомленности ФИО4 о такой цели. 

При этом, как следует из пояснений должника, последующий приобретатель имущества ФИО5 - сын должника и ФИО4, то есть также является заинтересованным по отношению к должнику лицом, осведомленным о признаках неплатежеспособности, цели причинения вреда и не может быть признан добросовестным приобретателем, ввиду чего соглашение о разделе от 17.12.2014 г. и договор дарения от 12.09.2020 г. являются цепочкой сделок и подлежат признанию недействительными в оспариваемой части на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Кроме того, уд первой инстанции посчитал, что реальная дата заключения соглашения о разделе от 17.12.2014 г. иная. 

Так, в п. 1 соглашения, указано, что определяется порядок раздела имущества, нажитого в браке с 26.05.1972 г. по 12.02.2015 г., то есть, указана дата, наступившая после даты заключения оспариваемого соглашения. 

Судом первой инстанции из Управления Росреестра были истребованы копии регистрационных дел в отношении объектов недвижимости, являющихся предметом оспариваемых сделок. 

Как усматривается из представленных документов, переход права собственности зарегистрирован на основании заявлений ФИО4 от 27.02.2020 г., 07.02.2020 г.

В ходе осуществления действий по регистрации перехода права собственности должник и ФИО4 представляли на регистрацию несколько редакций соглашений о разделе имущества от 17.12.2014 г., от 27.11.2019 г. в котором период брака определен с 26.05.1972 г. по 23.02.2019 г., а также содержится иной состав имущества, договор купли-продажи имущества от 16.02.2019 г. с ценой договора 107 469 608,31 руб., договор купли-продажи имущества от 22.03.2019 г., предметом которого является только дом, с ценой договора 96 645 883,13 руб. 

Регистрация перехода права собственности неоднократно приостанавливалась в связи с наличием ограничений, в том числе в связи с наличием задолженности перед АКБ «ЛЕГИОН», что также свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности. 

Должник, действуя совместно с ФИО4, на постоянной основе представляли новые документы, имея целью осуществить более быстрый переход права собственности на имущественный комплекс за бывшей супругой должника. 

При этом, должником и ФИО4 не раскрыта целесообразность заключения нового соглашения о разделе имущества от 27.11.2019 г., в нарушение п. 2 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации не удостоверенного нотариусом, а также двух договоров купли-продажи от 16.02.2019 г., 22.03.2019 г., при наличии, по их мнению, действующего соглашения о разделе от 17.12.2014 г., а также длительное бездействие ФИО4 по регистрации права на перешедшее ей по соглашению о разделе имущества. 

Суд первой инстанции сделан вывод о том, что указанная дата соглашения определена сторонами с целью уклонения как от его нотариального удостоверения, поскольку действующая редакция п. 2 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации введена Федеральным законом от 29.12.2015 №391-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», так и от возможности его оспаривания по специальным положениям Закона о банкротстве как заключенного до 01.10.2015 г. 

При этом суд отмечает, что должник имел статус индивидуального предпринимателя с 23.03.2010 г. до 23.01.2020 г., ввиду чего положения п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», применению не полежат.

Представленное в материалы дела заключение ООО «Центр экспертизы и оценки «ЕСИН» от 11.03.2021 г., о том, что дата заключения соглашения варьируется в период с 7 27_14360770 декабря 2014 по февраль 2015 г., а также об отсутствии признаков ускоренного (искусственного) старения, оценивается судом критически в связи со следующим. 

Как следует из заключения, специалистом применялись два метода определения возраста подписей на документе - газовой хроматографии и предусмотренного патентом на изобретение 0002604142 от 10.12.2016 г. 

Специалистом, при использовании метода газовой хроматографии установлено, что документ изготовлен более 500 дней назад (то есть ранее марта 2019 г.), более точную дату определить невозможно. Заявленные в выводах заключения данные о возрасте подписей сделаны специалистом с использованием метода предусмотренного патентом на изобретение 0002604142 от 10.12.2016 г., суть которого сводится к сравнению степени окрашенности отпечатков исследуемых фрагментов со степенью окрашенности отпечатков фрагментов документов, изготовленных в аналогичный период. 

При этом экспертом не указано сравнение с отпечатками каких документов, изготовленными в декабре 2014 – феврале 2015 г., им проводилось. Изображение указанных документов отсутствует в заключении, а также в приложении к нему, ввиду чего достоверно установить дату их реального изготовления не представляется возможным. 

Также судом указано, что должник, ФИО4 и ФИО5 систематически уклонялись от явки в судебное заседание (определения от 29.07.2021 г., 05.08.2021 г., 29.09.2021 г., 17.02.2022 г., 04.05.2022 г., 15.06.2022 г. 17.08.2022 г.), и от представления документов, в том числе оригинала соглашения от 17.12.2014 г., заявляя ничем не мотивированные ходатайства об отложении. 

При этом, как подтверждено должником в одном из первых судебных заседаний, до настоящего времени он фактически проживает в жилом доме по адресу: 141069, Московская обл., г. Королев, мкр. Первомайский, ул. Свердлова, 9, кадастровый номер 50:45:0020111:59, которое перешло в собственность его бывшей супруги. 

На основании изложенного, суд также пришел к выводу, что имеются основания для признании сделки недействительной по мотивам ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. 

Если же стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально они не имели намерения ее исполнять. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как мнимой и ничтожной. 

Следовательно, в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. 

Как разъясняется в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). 

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. 

Суд, проанализировав фактические обстоятельства дела, а также согласованное поведение сторон, полагает, что соглашение о разделе от 17.12.2014 г., договор дарения от 12.09.2020 г., имеют целью избежание обращения взыскания на имущество должника, при сохранении его принадлежности лицам, аффилированным к должнику. 

Также самостоятельным основанием для признания сделки по заключению соглашения от 17.12.2014 г. является отсутствие согласия финансового управляющего.

Как разъясняется в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» согласно пункту 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве определенные сделки в ходе процедуры реструктуризации долгов должник вправе совершать только с предварительного согласия финансового управляющего. 

На основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ указанные сделки, совершенные без необходимого в силу закона согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве. 

Кроме того, суд, на основании положений ч. 3 ст. 163 ГК РФ, приходит к выводу о ничтожности представленного в материалы дела соглашения о разделе от 27.11.2019 г., поскольку оно, нарушение положений п. 2 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации не удостоверено нотариально. 

Довод ФИО2 о пропуске срока исковой давности правомерно отклонен судом. 

Согласно ст. 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности. 

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 26 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 12, 15 ноября 2001 г. № 15/18).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ). 

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ). 

Пунктом 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве установлено, что право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. 

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований. 

Документы, подтверждаемые совершение оспариваемых сделок, ни ФИО8, финансовому управляющему в период реструктуризации, ни ФИО6, финансовому управляющему в период реализации имущества, должником, не передавались.

Финансовый управляющий ФИО8, действуя добросовестно и разумно, после введения процедуры реструктуризации, направил в Управление Росреестра по Московской области соответствующее уведомление №2 от 13.09.2019 г., в котором содержалось требование о невозможности регистрации сделок с имуществом должника без письменного согласия финансового управляющего. 

Ответным письмом от 23.09.2019 г. Управление Росреестра по Московской области уведомило о принятии уведомления №2 от 13.09.2019 г. и учете его в работе. 

Таким образом, у финансового управляющего, предпринявшего необходимые меры по предотвращению отчуждения имущества без его ведома и обеспечения его сохранности, отсутствовала обязанность по регулярному мониторингу состава имущества должника, поскольку это влекло бы необоснованное увеличение судебных расходов. 

При этом сведения о прекращении права собственности должника на недвижимое имущество получены финансовым управляющим при подаче уполномоченным органом жалобы, которая получена финансовым управляющим 23.10.2020 г. (т. 1 л. д. 9).

Настоящее заявление подано 23.11.2020 г., то есть в пределах установленного годичного срока исковой давности с момента осведомленности.

Учитывая вышеуказанное, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований. 

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Из смысла указанных норм следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Исходя из фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности сделки возвратил переданное по недействительным сделкам имущество в конкурсную массу должника. 

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 14 августа 2023 года по делу №А41-104648/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

 

С.Ю. Епифанцева

Судьи

 

В.П. Мизяк

А.В. Терешин