СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                               Дело № А02-1722/2022 Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2024 года  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

ФИО1,

судей

ФИО2,

 

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Стуловой М.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, ФИО5, ФИО6 (07АП-10668/2022(2,3,4)) на решение от 29.01.2024 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1722/2022 (судья Кириченко Е.Ф.) по иску общества с ограниченной ответственностью «Калгутинское» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, ул. Трактовая, д. 70, с. Кош-Агач, р-н. Кош-Агачский, Республика Алтай), акционерного общества «Калгутинское» в лице ликвидатора ФИО7 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Республика Алтай, 

<

...>) к ФИО5, ФИО6, ФИО4,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «Эдельвейс» (

<

...>, ком. 105Е, оф.9), ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации (Республика Алтай, 

<

...>), ФИО8 (г.Москва), ФИО9 (г. Барнаул), ФИО10 (г. Барнаул), ФИО11 (г. Барнаул) о взыскании солидарно 220991000 рублей в возмещение ущерба.

В судебном заседании приняли участие:

от истца: АО «Калгутинское» - ФИО12, доверенность от 01.12.2023, ООО «Калгутинское» - ФИО12, доверенность от 01.11.2022, 

от ответчика: ФИО6 – ФИО13, доверенность от 11.12.2023, ФИО5 - ФИО13, доверенность от 17.02.2023,

от третьих лиц: от ФИО10 – ФИО14, доверенность от 27.10.2022, ФИО8 – ФИО14, доверенность от 16.09.2022, ФИО9 – доверенность от 27.10.2022. 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Калгутинское» (далее – ООО «Калгутинское») в лице конкурсного управляющего ФИО7 обратилось в Арбитражный суд Республики Алтай с иском о взыскании 220991000 рублей в качестве возмещения убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязанностей, солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО15, ФИО4.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО «Эдельвейс»; ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации; ФИО9; ФИО10; ФИО8, ФИО16; ФИО11.

Определением от 08.06.2023 суд исключил из числа третьих лиц ФИО16

Определением от 30.11.2023 в качестве соистца привлечено АО «Калгутинское» в лице ликвидатора ФИО7

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнив исковые требования, истец просил взыскать солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО4 в пользу АО «Калгутинское» 220991000 руб. в возмещение убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязанностей.

Решением от 29.01.2024 Арбитражного суда Алтайского края исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО4 в апелляционной жалобе просит решение отменить, в удовлетворении требования о взыскании с него убытков в размере 220 991 000 руб. отказать. 

В обоснование жалобы указано, что на протяжении деятельности в качестве генерального директора АО «Калгутинское» (23.04.2012-24.12.2013) ФИО4 был подконтролен и подотчетен единственному акционеру ООО «Калгутинское»,  в лице конкурсного управляющего ФИО9; судом не принято во внимание, что АО «Калгутинское» создано путем замещения активов в процедуре банкротства ООО «Калгутинское» (дело № А02-1046/2008); материалы Мещанского межрайонного отдела Следственного управления по Центральному административному округу Следственного Комитета Российской Федерации по г. Москве не содержат доказательств того, что ФИО4 имел умысел либо намерения, действуя недобросовестно, лишить АО «Калгутинское» имущества; в материалах дела отсутствуют доказательства неразумности поведения ФИО4, которые привели к причинению убытков АО «Калгутинское» и его участнику, ООО «Калгутинское».

ФИО5 в апелляционной жалобе просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать. Апеллянт считает, что бесспорные доказательства недобросовестности и неразумности его действий истцом не представлены;  ФИО5 в отсутствие финансирования не мог осуществлять мероприятия по обеспечению сохранности имущества общества, кроме тех которые уже были осуществлены ФИО4 до его назначения генеральным директором общества; вопреки доводам истца общество под руководством ответчика предпринимало меры, направленные на привлечение финансирования текущей предпринимательской деятельности; у ответчика отсутствовала объективная возможность назначить материально-ответственных лиц. По мнению апеллянта, судом необоснованно принят во внимание отчет оценки № 87-21-12-01 и не разъяснены ответчикам правовые последствия отсутствия согласия на проведения судебной экспертизы; вывод суда о начале течения срока исковой давности с момента назначения ликвидатором АО «Калгутинское» ФИО7 основан на неправильном применении норм материального права.

В апелляционной жалобе ФИО6 указано на несоответствие обстоятельствам дела вывода суда о том, что ФИО6, будучи единственным участником ООО «Калгутинское», не обеспечил сохранность и наличие спорного имущества общества; в судебном акте не указаны неправомерные действия ФИО6, причинившие убытки обществу в заявленном размере; истцом не доказан сам факт причинения убытков в результате каких-либо действий ФИО6

Истец, конкурсные кредиторы в отзывах на апелляционные жалобы просят оставить решение без изменения, жалобы – без удовлетворения. 

В суде апелляционной инстанции представители лиц, участвующих в деле, настаивали на своих позициях.

До даты судебного заседания от ИП ФИО17 поступило заявление о вступление в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В соответствии с частью 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда. 

При этом в части 3 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила, в том числе о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные настоящим Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Рассмотрев заявление ИП ФИО17, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодекса Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. 

Согласно части 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Из буквального толкования приведенной нормы права следует, что назначение экспертизы является прерогативой суда, который по своему усмотрению принимает соответствующее решение, следовательно, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Подобный вывод подтверждается правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении Президиума от 09.03.2011 № 13765/10.

Нормы статьи 9, 10, 65, 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации призваны обеспечить состязательность и равноправие сторон и их право знать заблаговременно об аргументах и доказательствах друг друга до начала судебного разбирательства, которое осуществляет суд первой инстанции. В исключительных случаях суд апелляционной инстанции принимает дополнительные доказательства.

В соответствии со статьей 64, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является только одним из доказательств, которое подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы.

Принимая во внимание изложенное, а также то обстоятельство, что рассматриваемый спор может быть разрешен по имеющимся в деле доказательствам, без назначения судебной экспертизы, апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства ответчиков о назначении по делу судебной экспертизы.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, ООО «Калгутинское» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.08.2002.

 ООО «Калгутинское» является единственным акционером АО «Калгутинское», обладающим 100% акций общества, единоличным исполнительным органом АО «Калгутинское» является ФИО5 с 25.12.2013.

Арбитражным судом Республики Алтай рассматривалось дело №А02- 1046/2008 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калгутинское».

При проведении процедуры банкротства в отношении ООО «Калгутинское», собранием кредиторов должника было принято решение о проведении процедуры замещения активов в отношении должника, движимое и недвижимое имущество, за исключением лицензии на разработку месторождения, передано в АО «Калгутинское». Вопросы оперативного управления деятельностью общества и распоряжения его имуществам относились к компетенции единоличного исполнительного органа АО «Калгутинское».

На основании акта приема-передачи имущества от 23.04.2012, подписанного между ООО «Калгутинское», АО «Калгутинское» и ООО «Сибинвест», от ООО «Калгутинское» в уставной капитал АО «Калгутинское» было передано имущество, общей стоимостью 220991000 рублей. Стоимость имущества определена на основании отчетов об оценке рыночной стоимости № 079-1Н-2011 от 09.12.2012; № 29Н-2012 от 27.02.2012; № 055-1Н-2012 от 10.04.2012, выполненных ООО «Ваш консультант».

Уставной капитал АО «Калгутинское», указанный в выписке из ЕГРЮЛ в размере 220991000 рублей, сформирован исходя из стоимости имущества, полученного от ООО «Калгутинское». Таким образом, стоимость имущества АО «Калгутинское» отражается на стоимости акций АО «Калгутинское».

Определением от 11.12.2013 производство по делу о банкротстве №А02-1046/2008 ООО «Калгутинское» прекращено, судом утверждено мировое соглашение заключенное 15.11.2013 между ООО «Калгутинское» в лице конкурсного управляющего ФИО9, и конкурсными кредиторами ООО «Калгутинское».

Решением Арбитражного суда Республики Алтай по делу №А02- 1426/2018 от 10.06.2020 ООО «Калгутинское» признано несостоятельным (банкротом).

По результатам инвентаризации имущества должника в конкурсную массу ООО «Калгутинское» включены акции АО «Калгутинское» в общем размере 220991 шт., из которых 108331 шт. обременены залогом в пользу ООО «Эдельвейс», что подтверждается определением Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2020, 112860 шт. не являются предметом залога.

С целью определения рыночной стоимости акций АО «Калгутинское», находящихся в залоге, конкурсный управляющий ООО «Калгутинское» заключил с НП «Палата Судебных Экспертов Сибири» договор на проведение оценки № 87-21-12-01 от 10.12.2021.

В целях определения состояния имущественного комплекса АО «Калгутинское» на Калгутинском месторождении вольфрамовых и молибденовых руд, для предоставления информации экспертам, оценивающим предмет залога в рамках договора на проведение оценки № 87-21-12-01, представителем конкурсного управляющего был осуществлен выезд на месторождение.

В ходе осмотра установлено отсутствие движимого имущества на Калгутинском месторождении, внесенного в уставной капитал АО «Калгутинское» на основании акта приема-передачи имущества от 23.04.2012, недвижимое имущество разрушено. При этом, указанное имущество отражено на балансе предприятия.

Поскольку стоимость имущества АО «Калгутинское» отражается на стоимости акций АО «Калгутинское», заключением эксперта установлено, что рыночная стоимость любого пакета акций АО «Калгутинское» по состоянию на 30.08.2022 равна нулю.

Оценщиком установлено, что отраженное в балансе имущество не имеет рыночной стоимости - оно отсутствует, разрушено, недоступно для осмотра и определения технического состояния.

О проведении осмотра были уведомлены генеральный директор АО «Калгутинское» (ФИО5), участник ООО «Калгутинское» (ФИО6), конкурсные кредиторы ООО «Калгутинское», члены ревизионной комиссии АО «Калгутинское», указанные лица при осмотре не присутствовали.

Полагая, что недобросовестными и неразумными действиями лиц, контролирующих АО «Калгутинское» причинены убытки, выразившиеся в утрате движимого и недвижимого имущества в общей сумме 220991000 рублей, соистцы обратились в арбитражный суд с иском.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных общества) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

На основании пункта 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1% размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества  (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 16.3 устава АО «Калгутинское» генеральный директор без доверенности действует от имени общества: осуществляет оперативное руководство деятельностью общества; имеет право первой подписи под финансовыми документами; распоряжается имуществом общества для обеспечения его текущей деятельности в пределах, установленных Уставом; представляет интересы общества как в Российской Федерации, так и за его пределами; утверждает штаты, заключает трудовые договоры с работниками общества, применяет к этим работникам меры поощрения и налагает на них взыскания; совершает сделки от имени общества, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом и Уставом общества; выдает доверенности от имени общества; организует ведение бухгалтерского учёта и отчетности общества; издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества; исполняет другие функции, необходимые для достижения целей деятельности общества и обеспечения его нормальной работы, в соответствии с действующим законодательством и уставом общества, за исключением функций, закрепленных Федеральным законом и уставом общества за другими органами управления общества.

С учетом указанного, вопросы оперативного управления деятельностью общества и распоряжения его имуществам относятся к компетенции единоличного исполнительного органа АО «Калгутинское».

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой однодневкой» и т.п.).

В соответствии со статьей 277 Трудового кодекса Российской Федерации, руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В соответствии со статьями 233, 277 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия). 

Под прямым действительным ущербом понимаются реальное уменьшение наличного имущества организации или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у организации, если последняя несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для организации произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества.

Руководитель несет материальную ответственность как за прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный им работодателю, так и за ущерб, возникший у организации в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Законодательством предусмотрены случаи, когда руководитель организации может нести ответственность не только за причиненный по его вине прямой действительный ущерб, но и за убытки.

В соответствии с пунктами 1, 6 Постановления № 62 истец, обращающийся за возмещением убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 Постановления № 62).

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Как правильно указал суд первой инстанции, убытки  возникли в результате необеспечения контролирующими должника лицами сохранности имущества, отраженного в бухгалтерской отчетности общества и утраты обществом данного имущества стоимостью 220991000 рубль.

Ответчиками доказательств возложения обязанности по сохранности имущества на иное лицо в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Материалами дела подтверждается, что ФИО5 в период с 25.12.2013 по 07.07.2023 являлся генеральным директором АО «Калгутинское», в обязанности которого согласно статьям 53, 53.1 ГК РФ, Уставу общества (разделы 16, 17 Устава) входит эффективное руководство обществом, при этом директор несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный обществу в результате руководства генеральным директором его хозяйственной деятельностью.

Таким образом, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключается в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством, соответственно, вопросы оперативного управления деятельностью общества и распоряжения его имуществам относятся к компетенции единоличного исполнительного органа АО «Калгутинское», следовательно, указанное лицо ведет непосредственное руководство обществом, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно указал, что ФИО5 является контролирующим лицом по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 53.1 ГК РФ, и причинение убытков, возникло в результате необеспечения сохранности имущества, отраженного в бухгалтерской отчетности общества и утраты данного имущества стоимостью 220991000 руб., в связи с чем правомерно признал доказанным факт причинения убытков противоправным поведением, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и неисполнением, ненадлежащим исполнением обязательств ответчиком ФИО5 Действуя разумно и добросовестно, генеральный директор должен был принять меры по сохранности имущества, располагать сведениями о действительном его местонахождении, вместе с тем, в результате умышленного бездействия произошла утрата имущества общества.

Апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае генеральный директор не организовал надлежащий учет и обеспечение сохранности товарно-материальных ценностей, имущества в обществе, не назначил материально - ответственных лиц в установленном порядке, что создало предпосылки для его утраты. Доказательств, подтверждающих обратное, либо свидетельствующих об отсутствии объективной возможности обеспечить сохранность имущества в материалы дела ответчиком ФИО5 не представлено. Каких-либо доказательств, указывающих на наличие неутраченной возможности по отысканию имущества и возвращению в общество также не имеется.

ФИО5, как обоснованно указал суд первой инстанции, являясь материально ответственным лицом, обязан возместить обществу убытки, возникшие в связи с неисполнением им обязанности по обеспечению сохранности имущества и контроля за его выбытием, поскольку он не мог не понимать, что непринятие соответствующих мер по обеспечению сохранности имущества должника может привести к его утрате, нанести существенный ущерб АО «Калгутинское».

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Республики Алтай от 07.07.2009 (резолютивная часть) по делу №А02-1046/2008 ООО «Калгутинское» признано несостоятельным (банкротом) в отношении общества введена процедура конкурсного производства.

Из материалов дела следует, что ФИО6, фактически являясь собственником ООО «Калгутинское», предпринял действия по выкупу кредиторской задолженности у независимых кредиторов через ООО «Эдельвейс», что позволило ему создать мажоритарного кредитора, определяющего дальнейшую судьбу процедуры банкротства, а, следовательно, и должника.

На собрании кредиторов от 19.04.2012 ФИО6 через ООО «Эдельвейс» принято решение о применении процедуры замещения активов в отношении ООО «Калгутинское», в рамках которой все имущество ООО «Калгутинское», помимо лицензии ГОА № 00141 ТР, было передано в созданное АО «Калгутинское», единоличным исполнительным органом которого стал первоначально ФИО4, а после ФИО5, а ООО «Калгутинское» в свою очередь стало единственным акционером АО «Калгутинское».

В ходе дальнейшей реализации плана по проведению процедуры замещения активов, 23.04.2012 между ООО «Калгутинское» и АО «Калгутинское» был подписан акт приема – передачи имущества, вносимого учредителем в уставной капитал ОАО «Калгутинское».

Указанные действия предприняты контролирующим лицом в целях последующего вывода всех активов ООО «Калгутинское», в том числе лицензии ГОА 00141 ТР в АО «Калгутинское».

В дальнейшем, в целях прекращения производства по делу № А02-1046/2008 на собрании кредиторов от 10.11.2013 ООО «Эдельвейс» было принято решение о заключении мирового соглашения, по условиям которого акции АО «Калгутинское», принадлежащие ООО «Калгутинское», переходят в залог ООО «Эдельвейс» в качестве обеспечения исполнения обязательств, принятых ООО «Калгутинское» по условиям мирового соглашения. Определением Арбитражного суда Республики Алтай от11.12.2013 по делу № А02- 1046/2008 было утверждено мировое соглашение по делу о банкротстве.

С момента утверждения мирового соглашения по делу о банкротстве ООО «Калгутинское» №А02-1046/2008 и до момента введения процедуры наблюдения в отношении ООО «Калгутинское» по делу №А02-1426/2018 ООО «Калгутинское» не приступило к исполнению мирового соглашения.

Определением Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2020 по делу № А02- 1426/2018 требования ООО «Эдельвейс» включены в реестр требований кредиторов ООО «Калгутинское» в размере 158261263,10 руб. в составе третьей очереди удовлетворения, как обеспеченные залогом 108131 штуки обыкновенных именных бездокументарных акций акционерного общества «Калгутинское» номинальной стоимостью 1000 руб. каждая, № выпуска акций-1-01-13118-F.

При рассмотрении заявления ООО «Эдельвейс» о включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Калгутинское» были оценены возражения конкурсного кредитора ФИО8 и временного управляющего о том, что ООО «Эдельвейс», ОАО «Калгутинское» и ФИО4 являются заинтересованными лицами по отношению к ООО «Калгутинское», а контролирующим лицом и конечным бенефициаром должника является ФИО6

Как следует из определения Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2020 по делу № А02-1426/2018, ФИО6 является конечным бенефициаром ООО «Калгутинское». Действия ФИО6 в ходе процедуры банкротства по делу № А02- 1046/2008 повлекли за собой невозможность ведения деятельности по добыче полезных ископаемых непосредственно ООО «Калгутинское» (решение собрания кредиторов от 19.04.2012), следовательно, сохранение лицензии было возможно исключительно в случае ведения производственной деятельности АО «Калгутинское», т.е. обществом, подконтрольным ФИО6 как через ООО «Калгутинское», так и через ФИО5 

Основываясь на изложенном, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что лицом, определявшим действия общества и обладавшим корпоративным контролем над ним, являлся именно ФИО6, так как последний выступал участником ООО «Калгутинское» с долей 100%, являющимся единственным акционером АО «Калгутинское», соответственно, будучи лицом, контролировавшим деятельность учредителя АО «Калгутинское», ФИО6 контролировал деятельность и самого акционерного общества, вместе с тем сохранность и наличие спорного имущества общества не обеспечил. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В отношении ответчика ФИО4 судом установлено, материалами дела подтверждено, что в период с 23.04.2012 (с момент учреждения АО «Калгутинское») и по 23.12.2012 (момент назначения ФИО5) ФИО4 являлся генеральным директором общества, кроме того ФИО4 являлся генеральным директором ООО «Эдельвейс» (кредитор ООО «Калгутинское»), держатель акций АО «Калгутинское» и генеральным директором ООО «АПЕКС», т.е. общества, которое первоначально являлось мажоритарным участником ООО «Калгутинское», соответственно, на момент учреждения АО «Калгутинское» ФИО4 имел возможность управления обществом как непосредственно, являясь его единоличным исполнительным органом, так и опосредовано, а именно контролируя акции такого общества. Исходя из полномочий единоличного исполнительного органа, суд первой инстанции установил, что  именно ФИО4 принял имущество, которым было наделено АО «Калгутинское» и которое утрачено в настоящее время. Кроме того, обстоятельства контроля ФИО4 над обществом изложены в материалах, поступивших из Мещанского межрайонного отдела следственного управления по Центральному административному округу следственного комитета Российской Федерации по г. Москве.

Из указанных материалов следует, что ФИО6 и ФИО4 вели совместные проекты, ФИО4 был привлечен к проведению процедуры банкротства в отношении ООО «Калгутинское» как партнер ФИО6, обладающий правом принятия решений относительно проведения процедуры банкротства в отношении должника.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание пояснения ФИО4 подтвердившего, что контроль над ООО «Калгутинское» и его мажоритарным кредитором, обществом ООО «Эдельвейс» при проведении процедуры банкротства в рамках дела №А02-1046/2008 осуществлялся не единолично ФИО6, а совместно ФИО6 и ФИО4Согласно положениям статей 15, 1064 ГК РФ для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда необходимо установить совокупность условий: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается

Оценив и исследовав по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции правомерно признал доказанным факт противоправных действий причинителей вреда, наличие и размер ущерба, причинно-следственной связи между возникшими убытками и противоправными действиями причинителей вреда, отклонив доводы ответчиков об обратном, исходя из того, что истец правомерно определил круг лиц, которые солидарно должны отвечать по требованиям о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязанностей.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления № 62, участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором (или иными лицами, указанными в пункте 3 статьи 53 ГК РФ) убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 ГК РФ).

Аналогичная правовая позиция содержится в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), в соответствии с которой участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Таким образом, участник акционерного общества, обращаясь в суд с иском в порядке статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации о взыскании убытков с лица, входившего в состав органа управления, является представителем акционерного общества, в том числе на стадии исполнения судебного решения, и действует не только в своих интересах, но и в интересах этого акционерного общества.

Согласно акту приема-передачи имущества от 23.04.2012, подписанному между ООО «Калгутинское», АО «Калгутинское» и ООО «Сибинвест», от ООО «Калгутинское» в уставной капитал АО «Калгутинское» передано имущество, общей стоимостью 220991000 рублей. Стоимость имущества определена на основании отчетов об оценке рыночной стоимости № 070-1Н-2011 от 09.12.2012; № 29Н-2012 от 27.02.2012; № 055-1Н-2012 от 10.04.2012, выполненных ООО «Ваш консультант».

Уставной капитал АО «Калгутинское», указанный в выписке из ЕГРЮЛ в размере 220991000 рублей, сформирован исходя из стоимости имущества, полученного от ООО «Калгутинское». 

Определением от 11.12.2013 производство по делу о банкротстве №А02-1046/2008 ООО «Калгутинское» было прекращено. Позднее решением Арбитражного суда Республики Алтай по делу №А02-1426/2018 от 10.06.2020 ООО «Калгутинское» признано несостоятельным (банкротом).

По результатам инвентаризации имущества должника в конкурсную массу ООО «Калгутинское» включены акции АО «Калгутинское» в общем размере 220991 шт., из которых 108331 шт. обременены залогом в пользу ООО «Эдельвейс», что подтверждается определением Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2020.

С целью определения рыночной стоимости акций АО «Калгутинское», находящихся в залоге, конкурсный управляющий ООО «Калгутинское» заключил с НП «Палата Судебных Экспертов Сибири» договор на проведение оценки.

В целях определения состояния имущественного комплекса АО «Калгутинское» на Калгутинском месторождении вольфрамовых и молибденовых руд, для предоставления информации экспертам, оценивающим предмет залога в рамках договора на проведение оценки № 87-21-12-01, представителем конкурсного управляющего был осуществлен выезд на месторождение.

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости 108131 акции АО «Калгутинское» по состоянию на 30.08.2022 , выполненному НП «Палата судебных экспертов Сибири» установлено, что стоимость чистых активов АО «Калгутинское» по состоянию на 30.08.2022 года равна нулю. Рекомендована цена для проведения сделки купли-продажи пакета акций, состоящего из 108131 акций, 1 рубль.

Экспертом указано на отсутствие движимого имущества на Калгутинском месторождении, внесенного в уставной капитал АО «Калгутинское» на основании акта приема-передачи имущества от 23.04.2012, недвижимое имущество разрушено, недоступно для осмотра и определения технического состояния.

Указанные обстоятельства подтверждаются фотоматериалом (том 1, л.д. 61-67).

Из материалов дела следует, что 19.02.2010 между ООО «Калгутинское» в лице конкурсного управляющего ФИО18 и ООО «Сибинвест» (подрядчик) заключен договор подряда №01-П от на выполнение комплекса работ по проведению горных выработок и закладки выработанного пространства, по транспортировке пород, по транспортировке, складированию и учеты руды, геолого-маркшейдерских работ, по содержанию штолен и горных выработок.

Определением Арбитражного суда Республики Алтай от 21.05.2013 по делу №А02-1046/2008 с ООО «Калгутинское» в пользу ООО «Сибинвест» взыскана задолженность по договору подряда №01-П от 19.02.2010 в сумме 62740 000 руб.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно указал, что в результате бездействия ответчиков штольни требуют повторных ремонтно-восстановительных работ, поскольку в штольнях не велись работы по водоотливу, осушению горных выработок, в условиях вечной мерзлоты штольни и все системы технического оснащения горного участка, оказались подо льдом (отчет об оценке от 30.08.2022). 

Довод жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно принят отчет об оценки № 87-21-12-01, отклоняется апелляционным судом, поскольку отчет об оценке содержит все необходимые реквизиты, соответствует требованиям Федерального закона «Об оценочной деятельности в РФ» и федеральных стандартов оценки.

Из материалов дела также следует, что Южно-Сибирским межрегиональным управлением Росприроднадзора проведено выездное обследование указанного земельного участка, в результате которого выявлены нарушения требований законодательства в сфере охраны окружающей среды и природопользования.

По результатам проведения осмотра составлен акт выездного обследования от 26.09.2022 № ЗТ-1167-кн-в. В ходе проведения выездного обследования применялась фотосъемка.

Согласно указанному акту на обследуемом земельном участке, расположенном по адресу: Республика Алтай, Кош-Агачский район, Сайлюгемский хребет, верховье реки Калгуты на участке в верховьях реки Калгуты обнаружена штольня вход которой закрыт льдом, напротив от входа в штольню размещены отвалы горных пород, рядом расположена полуразрушенная главная вентиляционная установка, полуразрушенные здания с остатками фундаментов из-под компрессоров, станков и т.д. Ниже по рельефу местности расположены три металлических вагончика, стены от гаража, полуразрушенные здания, сооружения. Также обнаружено разрушенное до фундамента здание дизельной электростанции. Напротив, через реку Калгуты обнаружены металлические бочки с неизвестным белым сыпучем веществом, часть из них повреждены, имеют следы коррозии металла, иные отходы из металла. Вся территория участка от штольни до разрушенного фундамента здания дизельной электростанции частично захламлена и перекрыта остатками от демонтированных и полуразрушенных зданий, металлических отходов в виде кабин автомобилей, жестяных листов, металлических тросов, обломков бетонных и деревянных конструкций.

Ниже по течению реки Калгуты в 8 км от штольни обнаружена на реке полуразрушенная дамба. Выше по рельефу от дамбы находится фундамент от здания фабрики опытно-промышленной установки общей площадью 1054,43 кв. метров, которая продана ООО «Эдельвейс». В месте нахождения данного объекта находятся бетонные блоки фундамента по периметру с трех сторон.

В ходе осмотра обнаружен фундамент обогатительной фабрики ООО «Калгутинское», отвалы горных пород, ниже по рельефу от обогатительной фабрики располагается шламонакопитель с отходами от деятельности ООО «Калгутинское». Вся территория захламлена и перекрыта остатками от демонтированной фабрики ООО «Калгутинское», металлическими отходами в виде жестяных листов, металлических тросов и др. отходов из метала, дерева, толи, бетонных конструкций. Иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих деятельность на данной территории, в результате которых могли бы образоваться указанные отходы, а также перекрытие земель не установлено. Все вышеперечисленные объекты, полуразрушенные здания, сооружения (кроме здания фабрики опытно-промышленной установки) отражены в акте приема-передачи имущества. 

Фактическое наличие имущества на момент передачи по акту приема-передачи от 23.04.2012 также подтверждается отчетами об оценке рыночной стоимости № 070-1Н2011  т 09.12.2011; № 29Н-2012 от 27.02.2012; № 055-1Н-2012 от 10.04.2012. Указанные отчеты об оценке содержат фотографии оцениваемого имущества. 

Кроме того, сведения о фактическом наличии имущества содержит официальный сайт ООО «Калгутинское» в сети «Интернет».

Исходя из стоимости имущества, переданного на основании акта приёма-передачи, был сформирован уставной капитал АО «Калгутинское», указанный в выписке из ЕГРЮЛ в размере 220991000 рублей, что соответствует стоимости имущества, полученного от ООО «Калгутинское». 

Из протокола осмотра доказательств официального сайта ООО «Калгутинское» следует, что в период работы названного сайта (2014-2016 гг.) имущество находилось на Калгутинском месторождении, фотографии, которого размещены на сайте в сети интернет (приложение №1).

Кроме того, АО «Калгутинское» являлось арендатором земельного участка по адресу: Республика Алтай, Кош-Агачский район, Сайлюгемский хребет, верховье реки Калгуты, предоставленного для добычи полезных ископаемых и размещения производственной базы, общей площадью 700000 кв. метров с кадастровым номером: 04:10:070201:003.

Согласно договору аренды от 01.06.2014, заключенному между администрацией МО «Кош-Агачский район» и ОАО «Калгутинское», земельный участок с кадастровым номером 04:10:070201:003 был передан в аренду на срок с 01.06.2014 по 30.04.2015, размер арендной платы составил 791290 руб. 50 коп. за одиннадцать месяцев.

Согласно договору аренды от 01.06.2015, заключенному между администрацией МО «Кош-Агачский район» и ОАО «Калгутинское», земельный участок с кадастровым номером 04:10:070201:003 передан в аренду на срок с 01.06.2015 по 30.04.2016, размер арендной платы составил 791290 рублей 50 копеек за одиннадцать месяцев.

Согласно договору аренды от 02.06.2016, заключенному между администрацией МО «Кош-Агачский район» и ОАО «Калгутинское», земельный участок с кадастровым номером 04:10:070201:003, сдавался в аренду на срок с 01.05.2016 по 30.04.2017, размер арендной платы составил 791290 руб. 50 коп. за одиннадцать месяцев.

Судом установлено, что определением Арбитражного суда Республики Алтай от 17.10.2022 утверждено Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества общества с ограниченной ответственностью «Калгутинское» в редакции, утвержденной на собрании кредиторов от 28.02.2022, предметом которого является 100% АО «Калгутинское».

В связи с тем, что не были представлены заявки на участие, первые и повторные торги посредством аукциона признаны не состоявшимися, конкурсным управляющим организованы торги публичным предложением на электронной площадке ЭТП ALFALOT.RU по адресу: https://alfalot.ru.

В соответствии с абзацем 2 пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статья 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанций правомерно признал обоснованным заявленное истцом требование о взыскании солидарно с ответчиков в пользу ОАО «Калгутинское» убытков в размере 220991000 рублей. 

Таким образом, поддерживая выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции находит их соответствующими представленным в дело доказательствам, установленным на их основе обстоятельствам спора и примененному законодательству.

Довод ФИО5 о том, что суд не разъяснил последствия незаявления ходатайства о проведении судебной экспертизы, следует признать необоснованным, поскольку в силу статей 65 и 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сбор и представление доказательств являются процессуальной обязанностью сторон и не может быть возложены на суд. Последствия совершения или несовершения соответствующих действий предусмотрены частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом, из материалов дела следует, что определениями 14.08.2023, 31.08.2023 суд разъяснил сторонам положения части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Апелляционный суд также поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что срок исковой давности истцом не пропущен, при этом отмечает следующее.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление №43), течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).Применительно к спорным правоотношениям судом первой инстанции обоснованно указано, что срок исковой давности следует исчислять с момента, когда ООО «Калгутинское» (акционер АО «Калгутинское») в лице конкурсного управляющего получило реальную возможность узнать о нарушении прав истца, поскольку иные лица до конкурсного управляющего, контролирующие деятельность АО «Калгутинское» и ООО «Калгутинское» были аффилированы и в связи с этим не были заинтересованы в защите прав общества.

В соответствии с абзацем первым пункта 10 Постановление № 62 участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ); в связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица; течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума № 62, в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Поскольку требование о взыскании убытков подается от имени общества, срок исковой давности исчисляется с момента, когда общество, в лице участника, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получило реальную возможность узнать о допущенном директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

Применительно к разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», срок исковой давности по корпоративному требованию о возмещении убытков исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В свою очередь, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В качестве санкции за злоупотребление правом рассматривается отказ судов в применении исковой давности, что соответствует по своему смыслу пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: равенству участников регулируемых указанным Кодексом отношений; неприкосновенности собственности; обеспечению восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; предусмотренному законом правилу о недопущении действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, злоупотребления правом в иных формах; принципу справедливости (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 17912/09).

При указанных обстоятельствах, закон и разъяснения Верховного суда Российской Федерации предписывают исчислять срок исковой давности не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, однако если участник общества или руководитель являются аффилированными по отношении к новому директору, срок должен исчисляться с момента, когда не заинтересованное лицо узнало о нарушении прав юридического лица.

Применительно к спорным правоотношениям суд первой инстанции обоснованно указал, что срок исковой давности следует исчислять с момента, когда ООО «Калгутинское» (акционер АО «Калгутинское») в лице конкурсного управляющего получило реальную возможность узнать о нарушении прав истца, поскольку иные лица до конкурсного управляющего, контролирующие деятельность АО «Калгутинское» и ООО «Калгутинское» были аффилированы и в этой связи не заинтересованы в защите прав общества. 

Основываясь на изложенном, принимая во внимание, что настоящее заявление подано в арбитражный суд 29.09.2022, то есть в пределах общего срока исковой давности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что отсутствуют основания для применения положений пункта 2 статьи 199 ГК РФ.

Довод ФИО5 о пропуске срока исковой давности основан на неверном толковании норм действующего законодательства. Иное толкование положений гражданского законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего дела не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Доводы апеллянтов о том, что судом не дана оценка всем их доводам и представленным в материалы дела доказательствам подлежат отклонению, поскольку отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого заявленного довода, не свидетельствует о том, что они не были учтены судом при принятии решения. Иные доводы апелляционной жалобы также не принимаются апелляционным судом как не влияющие на правильность принятого решения.

Несогласие заявителей жалоб с установленными по делу обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств не является основанием для отмены обжалуемого решения.

При принятии решения арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, выполнены обязательные указания суда кассационной инстанции, а следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены решения не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на их  подателей.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, апелляционный суд          

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 29.01.2024 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1722/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4, ФИО5, ФИО6 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай. 

Председательствующий  

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3