Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А27-5304/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 14 января 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                          Доронина С.А.,

судей                                                         Глотова Н.Б.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Половниковой Ю.С. кассационные жалобы конкурсного управляющего ФИО2 (далее – управляющий), публичного акционерного общества «Кузбасская энергетическая сбытовая компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – сбытовая компания) на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2024 (судьи Фролова Н.Н., Дубовик В.С., Логачёв К.Д.) по делу № А27-5304/2022 Арбитражного суда Кемеровской области о несостоятельности (банкротстве) муниципального предприятия Анжеро-Судженского городского округа «Жилье» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – предприятие, должник), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн заседания) приняли участие представители: ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 28.09.2023, конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 05.09.2022, публичного акционерного общества «Кузбасская энергетическая сбытовая компания» - ФИО6 по доверенности от 27.06.2024, Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Анжеро-Судженского городского округа - ФИО7 по доверенности от 13.08.2024.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве предприятия управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении муниципального образования Анжеро-Судженский городского округа в лице Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Анжеро-Судженского городского округа (далее – Комитет) и Управления жилищно-коммунального хозяйства администрации Анжеро-Судженского городского округа (далее – Управление ЖКХ) в размере 23 013 762,40 руб. солидарно; ФИО8 в размере 3 794 892,99 руб.; ФИО9 в размере 6 420 931,23 руб.; ФИО10 в размере 3 750 821,79 руб.; ФИО11 в размере 3 907 176,16 руб.; ФИО12 в размере 534 724,57 руб.; ФИО13 в размере 440 220,87 руб.; ФИО14 в размере 1 879 376,69 руб.; ФИО15 в размере 1 199 537,14 руб. (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.04.2024 с учётом определения суда от 18.04.2024 об исправлении опечатки к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления привлечено муниципальное образование Анжеро-Судженского городского округа в лице Комитета и Управления ЖКХ; за счёт казны муниципального образования в пользу конкурсной массы взысканы денежные средства в размере 1 887 390,53 руб. путём их зачисления на специальный счёт должника для перечисления Федеральной налоговой службе (далее – уполномоченный орган); в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2024 определение суда от 18.04.2024 изменено в части; апелляционный суд постановил взыскать в конкурсную массу должника денежные средства в размере 2 982 428,13 руб. для перечисления уполномоченному органу - 1 889 391,53 руб., сбытовой компании - 1 094 834,08 руб.

В кассационной жалобе управляющий просит постановление апелляционного суда от 08.10.2024 отменить в части размера субсидиарной ответственности, в этой части принять новый судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности Комитета и Управления ЖКХ в размере суммы требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов должника (21 814 225,26 руб.)

В кассационной жалобе сбытовая компания просит обжалуемый судебный акт отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также в части размера взысканных денежных средств в пользу сбытовой компании, принять в обжалуемой части новый судебный акт.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, сводятся к несогласию с выводами судов двух инстанций относительно отказа в привлечении к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов; определения момента наступления объективного банкротства должника, размера субсидиарной ответственности.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационных жалобах, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемого постановления, суд округа не находит оснований для его отмены.

Из материалов обособленного спора следует и судами установлено, что предприятие создано на основании постановления администрации Анжеро-Судженского городского округа от 27.12.2010 №1501 «О реорганизации муниципального предприятия города Анжеро-Судженска «Служба Заказчика» путём выделения вновь создаваемого муниципального предприятия Анжеро-Судженского городского округа «Жилье».

В соответствии с пунктом 1.2 Устава должника функции и полномочия учредителя осуществляет Комитет.

Согласно представленному разделительному балансу муниципального предприятия «Служба Заказчика» от 30.06.2011, вновь созданному предприятию-должнику переданы внеоборотные активы в виде основных средств (177 421 000 руб.) и оборотные активы (25 365 000 руб.), в том числе дебиторская задолженность (23 929 000 руб.), а также кредиторская задолженность (85 332 000 руб.).

Определением суда от 30.03.2022 по заявлению сбытовой компании возбуждено производство по делу о банкротстве предприятия.

Решением суда от 22.09.2022 в отношении должника открыто конкурсное производство, утверждён конкурсный управляющий.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения контролирующий должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренных статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, устанавливая размер субсидиарной ответственности, исходил из доказанности наличия оснований для привлечения муниципального образования в лице Комитета и Управления ЖКХ к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о банкротстве и отсутствия оснований для привлечения по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд, проверив размер субсидиарной ответственности и признав расчёт ошибочным, изменил определение суда в данной части и распределил полагающиеся кредиторам денежные средства.

Суд округа полагает, что судом апелляционной инстанции по существу принят правильный судебный акт.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Совокупность юридически значимых действий, с которым управляющий связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, совершены с 30.06.2014.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ и главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (в период действия этих законов совершались действия, приведшие с позиции управляющего, к банкротству должника).

Таким образом, применение апелляционным судом положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ является правомерным, соответствующему общему принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьёй 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьями 61.11, 61.12 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), может быть применён к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам (пункт 16 Постановления № 53).

В рассматриваемом случае в качестве оснований для привлечения муниципального образования в лице Комитета и Управления ЖКХ к субсидиарной ответственности управляющим указано на то, что предприятие изначально было обременено кредиторской задолженностью юридического лица-правопредшественника; наделение должника имуществом, не согласующимся с целью его деятельности совершено для создания видимости платёжеспособности и отсутствия диспропорции между активами должника и размером его обязательств; изъятое из хозяйственного ведения предприятия имущество могло быть использовано для извлечения прибыли.

Судами установлено, что предприятие осуществляло деятельность по оказанию услуг по передаче электроэнергии и технологическому присоединению к распределительным электросетям, вывозу мусора и обслуживанию жилого фонда на территории муниципального района, а причиной неплатёжеспособности предприятия явилась не недостаточность переданного ему для осуществления указанной деятельности имущества (поскольку услуги предприятие исправно оказывало), а неликвидность дебиторской задолженности потребителей услуг.

Целью учреждения муниципального унитарного предприятия явилось не стремление муниципального образования получать выгоду от предпринимательской и иной экономической деятельности, а необходимость решения социально значимых задач, связанных с организацией снабжения населения жилищно-коммунальными услугами, вытекающих из муниципальных функций (пункт 4 части 1 статьи 16 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: причинён существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.) (пункт 19 Постановления № 53).

Согласно пункту 6 статьи 113 ГК РФ унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Унитарное предприятие не несёт ответственность по обязательствам собственника его имущества.

Собственник имущества унитарного предприятия, за исключением собственника имущества казённого предприятия, не отвечает по обязательствам своего унитарного предприятия.

Собственник имущества казённого предприятия несёт субсидиарную ответственность по обязательствам такого предприятия при недостаточности его имущества.

По существу, управляющий вменяет муниципальному образованию в вину выбор организационно-правовой формы именно муниципального унитарного предприятия, а не казённого предприятия.

Вместе с тем, создание публично-правовым образованием должника в организационно-правовой форме муниципального унитарного предприятия предусмотрено законодательством (пункт 2 статьи 50, статьи 113 ГК РФ, Федеральный закон от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»), на нарушение которого со стороны муниципального образования управляющий не ссылается.

Суды обоснованно приняли во внимание то, что одной из основных задач предприятия являлось обеспечение бесперебойной подачи в жилые помещения и в объекты социальной сферы коммунальных услуг надлежащего качества и в объёмах, необходимых потребителю.

Основной доход предприятие получало от населения и организаций за поставленные коммунальные услуги. Оказываемые предприятием услуги относятся к видам деятельности, тарифы на которые подлежат государственному регулированию. В силу специфики своей деятельности предприятие не могло самостоятельно определять стоимость оказываемых им коммунальных услуг, выбирать потребителей, иным образом влиять на получаемую выручку и растущую просроченную дебиторскую задолженность с тем, чтобы уменьшить свои убытки.

Модель хозяйствования организации, оказывающей жилищно-коммунальные услуги населению и организациям, при которой имеется непогашенная кредиторская задолженности перед контрагентами и одновременно дебиторской задолженность населения и организаций (потребителей), является обычной при функционировании организаций подобного рода.

Наличие публичной цели создания предприятия, не связанной с извлечением прибыли, фактическая неспособность потребителей его услуг вносить в полном объёме плату за эти услуги в силу экономической ситуации, сложившейся на территории муниципального образования, исключает наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением объективного банкротства.

Ввиду соответствующей специфики деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер, поскольку такое предприятие в большинстве случаев имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью.

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что рост диспропорции между активами должника и его обязательствами в настоящем случае носит объективный характер и не обусловлен неправомерными действиями муниципального образования в лице Комитета, не извлекающего выгод от создания предприятий, на которые возлагались социально значимые функции по обеспечению района коммунальными услугами, себестоимость которых не возмещалась потребителями услуг по ряду причин, находящихся вне влияния и контроля Комитета.

Также судами учтены обстоятельства, установленные постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.04.2021 по делу № А27-15014/2020 об отказе в удовлетворении иска сбытовой компании к муниципальному образованию в лице Комитета о взыскании убытков.

В указанных судебных актах сделан вывод о недоказанности того, что фактический контроль муниципального образования в лице Комитета за деятельностью предприятия, изъятие имущества для решения вопросов местного значения, повлекли за собой несостоятельность предприятия, а также то, что учредитель должника довёл предприятие до состояния, не позволявшего последнему исполнить обязательства перед контрагентами, а также чинил препятствия для осуществления должником уставной деятельности.

Приняв во внимание указанные обстоятельства суды пришли к правильному выводу о недоказанности управляющим того, что именно действия муниципального образования послужили причиной банкротства должника, что является обязательным условием для привлечения собственника имущества к субсидиарной ответственной, в связи с чем не усмотрели оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, указанным статьёй 61.11 Закона о банкротстве.

По мнению конкурсного управляющего, учредитель должника, согласно положениям пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, должен был принять решение об обращении с заявлением о банкротстве по итогам 2014 года, а именно после истечения месячного срока после сдачи должником годового отчёта, то есть 30.04.2015, когда у должника сформировалась задолженность перед сбытовой компанией в размере 656 837,41 руб.

В этой связи, учитывая недопустимость отождествления неплатёжеспособности с неоплатой конкретного долга, а также сложившуюся ситуацию, при которой изначально деятельность управляющей организации носит убыточный характер и её платёжеспособность напрямую зависит от исполнения населением обязательств по оплате коммунальных услуг, взыскание обязательных платежей само по себе не свидетельствует о наступлении критического финансового состояния, при том, что контролирующими должника лицами приняты меры по взысканию дебиторской задолженности с населения, суды правильно определили момент возникновения у собственника имущества должника, полномочия которого реализует Комитет, в силу положений пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве (вступивших в силу с 30.07.2017) обязанности принять решение об обращении в суд с заявлением должника в срок не позднее 22.07.2019, ввиду того, что решением Арбитражного суда Кемеровской области от 11.06.2019 по делу № А27-3505/2019 руководитель должника ФИО8 привлечён к административной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (после истечения месячного срока, установленного Законом о банкротстве для подачи заявления собственно руководителем должника, следует исчислять десятидневный срок для принятия соответствующего решения собственником имущества должника).

При таких обстоятельствах доводы кассаторов об иной дате возникновения у собственника имущества должника обязанности обратиться с заявлением о банкротстве ошибочны, основаны без учёта приведённых норм права и их разъяснений высшей судебной инстанции применительно к конкретным обстоятельствам дела о банкротстве должника.

В пункте 14 Постановления № 53 разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Признавая наличие оснований для привлечения муниципального образования в лице Комитета и Управления ЖКХ к субсидиарной ответственности на основании положений статьи 61.12 Закона о банкротстве суд апелляционной инстанции, принимая во внимание размер неуплаченной должником в период после 22.07.2019 по дату возбуждения дела о банкротстве должника (30.03.2022) кредиторской задолженности перед недобровольными кредиторами, включённой в реестр требований кредиторов должника, исходя из фактических обстоятельств дела правильно определил размер субсидиарной ответственности с учётом разъяснений, изложенных в абзаце четвёртом пункта 14 Постановления № 53.

В целом доводы, изложенные в кассационных жалобах, выражают несогласие их заявителей с выводами, содержащимися в обжалуемом судебном акте, и не свидетельствуют о неправильном применении судом апелляционной инстанций норм законодательства по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных выводов у суда округа в силу предоставленных ему полномочий не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2024 по делу № А27-5304/2022 Арбитражного суда Кемеровской области оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего ФИО2, публичного акционерного общества «Кузбасская энергетическая сбытовая компания» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

Судьи                                                                                                                 Н.Б. Глотов

ФИО1