АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

21 сентября 2021 года

Дело №

А13-21458/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Зарочинцевой Е.В., ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «СеверЛесЭкспо» представителя ФИО2 (доверенность от 01.08.2020), от конкурсного управляющего государственным унитарным предприятием Вологодской области «Вологдаоблстройзаказчик» ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 27.07.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Интеркапитал Стройсервис Вологда» представителя ФИО5 (доверенность от 01.09.2021), ФИО6 (паспорт), ФИО7 (паспорт), от Департамента строительства Вологодской области представителя ФИО8 (доверенность от 13.01.2021), от Департамента имущественных отношений Вологодской области представителя ФИО9 (доверенность от 11.01.2021), от Департамента финансов Вологодской области представителя ФИО10 (доверенность от 11.01.2021), 

рассмотрев 14.09.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего государственным унитарным предприятием Вологодской области «Вологдаоблстройзаказчик» ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «СеверЛесЭкспо», ФИО7 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 11.03.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2021 по делу № А13-21458/2017,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 15.01.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) государственного унитарного предприятия Вологодской области «Вологдаоблстройзаказчик», адрес: 160000, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Предприятие).

Определением от 28.04.2018 в отношении Предприятия введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО11.

Решением от 19.11.2018 Предприятие признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В рамках названного дела о банкротстве ФИО3 13.11.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь ФИО6, ФИО12, Департамент имущественных отношений Вологодской области к субсидиарной ответственности по обязательствам Предприятия в размере 52 844 352,87 руб. 

Определениями от 09.11.2020, от 10.12.2020 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Департамент строительства Вологодской области и Департамент финансов Вологодской области соответственно. 

Определением от 11.03.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2021, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит отменить определение от 11.03.2021 и постановление от 04.06.2021 и удовлетворить заявление ФИО3 

ФИО3 не согласен с выводами судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что в указанные конкурсным управляющим даты Предприятие обладало признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества, об отсутствии правовых оснований для привлечения к ответственности собственника Предприятия, а также недоказанности факта нарушения руководителем ФИО6 и собственником имущества Предприятия обязанности по подаче в установленный срок заявления о банкротстве должника; об отсутствии вины ответчиков в создании критической ситуации на Предприятии и утраты должником возможности осуществлять хозяйственную деятельность. 

По мнению конкурсного управляющего, судами не исследованы все обстоятельства дела, на которые ссылался заявитель.

С кассационной жалобой также обратился кредитор-заявитель общество с ограниченной ответственностью «СеверЛесЭкспо», адрес 160004, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), которое, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит отменить определение от 11.03.2021 и постановление от 04.06.2021 и направить дело в арбитражный суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

Податель жалобы не согласен с выводом судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии совокупности условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Предприятия.

Как полагает Общество, указанными лицами не представлены доказательства того, что ими в период своей деятельности были предприняты какие-либо меры для уменьшения задолженности Общества перед кредиторами. 

ФИО7, обращаясь с кассационной жалобой, просит отменить определение от 11.03.2021 и постановление от 04.06.2021 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления ФИО3 

ФИО7 не согласна с выводами судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что в указанные конкурсным управляющим даты Предприятие обладало признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также об отсутствии правовых оснований для привлечения к ответственности собственника Предприятия и недоказанности факта нарушения руководителем ФИО6 и собственником имущества Предприятия обязанности по подаче в установленный срок заявления о банкротстве должника. 

ФИО7 полагает доказанным наличие вины ответчиков в создании критической ситуации на Предприятии и утраты должником возможности осуществлять хозяйственную деятельность.

В отзывах, поступивших в суд 28.07.2021, 02.08.2021, 08.09.2021 в электронном виде, Департамент имущественных отношений Вологодской области, ФИО6, Департамент строительства Вологодской области и Департамент финансов Вологодской области возражают против удовлетворения кассационных жалоб, просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

В судебном заседании ФИО7, представители ФИО3, Общества и общества с ограниченной ответственностью «Интеркапитал Стройсервис Вологда» поддержали доводы кассационных жалоб, а ФИО6, представители Департамента имущественных отношений Вологодской области, Департамента строительства Вологодской области и Департамента финансов Вологодской области возражали против их удовлетворения, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационных жалоб, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО12 являлся руководителем Предприятия в период с 23.06.2015 по 17.07.2017, а ФИО6 - с 18.07.2017 до признания должника банкротом (13.11.2018).

Полномочия собственника имущества Предприятия от имени Вологодской области осуществляли Департамент имущественных отношений Вологодской области как учредитель Предприятия, Департамент строительства Вологодской области как орган исполнительной государственной власти области, на который возложены координация и регулирование деятельности в соответствующей отрасли.

ФИО6, ФИО12, Департамент имущественных отношений и Департамент строительства являлись лицами, контролирующими деятельность должника.

В реестр требований кредиторов Предприятия (далее – Реестр) включены требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа в размере 52 589 083,53 руб. Размер требований, заявленных после закрытия Реестра, составляет 128 975,22 руб.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Предприятия в соответствии со статьями 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в связи с невозможностью полного удовлетворения требований кредиторов, а также ссылаясь на неисполнение ФИО12, ФИО6 и Департаментом имущественных отношений обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 31.01.2016 и 18.07.2017 и 10.02.2016 соответственно, ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Арбитражный суд первой инстанции не усмотрел наличия предусмотренной Законом о банкротстве совокупности условий привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Отказывая в удовлетворении требований ФИО3 в отношении Департамента имущественных отношений Вологодской области, суды первой и апелляционной инстанций пришли также к выводу об отсутствии законных оснований для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам Предприятия за неподачу заявления о признании Предприятия банкротом в связи с тем, что норма права, на основании которой заявлено данное требование конкурсным управляющим, вступила в законную силу уже по истечении периода, в котором, по мнению ФИО3, названным Департаментом не были совершены необходимые действия.  

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 04.06.2021 оставил определение от 11.03.2021 без изменения. 

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационных жалоб и отзывов на них, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для их удовлетворения и отмены обжалуемых судебных актов. 

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, на основании которых заявлено требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ).

Между тем, предусмотренная абзацем третьим пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Законом № 266-ФЗ, вступившим в силу 30.07.2017.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Таким образом, с момента вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ основания для привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве предусматриваются главой III.2 Закона о банкротстве, а положений, обязывающих участников хозяйственного общества созывать собрание для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принимать такое решение, а также предусматривающих возможность привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в случае не совершения названных действий, Закон о банкротстве в прежней редакции не содержал.

Исходя из изложенного, суды первой и апелляционной инстанций правильно указали на то, что собственник имущества муниципального предприятия, а также его учредители в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве не относятся к субъектам ответственности за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. При этом, учитывая то, что статья 61.12 и пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающие, в частности, обязанность собственника имущества должника - унитарного предприятия по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, введены Законом № 266-ФЗ, в данном случае они не могут быть применены при рассмотрении настоящего спора, поскольку факты, на которые указывает податель жалобы, имели место до 01.07.2017.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: 

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; 

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; 

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

Определив дату наступления обязанности ФИО12 по подаче заявления о признании должника банкротом не позднее 31.01.2016, конкурсный управляющий исходил из наличия в «Картотеке арбитражных дел» дел и судебных актов, на основании которых с должника в пользу кредиторов взыскивалась задолженность, а также данных бухгалтерской отчетности..

Дату 18.07.2017 ФИО13 рассматривает как дату наступления субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО6, а 10.02.2016 – Департамента имущественных отношений. 

Вместе с тем, суды учли, что руководитель должника несет гражданско-правовую ответственность перед кредиторами за убытки в случае обращения в суд с заявлением о банкротстве возглавляемого общества при наличии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме (пункт 3 статьи 10 Закона о банкротстве). В условиях необходимости взвешенного и разумного подхода при принятии решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве руководитель должника должен исходить из того, что данная обязанность возникает у него, как и у любого разумного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, в момент, когда он должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, учитывая, в том числе масштаб деятельности должника, размер просроченной задолженности и прочие обстоятельства.

Согласно определению Верховного суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553 бухгалтерский баланс сам по себе также не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства.

Проанализировав материалы дела, в том числе бухгалтерскую отчетность Предприятия, суды пришли к верному выводу о том, что обстоятельства деятельности должника в 2015-2016 годах не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчики добросовестно рассчитывали на их преодоление в разумный срок, приложили необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. 

Судами первой и апелляционной инстанций подробно исследованы факты, свидетельствующие о том, что руководителями и собственником имущества Предприятия принимались меры стабилизации его финансового положения.

В частности, суды установили и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что после вступления ФИО6 в должность руководителя должника (18.07.2017) Предприятие участвовало в торгах в качестве подрядчика, в результате чего было восстановлено участие в проекте «Проектные организации Северо-Запада»; создана проектная группа для корректировки проектно-сметной документации объектов, возводимых Предприятием; проведена работа по подготовке проектных планировочных решений по реконструкции здания по улице Ленинградской для размещения участков мировых судей Вологодской области; проведены мероприятия по взысканию дебиторской задолженности (дело № А13-12032/2015), в результате которых с общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазмонтаж» в пользу Предприятия взыскано 25 707 102,12 руб.; оспорены действия судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов по г. Вологде № 1 по запрету совершения регистрационных действий в отношении части имущества должника; Предприятие аккредитовано в качестве подрядчика и в качестве проектировщика для Фонда капитального ремонта многоквартирных домов в Вологодской области. 

В августе 2017 года ФИО6 разработаны и утверждены экономическая программа и план выхода из финансового кризиса. Для контроля данного плана составлялись ежемесячные отчеты о его исполнении. В октябре 2017 года на уровне заместителя губернатора области проведены переговоры об участии Предприятия в качестве генерального подрядчика - единого получателя пожертвования в размере около 1,2 млрд. руб. от публичного акционерного общества «Газпром»; заказана и оплачена проектно-сметная документация на строительство секции на 96 квартир для детей-сирот в доме № 3 микрорайона Белозерский, учредителем неоднократно инициирована процедура санации Предприятия.

Таким образом, как правильно указали суды, ФИО6 в период осуществления им руководства Предприятием принимал меры, направленные на продолжение финансово-хозяйственной деятельности Предприятия.

Суды также установили, что ФИО6, исполнявший с 18.07.2017 обязанности единоличного исполнительного органа, с учетом времени, требуемого для приема дел и адекватной оценки экономического положения Предприятия, своевременно (27.12.2017) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании Предприятия банкротом.

При этом Общество обратилось в суд с аналогичным заявлением 25.12.2017.  

Таким образом, суды, не установив факта нарушения руководителями Предприятия, а также Департаментом имущественных отношений обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, правомерно отказали в удовлетворении заявления ФИО3 в названной части.

При оценке обоснованности заявления конкурсного управляющего в остальной части суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из разъяснений пунктов 16, 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

По правилам абзаца девятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в спорный период) заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В силу разъяснений, приведенных в абзаце третьем пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника. Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания.

Несостоятельность (банкротство) должника считается вызванной действиями (бездействием) его учредителей или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ ФИО3 не доказал условия, составляющие презумпцию вины ФИО6, ФИО12 и Департаментов имущественных отношений и строительства в доведении Предприятия до банкротства. При этом суды установили, что Департамент финансов в силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве не является контролирующим должника лицом.

Как правильно указали суды, в соответствии с законодательством о банкротстве не допускается привлечение к субсидиарной ответственности учредителя должника или собственника его имущества вследствие одного лишь факта наличия у таких лиц субъективного права давать обязательные для должника указания и определять действия должника при осуществлении его деятельности.

Довод подателей жалоб о том, что ответчики знали о кризисной финансовой ситуации Предприятия, но при этом Предприятие продолжало осуществлять хозяйственную деятельность, заключая новые договоры и наращивая тем самым кредиторскую задолженность, рассмотрен судом апелляционной инстанции и обоснованно отклонен.

Судами установлено, что учредителем должника в рамках осуществления контроля его хозяйственной деятельности неоднократно и с установленной периодичностью проводились проверки, руководителю Предприятия давались указания и вносились предложения, направленные на восстановление платежеспособности предприятия.

Довод ФИО3 о том, что неправомерными действиями является заключение ФИО6 ряда сделок, также был предметом рассмотрения судов и обоснованно отклонен ими. 

Судами установлено, что указанные конкурсным управляющим сделки заключены должником в процессе обычной хозяйственной деятельности Предприятия, цена каждой сделки не превышала один процент от стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности. При этом контрагенты не являлись аффилированными лицами по отношению к должнику, сделки по отчуждению недвижимого имущества согласованы собственником имущества Предприятия. Следовательно, конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между действиями ФИО6 по заключению данных сделок и банкротством Предприятия.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций, не усмотрев наличия предусмотренной Законом о банкротстве совокупности условий привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, правомерно отказали конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Предприятия. 

Выводы судов об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, а выводы о применении норм материального права - на фактических обстоятельствах дела, установленных судами на основании оценки представленных в материалах дела доказательств.

Доводы, приведенные в кассационных жалобах, выводов судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Указанные доводы по существу направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия подателей жалоб с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 11.03.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2021 по делу № А13-21458/2017 оставить без изменения, а кассационные жалобы конкурсного управляющего государственным унитарным предприятием Вологодской области «Вологдаоблстройзаказчик» ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «СеверЛесЭкспо» и ФИО7 - без удовлетворения. 

 

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

 

Е.В. Зарочинцева

ФИО1