ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А61-4046/2013

г. Ессентуки

13 июля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2018 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 13 июля 2018 года.  

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Жукова Е.В., при ведении  протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу:  ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, апелляционную жалобу  акционерного коммерческого банка «Банк Развития Региона» (открытое акционерное  общество) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по  страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия- Алания от 21.12.2017 о привлечении к субсидиарной ответственности в виде взыскания с  них солидарно денежную сумму в размере 2 058 575 000 руб., поданное в рамках дела  

о несостоятельности (банкротстве) акционерного коммерческого банка «Банк Развития  Региона» (открытое акционерное общество) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

при участии в судебном заседании: 

от акционерного коммерческого банка «Банк Развития Региона» (ОАО) в лице конкурсного  управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»:  представитель ФИО2 (по доверенности от 23.01.2018),  

от ФИО3: ФИО3 (лично), представитель ФИО4 (по  доверенности от 09.10.2017),  

от ФИО5: ФИО5 (лично) и представитель ФИО4 (по  доверенности от 09.04.2018),  

от ФИО6: представитель ФИО4 (по доверенности от 28.01.2018), 

от Баскаевой Л.С.: Баскаева Л.С. (лично) и представитель Данилова И.В. (по  доверенности от 09.04.2018),  

от ФИО8: ФИО8 (лично), 

от ФИО9: ФИО9 (лично), представитель ФИО10 (по  доверенности от 13.02.2017),  

от ФИО11: ФИО11 (лично), 

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о  времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения  информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет,  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда от 27.12.2013 заявление Центрального Банка  Российской Федерации в лице Национального банка Республики Северная Осетия –  Алания удовлетворено. Акционерный коммерческий банк «Банк Развития Региона»  (открытое акционерное общество) признан несостоятельным (банкротом), в отношении  него открыто конкурсное производство. Исполнение функций конкурсного управляющего  Акционерного коммерческого банка «Банк Развития региона» (открытое акционерное  общество) возложено на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию  вкладов» (далее – агентство).  

В рамках дела о признании АКБ «БРР» (ОАО) несостоятельным (банкротом) в  арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника с заявлением о  привлечении к субсидиарной ответственности в виде взыскания с ответчиков - ФИО12, ФИО8, ФИО7,  ФИО13, ФИО5, ФИО9, ФИО14, ФИО6,  ФИО11 солидарно денежной суммы в размере 2 058 575 000  рублей  

Определением Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от  21.12.2017 в удовлетворении требований отказано. Судебный акт мотивирован тем, что  заявление конкурсного управляющего в отношении ответчиков 2-9 не подлежит  удовлетворению, так как имеющиеся в деле доказательства в совокупности  свидетельствуют о недоказанности совершения ответчиками 2-9 виновных,  противоправных действий, которые привели к несостоятельности (банкротству) банка.  Таким образом, в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО7, ФИО13, ФИО5, ФИО9, ФИО14, ФИО6,  ФИО11 судом отказано. В части требований о привлечении к субсидиарной  

ответственности Доева С.И. суд исходил из того, что материалами дела подтверждается  совокупность юридических фактов, влекущих привлечение руководителя должника Доева  С.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам банка. Однако, производство по  заявлению в отношении Доева С.И. подлежит приостановлению до реализации имущество  должника.  

Не согласившись с принятым судебным актом, агентство обратилось в  Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой и дополнительной жалобой, в  которой просило определение суда от 21.12.2017 отменить и принять по делу новый  судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что вывод суда первой инстанции о том, что  ответчики 2-9 не являлись контролирующими банк лицами, не соответствует фактическим  обстоятельствам дела и противоречит имеющимся в деле доказательствам. Судом дана  ненадлежащая оценка тому, что за решение о выдаче кредитов, которые впоследствии  погашены, ответчики не несут ответственности. Кроме того, исключив из предмета  исследования погашенные кредиты, суд не дал надлежащую оценку действиям явившимся  причиной ухудшения финансового положения банка, а соответственно не исследовал все  обстоятельства, подлежащие установлению при рассмотрении вопроса о привлечении  контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Судом не дана оценка  доказательствам об отсутствии обеспечения по ряду кредитов, а также об отсутствии  обеспечения, стоимость которого полностью покрыла бы размер выданных банком  кредитов. Так суд необоснованно пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий  не представил в материалы дела доказательства подтверждающие, что заемщики являются  техническими компаниями и не дал им надлежащую оценку. С учетом разъяснений,  указанных в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации   № 53, принятие ответчиками решений о выдаче кредитов техническим заемщикам,  которые в последствии были погашены, но при этом повлияли на ухудшение финансового  положения банка, является основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности.  

В судебном заседании представитель агентства поддержал доводы, изложенные в  апелляционной жалобе, просил апелляционную жалобу удовлетворить, определение суда  первой инстанции – отменить.  

ФИО3 и её представитель, ФИО5 и его представитель,  представитель ФИО6, ФИО7 и ее представитель, ФИО8 ФИО9  и её представитель, ФИО11 поддержали доводы, изложенные в отзывах и  дополнительных отзывах на апелляционную жалобу, просили определение суда первой  инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  

месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании  не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.  

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом  размещена 06.06.2018 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»  http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, дополнения к  апелляционной жалобе, отзывов, дополнений к отзывам, заслушав представителей лиц,  участвующих в деле и проверив законность обжалуемого судебного акта, арбитражный  апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики  Северная Осетия-Алания от 21.12.2017 по делу № А61-4046/2013 подлежит оставлению  без изменения, исходя из следующего.  

Приказом Банка России от 14.10.2013 № ОД-747 у кредитной организации АКБ  «БРР» (открытое акционерное общество) с 14 октября 2013 г. отозвана лицензия на  осуществление банковских операций. Причинами отзыва лицензии послужили:  неисполнение федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также  нормативных актов Банка России, недостаточность капитала ниже двух процентов,  снижение размера собственных средств (капитала) ниже минимального значения  уставного капитала, установленного Банком России на дату государственной регистрации  кредитной организации, а также неоднократное в течение года применение мер,  предусмотренных Федеральным законом от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке  Российской Федерации (Банке России)», статьей 19, пунктом 6 части 1 статьи 20 ФЗ от  02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», частью 11 статьи 74 ФЗ «О  Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».  

В период с 1.10.2013 по 25.12.2013 (дату открытия конкурсного производства)  Банком управляла временная администрация (приказ Банка России от 14.10.2013 № ОД- 748). Решением Арбитражного суда Республики Северная Осетия - Алания от 27.12.2013  (резолютивная часть от 25.12.2013) по делу № А61-4046/2013 Банк признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство,  функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию  «Агентство по страхованию вкладов».  

В ходе проведенной проверки (анализируемый период - с 01.10.2011 по 14.10.2013)  конкурсным управляющим должника установлено, что несостоятельность (банкротство)  Банка наступила в результате виновных действий председателя Правления Банка ФИО12, первого заместителя председателя Правления Банка ФИО8, заместителей  

председателя Правления Банка Баскаевой Л.С, Бурнацевой СХ. и Хетагурова Р.Н.,  главного бухгалтера Банка Мамсуровой И.С и начальника юридического отдела Банка  Короева Р.К., одновременно являющихся членами правления Банка, управляющего  филиалом «Столичный» Банка Кокова Г.В., управляющего Санкт-Петербургским  филиалом Банка Макоева М.К. Также агентством установлена недостаточность активов  Банка.  

Заявитель, обращаясь в суд с настоящим заявлением ссылается на то, что в течение  всего анализируемого периода существовал признак банкротства Банка и имелись  основания для осуществления мер по предупреждению его банкротства, однако, Доев  С.И., выполняя функции единоличного исполнительного органа Банка, в нарушение  требований ст. 3, 4, 7, 11 Закона (в редакции от 07.02.2011 № 8-ФЗ, от 27.06.2011 № 162- ФЗ, от 21.11.2011 № 327-ФЗ, от 06.12.2011 № 409-ФЗ, от 28.07.2012 № 144-ФЗ) скрывал  реальное финансовое положение Банка путем предоставления в Банк России  недостоверной отчетности и не предпринимали мер попредупреждению банкротства  Банка, что свидетельствует о наличии вины указанного лица в наступлении его  несостоятельности (банкротства). Более того, Доев С.И. совершил виновные действия,  выраженные в хищении денежных средств из кассы Банка, отражении операций по  внесению денежных средств в кассу Банка без их фактического внесения, что  подтверждается приговором Ленинского районного суда от 25.02.2015 по делу № 1- 36/2015. Кроме того, за анализируемый период Банком выдано всего 153 кредита 21  техническому заемщику и перечислены денежные средства 4 техническим юридическим  лицам в оплату вложений в строительство и недвижимость, повлекшие возникновение  невозвратной ссудной задолженности всего в размере 440 228 тыс. рублей, неликвидных  прав требований в размере 197 917 тыс. рублей, а также недостачу в кассе Банка в размере  1 297 548 тыс. рублей; общий размер ущерба от сделок, совершенных ответчиками,  составил 1 935 693 тыс. рублей, что явились причиной значительного ухудшения его  финансового положения и последующего признания Банка банкротом.  

Размер субсидиарной ответственности каждого ответчика рассчитан Конкурсным  управляющим в соответствии с пунктом 5 статьи 14 Закона по состоянию на 01.11.2016  как разница между размером неудовлетворенных требований кредиторов (3 914 744 тыс.  руб.) и рыночной стоимостью имущества (558 620 тыс. руб.), что составляет 3 356 124  тыс. руб. (приложения 230), а также учтено то, что решением Ленинского районного суда  г. Владикавказа от 12.11.2015 по делу № 2-1905/2015 с ФИО12 уже взыскана сумма  денежных средств в размере 1 297 549 тыс. рублей, в результате размер субсидиарной  ответственности исчислен заявителем в сумме 2 058 575 тыс. рублей.  

Отказывая в удовлетворении требований в отношении ответчиков 2-9 и  

удовлетворяя требования в отношении руководителя должника Доева С.И., суд первой  инстанции обоснованно руководствовался следующим.  

Как разъяснено в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от  27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями  Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации" положения Закона о банкротстве в  редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), и  Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N  73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), о субсидиарной ответственности  соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства,  являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности имели место до дня  вступления в силу Закона N 73-ФЗ.  

Таким образом, учитывая общие правила о действии закона во времени, при  разрешении настоящего обособленного спора применению подлежат положения статьи 14  Закона о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций, поскольку на момент  совершения вменяемых контролирующим должника лицам действия их ответственность  определялась указанной нормой закона.  

В соответствии со статьей 14 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве) если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных  действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного  совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для  данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее  действия лиц (далее - контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности  имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов  арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным  обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате  обязательных платежей.  

Указанные лица признаются виновными, если их решения или действия (в том  числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков  банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности,  соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским  правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота, а также если они  при наличии оснований, предусмотренных статьей 4 настоящего Федерального закона, не  предприняли предусмотренные настоящим Федеральным законом меры для  предупреждения банкротства кредитной организации (абз. 2 п. 1 ст. 14 Закона о  несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций).  

Таким образом, для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам  должника на его руководителей необходимо установить наличие причинной связи между  действиями руководителей и банкротством должника и виновный характер совершенных  действий.  

Изложенное согласуется с правовой позиций Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ, выраженной в определении от 10.04.2015  

 № 309-ЭС14-7022, согласно которой предусмотренная законодательство о банкротстве  субсидиарная ответственность установлена в качестве санкции (ответственности в прямом  смысле), причем не за действия организации-должника, а за собственные  недобросовестные и неразумные действия контролирующего лица, следствием которых  стало банкротство юридического лица, не позволившее ему удовлетворить требования  кредиторов.  

В соответствии со статьей 11.1 Ф Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 (ред.  от 28.06.2013) «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках и  банковской деятельности) единоличный исполнительный орган, его заместители и члены  коллегиального исполнительного органа являются руководителями кредитной  организации.  

Согласно статье 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных  обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) руководство текущей  деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом  общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным  органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным  исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Уставом общества,  предусматривающим наличие одновременно единоличного и коллегиального  исполнительных органов, должна быть определена компетенция коллегиального органа. В  этом случае лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа  общества (директора, генерального директора), осуществляет также функции  председателя коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции).  Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без  доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы,  совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания,  обязательные для исполнения всеми работниками общества.  

В соответствии с пунктами 2 - 4 статьи 71 Закона об акционерных обществах  следует, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный  исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный  единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа  

общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или  управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу  их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности  не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера  ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного  исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов  коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно  управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание  обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела. В  случае, если в соответствии с положениями данной статьи ответственность несут  несколько лиц, их ответственность перед обществом, а в случае, предусмотренном  абзацем вторым пункта 2 этой же статьи, перед акционером является солидарной.  

Пунктом 17.2 Устава Банка установлено, что руководство текущей деятельностью  Банка осуществляется коллегиальным исполнительным органом - Правление Банка и  единоличным исполнительным органом - председателем правления Банка. Председатель  Правления банка без доверенности действует от имени Банка, совершает сделки от имени  Банка (пункт 17.4 Устава).  

Согласно пункту 17.3 Редакции-2 Устава к компетенции исполнительных органов  Банка относятся все вопросы руководства текущей деятельностью Банка, за исключением  вопросов, решение по которым отнесено к исключительной компетенции общего  собрания акционеров и Совета директоров Банка, в том числе касающихся утверждения  внутренних документов Банка.  

В соответствии с пунктом 17.7 Редакции-2 Устава среди прочих к компетенции  Правления относится рассмотрение вопросов контроля исполнения и обеспечения  соблюдения законодательства в деятельности Банка и его филиалов, и представительств, а  также решение иных вопросов, отнесенных действующим законодательством Российской  Федерации и внутренними документами Банка к компетенции коллегиального  исполнительного органа Банка – Правления.  

Пунктами 17.3 и 17.15 Редакции-1 Устава и пунктами 17.18.-17.19 Редакции-2  Устава предусмотрено, что единоличный исполнительный орган Банка – Председатель  Правления и члены коллегиального исполнительного органа Банка – Правления несут  ответственность перед Банком за убытки, причиненные банку их виновными действиями  (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными  законами, а в случае если ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед  Банком является солидарной.  

При определении оснований и размера ответственности членов Совета Банка,  

председателя правления и Правления должны быть приняты во внимание обычные  условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.  

Так, из материалов дела следует, что 04.10.2013 правоохранительными органами  республики обнаружена недостача наличных денежных средств в кассе банка в размере 1  млрд. 272 млн. 830 тыс. 913 рублей, в связи с чем временной администрацией был создан  резерв под эту недостачу, эта сумма отнесена на расходы в виде сформированного  резерва, что привело к отрицательной величине собственного капитала банка.  

Отсутствие наличных денежных средств в кассе головного офиса АКБ «БРР»  повлекло создание на возможные потери в полном объеме, что привело к потере  собственных средств (капитала). На основании данных отчетности по форме 0409101  «Оборотная ведомость по счетам бухгалтерского учета кредитной организации»,  составленной на дату отзыва лицензии (14.10.2013), с учетом результатов, полученных  временной администрацией в ходе проведения финансового обследования АКБ «БРР»  (ОАО), был сформирован бухгалтерский баланс по форме 0409806 «Бухгалтерский баланс  (публикуемая форма)».  

 Согласно данным бухгалтерского баланса стоимость активов АКБ «БРР» (ОАО) на  дату отзыва у него лицензии сложилась в сумме 3 803 247 тыс. руб., из которых чистая  ссудная задолженность составила 2 434 982 тыс. руб. или 64%, в том числе: кредиты,  предоставленные юридическим лицам - 2 144 602 тыс. руб. или 88,1% от чистой ссудной  задолженности; кредиты, предоставленные физическим лицам - 201 707 тыс. руб. или 8,3  % от чистой ссудной задолженности; учтенные векселя - 88 673 тыс. руб. или 3,6%.  Обязательства АКБ «БРР» (ОАО) на дату отзыва лицензии составили 4 529 484 тыс. руб.  

На дату отзыва лицензии на осуществление банковских операций по данным  бухгалтерского учета банка превышение обязательств банка над его активами составило  726 237 тыс. руб. В ходе проведенного временной администрацией полного финансового  обследования АКБ «БРР» (ОАО) на 01.12.2013 установлено, что стоимость самой крупной  составляющей активов банка - чистой ссудной задолженности, сократилась до размера 1  792 671 тыс. рублей.  

В данной связи в результате анализа кредитного портфеля АКБ «БРР» (ОАО) в  части кредитов, предоставленных юридическим лицам, по оценке кредитного риска,  проведенного АКБ «БРР» (ОАО), был сформирован резерв в размере 508 510,1 тыс. руб.  Временной администрацией установлено, что стоимости активов банка в сумме 3 189 413  тыс. руб. недостаточно для исполнения ее обязательств в сумме 4 526 211 тыс. руб. Тем  самым, сумма обязательств должника значительно превышает реальную стоимость его  активов, размер дефицита активов АКБ «БРР» (ОАО) для покрытия обязательств  составляет 1 040 765 000 руб.  

По состоянию на 01.12.2013 у АКБ «БРР» (ОАО) имеются признаки  несостоятельности (банкротства), предусмотренные статьей 2 Федерального закона от  25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», т.е.  стоимости активов в сумме 3 189 413 тыс. руб. недостаточно для исполнения обязательств  в сумме 4 526 211 тыс. руб.  

Указанные выше обстоятельства установлены решением Арбитражного суда  Республики Северная Осетия-Алания от 25.12.2013 по делу № А61-4046/2013.  

Так применительно к деятельности Банка по выдаче ссуд (приобретении прав  требований), руководители банка, заключая сделки с организациями-заемщиками,  отвечают за положительную динамику деятельности Банка, обязаны организовать и  осуществлять контроль за надлежащей реальной проверкой платежеспособности  заемщиков, не допускать кредитования заемщиков с плохим финансовым состоянием.  

Согласно пункту 1.2.1 Положения об организации внутреннего контроля в  кредитных организациях и банковских группах (утв. Банком России 16.12.2003 № 242-П  (далее - Положение № 242-П) внутренний контроль осуществляется в целях обеспечения  эффективности и результативности финансово-хозяйственной деятельности при  совершении банковских операций и других сделок, эффективности управления активами  и пассивами, включая обеспечение сохранности активов, управления банковскими  рисками, под которым понимается выявление, измерение и определение приемлемого  уровня банковских рисков, присущих банковской деятельности типичных возможностей  понесения кредитной организацией потерь и (или) ухудшения ликвидности вследствие  наступления связанных с внутренними и (или) внешними факторами деятельности  кредитной организации неблагоприятных событий. Оценка кредитного риска по ссуде и  портфелям однородных ссуд осуществляется на постоянной основе. Оценка ссуды и  определение размера расчетного резерва и резерва осуществляется кредитными  организациями самостоятельно на основе профессионального суждения (п. п. 2.1 - 2.2  Положения № 254-П).  

В силу пункта 3.1 Положения № 242-П система внутреннего контроля кредитной  организации, в частности, должна включать такие направления как контроль со стороны  органов управления за организацией деятельности кредитной организации и контроль за  функционированием системы управления банковскими рисками и оценка банковских  рисков.  

Рекомендации по осуществлению контроля со стороны органов управления за  организацией деятельности кредитной организации приведены в приложении 1 к  Положению № 242-П, согласно п. 3 которого органам управления кредитной организации  рекомендуется оценивать риски, влияющие на достижение поставленных целей, и  

принимать меры, обеспечивающие реагирование на меняющиеся обстоятельства и  условия в целях обеспечения эффективности оценки банковских рисков; обеспечить  участие во внутреннем контроле всех служащих кредитной организации в соответствии с  их должностными обязанностями.  

Согласно Положению «О кредитном комитете АКБ «БРР»», утвержденному  протоколом № 6 от 30.03.2010 Правлением Банка утверждено Положение о кредитном  комитете АКБ «БРР» (ОАО) (далее – Положение о КК) основными задачами кредитного  комитета (далее – КК) являются: минимизация кредитных рисков Банка; обеспечение  доходности по операциям кредитования клиентов Банка в национальной и иностранной  валютах; контроль за состоянием кредитного портфеля; формализация документационных  процессов, а также унификация документов по кредитованию (п.2.1).  

Главой 3 Положения о КК к компетенции КК отнесено в частности, определение  условий кредитования и принятие решений о выдаче кредитов.  

В соответствии с пунктом 4.1 Положения о КК в состав КК входят, в том числе:  Заместитель Председателя Правления - по должности (Председатель КК), Заместитель  Председателя Правления, курирующего кредитную работу - по должности (заместитель  Председателя КК); Начальник юридического отдела; Главный бухгалтер.  

В соответствии с Трудовым договором № 0266 от 05.10.2009 (Приказом № 483л.д.  от 02.10.2009) ФИО14 принят на работу в Банк на должность Начальника  юридического отдела, которую он занимал до 21.01.2014 (Приказ № 2л.д./98 от 14.10.2014  г.), ФИО14 входил в состав КК.  

В силу статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 71 Закона  об акционерных обществах не предусмотрена возможность создания иных, помимо  установленных законом органов управления организацией, кредитный комитет банка не  является органом управления обществом, который имеет право давать обязательные  указания для кредитной организации.  

Таким образом, решения кредитного комитета АКБ «БРР» имели  рекомендательный характер, не являлись основанием для выдачи кредитов, одобрения  сделок в порядке Закона об акционерных обществах.  

Лицо, подписывающее договор, как основание для выдачи кредита, не обязано  было руководствоваться решением кредитного комитета, указанный орган не являлся  органом управления банка, а ответчики, голосуя как члены кредитного комитета по  соответствующим вопросам, не давали банку обязательных указаний.  

Истец ссылается на то, что ФИО14 принимал участие в одобрении сделок с  техническими юридическими лицами.  

В свою очередь, из представленных в материалы дела доказательств, ни одна из  

организаций, которой предоставлен кредит по согласованию с Короевым Р.К., не отвечает  критериям технического юридического лица («фирмы-однодневки»), а решения  Арбитражного суда РСО – Алания содержат сведения о ликвидных залогах, принятых  Банком в обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам. Доводы КУ о  том, что указанные им в заявлении о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности организации являлись техническими юридическими лицами, а также об  отсутствии либо лишь формальном наличии обеспечения выданных Банком кредитов  бездоказательны и не подтверждаются ни фактическими обстоятельствами, ни  материалами рассматриваемого обособленного спора. Наличие же самого факта  образования ссудной задолженности не может свидетельствовать о совершении  ответчиком заведомо незаконных действий, которые привели к состоянию  неплатежеспособности Банка.  

Кроме того, согласование ответчиком договором не является обязательным для  лица его подписавшим.  

Следовательно, истцом не доказана причинно-следственная связь между  действиями ответчика и банкротством банка.  

В отношении ФИО8 судом установлено следующее. 

ФИО8 согласно приказу от 28.08.2012 года уволена из АКБ «БРР» (ОАО)  28.08.2012.  

В свою очередь в исследуемый период ФИО8 принимала участие в одобрении  сделок по предоставлению 25 кредитов, из которых остаток задолженности числится по  только 4 кредитным договорам.  

Так все бланковые кредиты были погашены до отзыва у банка лицензии. При этом,  21 кредит, указанные ниже в таблице, были погашены до мая 2012 года, то есть, более чем  за 3 месяца до увольнения ФИО8 из АКБ «БРР» (ОАО).  

В соответствии с решениями кредитного комитета и данными кредитных досье по  погашенным 21 кредитам кредиты являлись «Бланковыми». Порядок предоставления  бланкового кредита юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям в АКБ  «БРР» (ОАО) (утвержден заседанием Правления банка от 27.04.2011. № 8) устанавливает,  что кредит предоставляется для оперативного поддержания текущей платежеспособности  клиента и пополнения оборотных средств на срок не более 60 дней без обеспечения  материальными ценностями.  

По выданным кредитам ООО «КлаунДэд» в размере 35 000 000 рублей, ООО  «Балтэкс» в размере 36 000 000 рублей, имелось обеспечение в виде недвижимого  имущества, а обязательства ООО «Юридическое агентство «Эксперт» в размере 10 000  000 рублей были обеспечены в соответствии с договором поручительства с Гарантийным  

фондом РСО-Алания, указанные кредиты были пролонгированы после увольнения  Царевой Н.В. из банка.  

Таким образом, ни один из 25 кредитов, одобренных кредитным комитетом, в  котором принимала участие ФИО8, не являлся техническим, кредиты в большинстве  были своевременно погашены, а по остальным имелось необходимое обеспечение,  следовательно, указанные кредиты не могли привести к банкротству банка.  

В отношении ФИО7 судом установлено следующее. 

ФИО7 согласно трудовому договору № 0377 от 10.10.2011 являлась  заместителя председателя Правления Банка.  

Согласно должностному регламенту в полномочия ФИО7 входило  взаимодействие с национальным Банком России и контролирование подразделений Банка:  Отдела экономического анализа и отчетности; бухгалтерии (отдела внутрибанковских  операций); отдела валютных операций и валютного контроля; операционных касс № 2 и   № 3 в г. Владикавказе; филиалов: «Владикавказский», «Моздокский», «Хох»;  «Ростовский», «Столичный», «Санкт-Петербургский»; операционных офисов в г. г.  Краснодаре, Ставрополе, Пятигорске.  

С участием ответчика заключены следующие сделки: кредитные договоры: № 2 от  19.09.2012 с ООО «Меркан» на сумму 30 000 000 рублей; № 13 от 01.10.2012 на сумму 15  000 000 рублей; № 17 от 20.08.2013 на сумму 2 050 000 руб.; № 18 от 21.08.2013 на сумму  3 700 000 рублей с ООО фирма «Фиан»; № 8 от 21.09.2012 на сумму 10 000 000 рублей;   № 9 от 08.10.2012 на сумму 5 000 000 рублей с ООО «Фолд»; № 1 от 12.10.2012 на сумму  35 000 000 рублей и № 5 от 30.07.2013 на сумму 30 000 000 рублей с ООО «Эксперт  Интеграция»; № 8 от 28.09.2012 на сумму 23 000 000 рублей с ООО «Агрокавказ».  

Исходя из абз.3 п.4 ст.10 и ст.ст. 61.2; 61.3Ззакона о банкротстве данные сделки  должны быть оспорены по правилам ст. ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

Однако, решение суда о признании вышеперечисленных кредитных договоров  недействительными как подозрительных сделок, и сделок, которыми причинен ущерб  должнику, отсутствует.  

Тот факт, что в процессе исполнения сделок произошло полное или неполное  погашение кредита (при выплате процентов), никак не может являться основанием для  привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности. Все вышеперечисленные  юридические лица не являлись фирмами-однодневками. В составе их учредителей  ФИО7, либо её родственники, отсутствуют. Кредитные договоры были обеспечены  залогом самих заемщиков или третьих лиц.  

Следовательно, истцом не доказана причинно-следственная связь между  действиями ответчика и банкротством банка.  

В отношении Бурнавцевой С.Х. судом установлено следующее. 

Из приведенных конкурсным управляющим в таблице кредитов, выданных с  участием ФИО13, большая часть погашена. Доказательств обратного не  представлено. Кроме того, Практически все спорные кредиты были обеспечены  ликвидным имуществом, которое в настоящее время не утрачено. Частичный вывод  активов, прекращение залога влекут последствия по своевременному оспариванию сделок  должника, предусмотренных ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. Члены кредитного  комитета не могут влиять на совершение вышеуказанных сделок, так как они их не  одобряли.  

Исходя из разъяснений п. 22 Постановления Пленумов Верховного и Высшего  Арбитражного Судов РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», статьи 53.1  Гражданского кодекса Российской Федерации действия ФИО13 не имеют  признаков злоупотребления правом, и совершались в пределах возложенных на неё  функций добросовестно.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что  истцом не доказана причинно-следственная связь между действиями ответчика и  банкротством банка.  

В отношении ФИО5 судом установлено следующее. 

ФИО5 в период с 2010 по 2012 являлся заместителем председателем  правления АКБ «БРР».  

Из приведенных конкурсным управляющим в таблице кредитов, выданных с  участием ФИО5, погашены кредиты, заключенные АКБ «БРР» с ООО Космос  2000»; ООО “VETTO”; ООО «Агрокавказ»; ООО Фирма «Фиан»; ООО «Озон», которые  являлись срочными (бланковыми).  

Из имеющихся в материалах дела кредитных досье следует, что кредиты ООО  «Балтэкс», ООО «Дуада»; ООО «Газэнерго»; ООО «КлаунДэд»; ООО «Юридическое  агентство «Эксперт» выдавались на приобретение недвижимости; на приобретение  оборудования и автотранспортных средств; в обеспечение заключены договоры залога,  ипотеки, договоры последующего залога, договор страхования имущества ОАО страховая  группа «Уралсиб», договоры поручительства, например Гарантийного фонда республики  и т.д. (подробный перечень приведен в реестре выдачи кредитов). В период работы  ФИО5 заместителем председателя правления банка по этим кредитам  выплачивались проценты. Таким образом, эти юридические лица не являлись  техническими, реально осуществляли деятельность в течение длительных периодов,  имели значительные обороты денежных средств по счетам. Выдача кредитов  

предприятиям с вышеуказанными видами деятельности – обычная деловая практика для  любых банков, данные сделки не выходили за пределы обычного экономического риска.  Доказательств погашения задолженности за счет перекредитования (выдачи им  последующих кредитов), а не за счет иной, в том числе предпринимательской  деятельности, в материалы дела не представлено. Об этом же указывает в письменных  объяснениях и конкурсный управляющий, поскольку ему не представилось возможным  установить, какой именно кредит финансировал другой кредит ввиду запутанности  платежей, разрывов цепочек платежей, внешних поступлений; то есть осуществления  платежей, по сути, опровергающих перекредитование.  

27 бланковых и 2 срочных кредита, в одобрении которых участвовал ФИО5, погашены в полном объеме и в соответствующие сроки. Общая сумма погашенных  кредитов 468 520 000 руб., по которым получены проценты в сумме 11 991 745 руб. Как  указано выше, доказательств погашения этих кредитов за счет выданных других кредитов  конкурсным управляющим не представлено и материалах дела не находится. В  пролонгации срочных кредитных договоров № 

<

***> от 06.03.2012 с ООО «Балтэкс»; от  04.10.2011 и от 26.10.2011 с ООО «КлаунДэд»; от 26.10.2011 с ООО «Юридическое  агентство «Эксперт» на общую сумму 91 000 000 руб. ФИО5 не участвовал,  поскольку прекратил свои трудовые отношения с банком до дат продления кредитов. При  этом проценты по кредитам на общую сумму 13 657 808 руб. до их пролонгации  платились регулярно в соответствии с договорами.  

Ущерба от выдачи данных кредитов банку не причинено. Доказательств  осведомленности ФИО5 об источниках и способах погашения кредитов, в  материалы дела не представлено. Доказательства выгодоприобретения ФИО5 от  выдачи кредитов также отсутствуют.  

Довод конкурсного управляющего о том, что юридические лица, получившие  кредиты, являются техническими, подлежит отклонению, поскольку не соответствует  материалам дела. Так из сведений ЕГРЮЛ усматривается, что ООО «Юридическое  агентство «Эксперт» ОГРН 

<

***>, директор ФИО16 создано 21.09.2009;  ООО «Дуада» ОГРН 

<

***>, директор ФИО17, создано 20.11.2008. Оба  предприятия в соответствии с указанными в ЕГРЮЛ видами деятельности являлись  агентствами недвижимости на территории РСО-Алания; ООО «КлаунДэд» ОГРН  

<

***>, создано 17.04.2007 года, занималось реализацией строительных  материалов, имело значительные обороты денежных средств по счетам; ООО «Газэнерго»  ОГРН 

<

***>; создано 26.05.2008; ранее занималось сельскохозяйственным  производством, в настоящее время – техническим обслуживанием и ремонтом  автомобилей. ООО «Балтэкс» внесено в ЕГРЮЛ 05.02.2003; как предприятие, созданное  

08.09.1995; занималось строительством зданий и сооружений 1 и 2-го уровня  ответственности.  

Следовательно, истцом не доказана причинно-следственная связь между  действиями ответчика и банкротством банка.  

В отношении ФИО18 судом установлено следующее. 

ФИО18 занимала должность Главного бухгалтера Банка в период с 01  октября 2011г. по 14 октября 2013г. занимала должность главного бухгалтера. В  указанный период ответчик входила в состав Правления Банка, а также в состав  Кредитного комитета Банка.  

Главный бухгалтер не является органом юридического лица и в соответствии с  нормами действующего законодательства не имеет полномочий по формированию и  выражению вовне воли юридического лица.  

В соответствие с пунктом 1.4. части 1 Положения ЦБ РФ «О правилах ведения  бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории  Российской Федерации» от 16.07.2012 № 385-П в редакции от 26.09.2012 (срок действия  редакции с 01.01.2013 по 01.01.2014), без подписи главного бухгалтера или  уполномоченных им должностных лиц расчетные и кассовые документы, финансовые и  кредитные обязательства, оформленные документами, считаются недействительными и не  должны приниматься к исполнению.  

Следовательно, наличие в кредитном договоре подписи главного бухгалтера  свидетельствует о соблюдении норм действующего законодательства, регулирующих  актов ЦБ РФ и соблюдении ею должностной инструкции.  

Таким образом, оснований полагать, что кредитный договор от имени банка был  заключен главным бухгалтером, не имеется.  

Более того, ряд кредитных договоров, представленных истцом в обоснование  требований, не содержит подписи ФИО9  

В свою очередь, истцом не представлено доказательств того, что ответчик, являясь  членом Правления банка, принимала решения или могла оказывать влияние на принятие  решения о заключении кредитных договоров. Более того, не представлены доказательства  того, что принятие решений о предоставлении кредитов входило в компетенцию  Правления банка. Истцом не представлены протоколы заседания Правления,  свидетельствующие о принятии решений по заключению кредитных договоров с  вышеуказанными заемщиками и об участии ФИО9 в этих заседаниях.  

Доводы о вхождении ответчика в состав Кредитного комитета, а также о  голосовании по вопросам предоставления (непредоставления) кредитов организациям,  указанным Истцом, также не свидетельствуют о прямой связи действий ответчика с  

нанесением Банку убытков.  

Кредитный комитет не является органом управления кредитной организации.  Решения кредитного комитета не являются обязательными к исполнению руководством  кредитной организации и носят рекомендательный характер.  

Кредитные Договоры от имени банка заключаются непосредственно его  единоличным исполнительным органом. Кредитные договоры, заключавшиеся  руководством Банка в рамках организации процесса кредитной деятельности, фактически  являлись отражением заключений и выводов, которые уже сделаны соответствующими  подразделениями Банка, в частности Кредитным Отделом, Службой безопасности Банка.  Никаких выводов о нецелесообразности предоставления кредитов, рекомендаций по  отказу в их выдаче заемщикам, документы, на которые ссылается конкурсный  управляющий в обоснование своих требований, не содержат.  

На момент получения заемных денежных средств заемщики не могли быть  признаны субъектами, предоставление кредитов которым заведомо влекло за собой их  невозврат, имели положительные кредитные истории.  

Все заемщики проходили первичную идентификацию, предоставляли  дополнительную информацию для формирования кредитных досье и решение о  предоставлении кредита принималось на основании уже сформированного кредитного  досье, которое включало в себя заключение Кредитного отдела о возможности  предоставления кредита заемщикам за подписью Начальника кредитного отдела и  кредитного инспектора, также в материалах кредитных досье имеются заключения  Начальника службы безопасности Банка об отсутствии информации, исключающей  возможность предоставления кредита и состоянии залогов.  

В должностные обязанности главного бухгалтера согласно должностной  инструкции не входила проверка документов, предоставленных заемщиками на предмет  достоверности и достаточности, равно как не относится к ее компетенции формирование  кредитных досье в отношении заемщиков. Такого рода проверкой занимались  соответствующие подразделения банка в рамках своих компетенций.  

Таким образом, исходя из организации учетного процесса в банке, ФИО9  не имела никакой возможности оказывать влияние и принимать решения об одобрении  заключения кредитных договоров и предоставления денежных средств заемщикам. Более  того, ответчик не располагал никакой информацией о способах погашения контрагентами  заемных денежных средств. При таких обстоятельствах, истцом не доказана причинно- следственная связь между действиями ответчика и банкротством банка, равно как не  доказан факт отсутствия в действиях ответчика признаков добросовестности и должной  осмотрительности.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу об отсутствии основания для привлечения ответчиков 2-7 как членов кредитного  комитета к субсидиарной ответственности.  

В отношении ФИО6 судом установлено следующее. 

ФИО6 занимал должность руководителя филиала  «Столичный» Банка. Трудовым договором, должностной инструкцией ФИО6  предусматривалось именно исполнение обязанностей по руководству филиалом Банка без  возможности определять решения, действия, сделки Должника за рамками деятельности  филиала. Исходя из понятий ч. 1 ст. 11.1 Федерального закона от 2 декабря 1990 года №  395-1 «О банках и банковской деятельности» руководители филиалов не входят в состав  руководителей кредитной организации, в связи с чем ФИО6 не может быть признан  руководителем Должника. Также ФИО6 не входил в состав совета директоров  (наблюдательного совета) Банка и не являлся его акционером, учредителем или  участником.  

При этом, как видно из материалов дела, все договоры (за исключением, кредитных  договоров с ООО ФИК «РСО – Капитал») были заключены Банком за пределами  Московского региона, и филиал «Столичный» Банка, которым руководил ФИО6, не  имел к этим договорам отношения. ФИО6 не был осведомлен о данных сделках, не  принимал участия в выработке решения по их заключению, не участвовал в их  заключении и исполнении, в связи с чем данное основание для привлечения к  субсидиарной ответственности также неприменимо.  

В силу пункта 4 стать 10 Закона о банкротстве руководитель филиала кредитной  организации не может быть признан контролирующим лицом, так как не он не  контролирует деятельность кредитной организации в целом, положение руководителя  филиала отличается от положения руководителя кредитной организации, члена совета  директоров или участника; деятельность руководителя филиала, его компетенция  распространяется исключительно на подчиненный ему филиал, в связи с чем возложение  на руководителя филиала в полном объеме ответственности за доведение кредитной  организации до банкротства либо за непринятие мер по предупреждению банкротства,  которые он в принципе и не должен был предпринимать, противоречило бы сущности  гражданско-правовой ответственности как ответственности за нарушение и  распространяло бы ответственность на лиц, которые, в принципе, не совершали никаких  нарушений.  

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности.  

В отношении ФИО11 судом установлено следующее. 

Так, Макоев М.К. не являлся лицом, который имел возможность осуществлять  руководство деятельностью должника, принимать управленческие решения либо  непосредственно влиять на принятие подобных решений, то есть не являлся  контролирующим должника лицом.  

Как разъяснено в подп. 5 п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62,  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности,  когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на  момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил  сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой- однодневкой» и т.п.).  

В данном случае с учетом требований статьи 71 Закона об акционерных  обществах», разъяснений Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков  лицами, входящими в состав органов юридического лица» заявитель должен доказать, что  на момент голосования за одобрение спорных кредитов или подписания кредитных  договоров ответчиками кредиты являлись заведомо невозвратными, о чем ответчики  знали или должны были знать исходя из обычной практики кредитования, то есть  допустили грубую неосторожность при одобрении сделок.  

Заявителем не представлено доказательств того, что руководитель Санкт- Петербургского филиала «Столичный» АКБ «БРР» ФИО11 действовал  недобросовестно и неразумно и вследствие его действий и (или) бездействия должник  признан несостоятельным (банкротом).  

В отношении доводов заявителя относительно вины ответчиков как членов  Правления Банка и руководителей филиалов суд первой инстанции обоснованно пришел к  следующему.  

Из 153 спорных кредитных договоров на общую сумму 2 275 460 тыс. рублей 9  кредитных договоров на общую сумму 97 млн. 750 тыс. рублей было подписано лично  председателем Правления Банка ФИО12, а именно: с ООО «VETTO» - договоры № 4  от 24.04.2013 на сумму 14 млн. рублей и № 5 от 26.04.2013 на сумму 6 млн. рублей; с ООО  «ДГМ» - договор № 5 от 26.04.2013 на сумму 20 млн. рублей; с ООО «Фирма Фиан» -  договоры № 14 от 15.07.2013 на сумму 6 млн. рублей, № 15 от 24.07.2013 на сумму 6 млн.  рублей, № 18 от 21.08.2013 на 3 млн. 700 тыс. рублей, № 17 от 20.08.2013 на 2 млн. 050  тыс. рублей; с ООО «Панда» - договор № 4 от 30.09.2013 на сумму 20 млн. рублей; с ООО  «Эксперт-Интеграция» - договор № 6 от 27.09.2013 на сумму 20 млн. рублей (таблица к  письменным объяснениям, т. д 113, л.д.7, приложение № 17 к исковому заявлению, т.д. 1,  

л.д. 97-103).  

В материалах дела отсутствуют данные о том, что факты заключения и условия  указанных сделок были доведены до других ответчиков: ФИО8, ФИО7,  ФИО13, ФИО5, ФИО9, ФИО14 Доказательств того,  что кроме ФИО12 вышеуказанные лица, а также руководители филиалов «Столичный»  ФИО6 и СанктПетербургского филиала ФИО11 каким-либо образом должны  были знать о выданных кредитах, а также о том, что они принимали участие в их  одобрении, в материалах дела не имеется. Решение кредитного комитета и  профессиональные суждения профильных отделов банка отсутствуют, кредитные досье по  ним не сформированы, имеются только сами договоры и выписки по счетам заемщиков.  

Из оставшихся 144 кредитных договора, положенных в основу настоящего  заявления, кредиты на общую сумму 1 278 553 837 рублей являются бланковыми, то есть,  выданными на пополнение оборотных средств без обеспечения на срок до 60 дней, из  которых погашено кредитов на общую сумму 1 256 353 837 рублей  

Таким образом, материалами дела доказано, что указанными организациями всего  погашено бланковых кредитов на общую сумму 1 256 853 837 рублей.  

Доказательств того, что указанные выше суммы внесенных в счет оплаты  бланковых кредитов денежных средств остались числиться на балансе банка как ссудная  задолженность на дату отзыва лицензии, заявитель не представил.  

Сделки по погашению бланковых кредитов конкурсным управляющим не  оспорены, недействительными не признаны. Таким образом, конкурсным управляющим  не представлены доказательства совершения ответчиками виновных действий по выводу  ликвидных активов в виде выдачи указанных бланковых кредитов и доказательства  наличия причинно-следственной связи между их поведением и наступившими  последствиями в виде банкротства Банка.  

Также заявителем не представлено доказательств в подтверждение довода о  погашении задолженности по кредитным договорам за счет вновь выданных кредитов.  Обязательства по кредитным договорам были погашены, в формировании резерва на  потери по ссудам они не участвуют. Источник погашения кредита, в том числе и за счет  вновь выданного кредита, при этом значения не имеет, так как в формировании резерва  будет участвовать следующий кредит.  

Следовательно, довод конкурсного управляющего о том, что заключением  вышеуказанных кредитных договоров банку причинены убытки, не может быть принят во  внимание, поскольку противоречит материалам дела.  

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу,  ответчики 2-9 не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по указанным  

договорам на выдачу бланковых кредитов.  

Так из перечисленных в заявлении бланковых кредитов остались непогашенными  следующие кредиты на общую сумму 18 млн. 500 тыс. рублей: с ООО «Фолд» - по  договору № 9 от 27.08.2013 (выдано 10 млн. рублей, произведено погашение на 1 млн. 500  тыс. рублей) остаток долга – 8 млн.500 тыс. рублей;. с ООО «ФИК Капитал» по договору   № 11 от 02.04.2013, долг 10 млн. рублей.  

Из Устава Банка и Закона «О банках и банковской деятельности» следует, что  выдача кредитов является одним из видов деятельности Банка, в связи с чем сама по себе  выдача указанных бланковых кредитов ООО ФИК «РСО-Капитал» и ООО «Фолд» не  противоречит нормам права, а также внутренним правилам банка и обычаям делового  оборота, факт не возврата указанных кредитов носит единичный характер, что может быть  отнесено к нормальному предпринимательскому риску и обычным условиям делового  оборота.  

Договор бланкового кредита № 18 от 21.08.2013 на 3 млн.700 тыс. рублей с ООО  Фирма «Фиан» подписан лично ФИО12, с учетом чего ответчики 2-9 не могут нести  ответственность за действия единоличного исполнительного органа Банка ФИО12 по  выдаче указанного кредита.  

В отношении оставшихся кредитных договоров, положенных в основу заявления,  судом установлено следующее.  

- по ООО «Меркан» - кредитные договоры № 2 от 19.09.2012 на 30 млн. рублей и   № 3 от 28.11.2012 на 40 млн. руб. Из вступившего в законную силу Решения  Арбитражного суда РСОАлания от 17 декабря 2014 года по делу № А61-1985/14 следует,  что ООО «Меркан» с начала 2014 года перестало полностью исполнять свои  обязательства, вытекающие из кредитного договора от 19.09.2012 № 2 и кредитного  договора от 28.11.2012 № 3, по уплате процентов и пени, с учетом чего с общества  взыскана задолженность по указанным кредитным договорам в общей сумме 75 317 089,  02 рублей.  

В обеспечение исполнения обязательств Заемщика по Кредитному договору № 2 от  19 сентября 2012 года между банком и ООО «Меркан» заключен Договор ипотеки № 2 от  14.03.2013г. (далее - Договор ипотеки № 2), в соответствии с пунктом 2.2 которого  предметом залога является: Часть Здания (Литер Ббб1), назначение: нежилое, 4-этажный,  общей площадью 1570,9 кв.м. инв. № 90:401:002:000007450:000Б:20000, условный номер  15-15-01/023/2008-196; расположенное по адресу: РСО-Алания, 

<

...>, о чем Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии по РСО-Алания в Едином государственном реестре прав на недвижимое  имущество и сделок с ним 19 октября 2012 года сделана запись регистрации № 15-15- 

09/084/2012-363. Как следует из п. 2.3 Договора ипотеки № 2 от 14.03.2013 г., стороны  оценили предмет залога в сумме 60 003 160 (шестьдесят миллионов три тысячи сто  шестьдесят) рублей.  

В обеспечение исполнения обязательств Заемщика по Кредитному договору № 3 от  28 ноября 2012 года между банком (далее - Залогодержатель) и ООО «Меркан» (далее -  Залогодатель) заключен Договор ипотеки № 1 от 18.02.2013 г. (Далее - Договор ипотеки   № 1), в соответствии с пунктом 2.2 которого предметом залога является: - Здание (Литер  А), назначение: нежилое, 3-этажный (подземных этажей-1), общей площадью 3 937,9  кв.м., инв. № 1, условный номер 15-15-01/014/2006-432, расположенное по адресу:  РСОАлания, г. Владикавказ, площадь Ленина/Станиславского/ФИО19 д.1/13/2, о чем  Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии  по РСО-Алания в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и  сделок с ним 14 января 2013 года сделана запись регистрации № 15-15-09/610/2012-427. -  Земельный участок общей площадью 0,21 га, категория земель: земли населенных  пунктов, разрешенное использование: для содержания и эксплуатации существующих  зданий и сооружений, имеющий кадастровый номер 15:09:0020143:7, расположенный по  адресу: РСО-Алания, 

<

...>, о чем Управлением Федеральной  службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РСО-Алания в Едином  государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 14 января 2013  года сделана запись регистрации № 15-15- 09/610/2012-429. Как следует из п. 2.3 Договора  ипотеки № 1 от 18.02.2013 г. стороны оценили предмет залога в сумме 56 873 000  (пятьдесят шесть миллионов восемьсот семьдесят три тысячи).  

14.10.2013 Управлением Росреестра по РСО-Алания в ЕГРП на недвижимое  имущество и сделок с ним погашена зарегистрированная в пользу АКБ «БРР» (ОАО)  ипотека в отношении спорных объектов недвижимости на основании совместного  заявления АКБ «БРР» и ООО «Меркан» от 12.10.2013.  

Вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда РСО-Алания от  17.06.2016 по делу А61-4046/2013 в признании недействительным совместного заявления  АКБ «БРР» и ООО «Меркан» от 12.10.2013 о прекращении регистрационных записей по  ипотеке указанного имущества отказано по мотиву пропуска конкурсным управляющим  срока исковой давности и отказа истца на привлечение третьего лица в качестве  ответчика.  

Конкурсным управляющим не доказано, что при заключении кредитных договоров   № 2 от 19.09.2012 на 30 млн. рублей и № 3 от 28.11.2012 на 40 млн. рублей ответчиками  были нарушены требования нормативных правовых актов, решения о выдаче кредитов  приняты без исследования кредитных досье (без учета информации о заемщиках), без  

соблюдения обычной практики размещения средств, поскольку кредиты были обеспечены  залогом недвижимости. Последующее прекращение регистрационных записей по ипотеке  объектов недвижимости на основании совместного заявления АКБ «БРР» и ООО  «Меркан» от 12.10.2013 не свидетельствует о том, что на момент голосования ответчиков  кредиты являлись заведомо невозвратными и ответчики об этом знали либо должны были  знать.  

- по ООО «КлаунДэд» - кредитные договоры № 1 от 04.10.2011 на 35 млн. рублей и   № 1 от 26.10.2011 на 10 млн. рублей, общая сумма – 45 млн. рублей.  

- по ООО «Панда» кредитные договоры № 1 от 08.07.2013 на 20 млн. рублей, № 2 от  09.07.2013 на 20 млн. рублей, № 3 от 10.07.2013 на 20 млн. рублей, общая сумма – 60 млн.  рублей.  

- по ООО «Эксперт Интеграция» - кредитный договор № 2 от 26.11.2011 на 15 млн.  рублей (в кредитном досье отсутствует решение кредитного комитета), заявителем не  представлено доказательств того, что долг по данному кредитному договору числится в  остатке, нет сведений о лицах, подписавших указанный договор; кредитный договор № 4  от 19.06.2013 на 24 млн. руб.; кредитный договор № 3 от 24.05.2013 на 6 млн. рублей;  кредитный договор № 5 от 30.07.2013 на 30 млн. руб.; кредитный договор № 1 от  12.10.2012 на 35 млн. руб., который имел обеспечение; общая сумма - 220 млн. рублей. В  заявлении банка указано, что кредиты, выданные ООО «ЭкспертИнтеграция», имели  ликвидное обеспечение.  

- по ООО «Юридическое агентство «Эксперт» - кредитный договор № 2 от  26.10.2011 на 10 млн. рублей, общая сумма - 10 млн. рублей.  

- по ООО «Балтэкс» - кредитный договор № 

<

***> от 06.03.2012 на 36 млн.  рублей, по которому имелось обеспечение в виде залога имущественных прав на вновь  построенные помещения в процессе реконструкции здания (договор залога № 324 от  06.03.2012), и кредитный договор № 

<

***> от 13.06.2012 на 25 млн. рублей, по которому  имелось обеспечение в виде товаров в обороте (договор залога № 328 от 13.06.2012),  общая сумма - 61 млн. рублей.  

- по ООО ФИК «РСО-Капитал» кредитный договор № 1 от 13.01.2013 на 87 млн. и  кредитный договор бланковый № 11 от 02.04.2013 на 10 млн. рублей были заключены в  развитие Соглашения от 25.07.2012 (от имени Банка подписан Председателем Правления  ФИО12), заключенного Председателем Правления ФИО12; ООО «ПСК  «Трансстрой» и ООО ФИК «РСО-Капитал». По Соглашению Банк принял на себя  обязательство по кредитованию поставок щебня ООО ФИК «РСО-Капитал» для  строительства объектов «Аэродром Ейск», «Аэродром Краснодар», «Аэродром Крымск».  В свою очередь между ООО ФИК «РСО-Капитал» (поставщик) и ООО «ПСК  

«Трансстрой» (покупатель) должны быть заключены договоры поставки, оплата  поставленных инертных материалов являлась источником погашения кредита. Из  кредитного досье ООО ФИК «РСО-Капитал» не усматривается, что предоставленного для  получения кредита комплекта документов, включая одобрение кредитного комитета, было  недостаточно для оформления кредита, общая сумма - 97 млн.рублей.  

- по ООО «Фирма Фиан» кредитный договор № 17 от 20.08.2013 на 2 млн. 050 тыс.  рублей; кредитный договор № 12 от 17.06.2013 на 24 млн. 900 тыс. рублей; кредитный  договор № 13 от 24.06.2013 на 24 млн.800тыс. рублей, общая сумма - 51,75 млн.рублей. В  заявлении банка указано, что кредиты, выданные ООО «Фирма «Фиан»», имели  ликвидное обеспечение. Сведений о том, что на момент совершения сделки предмет  залога отсутствовал, либо его цена недостоверна, не представлены. Таким образом,  данный кредитный договор заключен в условиях обычного предпринимательского риска  банка, не имеет признаков подозрительной сделки. Суд не усматривает пороков сделки,  свидетельствующих о выдаче кредита заведомо неплатежеспособному заемщику без  должной степени заботливости и осмотрительности ответчиков.  

- по ООО «Лана» - кредитный договор № 4 от 26.07.2013 на 15 млн. рублей;  кредитный договор № 1 от 27.03.2013 на 15 млн. рублей, общая сумма - 30 млн. рублей.  

- по ООО «Озон» - кредитный договор № 3 от 26.07.2013 на 20 млн. рублей, общая  сумма - 20 млн. рублей. В заявлении банка указано, что финансовое положение  указанного общества не может быть признано плохим. - по ООО «Премиум» - кредитный  договор № 4 от 25.07.2013 на 5 млн. рублей; кредитный договор № 5 от 26.07.2013 на 15  млн. рублей, общая сумма – 20 млн. рублей. В заявлении банка указано, что финансовое  положение указанного общества не может быть признано плохим.  

- по ООО «ДГМ» - кредитный договор № 1 от 05.06.2013 на 24 млн. рублей,  который имел обеспечение, кредитный договор № 2 от 07.06.2013 на 22 млн. рублей;  общая сумма – 46 млн. рублей. В заявлении банка указано, что кредиты, выданные ООО  «ДГМ», имели ликвидное обеспечение. Сведений о том, что на момент совершения сделки  предмет залога отсутствовал, либо его цена недостоверна, не представлены. Таким  образом, данный кредитный договор заключен в условиях обычного  предпринимательского риска банка, не имеет признаков подозрительной сделки. Суд не  усматривает пороков сделки, свидетельствующих о выдаче кредита заведомо  неплатежеспособному заемщику без должной степени заботливости и осмотрительности  ответчиков. Факт того, что залог реализован на сумму меньшую, чем залоговая стоимость,  не свидетельствует о том, что на момент голосования ответчиков кредиты являлись  заведомо невозвратными и ответчики об этом знали либо должны были знать.  

- по ООО «Ветто» - кредитный договор № 3 от 11.03.2013 на 15 млн. рублей; общая  

сумма - 15 млн. рублей.  

- по ООО «Космос 2000» - кредитный договор № 1 от 10.04.2012 на 1 млн. 150 тыс.  рублей на приобретение автомобиля, который погашен 20.06.2013.  

- по ООО «Бизнес-Гарант» - кредитный договор № 1 от 21.03.2012 на 55 млн.  рублей, который имел обеспечение, он реализован на сумму, меньшую чем залоговая  стоимость. В заявлении банка указано, что кредиты, выданные ООО «Бизнес-Гарант»,  имели ликвидное обеспечение. Сведений о том, что на момент совершения сделки  предмет залога отсутствовал, либо его цена недостоверна, не представлены. Таким  образом, данный кредитный договор заключен в условиях обычного  предпринимательского риска банка, не имеет признаков подозрительной сделки. Суд не  усматривает пороков сделки, свидетельствующих о выдаче кредита заведомо  неплатежеспособному заемщику без должной степени заботливости и осмотрительности  ответчиков.  

- по ООО «Газэнерго» - кредитный договор № 1 от 12.03.2012 на 15 млн. рублей.  Цель кредита: пуско-наладочные работы, приобретение оборудования, автотранспорта,  горючесмазочных материалов и пополнение оборотных средств. Кредит был обеспечен  заключением договора залога № 1 от 12/03/2012 в сумме 30 083 000 руб. (отчет оценки ИП  ФИО20 № 36-12з от 01/03/2012) технологического оборудования: Автомобильной  газонаполнительной компрессорной станции (том 76 л.д.10). Кроме того, в кредитном  досье имеется договор страхования имущества № 000021/2050/151 от 12/03/2012 в пользу  АКБ БРР (том 76, л.д. 145). Проценты по кредиту уплачены частично, погашения не  имеется. Сведений о том, что на момент совершения сделки предмет залога отсутствовал,  либо его цена недостоверна, не представлены. Таким образом, данный кредитный договор  заключен в условиях обычного предпринимательского риска банка, не имеет признаков  подозрительной сделки. Суд не усматривает пороков сделки, свидетельствующих о  выдаче кредита заведомо неплатежеспособному заемщику без должной степени  заботливости и осмотрительности ответчиков.  

При анализе других кредитных договоров, указанных истцом в качестве  обоснования иска, суд пришел к аналогичным выводам, указанным выше.  

Так, кредитные договоры обеспечены ипотеками, залогами, гарантиями Фонда  «Гарантийный фонд Республики Северная Осетия-Алания», на часть из них заключались  договоры страхования. Имеющаяся задолженность по кредитным договорам взыскана  решениями суда, ведутся исполнительные производства.  

В приложении № 17 к настоящему заявлению банка указаны также кредитные  договоры между банком и ООО ФИК «Капитал» № 16 от 27.04.2012 на 30 млн. рублей, №  24 от 27.06.2012 на 30 млн. рублей, № 36 от 28.08.2012 на 30 млн. рублей, № 47 от  

30.10.2012 на 30 млн. рублей (всего – на 120 млн. рублей) с указанием – «нет сведений».  Указанные кредитные договоры не отражены банком в таблице, приложенной к  дополнению к заявлению, в которой определены доли участия всех ответчиков по выдаче  спорных кредитов (т.д. 113, л.д. 6-12). Каких-либо документов, касающихся указанных  кредитов и обоснований по ним, заявителем не представлено.  

В отсутствие кредитных досье однозначно утверждать о виновном характере  действий ответчиков невозможно, так как иные доказательства, представленные в  материалы дела, и на которых заявитель основывает свои требования, не свидетельствуют  о недобросовестном и неразумном характере действий ответчиков 2-9 при выдаче АКБ  «БРР» указанных кредитов заемщикам.  

В свою очередь, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в  данной части, у суда апелляционной инстанции не имеется.  

В соответствии с Положением о порядке формирования кредитными  организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к  ней задолженности, утвержденным Банком России от 26.03.2004 № 254-П, кредитная  организация обязана оценивать финансовое положение заемщика, риски по выданным  ссудам и формировать резервы на возможные потери по ссудам. Согласно пунктам 3.1 -  3.1.2, 3.5 Положения № 254-П оценка кредитного риска по каждой выданной ссуде  (профессиональное суждение) должна проводиться кредитной организацией на  постоянной основе. Профессиональное суждение выносится по результатам комплексного  и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения,  качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в  распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика.  Источниками получения информации о рисках заемщика являются  правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая,  статистическая и иная отчетность. Кредитная организация должна обеспечить получение  информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального  суждения о размере расчетного резерва, и на всех этапах оценки финансового положения  заемщика учитывать вероятность наличия неполной и (или) необъективной информации о  заемщике.  

Согласно п. 3.1.3 Положения вся информация о заемщике, включая информацию о  рисках заемщика, фиксируется в досье заемщика. Информация, использованная кредитной  организацией для оценки качества ссуды, включая оценку финансового положения  заемщика, должна быть доступна органам управления, подразделениям внутреннего  контроля кредитной организации, аудиторам и органам банковского надзора. Ссуды  квалифицируются в одну из пяти категорий качества от I, высшей категории качества -  

стандартные ссуды (резерв 0%), до V, низшей категории качества - безнадежные ссуды  (резерв 100%) (п. 1, 7 Положения № 254-П). Важность объективной оценки качества  ссуды вызвана необходимостью корректно квалифицировать ее в одну из пяти категорий  качества с целью надлежащим образом оценить кредитный риск и определить размер  расчетного резерв (величина потерь кредитной организации), который влияет на  финансовое положение кредитной организации.  

Оценка кредитного риска выносится по результатам комплексного и объективного  анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества  обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении  кредитной организации информации о любых рисках заемщика (п. 3.1.1 Положения 254- П).  

Резерв формируется кредитной организацией при обесценении ссуды вследствие  неисполнения заемщиком обязательств по ссуде перед кредитной организацией либо  вследствие существования реальной угрозы такого неисполнения - кредитный риск по  ссуде (п. 1.3. Положения № 254-П).  

Во исполнение п. п. 3.1.1. и 3.1.2. Положения N 254-П в Банке было обеспечено  проведение комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков при  составлении профессионального суждения на дату выдачи кредитов.  

Согласно профессиональным суждениям, имеющимся в материалах кредитных  досье, по всем кредитам, выданным сроком на 1 год и более, имелось обеспечение первой  категории качества; у всех заемщиков согласно представленным в материалы кредитных  досье документам основные средства находились на праве собственности; случаев,  предусмотренных пунктами 3-5, 7, 11-14 Приложения 5 к Положению Банка России от 26  марта 2004 года N 254-П, зафиксировано не было.  

За исключением заемщика ООО «Дуада», единственным учредителем которого  являлся Доев С.И., отсутствуют какие-либо сведения о том, что ФИО8, ФИО7, ФИО13, ФИО5, ФИО9, К.Р.КБ., ФИО6,  ФИО11 могло быть известно о подконтрольности ФИО12 юридических лиц,  указанных в приговоре Ленинского районного суда г. Владикавказа РСО-Алания от  25.02.2015 по делу № 1-36/2015. На заключение кредитных договоров с ООО «Дуада» как  сделки с заинтересованностью согласно ст. Закона Об акционерных обществах было  получено одобрение Совета директоров АКБ «БРР», в который ответчики не входили.  

Приложением 5 к Положению Банка России от 26 марта 2004 года N 254-П  установлен минимальный перечень обстоятельств, свидетельствующих о возможном  отсутствии у заемщиков – юридических лиц реальной деятельности или осуществлении ее  в незначительных объемах.  

Доказательства наличия у перечисленных конкурсным управляющим заемщиков  совокупности указанных признаков в материалах дела отсутствуют.  

Такие признаки, как наличие «массового» учредителя (участника), «массового»  руководителя, отсутствие организации по адресу регистрации, отсутствие персонала,  отсутствие налоговой отчетности либо ее представление с минимальными показателями,  наличие численности организации в составе 1 человека, отсутствие собственных либо  арендованных основных средств, транспортных средств свидетельствует о признаках  «фирмы-однодневки» (письмо Министерства финансов РФ от 17.12.2014 № 03-02- 07/1/65228).  

Кроме этого, признаки технических организаций (не осуществляющих реальной  финансовохозяйственной деятельности) установлены, в частности, практикой по делам о  взыскании убытков с руководителей кредитных организаций и о привлечении  контролирующих кредитную организацию лиц к субсидиарной ответственности: - не  сдают в налоговые органы отчетность либо сдают отчетность с нулевыми или  минимальными показателями; - сведения о движении денежных средств по счетам в банке  свидетельствуют об отсутствии хозяйственной деятельности; - плохое финансовое  положение; недостаточность доходов для возврата кредита; - минимальная уплата или  неуплата налогов; - минимальная уплата или неуплата отчислений во внебюджетные  фонды; - отсутствие по месту нахождения; - несоответствие показателей бухгалтерской  отчетности, сданной в Банк, отчетности, сданной в налоговый орган; - минимальный  размер уставного капитала; - совмещение руководителем должности главного бухгалтера  и учредителя; - минимальная численность сотрудников (1-2 чел.); - отсутствие ликвидного  обеспечения.  

В свою очередь, конкурсным управляющим не доказано отсутствие информации и  необходимых документах относительно финансового положения указанных выше  заемщиков и осуществления ими хозяйственной деятельности при принятии решений о  выдаче кредитов. Доказательств того, что оценка кредитных рисков в отношении  указанных заемщиков проводилась Банком формально, в результате чего ссуды  заемщиков необоснованно были отнесены к 1-3 категории качества, заявителем не  представлено.  

Таким образом, заявителем не представлено доказательств того, что при выдаче  указанных кредитов ответчиками были допущены существенные нарушения нормативно- правовых актов, регулирующих банковскую деятельность, которые в соответствии со  статьей 7 ФЗ «О Центральном Банке Российской Федерации» обязательны для исполнения  всеми кредитными организациями на территории Российской Федерации.  

Термин «технический» заемщик, используемый конкурсным управляющим, не  

является правовым. При этом довод о техническом характере данных заемщиков  опровергается материалами дела, поскольку как верно указано ответчиками в отзывах, в  отношении заемщиков имеется вся исчерпывающая информация о характере их  деятельности, расчетах по налогам и сборам и иным платежам, расчетных счетах в иных  банках и оборотах по ним; отсутствуют искажения данных об активах и обязательствах  заемщиков; деятельность заемщиков в период деятельности Банка прибыльна; заработная  плата, налоговые и иные обязательные платежи осуществлялись в полном объеме; а также  имеется вся необходимая информация для оценки финансового состояния заемщиков.  

Выписками из ЕГРЮЛ, кредитными досье, материалами арбитражных дел как по  обособленным спорам в деле о банкротстве, так и по отдельным спорам с участием  указанных лиц, или их участников, а также иной официальной информацией,  находящейся в открытом доступе, подтверждается реальное осуществление заемщиками  хозяйственной деятельности; нахождение по юридическим адресам; уплата обязательных  вносов в пенсионный фонд, налогов; в течение длительного времени происходили  движения по счетам в соответствии с видами их деятельности, в том числе.  

Из представленных в материалы дела выписок из лицевых счетов указанных в  заявлении организаций (т.д. 3,4,5,6) следует, что весь спорный период указанные  организации осуществляли операции по своим расчетным счетам, открытым в АКБ  «БРР», в том числе, по уплате обязательных платежей и санкций, проведению расчетов по  хозяйственным операциям.  

Согласно пункту 3.12.1. указанного Положения № 254-П ссуды, предоставленные  заемщикам - юридическим лицам, не осуществляющим реальной деятельности либо  осуществляющим такую деятельность в незначительных объемах в денежном выражении,  не сопоставимых с размером ссуд (совокупности ссуд, предоставленных данному  заемщику), классифицируются не выше, чем в III категорию качества с расчетным  резервом в размере не менее 50 процентов. Формируемый после уменьшения на величину  обеспечения в соответствии с настоящим Положением резерв по данным ссудам не может  быть менее 10 процентов, за исключением случаев, указанных в абзаце втором настоящего  подпункта.  

Резерв в размере, определенном настоящим подпунктом, может не формироваться  при наличии по ссуде обеспечения I или II категорий качества (за исключением  обеспечения, определенного абзацами восьмым - десятым подпункта 6.3.1 пункта 6.3  настоящего Положения), стоимость которого с учетом коэффициентов (индексов)  категории качества обеспечения, указанных в пункте 6.7 настоящего Положения,  составляет не менее размера ссуды.  

Таким образом, выдача кредитов заемщикам - юридическим лицам, не  

осуществляющим реальной деятельности либо осуществляющим такую деятельность в  незначительных объемах в денежном выражении, не запрещена. Данным заемщикам была  присвоена III категория качества с расчетным резервом в размере не менее 50 процентов,  и с реальным залоговым обеспечением, что не является нарушением Положения Банка  России от 26 марта 2004 года № 254-П.  

При таких условиях заключение кредитных договоров с данными организациями  не представляется сделкой, не соответствующей обычаям делового оборота, а также  свидетельствует о должной осмотрительности сотрудников Банка при минимизации  кредитных рисков.  

Из заключений о проведенных проверках ЦБ РФ усматривается, что норматив  достаточности капитала должника составлял в среднем 11,38%.  

В соответствии с пунктом 2.1 Инструкции Банка России от 16.01.2004 № 110-И  (ред. от 28.04.2012) «Об обязательных нормативах банков» норматив достаточности  собственных средств (капитала) банка Н1 регулирует (ограничивает) риск  несостоятельности банка и определяет требования по минимальной величине собственных  средств (капитала) банка, необходимых для покрытия кредитного, операционного и  рыночного рисков. Норматив Н1 определяется как отношение размера собственных  средств (капитала) банка и суммы его активов, взвешенных по уровню риска.  Минимально допустимое числовое значение норматива Н1 устанавливается в зависимости  от размера собственных средств (капитала) банка (пункт 2.2. инструкции 110-И).  

Анализ финансового состояния должника, выполненный конкурсным  управляющим, сделан с учетом выявленной недостачи денежных средств в кассе банка и  погашений записи об ипотеке недвижимости, о чем в момент заключения кредитных  договоров с заемщиками ответчики 2-9, знать не могли.  

Виновные в совершении хищения указанной суммы денег Доев С.И. и ФИО21 установлены и приговором Ленинского районного суда г. Владикавказа от 25.02.2015  по делу № 1- 36/2015 осуждены. При этом признаков преднамеренного банкротства Банка  временной администрацией выявлено не было, следовательно, оснований для  осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной организации,  предусмотренных статьей 4 Закона о несостоятельности (банкротстве) кредитных  организаций, не имелось.  

Согласно Инструкции Банка России от 25.08.2003 N 105-И «О порядке проведения  проверок кредитных организаций (их филиалов) уполномоченными представителями  Центрального банка Российской Федерации», действовавшей на момент вменяемых в  вину ответчикам обстоятельств, Банк России проводит проверки кредитных организаций  (их филиалов) для осуществления функций банковского регулирования и банковского  

надзора не реже одного раза в 24 месяца.  

Пунктом 7.5 указанной Инструкции предусмотрено, что факты недостоверности  учета (отчетности), нарушений и недостатков в деятельности кредитной организации (ее  филиала) отражаются в акте проверки с учетом их существенности для оценки  финансового состояния и перспектив деятельности кредитной организации, системы  управления и организации внутреннего контроля кредитной организации (ее филиала), а  также для принятия решений о применении к кредитной организации мер в соответствии с  законодательством Российской Федерации и нормативными актами Банка России.  

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что Центральным  Банком РФ в спорный период был вынесен акт проверки, свидетельствующий о наличии  факта недостоверности отчетности Банка, могущего повлиять на его платежеспособность  в будущем.  

Факт образования ссудной задолженности не может свидетельствовать о  совершении контролирующими должника лицами заведомо незаконных действий,  которые привели к состоянию неплатежеспособности Банка.  

Таким образом, довод конкурсного управляющего о том, что одной из причин  признания Арбитражным судом РСО-Алания Банка банкротом явилось непринятие  ответчиками ФИО8, ФИО13, ФИО7, ФИО5,  ФИО9, ФИО14, ФИО6 и ФИО11 мер по  предупреждению банкротства Банка и недопущению дальнейшего ухудшения его  финансового положения, неоснователен.  

Кроме того, из представленных в материалы дела кредитных досье следует, что по  всем кредитам, выданным сроком на 1 год и более, имелось обеспечение первой категории  качества; у всех заемщиков согласно представленным в материалы кредитных досье  документам основные средства находились на праве собственности; случаев,  предусмотренных пунктами 3-5, 7, 11-14 Приложения 5 к Положению Банка России от 26  марта 2004 года N 254-П, зафиксировано не было.  

Исходя из наличия обеспечения первой категории качества действия ответчиков по  выдаче данных кредитов нельзя отнести к неразумным и недобросовестным действиям,  повлекшим признание Банком банкротом.  

Следовательно, доказательств того, что при принятии решений о выдаче кредитов  не был проведен полный и достоверный анализ их финансового положения, не  установлено наличие у них имущества и трудовых ресурсов, необходимых для  осуществления реальной хозяйственной деятельности и, соответственно, не определены  реальные возможности погашения кредитов, конкурсным управляющим в материалы дела  не представлено.  

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований ссылается на то,  что по некоторым кредитам были прекращены договоры залога недвижимого имущества,  предоставленные в обеспечение обязательств по кредитам, а именно: с ООО «Дуада», с  ООО «КлаунДэд», с ООО «Меркан», с ООО «Фолд», с ООО «Эксперт- Интеграция» (т. д.  1, л. д. 11). При этом на момент выдачи кредитов указанным обществам они имели  реальное обеспечение.  

Однако, факты прекращения договоров залога по инициативе Банка (по  доверенности от ФИО12) путем внесения в ЕГРП записи о погашении ипотеки не  свидетельствуют о наличии вины ответчиков 2-9 в указанных действиях (которые  совершены не ими) и наличии причинно-следственной связи между указанными  действиями и признанием Банка банкротом.  

В отношении ФИО12 судом установлено следующее. 

В соответствии с пунктами 2 и 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» установлено, что  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности,  когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на  момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил  сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой  однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и  (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону  отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке  юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного  юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент  ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине  нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие  убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее  неисполнения либо ненадлежащего исполнения.  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации,  имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий,  направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации,  которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если  доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие  

решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения  обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур  для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом,  бухгалтерией и т.п.).  

Главными критериями при решении вопроса о привлечении контролирующих лиц  должника к субсидиарной ответственности являются разумность и добросовестность  действий руководителей юридического лица, а также принятие ими всех необходимых  мер к предотвращению причинения вреда.  

Так приговором Ленинского районного суда г. Владикавказа РСО-Алания от  25.02.2015 по делу № 1-36/2015, вступившем в силу 12.05.2015 установлено, что действуя  в нарушение своего трудового договора, вопреки Уставу АКБ «БРР» (ОАО) и положению  Центрального Банка Российской Федерации от 24.04.2008 № 318-П « О порядке ведения  кассовых операций и правил хранения, перевозки и инкассации банкнот и монеты Банка  России в кредитных организациях на территории Российской Федерации», лицу,  ответственному согласно приказу за сохранность ценностей операционной кассы и  хранилища АКБ «БРР» (ОАО); ключ № 1 от хранилища ценностей банка Доев С.И.  никому не передавал. Ключ № 2 хранился у начальника отдела кассовых операций.  Председателем правления банка ФИО12 при пособничестве начальника кассовых  операций в период с 15.12.2007 по 03.10.2013 без составления каких-либо документов  осуществлялось изъятие денежных средств из кассы банка на общую сумму в размере 647  267 160 рублей. Одновременно с этим начальником кассовых операций по указанию  ФИО12 принимались в кассу банка и отражались в электронной базе данных банка  операции по внесению денежных средств в общем размере 650 280 375 рублей на счета  ФИО12 и юридических лиц: ООО «ДГМ»; ООО «КлаунДэд; ООО «Панда»; ООО  «Фиан»; ООО «Фолд»; ООО «Меркан»; ООО «Космос 2000»; ООО «Агрокавказ»; ООО  «Юридическое агентство «Эксперт»; ООО «Дуада»; ООО «Газэнерго»; ООО ФИК «РСО- Капитал», которые были подконтрольны ФИО12 (т.д.2, л.д. 27- 86). Вступившим в  законную силу решением Ленинского районного суда г. Владикавказа от 12.11.2015 в  пользу АКБ «БРР» с ФИО12 и ФИО21 взыскано солидарно 1 297 548 тыс.  рублей причиненного вреда, выдан исполнительный лист.  

Кроме того, ФИО12 как председателем правления Банка на сестру супруги  ФИО22 была выдана доверенность 01.10.2013 г., на основании которой ФИО22 обратилась в Управление Росреестра по РСО-Алания с заявлением о прекращении  права (ограничения, (обременения) объектов недвижимости, являющихся предметом  ипотеки в обеспечение обязательств по выданным кредитам, в том числе, по кредитному  договору от 25.11.2010 № 1 с ООО «Клаун-Дэд» -нежилое помещение (Литер А)  

помещение 11, общей площадью 132,6 кв.м., расположенное по адресу: РСО-Алания, г.  Владикавказ, проспект Доватора, 14 (определение суда от 17.10.2016 по делу № А61- 4046/13); объекты недвижимости, являющиеся предметом ипотеки по кредитному  договору № 2 от 19 сентября 2012 года и по кредитному договору № 3 от 28 ноября 2012  года, заключенным с ООО «Меркан» (определение суда от 17.06.2016 по делу А61- 4046/2013); на основании доверенности, выданной Доевым С.И. гражданину Кисиеву  В.М., погашена регистрационная запись об ипотеке недвижимого имущества,  предоставленного ООО «Эксперт- Интеграция» по договору последующей ипотеки № 1 от  19.06.2013 года в обеспечение кредитного договора от 19 июня 2013 года № 4.  

Председатель Правления банка Доев С.И. самостоятельно выдал доверенности от  имени банка на совершение указанных выше сделок по прекращению договоров залога  (ООО «Дуада», ООО «КлаунДэд», ООО «Меркан», ООО «Фолд», ООО «Эксперт-  Интеграция»), в связи с чем ответственность должен нести непосредственно Доев С.И.  

Незадолго до отзыва лицензии ФИО12 как председателем Правления банка  лично или через представителей по доверенностям подписаны договоры купли-продажи  принадлежащего банку имущества, в результате которых произведено отчуждение  недвижимого имущества банка. Указанные обстоятельства установлены определениями  Арбитражного суда РСОАлания по делу № А61-4046/13 от 11.12.2015; от 17.06.2016; от  17.10.2017.  

Доев С.И. причинил ущерб банку путем отражения операций по взносу денежных  средств в кассу банка без их фактического внесения.  

Кроме того, 9 кредитных договоров на общую сумму 97 млн. 750 тыс. рублей было  подписано лично председателем Правления Банка ФИО12, при этом в материалы  дела не представлены документы, необходимые в соответствии с требованиями  законодательства для выдачи кредитов.  

Доев С.И., как Председатель Правления банка, и лицо, обладающее необходимой  квалификацией в области банковской деятельности, обязан был обеспечить выполнения  банком федеральных законов и нормативных правовых актов Банка России, касающихся  соблюдения требований к совершению кассовых операций, в то время как в нарушение  требований законов изъял из хранилища ценностей наличные денежные средства без  составления соответствующих документов и распорядился ими по своему усмотрению.  

При таких обстоятельствах, указанные действия ФИО12 не могут быть  отнесены к нормальному предпринимательскому риску и обычным условиям делового  оборота.  

В соответствии со статьями 3, 4, 4.2, 11 Закона о банкротстве кредитных  организаций лицом, обязанным принять необходимые и своевременные меры по  

предупреждению банкротства и осуществлению мер по финансовому оздоровлению Банка  является единоличный исполнительный орган кредитной организации - Председатель  правления Банка. Непринятие мер для предотвращения банкротства кредитной  организации, одновременно с хищением наличных денежных средств, совершением  сделок по выводу активов Банка, выдача доверенностей на погашение записей об ипотеке  недвижимого имущества, предоставленного заемщиками в обеспечение исполнения своих  обязанностей по получению заемных средств, согласно статье 14 Закона о банкротстве  кредитных организаций является основанием для привлечения к субсидиарной  ответственности по обязательствам Банка.  

Материалами дела подтверждается, что в предшествующий банкротству банка  период в последнем имелись основания для принятия мер по предупреждению  банкротства банка, а также признак несостоятельности (банкротства), предусмотренный  частью 2 статьи 2 Закона о банкротстве кредитных организаций, а именно  недостаточность стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами  банка (вследствие досоздания резервов на возможные потери в связи с недостачей  денежных средств в размере 1 297 547 535 рублей).  

До даты отзыва лицензии при наличии в банке признаков банкротства  (неспособность удовлетворить требования кредиторов, которая возникла после  12.09.2013), а также оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства и  финансовому оздоровлению банка, Доев С.И., исполняя обязанности единоличного  исполнительного органа банка, в нарушение пункта 1 статьи 11 и статьи. 4 Закона о  банкротстве кредитных организаций, не обращался в Совет директоров банка и Банк  России с ходатайством об осуществлении мер по предупреждению банкротства и не  принял мер по предупреждению банкротства Банка.  

Доев С.И. как руководитель банка не предпринял меры по предупреждению  банкротства и финансового оздоровления.  

Таким образом, материалами дела подтверждается совокупность юридических  фактов, влекущих привлечение руководителя должника ФИО12 к субсидиарной  ответственности по обязательствам банка.  

Апеллянтом доводов относительно несогласия в привлечении ФИО12 к  субсидиарной ответственности не заявлено.  

Суд на основании положений абзаца 6 пункта 5 статьи 10 Закона о банкростве  приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего АКБ «БРР» (ОАО)  в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО12 до окончания расчетов с  кредиторами АКБ «БРР» (ОАО)».  

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в данной части у суда  

апелляционной инстанции не имеется.  

Довод апеллянта об отсутствии заемщиков по юридическим адресам, подлежит  отклонению. Так, кредитные досье содержали полный пакет документов,  предусмотренный Положением № 254-П. Согласно кредитным досье на момент выдачи  кредитов заемщики являлись платежеспособными, надлежаще исполняющими  обязанности организациями, имели положительною кредитную историю, не обладали  признаками фирм-«однодневок». Выводы о неблагонадежности заемщиков (довод о  последующем исключении нескольких заемщиков из ЕГРЮЛ) заявитель сделал только в  2015-2016 гг. – то есть спустя 2-3 года после признания Банка банкротом и спустя 4-5 лет  после заключения сделок.  

Исходя из содержащихся в кредитном досье документов, на момент  предоставления кредитов их выдача была обоснована. Надлежащих доказательств того,  что на момент выдачи кредитов заемщики не вели хозяйственную деятельность и  обладали признаками фирм- «однодневок» конкурсным управляющим не представлено.  Доводы конкурсного управляющего о плохом финансовом состоянии заёмщиков  базируются лишь на выборочной оценке отдельных показателей бухгалтерской  отчетности. Так, заявитель указывает, что уставные капиталы сформированы в  минимальном или близком к минимальному размере. В соответствии с информацией,  указанной в заявлении конкурсного управляющего, некоторые из заемщиков  зарегистрированы по адресам массовой регистрации. Однако это не свидетельствует о  том, что данные организации не вели хозяйственную деятельность и не является  доказательством заведомой неплатежеспособности юридического лица.  

Ссылка конкурсного управляющего на то, что согласно ответам налоговых органов  бухгалтерская отчетность заемщиков, представленная в Банк, не соответствует отчетности  в налоговых органах, является несостоятельной ввиду того, что Банком не могли быть  получены соответствующие сведения из налоговых органов. Обязанности запрашивать  данные из налоговых органов и сравнивать с документами, представленными для кредита,  не были возложены на ответчиков. Так, Банк России в Положении 254-П разъясняет, что  бухгалтерскую и налоговую отчетность для оценки кредитного риска в банк  предоставляет заемщик. Ни нормами законов, ни указаниями в Положениях Банка России  не предусмотрено, что отчетность заемщиков должна быть представлена из налоговых  органов. В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О  бухгалтерском учете» (действовавшего по состоянию на 01.01.2013) содержание  регистров бухгалтерского учета и внутренней бухгалтерской отчетности является  коммерческой тайной; лица, получившие доступ к информации, содержащейся в  регистрах бухгалтерского учета и во внутренней бухгалтерской отчетности, обязаны  

хранить коммерческую тайну; за ее разглашение они несут ответственность,  установленную законодательством Российской Федерации. Подпунктом 8 п. 1 ст. 32  Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность налоговых  органов соблюдать налоговую тайну и обеспечивать ее сохранение. Получение банком  бухгалтерской и налоговой отчетности заемщиков из налоговых органов является  нарушением перечисленных норм закона, в связи с чем не может вменяться ответчикам в  вину не сопоставление полученной от заемщика и заверенной им же финансовой  отчетности с находящимися в налоговом органе данными ввиду отсутствия самой такой  возможности. Возможность получения заявителем отчетности заемщиков из налоговых  органов обусловлена наличием полномочий, предоставленных законом ГК «АСВ» как  конкурсному управляющему. У кредитной организации в рамках текущей хозяйственной  деятельности такие полномочия отсутствуют.  

Довод апеллянта о том, что судом не дана оценка доказательствам об отсутствии  обеспечения по ряду кредитов, а также об отсутствии обеспечения, судом апелляционной  инстанции отклоняется. Так банком выдано 148 кредитов, из которых 102 кредита  возвращены заемщиками. При этом, по всем невозвращенным кредитам заемщиками  вносились платежи в уплату процентов и уплату процентов и основного долга, что также  подтверждается материалами дела (том дела № 107), а в обеспечение исполнения  обязательств по 11 кредитам заемщиками были предоставлены ликвидные залоги в виде  недвижимости.  

Довод апеллянта о том, что непринятие ответчиками 2-9 мер по предупреждению  банкротства и недопущению дальнейшего ухудшения его финансового положения  явилось основанием для признания банка банкротом, судом апелляционной инстанции  отклоняется на основании следующего.  

Так, в решении Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от  27.12.2013 по делу № А61-4046/2013 о признании Банка несостоятельным (банкротом) на  основании представленных временной администрацией по управлению Банком  Заключения о финансовом состоянии АКБ «БРР» (ОАО) и Заключения о наличии  (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства судом сделан вывод о наличии у  Банка обоих признаков банкротства, предусмотренных частью 2 статьи 2 Федерального  закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных  организаций», но при этом неспособность удовлетворить требования кредиторов по  денежным обязательствам у Банка возникла после 12.09.2013, а недостаточность  стоимости имущества (активов) Банка для исполнения его обязательств перед  кредиторами явилась следствием досоздания резерва на возможные потери в связи с  недостачей наличных денег в размере 1 297 547 535 рублей в кассе Банка и отнесением  

указанной суммы на расходы.  

Виновные в совершении хищения указанной суммы денег Доев С.И. и ФИО21 установлены и приговором Ленинского районного суда г. Владикавказа от 25.02.2015  по делу № 1-36/2015 осуждены.  

При этом признаков преднамеренного банкротства Банка временной  администрацией выявлено не было, следовательно, оснований для осуществления мер по  предупреждению банкротства кредитной организации, предусмотренных статьей 4  Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)  кредитных организаций», не имелось.  

Кроме того, согласно Инструкции Банка России от 25.08.2003 № 105-И «О порядке  проведения проверок кредитных организаций (их филиалов) уполномоченными  представителями Центрального банка Российской Федерации», действовавшей на момент  исследуемых обстоятельств, Банк России проводит проверки кредитных организаций (их  филиалов) для осуществления функций банковского регулирования и банковского надзора  не реже одного раза в 24 месяца. Пунктом 7.5 указанной Инструкции предусмотрено, что  факты недостоверности учета (отчетности), нарушений и недостатков в деятельности  кредитной организации (ее филиала) отражаются в акте проверки с учетом их  существенности для оценки финансового состояния и перспектив деятельности кредитной  организации, системы управления и организации внутреннего контроля кредитной  организации (ее филиала), а также для принятия решений о применении к кредитной  организации мер в соответствии с законодательством Российской Федерации и  нормативными актами Банка России.  

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что Центральным  Банком РФ вынесен акт проверки, свидетельствующий о наличии факта недостоверности  отчетности Банка, могущего повлиять на его платежеспособность в будущем.  

Следовательно, у ответчиков отсутствовала необходимость по принятию мер по  предупреждению банкротства банка.  

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые в  апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого  судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции  несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда,  поскольку сводятся только к несогласию с оценкой обстоятельств судом первой  инстанции.  

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом  оценки представленных доказательств арбитражный апелляционный суд приходит к  выводу, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и  

процессуального права, поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствуют  основания для отмены или изменения определения суда.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся  безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не  допущено.  

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на  определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса  Российской Федерации, не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от  21.12.2017 по делу № А61-4046/2013 оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в  месячный срок через суд первой инстанции.  

Председательствующий З.А. Бейтуганов 

Судьи Н.Н. Годило 

Е.В. Жуков