ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-5716/2019

г. Саратов

19 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «18»    марта 2021   года.

Полный текст постановления изготовлен  «19»    марта 2021   года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В., 

судей Батыршиной Г.М.,   Самохваловой   А.Ю. 

при ведении протокола судебного заседания с использованием  средств  аудиозаписи  секретарём судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг (123112, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 29 января 2021 года по делу № А57-5716/2019 (судья Волкова М.А.) 

по требованию общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» (юридический адрес: 392000, 

<

...>, 3 этаж, пом.303, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты» требований в размере 16 450 000 руб., 

в рамках дела о банкротстве, возбужденного по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» о признании должника - общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты» (410065, 

<

...> Красноармейский туп., 1А, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании: представителя общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» - ФИО2, действующего на основании доверенности от 22.06.2020, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 31 июля 219 года (резолютивная часть от 25 июля 2019 года) ликвидируемый должник – Общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, применяемой в деле о банкротстве и открыто конкурсное производство.

 Определением Арбитражного суда Саратовской области от 31 июля 219 года (резолютивная часть от 25 июля 2019 года) конкурсным управляющим должника - ООО «Торговый дом «Солнечные продукты» утвержден ФИО3 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих – 16147; почтовый адрес: 410012, 

<

...>), член Саморегулируемой организации «Ассоциация арбитражных управляющих «Паритет» (105066, г.Москва, а/я 9). 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №137(6617) от 03.08.2019, стр.65. 

В Арбитражный суд Саратовской области поступило требование кредитора – ООО «Группа Компаний «Русагро» о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «Торговый Дом «Солнечные Продукты» требований в размере 16 450 000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 29 января 2021 года признаны обоснованными требования кредитора - Общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» и включены в реестр требований кредиторов должника – Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты» для удовлетворения в третью очередь. 

Не согласившись с указанным определением суда, общество с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг (далее - ВТБ Факторинг) обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и отказать в удовлетворении требований в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что:

1) При выкупе прав требований по кредитным соглашениям ООО «Группа Компаний «Русагро» действовало со злоупотреблением правом, выкуп прав требований по договору оказания услуг также подлежит квалификации как злоупотребление правом;

2) Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении заявления ООО «Группа Компаний «Русагро» противоречит сложившейся судебной практике;

3) На момент выкупа прав требований по договору о финансовом контроле, должник находился в состоянии имущественного кризиса;

4)Требования ООО «Группа Компаний «Русагро» необходимо субординировать, так как в действиях кредитора имеется злоупотребление правом. Считает, что отношения ООО «Группа Компаний «Русагро» и должника  необходимо квалифицировать как преследующие недобросовестную цель создания подконтрольной дружественному кредитору задолженности для цели контроля над процедурой банкротства должника.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве при рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии со статьями 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Как следует из материалов дела, «30» июня 2016 между ООО «РСХБ-Финанс» (Исполнитель), Должником (Заказчик-1), а также следующими лицами:

 - ООО «Солнечные продукты» (ИНН 

<

***>), Заказчик-2; 

- АО «Жировой комбинат» (ИНН 

<

***>), Заказчик-3; 

- АО «Новосибирский жировой комбинат» (ИНН 

<

***>), Заказчик-4;

 - АО «Аткарский МЭЗ» (ИНН 

<

***>), Заказчик-5; - АО «МЖК Армавирский» (ИНН 

<

***>), Заказчик-6; 

- ООО «Волжский терминал» (ИНН 

<

***>), Заказчик-7; 

- АО «Торговый дом «Волжский» (ИНН 

<

***>), Заказчик-8;

 - АО «Торговый дом Янтарный» (ИНН 

<

***>), Заказчик-9; 

- ООО «Янтарное» (ИНН 

<

***>), Заказчик-10; 

- ООО «Московский жировой комбинат» (ИНН 

<

***>), Заказчик-11 заключен договор на оказание услуг финансового контроля №2016/01 (далее по тексту - Договор) в целях соблюдения Группой компаний «Солнечные Продукты» принятых на себя кредитных обязательств перед АО «Россельхозбанк», установления в Группе компаний контроля платежей/затрат на предмет соответствия прогнозу движения денежных средств, их целесообразности, соразмерности и своевременности, повышения общей эффективности компании.

В соответствии с п.2.2. Договора, Исполнитель принял на себя обязательство оказывать услуги финансового контроля деятельности Группы компаний.

Наряду с договором на оказание услуг финансового контроля №2016/01 от 30.06.2016, между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» и АО «Аткарский МЭЗ», АО «Жировой Комбинат», ООО «Солнечные продукты», ООО ТД «Солнечные Продукты», ООО «Волжский Терминал», АО «МЖК «Армавирский», ООО «Новопокровское», АО «Агрофирма Волга» были заключены кредитные договоры/договоры об открытии кредитной линии № 135200/0718 от 06.09.2013; № 135200/0762 от 16.10.2013; № 145200/0470 от 28.08.2014; № 165200/0050 от 01.04.2016; № 165200/0116 от 23.05.2016; № 165200/0197 от 26.09.2016; № 165200/0236 от 19.12.2016; № 165200/0237 от 19.12.2016; № 165200/0238 от 19.12.2016; № 175200/0020 от 06.03.2017; № 175200/0149 от 11.05.2017; № 175200/0150 от 11.05.2017; № 175200/0151 от 11.05.2017; № 175200/0230 от 10.08.2017; № 175200/0231 от 10.08.2017; № 175200/0232 от 10.08.2017; № 175200/0252 от 22.09.2017; № 175200/0253 от 22.09.2017; № 175200/0254 от 22.09.2017; № 175200/0255 от 22.09.2017; № 175200/0272 от 21.11.2017; № 175200/0273 от 21.11.2017; № 175200/0292 от 14.12.2017; № 175200/0293 от 14.12.2017; № 175200/0294 от 14.12.2017; № 185200/0011 от 02.02.2018; № 185200/0012 от 02.02.2018; № 185200/0041 от 09.02.2018; № 185200/0042 от 09.02.2018; № 185200/0082 от 22.02.2018; № 185200/0253 от 06.07.2018, а также договоры поручительства и договоры залога в обеспечение вышеуказанных кредитных договоров, что подтверждается договором уступки прав (требований) № 18/52/7 от 29.11.2018, заключенным между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» и ООО «ГК «Русагро».

Перечень компаний, в отношении которых оказывались услуги по финансовому контролю (Приложение № 1 к Договору), совпадает с перечнем компаний, с которыми у АО «Российский Сельскохозяйственный банк» были заключены кредитные договоры, а также договоры поручительства и договоры залога в обеспечение кредитных договоров.

 Исходя из представленных в материалы дела отчетов о результатах финансового контроля судом первой инстанции установлено, что, оказание услуг по договору осуществлялось в целях предупреждения риска прекращения обслуживания кредитных обязательств.

В пункте 11 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что наличие у кредитора, предоставившего должнику финансирование, права контролировать деятельность последнего для обеспечения возврата этого финансирования не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора, не преследующего цель участия в распределении прибыли должника.

Указанный пункт обусловлен принципиальной полярностью целей, преследуемых участниками гражданского оборота:

- бенефициарный собственник должника (контролирующее должника лицо) всегда преследует цель извлечения потенциальной прибыли, заранее не определимой и не ограниченной в случае успеха, в свою очередь в случае неудачи данное лицо пытается компенсировать последствия принятых им негативных управленческих решений, в том числе через опосредованную докапитализацию должника;

- кредитная организация, в свою очередь, имеет интерес возврата предоставленных заемщику средств и извлечения фиксированной доходности, предусмотренной кредитной документацией, при этом гарантией возврата заемных средств кредитора является согласованное сторонами обеспечение, объем и качество которого стоит в прямой зависимости от объема представленного финансирования.

Учитывая принципиальное различие между указанными участниками гражданского оборота, Верховный Суд Российской Федерации выразил подход, подлежащий применению при разрешении споров по установлению требований кредиторов профессиональных участников рынка финансирования при банкротстве заемщика, установив презумпцию отсутствия у кредитной организации цели участия в распределении всей предполагаемой будущей прибыли должника (абзац шестой пункта 11 Обзора от 29.01.2020).

В соответствии с п. 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020), подобные сделки заключаются для воспрепятствования возможному выводу активов, создания гарантий использования заемных средств по назначению и т.д., то есть, в конечном счете, для обеспечения исполнения обязательств по возврату кредита и выплате фиксированного процента по нему (ст. 819 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции соглашается с  выводом суда первой инстанции, что, правоотношения, связанные с финансовым контролем, возникли в целях обеспечения обязательств заемщиком по кредитным соглашениям, что также подтверждается уступкой Банком в пользу ООО «ГК «Русагро» в полном объеме права требования по договору оказания услуг одновременно с уступкой прав требований по кредитных соглашениям.

Во исполнение вышеназванных условий Договора Исполнитель на ежеквартальной основе готовил и предоставлял Заказчикам и АО «Россельхозбанк» отчеты о результатах финансового контроля группы компаний «Солнечные продукты», в том числе за I, II и III кварталы 2018 года, включающие в себя Отчет о фактическом движении денежных средств (п.2.2.8 Договора), что подтверждается материалами дела. 

Сотрудники ООО «РСХБ-Финанс» неоднократно выезжали по месту нахождения Заказчиков с целью проведения плановых проверок хозяйственной деятельности компаний, опросов сотрудников предприятий на предмет организации производственных процессов и порядка ведения бухгалтерского учета, что подтверждается имеющимися в материалах дела авансовыми отчетами, а также служебными заданиями для направления сотрудников в командировку за период с марта 2018 года по ноябрь 2018 года.

О реальности отношений между сторонами по Договору также свидетельствуют представленные Заказчиками Исполнителю заявления о согласии на предоставление доступа к системе дистанционного банковского обслуживания контролирующей организации (доступ к базам 1С) с целью осуществления услуг финансового контроля. К материалам дела приобщена часть таких заявлений. 

Факт надлежащего оказания Исполнителем и принятия Заказчиком услуг по Договору подтверждают подписанные сторонами универсальные передаточные документы (форма УПД утверждена Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.12.2011 №1137), в том числе, в период с марта 2018 года по ноябрь 2018 года: №38 от 31.03.2018, №47 от 30.04.2018, №57 от 31.05.2018, №68 от 30.06.2018, №80 от 31.07.2018, №93 от 31.08.2018, №110 от 30.09.2018, №128 от 31.10.2018, №147 от 29.11.2018.

В соответствии с Письмом ФНС России от 21.10.2013 №ММВ-20-3/96@ «Об отсутствии налоговых рисков при применении налогоплательщиками первичного документа, составленного на основе формы счета-фактуры» форма УПД при надлежащем заполнении позволяет отразить в документе все необходимые показатели, не только предусмотренные законодательством в области бухгалтерского учета для первичных учетных документов, но и установленные для счета-фактуры как документа, служащего основанием для принятия в указанном главой 21 НК РФ порядке покупателем к вычету сумм НДС, предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав. Поэтому заполнение всех реквизитов УПД, установленных в качестве обязательных для первичных документов статьей 9 Закона №402-ФЗ и для счетов-фактур статьей 169 НК РФ, позволяет использовать его одновременно в целях исчисления налога на прибыль и расчетов с бюджетом по НДС (статус документа «1»). 

В перечень операций, для оформления которых может быть использована форма УПД, входит, среди прочих, подтверждение фактов оказания услуг (Приложение 2 к Письму ФНС России от 21.10.2013 №ММВ-20-3/96@).

Судом первой инстанции также учтено наличие в материалах дела доказательств исполнения Договора оказания услуг и ранее спорного периода, а именно, с 2016 года.

Вышеназванные обстоятельства и документы в совокупности подтверждают факт оказанных ООО «РСХБ-Финанс» услуг по договору на оказание услуг финансового контроля №2016/01 от 30.07.2016 в период с марта по ноябрь 2018 года.

Согласно п.5.1 Договора стоимость услуг (вознаграждение Исполнителя) установлено в размере 2 000 000 руб. в месяц. 

В соответствии с п.5.2 Договора оплата услуг по Договору осуществляется Заказчиком-1 в течение 3 (Трех) рабочих дней с момента принятия Заказчиком услуг за истекший месяц. 

«06» ноября 2016 года на основании Дополнительного соглашения №1 в качестве созаказчиков к Договору присоединилось еще 15 юридических лиц, соответственно, стоимость услуг по Договору увеличилась и составила 2 350 000 руб. в мес. (п. 3 Дополнительного соглашения №1 от 06.11.2016 года). 

«20» апреля 2018 года на основании Дополнительного соглашения №2 в качестве созаказчиков к Договору присоединилось еще 5 юридических лиц, стоимость услуг по Договору при этом не изменилась.

По причине неисполнения ООО «Торговый дом «Солнечные продукты» обязательств по Договору в части оплаты стоимости оказанных услуг за 7 месяцев, размер задолженности по состоянию на 29.11.2018 года составил 16 450 000 руб. (2 350 000 руб. х 7 мес.). 

Указанный размер задолженности подтвержден Должником по акту сверки взаимных расчетов за период с 30.06.2016 по 29.11.2018. 

«30» ноября 2018 Стороны заключили Соглашение о расторжении Договора, в п. 2 которого подтвердили наличие задолженности перед ООО «РСХБ-Финанс» в размере16 450 000 руб. 

«04» декабря 2018 между ООО «РСХБ-Финанс» и ООО «Группа Компаний «Русагро» заключен Договор №2016/01-У уступки прав (требований), в соответствии с которым ООО «РСХБ-Финанс» передало (уступило), а ООО «Группа Компаний «Русагро» приняло права требования к заказчикам по договору на оказание услуг финансового контроля № 2016/01 от 30.06.2016 в общей сумме 16 450 000 руб.

Объем прав, переходящих новому кредитору, определен ст. 384 ГК РФ. По общему правилу п. 1 этой статьи требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства.

При этом новый кредитор имеет право на установление его требования как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя (п. 1 ст. 363, ст. 323 ГК РФ, п. 51 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 июля 2012 г. N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством").

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Группа Компаний «Русагро» с настоящим требованием.

Суд первой инстанции согласился с доводами ООО «Группа Компаний «Русагро»  о наличии и размере задолженности и включил требования в реестр требований кредиторов.

Повторно рассмотрев материалы спора, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

Относительно доводов апелляционной жалобы, апелляционная коллегия приходит к следующему.

Факт аффилированности ООО «Группа Компаний «Русагро»  и общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты», как участников группы компаний «Солнечные продукты», лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Вместе с тем, согласно пункту 2 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц. Президиум ВС в указанном Обзоре подчеркнул, что безусловная субординация требований аффилированных лиц не допустима. При этом в случае установления судом факта наличия аффилированности необходимо применение повышенных стандартов доказывания, то есть представление подтверждающих наличие задолженности документов, позволяющих исключить сомнения об отсутствии мнимости договорных отношений. 

По смыслу разъяснений пунктов 3 -7, 9, 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 понижению очередности подлежат требования контролирующих лиц или кредиторов, действовавших под влиянием таких лиц, предоставивших компенсационное финансирование в ситуации имущественного кризиса должника с использованием моделей поведения, отличной от предписанной Законом о банкротстве, и/или преследовавших цель перераспределения рисков на случай банкротства, участия в распределении прибыли (имущества) должника наряду с независимыми конкурсными кредиторами.

Основанием понижения очередности удовлетворения требования контролирующего лица является то, что, предоставляя в ситуации имущественного кризиса компенсационное финансирование, это лицо в одностороннем порядке (без участия независимых кредиторов) принимает рискованное решение о способе выхода из сложившейся ситуации, затрагивающее судьбу уже вложенных независимыми кредиторами средств, отклоняясь от стандарта поведения, установленного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве. Поэтому все возможные риски, связанные с реализацией данного решения, относятся на контролирующее лицо. 

В настоящем случае, аффилированность кредитора и должника не свидетельствует об отсутствии реальных отношений, вытекающих из договоров на оказание услуг финансового контроля.

Корпоративный и фактический контроль над участниками группы компаний «Солнечные продукты» со стороны ООО «ГК «Русагро» возник с октября 2018 и, соответственно, также не влияет на оценку хозяйственных отношений между ООО «РСХБ-Финанс»  и общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты», длившихся с 2016 года.

Таким образом, при рассмотрении указанных требований судом первой инстанции обосновано отклонены доводы ООО «ВТБ  Факторинг» поскольку они не могут служить основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов должника либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований.

По смыслу разъяснений пунктов 3 -7, 9, 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29 января 2020 года понижению в очередности подлежат требования контролирующих лиц или кредиторов, действовавших под влиянием таких лиц, предоставивших компенсационное финансирование в ситуации имущественного кризиса должника с использованием моделей поведения, отличной от предписанной Законом о банкротстве, и/или преследовавших цель перераспределения рисков на случай банкротства, участия в распределении прибыли (имущества) должника наряду с независимыми конкурсными кредиторами. В то же время, из разъяснений пункта 11 названного Обзора судебной практики от 29 января 2020 года следует, что наличие у кредитора, представившего должнику финансирование, права контролировать деятельность последнего для обеспечения возврата этого финансирования не является основанием понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора, не преследующего цель участия в распределении прибыли должника. 

Основанием понижения очередности удовлетворения требования контролирующего лица является то, что, предоставляя в ситуации имущественного кризиса компенсационное финансирование, это лицо в одностороннем порядке (без участия независимых кредиторов) принимает рискованное решение о способе выхода из сложившейся ситуации, затрагивающее судьбу уже вложенных независимыми кредиторами средств, отклоняясь от стандарта поведения, установленного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве. Поэтому все возможные риски, связанные с реализацией данного решения, относятся на контролирующее лицо.

 При этом указанное лицо, предоставляя финансирование, рассчитывает не только и не столько на получение выгоды в виде согласованного в договоре процента за пользование займом, сколько на участие в распределении всей потенциальной прибыли должника, заранее неопределимой и неограниченной. 

Как отметил Арбитражный суд Поволжского округа в своем Постановлении от 23.06.2020 по делу № А57-10966/2019 «Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации. По смыслу норм пункта 1 статьи 10 Гражданского 11 А57-10966/2019 кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). Таким образом, обстоятельств, свидетельствующих о наличии и реализации ООО «ГК «Русагро» умысла на недобросовестное осуществление прав с целью причинения вреда независимым кредиторам, наличие которых могло бы явиться основанием для отказа в удовлетворении требования ООО «ГК «Русагро» о включении требования в реестр, судом апелляционной инстанции установлено не было, в связи с чем, положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применены судом апелляционной инстанции ошибочно, без достаточных на то оснований. Суд кассационной инстанции отмечает, что напротив, отказ во включении требований ООО «ГК «Русагро» в реестр требований кредиторов, которое основано на реальных кредитных обязательствах должника, возникших в период до приобретения контроля ООО «ГК «Русагро» над группой, в которую входит должник, приведет к безосновательному освобождению должника от обязательств по возврату полученных кредитных средств.

 Из содержания пункта 2 Обзора следует, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

 Пунктом 10 Обзора установлены частные случаи, при которых очередность требования контролирующего лица не подлежит понижению, общим основанием при которых, прежде всего, являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что действиями такого лица не были нарушены права и законные интересы миноритарных кредиторов и контролирующее должника лицо при этом не отклоняется от стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Учитывая, что в данном случае отсутствуют основания для вывода о недобросовестности ООО «ГК «Русагро» ввиду того, что его действия не были направлены на создание искусственной задолженности в целях контроля над процедурой банкротства, компенсации его негативного воздействия на деятельность должника либо уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования.

 Отказ во включении в реестр или субординация требований обусловлены прежде всего недопущением включения в третью очередь реестра и удовлетворения наравне с внешними кредиторами требований лица, контролировавшего должника (его имущественную сферу), либо имевшего возможность оказывать влияние на должника (его имущественную сферу) при установлении обстоятельств, свидетельствующих о мнимости обязательства, при финансировании в условиях кризиса и предоставлении денег из имущественной сферы группы компаний, предоставлении компенсационного финансирования, уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, обстоятельств, свидетельствующих о наличии договора о покрытии.

Поскольку ни одно из указанных обстоятельств не было установлено судами в отношении действий ООО «ГК «Русагро», напротив, установлены обстоятельства, свидетельствующие о соблюдении им стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, оснований для отказа во включении в реестр, понижения очередности требований ООО «ГК «Русагро» к должнику применительно к правовым позициям, нашедшим отражение в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, в том числе в пункте 6, на которые ссылаются в возражениях на кассационную жалобу кредиторы, не имеется.»

Кроме того, в рамках рассмотрения дела № А57-6120/2019 Верховный Суд Российской Федерации вынес Определение от 08.10.2020 № 306-ЭС20-12147(1-4) об отказе в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ.

В указанном определении Верховный Суд РФ указал, что «В данном же случае группа Русагро (в которую входит компания) практически в одно и то же время (осень 2018 года) приобрела контроль над группой Солнечные продукты (в которую входит должник), а также требования к должнику по кредитным и обеспечительным сделкам с АО «Россельхозбанк». Изучение материалов дела показало, что в данной конкретной ситуации покупка компанией долговой нагрузки была сопряжена с вхождением в капитал должника, а не с намерением завуалировать кризисную ситуацию у последнего, что указывает на отсутствие оснований для понижения очередности удовлетворения гражданско-правовых требований.

В связи с этим, оснований для понижения очередности ГК «РусАгро» у суда первой инстанции не имелось. 

Доводы ООО «ВТБ Факторинг» о том, что на момент выкупа прав требований по договору о финансовом контроле (29.11.2018), должник находился в состоянии имущественного кризиса были предметом оценки суда первой инстанции и опровергаются вступившими в законную силу постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 23.06.2020 по делу А57-6120/2019 (2 абзац стр. 18), Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.07.2020 по делу А57-5604/2019 (2 абзац стр. 20), Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 25.06.2020 по делу А57-7692/2019 (4 абзац стр. 24), Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.08.2020 (2 абзац стр. 11)(по включению требования ООО «ГК «Русагро» в РТК должников) согласно которым установлено: «…в настоящем споре установлены обстоятельства, свидетельствующие о неосведомленности ООО «ГК «Русагро» о неустойчивом финансовом положении предприятий, входящих в группу «Солнечные продукты», что подтверждает и последовавшие действия ООО «ГК «Русагро» по инициированию процедуры несостоятельности (банкротства) должника и предприятий, входящих в группу.».

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает законным и обоснованным определение суда о  включении в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты» требований общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» в размере 16 450 000,00 рублей, убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная  жалоба не содержит. Выводы суда по данному вопросу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную    жалобу общества с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг следует оставить без удовлетворения.

Согласно пункту 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по данной категории апелляционных жалоб уплата госпошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 29 января 2021 года по делу № А57-5716/2019 оставить без изменения, апелляционную   жалобу -  без удовлетворения.

Постановление арбитражного  суда  апелляционной   инстанции  вступает   в законную   силу со дня   его  принятия и может  быть обжаловано  в Арбитражный  суд  Поволжского  округа  в течение   одного    месяца    со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                    О.В.  Грабко

Судьи                                                    Г.М. Батыршина

А.Ю. Самохвалова