ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                          Дело № А15-5875/2023

27.08.2024

Резолютивная часть постановления объявлена 20.08.2024

Полный текст постановления изготовлен 27.08.2024

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Белова Д.А., Сулейманова З.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой М.Е., в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 20.05.2024 по делу № А15-5875/2023, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» ФИО1 об оспаривании сделки последующей ипотеки с общества с ограниченной ответственностью КБ «Конфидэнс банк», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Дагестан с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» (далее – ООО «Перспектива», общество, должник), в связи с неисполнением свыше трех месяцев обязательств, подтвержденных судебными приказами мирового судьи судебного участка № 14 Советского района г. Махачкалы от 10.09.2021 по делам №№ 2-1683/2021, 2-1684/2021, 2-1685/2021.

Решением суда от 29.09.2023 должник признан банкротом, введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Конкурсный управляющий должника ФИО1 25.12.2023 обратился с заявлением о признании недействительной сделкой договор последующей ипотеки от 16.07.2016, заключенный между должником и ООО КБ «Конфидэнс банк» (далее - банк), и о применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 20.05.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован отсутствием оснований для признания оспариваемых платежей мнимыми, притворными сделками на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований. Апеллянт ссылается на доказанность оснований для признания оспариваемых платежей недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ.

В отзыве на апелляционную жалобу банк не согласен с доводами жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителя апеллянта и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение суда от 20.05.2024 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 29.06.2016 банком и ФИО3 (руководителем общества) заключен договор потребительского кредита №0831 -2016, согласно которому банк предоставил заемщику кредит в сумме 90 млн. руб. сроком до 21.06.2023, с выплатой 15% годовых за пользование (в редакции дополнительного соглашения от 01.03.2018).

12.02.2018 банком и обществом заключен договор поручительства в обеспечение исполнения обязательств по возврату кредита и процентов по нему, по условиям которого общество обязалось перед банком отвечать за исполнение ФИО3 обязательств по кредитному договору.

16.07.2016 банком и обществом заключен договор последующей ипотеки (залог недвижимости), по условиям которого в обеспечение исполнения обязательств по возврату кредита и процентов по нему за ФИО3 общество передало в залог банку: нежилое здание площадь 855,1 кв.м., количество этажей: 4 , в том числе подземных: 1, адрес (местонахождение объекта): 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 77:06:00090004:5629; и право аренды земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для объектов общественно-делового значения, общей площадью 400 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: 

<

...>, кадастровый номер: 77:06:0009004:1002.

Конкурсный управляющий, полагая, что сделка является недействительной ввиду заключения на безвозмездной основе в интересах аффилированного с должником лица, со злоупотреблением правом, в ущерб должнику, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, с целью вывода активов из общества и исключения возможности иных кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет имущества, обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется правилами статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка заключена 16.07.2016, то есть более чем за три года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (определение суда от 09.08.2023) и, соответственно, за периодом подозрительности, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве один год, предшествовавший дате принятия заявления о признании банкротом, и составляющего по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности. При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.07.2020 по делу № А32-44457/2017.

Между тем, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований для оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся (определения Верховного Суда РФ от 11.07.2017 по делу № А40-201077/2015, от 06.07.2017 по делу № А32-19056/2014).

В тоже время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Суд вправе включить в предмет доказывания любые сведения, которые позволят установить достоверность спорных обстоятельств, устранить имеющиеся у суда убедительные сомнения в реальности сделки и принять обоснованное решение.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Действующим законодательством не запрещено собственнику распоряжаться своим имуществом, такое поведение является разумным для добросовестного гражданина. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу части 2 статьи 16 АПК РФ и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Согласно части 3 статьи 69 ПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Исполнимость судебных актов, принимаемых судами общей юрисдикции и арбитражными судами, обеспечивается их обязательностью на всей территории Российской Федерации для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан, что прямо предусмотрено соответствующими положениями ГПК РФ (статья 13) и АПК РФ (статья 16). В свою очередь, непременным условием обеспечения обязательности судебных актов является отсутствие между ними коллизий и иных неустранимых противоречий.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, решением Троицкого районного суда города Москвы от 12.09.2019 удовлетворены исковые требования банка, с ФИО3 и ООО «Перспектива» солидарно в пользу банка в лице конкурсного управляющего ГК АСВ взыскана задолженность в размере 9 205 248,72 рубля и 54 000 рубля в возмещение судебных расходов, в обращении взыскания на залог отказано.

Апелляционным определением Московского городского суда от 30.01.2020 решение Троицкого районного суда города Москвы от 12.09.2019 отменено, принято новое решение, с ФИО3 и ООО «Перспектива» солидарно в пользу банка в лице конкурсного управляющего ГК АСВ взыскана задолженность по договору потребительского кредита от 29.06.2016 №0831-2016 в размере 111 453 459 рубля, и обращено взыскание на заложенное имущество.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2020 по делу №А40-105654/2020 ФИО3 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2020 по делу №А40-105654/2020 с учетом исправительного определения от 08.12.2020, в реестр требований кредиторов ФИО3 включены требования банка в размере 131 340 745,69 рубля, из которых 89 988 000 рублей сумма кредита, 41 352 754,69 рубля проценты по 27.09.2020.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2021 по делу №А40-105654/2020 процедура реализации имущества в отношении ФИО3 завершена, в ходе процедуры требования банка удовлетворены (погашены) в сумме 1 209 285,54 рубля.

Банку выдан исполнительный лист №030031745 на взыскание задолженности и обращение взыскания на имущество, на основании которого возбуждено исполнительное производство №91319/20/77033-ИП от 13.11.2020.

Исполнительное производство окончено 30.06.2023 на основании п. 6 ч. 1 ст. 47 Федерального закона «Об исполнительном производстве» виду нахождения общества в стадии ликвидации.

Вышеуказанные судебные акты (апелляционное определением Московского городского суда от 30.01.2020, определение Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2020 по делу №А40-105654/2020 с учетом исправительного определения от 08.12.2020) вступили в законную силу, не отменены, не пересмотрены и не исполнены.

В силу пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право, в случае неисполнения должником этого обязательства, получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом. Залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора.

В случаях, установленных законом, залог возникает при наступлении указанных в законе обстоятельств (залог на основании закона) (пункт 1 статьи 334.1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 348 ГК РФ взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства по обстоятельствам, за которые он отвечает.

Согласно пункту 1 статьи 336, пункту 3 статьи 335 ГК РФ предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права (требования), за исключением имущества, изъятого из оборота, требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и иных прав, уступка которых другому лицу запрещена законом.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" (далее - постановление N 58), при рассмотрении вопроса об установлении и включении в реестр требований конкурсных кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника (далее - залоговых кредиторов), судам необходимо учитывать следующее.

Если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

В случае представления заявителем доказательств и приведения убедительных аргументов, указывающих на возникновение залогового права, бремя доказывания оснований для отказа в удовлетворении заявленных им требований (возражение о ничтожности договора залога, уничтожение заложенного имущества, приобретение залогового имущества третьим лицом по добросовестности и т.д.) переходит на его процессуальных оппонентов.

Из материалов дела следует, что такие возражения о ничтожности договора заявлялись как при рассмотрении спора в суде общей юрисдикции (по иску о взыскании задолженности и обращении взыскания на предмет залога), так и в рамках настоящего дела о банкротстве (при оспаривании обоснованности заявления ООО КБ «Конфидэнс банк» о включении требований в реестр с признанием их обеспеченными залогом имущества должника). Указанные возражения судами отклонены (апелляционным определением Московского городского суда от 30.01.2020 по гражданскому делу и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.07.2024 по делу №А15-5875/2023).

При вынесении указанных судебных актов судами не установлена ничтожность указанной сделки. Напротив, установлено надлежащее исполнение обязательств по предоставлению заемных денежных средств со стороны банка; действительность сделок, совершенных между банком, ФИО3 и ООО «Перспектива» (договора потребительского кредита №0831 -2016 от 29.06.2016, договора последующей ипотеки от 16.07.2016, договора поручительства от 12.02.2018), а также ненадлежащее исполнение обязательств заемщиком ФИО3 и возникновение акцессорных обязательств ООО «Перспектива» как залогодателя.

В силу пункта 1 статьи 10 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее - Закон об ипотеке) договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона об ипотеке договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации (в случае, если федеральным законом установлено требование о государственной регистрации договора об ипотеке).

В силу положений пункта 1 статьи 43 Закона об ипотеке имущество, заложенное по договору об ипотеке в обеспечение исполнения одного обязательства (предшествующая ипотека), может быть предоставлено в залог в обеспечение исполнения другого обязательства того же или иного должника тому же или иному залогодержателю (последующая ипотека).

Договор последующей ипотеки от 16.07.2016, заключенный между ООО КБ «Конфидэнс Банк» и ООО «Перспектива», совершен в нотариальной форме.

Указанный договор в установленном пунктом 2 статьи 10 Закона об ипотеке порядке 11.08.2016 прошел государственную регистрацию, о чем свидетельствует отметка регистрирующего органа на договоре и выписка из Единого государственного реестра недвижимости.

При заключении договора последующей ипотеки от 16.07.2016 удостоверены личности сторон, заключающих договор, проверено получение согласия от АО «ТРОЙКА-Д БАНК» на заключение и регистрацию договора последующей ипотеки.

Как разъяснено в пунктах 1,7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от  любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

Принятие обеспечения исполнения обязательств от аффилированного лица является обычной практикой работы банков; оспариваемые сделки заключены в рамках общепринятых стандартов гражданского оборота.

 Согласно положению Банка России от 26.03.2004 № 254-П «Положение о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (далее – Положение №254-П), действовавшего на момент заключения спорной сделки, кредитные организации обязаны принимать обеспечение в целях исполнения обязательств заемщиков. 

При заключении кредитного договора и договора последующей ипотеки ООО КБ «Конфидэнс Банк» действовал как кредитная организация, не отклоняясь от стандарта добросовестности и осмотрительности, в рамках правил, установленных Положением № 254-П.  Стоимость имущества, переданного в залог, была соразмерна сумме кредита. 

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 по делу № А41-14638/2016, действия, направленные на повышение вероятности возврата долга экономическим субъектом путем оформления залога и поручительства, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных. 

ООО КБ «Конфидэнс Банк» надлежащим образом исполнил обязательства, предоставил заемные средства в полном объеме. Кредитный договор недействительным или незаключенным признан не был, соответствующих споров не имеется. 

Довод апеллянта о наличии аффилированности между ФИО3 и ООО «Перспектива» как подтверждение недействительности сделки несостоятелен, поскольку аффилированность между заемщиком, поручителем и залогодателем предполагается. 

В ситуации, когда одно лицо получает кредитные средства, а другие аффилированные с ним лица, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, предоставляют обеспечение, зная об обеспечительных обязательствах внутри объединяющей их группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы. Аналогичные разъяснения даны в абзаце первом пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве». 

ФИО3 являлся генеральным директором ООО «Перспектива». Целью получения кредита ФИО3 являлся капитальный ремонт и иные неотделимые улучшения недвижимости, нежилого помещения, принадлежащего ООО «Перспектива», расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:06:0009004:5629 (пункт 11 кредитного договора). 

Таким образом, являясь единоличным исполнительным органом общества, ФИО3, получая заемные средства, действовал в интересах общества, направил заемные средства на ремонт и улучшение помещения, принадлежавшего ООО «Перспектива». Залогодатель ООО «Перспектива» было объединено с заемщиком ФИО3 общими экономическими интересами. 

Довод управляющего о безвозмездности сделки обосновано отклонен судом первой инстанции, поскольку по своей правовой природе договоры поручительства и залога являются безвозмездными, направлеными на обеспечение исполнения обязательства основного должника.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются, следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества и кредитора возлагается на заявителя.

Заявителем не представлено доказательств недобросовестности и неразумности действий участников спорной сделки. Судом апелляционной инстанции не установлено, что договор последующей ипотеки от 16.07.2016 является недействительной сделкой, нарушающей требования закона или иного правового акта. В действиях сторон не установлено злоупотребление правом, предусмотренное положениями статьи 10 ГК РФ.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае отсутствуют основания для квалификации оспариваемой сделки как мнимой (притворной) в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, оснований для переоценки выводов суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 N 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 20.05.2024 по делу № А15-5875/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             Д.А. Белов

             З.М. Сулейманов