ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-80503/2022

20 марта 2023 года

г. Москва

 

 

Судья Каменская О.В.,

рассмотрев в соответствии с частью 2 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без вызова сторон кассационную жалобу ООО «Элюентлабораториз» 

на решение от 03 августа 2022 года 

Арбитражного суда г. Москвы, 

постановление от 17 ноября 2022 года 

Девятого арбитражного апелляционного суда 

принятые в порядке упрощенного производства 

по иску ООО «Элюентлабораториз» 

к Федеральному бюджетному учреждению «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в г. Москве и Московской области» 

о снижении неустойки, без вызова сторон; 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Элюентлабораториз» (далее - истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Федеральному бюджетному учреждению «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в г. Москве и Московской области» (далее - ответчик, Учреждение) о снижении размера неустойки в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) до 4 950 руб. 51 коп. и о взыскании 82 411 руб. 49 коп. неосновательного обогащения в виде неустойки, удержанной ответчиком по Договору N 20-18/014СМП/354-69/21 от 16.04.2021.

Дело рассмотрено Арбитражным судом города Москвы в порядке упрощенного производства, решением от 03 августа 2022 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением от 17 ноября 2022 года Девятого арбитражного апелляционного суда, решение Арбитражного суда города Москвы от 03 августа 2022 года, оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «Элюентлабораториз» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит суд округа отменить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, принять по делу новый судебный акт

Письменный отзыв представлен в материалы дела.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, проверив в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых решении и постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не находит оснований для отмены или изменения судебных актов ввиду следующего.

Как установлено судами двух инстанций в ходе рассмотрения дела по существу, между ООО «ЭлюентЛабораториз» (поставщиком) и Учреждением (покупателем) по результатам проведения запроса котировок в электронной форме на поставку гомогенизатора и расходных материалов, реестровый номер извещения 32110096645, заключен Договор N 20-18/014СМП/354-69/21 от 16.04.2021 (далее - Договор).

Согласно п. 1.1 Договора истец обязуется поставить и передать в собственность Ответчику гомогенизатор и расходные материалы, в количестве и с характеристиками, указанными в Приложении N 1 к Договору, которое является неотъемлемой частью настоящего договора.

Согласно п. 2.1 Договора общая цена товара по договору составляет 397 100 руб., включая НДС 20% - 66 183 руб. 33 коп.

Согласно п. 3.1 Договора поставка товара, осуществляется по адресу ответчика (117418, 

<

...>) истцом, своими силами не позднее 60 (шестидесяти) рабочих дней со дня заключения Договора (до 14.07.2021 г.).

Пунктом 13.2 Договора установлено, срок поставки товара Истцом не позднее 14 июля 2021 года.

В ходе исполнения обязательств по поставке товара Истцом была допущена просрочка поставки товара.

Истец поставил товар по двусторонней товарной накладной N 210000158 от 04.08.2021 на сумму 397 100,00 руб., что также подтверждается двусторонним актом сдачи-приемки N 210000158 от 05.08.2021.

Просрочка срока поставки товара по Договору составила 22 календарных дня.

Пунктом 4.3 Договора установлено, что в случае просрочки исполнения истцом обязательств, предусмотренных договором, ответчик вправе потребовать уплату неустойки (штрафа, пени). Неустойка начисляется за каждый день просрочки поставки товара, начиная со дня, следующего после истечения установленного договором срока поставки в размере 1% от стоимости не поставленного в срок товара, но не более 40% стоимости товара.

10.08.2021 в адрес истца поступило письмо ответчика N Юр 8-7/205 о взыскании неустойки в размере 87 362 руб., путем удержания причитающихся сумм при оплате счета истца.

Ответчик оплатил товар в размере 309 738 руб., что подтверждается платежным поручением N 300720 от 12.08.2021.

23.08.2021 истец направил в адрес ответчика письменный исх. N 703 ответ, в котором просил ответчика не применять штрафные санкции, предусмотренные Договором.

Истец указывает, что Договор был заключен в период развития неблагоприятной ситуации как во всем мире в целом, так и в Российской Федерации, вызванной распространением коронавирусной инфекции COVID-19.

Истцом к поставке был предложен товар, страной происхождения которого является Германия, на территории которой действовали ограничения, связанные с пандемией COVID-19, действие которых затрудняло работу множества предприятий.

По указанным причинам, осуществить поставку товаров в сроки, установленные Договором, не представлялось возможным.

Также истец выразил несогласие с начисленной неустойкой в размере 87 362,00 руб. Начисленная сумма неустойки несоразмерна последствиям неисполнения обязательств и составляет 22% от цены товара по Договору.

Истец просил произвести пересчет неустойки в размере 1/300 действующей на день уплаты неустойки ключевой ставки ЦБ РФ от суммы не поставленного в срок товара за каждый день просрочки.

Истец в своем ответе Исх. N 703 рассчитал неустойку по 1/300 ключевой ставки ЦБ РФ, которая составила 1 892,84 руб., в связи с чем просил Ответчика произвести удержание неустойки в размере 1 892,84 руб., а удержанные денежные средства в размере 85 469,16 руб. вернуть на расчетный счет истца.

Письмом от 01.09.2021 N Юр8-7/228 Ответчик отказал истцу в перерасчете размера неустойки и сообщил, что при оплате счета Истца была удержана сумма неустойки в размере 87 362 руб.

Истец полагает, что размер начисленной неустойки является завышенным, несоразмерным последствиям нарушения обязательств, в связи с чем, размер неустойки должен быть уменьшен на основании ст. 333 ГК РФ.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с исковыми требованиями в Арбитражный суд города Москвы.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из принципа свободы заключения Договора, который не был нарушен сторонами, а также запрета на извлечение преимущества из своего незаконного поведения участника предпринимательских отношений.

Суд апелляционной инстанции, оставляя решение без изменения, с выводами суда первой инстанции согласился, признал их правильными, соответствующими имеющимся в материалах дела доказательствам и требованиям закона.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о применении норм права соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, оценка которым судами дана в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; суды первой и апелляционной инстанций правильно применили нормы права; кассационная жалоба удовлетворению не подлежит ввиду следующего.

Истцом фактически был нарушен срок поставки товара на 22 календарных дня, в связи с чем, к нему и была применена предусмотренная заключенным Договорам санкция в виде неустойки в соответствии с п. 4.3.

Указанный Договор был заключен истцом и ответчиком добровольно и без принуждения. Истец при заключении Договора выразил согласие со всеми пунктами указанного Договора в соответствии с принципом свободы заключения договора, в связи с чем довод истца о многократном превышении неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ был отклонен.

Заявлений истца об изменении условий Договора после его заключение не было. Размер неустойки, начисленной ответчиком, полностью отвечает всем условиям Договора, в том числе ее предельному размеру в 40% от цены товара. Также не был существенным довод о кратковременности просрочки товара.

Также суды не нашли мотивированным довод истца о том, что просрочка произошла по вине его контрагента в связи с распространением коронавирусной инфекции COVID-19, сославшись на Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020, в соответствии с которым признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Указанные основания иска противоречат и п. 3 ст. 401 ГК РФ, согласно которому если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника. Указанная позиция отражена и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 7.

Судами верно указано, что согласно п. 8.2 Договора сторона, ссылающаяся на обстоятельства непреодолимой силы, обязана в письменной форме в течение 10 (десяти) рабочих дней проинформировать другую сторону о наступлении подобных обстоятельств. Доказательств выполнения указанного обязательства истцом в материалы дела не представлено.

Учитывая то, что ответчик является бюджетным учреждением, сам иск о снижении размера неустойки расценивается судом первой инстанции как попытка извлечь преимущество из своего незаконного поведения и освобождение должника от ответственности, пределы которой истца были известны при добровольном заключении Договора.

Рассматривая спор, суды, вопреки доводам кассационной жалобы, на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, правильно установили фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, и применил нормы материального права.

Истец в апелляционной жалобе ссылается на следующие доводы, а именно: несоразмерность начисленной неустойки; заключение Договора в период неблагоприятной ситуации в связи с распространением коронавирусной инфекции COVID-19 и несвоевременное выполнение смежных обязательств контрагентом истца, располагающегося в Германии; неосведомленность истца о пределах ответственности, предусмотренных Договором; отсутствие в материалах дела такой позиции ответчика, в соответствии с которой ответчику был причинен ущерб либо убытки в связи с просрочкой поставки товара, а также сравнение иска об уменьшении размера неустойки с дарением и прощением долга; игнорирование судом первой инстанции судебной практики, приведенной в исковом заявлении; неприменение судом первой инстанции моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе предпринимателей, введенного п. 1 Постановления Правительства РФ от 28.03.2022 N 497 (далее - мораторий).

Заключение Договора в период неблагоприятной ситуации в связи с распространением коронавирусной инфекции COVID-19 при том, что контрагент, чей товар и является предметом рассматриваемого Договора, находится в Германии, противоречит п. 3 ст. 401 ГК РФ, а также п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер, чем само распространение коронавирусной инфекции COVID-19 на момент заключение Договора не являлось; нарушение обязанностей контрагентом должника не является основанием для освобождения от ответственности самого должника).

Довод о неосведомленности истца о пределах ответственности, предусмотренных Договором, был предметом оценки суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонен, что согласно п. 28 ст. 3.4 ФЗ от 18.07.2011 N 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» в случае наличия разногласий по проекту договора, направленному заказчиком, участник такой закупки составляет протокол разногласий с указанием замечаний к положениям проекта договора, не соответствующим извещению, документации о конкурентной закупке и своей заявке, с указанием соответствующих положений данных документов. Протокол разногласий направляется заказчику с использованием программно-аппаратных средств электронной площадки. Из материалов дела не усматривается попыток истца по направлению подобного разногласия по проекту договора.

Мораторий не подлежит применению в спорных отношениях ввиду следующего.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1, абзацу десятому пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве в период действия моратория прекращается начисление неустоек (штрафов и пеней), иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до его введения.

Этот же правовой режим распространяется и на проценты по ст. 395 ГК РФ (ответ на вопрос 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерацией 30.04.2020). В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 44) Верховный Суд РФ отметил, что целью введения моратория, предусмотренного статьей 9.1 Закона о банкротстве, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам (пункт 1 Постановления Пленума ВС РФ N 44).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет (пункт 2 Постановления Пленума ВС РФ N 44).

Предусмотренные мораторием мероприятия предоставляют лицам, на которых он распространяется, преимущества (в частности, освобождение от уплаты неустойки и иных финансовых санкций) и одновременно накладывают на них дополнительные 5 ограничения (например, запрет на выплату дивидендов, распределение прибыли) (пункт 4 Постановления Пленума ВС РФ N 44). Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВС РФ N 44, в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Таким образом, отсутствуют доказательства о внесении истца в мораторный список организаций, банкротство которых временно приостановлено в связи с признанием их наиболее пострадавшими в период распространения коронавируса, в Перечень стратегических организаций, утвержденный п. 1 распоряжения Правительства РФ от 20.08.2009 N 1226-р в связи с чем оснований для освобождения Общества от гражданской ответственности по Договору не имеется.

При этом превышение размера договорной неустойки над ключевой ставкой ЦБ РФ даже в кратком размере не является безусловным обстоятельством, подтверждающим ее несоразмерность. Само по себе заявление о несоразмерном размере неустойки по смыслу 333 ГК РФ не является основанием для ее уменьшения.

В соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Основанием для применения статьи 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 года N 263-О указано, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательств, средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

При этом уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, как верно указали суды, в отношении истца - лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, добровольно принявшего на себя обязанность по оплате неустойки в случае нарушения условий договора (статья 421 ГК РФ), такая договорная неустойка может быть снижена в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Однако, истцом доказательств подобного рода представлено не было.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 71 принятого 24.03.2016 г. Постановлении N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума N 7) разъяснил, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

В данном конкретном случае истец в силу положений пункта 1 статьи 66, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации является коммерческой организацией, и, принимая во внимание компенсационный характер неустойки, учитывая размер, установленной договорной неустойки, исходя из принципа соразмерности размера взыскиваемой неустойки объему и характеру ненадлежащего выполнения обязательств истцом по поставке товара, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения правил статьи 333 ГК РФ и снижения размера подлежащей взысканию неустойки.

Довод заявителя жалобы об игнорирование судом первой инстанции судебной практики, приведенной в исковом заявлении, признается несостоятельным, в силу того, что судебная практика не носит преюдициальный характер для настоящего дела, не может быть принято в качестве обстоятельств, освобождающих от доказывания, в соответствии со ст. 69 АПК РФ.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверены судом кассационной инстанции в полном объеме, однако подлежат отклонению, поскольку не опровергают выводы апелляционных судов, направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела, которая в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов, суды установили все существенные для дела обстоятельства и дали им надлежащую правовую оценку, выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены ими правильно. 

Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы повлечь принятие неправильных судебных актов, суд кассационной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 03 августа 2022 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 ноября 2022 года по делу № А40-80503/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

 

Судья                                                                                          О.В. Каменская