ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-14113/2023

г. Челябинск

04 декабря 2023 года

Дело № А47-10449/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 декабря 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Калиной И.В., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 06.09.2023 по делу № А47-10449/2020 о процессуальном правопреемстве.

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3) 10.08.2020 обратился в Арбитражный суд Оренбкргской области с заявлением о признании банкротом ФИО2 (ИНН 

<

***>). В качестве саморегулируемой организации, из числа членов которой должен быть утвержден финансовый управляющий заявителем указана Ассоциация «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (СРО ААУ «Евросиб»).

Определением арбитражного суда от 16.11.2020 (резолютивная часть от 10.11.2020) заявление кредитора признано обоснованным. В отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4, являющийся членом Ассоциация «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (СРО ААУ «Евросиб»), г. Москва.

Решением арбитражного суда от 06.10.2021 (резолютивная часть от 30.09.2021) должник признана банкротом с открытием в отношении нее процедуры реализации имущества. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

27.04.2023 заявитель по делу о банкротстве обратился в суд с ходатайством о замене кредитора - ИП ФИО3 на его правопреемника ФИО5 в правоотношениях по кредиторскому требованию к ФИО2 в размере 2 086 335 рублей., которое включено в реестр требований кредиторов ФИО2 определением арбитражного суда от 10.11.2020 и признано обеспеченным залогом имущества должника определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.06.2022.

Определением суда от 05.05.2023 заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

Определением суда от 06.09.2023 (резолютивная часть от 05.09.2023) заявление ИП ФИО3 удовлетворено. Суд обязал финансового управляющего должника произвести замену кредитора – ИП ФИО3 с суммой требования в размере 2 086 335 руб. (в том числе: 700 000 руб. - основной долг, 1 015 000 руб. - проценты за пользование займом; 161 280 руб. - неустойка за просрочку основного долга; 176 295 руб. - неустойка за просрочку оплаты процентов; 33 760,00 руб. - расходы по оплате госпошлины), в качестве обязательства, обеспеченного залогом имущества должника, на ФИО5 в третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, должница обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила обжалуемый судебный акт изменить, отказав в признании за ФИО5 статуса залогового кредитора.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что суд первой инстанции пришел к неверному выводу о том, что права требования по договору ипотеки могли быть переданы цессионарию без государственной регистрации уступки права и внесения соответствующих изменений в Единый государственный реестр недвижимости (далее – ЕГРН). При этом данный вывод суда основывается на утратившем силу на момент оглашения резолютивной части определения постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге». Также, в материалах дела имеется выписка из ЕГРН от 14.07.2023 в отношении земельного участка и объекта незавершенного строительств, принадлежащих ФИО2 на праве собственности. В данной выписке в качестве залогодержателя недвижимого имущества указан ИП ФИО3 На момент оглашения резолютивной части обжалуемого определения в материалы дела не были представлены соответствующие выписки из ЕГРН, в которых в качестве залогодержателя недвижимого имущества был бы указан ФИО5 ИП ФИО3 и ФИО5 не осуществили государственную регистрацию уступки прав по договору ипотеки, следовательно, у ФИО5 не возникли права залогодержателя в отношении указанного недвижимого имущества. Соответственно, правопреемство в материальном смысле в части уступки прав по договору ипотеки не состоялось.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28.11.2023.

Отзывов и возражений на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, не поступило.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Судебный акт пересматривается в пределах доводов апелляционной жалобы (пункт 5 статьи 268 АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.11.2020 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов. Указанным определением требование ИП ФИО3 включено в реестр требований кредиторов должника в размере 2 086 335 рублей.

В рамках процедуры банкротства ФИО2 финансовый управляющий обратился с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 12.04.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО6 и применении последствий недействительности сделки.

Определением арбитражного суда от 22.11.2021 по делу №А47-10449/2020 заявление финансового управляющего удовлетворено. Договор купли-продажи земельного участка (кадастровый номер 56:44:0201005:815) от 12.04.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО6 признан недействительным. Применены последствия признания сделки недействительной в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО2 земельного участка с кадастровым номером 56:44:0201005:815, площадью 992 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: участки, предназначенные для размещения домов индивидуальной жилой застройки.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 07.06.2022 определение арбитражного суда от 22.11.2021 оставлено без изменения.

Определением арбитражного суда от 24.06.2022 за кредитором ИП ФИО3 установлен статус залогового кредитора по требованию в сумме 2 086 335 руб. (в том числе: 700 000 руб. - основной долг, 1 015 000 руб. - проценты за пользование займом; 161 280 руб. - неустойка за просрочку основного долга; 176 295 руб. - неустойка за просрочку оплаты процентов; 33 760,00 руб. - расходы по оплате госпошлины) к должнику ФИО2, включенному в реестр требований кредиторов должника.

18.04.2023 между ИП ФИО3 (цедент) и ФИО5 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) (л.д.-6).

Согласно п. 1.1 договора цессии Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования к ФИО2 в размере 2 158 876 руб. 09 коп., из которых: 700 000 руб. - основной долг, 1 015 000 руб. - проценты за пользование займом, 33 760 руб. - расходы по оплате госпошлины, 161 280 руб. - неустойка за просрочку основного долга, 176 295 руб. - неустойка за просрочку оплаты процентов, 72 541,09 руб. - мораторные проценты за период с 10.11.2020 по 18.04.2023. А также мораторные проценты, которые будут начислены за период с 19.04.2023 до даты полного погашения требования кредитора.

Согласно п. 1.2 договора цессии помимо права требования, в размере, указанном в п. 1.1 настоящего договора, к Цессионарию переходят в полном объеме все права, связанные с существом основного обязательства.

В соответствии с п. 2.3 договора цессии уступаемое право требования, указанное в п. 1.1 договора, переходит к Цессионарию с момента подписания договора.

Стоимость уступаемого права требования составляет 2 000 000 руб.

В силу пункта 1.3 Договора уступки права требования, уступленное право обеспечено залогом имущества должника - земельного участка кадастровый номер 56:44:0201005:815 и объекта незавершенного строительства кадастровый номер 56:44:0201005:2098.

Сторонами подписан Акт приема - передачи документов к договору уступки права требования от 18.04.2023 (л.д. 7).

В адрес должника кредитором ИП ФИО3 направлено уведомление о совершенной уступке (л.д. 8).

В связи с заключением указанного договора уступки права требования ИП ФИО3 обратился в суд с рассматриваемым заявлением о процессуальном правопреемстве.

От финансового управляющего в материалы дела поступил отзыв, в котором он указал на отсутствие возражений относительно удовлетворения заявленного требования (л.д.-19-20).

В материалы дела 20.07.2023 от представителя должника поступили возражения относительно удовлетворения заявленного требования, в связи с тем, что права требования к ФИО2, по мнению должника, не были переданы ФИО5 Должник является третьим лицом по отношению к цеденту ИП - ФИО3 и цессионарию - ФИО5, следовательно, для должника договор цессии является заключенным с момента его государственной регистрации в Управлении Росреестра, однако, на договоре цессии отсутствует отметка о его государственной регистрации.

05.09.2023 ФИО5 представлены письменные возражения по доводам должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что отсутствие государственной регистрации перехода прав залогодержателя при отсутствии к тому установленных законом оснований не прекращает ипотеку и не свидетельствует об отсутствии у залогового кредитора возможности защитить свои права на заложенное имущество.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В силу пунктов 1, 2 статьи 382 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. 

Исходя из пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. 

В соответствии со статьей 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1). Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (пункт 2). 

Исходя из пункта 2 статьи 389.1 ГК РФ, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 54) по смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 ГК РФ уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием). 

По общему правилу требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка (пункт 5 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 54). 

Согласно статье 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. 

При этом основанием для процессуального правопреемства является переход субъективных материальных прав и обязанностей от одного лица к другому. Следовательно, процессуальное правопреемство обуславливается правопреемством в материальном праве. 

Закон о банкротстве не содержит каких-либо особенностей рассмотрения заявлений о процессуальном правопреемстве, в связи с чем, подлежат применению общие положения. 

В данном случае, как указывалось выше, 18.04.2023 между ИП ФИО3 (цедент) и ФИО5 (цессионарий) заключен договор уступки прав требований (цессии).

Поскольку правопреемство в материальном правоотношении произошло, процессуальная замена возможна на любой стадии процесса, препятствий (исходя из правовых норм либо фактических обстоятельств) для осуществления процессуального правопреемства не установлено, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возможности осуществления процессуальной замены. 

Уступленное право требования обеспечено залогом имущества должника - земельного участка кадастровый номер 56:44:0201005:815 и объекта незавершенного строительства кадастровый номер 56:44:0201005:2098.

Апеллянт, возражая против передачи цессионарию права требования по залоговому обязательству указывает, что в материалах дела имеется выписка из ЕГРН от 14.07.2023 в отношении земельного участка и объекта незавершенного строительства, принадлежащих ФИО2 на праве собственности. В данной выписке в качестве залогодержателя недвижимого имущества указан ИП ФИО3 На момент оглашения резолютивной части оспариваемого определения в материалы дела не были представлены соответствующие выписки из ЕГРН, в которых в качестве залогодержателя недвижимого имущества был бы указан ФИО5 ИП ФИО3 и ФИО5 не осуществили государственную регистрацию уступки прав по договору ипотеки, следовательно, у ФИО5 не возникли права залогодержателя в отношении указанного недвижимого имущества. Соответственно, правопреемство в материальном смысле в части уступки прав по договору ипотеки не состоялось.

По мнению суда апелляционной инстанции, указанная позиция апеллянта основана на неверном толковании норм права в силу следующего.

Требование кредитора ФИО3 было основано на договоре займа денежных средств №11/01/17 от 11.01.2017, заключенного между ним и должником, в обеспечение исполнения обязательств по договору займа, должником в залог кредитору передано имущество: земельный участок с кадастровым номером 56:44:0201005:815, площадью 992 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: участки, предназначенные для размещения домов индивидуальной жилой застройки; на дату введения процедуры банкротства в отношении ФИО2 и установления требований кредитора ИП ФИО3, имущество, являющееся предметом залога, отсутствовало у должника в натуре, в связи с тем, что было отчуждено в собственность третьего лица ФИО6 на основании договора купли-продажи от 12.04.2018, который оспорен и признан недействительным.

В силу пункта 3 статьи 47 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее - Закон об ипотеке), если договором не предусмотрено иное, к лицу, которому переданы права по обязательству (основному обязательству), переходят и права, обеспечивающие исполнение обязательства.

В абзаце 3 пункта 3 статьи 47 Закона об ипотеке указано, что уступка прав по обеспеченному ипотекой обязательству (основному обязательству) в соответствии с пунктом 1 статьи 389 ГК РФ должна быть совершена в той форме, в которой заключено обеспеченное ипотекой обязательство (основное обязательство).

Исходя из приведенных положений государственная регистрация уступки прав по основному обязательству, обеспеченному ипотекой (пункт 4 статьи 20 Закона об ипотеке), необходима только в случае, когда уступаемое обязательство возникло из договора, подлежащего государственной регистрации.

Залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случаях, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1 ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 Закона об ипотеке, договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации. Договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

При этом, согласно пункту 5 статьи 3 Федерального закона от 21.12.2013 №367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую ГК РФ и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) РФ» (далее – Федеральный закон от 21.12.2013 № 367-ФЗ), вступившего в силу с 1 июля 2014 года, правила о государственной регистрации договора ипотеки, содержащиеся в Федеральном законе от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и Федеральном законе от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», не подлежат применению к договорам ипотеки, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Таким образом, к договорам ипотеки, заключенным после 01.07.2014, применяются общие положения о залоге, содержащиеся в ГК РФ и закрепляющие требования к государственной регистрации ипотеки в виде обременения путем внесения записи об ограничении права в виде ипотеки в ЕГРН. Сам договор ипотеки регистрации не подлежит и считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019).

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2023 № 23 «О применении судами правил о залоге вещей» залог недвижимой вещи (ипотека) подлежит государственной регистрации и как обременение считается возникшим с момента такой регистрации (статья 8.1, абзац первый пункта 1 статьи 339.1 ГК РФ, пункт 2 статьи 11 Закона об ипотеке) или с момента возникновения обязательства, обеспеченного ипотекой, если оно возникло после внесения в ЕГРН записи об ипотеке (пункт 3 статьи 11 Закона об ипотеке).

При этом следует учитывать, что договоры об ипотеке, заключенные после 01.07.2014 (после вступления в силу Федерального закона от 21.12.2013 № 367-ФЗ), регистрации не подлежат и считаются заключенными с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора.

В рассматриваемом случае договор уступки права требования заключен 18.04.2023 по обязательствам, возникшим в 2017 году, то есть после 01.07.2014, следовательно, не подлежит государственной регистрации.

Регистрация залога в пользу первоначального кредитора была осуществлена в установленном порядке, отсутствие регистрации залога в пользу правопреемника правового значения не имеет.

Следовательно, один лишь факт того, что в ЕГРН не отражены сведения о новом залогодержателе, не может являться основанием для отказа в совершении процессуального правопреемства по обеспеченному залогом требованию.

К тому же, выписка представлена по состоянию на 14.07.2023 (до вынесения резолютивной части обжалуемого определения – 05.09.2023). Более актуальные сведения в материалах дела отсутствуют.

Следует также отметить, что право требования к должнику, обеспеченное залогом недвижимого имущества, уступленное ИП ФИО3 в пользу ФИО5, включено в реестр требований кредитором должника ранее. Соответственно, для должника не должна иметь правового значения личность залогодержателя (иного из материалов дела не следует, статья 65 АПК РФ, спорные права требования не относятся к тем, которые не могут переходить к другим лицам, статья 383 ГК РФ).

Из материалов дела не следует, что доводы жалобы направлены на восстановление какого-либо нарушенного права заявителя. В частности, апеллянт не называет конкретные негативные последствия для себя в результате перехода прав залогодержателя к ФИО5

Ссылка суда первой инстанции на разъяснения законодательства о залоге, данные в утратившем на момент вынесения резолютивной части обжалуемого определения постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге» не привела к принятию судом неверного решения.

Следовательно, определение – отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению не подлежат.

 Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина не уплачивается. 

Руководствуясь статьями 176, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 06.09.2023 по делу № А47-10449/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья       Л.В. Забутырина 

 

         Судьи   И.В. Калина

   Т.В. Курносова