АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А78-4387/21

г.Чита

20 сентября 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена  14 сентября 2021 года

Решение изготовлено в полном объёме 20 сентября 2021 года

Арбитражный суд Забайкальского края

в составе судьи Переваловой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлению Краснокаменского межрайонного прокурора о привлечении  конкурсного управляющего ФИО2  к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

при участии в судебном заседании:

от Прокуратуры: ФИО3, прокурора отдела (удостоверение ТО №275119);

от лица привлекаемого к ответственности: ФИО2, конкурсного управляющего.

Краснокаменский межрайонный прокурор обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении конкурсного управляющего ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий, заинтересованное лицо) к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Определением от 18 мая 2021 года заявление было принято к производству и назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Сторонам было предоставлено время для направления доказательств и отзыва на исковое заявление, в соответствии с частью 2 статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением от 15 июня 2021 года, суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам административного производства, для выяснения дополнительных обстоятельств для рассмотрения дела по существу.

Представитель Прокуратуры заявленные требования поддержал, указал на то, что конкурсный управляющий допустил не надлежащее исполнение обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве). Дело возбуждено прокурорам в пределах полномочий, предусмотренных Законом о прокуратуре.

ФИО2 заявленные требования оспорил, по доводам, приведенным в отзыве на заявление (т.1, л.д.127-128). 

Заслушав доводы сторон, исследовав материалы дела,  арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Решением Арбитражного суда Забайкальского края от 3 июня 2020 года по делу № А78-7163/2017 должник – общество с ограниченной ответственностью «Автохозяйство технологического транспорта», признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на три месяца, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (т.1, л.д. 18-20).

Как подтверждается материалами дела в Краснокаменскую межрайонную прокуратуру из прокуратуры Забайкальского края поступило указание от 25 августа 2019 года № 168/07, в соответствие с которым, в целях повышения результативности надзора за соблюдением конституционных прав граждан на труд обязать, в том числе районных и межрайонных прокуроров осуществлять, в числе прочих полномочий,  надзор за исполнением законодательства об оплате и охране труда, защите от безработицы (т.2, л.д.17-24). 

На основании названного указания прокуратуры Забайкальского края заместителем Краснокаменского межрайонного прокурора принято решение от 15 марта 2021 года о проведении в период с 15 марта по 12 апреля 2021 года проверки ООО «Автохозяйство технологического транспорта», конкурсного управляющего ФИО2 с привлечением специалистов Управления Росреестра по Забайкальскому краю с целью оценки исполнения трудового законодательства, законодательства о банкротстве.

В ходе проверки прокуратурой установлено, нарушение конкурсным управляющим положений пункта 4 статьи 61.1, статей 129, 143 Закона о банкротстве выразившееся: - в не включении в ЕФРСБ сведений о подаче в арбитражный суд заявлений о признании недействительными: договора купли-продажи спецтехники от 05.08.2016 №16 к-п т/с (принято к производству судом 17.09.2020); соглашения об отступном от 08.10.2016 (принято к производству судом 25.11.2020); перечисление с расчетного счета ООО «РоСвет» в пользу ООО «Северная корона» денежных средств (принято к производству судом 12.03.2021); перечисление с расчетного счета ООО «РоСвет» денежных средств по поручению ФИО4 (принято к производству судом 16.03.2021; - в не включении в ЕФРСБ сведений о признании недействительной сделки по перечислению ПАО «ППГХО» денежных средств в пользу ООО «Рудник 6» за должника в размере 610 503 руб.; - в не проведении инвентаризации четырех самосвалов (оценено 24 объекта, про инвентаризировано 20); - в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 09.03.2021 не содержится сведений о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений.

В связи с выявленными нарушениями постановлением исполняющего обязанности прокурора (выписка из приказа №63 от 26 марта 2021) от 23 апреля 2021 года в отношении ФИО2 возбуждено дело об административном правонарушении по части 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации (т.1, л.д. 9-14).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации Краснокаменский межрайонный прокурор обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о привлечении ФИО2 к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 206 АПК Российской Федерации по результатам рассмотрения заявления о привлечении к административной ответственности арбитражный суд принимает решение о привлечении к административной ответственности или об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

В соответствии с частью 6 статьи 205 АПК Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол.

Частью 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации установлена административная ответственность за неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

Объектом правонарушения является установленный законодательством порядок действий при банкротстве юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Объективной стороной правонарушения является неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Статьей 20.3 Закона о банкротстве установлены права и обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, пунктом 4 которой предусмотрено, что при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сведения о подаче в арбитражный суд заявления о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в Федеральном законе о банкротстве, о вынесении судебного акта по результатам рассмотрения заявления и судебных актов о его пересмотре подлежат включению арбитражным управляющим в ЕФРСБ в порядке, установленном статьей 28 Закона о банкротстве, не позднее трех рабочих дней с даты, когда арбитражному управляющему стало известно о подаче заявления или вынесении судебного акта, а при подаче заявления арбитражным управляющим - не позднее следующего рабочего дня после дня подачи заявления.

Прокуратурой вменяется  конкурсному управляющему, нарушение вышеназванной нормы, выразившейся, в не включении в ЕФРСБ сведений о подаче в арбитражный суд заявлений о признании недействительными 4 сделок и не включение в ЕФРСБ сведений о признании недействительной сделки по перечислению ПАО «ППГХО» денежных средств в пользу ООО «Рудник 6» за должника в размере 610 503 руб.

В указанной части конкурсный управляющий ссылается на малозначительность допущенных нарушений.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве установлено, что конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника, включить в ЕФРСБ сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания.

Конкурсный управляющий, оспаривая нарушений пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, ссылается на то, что  отчетами об оценке объекта №20/11/73 и 20/11/72 подтверждается проведение инвентаризации 24 единиц техники и оценка 24 единиц техники, что исключает наличие в действиях арбитражного управляющего вменённого Прокуратурой нарушения.

Абзацем 3 пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве предусмотрено, что в отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений.

Согласно пункту 12 Общих правил подготовки отчетов, отчет конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника должен содержать: б) сведения о размере средств, поступивших на основной счет должника; в) сведения о каждом платеже (с обоснованием платежа) и об общем размере использованных денежных средств должника.

Из буквального толкования положений статьи 143 Закона о банкротстве и Общих правил следует, что соответствующие сведения предоставляются арбитражным управляющим по состоянию на определенную дату, отчеты конкурсного управляющего должны составляться нарастающим итогом за весь период, с даты введения соответствующей процедуры по дату составления отчетов. 

Прокуратурой установлено, что отчет от 09.03.2021 не содержит данных о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений, при этом такие перечисления в период с 01.01.2020 по 16.03.2021 на основной лицевой счет должника поступали.

         В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2005 N 122-О указано на то, что положения части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

         При этом следует иметь в виду, что назначение административного наказания за нарушение тех или иных правил, установленных компетентным органом законодательной или исполнительной власти, возможно лишь при наличии закрепленных в статье 2.1 КоАП РФ общих оснований привлечения к административной ответственности, предусматривающих необходимость доказывания в действиях (бездействии) физического или юридического лица признаков противоправности и виновности.

Как указывалось ранее, обязанность суда при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности заключается в установлении события административного правонарушения, имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Применительно к рассматриваемому делу, суд, среди прочих обстоятельств, обязан установить, имелись ли основания для вынесения постановления от 23 апреля 2021 года о возбуждении дела об административном правонарушении и полномочия прокурора, вынесшего данное постановление.  

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 января 2003 года № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» даны разъяснения, согласно которым при возбуждении производства по делам о привлечении к административной ответственности судам необходимо учитывать положения пункта 2 статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», предоставляющие прокурору и его заместителю право возбуждать производство об административном правонарушении, а также положения статей 28.4 и 28.8 КоАП, определяющие полномочия прокурора по возбуждению дел об административных правонарушениях и направлению материалов в суды, уполномоченные рассматривать соответствующие дела.

В указанных случаях производство по делу о привлечении к административной ответственности возбуждается судом на основании заявления прокурора, отвечающего требованиям статьи 204 АПК Российской Федерации. К заявлению должно быть приложено постановление прокурора (вместо протокола об административном правонарушении), вынесенное в соответствии с частью 2 статьи 28.4 Кодекса, а также иные документы, предусмотренные частью 2 статьи 204 АПК Российской Федерации.

При рассмотрении этих дел судам необходимо исходить из того, что в данном случае в арбитражном процессе прокурор пользуется правами и несет обязанности органа, которые предусмотрены главой 25 и иными нормами АПК Российской Федерации.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации обращает внимание судов на необходимость исследования вопросов, связанных с полномочиями прокурора на возбуждение конкретного (рассматриваемого судом) дела об административном правонарушении (такие полномочия определены статьей 28.4 КоАП Российской Федерации).  

Представитель прокуратуры указывает на то, что прокурор, возбуждая производство по настоящему делу, руководствовался нормами Закона о прокуратуре.

Безусловно, организация и порядок деятельности прокуратуры Российской Федерации и полномочия прокуроров определены в Федеральном законе от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее – Закон о прокуратуре).

Статьей 1 названного Закона предусмотрено, что прокуратура Российской Федерации – единая федеральная централизованная система органов, осуществляющих надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, уголовное преследование в соответствии со своими полномочиями, а также выполняющих иные функции.

В соответствии со статьей 21 Закона о прокуратуре предметом надзора являются соблюдение Конституции Российской Федерации и исполнение законов, действующих на территории Российской Федерации, федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации, представительными (законодательными) и исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, субъектами осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций (пункт 1). 

При осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы. Проверка исполнения законов проводится на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, в случае, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения указанной проверки (пункт 2).

Решение о проведении проверки принимается прокурором или его заместителем и доводится до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня начала проверки. В решении о проведении проверки в обязательном порядке указываются цели, основания и предмет проверки. В случае, если в ходе указанной проверки получены сведения, указывающие на наличие в деятельности проверяемого органа (организации) иных нарушений законов, требующих принятия мер прокурором, подтвердить или опровергнуть которые невозможно без проведения проверки, прокурор или его заместитель принимает мотивированное решение о расширении предмета указанной проверки или решение о проведении новой проверки и доводит принятое решение до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня его принятия (пункт 3).

На основании статьи 26 Закона о прокуратуре предметом надзора является соблюдение прав и свобод человека и гражданина федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации, представительными (законодательными) и исполнительными органами субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, субъектами осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций. Органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы и должностных лиц, которые осуществляют контроль за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, не вмешиваются в оперативно-хозяйственную деятельность организаций. Проведение прокурором проверки соблюдения прав и свобод человека и гражданина осуществляется с учетом положений пунктов 2 - 15 статьи 21 настоящего Федерального закона.

Таким образом, из анализа приведенных положений Закона о прокуратуре следует, что проверка исполнения законов проводится при наличии определенных основания, предмета и цели, обозначенных в решении о проведении проверки. При этом проверка проводится исключительно в рамках обозначенного предмета. В случае же необходимости расширения предмета проверки (в частности, при получении сведений, указывающих на наличие в деятельности проверяемого органа (организации) иных нарушений законов, требующих принятия мер прокурором, подтвердить или опровергнуть которые невозможно без проведения проверки) принимается мотивированное решение о расширении предмета указанной проверки или решение о проведении новой проверки.

Как следует из материалов настоящего дела, в Краснокаменскую межрайонную прокуратуру из прокуратуры Забайкальского края поступило указание от 25 августа 2019 года № 168/07, в соответствие с которым, в целях повышения результативности надзора за соблюдением конституционных прав граждан на труд обязать, в том числе районных и межрайонных прокуроров осуществлять, в числе прочих полномочий,  надзор за исполнением законодательства об оплате и охране труда, защите от безработицы (т.2, л.д.17-24). 

На основании названного указания прокуратуры Забайкальского края заместителем Краснокаменского межрайонного прокурора принято решение от 15 марта 2021 года о проведении в период с 15 марта по 12 апреля 2021 года проверки ООО «Автохозяйство технологического транспорта», конкурсного управляющего ФИО2 с привлечением специалистов Управления Росреестра по Забайкальскому краю с целью оценки исполнения трудового законодательства, законодательства о банкротстве.

Основание проверки в соответствие с вышеназванным решением: указание прокурора от 25.12.2019 №168/07 «Об организации прокурорского надзора за соблюдением трудовых прав граждан», информация о наличии задолженности по выплате заработной платы работникам ООО «Автохозяйство технологического транспорта».

Таким образом, в указании прокуратуры Забайкальского края определено конкретное направление проверки – анализ состояния законности в сфере оплаты труда на предприятии, однако Краснокаменской межрайонной прокуратурой значительно расширен предмет проверки по сравнению с предметом, обозначенным в указании прокуратуры Забайкальского края от 25 декабря 2019 года № 168/07, которое явилось основанием для проведения проверки. 

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 5.2. Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2015 года № 2-П, по смыслу пункта 2 статьи 21 Закона о прокуратуре во взаимосвязи со статьей 10 названного Федерального закона, служащая основанием для принятия мер прокурорского реагирования информация о фактах нарушения законов может содержаться как в поступающих в органы прокуратуры заявлениях, жалобах и иных обращениях, рассматриваемых в порядке и сроки, которые установлены федеральным законодательством, прежде всего Федеральным законом от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», так и в любых открытых источниках.

С учетом характера возложенных на прокуратуру Российской Федерации публичных функций, связанных с поддержанием правопорядка и обеспечением своевременного восстановления нарушенных прав и законных интересов граждан и их объединений, предполагается, что органы прокуратуры должны адекватно реагировать с помощью всех доступных им законных средств на ставшие известными факты нарушения законов независимо от источника информации, включая информацию, полученную прокурором самостоятельно на законных основаниях. 

Такой подход нашел отражение в приказе Генерального прокурора Российской Федерации от 7 декабря 2007 года № 195 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов, соблюдением прав и свобод человека и гражданина», согласно пункту 6 которого органам прокуратуры поручено проводить проверки исполнения законов на основании поступившей к ним информации (обращений граждан, должностных лиц, сообщений средств массовой информации и т.п.), а также других материалов о допущенных правонарушениях, требующих использования прокурорских полномочий, в первую очередь - для защиты общезначимых или государственных интересов, прав и законных интересов групп населения, трудовых коллективов, репрессированных лиц, малочисленных народов, граждан, нуждающихся в особой социальной и правовой защите; при этом к поводам прокурорской проверки отнесены материалы уголовных, гражданских, арбитражных и административных дел, результаты анализа статистики, прокурорской и правоприменительной практики, а также другие материалы, содержащие достаточные данные о нарушениях законов.

Таким образом, в действующем правовом регулировании допускается осуществление прокурорского надзора за исполнением законов не только в связи с конкретными обращениями (так называемые инцидентные основания) и, соответственно, не исключается возможность проведения прокурорских проверок, в том числе в отношении некоммерческих организаций, в инициативном порядке, основания и поводы для которых тем не менее не могут определяться произвольно, - они должны быть связаны с конкретными сведениями, указывающими на наличие в деятельности некоммерческой организации и ее должностных лиц признаков нарушений законов, притом что неопределенность в отношении правовой квалификации таких фактов не может быть устранена посредством взаимодействия органов прокуратуры с государственным органом, осуществляющим федеральный государственный надзор за деятельностью некоммерческих организаций.

Поскольку при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры в силу положений пункта 2 статьи 21 и пункта 1 статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» не подменяют иные государственные органы и вправе требовать от руководителей и других должностных лиц некоммерческой организации проведения проверок по поступившим в органы прокуратуры материалам и обращениям, автоматическое возбуждение прокурорской проверки в каждом случае наличия у органов прокуратуры конкретных сведений, позволяющих предполагать, что некоммерческая организация отступила в своей деятельности от требований законодательства, без предварительного использования ими возможностей, позволяющих выяснить существенные для правовой оценки деятельности некоммерческой организации обстоятельства посредством обращения к соответствующему государственному органу, создавало бы необоснованные препятствия для ее нормальной работы.

Основания прокурорской проверки обусловливают предмет и пределы ее проведения, в связи с чем реализация прокурором предоставленных ему в рамках функции надзора полномочий вне оснований конкретной проверки исполнения законов некоммерческой организацией и ее должностными лицами, по общему правилу, недопустима, за исключением случаев, когда в ходе ее проведения выявляются признаки иных нарушений законов, оценка которых также не может быть дана вне мероприятий собственно прокурорского надзора. 

При этом, поскольку осуществление прокурором надзорной функции непосредственно затрагивает права и свободы проверяемых лиц, о начале проведения прокурорской проверки и о расширении в связи с выявленными признаками иных нарушений законов оснований ее проведения - в силу статьи 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации - должно выноситься самостоятельное мотивированное решение, подлежащее доведению до сведения проверяемой некоммерческой организации, по крайней мере, в момент начала проверки. Иной подход подрывал бы лежащий в основе взаимоотношений личности и государства конституционный принцип поддержания доверия к действиям публичной власти и приводил бы к необоснованному ущемлению гарантированной Конституцией Российской Федерации государственной защиты прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1).

Таким образом, из приведенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что основания прокурорской проверки определяют соответственно предмет и пределы ее проведения, в связи с чем реализация полномочий прокурора вне оснований конкретной проверки исполнения законов организациями (должностными лицами), недопустима, за исключением случаев, когда в ходе ее проведения выявляются признаки иных нарушений законов, оценка которых также не может быть дана вне мероприятий собственно прокурорского надзора, то есть именно таких нарушений, оценка которых должна производиться именно прокурором в рамках мероприятий надзора.

Материалами дела подтверждается, что в ходе проведенной  проверки прокуратурой установлено, нарушение конкурсным управляющим положений пункта 4 статьи 61.1, статей 129, 143 Закона о банкротстве выразившееся: - в не включении в ЕФРСБ сведений о подаче в арбитражный суд заявлений о признании недействительными 4 сделок; - в не включении в ЕФРСБ сведений о признании недействительной сделки по перечислению ПАО «ППГХО» денежных средств в пользу ООО «Рудник 6» за должника в размере 610 503 руб.; - в не проведении инвентаризации четырех самосвалов (оценено 24 объекта, про инвентаризировано 20); - в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 09.03.2021 не содержится сведений о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений.

Выявленные нарушения не связаны с вопросами оплаты труда, обусловлены исключительно соблюдением арбитражным управляющим, как профессиональным участником соответствующих правоотношений, изложенных выше требований порядка осуществления банкротства предприятия.

В соответствие с  пунктом 2 статьи 21 Закона о прокуратуре, при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года № 303-АД17-3050, исходя из положений статьи 21 Закона о прокуратуре, усмотрение органов прокуратуры при осуществлении надзора за соблюдением законов ограничено, что необходимо как в целях предупреждения избыточного вмешательства в деятельность граждан и организаций, так и в целях недопущения препятствий в деятельности иных органов государственной власти и реализации возложенных на них функций.

Относительно представленного представителем Прокуратуры в судебное заседание 14 сентября 2021 года приказа №139 от 17 декабря 2020 года «О внесении изменений в указание прокурора Забайкальского края от 25.12.2019 №138/07 «Об организации прокурорского надзора за соблюдением трудовых прав граждан», в соответствие с которым расширен предмет проверки (исполнение арбитражными управляющими требований Закона о банкротстве, в том числе законность сделок по отчуждению основных средств организаций и предприятий, находящихся в состоянии  банкротства), суд указывает следующее. 

Данный приказ в материалы дела представлен только 14 сентября 2021 года, доказательств получения данного приказа межрайонным прокурором, материалы дела, не содержат. Кроме того, в принятии такого решения не было необходимости, поскольку в рассматриваемом случае, как следует из решения о проведении проверки от 15 марта 2021 года, проведение проверки было назначено с привлечением специалиста Управления Росреестра по Забайкальскому краю. 

В соответствии с пунктом 10 части 2 статьи 28.3 КоАП Российской Федерации протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных, в том числе, частью 3 статьи 14.13 настоящего Кодекса, вправе составлять должностные лица федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю (надзору) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. 

На основании пункта 1 Положения о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009 № 457, Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестр) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим, в том числе, функции по контролю (надзору) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. 

Таким образом, именно должностные лица Управления Росреестра имеют полномочия на составление протоколов об административных правонарушениях по части 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации, совершенных арбитражными управляющими (в части нарушений, выявление которых не является предметом прокурорского надзора).  

Применительно к настоящему конкретному случаю это означает, что при выявлении в деятельности конкурсного управляющего нарушений не связанных с оплатой труда работников ООО «Автохозяйство технологического транспорта», участвовавшее в проведении проверки должностное лицо Управления Росреестра было вправе (при наличии у него соответствующих полномочий) самостоятельно возбудить в отношении ФИО2 дело об административном правонарушении. 

В данном случае, прокурор фактически подменил полномочия Управления Росреестра, что не может быть признано допустимым. 

Относительно ссылки прокурора на положения статьи 22 Закона о прокуратуре и статьи 28.4 КоАП Российской Федерации о его полномочиях по возбуждению дел об административных правонарушениях суд считает необходимым отметить следующее. 

Согласно пункту 2 статьи 22 Закона о прокуратуре прокурор или его заместитель по основаниям, установленным законом, возбуждает производство об административном правонарушении, требует привлечения лиц, нарушивших закон, к иной установленной законом ответственности, предостерегает о недопустимости нарушения закона.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2019 года № 1502-О и в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 января 2003 года № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», названная норма подлежит применению с учетом положений статьи 28.4 КоАП Российской Федерации, определяющей полномочия прокурора по возбуждению дел об административных правонарушениях.

На основании части 1 данной статьи дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 5.1, 5.6, 5.7, 5.21, 5.23 - 5.25, 5.39, 5.45, 5.46, 5.48, 5.52, 5.58 - 5.63.1, 6.19, 6.20, 7.24, частью 1 статьи 7.31, статьями 7.35, 8.32.2, частью 2 статьи 8.49, статьями 12.35, 13.14, 13.19.1, статьей 13.19.3 (за исключением административных правонарушений, совершенных застройщиком, должностными лицами застройщика), статьями 13.27, 13.28, частями 1 - 4.1, 6 и 7 статьи 14.13 (за исключением случая, если данные правонарушения совершены арбитражными управляющими), частями 1 и 2 статьи 14.25, частью 6 статьи 14.28, статьями 14.35, 14.56, частью 1 статьи 15.10, частью 4 статьи 15.27, статьей 15.33.1, частью 3 статьи 19.4, статьей 19.6.1, статьей 19.8.1 (в части административных правонарушений, совершенных должностными лицами федерального органа исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов), статьями 19.9, 19.28, 19.29, 19.32, 20.3.1, 20.3.2, 20.26, 20.28, 20.29 КоАП Российской Федерации возбуждаются прокурором.

Таким образом, по общему правилу, прокурор вправе возбудить дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации, в случае, если такое правонарушение совершено не арбитражным управляющим, а иными субъектами – реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации.

Частью 1 статьи 28.4 КоАП Российской Федерации также предусмотрено, что при осуществлении надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, прокурор вправе возбудить дело о любом другом административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации.

Следовательно, при осуществлении надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов (в том числе и Закона о банкротстве) прокурор вправе возбудить дело о любом другом административном правонарушении, в том числе и об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации, совершенном арбитражным управляющим. 

Однако в этом случае определяющее значение имеет именно предмет надзора и проводимой в порядке статьи 21 Закона о прокуратуре проверки. 

На ограничение юрисдикционных полномочий прокурора по возбуждению дел об административных правонарушениях его компетенцией, определенной соответствующими нормами Закона о прокуратуре, обращено внимание, например, в Кассационном определении Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 23 марта 2020 года № 7-КА19-4.  

 Как уже отмечалось выше, в рассматриваемом случае межрайонный прокурор вышел за пределы предмета и цели проверки, обусловленные ее основанием - указанием прокуратуры Забайкальского края 25 декабря 2019 года № 168/07.

В этой связи, по мнению суда, положения второго предложения части 1 статьи 28.4 КоАП Российской Федерации не могут быть применены к рассматриваемой ситуации, что свидетельствует о том, что прокурором при возбуждении в отношении конкурсного управляющего дела об административном правонарушении за нарушение последним требований Закона о банкротстве превышены полномочия, поскольку такие нарушения не были связаны с оплатой труда работников организации-должника.   

Изложенное соответствует правовым подходам, выраженным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года № 303-АД17-3050 по делу № А04-7240/2016 и постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 10 марта 2017 года по делу № А83-4253/2016, в рамках которых рассматривались ситуации со схожими фактическими обстоятельствами и поднимаемыми правовыми вопросами.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у заместителя Краснокаменского межрайонного прокурора отсутствовали законные основания для проведения проверочных мероприятий в отношении ФИО2 по направлениям, не обозначенным в указании прокуратуры Забайкальского края 25 декабря 2019 года № 168/07, и, соответственно, для возбуждения в отношении конкурсного управляющего дела об административном правонарушении в связи с выявленными нарушениями, не затрагивающими вопросы оплаты труда работников должника. 

Следовательно, постановление от 23 апреля 2021 года о возбуждении дела об административном правонарушении не может быть признано допустимым доказательством.

В силу части 2 статьи 50 Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

На необходимость неукоснительного соблюдения приведенного конституционного требования указано в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия».

При этом разъяснено, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом, либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Согласно части 3 статьи 64 АПК Российской Федерации не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Частью 3 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации также установлено, что не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

Как указано в пункте 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2020 года № 826-О, законодательство об административных правонарушениях запрещает использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона, что, соответственно, предполагает необходимость оценки судьей, членами коллегиального органа, должностным лицом, рассматривающими дело об административном правонарушении, представленных доказательств по критерию допустимости. 

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» также указано, что при рассмотрении дела об административном правонарушении собранные по делу доказательства должны оцениваться в соответствии со статьей 26.11 КоАП Российской Федерации, а также с позиции соблюдения требований закона при их получении (часть 3 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации).

Аналогичное указание содержится и в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях». 

В рассматриваемом случае допущенные прокурором нарушения при сборе доказательств (к каковым относится и постановление от 23 апреля 2021 года о возбуждении дела об административном правонарушении) являются неустранимыми и носят существенный характер, так как не позволяют на основании допустимых доказательств достоверно установить событие административного правонарушения, всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

По мнению суда, в подобных ситуациях указание суда на наличие или отсутствие в действиях лица (конкурсного управляющего ФИО2) события или состава административного правонарушения, по сути, приводило бы к игнорированию допущенных административным органом (прокурором) нарушений. 

Арбитражный суд, осуществляющий сугубо проверочную деятельность в рамках состязательного процесса, фактически исправлял бы упущения и ошибки (нарушения) административного органа (прокурора), совершенные в рамках контрольных мероприятий и административного преследования. Иными словами, суд восполнял бы (дополнял) или дублировал фактическую сторону дела, устанавливая за административный орган то, что тот в соответствии с законом вовремя и полно не установил, тем самым, суд принимал бы непосредственно на себя функции административного органа.

Делая соответствующие выводы относительно наличия в действиях лица события или состава административного правонарушения, в том числе субъективной и объективной его стороны, арбитражный суд, по сути, совершал бы подмену юрисдикции, содействуя не слабому, а сильному (властному) субъекту спорных правоотношений, расширяя и продлевая рамки административного преследования, утверждая то, для чего у него нет соответствующих процессуальных оснований.

На недопустимость выполнения судами функции обвинения по делам об административных правонарушениях обращено внимание в постановлении Европейского Суда по правам человека от 20 сентября 2016 года по делу «Карелин против России» (жалоба № 926/08).

  Действующее законодательство содержит императивное требование о том, что лицо может быть привлечено к административной ответственности только при условии соблюдения порядка производства по делу об административном правонарушении.

           С учетом изложенного суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявления прокурора о привлечении арбитражного управляющего ФИО2 к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 171, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления исполняющего обязанности Краснокаменского межрайонного прокурора  о привлечении конкурсного  управляющего ФИО2 к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня принятия.

            Судья                                                                                            Е.А. Перевалова