ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3258/2024

Дело № А41-72181/19

19 апреля 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  19 апреля 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Муриной В.А., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности, выданной в порядке передоверия, от 10.01.2023;

от финансового управляющего ФИО4 - ФИО5, представитель по доверенности от 25.03.2024;

от АО «Банк Русский Стандарт» - ФИО6, ФИО7, представители по доверенностям от 01.06.2023 и 10.02.2024;

от ПАО Банка «ФК Открытие» - ФИО8, представитель по доверенности от 10.04.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 12.12.2023 по делу  № А41-72181/19, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 06.04.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО9 

09.11.2020 финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделки между ООО «Локомотив» и ООО «Байкал» по отчуждению 100% доли в уставном капитале ООО «СКА», сведения о которой были внесены в ЕГРЮЛ 12.10.2020.

12.04.2021 конкурсный кредитор АО «Банк Русский Стандарт» обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными соглашения о сотрудничестве от 14.09.2020, заключенного между ООО «Локомотив» и ФИО2, соглашения от 30.09.2020 о внесении 100% долей уставного капитала ООО «СКА» в качестве вклада в уставный капитал ООО «Байкал», сделки по внесению ООО «Локомотив» 100% доли в уставном капитале ООО «СКА» в уставный капитал ООО «Байкал», применении последствий их недействительности (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Московской области  от 29.07.2021 указанные заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Московской области   от 12.01.2023 Межрайонная ИФНС России № 17 по Иркутской области привлечена к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.06.2023 ООО «Исток», ФИО10, ФИО11, ФИО12 привлечены к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением от 12.12.2023 Арбитражный суд Московской области  признал недействительным соглашение о сотрудничестве от 14.09.2020, заключенное между ООО «Локомотив» и ФИО2, в части обязательства, принятого на себя ООО «Локомотив» по внесению 100% доли уставного капитала ООО «СКА» в качестве вклада в уставный капитал совместного общества. 

Признал недействительным соглашение о внесении 100% доли уставного капитала ООО «СКА» в качестве вклада в уставный капитал ООО «Байкал» от 30.09.2020, заключенное между ООО «Локомотив» и ООО «Байкал». 

Признал недействительной сделку по внесению ООО «Локомотив» 100% доли в уставном капитале ООО «СКА» в уставный капитал ООО «Байкал». 

Применил последствия недействительности сделок в виде восстановления корпоративного контроля ООО «Локомотив» над ООО «СКА». 

Применил одностороннюю реституцию в виде возврата ООО «Байкал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 100% доли уставного капитала ООО «СКА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в собственность ООО «Локомотив» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>). 

Обязал ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 17 по Иркутской области внести соответствующие изменения о собственнике доли в Единый государственный реестр юридических лиц.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом  норм материального права.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 14.09.2020 между ООО «Локомотив» и гражданином ФИО2, являвшимся в тот период генеральным директором ООО «Локомотив», было заключено Соглашение о сотрудничестве, в соответствии с предметом которого стороны договорились осуществлять действия, необходимые для создания совместного общества, а также для экономического и репутационного развития бизнеса в сфере автотранспортных услуг. 

При этом ООО «Локомотив» для достижения указанных целей обязалось использовать принадлежащие ему ресурсы в виде 100% доли участия в уставном капитале ООО «СКА», которые должны были быть внесены в уставный капитал вновь создаваемого совместного общества. 

100% доли участия в уставном капитале ООО «СКА» было оценено сторонами по рыночной стоимости 1 102 062 000 рублей, которая должна была быть внесена ООО «Локомотив» для оплаты 98% уставного капитала создаваемого совместного общества. 

ФИО2 со своей стороны должен использовать свои деловые связи и деловую репутацию для развития совместного бизнеса, а также обязался оплатить 2% доли участия в уставном капитале создаваемого совместного общества в сумме            22 491 062 рубля.

ФИО2 также принял на себя обязательства обеспечивать привлечение новых клиентов, инвесторов для совместного общества таким образом, чтобы в каждый год ведения совместного бизнеса выполнялось одно из следующих условий: 

1. выручка ООО «СКА» увеличивается не менее чем на 10% по сравнению с результатами предыдущего финансового года,

2. прибыль ООО «СКА» увеличивается не менее чем на 10% по сравнению с результатами предыдущего финансового года. 

В свою очередь ООО «Локомотив» обязалось передать ФИО2 в установленных Соглашением о сотрудничестве случаях 8 % доли в уставном капитале создаваемого совместного общества по стоимости 90 000 000 рублей или предоставить безвозмездно ФИО2 опцион на приобретение 16 % доли в уставном капитале совместного общества по цене 180 000 000 рублей. 

14.09.2020 между ООО «Локомотив» и гражданином ФИО2 заключен корпоративный договор, в соответствии с которым стороны договорились создать ООО «Байкал», осуществлять свои права определённым образом – голосовать определенным образом на общем собрании участников создаваемого общества, а также согласовано осуществлять иные действия, связанные с управлением и деятельностью совместного общества. 

15.09.2020 состоялось общее собрание участников ООО «Локомотив», на котором было одобрено учреждение ООО «Байкал» совместно со ФИО2 и внесение в уставный капитал учреждаемого ООО «Байкал» неденежного вклада в виде 100% доли в уставном капитале ООО «СКА», а также установлена доля ООО «Локомотив» в уставном капитале вновь создаваемого ООО «Байкал» в размере 98%. 

Также была одобрена как крупная сделка – передача доли участия в ООО «СКА» в размере 100%, стоимостью 1 102 062 000 рублей в уставный капитал вновь создаваемого ООО «Байкал», при этом по указанным вопросам должник - участник ООО «Локомотив» ФИО4 голосовал против, что подтверждается протоколом общего собрания участников ООО «Локомотив» №2/1 от 15.09.2020. 

15.09.2020 состоялось общее собрание учредителей ООО «Байкал», на котором было принято решение об учреждении ООО «Байкал», утверждении размера и распределения долей уставного капитала между его участниками, а также утвержден порядок оплаты уставного капитала со стороны участника ООО «Локомотив» путем внесения 100% доли в уставном капитале ООО «СКА», оцененной в сумму                     1 102 062 000 рублей, для оплаты 98% уставного капитала ООО «Байкал», со стороны участника ФИО2 путем оплаты 2% уставного капитала ООО «Байкал» денежными средствами в сумме 22 491 062 рубля, что подтверждается протоколом общего собрания учредителей о создании Общества с ограниченной ответственностью «Байкал» от 15.09.2020. 

Указанный протокол подписан со стороны обоих учредителей - и от имени ООО «Локомотив», и от своего имени ФИО2 единолично. 

30.09.2020 было заключено и нотариально удостоверено Соглашение между ООО Локомотив» и ООО «Байкал» о внесении 100 % долей уставного капитала ООО «СКА» в качестве вклада в уставный капитал ООО «Байкал». 

В соответствии с данным соглашением ООО «Локомотив» передало в собственность, а ООО «Байкал» приняло в собственность 100 % долей уставного капитала ООО «СКА» в качестве оплаты вклада, вносимого при создании ООО «Байкал». 

Номинальная стоимость указанной доли составляет 100 000 000 рублей, рыночная стоимость, в соответствии с Отчётом об определении рыночной стоимости №49 от 25.05.2020, выполненном ООО «Центр оценки и консалтинга Санкт-Петербурга», составляет 1 102 062 000 рублей. 

Данное соглашение было подписано со стороны обоих обществ ФИО2 единолично в качестве генерального директора ООО «Локомотив» и в качестве генерального директора ООО «Байкал». 

Таким образом, в результате вышеуказанных взаимосвязанных сделок и действий произошло фактическое изменение схемы корпоративного владения ООО «СКА», а именно утрата права собственности на 100% доли в уставном капитале ООО «СКА» у ООО «Локомотив» и приобретение права собственности на 100% доли в уставном капитале ООО «СКА» ООО «Байкал». 

По мнению финансового управляющего фактические действия ответчиков были направлены на достижение противоправных целей, оспариваемая сделка, повлекшая отчуждение в пользу ООО «Байкал» 100% доли в уставном капитале ООО «СКА» (путём её внесения в качестве не денежного вклада в уставный капитал ООО «Байкал») является подозрительной, противоречит интересам ФИО4 и его кредиторов и должна быть признана недействительной по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При отчуждении дорогостоящего актива ООО «Локомотив» не получило равноценного встречного предоставления: вместо прямого владения ООО «СКА» получило опосредованное и разделённое с другим участником. Переход 100% доли в уставном капитале ООО «СКА» не имел экономического обоснования – не являлся выгодной сделкой для ООО «Локомотив». 

Целью сделки было сохранение корпоративного контроля над ООО «СКА» аффилированными с должником лицами. 

Оспариваемая сделка совершена с противоправной целью избежать обращения взыскания на принадлежащее ФИО4 имущество в пользу его кредиторов.

Конкурсный кредитор АО «Банк Русский Стандарт» полагал, что заключение соглашения о сотрудничестве, соглашения о внесении доли, а также внесение ООО «Локомотив» 100% доли в уставном капитале ООО «СКА» в уставный капитал ООО «Байкал» нарушают интересы кредиторов ФИО4 в связи с чем, на основании статей 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 ГК РФ, подлежат признанию недействительными.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 названного закона заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника - гражданина по указанным в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в этом Законе.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Принимая во внимание дату возбуждения дела о банкротстве (16.08.2019) и даты совершения оспариваемых сделок (14.09.2020, 30.09.2020) арбитражный суд приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки подпадают как под годичный, так и под трехлетний период подозрительности перед датой возбуждения дела о банкротстве в целях рассмотрения заявления об оспаривании сделок по п. 1 и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции при вынесении оспариваемого судебного акта сослался на то, что указанное уменьшение имущественной массы должника произошло вследствие заключения и исполнения оспариваемых сделок. 

Между тем, суд апелляционной инстанции установил отсутствие каких-либо негативных последствий от совершения оспариваемых сделок ввиду недоказанности снижения стоимости доли должника в ООО «Локомотив», включённой в конкурсную массу должника. 

Обладание долей в уставном капитале корпорации может принести имущественную выгоду её владельцу, а опосредованно – его кредиторам, либо в связи с распределением прибыли корпорации между её участниками, либо в связи с возмездным отчуждением такой доли. 

Законодательство об обществах с ограниченной ответственностью не наделяет арбитражные суды правом обязывать общество выплачивать участникам общества полученную им прибыль в отсутствие решения общего собрания о распределении прибыли и выплате дивидендов. 

Следовательно, получение кредиторами ФИО4 прибыли ООО «Локомотив» зависит исключительно от согласования воли участников общества и от наличия самой прибыли, т.е. предпринимательского риска, но не от особенностей корпоративной структуры группы компаний ООО «Локомотив». 

Единственный источник дохода, который могла бы принести спорная доля кредиторам должника – это продажа самой доли в уставном капитале ООО «Локомотив» на торгах. 

Таким образом, единственным способом удовлетворения требований кредиторов ФИО4 от его доли в уставном капитале ООО «Локомотив» является продажа указанной доли на торгах и, следовательно, единственной возможной формой причинения вреда имущественным правам кредиторов в рамках настоящего обособленного спора являлось бы снижение стоимости доли должника. 

Заявитель в обоснование требований сослался на то, что  внесённый им вклад в уставный капитал ООО «Байкал» являлся соразмерным встречным предоставлением за полученную им долю в уставном капитале ООО «Байкал» в размере 2%. 

Так, ФИО2 был внесён денежный вклад в уставный капитал ООО «Байкал» в сумме 22 491 062 рубля при том, что стоимость 100% долей участия в ООО «СКА» составляла 1 102 062 рублей. 

Указанная оценка не оспаривалась заявителями по обособленному спору. 

Вывод суда первой инстанции о том, что назначение ФИО2 на должность генерального директора ООО «Байкал» не позволяет приравнивать факт оплаты им своей доли уставного капитала ООО «Байкал» к факту какого-либо встречного исполнения в пользу ООО «Локомотив», не может быть принят во внимание судом апелляционной инстанции.

В силу положений статьи 53 ГК РФ ФИО2 как единоличный исполнительный орган ООО «Байкал» действует от имени указанного общества в гражданском обороте, однако данное обстоятельство само по себе не позволяет приравнивать юридическое лицо как самостоятельный субъект права к фигуре его единоличного исполнительного органа. 

Обратный подход противоречит принципу имущественной обособленности юридического лица (статья 48 ГК ГФ). 

Денежный вклад ФИО2 в сумме 22 491 062 рубля поступил в имущественную массу именно ООО «Байкал», а не ФИО2 

Указанный денежный вклад увеличил объём активов ООО «Байкал» и, соответственно, положительно повлиял финансовое положение его участников, включая ООО «Локомотив». 

При изложенных обстоятельствах игнорирование денежного вклада ФИО2 при определении равноценности встречных предоставлений по оспариваемым сделкам не соответствует смыслу нормы пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Ссылка суда первой инстанции на последующее предоставление займов из полученных от ФИО2 денежных средств не может быть принята во внимание, поскольку последующее распоряжение денежными средствами, полученными по оспариваемой сделке, не имеет правового значения для определения оснований к признанию сделки недействительной как неравноценной. 

Основания недействительности устанавливаются судом на момент совершения оспариваемой сделки, а не по результатам оценки распоряжения имуществом, полученным по сделке.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии конкретных и измеримых критериев оценки обязательств, взятых на себя ФИО2 по соглашению о сотрудничестве от 14.09.2020 по привлечению новых клиентов или инвесторов и его вклада в достижение конкретных экономических показателей деятельности ООО «СКА», не могут быть приняты судом апелляционной инстанции.

Указанные критерии были закреплены сторонами в пункте 2.6 Соглашения о сотрудничестве. 

При этом наличие возможных споров в толковании сформулированных сторонами критериев должно разрешаться в порядке применения статьи 431 ГК РФ, а также с учётом принципа добросовестного осуществления гражданских прав и обязанностей. 

В любом случае при наличии соразмерного встречного предоставления в виде денежного вклада в сумме 22 491 062 рубля доводы финансового управляющего о незначительной ценности принятых на себя ФИО2 обязательств не свидетельствуют о неравноценности оспариваемых сделок по смыслу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вывод суда первой инстанции об утрате ООО «Локомотив» возможности напрямую участвовать в распределении чистой прибыли от деятельности ООО «СКА» суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку в материалы дела не было представлено доказательств того, что утрата такого участия негативно сказывается на имущественном положении ООО «Локомотив». 

По результатам исполнения оспариваемых сделок прибыль ООО «СКА» могла распределяться в пользу ООО «Байкал», корпоративный контроль над которым сохранялся за ООО «Локомотив», что в полной мере обеспечивает имущественные интересы последнего. 

Вывод суда первой инстанции о принятии ООО «Локомотив» на себя дополнительных потенциально убыточных обязательств по отчуждению долей в уставном капитале ООО «Байкал» в пользу ФИО2 сделан с нарушением норм статьи 431 ГК РФ. 

В силу буквального толкования пункта 5.2 Соглашения о сотрудничестве такие обязательства ООО «Локомотив» возникают лишь при отсутствии его возражений, что в любом случае исключает квалификацию спорных условий как потенциально убыточных для ООО «Локомотив». 

При таких обстоятельствах, оспариваемые сделки не являются недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суд должен проверить наличие оснований, как установленных пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемая сделка были совершены в течение года до возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, в связи с чем может быть оспорена по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества (абзац 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Пленум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в пункте 6 вышеназванного Постановления указывает, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 4 пункта 5 Постановления Пленума высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 7 поименованного Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Вопреки выводам суда первой инстанции о том, что ответчик не обосновал экономическую целесообразность совершения оспариваемых сделок, апелляционной коллегией установлено, что  ФИО2 указывал на наличие у него намерений увеличить свою совокупную долю причитающейся ему прибыли группы компаний ООО «Локомотив» за счёт приобретения им самостоятельной доли в уставном капитале ООО «Байкал» (без ущерба для иных участников ООО «Локомотив»). 

Делая вывод о снижении стоимости доли в уставном капитале ООО «Локомотив» ввиду утраты корпоративного контроля над ООО «СКА», суд первой инстанции не принял во внимание, что в результате исполнения оспариваемых сделок ООО «Локомотив» получило 98% долей участия во вновь созданном ООО «Байкал», т.е. приобрело полный корпоративный контроль над новым обществом и, как следствие, над всеми подконтрольными ему организациями (включая ООО «СКА»).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.04.2017 по делу № 309-ЭС14-923, контроль в корпорации (обществе) осуществляется его участниками, владеющими надлежащим количеством долей. 

Основой такого контроля являются права, связанные с собственностью на доли, в частности, право избирать уполномоченные органы управления и осуществлять властно-распорядительные полномочия в отношении подконтрольного хозяйствующего субъекта. 

Таким образом, корпоративный контроль над подконтрольным обществом возникает в силу обладания надлежащим количеством долей, т.е. в силу потенциальной возможности сформировать органы управления обществом. 

Ссылка суда первой инстанции на отсутствие доказательств проведения общим собранием участников ООО «Локомотив» заседаний по вопросам корпоративного управления в ООО «Байкал» или в ООО «СКА» не может быть принята во внимание, поскольку отсутствие подобных собраний само по себе не свидетельствует об утрате корпоративного контроля. 

Доказательств того, что оспариваемое изменение структуры корпоративного контроля привело к снижению стоимости должника в уставном капитале ООО «Локомотив»  суду апелляционной инстанции не представлено.

Ссылка на то, что факт утраты ООО «Локомотив» контроля над ООО «СКА» подтверждается предъявлением ООО «СКА» иска к ООО «Локомотив» в Арбитражный суд Иркутской области по делу № А19-21012/2020, также отклоняется судом.

Сама по себе подача искового заявления ООО «СКА» в отношении ООО «Локомотив» не опровергает факты наличия у ООО «Локомотив» права сформировать органы управления ООО «Байкал» и наличия у последнего права сформировать органы управления ООО «СКА», т.е. наличие у ООО «Локомотив» корпоративного контроля над ООО «СКА».

Доводы финансового управляющего и кредитора со ссылкой на указанный судебный спор, по сути, сводятся к наличию злоупотреблений в действиях руководства ООО «СКА» по предъявлению искового заявления к ООО «Локомотив».

Однако предполагаемые заявителями злоупотребления по предъявлению указанного иска, не относятся к предмету настоящего спора и не находятся в причинно-следственной связи с совершением оспариваемых сделок, поскольку возможность подачи ООО «СКА» исковых заявлений к ООО «Локомотив», в том числе необоснованных, существовала и до совершения оспариваемых сделок. 

Вывод суда первой инстанции о нивелировании условий корпоративного договора от 14.09.2020 условиями соглашения о сотрудничестве суд апелляционной инстанции также отклоняет.

ООО «Локомотив» обязалось реализовывать свои права в ООО «Байкал» таким образом, чтобы это не препятствовало ФИО2 исполнить принятые последним обязательства (пункты 2.6, 2.7 Соглашения о сотрудничестве). 

Однако в силу нормы статьи 431 ГК РФ такое условие не может быть истолковано как нивелирующее явно выраженное и недвусмысленное правило пункта 5.3 корпоративного договора об обязанности ФИО2 голосовать на общем собрании ООО «Байкал» в соответствии с указаниями Общества. 

Делая вывод о принятии должником на себя дополнительные рисков в связи с утратой ООО «Локомотив» прямого контроля над основной операционной компанией группы ООО «СКА», суд первой инстанции не указал, в чём именно выражаются такие риски в условиях сохранения ООО «Локомотив» косвенного корпоративного контроля над ООО «СКА». 

Доказательств существования таких рисков, как и доказательств влияния указанных рисков на стоимость доли должника в уставном капитале ООО «Локомотив», заявителями не представлено. 

Само по себе создание ООО «Байкал» в качестве промежуточного звена в цепочке корпоративной структуры группы компаний ООО «Локомотив» не может рассматриваться в качестве свидетельства причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО4 как миноритарного участника ООО «Локомотив». 

Следовательно, у суда первой инстанции отсутствовали основания для вывода о наличии вреда имущественным правам кредиторов ФИО4

Таким образом, у суда также отсутствуют правовые основания для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд пришел к выводу о недоказанности наличия оснований для признания оспариваемых договоров недействительными сделками.

При рассмотрении дела судом не было установлено и наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ ввиду следующего.

Согласно разъяснениям пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления свои х прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу ст. 421, 424 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, арбитражный суд считает, что материалами дела не подтверждается, что должником оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением сторонами сделки принадлежащими им правами.

Факт причинения вреда корпорации лицом, уполномоченным выступать от ее имени, не может быть признан установленным, если никто из участников (контролирующих лиц) корпорации не понес убытки при условии, что не затронуты права иных заинтересованных лиц (кредиторов, работников и т.д.) (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021).

Согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Закона, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску общества или его участника. Если к моменту рассмотрения такого иска общим собранием участников, а в соответствующих случаях советом директоров (наблюдательным советом) общества будет принято решение об одобрении сделки, иск о признании ее недействительной не подлежит удовлетворению.

Поскольку финансовым управляющим и кредитором не был доказан факт снижения стоимости доли должника в ООО «Локомотив», а также нарушения норм Гражданского кодекса РФ, Закона об обществах с ограниченной ответственностью и Закона о банкротстве при совершении оспариваемых сделок, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований  финансового управляющего должника и АО «Банк «Русский Стандарт»», в связи с чем определение Арбитражного суда Московской области от 12.12.2023 по делу №А41-72181/19 подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12.12.2023 по делу №А41-72181/19 отменить.

Заявления финансового управляющего ФИО9 и АО «Банк «Русский Стандарт»» оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий cудья                                                                          А.В. Терешин

 

Судьи                                                                                                                     В.А. Мурина

 

                                                                                                                  Н.В. Шальнева