﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-11259/10 

Екатеринбург

25 марта 2021 г.

Дело № А60-10944/10

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 марта 2021 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Новиковой О.Н., Соловцова С.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы Трухина Виталия Валерьевича и Бусыгина Константина Викторовича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 по делу№ А60-10944/2010 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

Бусыгин К.В. (лично) и его представители Самсонова И.Е. и Нестеренко Ю.С. (доверенности от 02.07.2018), а также Колесников М.Н. – представитель Трухина В.В. (доверенность от 04.07.2018); Степановских Е.А. – представитель конкурсного управляющего имуществом закрытого акционерного общества «Агрогаз» (далее – общество «Агрогаз», Должник) Юровской Екатерины Васильевны – (доверенность от 05.08.2020); Зорина И.В. – в качестве представителя общества с ограниченной ответственностью «Екатеринбургские транспортные газовые автомобили» (доверенность от 28.05.2019), общества с ограниченной ответственностью «Екатеринбургские транспортные газовые автобусы» (доверенностьот 28.05.2019), Лысова Валерия Аркадьевича (доверенность от 20.01.2020), Ляпунова Александра Клавдиевича (доверенность от 11.05.2019), общества с ограниченной ответственностью «НГТ-Строй» (далее – общество «НГТ-Строй»; доверенность от 20.02.2020); Безруков А.М. – прдставтель товарищества с ограниченной ответственностью «Мерона Киннисвара» (далее – товарищество «Мерона Киннисвара») (доверенностьот 11.12.2020); Кирсанов М.Ю. – представитель Петрова Дмитрия Аркадьевича  (доверенность от 04.02.2021); Першин И.М. – представитель акционерного общества «Металлургический завод им. И.П. Бардина» (далее – общество «БМЗ»; доверенность от 18.10.2018) и Пядышева Александра Викторовича (доверенность от 18.10.2018).

Определением от 26.03.2010 Арбитражным судом Свердловской области по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Метания» возбуждено производство по настоящему делу о  банкротстве общества «Агрогаз».

Определением суда от 22.04.2010 в отношении общества «Агрогаз» введено наблюдение, временным управляющим утвержден Семёнов Сергей Валерьевич; решением суда от 27.09.2010 общество «Агрогаз» призано банкротом, в отношении не открыто конкурсное производство, Семенов С.В. утвержден конкурсным управляющим. 

Определением от 12.08.2014 суд отстранил Семёнова С.В. от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Должником, утвердил в указанном качестве арбитражного управляющего Юрковскую Е.В.

В рамах дела о банкротстве на рассмотрение Арбитражного суда Свердловской области поступили:

заявление общества «НГТ-Строй» о привлечении Бусыгина К.В. и Трухина В.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника, поданное 18.09.2013;

заявление конкурсного управляющего Семенова С.В. о привлечении к субсидиарной ответственности Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., Петрова Д.А., Андреева Сергея Юрьевича, поданное 15.11.2013;

заявление общества «НГТ-Строй» о привлечении к субсидиарной ответственности акционерного общества «Уральская независимая энергосервисная компания» (ИНН: 6661071019; далее – акционерное общество «УНЭСКО»), Стрекотина Александра Авенировича, датированное 07.09.2018;

заявление акционерного общества «УНЭСКО» о привлечении к субсидиарной ответственности общества «БМЗ», общества с ограниченной ответственностью «Ресурс». Пядышева А.В., поданное 20.09.2019;

заявление акционерного общества «УНЭСКО» о привлечении к субсидиарной ответственности товарищества «Мерона Киннисвара», Наумейко Сергея Анатольевича и Наумейко Анатолия Васильевича, поданное 12.05.2020;

заявления конкурсного управляющего Юрковской Е.В. об оспаривании трех сделок Должника с обществами с ограниченной ответственностью «НГТ-Контракт» (далее – общество «НГТ-Контракт») и «Унэско» (ИНН: 6652020113; далее – общество «Унэско»), поданное 09.10.2018

а также заявления конкурсного управляющего Юровской Е.В. об оспаривании сделок купли-продажи автотранспортных средств с гражданами Стариковой Татьяной Ивановной, Сайбом Владимиром Андреевичем, Абсалямовым Романом Равильевичем, Кольцовым Юрием Константиновичем, Бачининым Владимиром Александровичем, Шадриным Евгением Сергеевичем, Дворяниновым Александром Михайловичем, Зориным Романом Николаевичем, Мажитовым Артемом Маратовичем, Ильиным Ильей Михайловичем, Максимовым Алексеем Петровичем, Мичковым Евгением Александровичем, Пермяковым Сергеем Александровичем, Блесткиным Сергеем Анатольевичем, Бобровым Михаилом Николаевичем и Бабкиным Евгением Валерьевичем, поданные 08.11.2018, 09.11.2018 и 12.11.2018.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020, признано доказанным наличие оснований для привлечения Трухина В.В. и Бусыгина К.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Агрогаз»; с названных лиц солидарно в пользу Должника взыскано 129 469 279 руб. 57 коп.; в удовлетворении требований в их оставшейся части – отказано.

В кассационной жалобе Бусыгин К.В. просит определение от 10.09.2020 и постановление от 29.12.2020 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области. 

Ссылаясь на то, что при рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности существенное значение имеет установление конкретного момента перехода должника в состояние объективного банкротства, Кассатор отмечает, что суды при разрешении настоящего спора не учли, что на момент назначения Бусыгина К.В. на должность единоличного исполнительного органа общества «Агрогаз» у последнего уже наличествовали признаки неплатежеспособности, не исследовали вопрос о возможном экономическом состоянии Должника, сохранении его платежеспособности в случае сохранения за ним имущества, с учетом прекращения им осуществления строительной деятельности с середины 2008 года, не проанализировали период, предшествовавший банкротству, не установили, мог ли Должник рассчитаться по своим обязательствам за счет средств, полученных от производственной деятельности; таким образом, Бусыгин К.В. полагает, что суды, не определив момент перехода Должника в состояние объективного банкротства, не исследовав непосредственную причину неплатежеспособности общества «Агрогаз», сделали неверный вывод о наличии оснований для привлечения Бусыгина К.В, и Трухина В.В. к субсидиарной ответственности за деяния, совершенные после 2008 года; поскольку, как настаивает Заявитель данной кассационной жалобы, вменяемые ему с Трухиным В.В. действия непосредственной причиной банкротства не являлись, то они могли быть квалифицированы только как причинившие ущерб, что влияет на определение размера их ответственности. 

Бусыгин К.В. также считает, что вопреки требованиям Закона, суды не исследовали и не устанавливали наличия причинно-следственной связи между действиями привлеченных к ответственности лиц и банкротством Должника, при том, что последний признан банкротом 27.09.2010, а отчуждение недвижимого имущества, повлекшее, по мнению судов, наибольший ущерб для Должника, произведено 15.10.2010, то есть в период фактического и юридического банкротства Должника. На взгляд Кассатора, суды неправомерно отказали в привлечении Лысова В.А., Ляпунова А.К., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. к субсидиарной ответственности, установленной пунктом 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), так как, несмотря на наличие в деле доказательств тому, что неплатежеспособность Должника возникла после 2006 года, а также вывод судов о том, что таковая возникла до 2008 года, ими не определен конкретный момент возникновения устойчивых признаков неплатежеспособности, не уделено должного внимания позиции конкурсного управляющего о том, что финансовые трудности у Должника возникли с 2007 года, 90% реестра требований кредиторов сформировано по задолженностям 2004 – 2008 годов, когда руководство Должником осуществляли упомянутые лица, то есть имелась тенденция длительного накопления кредиторской задолженности, не установлено, когда именно и в период полномочий кого из руководителей возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Должника, имела ли место вина контролирующих Должника лиц в его банкротстве, а также размер обязательств, возникших после обозначенного момента, а также акцентирует внимание на том, что поименованными им лицами не озвучен какой-либо разумный экономический план, за счет реализации которого возможно было погасить требований лиц, включенных в реестр требований кредиторов. Бусыгин К.В. ссылается также на то, что суды неверно применили нормы о сроке исковой давности по требованию конкурсного управляющего Семенова С.В. о привлечении Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. к субсидиарной ответственности, что выразилось в том, что данный срок применительно к обозначенному требованию признан судами соблюденным, а после переквалификации требования в ответственность в виде взыскания убытков сочтен пропущенным, то есть изменен порядок исчисления срока давности в зависимости от квалификации предъявленного требования, что недопустимо; 

Кассатор акцентирует внимание на том, что суды не оценивали ни существенность причиненного ими Должнику вреда, ни размер такового, ни их влияние на финансовое состояние общества «Агрогаз», вследствие чего мотивы для переквалификации требований у судов отсутствовали, не приняли во внимание того, что заявление конкурсного управляющего Семенова С.В. являлось выражением воли кредиторов, лишенных в тот период времени возможности самостоятельно предъявить требование о привлечении к субсидиарной ответственности, фактически обозначенное заявление осталось судами не рассмотрено, хотя материалами дела и подтверждается наличие оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности. 

Бусыгин К.В. полагает, что начало течения срока исковой давности по требованию конкурсного управляющего Семенова С.В., независимо от того, о какой форме ответственности идет речь, необходимо связывать либо с вынесением постановления апелляционного суда от 07.02.2013 о признании недействительной сделкой договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008 и взыскания с общества «НГТ-Контракт» 210 780 000 руб., либо с моментом вступления в силу редакции Закона о банкротстве с изменениями, внесенными Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям». 

Кроме того, Бусыгин К.В. также находит, что суды, неверно квалифицировав обращенные к нему требования, необоснованно привлекли его к ответственности на всю сумму реестра требований кредиторов, полагает, что судами не принято во внимание определение от 28.04.2016 по настоящему делу, которым с конкурсного управляющего Семенова С.В. взысканы убытки, причиненные совершением договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008, и установлена долевая ответственность последнего, Бусыгина К.В. и общества «НГТ-Контракт», с учетом чего он мог понести ответственность лишь в пределах обозначенной доли, либо же в сумме, составляющей разницу между рыночной стоимостью имущества и ценой его реализации; также считает, что стоимость имущества, отчужденного при Лысове В.А., Ляпунове А.К, Петрове Д.А., Андрееве С.Ю., больше стоимости активов, выведенных в период руководства Бусыгина К.В., при этом ошибочный вывод судов об отказе в привлечении к ответственности предшествующих Бусыгину К.В. руководителей общества «Агрогаз», при которых началась процедура вывода активов, повлек увеличение ответственности Бусыгина К.В. Трухина В.В. и необоснованному освобождению иных виновных лиц от ответственности. 

Трухин В.В. в своей кассационной жалобе просит обжалуемые определение и постановление отменить, в удовлетворении предъявленного в отношении него требования – отказать. Заявитель данной кассационной жалобы отмечает, что большая часть требований, включенных в реестр требований кредиторов Должника, принадлежит кредиторам, входящим в одну группу лиц с Должником, его бывшими руководителями и бенефициарами, в связи с чем считает, что основания для применения к нему норм о субсидиарной ответственности отсутствовали, поскольку требование о привлечении к субсидиарной ответственности является исключительно принадлежащим независимым кредиторам средством защиты и не может служить инструментом разрешения корпоративного конфликта, с учетом чего право на предъявление требования у общества «НГТ-Строй» отсутствовало. Кассатор акцентирует внимание на том, что апелляционным судом применен закон, не подлежащий применению, а именно статьи 2 и 10 Закона о банкротстве в редакции от 27.07.2010, статья 10 названного Закона в редакции от 28.04.2009, тогда как большая часть деяний, вменяемых Трухину В.В., имела место до 05.06.2009, то есть подлежала применению редакция Закона о банкротстве, действующая на обозначенную дату, устанавливающая в качестве обязательного условия для удовлетворения поименованного требования наличие причинно-следственной связи между противоправными деяниями и банкротством организации, а примененный закон неправильно истолкован судом ввиду указания апелляционной коллегией на то, что в применяемой им редакции статьи 10 Закона о банкротстве, в отличие от предыдущих, наличие причинно-следственной связи обязательным элементом состава правонарушения не является, что также противоречит правоприменительной практике по рассматриваемой категории споров. 

Данный кассатор, также как и предыдущий, полагает, что его действия не могли привести общество «Агрогаз» в состояние объективного банкротства, поскольку к моменту их совершения, а именно в период с 31.03.2008 по 09.12.2008, оно уже отвечало признакам неплатежеспособности, с учетом чего настаивает на том, что основания для привлечения его к субсидиарной ответственности отсутствовали; применение судами к нему положений о субсидиарной ответственности существенным образом ухудшило его положение, так как суды не стали учитывать то обстоятельство, что определением от 28.04.2016 по настоящему делу с конкурсного управляющего Семенова С.В. взыскано 70 215 992 руб. 50 коп. ввиду бездействия по оспариванию договора от 03.12.2008, при этом суд определил привлечь названное лицо к долевой ответственности, с учетом чего размер убытков, подлежащих взысканию с Трухина В.В., не мог превысить указанной суммы, тогда как размер ущерба в связи с совершением иных сделок судами установлен не был; отдельно данный Кассатор отмечает, что определением от 28.04.2016 виновными в совершении сделки от 15.10.2010 признаны конкурсный управляющий Семенов С.В., Бусыгин К.В, и общество «НГТ-Контракт», виновность Трухина В.В. в совершении данной сделки не установлена, вследствие чего он не подлежит привлечению и к ответственности в виде убытков. Касаемо выводов судов о том, что отчужденное Должником имущество поступило в обладание компаний, подконтрольных Трухину В.В., последний также находит их несостоятельными, указывает, что обществу «Унэско» принадлежит лишь незначительная часть имущества, тогда как конечным приобретателем основного актива – имущественного комплекса в г. Сысерти стоимостью 210 млн. руб. явилось общество «Ресурс», подконтрольное Пядышеву А.В., имущество в г. Краснодар принадлежит акционерному обществу «УНЭСКО», которое в спорный период являлось дочерним предприятием организаций, конечным бенефициаром которых выступал Наумейко А.В.; с учетом изложенного Трухин В.В. подчеркивает, что принимая во внимание стоимость имущества, принадлежащего подконтрольному ему обществу «Унэско» (немногим больше 9 млн. руб.), основания для привлечения его к ответственности в большем размере отсутствовали.

Как видно из содержания кассационных жалоб и подтверждено представителями Кассаторов в судебном заседании суда округа, судебные акты обжалуются ими только в части удовлетворения заявления общества «НГТ-Строй» о привлечении Бусыгина К.В. и Трухина В.В. к субсидиарной ответственности и отказа в удовлетворении аналогичного заявления конкурсного управляющего Семенова С.В. в отношении Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., Петрова Д.А., Андреева С.Ю.; таким образом, поскольку своего несогласия с определением от 10.09.2020 и постановлением от 29.12.2020 в части отказа в удовлетворении остальных заявлений о субсидиарной ответственности и заявлений об оспаривании сделок Кассаторами не выражено, законность и обоснованность судебных актов судом округа не проверяется в пределах доводов кассационных жалоб.

Общества «НГТ-Строй», «БМЗ», «Ресурс», Пядышев А.В. и товарищество «Мерона Киннисвара» в представленных отзывах считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб – отказать.

В отзыве конкурсного управляющего Юровской Е.В. выражена позиция о незаконности судебных актов и необходимости их отмены в части отказа в удовлетворении требования о привлечении Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. к субсидиарной ответственности, а также о законности и обоснованности актов в части привлечения к названной ответственности Бусыгина К.В. и Трухина В.В. и отсутствии оснований для удовлетворения поданных ими жалоб в указанной части. 

Возражения на кассационные жалобы, поступившие 17.03.2021 от Андреева С.Ю., судом не приняты, поскольку к ним в противоречие требованиям части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не приложены доказательства направления или вручения данного документа иным лицам, участвующим в деле. Названный документ, поскольку представлен в электронном виде через систему «Мой Арбитр», фактическому возврату на бумажном носителе не подлежит.

Проверив законность определения суда от 10.09.2020 и постановления апелляционного суда от 29.12.2020 в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов настоящего спора, в вину Трухину В.В. и Бусыгину К.В. обществом «НГТ-Строй» вменяется совершение в период 2008 – 2010 годов следующих деяний:

1) вывод Бусыгиным К.В. по инициативе Трухина В.В. принадлежащего обществу «Агрогаз» недвижимого имущества:

лесопильного цеха площадью 1431,40 кв. м, котельной площадью 118,6 кв. м, блока сушильных камер площадью 1824,7 кв. м, расположенных по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла Либкнехта, д. 2А, за 3 762 253 руб. 95 коп. (по заниженной стоимости) на основании договора от 21.08.2009 – в пользу общества «Унэско»;

права аренды земельного участка площадью 25 000 кв. м с кадастровым номером: 66:25:2901021:11 (безвозмездно) на основании договора от 25.05.2010 – в пользу общества «Унэско»;

земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901021:137 за 254 000 руб. на основании договора от 19.08.2010 – в пользу общества «Унэско»;

нежилого помещения площадью 421,9 кв. м с кадастровым номером 66-66-19/057/2010-475, нежилого помещения площадью 3095,7 кв. м с кадастровым номером 66-66-19/057/2010-478, нежилого помещения площадью 561,9 кв. м с кадастровым номером 66-66-19/057/2010-477, нежилого помещения площадью 15,1 кв. м с кадастровым номером 1/76/И/63, нежилого помещения площадью 9646,5 кв. м с кадастровым номером 66-66-19/077/2010-396, нежилого помещения площадью 2107,9 кв. м с кадастровым номером 66-66-19/077/2010-395, земельного участка площадью 91817 кв. м с кадастровым номером 66:25:2901021:136, расположенных по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла Либкнехта, д. 2А, за 28 067 911 руб. на основании договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008 – в пользу общества «НГТ-Контракт»;

2) вывод Трухиным В.В. и Бусыгиным К.В. из общества «Агрогаз» в период с 2009 по 2010 годы в пользу подконтрольных лиц (закрытых акционерных обществ «Уромгаз» (далее – общество «Уромгаз»), «НГТ-элемент трубопровода», акционерного общества «УНЭСКО», обществ с ограниченной ответственностью «УК «НГТ-Контракт», «ЧОП «НГТ-партнер», «НГТ-Контракт», «Метания», «НГТ-энергогазсервис», денежных средств в общем размере 57 188 818 руб. 23 коп.; необоснованное перечисление обществу с ограниченной ответственностью «Техпроект» 31 140 405 руб.; перечисление денежных средств в пользу закрытого акционерного общества «Автократор»; необоснованный отказ от взыскания дебиторской задолженности с общества «Унэско» за выполненные в 2007 году работы в размере 35 млн. руб.; продажа на основании договора от 27.04.2009 обществу с ограниченной ответственностью «НГТ-Холдинг» (далее – общество «НГТ-Холдинг») доли Должника в обществе с ограниченной ответственностью «Агрогазстройкомплекс» по заниженной стоимости – 2500 рублей.

Привлекая Трухина В.В. и Бусыгина К.В. к субсидиарной ответственности, суды исходили из следующего.

Прежде всего, руководствуясь положениями статьи 2 и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, суды обеих инстанций верно заключили о том, что субъектами субсидиарной ответственности наряду с учредителями (участниками) и руководителем должника могут выступать также лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия.

Исследовав доводы и возражения участвующих в споре лиц, оценив представленные ими документы, суды установили, что с 29.12.2006 по 30.03.2008 единственным акционером Должника являлось общество Уромгаз», с 30.03.2008 по 26.11.2008 - общество с ограниченной ответственностью «Энергогаз», с 26.11.2008 общество с ограниченной ответственностью «Термогаз» (далее – общество «Термогаз»); начиная с 18.01.2010 акционером Должника являлось либо общество «Термогаз» либо акционерное общество «УНЭСКО» (судом отмечено, что материалы дела не позволяют установить с достоверностью личность акционера в указанный период); при этом участниками/акционерами общества «Термогаз» и акционерного общества «УНЭСКО» являлись общество «НГТ-Холдинг» и общество с ограниченной ответственностью «Уральский инжиниринговый центр» (далее – общество «Уральский инжиниринговый центр»), единственным участником последнего является общество «НГТ-Холдинг»; руководителем общества «НГТ-Холдинг» в период с 28.03.2006 по ноябрь 2019 года являлся Трухин В.В., который до марта 2008 года входил в состав Совета директоров единственного на тот момент акционера общества «Агрогаз» – общества «Уромгаз». 

Судами также установлено, что сторонами вредоносных для Должника сделок, как указывалось выше, являлись общество «НГТ-Контракт», директором которого до августа 2010 выступал Трухин В.В., и участниками которого также являлись подконтрольные последнему общества и «Уральский инжиниринговый центр» и «НГТ-Холдинг», и общество «Унэско», в котором Трухин В.В. являлся одним из участников, а равно и его руководителем; все перечисленные выше сделки были одобрены со стороны названных приобретателей Трухиным В.В., а спорное имущество в конечном итоге сосредоточилось в обладании подконтрольных ему лиц (база в г. Краснодаре – за акционерным обществом «УНЭСКО», имущество в г. Сысерти – за обществом «Унэско»). Общество «Агрогаз» наряду с обществами «Термогаз», «Уромгаз», «Метания», «НГТ-Контракт» и др., учредителем большинства из которых являлось подконтрольное Трухину В.В. общество «НГТ-Холдинг», входило в возглавляемый этим же лицом «НГТ-Холдинг».

Учитывая изложенное и то, что из представленных в дело документов (деловая переписка, доверенности, внутренние документы общества «Агрогаз») усматривается не просто участие Трухина В.В. в управлении деятельностью последнего, но и наличие у него возможности давать обязательные для исполнения указания, определять порядок осуществления им хозяйственной деятельности, суды первой и апелляционной инстанций констатировали, что с учетом приведенных обстоятельств в их взаимосвязи и совокупности Трухин В.В. является контролирующим Должника лицом.

Наличие такового статуса у Бусыгина К.В. они правильно связали с тем, что в период с 26.12.2008 и до введения в отношении общества «Агрогаз» конкурсного производства он исполнял обязанности единоличного исполнительного органа последнего.

Как верно учтено судами, исходя из устойчиво сформировавшегося в правоприменительной практике подхода, основанного на правовой позиции, изложенной в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ), к спорным правоотношениям, на которые указывает общество «НГТ-Строй», имевшим место в период 2008 – 2010 годов, в части установления наличия/отсутствия правовых оснований для привлечения Бусыгина К.В. и Трухина В.В. к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции обозначенного выше закона) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

При этом в институте субсидиарной ответственности неизменна генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с этим при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям  Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения главы  59 названного Кодекса об обязательствах вследствие причинения вреда,  силу которых обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Разрешая вопрос о наличии/отсутствии оснований для возложения на Бусыгина К.В. и Трухина В.В. субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Агрогаз», суды учли обстоятельства выбытия из имущественной массы Должника ликвидного и оборотоспособного актива фактической стоимостью 210 780 000 руб. – совокупности нежилых помещений и земельного участка по ул. Карла Либкнехта, д. 2А в г. Сысерти Свердловской области в пользу общества «НГТ-Контракт» по существенно заниженной стоимости (за 28 млн. руб.), установленные постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2013 по настоящему делу, которым признан недействительной сделкой явившийся основанием для такового выбытия договор аренды с правом выкупа от 03.12.2008 и применены последствия недействительности данной сделки в виде взыскания с общества «НГТ-Контракт» в конкурсную массу Должника 210 780 000 руб., обусловленные невозможностью возврата отчужденного имущества в конкурсную массу Должника ввиду его дальнейшего отчуждения обществам «БМЗ» и «Унэско», соответственно, установлен факт причинения вреда имущественным правам кредиторов  на сумму 182 712 089 руб. (разница между рыночной стоимостью этого имущества и ценой его отчуждения).

Суды также заключили, что вина Бусыгина К.В. в совершении названной сделки установлена вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2016 по настоящему делу, а также следует из того, что он исполнял в период совершения сделки обязанности единоличного исполнительного органа общества «Агрогаз», подписывал от его имени документы об отчуждении имущества, подавал их на государственную регистрацию перехода права собственности, одобрял сделку от имени единственного акционера Должника – общества «Термогаз», то есть поступал вразрез предписанию пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, тогда как о вине в ее совершении Трухина В.В. в совокупности свидетельствуют подписание с его стороны как руководителем общества «НГТ-Холдинг» признанных постановлением от 07.02.2013 сфальсифицированными документов, явившихся основанием для перехода права собственности на имущество (договор от 03.12.2008, акт приема передачи от 03.12.2008, договор уступки права требования от 02.10.2009, письма от 31.10.2009, 05.10.2009), то есть осознанное совершение им активных действий по формированию документов с целью совершения вредоносной для Должника и его кредиторов сделки, и непринятие им как лицом, имеющим право давать обязательные для исполнения руководителем обществ «Агрогаз» и «Термогаз» Бусыгиным К.В. указания, в условиях явного осознания негативных для Должника последствий совершения данной сделки мер к воспрепятствованию ее совершения, то есть фактическое одобрение ее заключения также со стороны Должника. 

Учитывая изложенное, приняв во внимание также, что дебиторская задолженность общества «НГТ-Контракт» реализована на торгах посредством публичного предложения по цене 125 000 руб., суды первой и апелляционной инстанций обоснованно констатировали обоюдную виновность Трухина В.В. и Бусыгина К.В. в совершении обществом «Агрогаз» сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов Должника в результате отчуждения недвижимого имущества по договору аренды с правом выкупа от 03.12.2008 в общей сумме 182 587 089 руб.

Кроме того, учитывая также факт совершения между Должником в лице Бусыгина К.В. и обществом «Унэско» в лице Трухина В.В. договора от 21.08.2009, предметом которого явилось отчуждение лесопильного цеха площадью 1431,40 кв. м, котельной площадью 118,6 кв. м и блока сушильных камер площадью 1824,7 кв. м, расположенных по адресу: Свердловская область, г. Сысерть, ул. Карла Либкнехта, д. 2А за 3 263 524 руб. 70 коп., договора от 25.05.2010 безвозмездной уступки права аренды земельного участка площадью 25 000 кв. м с кадастровым номером 66:25:2901021:11, а также договора от 19.08.2010 купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 66:25:2901021:137 за 254 000 руб., в процессе совершения и исполнения которых ими от лица представляемых обществ подписаны договоры, дополнительные соглашения и акты приема-передачи, получены согласование со стороны единственных акционера/участника, а Бусыгиным К.В. осуществлены регистрационные действия, в том числе по доверенности от общества «Унэско», суды первой и апелляционной инстанций мотивированно заключили о причастности названных лиц к совершению в период с 2008 по 2010 годы систематических и согласованных действий по отчуждению в пользу подконтрольных Трухину В.В. обществ «Уэско» и «НГТ-Контракт» имущества и имущественных прав, принадлежавших обществу «Агрогаз».

Рассмотрев вопрос о том, какие нормы права подлежат применению – общие положения о возмещении убытков, на чем настаивают Трухин В.В. и Бусыгин К.В., либо специальные правила о привлечении их к субсидиарной ответственности, как то требует общество «НГТ-Строй», установив, что массовое отчуждение активов Должника и принятие решений о совершении соответствующих сделок на нерыночных условиях имели место в период с декабря 2008 года, когда полномочия единоличного исполнительного органа общества «Агрогаз» исполнял Бусыгин К.В., а также то, что данные активы являлись в наибольшей степени ликвидными и дорогостоящими, совокупная рыночная стоимость отчужденного в указанный период имущества значительно превышает размер обязательств, включенных в реестр требований кредиторов, что в свою очередь позволяет заключить о том, что в отсутствие совершения соответствующих сделок требования кредиторов могли быть удовлетворены за счет реализации являющегося их предметом имущества, следовательно, именно в результате действий и Бусыгина К.В. Трухина В.В. произошло превышение совокупного размера обязательств общества «Агрогаз» над стоимостью его активов, утрачена возможность удовлетворения кредиторских требований за счет имущественной массы Должника, то есть наступило его объективное банкротство, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что, с учетом степени влияния вменяемых Трухину В.В. и Бусыгину К.В. в вину действий на финансово-экономическое положение общества «Агрогаз», названные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, размер которой должен составлять сумму непогашенных требований реестра кредиторов Должника, то есть 129 469 279 руб. 57коп.

В отношении требования конкурсного управляющего Семенова С.В. о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей Должника Лысова В.А. (занимал данный пост в период с 01.02.2003 по 03.08.2007), Ляпунова А.К. (исполнял названные обязанности с 06.08.2007 по 21.01.2008), Петрова Д.А. (осуществлял руководство в период с 22.01.2008 по 09.07.2008) и Андреева С.Ю. (состоял в указанной должности с 09.07.2008 по 08.12.2008), а также Зориной И.В., занимавшей с 08.12.2005 должность начальника отдела маркетинга, а в период 03.09.2007 – 07.08.2008  должность заместителя генерального директора по экономике и финансам, судами установлено, что им в вину вменяется неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Должника несостоятельным (банкротом), совершение платежей в адрес аффилированных лиц без встречного предоставления, а Ляпунову А.К. – совершение сделки на заведомо невыгодных для Должника условиях.

Разрешая спор в указанной части, суды констатировали отсутствие в деле убедительных доказательств, указывающих на наличие у Зориной И.В., хотя бы и занимавшей в обществе «Агрогаз» должность менеджера руководящего звена, права давать ему, в том числе лицам, осуществляющим руководство Должником, обязательных для исполнения указания, либо реальной возможности иным образом оказывать решающее влияние на совершаемые обществом «Агрогаз» в хозяйственном обороте действия.

Касаемо установления наличия/отсутствия оснований для привлеченияк ответственности остальных упомянутых лиц, суды исходили из следующего.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должникав арбитражный суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве,в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как отражено в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действующей в соответствующие периоды исполнения указанными лицами руководства обществом-должником) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых этим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 данного Закона.

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорамо привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики долженбыл объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанныхв пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, нормальное финансовое состояние общества предполагает, что его чистые активы, стоимость которых представляет собой разницу между балансовой стоимостью активов (имущества) и размером обязательств данного общества, с течением времени растут по сравнению с первоначально вложенными в уставный капитал средствами. Уменьшение стоимости чистых активовсвидетельствует о неудовлетворительном управлении делами общества. Если же стоимость чистых активов принимает отрицательное значение, это означает, что средств, полученных от продажи имущества общества, может не хватить для того, чтобы расплатиться со всеми кредиторами. Из этого следует, что формально-нормативные показатели, с которыми законодатель связывает необходимость ликвидации общества, должны объективно отображать наступление критического для такого общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Изучив и оценив обоснованность позиции конкурсного управляющего Семенова С.В. о том, что обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Должника возникла не позднее 2007 года, исследовав имеющиеся в деле доказательства, критически восприняв составленный Семеновым С.В. анализ финансового состояния общества «Агрогаз», содержащий вывод о неплатежеспособности последнего до 01.04.2007, по мотиву наличия ряда судебных актов, устанавливающих недобросовестность управляющего Семенова С.В., осуществление им злонамеренных действий, направленных на создание финансовой выгоды контролировавшим Должника лицам, а также заключение проведенной на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2019 экспертизы о том, что неплатежеспособность общества «Агрогаз» имела место до 09.12.2008, так как какой-либо обстоятельный анализ, на котором построен данный вывод, в экспертном заключении отсутствуют, а, кроме того, ввиду его противоречия мотивировочной части заключения, в которой указано на то, что банкротство Должника вызвано выводом дорогостоящих активов, произведенным в период с декабря 2008 года, проанализировав бухгалтерскую отчетность общества «Агрогаз» за 2007 – 2008 годы и установив, что ее содержание свидетельствует о наличии у Должника тенденции по увеличению прибыли и чистых активов, а также обеспеченности его обязательств собственными активами, учитывая и то, что в анализируемый период в обладании общества «Агрогаз» все еще сохранялось имущество, выведенное в период руководства Бусыгина К.В., стоимость которого, как уже указано ранее, существенно превышала актуальный размер обязательств Должника, суды пришли к обоснованным выводам о том, что в период осуществления руководства обществом «Агрогаз» вышеупомянутыми ответчиками предусмотренных Законом о банкротстве оснований для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании Должника банкротом не имелось.

Отказывая в привлечении Лысова В.А., Ляпунова А.К., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. к ответственности за совершение ими сделок: платежей аффилированным лицам, отчуждение имущества в Краснодарском крае, суды обеих инстанций, учитывая, в том числе, обстоятельства, изложенные выше, пришли к заключению об отсутствии в материалах дела убедительных доказательств тому, что признаки объективного банкротства Должника возникли в период руководства обществом «Агрогаз» Лысовым В.А., Ляпуновым А.К., Петровым Д.А., Андреевым С.Ю., и именно вменяемые указанным лицам деяния и причиненный ими ущерб изменили экономическую судьбу Должника и явились необходимой причиной его банкротства. С учетом этого противоправное поведение указанных лиц могло бы влечь для них ответственность в виде возмещения убытков, установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако, учитывая, что рассматриваемое требование предъявлено конкурсным управляющим Должником 15.11.2013, тогда как процедура конкурсного производства открыта в отношении Должника 27.09.2010, аргументированно констатировали пропуск им срока давности по требованию о взыскании убытков, ввиду чего правомерно отказали в удовлетворении требований и в данной части.

По результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела, суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций в полном объеме исследовали и оценили все приведенные сторонами доводы и возражения и представленные ими доказательства, верно установили имеющие существенное значение для правильного разрешения спора фактические обстоятельства, дали им мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к верным, соответствующим материалам дела и основанным на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, выводам о наличии правовых и фактических оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Трухина В.В. и Бусыгина К.В. и отсутствии таковых в отношении иных лиц.

Доводы Трухина В.В. и Бусыгина К.В. судом округа изучены и признаны не влекущими необходимость отмены обжалуемых судебных актов. 

Так, доводы Кассаторов о необоснованном применении редакции Закона о банкротстве, действующей после 05.06.2009, и ее истолковании, о том, что судами не установлено причинно-следственной связи между их действиями и банкротством Должника, хотя это является обязательным условием для привлечения их к субсидиарной ответственности, о невозможности введения Должника оспариваемыми действиями в стадию объективного банкротства, поскольку Должник уже отвечал признакам неплатежеспособности, а также о необходимости применения к ним ответственности в виде взыскания убытков, а не привлечения к субсидиарной ответственности, судом округа отвергаются по следующим мотивам.

Что касается применимой редакции пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, то суд округа отмечает, что как в первоначальной редакции, так и в редакции с изменениями, внесенными Законом № 73-ФЗ, основанием ответственности являлась недостаточность имущества Должника для удовлетворения требований кредиторов; в статье 2 Закона о банкротстве закреплено, что несостоятельность (банкротство) есть признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования своих кредиторов. При этом само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, то есть прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник, в том числе, из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей),

Вопреки мнению Кассаторов, судами в обжалуемых судебных актах отражены не только выводы о наличии их вины в причинении конкурсным кредиторам Должника ущерба в результате совершения договора от 03.12.2008, но и о том, что совершение и исполнение данной сделки явилось необходимой причиной превышения совокупного размера обязательств Должника над реальной стоимостью его активов, что и представляет собой объективное банкротство, вследствие чего утверждения Заявителей жалоб в данной части являются несостоятельными.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций по результатам исследования и оценки установленных по делу фактических обстоятельств сделан вывод о том, что именно сделки, совершенные Бусыгиным К.В. и Трухиным В.В., явились для финансового положения Должника критичными, в случае, если бы они не были совершены, общество «Агрогаз», независимо от наличия у него признаков неплатежеспособности, имело бы возможность погашения кредиторских притязаний за счет реализации спорного имущества, тогда как в результате их совершения такая возможность была утрачена, суд округа полагает, что судами правильно применены правила о субсидиарной ответственности, оснований для несогласия с такими выводами не имеется.

Кроме того, как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», контролирующее должника лицо, чьими действиями существенно ухудшено финансовое положение должника, то есть создана ситуация, при которой возможность полного погашения обязательств перед кредиторами утрачена безвозвратно, также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Таким образом, доводы Заявителей о том, что у судов отсутствовали основания для возложения на них субсидиарной ответственности по обязательствам Должника, не могут быть признаны обоснованными.

Доводы Бусыгина К.В. и Трухина В.В. о том, что суды неверно определили размер их ответственности, судом округа также отклоняются, поскольку, как верно учтено судами, нормы о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности независимо от применимой редакции направлены на компенсацию конкурсным кредиторам того, что они в силу несостоятельности должника не имеют возможности получить непосредственно с него, вследствие чего привлечение вышеназванных лиц к ответственности в размере, соответствующем совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Должника, является верным. Доказательств тому, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине Бусыгина К.В. и Трухина В.В., существенно меньше совокупного размера требований, включенных в реестр, ими не приведено. Более того, судами указано на то, что, поскольку ущерб для кредиторов от совершения одного лишь договора аренды с правом выкупа от 03.12.2008 составил более 182 млн. руб., не считая иных совершенных ими сделок, положенных судами в основание ответственности, то имущественное положение Трухина В.В. и Бусыгина К.В. в результате привлечения к ответственности на сумму 129 млн. руб. излишних финансовых лишений претерпеть не могло, что суд округа находит верным.

Иной порядок определения ответственности со стороны Кассаторов основывается на их убеждении в том, что они подлежали привлечению к ответственности в виде возмещения убытков, а также на доводах о том, что размер их ответственности не может превышать ответственности конкурсного управляющего Семенова С.В., установленной определением от 28.04.2016. 

Вместе с тем, как уже отмечено выше, судами первой и апелляционной инстанций правильно определен вид ответственности, к которой подлежат привлечению Бусыгин К.В. и Трухин В.В.;  взыскание убытков с конкурсного управляющего за неправомерные действия, совершенные им при осуществлении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, является самостоятельным способом защиты нарушенных прав кредиторов, при этом при рассмотрении настоящего спора определенный арбитражным судом размер таких убытков обоснованно не воспринят судами в качестве критерия для определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц за доведение Должника до банкротства.

Доводы Бусыгина К.В. о необоснованном отказе в удовлетворении требования конкурсного управляющего Семенова С.В. о привлечении к ответственности Лысова В.А., Ляпунова А.К., Зориной И.В., Петрова Д.А., Андреева С.Ю. по мотиву пропуска срока исковой давности, судом округа также сочтены несостоятельными, так как к требованиям о привлечении к ответственности в виде взыскания убытков подлежат применению общие нормы о сроке исковой давности и названный срок, с учетом специфики производства по делам о банкротстве, верно исчислен судами с момента открытия в отношении Должника процедуры конкурсного производства и применительно к дате подачи данного заявления сочтен пропущенным. Применение в данном случае иного порядка исчисления срока давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности судами первой и апелляционной инстанций в судебных актах мотивировано, оснований не согласиться с приведенным обоснованием у суда округа не имеется.

При этом доказательства, которые бы свидетельствовали о том, что все вредоносные для Должника сделки, совершенные как в период осуществления руководства обществом «Агрогаз» со стороны Лысова В.А., Ляпунова А.К., Петрова Д.А., Андреева С.Ю., так и в период, когда должность руководителя Должника занимал Бусыгин К.В., а фактический контроль за его деятельностью осуществлял Трухин В.В., были объединены общей целью и координировались из единого центра, в материалах спора отсутствуют, соответствующих доводов и обоснований не приведено.

Доводам Трухина В.В. о том, что в основном имущество поступило в обладание компаний, контролируемых Наумейко А.В., суды обеих инстанций дали оценку, указав на то, что какие-либо доказательства причастности названного лица к совершению деяний, за которые на Трухина В.В. и Бусыгина К.В. возложена субсидиарная ответственность, в материалах дела отсутствуют, однако таковые имеют место в отношении Трухина В.В.

Ссылка Трухина В.В. на недопустимость его привлечения к субсидиарной ответственности ввиду того, что большая часть реестра требований кредиторов составляют лица, входящие в одну группу лиц с Должником, его бывшими руководителями и бенефициарами, судом округа также отклоняется. Как разъяснено в пункте 30  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» доводы лиц, участвующих в деле, относительно фактических обстоятельств, на которые такие лица ранее не ссылались, которые не подтверждаются имеющимися в деле доказательствами и судами не устанавливались, не принимаются во внимание и не могут быть положены в основу постановления суда кассационной инстанции. Трухиным В.В. соответствующие возражения в свою защиту при рассмотрении спора по существу в суде первой и апелляционной инстанций не приводились, доказательства наличия некоего корпоративного конфликта в обществе «Агрогаз», наличия у общества «НГТ-Строй» общих экономических интересов с кем-либо из руководителей или бенефициаров Должника, не представлены.

Иные доводы, приведенные в кассационных жалобах, касающиеся фактических обстоятельств и доказательственной базы по спору, являвшихся предметом исследования и оценки судов, судом округа отвергаются, поскольку изложенных выше правовых выводов судов не опровергают, о наличии существенных нарушений норм материального права и (или) процессуального права не свидетельствуют, по сути, сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора, однако, переоценка доказательств и разрешение вопросов факта не входят в полномочия суда кассационной инстанции.

Поскольку нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые определение от 10.09.2020 и постановление апелляционного суда от 29.12.2020 являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационных жалобах доводам не подлежат.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 03.02.2021 приостановлено исполнение определения Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 до окончания производства в суде кассационной инстанции. Поскольку производство по кассационным жалобам завершено, суд отменяет принятое приостановление исполнения судебного акта (статья 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020по делу № А60-10944/2010 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы Трухина Виталия Валерьевича и Бусыгина Константина Викторовича – без удовлетворения.

Приостановление исполнения определения Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020 по делу № А60-10944/2010, произведенное определением Арбитражного суда Уральского округаот 03.02.2021, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий	Н.В. Шершон 

Судьи	О.Н. Новикова 

	С.Н. Соловцов