ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП- 5912/2021        

г. Москва                                                                             Дело № А40-39250/20

31.03.2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24.03.2021 

Постановление изготовлено в полном объеме 31.03.2021 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц.Бальжинимаевой, 

судей А.А.Комарова, Головачевой Ю.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2020г. о признании недействительной сделки по выплате дивидендов ФИО2 в размере 47 450 304, 79 руб., и о применении последствий ее  недействительности, вынесенное судьей Петрушиной А.А. в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Национальное Диджитал Агентство»,

при участии в судебном заседании: согласно протоколу, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2020г. ООО «Национальное Диджитал Агентство» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 47 450 304, 79 руб. с расчетного счета должника в пользу ФИО2 (далее – ФИО2), применении последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020г. указанное заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, недействительной признана сделка по выплате дивидендов ФИО2 в размере 47 450 304,79 руб., перечисленных с расчетного счета ООО «Национальное Диджитал Агентство»; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Национальное Диджитал Агентство» денежных средств в размере 47 450 304, 79 руб.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением от 28.12.2020г. ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на то, что в нарушение положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом не была дана оценка каждому доказательству, представленному в материалы дела, на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы ссылается на то, что судом первой инстанции неправомерно сделан вывод о наличии совокупности всех признаков, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), недействительности сделки по выплате дивидендов ФИО2 Помимо прочего заявитель апелляционной жалобы ссылается на то, что в нарушение норм Закона о банкротстве судом сделаны выводы о недействительности сделки, оспариваемой по пункту 2 статьи 61.2 на основании пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве. ФИО2 также выражает несогласие с примененными судом первой инстанции последствиями недействительности сделок.

В судебном заседании представитель ФИО2 апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 28.12.2020г. отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

            Представители конкурсного управляющего должника и кредитора ООО «ГрупЭм» на доводы апелляционной жалобы возражали по мотивам, изложенным в приобщенных к материалам дела отзывах, просили обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела заявление конкурсного управляющего основано на положениях пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, и мотивировано тем, что в период с 04.04.2017г. по 07.02.2018г. в пользу ФИО2 (участник ООО «Национальное Диджитал Агентство») с расчетного счета должника перечислялись денежные средства в общей сумме 41 281 764,79 руб. в качестве выплаты дивидендов в пользу учредителя в порядке пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». По мнению конкурсного управляющего должника названные перечисления денежных средств совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление конкурсного управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемого списания денежных средств договора недействительной сделкой.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Заявление о признании ООО «Национальное Диджитал Агентство» банкротом принято к производству 06.03.2020г. Оспариваемые платежи совершены в период с 04.04.2017г. по 07.02.2018г., то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается, что единственным участником ООО «Национальное Диджитал Агентство» 22.01.2018г. принято Решение №1/2018 ликвидировать должника в добровольном порядке в связи с прекращением деятельности, ликвидатором назначен ФИО4.

В журнале «Вестник государственной регистрации» (часть 1 №6(671) от 14.02.2018/1397) опубликовано сообщение о предстоящей ликвидации ООО «Национальное Диджитал Агентство».

ООО «ГрупЭм» 14.02.2018г. обратилось к ликвидатору с заявлением о включении задолженности по Договору оказания услуг №10/2015-1 от 01.10.2015г. в размере 109 973 074,76 руб. в промежуточный ликвидационный баланс.

В удовлетворении заявления ликвидатором было отказано, со ссылкой об отсутствии приложенных документов, подтверждающих задолженность. 

ООО «ГрупЭм» обратилось в МИФНС России №46 по г. Москве о признании незаконными действий ООО «Национальное Диджитал Агентство» по отказу о включении в кредиторскую задолженность неисполненных обязательств перед ООО «ГрупЭм». 

Также ООО «ГрупЭм» повторно в качестве претензионного досудебного урегулирования обратился к ликвидатору с заявлением о включении в ликвидационный баланс кредиторской задолженности в размере 109 973 074,76 руб. Во включении задолженности отказано.

ООО «ГрупЭм» 25.04.2018г. подано заявление в Арбитражный суд города Москвы к ООО «Национальное Диджитал Агентство» и к ликвидатору должника об обязании внести в промежуточный и ликвидационный балансы сведения о задолженности в размере 109 973 074,76 руб. (дело №А40-90122/2018-31-603).

Вступившем в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019г. по делу А40-108486/2018 установлено, что должник имеет задолженность перед ООО «ГрупЭм» по Дополнительным соглашениям о премировании № 6 от 30.12.2016г. и № 7 от 30.03.2017г. к договору об оказании услуг №10/2015-1 от 01.10.2015г.

При этом как установлено указанным решением суда у должника возникла задолженность перед ООО «ГрупЭм» по соглашению № 6 от 30.12.2016г. о выплате премии по итогам 1 квартала 2017 года в размере 68 951 961,51 руб.; по соглашению о премировании № 7 от 30.03.2017г. о выплате премии по итогам 2 квартала 2017 года в размере 34 988 147,77 руб. 

Также суд установил, что ООО «Национальное Диджитал Агентство» само признало обязательства по выплате премий за 1 и за 2 кварталы 2017 года в акте сверки, включающего как размер премий, так и реквизиты актов о премировании, от физического подписания которых должник уклонился. 

Данный акт подписан 30.09.2017г. и, таким образом, на конец 3 квартала 2017 года должник не только достоверно знал о наличии задолженности перед ООО «ГрупЭм» но и сам письменно признавал эту задолженность.

Кроме того, в соответствии с Анализом финансовой деятельности должника финансовая активность ООО «Национальное Диджитал Агентство» к концу 2017 года значительно снизилась, что видно на графике финансовых показателей. 

Норма чистой прибыли начала падать с 2017 года и на конец анализируемого периода менее 10%, что позволяет сделать вывод о том, что уровень доходности хозяйственной деятельности предприятия достаточно низкий. В соответствии с графиком рентабельности активов предприятие использует активы с убытком (аннотация к финансовому анализу прилагается). 

Ликвидное имущество в силу специфики сферы деятельности должника отсутствовало. Должник также не располагал чистой прибылью в 2017 и в 2018 годах, поскольку должник прекратил хозяйственную деятельность, что подтверждается решением о ликвидации общества.

Таким образом, учитывая судебные споры между конкурсным кредитором и должником, можно сделать вывод, что должник имел кредиторскую задолженность перед ООО «ГрупЭм», превышающую ликвидные активы должника, о чем ФИО2, являясь участником должника, не мог не знать. Также на момент совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнение части денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей, в связи с недостатком денежных средств, следовательно, обладал признаками неплатежеспособности.

Вместе с тем в период с 04.04.2017г. по 07.02.2018г. в пользу ФИО2, участника ООО «Национальное Диджитал Агентство», перечислялись денежные средства в общей сумме 41 281 764,79 руб. в качестве выплаты дивидендов в пользу учредителя.

Следовательно, в период когда должник уже имел неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе и по обязательным платежам, ООО «Национальное Диджитал Агентство» осуществляло в пользу своего единственного участника – ФИО2 выплату дивидендов. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о представлении конкурсным управляющим должника надлежащих доказательств наличия оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемых перечислений денежных средств недействительными сделками.

Что касается доводов конкурсного управляющего должника о недействительности оспариваемых сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

На основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статьей пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Согласно положениям статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации участник вправе: 

- принимать участие в распределении прибыли товарищества или общества, участником которого он является; 

- получать в случае ликвидации товарищества или общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость. 

Это означает, что участник корпорации не может получить удовлетворение своих требований перед удовлетворением требований внешних кредиторов.

Однако в результате совершения спорных перечислений денежных средств был нарушен фундаментальный принцип приоритета требований внешних кредиторов перед требованиями, вытекающими из участия в корпорации.

Оспариваемая сделка была совершена в отношении единственного участника. При этом согласно положениям Устава должника фактический контроль над деятельностью должника осуществляет единственный участник, поскольку соответствии с п 8.2.39 только с его одобрения должник мог совершать сделки на сумму более 1 500 000 руб.

Как правильно указал суд первой инстанции, совершение сделки по распределению ликвидационного остатка в условиях недостаточности имущества для удовлетворения требований внешних кредиторов означает не просто знание другой стороны сделки о цели должника причинить вред внешним кредитором, а злонамеренный сговор между ФИО2 и должником, и вытекающее из такого сговора их совместное намерение причинить вред внешним кредиторам.

Такой совместный сговор и совместное намерение обеих сторон сделки причинить вред кредиторам является более сильным проявлением недобросовестности, чем простое знание контрагента о намерении должника причинить вред кредиторам, в связи суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания спорных перечислений недействительными сделками.

Довод апелляционной жалобы о том, что в нарушение положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом не была дана оценка каждому доказательству, представленному в материалы дела, на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств отклоняется, как необоснованный и противоречащий тексту обжалуемого судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для признания спорных перечислений денежных средств недействительными сделками по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что обязательство как таковое возникает не в момент вынесения судебного акта, поскольку такой акт лишь констатирует факт наличия соответствующего обстоятельства. Как указывалось ранее, обязательства перед ООО «ГрупЭм» возникли уже по состоянию на 31.03.2017г., что, в частности, подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019г. по делу А40-108486/2018.

Довод апелляционной жалобы о том, что в нарушение норм Закона о банкротстве судом первой инстанции сделаны выводы о недействительности сделки, оспариваемой по пункту 2 статьи 61.2 на основании пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве отклоняется, как ошибочный. Само по себе указание в мотивировочной части сведения о том, что размер денежных средств, перечисленных в пользу ответчика превышает 1% балансовой стоимости имущества должника на последнюю отчетную дату, предшествующей дате сделки, не говорит о том, что суд первой инстанции применил презумпцию, установленную пунктом 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве.

В апелляционной жалобе ФИО2 выражает несогласие с примененными судом первой инстанции последствиями недействительности сделок, в том числе в части взыскания с него суммы, уплаченного налога на доходы физического лица.

Удержание суммы налога на доходы физического лица и ее выплата, по смыслу статьи 228 Налогового кодекса Российской Федерации осуществляется фактически за счет средств физического лица, в отношении которого должником производилась выплата дохода.

Согласно пункту 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 настоящего кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Перечисление налоговым агентом налога на доходы физических лиц, плательщиком которого является физическое лицо, само по себе не может возлагать на налоговый орган в случае признания недействительным такого перечисления обязанности по возврату данной суммы налога в конкурсную массу, так как по смыслу статей 2 и 4 Закона о банкротстве к денежным обязательствам и обязательным платежам должника относятся те обязательства, которые должны быть исполнены именно за счет средств (имущества) самого должника.

Указанная правовая позиция согласуется с судебной практикой, в частности, отражена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 23.07.2020г. № Ф05-7724/2020 по делу № А40-250974/2019, в котором суд указал на то, что согласно нормам Налогового кодекса Российской Федерации налог на доходы физических лиц, в случае удержания ООО «Энергосервис» как налоговым агентом, подлежит взысканию с ФИО5, поскольку в случае исчисления сумма налога входит в состав начисленных и выплаченных дивидендов.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения Арбитражного суда города Москвы 28.12.2020г. и удовлетворения апелляционной жалобы.

По сути доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию ФИО2 с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции. 

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

          Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2020г. по делу № А40-39250/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      Ж.Ц.Бальжинимаева 

Судьи:                                                                                                  Ю.Л. Головачева

                                                                                                       А.А.Комаров