АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9820/21 

Екатеринбург

25 мая 2023 г.

 

Дело № А60-54668/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 мая 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Павловой Е. А., Шершон Н. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 (далее – ответчик, заявитель кассационной жалобы), ФИО2 (далее – должник, заявитель кассационной жалобы) на определение  Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2022 по делу № А60-54668/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа. 

В судебном заседании приняли участие:

представитель общества с ограниченной ответственностью «Гризли Дайнер» (далее – общество «Гризли Дайнер», кредитор) – ФИО3 (удостоверение адвоката, доверенность от 29.10.2020);

представитель ФИО2 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 15.02.2023);

представитель ФИО1 – ФИО5 (удостоверение адвоката, доверенность от 27.10.2022 № 66 АА 7607357);

представитель ФИО6 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 25.06.2022 № 66 АА 738779);

представитель ФИО8 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 22.07.2021 № 66 АА 6447082).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационные жалобы общество «Гризли Дайнер» приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.11.2020 принято к производству заявление общества «Гризли Дайнер» о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.12.2020 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 09.03.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9

Общество «Гризли Дайнер» 08.07.2022 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками платежей, совершенных супругой должника ФИО8 в период с 25.01.2018 по 01.12.2020 в пользу ФИО1 в общей сумме 686 000 руб., и о применении последствий недействительности данных сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 686 000 руб.; в качестве правового обоснования заявленных требований кредитор ссылался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2022 заявление кредитора общества «Гризли Дайнер» удовлетворено; признаны недействительными сделки по перечислению супругой должника ФИО8 в пользу ФИО1 денежных средств в общей сумме 686 000 руб., в порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО1 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 686 000 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и  ФИО2 обратились в суд округа с кассационными жалобами, в которых просят определение от 20.12.2022 и постановление от 09.03.2023 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В своей кассационной жалобе ФИО1 указывает, что при рассмотрении судом апелляционной инстанции предмета спора как совокупность разных сделок, необходимо было разрешить вопрос о применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве к каждому конкретному перечислению денежных средств; отмечает, что не могут быть признаны недействительными сделки, совершенные любым из супругов в целях обеспечения текущих потребностей семьи (приобретение товаров и услуг повседневного спроса и необходимых для исполнения текущих обязательств и обязанностей), однако суд применяет к отношениям физических лиц в сфере бытовых услуг положения законодательства, регулирующего вопросы банкротства субъектов предпринимательства, отношения которых обязаны быть в силу закона формализованными; настаивает, что существенные условия для признания ФИО1 аффилированным лицом в настоящем деле отсутствуют; неверный вывод об аффилированности ответчика повлек ошибочный вывод об осведомленности ФИО1 о финансовом состоянии должника; отношения ФИО2 и ФИО1 не предполагали финансовой заинтересованности (они не вели совместного бизнеса, не находились в заемных или иного рода отношениях, при которых платежеспособность ФИО2 имела бы значение), интерес ФИО1 к должнику не обязывал интересоваться его финансовым положением, тем более не имелось никаких иных обстоятельств, которые требовали бы от ФИО1 выяснять платежеспособность ФИО2 в публичных источниках; то обстоятельство, что должник регулярно оплачивал услуги ответчику подтверждает наличие у него дохода в соответствующем размере.

В своей кассационной жалобе должник указывает на нарушение судами норм процессуального права; полагает, что в материалах обособленного спора не имеется доказательств извещения управляющего о рассмотрении обособленного спора; то обстоятельство, что управляющий не выразил прямой интерес в оспаривании сделок, свидетельствует об отсутствии каких-либо претензий и автоматическом одобрении правомерности платежей; отмечает, что вопрос аффилированности ФИО1 уже являлся предметом оценки и исследования суда в рамках иного обособленного спора, по результатам которого не установлено признаков заинтересованности ФИО1 к должнику; каких либо достоверных и допустимых доказательств изменения обстоятельств с мая 2017 года взаимоотношений между должником и ФИО1 применительно к нормам статьи 19 Закона о банкротстве материалы дела не содержат; настаивает, что записи в страховом полисе не являются подтверждением фактического пользования транспортным средством либо правом владения им должником.

Должник указывает, что в период с января 2017 года по май 2020 года осуществлял трудовую деятельность, какой-либо автомобиль в семье П-ных не мог быть использован, так как автомобиль марки Мицубиси Аутлендер был продан третьему лицу; в целях поддержания репутации и своевременного исполнения обязательств по монтажу и запуску хлебопекарни должник обращался к ФИО1 для оказания транспортных услуг по доставке в пекарню «Хлеб и булки» мелкого негабаритного оборудования прибегал к услугам по их перевозки ФИО1; при оказании такого рода услуг ФИО1 должник компенсировал расходы на горюче-смазочные материалы; ФИО1 также оказывал услуги для перевозки дочери должника и сценических костюмов, посуды и кухонного инвентаря от поставщика общества с ограниченной ответственностью «Посуда Европы», для перевозки должника и его представителей в г. Пермь для участия в судебных заседаниях. По мнению должника, судами не дана оценка совокупности перечисленных банковских операций должником в пользу ФИО1 с учетом иных банковских операций по лицевому счету супруги – ФИО8 за указанный период; суммы платежей и их размер не являются постоянными; судами не дана оценка отношениям с точки зрения обычных бытовых отношений, что в деле о банкротстве гражданина имеет существенное значение.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Гризли Дайнер» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационных жалоб в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе анализа поступившей в материалы дела выписки по счету супруги должника ФИО8, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (далее – Банк) обществом «Гризли Дайнер» установлено, что в период с 25.01.2018 по 01.12.2020 с расчетного счета ФИО8 в пользу ФИО1 перечислены денежные средства в общей сумме 686 000 руб.

Полагая, что оспариваемые платежи совершены в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов, кредитор общество «Гризли Дайнер» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о доказанности конкурсным кредитором совокупности условий, необходимых для признания сделок недействительными по заявленным основаниям.

При этом суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, данных в пунктах 5, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) следует, что, в силу указанной выше нормы, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При наличии указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

Согласно пункту 7 постановления № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника с учетом установленных презумпций по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Как указывалось выше, в рамках настоящего спора оспариваются сделки (действия) по перечислению денежных средств с расчетного счета супруги должника ФИО8 в пользу ФИО1 в общей сумме 686 000 руб.

Из материалов дела судами установлено, что с 19.07.1997 должник ФИО2 состоит в зарегистрированном браке с ФИО8, соответственно, оспариваемые сделки по перечислению денежных средств квалифицированы судами как совершенные в период брака с должником в отношении совместно нажитого имущества.

Материалами дела установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству определением от 05.11.2020.

Как установлено судами, оспариваемые платежи были совершены в период с 25.01.2018 по 01.12.2020, то есть как в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, так и после возбуждения дела о банкротстве должника, соответственно, совершенные платежи подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и могут быть оспорены по данному основанию.

Исследовав обстоятельства существования признаков неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемой сделки, принимая во внимание, что на момент совершения оспариваемого платежа у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе включенными в реестр требований кредиторов должника – перед обществом «Гризли Дайнер», что подтверждается постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2017 по делу № А60-41452/2016, согласно которому с должника в пользу общества «Гризли Дайнер» взыскано 509 000 руб. убытков; определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.10.2019 по делу № А60-1247/2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2020 по тому же делу, согласно которому с должника в пользу общества «Гризли Дайнер» взыскано 350 000 руб. убытков; решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2019 по делу № А60-25113/2018, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2020, которым с должника в пользу общества «Гризли Дайнер» взыскано 18 118 305 руб. убытков, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что на момент совершения оспариваемого платежа должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Анализируя представленные доказательства и исследуя взаимоотношения сторон сделки, суды первой и апелляционной инстанций, принимая во внимание доводы должника и ответчика о наличии между ними заключенного в устной форме договора перевозки; оценив указанное как свидетельство существования между данными лицами таких отношений, которые не предполагали их формализации путем изложения достигнутых договоренностей в письменной форме; признав, что подобный подход к ведению дел не свойственен для независимых контрагентов, поскольку наиболее типичной является простая письменная форма договора; заключив, что использование устной формы договора при системности тех отношений, на существовании которых настаивали должник и ответчик, указывает на наличие более тесных фидуциарных отношений; учитывая, что факт знакомства должника и ответчика последними не отрицался, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что спорные платежи совершены в пользу лица с признаками фактической аффилированности (заинтересованности) по отношению к должнику.

Принимая во внимание установленные судами обстоятельства фактической аффилированности ФИО1 по отношению к должнику, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии презумпции информированности ФИО1 о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, которая документально в настоящем споре не опровергнута.  

Рассматривая доводы кредитора о недействительности сделок по перечислению супругой должника денежных средств в сумме 686 000 руб., исследуя вопрос о получении должником встречного предоставления со стороны ответчика и занимаемую должником и ответчиком позицию о том, что ФИО1 оказывал семье П-ных транспортные услуги; отметив, что в материалы дела не было представлено достаточных относимых и допустимых доказательств, раскрывающих реальный характер взаимоотношений между ФИО1 и должником; констатировав неподтвержденность факта оказания каких-либо транспортных услуг ответчиком должнику и существования каких-либо иных гражданско-правовых отношений между должником и ФИО1, суды первой и апелляционной инстанций заключили о причинении вреда имущественным правам кредиторов необоснованным уменьшением потенциальной конкурсной массы и об отсутствии оснований для перечисления супругой должника денежных средств в общей сумме 686 000 руб.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что сторонами не раскрыто, какие именно и куда совершал поездки должник в течение всего 2018 года и в первые 3 месяца 2019 года, учитывая отсутствие трудоустройства в данный период, при том, что в указанный период (до этого и в последующем) он владел и управлял, с его слов, автомобилем Land Rover Freelander, принадлежащим его отцу; с учетом того, что в спорный период, владея и управляя автомобилем Land Rover Freelander, должник самостоятельно осуществлял многочисленные поездки за пределы г. Екатеринбурга, в том числе в г. Пермь, суды заключили об отсутствии экономической целесообразности в оказываемых ответчиком услугах транспортировки и перевозки на принадлежащем ему автомобиле.

При исследовании обстоятельств наличия у должника дохода в достаточном размере, необходимого для покрытия оказываемых ответчиком транспортных услуг; установив, что с сентября 2019 года по май 2020 года должник являлся работником общества «Хлебный дом», с октября 2019 года по февраль 2020 года – общества с ограниченной ответственностью «Константа+», с января 2017 года по апрель 2018 года – общества с ограниченной ответственностью «Гризли Дайнер», с января 2017 года по апрель 2018 года – общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Гризли», с апреля 2019 года по сентябрь 2019 года – общества с ограниченной ответственностью «Хуторок»; при этом вознаграждение должник получал только от обществ «Хлебный дом», «Константа+» и «Хуторок»; отметив, что с 2017 года должник не получал и не мог получать доход в обществе «Гризли Дайнер» и обществе «Управляющая компания «Гризли», поскольку с конца 2016 года указанные общества, руководителем которых являлся должник, прекратили осуществление финансово-хозяйственной деятельности, а в последующем были признаны банкротами; исходя из того, что совокупный доход должника в период с января 2017 года мог быть не выше 20 923 руб. 05 коп. или 17 871 руб. 77 коп. за 4 года (с 2017 года по 2020 год); размер только безналичных платежей ответчику в течение 2018 – 2020 г.г. составил 79,96% от всего дохода должника за период с 2017 по 2020 г.г.;  исходя из того, что покупка топлива осуществлялась за пределами г. Екатеринбурга, в спорный период должник осуществил платежи в организации, реализующих горюче-смазочные материалы, на общую сумму 224 426 руб. 55 коп., что свидетельствует об активном использовании транспортного средства и опровергает доводы об использовании автомобиля Land Rover Freelander только в пределах г. Екатеринбурга на незначительные расстояния – суды первой и апелляционной инстанций заключили, что оснований полагать, что должник, владея и управляя автомобилем Land Rover Freelander, не работая в течение 2018 года, февраля – марта 2019 года, апреля 2020 года и все оставшееся время, не мог самостоятельно удовлетворять заявленные потребности в транспортном средстве и нуждался в получении услуг по аренде автомобиля Toyota Land Cruiser – не имеется. 

При этом судом апелляционной инстанции отмечено, что из письма Российского союза автостраховщиков от 25.08.2022 следует, что начиная с 01.02.2012 и по настоящее время должник последовательно был включен в полисы ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению автомобилем Land Rover Freelander (государственный регистрационный знак 

<

***>); в материалы дела о банкротстве был представлен отзыв ФИО6 от 19.09.2022 с приложением полисов ОСАГО, из которых следовало, что должник включен в полис в качестве лица, допущенного к управлдению автомашиной ВАЗ 21093, а сам должник пояснял, что отсутствие трудоустройства не создавало для него каких-либо препятствий в использовании автомобиля ВАЗ 21093 и несении затрат по его поддержанию в технически исправном состоянии.

Исходя из вышеназванных положений действующего законодательства и соответствующих разъяснений, а также из установленных фактических обстоятельств дела, учитывая отсутствие каких-либо заслуживающих доверия документов, подтверждающих основание перечисления супругой должника денежных средств в сумме 686 000 руб., а также существования отношений по оказанию транспортных услуг в принципе или задолженности по нему, приняв во внимание, что оспариваемые платежи совершены в пользу заинтересованного лица, которое не могло не знать о неплатежеспособности должника; установив, что оспариваемые сделки совершены в момент, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; действия сторон были направлены на вывод имущества должника и в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов в виде уменьшения конкурсной массы должника без получения равноценного встречного исполнения, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии в рассматриваемом случае всей совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем признали спорные перечисления недействительными.

В данном случае, поскольку спорные перечисления денежных средств осуществлены без встречного предоставления, учитывая, что ответчиком не представлены доказательства наличия у него каких-либо правоотношений и денежных обязательств с должником; принимая во внимание, что спорное имущество (денежные средства) является совместно нажитым имуществом ФИО2 и его супруги ФИО8; установив отсутствие в материалах дела доказательств установления режима раздельной собственности в отношении какого-либо приобретенного в период брака имущества, в порядке применения последствий недействительности сделок, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве, признав спорные платежи недействительными, применили последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу денежных средств в сумме 686 000 руб.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы кассационной жалобы ответчика о необходимости разрешения вопроса о применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве к каждому конкретному перечислению денежных средств, судом округа отклоняются. 

Согласно пункту 19 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 № 307-ЭС16-3765(4,5).

Исходя из сложившейся судебно-арбитражной практики совокупность таких признаков, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, общее хозяйственное назначение проданного имущества, консолидация всего отчужденного по сделкам имущества в собственности одного лица, может служить основанием для квалификации сделок как взаимосвязанных (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.09.2009 № 6172/09).

Установление экономической целесообразности сделки подразумевает выявление экономического результата и деловой цели сделки. При этом заявитель, оспоривший совершенные платежи, приводит разумные доводы относительно недобросовестных действий сторон и указал, что в результате их совершения у должника выбыло имущество в пользу заинтересованного лица без предоставления какого-либо встречного исполнения.

В рассматриваемом случае, суды, исследовав характер и период совершенных платежей,  оценив пояснения ответчика и должника о мотивах совершенных платежей (оказание услуг по перевозке), пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемые платежи представляют собой взаимосвязанные сделки, объединенные единой целью и фактически совершенные с целью сокрытия имущества ФИО2 (вывода активов должника) и недопущению в последующем включения соответствующего имущества в конкурсную массу, а, значит, имеются основания для признания их недействительными.

Вопреки доводам кассационных жалоб о том, что в рамках дела о банкротстве гражданина не могут быть признаны недействительными сделки, совершенные в целях обеспечения текущих потребностей семьи (приобретение товаров и услуг повседневного спроса и необходимых для исполнения текущих обязательств и обязанностей), суды по результатам исследования и оценки всех обстоятельств спора заключили, что действия сторон по перечислению ФИО1 платежей следует расценивать как попытку вывести ликвидное имущество от возможного обращения на него взыскания, что причинило вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет переданного по оспариваемой сделке имущества, при этом, в силу фактически одностороннего характера сделки, должник никакого встречного исполнения по ней не получил, что признано достаточным для вывода о квалификации сделки в качестве подозрительной; оснований считать, что спорные платежи являются обычными бытовыми сделками, в отсутствие достоверных доказательств реальности тех правоотношений между семьей П-ных и ФИО1, на наличие которых ссылались последние при рассмотрении спора – судами обоснованно не установлено. 

В части доводов о недоказанности аффилированности ФИО1 и должника, суд округа отмечает следующее. 

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Установленная по отношению к должнику фактическая аффилированность ФИО1, а также обстоятельства совершения сделок позволили судам презюмировать его осведомленность о цели совершения должником оспариваемых сделок и перенести на него обязанность доказывания обратного. Между тем ФИО1 в материалы настоящего обособленного спора не представлено доказательств, исключающих его осведомленность о совершении в его пользу платежей с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Делая вывод о наличии заинтересованности между должником и ответчиком, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и учли как наличие между должником и ответчиком дружеских отношений, носящих длительный лично-доверительный характер, сложившиеся до совершения спорной сделки, так и отсутствие какого-либо задокументированного оформления отношений, обусловленных именно фидуциарным характером отношений между должником и ответчиком, что несвойственно для не связанных друг с другом лиц, которые стремятся обезопасить себя от возможных притязаний, в том числе оформляя письменные документы для подтверждения действительных оснований сделок, что в совокупности с фактом совершения платежей после возникновения у ФИО2 обязательств перед обществом «Гризли Дайнер» послужило основанием для вывода о совершении сделки с заинтересованным лицом с целью вывода из конкурсной массы ликвидного имущества.

При этом отклоняя доводы должника и ответчика о наличии вступившего в законную силу судебного акта, которым по состоянию на 10.05.2017 не установлена аффилированность ФИО1 по отношению ФИО2, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что отсутствие аффилированности по состоянию на 10.05.2017 не свидетельствует, что такая аффилированность, в том числе фактическая, не может возникнуть и не возникла в последующем, а вывод об отсутствии аффилированности в 2017 году, не исключает вывода о ее наличии с 2018 года, учитывая изменение состояния фактических взаимоотношений сторон; с учетом того, что в рамках данного обособленного спора должник и ответчик настаивали на том, что в период с 2018 года по 2020 год между ними имелись договорные отношения, которые не были как-либо формализованы, что является нехарактерным для независимых участников гражданского оборота, которые, напротив, как правило, стремятся придать своим отношениям официальный характер, закрепив их в соответствующих документах (договоры, протоколы и проч.); суды заключили о том, что вывод о недоказанности наличия аффилированности ответчика и общества «Гризли Дайнер» по состоянию на 10.05.2017 не имеет преюдициальное значение по вопросу о наличии аффилированности между ответчиком и должником в период с 2018-2020, поскольку свойством преюдиции обладают не выводы, а установленные по делу обстоятельства.

Доводы заявителя кассационной жалобы об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения спорных перечислений, судом округа отклоняются, поскольку, во-первых, противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судами нижестоящих инстанций, которые исходили как из наличия на момент совершения платежей неисполненных обязательств перед внешними кредиторами, так и из превышения обязательств должника над его активами, а во-вторых, суды, исследуя условия для признания сделок недействительными, пришли к выводу о безосновательном перечислении должником денежных средств в пользу ФИО1

Доводы должника о подтвержденности материалами дела фактического предоставления со стороны ФИО1 встречного исполнения – оказания услуг транспортного характера, связанных с перевозкой и транспортировкой посредством личного транспортного средства предметов и ценностей, основанием для отмены состоявшихся судебных актов не является.

При исследовании возражений и пояснений должника и ответчика о совершении последним действий, связанных с транспортировкой должника и его представителей в судебные заседания в г. Перми, перевозке дочери должника и ее сценических костюмов до места выступлений, доставкой кухонной утвари между обществом «Посуда Европы-Екатеринбург» и акционерным обществом «Хорека Кольцово», агрегатов для обеспечения производственной деятельности общества «Хлебный дом», суд апелляционной инстанции, отметив, что впервые указанные доводы были заявлены лишь на стадии апелляционного обжалования; приняв во внимание, что в спорный период должник не был трудоустроен, имел в пользовании личное транспортное средство (Land Rover Freelander), что позволяло ему самостоятельно удовлетворять указанные потребности;  исходя из того, что разумных оснований полагать, что являвшийся по состоянию на 07.02.2019 нетрудоустроенным, не имеющим доходов как минимум с 01.01.2017, должник, за свой счёт понёс расходы по оплате проезда представителя общества «Управляющая компания «Гризли» из г. Екатеринбург в г. Пермь и обратно дорогостоящим автомобилем – не имеется; какой-либо взаимосвязи между перечислением 26.02.2019 на счёт ответчика 20 000 руб. и присутствием представителя общества «Управляющая компания «Гризли» в судебном заседании 07.02.2019 не усмотрено; равным образом, как приложенный к письменным пояснениям договор поставки от 16.01.2017 № 5-17 между обществом «Посуда Европы-Екатеринбург» и обществом «Хорека Кольцово» не признан реальным доказательством того, что по данному договору осуществлялась поставка и в спорный период, а также того, что доставка кухонной утвари осуществлялась с использованием транспортного средства Toyota Land Cruiser, принадлежащего ответчику, - суд апелляционной инстанции заключил о недоказанности материалами дела  необходимости оказания семье должника ФИО1 транспортных услуг, связанных с перевозкой, транспортировкой и доставкой, путем использования транспортного средства ответчика Toyota Land Cruiser.

Судами также отмечено, что в спорный период ответчик является руководителем общества с ограниченной ответственностью «Агрострой-Инвест» и общества с ограниченной ответственностью «Фармстрой», что противоречит ранее представленным пояснениям о том, что ФИО1 не был трудоустроен в период оказания услуг семье должника; с учетом того, что отсутствие у ответчика доходов от указанных выше организаций вовсе не исключает того, что в спорный период ответчик был трудоустроен у иного работодателя; отметив, что само по себе трудоустройство ответчика в спорный период к предмету спора не относится и правового значения не имеет, поскольку участниками спора не доказан сам факт заключения и исполнения договора аренды транспортного средства с экипажем или договора перевозки, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно не установили обстоятельств, позволяющих согласиться с предложенной должником и ответчиком версией событий, при которой ответчику производились значительные суммы оплат во исполнение обязательств по существующим отношениям транспортировки и перевозки.  

Таким образом, не раскрыв реальную причину перечислений должником на счет ответчика денежные средства в размере 686 000 руб., не предоставив документы о получении должником от ответчика встречного предоставления, стороны оспариваемой сделки приняли на себя соответствующие риски (статья 9 АПК РФ)

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в принятых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела, имеющимся доказательствам и нормам права.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Поскольку при подаче кассационной жалобы ФИО2 не уплатил государственную пошлину, с заявителя в доход федерального бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 3000 руб. (пункт 12 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2022 по делу № А60-54668/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 3000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    Е.А. Павлова 

 

                                                                                              Н.В. Шершон