﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-1424/2020

г. Краснодар

14 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 апреля 2021  года

Полный текст постановления изготовлен 14 апреля 2021 года 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Афониной Е.И., судей Аваряскина В.В. и Коржинек Е.Л., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапожонковой А.А. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания, от истца – Управления Федеральной антимонопольной службы России по Республике Северная Осетия – Алания (ИНН 1501004390, ОГРН 1021500584148) – Джилоевой В.В. (доверенность от 11.01.2021), от ответчиков: государственного казенного учреждения «Управление капитального строительства Республики Северная Осетия – Алания» (ИНН 1502045871, ОГРН 1031500252772) – Хасцаева В.В. (доверенность от 19.10.2019), открытого акционерного общества «Моздокская передвижная механизированная колонна № 3» (ИНН 1510008048, ОГРН 1021500919549) – Неговорова Г.Ф. (директор), от третьих лиц: Министерства строительства и архитектуры Республики Северная Осетия – Алания – Бекузаровой В.К. (доверенность от 11.01.2021), Министерства здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания – Сасиевой Е.А. (доверенность от 15.12.2020), в отсутствие Министерства финансов Республики Северная Осетия – Алания и Правительства Республики Северная Осетия – Алания, рассмотрев кассационные жалобы Министерства строительства и архитектуры Республики Северная Осетия – Алания и государственного казенного учреждения «Управление капитального строительства Республики Северная Осетия – Алания» на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2020 по делу № А61-1424/2020, установил следующее.

УФАС России по Республике Северная Осетия – Алания (далее – управление) обратилось в арбитражный суд с иском ГКУ «Управление капитального строительства Республики Северная Осетия – Алания» (далее – учреждение) и ОАО «Моздокская передвижная механизированная колонна № 3» (далее – общество) со следующими требованиями: 

– признать  недействительной и отменить закупку учреждения от 22.04.2020 работ по строительству фельдшерско-акушерского пункта в пос. Тельмана Моздокского района Республики Северная Осетия – Алания на сумму 5 993 430 рублей путем заключения государственного контракта № 03 с единственным подрядчиком – обществом; 

– применить последствия недействительности сделки в виде возложения на общество обязанности вернуть учреждению денежные средства и возложения на учреждение обязанности возместить обществу фактически понесенные расходы от исполнения недействительного контракта. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство финансов Республики Северная Осетия – Алания; Министерство здравоохранения Республики Северная Осетия – Алания (далее – министерство здравоохранения); Правительство Республики Северная Осетия – Алания; Министерство строительства и архитектуры Республики Северная Осетия – Алания (далее – министерство). 

Решением Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 18.08.2020 по делу № А61-1424/2020 в удовлетворении исковых требований отказано в полностью.

Постановлением апелляционного суда от 28.12.2020 решение от 18.08.2020 отменено, исковые требования управления удовлетворены. Суд признал недействительным государственный контракт от 22.04.2020 № 03, заключенный учреждением и обществом,  применил последствия недействительности сделки, взыскав с общества в пользу учреждения 5 993 430 рублей.

В кассационной жалобе министерство строительства и архитектуры просит отменить апелляционное постановление и оставить в силе решение суда. Заявитель указывает, что в письме от 20.05.2020 № МЕ/41995/20 ФАС Российской Федерации сообщила о возможности применения пункта 9 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее –  Закон № 44-ФЗ) при условии соблюдения порядка, указанного в совместном письме Минфина России от 03.04.2020 № 24-06-05/26578, МЧС России от 03.04.2020 № 219-АГ-70, ФАС России от 03.04.2020 № МЕ/28039/20. Сложившаяся на момент заключения контракта ситуация имела чрезвычайный и непредотвратимый характер, в связи с чем являлась обстоятельством непреодолимой силы. Апелляционный суд не учел, что для применения положений статьи 93 Закона № 44-ФЗ введения режима чрезвычайной ситуации. Введение режима повышенной готовности Указом Главы Республики Северная Осетия – Алания от 18.03.2020 № 80 «О введении режима повышенной готовности в Республике Северная Осетия – Алания» являлось достаточным, так как согласно названным письмам  Минфина России от 03.04.2020 № 24-06-05/26578, МЧС России от 03.04.2020 № 219-АГ-70, ФАС России от 03.04.2020 № МЕ/28039/20 само по себе распространение новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19, является обстоятельством непреодолимой силы. С учетом ухудшающейся эпидемиологической обстановки в Моздокском районе Республики Северная Осетия – Алания (район является самым труднодоступным), и обращения министерства здравоохранения (в письме от 31.03.2020 № 1636/и) закупка носила неотложный характер, в связи с чем применение конкурентных способов определения поставщика (на торгах), требующих затрат времени, было нецелесообразно.  Апелляционный суд ошибочно посчитал, что приказ министерства здравоохранения от 28.03.2020 года № 255 «О временном порядке организации деятельности медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 в Республике Северная Осетия – Алания» не распространяется на фельдшерские, фельдшерско-акушерские пункты и врачебные амбулатории, поскольку на данные объекты здравоохранения непосредственно не возложены обязанности по оказанию медицинской помощи и организации специализированного лечения граждан с новой коронавирусной инфекцией COVID-19. Медицинские организации, оказывающие первичную медикосанитарную помощь, обеспечивают забор мазка из носо- и ротоглотки в день обращения с первичным осмотром и дальнейшую передачу биологического материала от пациентов (мазки из носо- и ротоглотки) при подозрении на новую коронавирусную инфекцию COVID-19 в лаборатории медицинских организаций, имеющих эпидемиологическое заключение на работу с III и IV группами патогенности. Данное обстоятельство подтверждено тем, что приказом министерства здравоохранения от 18.09.2020 № 772о/д спорный фельдшерский пункт в пос. Тельмана Моздокского района определен в качестве медицинской организации, оказывающей первичную медико-санитарную помощь населению в условиях распространения новой коронавирусной инфекции до периода стабилизации эпидемиологической ситуации на территории республики. Согласно представленному в материалы дела разрешению на ввод объекта в эксплуатацию площадь фельдшерского пункта составляет 79,4 кв. м, что в полной мере позволяет осуществлять весь комплекс работ, предусмотренный временным порядком организации первой медико-санитарной помощи в условиях распространения коронавирусной инфекции. Кроме того, суд не дал надлежащую оценку приобщенному в материалы дела протоколу заседания Президиума (штаба) Правительственной комиссии по региональному развитию в Российской Федерации от 22.04.2020 № 3, в соответствии с которым высшим должностным лицам  субъектов Российской Федерации было поручено принять исчерпывающие меры, направленные на ускорение темпов конрактации и темпов освоения финансовых средств при возведении объектов капитального строительства в рамках принятых государственных программ и национальных проектов; рекомендовано взять на контроль ускоренное рассмотрение реализации проектов по строительству объектов медицинского назначения. Апелляционный суд неправомерно применил одностороннюю реституцию, взыскав с добросовестного подрядчика в пользу учреждения все полученные по контракту денежные средства в сумме 5 993 430 рублей, что приведет его к банкротству. При этом в материалы дела представлены документы, подтверждающие 100% готовность фельдшерского пункта (акт оконченного строительством объекта от 31.07.2020, заключение о соответствии построенного объекта проектно-сметной документации, разрешение на ввод объекта в эксплуатацию; право собственности на объект зарегистрировано за республикой в установленном законом порядке), и доказательства того, что цена контракта значительно занижена (5 993 430 рублей) по сравнению с аналогичной закупкой в 2019 году (6 918 485 рублей). Кроме того, по спорному контракту уменьшен срок выполнения работ с пяти месяцев до трех. Подрядчиком не преследовалась цель получения коммерческой прибыли, напротив, приложено максимум усилий для возведения необходимого объекта здравоохранения в кратчайшие сроки в условиях распространения в республике новой коронавирусной инфекции COVID-19.

В кассационной жалобе учреждение просит отменить апелляционное постановление и оставить в силе решение суда. По мнению заявителя, апелляционный суд не учел доводы и представленные в материалы дела доказательства, обосновывающие добросовестность и разумность действий заказчика при заключении оспариваемого контракта. В материалы дела представлены доказательства того, что ранее (05.08.2019) при более выгодных условиях (срок выполнения работ –  5 месяцев, а не 3 месяца, цена контракта составляла 6 918 485 рублей, а не 5 993 430 рублей как в оспариваемом контракте), на торгах была подана только одна заявка, что свидетельствует об отсутствии желающих выполнить работы по строительству аналогичного объекта и возможном признании торгов несостоявшимися, а следовательно, увеличении сроков заключения контракта. Спорный контракт заключен вследствие возникновения обстоятельств непреодолимой силы и для предупреждения и (или) ликвидации чрезвычайной ситуации, вызванной распространением новой коронавирусной инфекции. Апелляционный суд не принял во внимание, что окончательный перечень фельдшерских и фельдшерско-акушерских пунктов, несмотря на доведенные 04.03.2020 года лимиты, сформирован лишь 31.03.2020, что не позволило провести процедуры закупок ранее. В соответствии с Положением об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению, утвержденным приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15.05.2012 № 543н и представленным Минстроем Росии в материалы дела, приказом министерства здравоохранения от 18.09.2020 № 772 о/д подтверждена необходимость организации первичной медико-санитарной помощи, указано, что целью строительства фельдшерских и фельдшерско-акушерских пунктов, помимо прочего, является усиление мер по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции среди населения республики, путем обеспечения забора и хранения биоматериала. Управление не представило доказательств, подтверждающих неэффективное и нерациональное использование заказчиком бюджетных средств. Суд необоснованно применил одностороннюю реституцию.

Общество в отзыве на жалобы поддерживает доводы управления и учреждения, просит отменить постановление и оставить в силе решение суда первой инстанции.  

Управление в отзыве возражает против удовлетворения жалоб, просит оставить без изменения постановление апелляционной инстанции, считая его законным и обоснованным. 

 В судебном заседании представители участвующих в деле лиц высказали свои доводы и возражения.

Изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб и отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалобы не подлежат удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установили суды, 22.04.2020 учреждение (заказчик) и общество (подрядчик) на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ заключили государственный контракт № 03 (далее – контракт), по условиям которого на подрядчика возложена обязанность выполнить по заданию заказчика работы по объекту «Строительство фельдшерского пункта в пос. Тельмана, Моздокский район» в соответствии с графиком выполнения строительно-монтажных работ (приложение № 1), который является его неотъемлемой частью, и передать их заказчику, а на заказчика –  принять и оплатить выполненные работы в порядке и размере, установленном контрактом (пункт 1.1 контракта).

Цена контракта является твердой, определена на весь срок исполнения контракта и составляет 5 993 430 рублей (пункт 2.1 контракта). 

Выполнение работ осуществляется в срок с 22.04.2020 до 31.07.2020 (пункт 3.1 контракта).  Работы выполняются иждивением подрядчика (пункт 3.3 контракта). 

27 апреля 2020 года в управление поступило уведомление учреждения от 24.04.2020 о заключении 22.04.2020 на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ контракта с единственным подрядчиком (обществом) на выполнение работ по строительству фельдшерско-акушерского пункта в пос. Тельмана Моздокского района на сумму 5 993 430 рублей. 

В качестве основания для осуществления закупки у единственного поставщика в уведомлении указано, что в связи с пандемией коронавирусной инфекции C0VID-19 данная ситуация является обстоятельством непреодолимой силы, поэтому в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ закупки определенных товаров, работ, услуг вследствие непреодолимой силы могут осуществляться у единственного поставщика; заказчики вправе проводить закупки, направленные на профилактику, предупреждение, ликвидацию последствий распространения коронавирусной инфекции COV1D-19 на территории Российской Федерации в соответствии с названной нормой Закона о контрактной системе при условии наличия причинно-следственной связи между действиями по профилактике, предупреждению, ликвидации последствий распространения коронавирусной инфекции и предметом закупки; распространение новой коронавирусной инфекции носит чрезвычайный непредотвратимый характер, в связи с чем является обстоятельством непреодолимой силы (т. 1, л. д. 25). 

Управление по восьми государственным контрактам на строительство медицинских пунктов, в том числе по оспариваемому контракту, провело внеплановую камеральную проверку, по итогам которой в ЕИС размещен акт внеплановой камеральной проверки от 12.05.2020. 

По результатам проверки управление пришло к выводу о том, что контракт, заключенный учреждением с единственным подрядчиком, заключен с нарушением  части 5 статьи 24, части 2 статьи 59 и пункта 9 части 1 и части 4 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, является ничтожным, в связи с чем обратилось в арбитражный суд с иском.

Удовлетворяя заявленные требования, апелляционный суд правомерно руководствовался следующим.

Согласно статье 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации размещение заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд производится в соответствии с законодательством Российской Федерации о размещении заказов для государственных и муниципальных нужд. 

На основании статьи 1 Закона № 44-ФЗ указанным законом регулируются отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок (пункт 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ).

В соответствии со статьей 763 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

Под государственным или муниципальным контрактом понимается договор, заключённый от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд (пункт 8 статьи 3 Закона № 44-ФЗ).

В силу части 1 статьи 8 Закона № 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок.

Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок (часть 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ).

Апелляционный суд установил, что выделение денежных средств Республике Северная Осетия-Алания осуществлялось в соответствии постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2018 № 1732 «Об утверждении Правил предоставления и распределения в 2019 – 2020 годах иных межбюджетных трансфертов из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации в целях создания и замены фельдшерских, фельдшерско-акушерских пунктов и врачебных амбулаторий для населённых пунктов с численностью населения от 100 до 2 тыс. человек».

Таким образом, учреждение обязано было принять меры к организации конкурсных процедур для реализации программы строительства фельдшерско-акушерских пунктов на территории Республики Северная Осетия – Алания с момента финансирования строительства в январе 2020 года.

Статья 93 Закона № 44-ФЗ предусматривает условия закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Статьей 11 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» в пункт 9 части 1 статьи 93 № 44-ФЗ внесены изменения и указанный пункт изложен в следующей редакции: осуществления закупок товаров, работ, услуг при необходимости оказания медицинской помощи в неотложной или экстренной форме либо вследствие аварии, обстоятельств непреодолимой силы, для предупреждения (при введении режима повышенной готовности функционирования органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций) и (или) ликвидации чрезвычайной ситуации, для оказания гуманитарной помощи. При этом заказчик вправе осуществить закупку товара, работы, услуги в количестве, объеме, которые необходимы для оказания такой медицинской помощи либо вследствие таких аварии, обстоятельств непреодолимой силы, для предупреждения и (или) ликвидации чрезвычайной ситуации, для оказания гуманитарной помощи, если применение конкурентных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя), требующих затрат времени, нецелесообразно.

Под чрезвычайной ситуацией понимается обстановка на определенной территории, сложившаяся в результате аварии, опасного природного явления, катастрофы, распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, стихийного или иного бедствия, которые могут повлечь или повлекли за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей или окружающей среде, значительные материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности людей (часть 1 статьи 1 Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера»).

Суд апелляционной инстанции установил отсутствие в материалах дела доказательств объявления чрезвычайной ситуации на территории Республики Северная Осетия – Алания в спорный период.

В пункте 2 письма Минфина России № 24-06-05/26578, МЧС России № 219-АГ-70, ФАС России № МЕ/28039/20 разъяснено: поскольку распространение коронавирусной инфекции является обстоятельством непреодолимой силы, в такой период заказчик вправе осуществить закупку любых товаров, работ, услуг у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя), требуемых в связи с возникновением данных обстоятельств. При этом должна быть причинно-следственная связь между объектом закупки и возникновением обстоятельств непреодолимой силы.

Федеральная антимонопольная служба в письме от 18.03.2020 № ИА/21684/20 уточнила, что заказчики вправе проводить закупки, направленные на профилактику, предупреждение, ликвидацию последствий распространения коронавируса на территории Российской Федерации в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ при условии наличия причинно-следственной связи между совершением указанных действий и предметом закупки.

Таким образом, при распространении коронавирусной инфекции важным условием для возможности осуществления закупки в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ является наличие причинно-следственной связи между совершением действий, направленных на профилактику, предупреждение, ликвидацию последствий распространения коронавирусной инфекции, и объектом закупки. 

Приказом министерства здравоохранения от 28.03.2020 № 255 о/д «О временном порядке организации медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 в Республике Северная Осетия-Алания» во исполнение распоряжения Правительства Российской Федерации от 21.03.2020 № 710-р, приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространению новой коронавирусной инфекции COVID19», приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 27.03.2020 № 246н «О внесении изменений в приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19» для организации специализированного лечения граждан с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 определены следующие медицинские организации III и II уровня: 

 – ГБУЗ «Республиканская клиническая больница скорой медицинской помощи» М3 РСО-Алания; 

– ГБУЗ «Республиканская детская клиническая больница» М3 РСО-Алания; 

– Родильное отделение ГБУЗ «Правобережная центральная районная клиническая больница» М3 РСО-Алания.

Поскольку данным приказом установлен исчерпывающий перечень организаций лечения граждан с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 в республике, имеющих соответствующие лицензии на оказание медицинской помощи, отделения анестезиологии-реаниматологии, инфекционные отделения, оснащенные в соответствии с порядком оказания медицинской помощи и круглосуточным дежурством врачей-анестезиологов- реаниматологов,  а также круглосуточные лабораторно-диагностические службы, апелляционный суд обоснованно отклонил доводы ответчиков и министерства строительства и архитектуры об отнесении к таким организациям фельдшерских, фельдшерско-акушерских пунктов и врачебных амбулаторий для населенных пунктов.

Кроме того, фельдшерские и фельдшерско-акушерские пункты не отнесены к тем медицинским учреждениям, в которых может быть оказана помощь населению для лечения с новой коронавирусной инфекции, связи с недостаточной площадью помещений, отсутствием квалифицированного медицинского персонала и надлежащего оборудования.

Приказ Министерства Здравоохранения РСО-Алания №772о/д, которым фельдшерский пункт в пос. Тельмана Моздокского района определен в качестве медицинской организации, оказывающей первичную медико-санитарную помощь населению в условиях распространения новой коронавирусной инфекции до периода стабилизации эпидемиологической ситуации на территории РСО-Алания, принят лишь 18.09.2020, то есть спустя месяц после вынесения решения суда первой инстанции, поэтому обоснованно не принят во внимание апелляционным судом.

Исследовав представленные в дело доказательства, оценив их по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что строительство фельдшерско-акушерских пунктов в отдаленных населенных пунктах было предусмотрено Государственной программой, постановлением Правительства Российской Федерации  от 29.12.2018 № 1732 № «Об утверждении Правил предоставления и распределения в 2019 –  2020 годах иных межбюджетных трансфертов из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации в целях создания и замены фельдшерских, фельдшерско-акушерских пунктов и врачебных амбулаторий для населённых пунктов с численностью населения от 100 до 2 тыс. человек», и были  предприняты заблаговременные меры к выделению денежных средств из федерального бюджета, в отсутствие доказательств возникновения необходимости срочного строительства конкретных медицинских организаций (фельдшерских пунктов) в минимально короткие сроки в целях профилактики распространения коронавирусной инфекции, апелляционный суд пришел к правомерному выводу об удовлетворении заявленных требований.

Довод учреждения о том, что примененная судом апелляционной инстанции односторонняя реституция незаконна, надлежит отклонить ввиду следующего 

Согласно сложившейся судебной практике и разъяснениям, содержащимся в пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требовании Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

На основании пункта 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015  № 25 «О применении судами некоторых положении раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» посягающей на публичные интересы является сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом.

Договоры, при заключении которых допущено нарушение законодательства о закупках (заключение контракта не торгах, а в обход закона с единственным поставщиком), являются ничтожными в силу части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса, поскольку нарушают явно выраженный установленный названным Законом запрет, публичные интересы и интересы третьих лиц (потенциальных покупателей на торгах).

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом  2 стать 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость.

Признание государственного контракта ничтожной сделкой свидетельствует о выполнении обществом работ в отсутствие государственного контракта.

Поставка товара, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд при отсутствии государственного или муниципального контракта, не порождают у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 18045/12).

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, иной подход допускал бы поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных или муниципальных нужд в обход норм Закона № 44-ФЗ (статья 10 Гражданского кодекса).

Апелляционный суд также обоснованно исходил из того, что управление обратилось в суд с иском и заявлением о применении обеспечительных мер в виде приостановления исполнения контракта 12.05.2020, о чем обществу стало известно не позднее 28.05.2020  (почтовое уведомление 36200147574296; т. 1, л. д. 103). 

Поэтому апелляционный суд правильно указал, что подрядчик, продолжая выполнение строительных работ, не мог не знать о выполнении их при очевидном отсутствии обязательства. Однако выполнение строительных работ общество не прекратило и не приостановило.

Доводы кассационных жалоб не опровергают законность и обоснованность принятого судебного акта, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств. 

Переоценка доказательств и выводов суда апелляционной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в круг полномочий суда кассационной инстанции.

Основания для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта по доводам, приведенным в кассационных жалобах, отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2020 по делу № А61-1424/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий 							     Е.И. Афонина

Судьи 										     В.В. Аваряскин

										     Е.Л. Коржинек