ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-1400/2021

г. Вологда

29 мая 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 29 мая 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Корюкаевой Т.Г. и Марковой Н.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания Саакян Ю.В., 

         при участии от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Новгородской области представителя ФИО1 по доверенности от 08.04.2024; от общества с ограниченной ответственностью «Баугранд» представителя ФИО2 по доверенности от 25.09.2023, от ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 28.11.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференц-связи апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Новгородской области на определение Арбитражного суда Новгородской области от 04 марта 2024 года по делу № А44-1400/2021, 

 

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Новгородской области от 18.08.2021 (резолютивная часть объявлена 18.08.2021) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Строительное Эксплуатационное Управление 8» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; адрес: 173023, Великий Новгород, ул. Линейная, д. 25; далее – Должник) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Определением от 06.06.2022 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей. 

Определением от 18.07.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

Определением от 26.10.202 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей; конкурсным управляющим Должника утвержден ФИО7.

Федеральная налоговая служба (далее – Уполномоченный орган) 29.07.2022 обратилась в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками договоров участия в долевом строительстве от 29.05.2019 № 1/1, от 29.05.2019 № 2/2, от 04.06.2019 № 3/16, от 04.06.2019 № 4/17, от 03.12.2019 № 3н, от 03.12.2019 № 191/146, от 03.12.2019 № 192/138, договоров купли-продажи нежилого помещения от 09.12.2020 № 67/22н, от 09.12.2020 № 68/23н, заключенных Должником и обществом с ограниченной ответственностью «Баугранд» (далее – Компания); применении последствий недействительности сделки в виде возложения на Компанию обязанности возвратить в конкурсную массу Должника объекты недвижимости – подвальные помещения, расположенные по адресу: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43, а именно: № 1 с кадастровым номером 53:23:8000703:1116, общей площадью 191,70 кв. м, пом. 13н; № 2 с кадастровым номером 53:23:8000703:1117, общей площадью 56,60 кв. м, пом. 14н; с кадастровым номером 53:23:8000703:1156, общей площадь 5,40 кв. м, пом. 49н; с кадастровым номером 53:23:8000703:1157, общей площадью 6,40 кв. м, пом. 50н; трехкомнатную квартиру № 138 с кадастровым номером 53:23:8000703:1041, общей площадью 90,10 кв. м, расположенную по адресу: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43, кв. 138, и взыскания с Компании действительной стоимости в общем размере 6 785 900 руб. следующих объектов недвижимости: 

- подвального помещения с кадастровым номером 53:23:8000703:1104, общей площадью 52,50 кв. м, расположенного по адресу: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 53, пом. 3 Н; 

- трехкомнатной квартиры № 146 с кадастровым номером 53:23:8000703:1050, общей площадью 90,82 кв. м, расположенной по адресу: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 46, кв. 146; 

- подвального помещения с кадастровым номером 53:23:8000703:1126, общей площадью 4,90 кв. м, расположенного по адресу: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43, пом. 23 Н; 

- подвального помещения с кадастровым номером 53:23:8000703:1126, общей площадью 4,90 кв. м, расположенного по адресу: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43, пом. 23 Н. 

Определением от 09.09.2022 к участию в споре привлечена Компания в качестве лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, в соответствии со статьей 61.8 Федерального закона от 26.10.2002  № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением от 04.10.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО11. 

Определением суда от 16.06.2023, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023, заявление Уполномоченного органа удовлетворено в полном объеме.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.11.2023 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора определением суда от 04.03.2024 в удовлетворении заявления Уполномоченного органа отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, Уполномоченный орган обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять по делу судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции. Полагает, что соглашение от 18.11.2019 № 11/19 о зачете встречных однородных требований является ненадлежащим доказательством, при этом ссылаясь на содержание налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2019 год. Отмечает отсутствие документов, подтверждающих размер доходов, являющихся базой для расчета налога. Стороны сделок являются аффилированными лицами. Утверждает, что фактическая передача оспариваемых объектов недвижимости по договорам № 3н, 191/146 и 192/138 состоялась 27.02.2020 и 28.02.2020. Регистрация объектов недвижимости произведена 06.03.2020 (по договорам участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 03.12.2019 № 3 н, от 03.12.2019 № 191/146, № 192/138); фактическая передача объектов недвижимости по договорам от  04.06.2019 № 3/16 и №4/17, от 29.05.2019 № 1/1 и №2/2 состоялась 27.02.2020, регистрация объектов недвижимости по договорам участия в долевом строительстве произведена 11.03.2020. совершение сделок при неплатежеспособности Должника подтверждается материалами дела, в том числе бухгалтерским балансом Должника по состоянию на 31.12.2020. При указанных обстоятельствах податель жалобы полагает, что оспариваемые сделки совершены в условиях неплатежеспособности Должника при неисполненных обязательствах перед Уполномоченным органом в размере 6 658 294 руб. 57 коп., перед кредитором ФИО3 Доказаны основания для признания сделок недействительными в силу статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку сделки по продаже имущества Должника совершены без намерения создать присущие им правовые последствия, направлены на создание видимости перехода права к третьему лицу с целью избежания включения имущества в конкурсную массу Должника. 

В судебном заседании представитель Уполномоченного органа доводы жалобы поддержал. 

Представители кредитора ФИО3, Компании против удовлетворения жалобы возражали по основаниям, изложенным в отзывах. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили. Дело рассмотрено при имеющейся явке в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Заслушав объяснения участников спора, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке                         статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ввиду следующего. 

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223                   АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Как установлено судом первой инстанции, Должником (застройщик) и Компанией (участник долевого строительства) заключен ряд договоров             купли-продажи и договоров об участии в долевом строительстве: 

1) договор участия в долевом строительстве от 29.05.2019 № 1/1; предмет договора – подвальное помещение № 1 с кадастровым                                      номером 53:23:8000703:1116, общая площадь 201 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43. 

На момент подписания договора стоимость объекта долевого строительства составляет 780 000 руб. 

Расчет производится в соответствии с пунктом 2.2 договора –                   780 000 руб. в течение двух рабочих дней после регистрации договора путем внесения денежных средств на счет застройщика.

Актом приема-передачи от 27.02.2020 участнику долевого строительства  передано нежилое помещение в техническом подполье подвальное помещение № 13н с кадастровым номером 53:23:8000703:1116, общей площадью                   191,7 кв. м.

2) договор участия в долевом строительстве от 29.05.2019 № 2/2; предмет договора – подвальное помещение № 2 с кадастровым номером 53:23:8000703:1117, общая площадь 64 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43.

На момент подписания договора стоимость объекта долевого строительства составляет 180 000 руб.

Расчет производится в соответствии с пунктом 2.2 договора: 180 000 руб. в течение двух рабочих дней после регистрации договора путем внесения денежных средств на счет застройщика. 

Актом приема-передачи от 27.02.2020 участнику долевого строительства передано нежилое помещение в техническом подполье подвальное помещение № 14н с кадастровым номером 53:23:8000703:1117, общей площадью 56,6 кв. м. 

3) договор участия в долевом строительстве от 04.06.2019 № 3/16; предмет договора – подвальное помещение (кладовка № 16) с кадастровым номером 53:23:8000703:1156, общая площадь 5,45 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43. 

На момент подписания договора стоимость объекта долевого строительства составляет 45 000 руб.

Расчет производится в соответствии с пунктом 2.2 договора: 45 000 руб. в течение двух рабочих дней после регистрации договора путем внесения денежных средств на счет застройщика. 

Актом приема-передачи от 27.02.2020 участнику долевого строительства передано нежилое помещение в техническом подполье (кладовка № 49н) с кадастровым номером 53:23:8000703:1156, общей площадью 5,4 кв. м. 

4) договор участия в долевом строительстве от 04.06.2019 № 4/17; предмет договора – подвальное помещение (кладовка № 17) с кадастровым номером 53:23:8000703:1157, общая площадь 6,44 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43. 

На момент подписания договора стоимость объекта долевого строительства составляет 45 000 руб.

Расчет производится в соответствии с пунктом 2.2 договора: 45 000 руб. в течение двух рабочих дней после регистрации договора путем внесения денежных средств на счет застройщика. 

Актом приема-передачи от 27.02.2020 участнику долевого строительства передано нежилое помещение в техническом подполье (кладовка № 50н) с кадастровым номером 53:23:8000703:1157, общей площадью 6,4 кв. м. 

5) договор участия в долевом строительстве от 03.12.2019 № 192/138; предмет договора – трехкомнатная квартира № 138 с кадастровым номером 53:23:8000703:1041, проектная общая площадь с учетом лоджии 86,2 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43, кв. 138. 

На момент подписания договора стоимость объекта долевого строительства составляет 3 186 400 руб. 

Расчет производится в соответствии с пунктом 2.2 договора: в течение двух рабочих дней после регистрации договора путем внесения денежных средств на счет застройщика. 

Актом приема-передачи от 28.02.2020 участнику долевого строительства передана трехкомнатная квартира с кадастровым номером 53:23:8000703:1041, общей площадью 90,1 кв. м, в том числе жилой площадью 48,5 кв. м. 

6) договор участия в долевом строительстве от 03.12.2019 № 3н; предмет договора – подвальное помещение с кадастровым номером 53:23:8000703:1104, общая площадь 52,50 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43. 

Актом приема-передачи от 27.02.2020 участнику долевого строительства передано нежилое помещение № 3н с кадастровым номером 53:23:8000703:1104, общей площадью 52,5 кв. м. 

На момент подписания договора стоимость объекта долевого строительства составляет 1 512 000 руб. 

Расчет производится в соответствии с пунктом 2.2 договора: 1 512 000 руб. в течение двух рабочих дней после регистрации договора путем внесения денежных средств на счет застройщика. 

Впоследствии по договору купли-продажи от 11.02.2021 подвальное помещение продано ФИО8 за 4 000 000 руб. 

7) договор участия в долевом строительстве от 03.12.2019 № 191/146; предмет договора – трехкомнатная квартира № 146 с кадастровым номером 53:23:8000703:1050, проектная общая площадь с учетом лоджии 86,2 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43, кв. 146. 

На момент подписания договора стоимость объекта долевого строительства составляет 2 523 400 руб. 

Расчет производится в соответствии с пунктом 2.2 договора: 2 523 400 руб. в течение двух рабочих дней после регистрации договора путем внесения денежных средств на счет застройщика. 

Дополнительным соглашением от 11.01.2020 к договору № 191/146 стоимость объекта долевого строительства изменена и составляет 1 800 000 руб. 

Актом приема-передачи от 28.02.2020 участнику долевого строительства передана трехкомнатная квартира с кадастровым номером 53:23:8000703:1050, общей площадью 90,8 кв. м, в том числе жилой площадью 49,8 кв. м. 

Впоследствии по договору купли-продажи от 19.07.2022 № 1/7 квартира продана ФИО9 за 1 850 000 руб. 

8) договор купли-продажи нежилого помещения от 09.12.2020 № 67/22н; предмет договора – подвальное помещение с кадастровым номером 53:23:8000703:1126, общая площадь 4,90 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43. 

На момент заключения договора стоимость нежилого помещения определена сторонами в размере 122 500 руб.

Расчет за указанное помещение производится покупателем в полном объеме после подписания договора в течение двух часов (пункт 2.2 договора). 

Актом приема-передачи от 09.12.2020 нежилое помещение 22н, площадью 4,9 кв. м передано Компании.

Впоследствии по договору купли-продажи от 15.02.2021 № 1/22н подвальное помещение реализовано ФИО10 за 140 000 руб. 

9) договор купли-продажи нежилого помещения от 09.12.2020 № 68/23н; предмет договора – подвальное помещение с кадастровым номером 53:23:8000703:1127, общая площадь 4,90 кв. м, адрес объекта: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43. 

На момент заключения договора стоимость нежилого помещения определена сторонами в размере 122 500 руб. 

Расчет за указанное помещение производится покупателем в полном объеме после подписания договора в течение двух часов (пункт 2.2 договора). 

Актом приема-передачи от 09.12.2020 нежилое помещение 23н, площадью 4,9 кв. м передано Компании.

Впоследствии по договору купли-продажи от 16.04.2021 № 2/23н подвальное помещение реализовано ФИО11 за 120 000 руб. 

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, Уполномоченный орган ссылался на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 ГК РФ. 

Суд первой инстанции, принимая во внимание обязательные указания суда кассационной инстанции, при новом рассмотрении пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции апелляционная коллегия не находит.

В рассматриваемом случае производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Должника возбуждено определением суда от 17.03.2021, договоры купли-продажи нежилых помещений № 67/22н и 68/23н заключены 09.12.2020 в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Необходимым условием для признания сделки должника недействительной по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной этой сделки. При этом в части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной.

Из диспозиции названной нормы следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2)).

При оценке приведенных конкурсным управляющим доводов значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного исполнения по сделке со стороны покупателя, то есть о соответствии согласованной договором купли-продажи цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения.

Договоры купли-продажи нежилых помещений от 09.12.2020 № 67/22н и 68/23н, договоры об участии в долевом строительстве от 29.05.2019, 04.06.2019, 03.12.2019 заключены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 6.2 Закона о банкротстве.

При разрешении обособленного спора по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд обоснованно исходил из того, что в предмет доказывания входили следующие обстоятельства:

а) целевая направленность сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов;

б) причинение сделкой вреда имущественным правам кредиторов;

в) осведомленность сторон сделки (как минимум, потенциальная) о противоправности ее цели к моменту совершения сделки.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 5–7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), следует, что сделка, совершенная должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления может быть признана судом недействительной в случае, если оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности указанных выше обстоятельств.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества. При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота.

Соответственно, подлежит оценке добросовестность контрагента должника при сопоставлении его поведения с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника.

Судом приняты во внимание документально обоснованные возражения Компании против доводов заявителя о неравноценности встречного предоставления. 

Так, Компания ссылалась на заключенные с Должником соглашения о зачете встречных однородных требований от 10.12.2020 № 3/20 и 4/20, в соответствии с которыми произведен зачет взаимных требований по обязательствам Компании в размере 245 000 руб., возникшим из договоров купли-продажи от 09.12.2020 № 67/22н и 68/23н, и обязательству Должника в размере 245 000 руб., возникшему из договора подряда от 27.08.2015 № 1. 

Судом установлено, что Должником и Компанией заключен договор подряда от 27.08.2015 № 1 на строительство многоквартирного жилого дома по адресу: Великий Новгород, ул. ФИО12, д. 43. В рамках исполнения данного договора в период с июля по сентябрь 2019 года Компания произвела работы по монтажу сетей наружного газоснабжения (акт выполненных работ от 30.09.2019 № 45) стоимостью 3 135 000 руб. Указанные работы выполнены в полном объеме привлеченным Компанией акционерным обществом «Инжкомсервис» (далее – Общество) на основании договора от 22.08.2018               № 267-18С. Компания за счет собственных средств оплатила работы Общества. Вместе с тем соответствующая оплата Должником выполненных и принятых работ до заключения соглашения о зачете встречных однородных требований от 18.11.2019 № 11/19 не производилась.

В целях исполнения своих обязательств по договору подряда от 27.05.2015 № 1 Компания в период с июля по сентябрь 2019 года произвела работы по монтажу трубопроводов холодного водоснабжения и канализации, труб и отопительных приборов системы отопления, а также приемочные испытания (акт выполненных работ от 30.09.2019 № 41) стоимостью 4 880 491 руб., без которых не представлялось возможным построить многоквартирный жилой дом и ввести его в эксплуатацию. Указанные работы выполнены в полном объеме привлеченными Компанией лицами: индивидуальными предпринимателями ФИО13 на основании договора подряда от 16.03.2018, ФИО14 на основании договора подряда от 03.05.2018. Компания оплатила выполненные Обществом работы за счет собственных средств, однако Должник оплату выполненных и принятых работ до заключения соглашения о зачете встречных однородных требований от 25.02.2020 № 01/20 не произвел.

Во исполнение обязательств по договору подряда от 27.05.2015 № 1 Компания в феврале 2020 года произвела работы по установке газового оборудования (счетчика, котлы, плиты), прокладке трубопроводов и их испытанию (акт выполненных работ от 29.02.2020 № 64) стоимостью                 5 500 000 руб., без которых не представлялось возможным построить многоквартирный жилой дом и ввести его в эксплуатацию. Указанные работы выполнены в полном объеме привлеченным Компанией Обществом на основании договора от 22.07.2019 № 22-19С. Компания за счет собственных средств оплатила выполненные Обществом работы, тогда как Должник оплату выполненных и принятых работ до заключения соглашения о зачете встречных однородных требований от 23.11.2020 № 2/20 не произвел.

Материалами дела в их совокупности и достаточности подтверждается выполнение работ по договору подряда и наличие задолженности Должника перед Компанией. Также материалами дела подтверждено, что обязанности по договору подряда Компания исполняла путем привлечения субподрядчиков, в том числе Общества, индивидуальных предпринимателей  ФИО13, ФИО14; работы субподрядчиков оплачены Компанией. 

Как верно указал суд в обжалуемом акте, объективных доказательств выполнения подрядных работ иными лицами материалы дела не содержат. 

Ко дню ввода многоквартирного жилого дома в эксплуатацию Должник и Компания имели взаимные обязательства (задолженность по договорам подряда – 8 015 491 руб., по договорам долевого участия – 7 548 400 руб.), в связи с чем заключили соглашения о зачете от 18.11.2019 № 11/19 на сумму 1 050 000 руб., от 25.02.2020 № 01/20 на сумму 4 700 руб., от 10.12.2020 № 3/20 на сумму 122 500 руб. и № 4/20 на сумму 122 500 руб. 

Следует отметить, что указанные зачеты в установленном порядке недействительными не признаны; требования субподрядчиков в настоящем деле не предъявлялись.

На данные обстоятельства указано судом кассационной инстанции в постановлении от 26.11.2023. Доказательств обратного при новом рассмотрении спора судам двух инстанций не представлено. Более того, аналогичные выводы также содержатся во вступившем в законную силу определении Арбитражного суда Новгородской области от 11.12.2023 о включении требований Компании в реестр требований кредиторов Должника. 

Вопреки доводам жалобы, факт аффилированности сторон договора подряда при наличии доказательств реальности исполнения договоров не свидетельствует о злоупотреблении правом сторонами оспариваемых договоров, а также об их ничтожности либо незаключенности.

Выражая сомнения относительно соглашения от 18.11.2019 № 11/19 о зачете встречных однородных требований, апеллянт ссылался на содержание налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2019 год. Предположил, что Должником не учтен полученный доход по указанному соглашению (полученный доход за налоговый период 27 134 руб., сумма исчисленного налога за период – 1 628 руб.); в отношении соглашений от 25.02.2020 № 01/20 на сумму 4 700 000 руб., от 10.12.2020 № 3/20 на сумму 122 500 руб. и № 4/20 на сумму 122 500 руб. ссылался на отсутствие у налогового органа документов, подтверждающих размер доходов, являющихся базой для расчета налога. 

Действительно, лицо, не участвовавшее в сделке, объективно ограничено в возможности по предоставлению в суд прямых доказательств отчуждения имущества должника. Однако это не освобождает его от обязанности по доказыванию обстоятельств спора, на которые оно ссылалось в заявлении.

Переложение на ответчика обязанности по доказыванию обстоятельств, на которые ссылался заявитель, противоречит принципу состязательности судебного процесса.

В данном случае апелляционная коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что возможные нарушения Должником налогового законодательства либо непредставление тех или иных документов налоговому органу не являются основанием для признания указанных зачетов недействительными.

Суд первой инстанции также справедливо отметил, что информация об объектах-аналогах, представленная Уполномоченным органом, не может служить надлежащим доказательством неравноценного встречного предоставления, поскольку сведения отражены без учета конкретных характеристик приведенных объектов; при этом стоимость квадратного метра объектов недвижимости с кадастровыми номерами 53:23:8000703:1126 и 53:23:8000703:1127 (25 000 руб./кв. м) несущественно отличается от объектов-аналогов (30 000 руб. и 28 571 руб./кв. м соответственно).

Вместе с тем доказательства, представленные участниками спора, опровергают доводы заявителя.

При таких обстоятельствах вывод суда о недоказанности обстоятельств в силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует признать законным и обоснованным.

Также обоснованным является вывод суда об отсутствии признаков неплатежеспособности Должника на момент заключения оспариваемых договоров, поскольку обязанность по уплате авансовых платежей возникла не ранее 12.05.2020; тогда как данные бухгалтерского баланса приведены по состоянию на 31.12.2020.

При этом судом правомерно отклонены доводы заявителя со ссылкой на разъяснения вышестоящей инстанции о том, что датой отчуждения объектов недвижимости следует считать дату регистрации (06.03.2020, 11.03.2020 и 15.12.2020), поскольку в рассматриваемом случае спорными сделками являются договоры участия в долевом строительстве, в связи с чем государственная регистрация по таким договорам не может быть осуществлена ранее окончания строительства, ввода многоквартирного жилого дома в эксплуатацию и передачи объектов недвижимости участникам долевого строительства. Данные бухгалтерской отчетности за 2018 и 2019 годы опровергают доводы Уполномоченного органа о наличии неплатежеспособности Должника.

С учетом представленного ФИО3 соглашения об изменении срока возврата займов до 31.12.2020, довод Уполномоченного органа о наличии задолженности Должника перед указанным кредитором не находит своего подтверждения.

Представитель ФИО3 в суде первой инстанции пояснил, что заявление о признании Должника несостоятельным банкротом с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов подано в 2021 году, когда срок обязательств по договорам займа уже наступил; ФИО3 не предъявлял неустойку за нарушение исполнений обязательств; ранее необходимости представлять соглашения об изменении сроков возврата займа не имелось. 

Выводы, изложенные в указанном определении, со стороны Уполномоченного органа опровергнуты не были. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств. 

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений. 

Исследовав имеющиеся доказательства, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд пришел к выводу, что совокупность признаков для признания сделок недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствует. 

Суд апелляционной инстанции вынужден согласиться с судом первой инстанции, не усмотревшим основания для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Уполномоченный орган полагает, что сделки по продаже имущества Должника совершены без намерения создать присущие им правовые последствия, направлены на создание видимости перехода прав к третьему лицу с целью невозможности включения спорного имущества в конкурсную массу Должника, поскольку государственная регистрация объектов недвижимости произведена 06.03.2020, 11.03.2020 и 15.12.2020; у Должника имелись признаки неплатежеспособности на указанные даты согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2020. 

Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве предназначен для пополнения конкурсной массы должника за счет возврата отчужденного им имущества во вред кредиторам или при неравноценном встречном предоставлении, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику. При доказанности юридического состава этих признаков недействительности сделки они подлежали квалификации по статье 61.2 Закона о банкротстве как специальной норме, регулирующей основания подозрительных сделок должника.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). В то же время исходя из того, что совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве. С учетом изложенного квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости.

Констатация недействительности ничтожной сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. 

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.  

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. 

В этой связи заинтересованной стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. 

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Судом правомерно указано, что основания для признания оспариваемых сделок мнимыми отсутствуют. 

Учитывая вышеизложенное, суд пришел к выводу, что оспариваемые сделки не являются мнимыми сделками (статья 170 ГК РФ), злоупотребление правом при их заключении (статья 10 ГК РФ) сторонами не допущено, оснований для признания оспариваемых договоров участия в долевом строительстве от 29.05.2019 № 1/1, от 29.05.2019 № 2/2, от 04.06.2019 № 3/16, от 04.06.2019 № 4/17, от 03.12.2019 № 3н, от 03.12.2019 № 191/146, от 03.12.2019 № 192/138, договоров купли-продажи нежилого помещения от 09.12.2020 № 67/22н, от 09.12.2020 № 68/23н, заключенных Должником с Компанией, недействительными не имеется. 

Выводы суда основаны на материалах данного дела, соответствуют действующему законодательству. 

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Новгородской области от 04 марта 2024 года по делу № А44-1400/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Новгородской области – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

С.В. Селецкая

 

Судьи

Т.Г. Корюкаева

 

Н.Г. Маркова