Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело №А40-207517/25-45-981

г. Москва

30 декабря 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 декабря 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 30 декабря 2025 года

Арбитражный суд города Москвы в составе: судьи Барковой Л.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Илларионовым Д.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску УПРАВЛЕНИЯ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ (214000, СМОЛЕНСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. СМОЛЕНСК, УЛ. ДЗЕРЖИНСКОГО, Д.13, ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 13.01.2003)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ БАНК ИНГО / JSC BANK INGO (127030, Г. МОСКВА, УЛ СУЩЁВСКАЯ, Д. 27 СТР. 1, ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 24.10.2002)

третье лицо: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК «СТРОЙИНВЕСТПРОЕКТ» (214004, СМОЛЕНСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г.О. ГОРОД СМОЛЕНСК, Г СМОЛЕНСК, ПЕР КРАСНИНСКИЙ 2-Й, Д. 14, КВ. 1, ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 26.10.2010)

о взыскании в доход федерального бюджета денежных средств по независимой (банковской) Гарантии №ЭБГ-088677 от 19.12.2022 в размере 4 026 106,44 рублей,

при участии: согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л:

Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу Банк ИНГО / JSC BANK INGO о взыскании в доход федерального бюджета денежных средств по независимой (банковской) Гарантии №ЭБГ-088677 от 19.12.2022 в размере 4 026 106,44 рублей.

В судебное заседание третье лицо не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом в порядке статей 121, 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, совещаясь на месте, определил: провести судебное заседание в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Лица, участвующие в деле, дали пояснения, поддержали позиции изложенные в их письменных позициях.

Исследовав и оценив обстоятельства дела и представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание действующее правовое регулирование рассматриваемых правоотношений, суд, реализуя соответствующие дискреционные полномочия применительно к установленным фактическим обстоятельствам дела, приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 19.12.2022 между акционерным обществом Банк ИНГО / JSC BANK INGO (далее – Гарант, Банк) и обществом с ограниченной ответственностью «Стройинвестпроект» (далее – Принципал) заключен Договор предоставления банковской гарантии. На основании названного Договора Банком выдана независимая гарантия №ЭБГ-0088677 от 19.12.2022 (далее – Гарантия).

Банковская гарантия обеспечивала исполнение обязательств Принципала перед Бенефициаром по Контракту, заключенному на основании результатов закупки №0163100007322000035 (объект закупки: выполнение строительно-монтажных работ по объекту «Строительство двух 10-ти этажных жилых домов по адресу г. Смоленск, п. Тихвинка, д. 25в, корпус 1, корпус 2 (или обеспечение заявок на участие в закупке/ или обеспечение гарантийных обязательств)) (далее – Контракт), а именно – исполнение Принципалом его обязательств, предусмотренных контрактом, заключенным с Управлением Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области, включающих в том числе обязательства по уплате неустоек (штрафов, пеней).

Сумма независимой гарантии, подлежащая уплате гарантом Бенефициару составила 12 640 837,80 рублей, срок действия независимой гарантии с дата выдачи по 31.01.2025.

29.01.2025 Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области направило Банку (гаранту) требование №20/357 о взыскании неустойки в связи с просрочкой исполнения обязательств, предусмотренных контрактом при осуществлении работ подрядчиком.

На указанное требование Банком был направлен отказ в удовлетворении требования Бенефициара поскольку требование и приложенные к нему документы представленные в форме электронных документов не подписаны надлежащим образом (отсутствует усиленная квалифицированная электронная подпись уполномоченного лица, действующего от имени Бенефициара).

Возражая по доводам об отсутствии электронной подписи уполномоченного лица, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области указало, что требование содержит штамп электронной цифровой подписи лица, имеющего право без доверенности действовать от имени Бенефициара согласно сведениям, указанным в Едином государственном реестре юридических лиц.

Банк при наличии сомнений в подлинности полученного требования, на электронную почту, указанную в гарантии, мог в соответствии с требованиями гражданского законодательства приостановить платеж и предложить Бенефициару предоставить подлинное требование или иным образом оформленный электронный документ.

Также истец обратил внимание, что условия гарантии не содержат специальных требований о том, что направляемое в виде электронного документа требование о выплате должно быть пригодно для проверки с помощью каких-либо информационных систем на предмет подлинности всех или отдельных реквизитов такого документа. В гарантии также не отражено, каким образом Бенефициару надлежит оформить электронный документ, чтобы Банк мог удостоверится в подписании требования уполномоченным лицом.

В связи с вышеизложенным, истец полагает, что у Банка отсутствовали основания и для разумных сомнений в подлинности подписи.

Пунктом 4 Гарантии установлено, что Бенефициар вправе направить гаранту требование в письменной форме на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени бенефициара.

В соответствии с пунктом 8 Гарантии в случае направления бенефициаром требования на бумажном носителе представляются оригиналы предусмотренных пунктом 7 настоящей независимой гарантии документов или заверенные бенефициаром их копии. Если копия документа заверена лицом, не указанным в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве лица, имеющего право без доверенности действовать от имени бенефициара, также представляется документ, подтверждающий полномочия такого лица на осуществление действий от имени бенефициара.

В случае направления требования в форме электронного документа предусмотренные пунктом 7 настоящей независимой гарантии документы представляются в форме электронных документов или в форме электронных образов бумажных документов, подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени бенефициара.

Согласно части 1 статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 №63-ФЗ «Об электронной подписи», информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, и может применяться в любых правоотношениях в соответствии с законодательством Российской Федерации, кроме случая, если федеральными законами или принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами установлено требование о необходимости составления документа исключительно на бумажном носителе.

Как следует из копии представленного в материалы требования, последнее содержит сведения необходимые для идентификации сертификата электронного ключа, а именно: уникальный номер сертификата ключа проверки электронной подписи; фамилия, имя и отчество лица, подписавшего требование; даты начала и окончания срока действия такого сертификата.

При указанных обстоятельствах, суд не может согласится с возражениями истца о том, что требование, направленное Бенефициаром в адрес Банка, оформлено с нарушением требований условий Гарантии, либо законодательства Российской Федерации об электронной подписи. Более того, суд соглашается с доводом истца о том, что Банк при наличии сомнений в подлинности полученного требования, на электронную почту, указанную в гарантии, мог в соответствии с требованиями гражданского законодательства приостановить платеж и предложить Бенефициару предоставить подлинное требование или иным образом оформленный электронный документ.

При этом, судом принято во внимание, что ответчиком не оспаривается наличие в представленном документе графического изображения электронной цифровой подписи, содержащего сертификат ключа проверки электронной подписи, то есть ответчиком подтверждено наличие в электронном требовании истца признаков визуализации (факсимиле) с информацией о том, что документ подписан электронной подписью.

Также судом установлено, что условия гарантии не содержат специальных требований о том, что направляемое в виде электронного документа требование о выплате должно быть пригодно для проверки с помощью каких-либо информационных систем на предмет подлинности всех или отдельных реквизитов такого документа. В гарантии также не отражено, каким образом Бенефициару надлежит оформить электронный документ, чтобы Банк удостоверился в подписании требования уполномоченным лицом.

Как следует из правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2023 № 305-ЭС22-23473, если основание выплаты обосновано, то требование гаранта о представлении документов не должно входить в противоречие с принципом независимости банковской гарантии и являться формальным препятствием для получения бенефициаром выплаты.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом или иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно пункту 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них (пункт 1 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Возможность отказа в удовлетворении требования бенефициара, предусмотрена пунктом 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно, гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии. Гарант должен уведомить об этом бенефициара в срок, предусмотренный пунктом 2 статьи 375 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав причину отказа.

В отличие от остальных видов обеспечения банковская гарантия не следует судьбе основного обязательства и не прекращается одновременно с ним. Независимость банковской гарантии означает, что бенефициар, обращаясь к гаранту, не обязан доказывать, что нарушение со стороны принципала действительно имело место.

Сам институт независимой гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.07.2016 №305-ЭС16-3999 по делу №А40-26782/2015).

Банк выступает в отношениях по выдаче независимой гарантии участником-профессионалом, недостатки текста гарантии не могут быть истолкованы в пользу составителя, позволяя ему освободиться от исполнения гарантийного обязательства при наличии у бенефициара разумных ожиданий относительно существования данного обязательства (пункт 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.03.2022 №306-ЭС21-23099).

Факт нарушения обязательств по контракту подтвержден материалами дела и не оспорен ответчиком, третьим лицом.

В настоящем случае пунктом 4 гарантии установлено право Бенефициара направить гаранту требование в письменной форме на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени бенефициара.

Статьей 376 Гражданского кодекса Российской Федерации гаранту предоставлено право приостановить платеж на срок до семи дней, если он имеет разумные основания полагать, что какой либо из представленных ему документов является недостоверным, незамедлительно уведомить бенефициара и принципала об этом.

Банк заявил отказ исключительно по основаниям формального несоответствия поступивших требований о выплате, не оспаривая при этом наличие оснований для выплаты заявленных сумм по предъявленным в срок требованиям.

Согласно пункту 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

В пункте 2 статьи 374 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания срока действия независимой гарантии.

Согласно пунктам 4, 9 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019, требование о платеже по независимой гарантии считается представленным своевременно, если оно направлено гаранту в пределах срока действия гарантии и условиями независимой гарантии не предусмотрено иное (например, что момент предъявления требования определяется исходя из момента его доставки гаранту). Гарант не вправе отказать бенефициару в удовлетворении его требования, если приложенные к этому требованию документы по внешним признакам соответствуют условиям независимой гарантии.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.03.2022 №306-ЭС21-23099 было отмечено, что при разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, необходимо также руководствоваться нормами Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон №44-ФЗ), толкуемыми во взаимосвязи с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Закон №44-ФЗ допускает принятие заказчиками банковских гарантий, соответствующих требованиям, установленным действующим законодательством и Правительством Российской Федерации, в качестве обеспечения исполнения контрактов, гарантийных обязательств.

В соответствии с положениями статьи 45 Закона №44-ФЗ независимая гарантия должна быть безотзывной и должна содержать, в том числе обязательства принципала, надлежащее исполнение которых обеспечивается независимой гарантией. Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили (пункт 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

Таким образом, учитывая указанные выше положения законодательства и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, выдача банковской гарантии при заключении контракта в соответствии с положениями Закона №44-ФЗ преследует следующие цели: обеспечение исполнения контракта и обеспечение исполнения гарантийных обязательств.

Стороны контракта согласовали условие, в соответствии с которым банковская гарантия должна содержать обязательства принципала, надлежащее исполнение которых обеспечивается банковской гарантией, в пункте 1 которого указано, что гарантия обеспечивает исполнение принципалом его обязательств перед бенефициаром по контракту, срок исполнения которых наступает в период действия гарантии.

При указанных обстоятельствах, а также принимая во внимание положения, содержащиеся в статьях 375, 376 Гражданского кодекса Российской Федерации, гарант проверяет соответствие требования бенефициара условиям гарантии, а также оценивает по внешним признакам приложенные к нему документы, имеет право приостановить платеж на срок до семи дней, с обязательным уведомлением бенефициара и принципала о причинах и сроке приостановления платежа, что не было сделано ответчиком, а учитывая конкретные обстоятельства по делу и субъектный состав сложившихся правоотношений, для этого у него, по мнению суда, имелись серьезные причины, однако гарант уклонился от данных действий.

Помимо требования о взыскании основного долга, истцом заявлено требование о начислении неустойки с 09.02.2025 по день фактической оплаты на сумм долга в размере 4 026 106,44 рублей

Пунктом 12 Гарантии установлено, что Гарант в случае просрочки исполнения обязательств по о настоящей независимой гарантии, требование по которой соответствует условиям настоящей независимой гарантии и предъявлено бенефициаром до окончания срока ее действия, обязан за каждый день просрочки (начиная со дня, следующего за днем истечения установленного настоящей независимой гарантией срока оплаты требования, по день исполнения гарантом требования включительно) уплатить бенефициару неустойку (пени) в размере 0,1 процента денежной суммы, подлежащей уплате по настоящей независимой гарантии.

Факт просрочки в выплате подтверждается материалами дела, в связи с чем, начисление истцом неустойки является правомерным.

Согласно пункту 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Иные доводы ответчика, изложенные в отзыве, судом рассмотрены и признаны необоснованными, документально не подтвержденными, противоречащими обстоятельствам спора и имеющимся в материалах дела доказательствам, результат их рассмотрения не повлиял на результат рассмотрения дела.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 4, 27, 28, 64 - 68, 71, 75, 110, 123, 133 - 137, 156, 167 - 171, 176, 180 - 182, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Москвы,

Р Е Ш И Л:

исковые требования Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества Банк ИНГО (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в пользу Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета задолженность по независимой банковской гарантии в размере 4 026 106,44 рублей, неустойку (пени), начисляемую на сумму долга в размере 4 026 106,44 рублей, начиная с 09.02.2025 по день фактической оплаты долга.

Взыскать с акционерного общества Банк ИНГО (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) государственную пошлину в размере 145 783,00 рублей в доход федерального бюджета.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

Л.А. Баркова