, №09АП-81180/2024

Дело № А40-87514/21

г. Москва

21 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2025 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 21 апреля 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей Е.В Ивановой, Ж.В. Поташовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.А. Кузнецовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «СТК-Инвест», ФИО1, ООО «Аркаим», ООО «Энерговысотспецстрой» на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2024 по делу №А40-87514/21, вынесенное судьей Е.А. Махалкиной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО ГК «СМК-Инвест»,

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора подряда № 4 от 01.03.2017, заключенного должником с ИП ФИО2 и договора уступки права требования № 01/2020 от 01.04.2020, заключенного между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 и применении последствий недействительности сделки,

при участии лиц в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО4 по дов. от 23.03.2023,

от ООО ГК «СТК-Инвест» - ФИО5 по дов. от 02.12.2024,

от ООО «АРКАИМ» - ФИО6 по дов. от 01.09.2023

от ФИО7 – ФИО8 по дов. от 08.02.2024,

Иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2022 ООО ГК «СМК-Инвест» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9

В Арбитражный суд города Москвы 27.01.2023 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании незаключенным договора подряда № 4 от 01.03.2017, оформленного между ИП ФИО2 и ООО Группа компаний «СМКИнвест», признании недействительными (ничтожными) договора подряда № 4 от 01.03.2017, оформленного между ИП ФИО2 и ООО Группа компаний «СМКИнвест», договора № 01/2020 уступки права требования от 01.04.2020, заключенного между ИП ФИО2 и ИП ФИО3, применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО ГК «СМК-Инвест» было отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2023 было оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2024 определение Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 по делу № А40-87514/21 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора подряда № 4 от 01.03.2017, заключенного должником с ИП ФИО2 и договора уступки права требования № 01/2020 от 01.04.2020, заключенного между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 и применении последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ООО «СТК-Инвест», ФИО1, ООО «Аркаим», ООО «Энерговысотспецстрой» обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят судебный акт отменить.

В обоснование доводов жалобы ООО «СТК-Инвест» указывает, что выводы суда первой инстанции о реальности совершения оспариваемых хозяйственных операций и о наличии у ИП ФИО2 объективной возможности выполнить заявленные в оспариваемых документах работы в объеме и срок, указанные в спорных Актах КС-2 от 31.12.2018, сделаны судом при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела. Также, по мнению апеллянта, обстоятельства недопустимости оспаривания заявленных сделок по специальным основаниям Закона о банкротстве, не подтверждены допустимыми и относимыми доказательствами. Кроме того, апеллянт полагает, что судом первой инстанции не применены подлежащие применению положения статей 702-729 и статей 740-757 Гражданского кодекса Российской Федерации. Апеллянт указывает, что суд первой инстанции не дал надлежащей правовой оценки доводам относительно возложения бремени доказывания реальности оспариваемых сделок на ответчиков и необходимости применения повышенного стандарта доказывания в условиях установления фактической аффилированности сторон оспариваемых сделок, а также доводам об отсутствии преюдициального значения для рассматриваемого спора судебных актов по делам № А40-101246/2020 и № А40-152525/21.

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы ООО «Аркаим» указывает, что в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих выполнение ФИО2 работ по оспариваемому договору, наличие у него рабочей силы, материалов, техники и оборудования для выполнения работ по нему. Указывает, что со стороны ООО ГК «СМК-Инвест» не было волеизъявления на заключение оспариваемого договора, что данный договор был подписан ФИО10 путем обмана и злоупотребления доверием со стороны бухгалтера ФИО3 Апеллянт указывает, что поведение ИП ФИО2 отличалось от поведения добросовестных участников аналогичных отношений. Апеллянт полагает, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о повторном вызове свидетелей. Кроме того, апеллянт отмечает, что судом первой инстанции не было рассмотрено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы давности создания оспариваемых документов, суд отказался проверять обоснованность заявления о фальсификации. Апеллянт также отмечает, что судом первой инстанции в нарушение требований арбитражного процессуального законодательства приобщены к материалам дела представленные представителем ИП ФИО3 в копиях документы без представления в суд их оригиналов. Апеллянт полагает, что суд первой инстанции не принял во внимание указания суда кассационной инстанции при новом рассмотрении дела, не исследовал и не дал оценку представленным в материалы дела доказательствам. Кроме того, апеллянт указал, что в нарушение требований АПК РФ в резолютивной части определения не содержится выводов о разрешении судом первой инстанции требования Конкурсного управляющего о незаключенности Договора подряда №4 от 01.03.2017.

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы ООО «Энерговысотспецстрой» указывает, что при установленной аффилированности, суд первой инстанции неправомерно освободил Ответчиков от бремени доказывания обстоятельств реального исполнения сделки. Указывает, что судебные акты по делам № А40-101246/2020, № А40-152525/21 не подтверждают факт реальности оспариваемых сделок, так как в указанных делах не рассматривались доводы и доказательства, являющиеся предметом исследования по настоящему делу. Кроме того, по мнению апеллянта, выводы суда первой инстанции о действительности сделки противоречат материалам дела, поскольку в деле отсутствуют какие-либо доказательства реального выполнения работ ФИО2 Апеллянт полагает, что оспариваемая сделка была заключена в интересах дружественного кредитора с целью вывести денежные средства по фиктивной сделке.

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы ФИО1, указывает, что неправомерно не был допущен к участию в обособленном споре, и процессуальные документы, ранее приобщенные им к материалам дела, были возвращены судом. По мнению заявителя, в случае участия в юридическом лице гражданина, признанного банкротом, права такого участника осуществляет финансовый управляющий, который и голосует на общем собрании, в связи с чем, ФИО1 лишен права на созыв и участие в собрании участников общества по избранию представителя участников для участия в арбитражном процессе по делу о банкротстве. Между тем, апеллянт указывает на наличие корпоративного конфликта, что, по его мнению, позволяет ему, минуя требования ч. 1 ст. 35 Закона о банкротстве, принимать участие в арбитражном процессе по делу о банкротстве ООО ГК «СМК-Инвест», в т.ч. наделяет правом на подачу настоящей апелляционной жалобы.

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В суд апелляционной инстанции поступил отзывы ИП ФИО3 на апелляционные жалобы ООО «АРКАИМ», ООО «Энерговысотспецстрой», ООО «СТК Инвест», в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Также, в суд поступило ходатайство ИП ФИО3 о прекращении производства по апелляционной жалобе ФИО1

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы конкурсного управляющего ООО ГК «СМК-Инвест», ИП ФИО2 на апелляционные жалобы, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Также, в суд поступили ходатайства конкурсного управляющего ООО ГК «СМК-Инвест», ИП ФИО2 о приобщении к материалам дела дополнительного доказательства, а именно, копии определения о прекращении производства по делу №А40-87514/21 о несостоятельности (банкротстве) ООО ГК «СМК-Инвест».

В целях всестороннего и объективного рассмотрения дела, указанный документ приобщен судебной коллегией к материалам дела.

В суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой ООО «АРКАИМ», а также 07.03.2025, 14.03.2025 и 15.04.2025 поступили ходатайства ООО «АРКАИМ» о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

В отсутствие процессуальных оснований в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств судебной коллегией отказано.

Кроме того, в приложении к апелляционной жалобе, а также в документах, поступивших в адрес суда 14.03.2025 и 15.04.2025, поименованных ООО «АРКАИМ» как возражения на отзывы ответчиков и дополнений к ним, ООО «АРКАИМ» заявлено о фальсификации доказательств, а именно: договора подряда №4 от 01.03.2017, локальных сметных расчетов №01 и №02 от 01.03.2017, актов о приемке выполненных работ №1 и №2 от 31.12.2018, справки о стоимости выполненных работ и затрат №1 от 31.12.2018.

В соответствии со статьей 161 AПK Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В соответствии с Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 N 560-О-О, закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, суд апелляционной инстанции, отклоняет заявление ООО «АРКАИМ» о фальсификации доказательств, поскольку как следует из существа поданного заявления, ООО «АРКАИМ» оспаривается факт выполнения ответчиком работ, в связи с чем, указанное заявление не подлежит проверке в порядке, установленном статьей 161 АПК РФ.

В то же время, указанные заявления расценены судебной коллегией как возражения ООО «АРКАИМ» по существу выполненных работ и приобщены к материалам дела в качестве письменных пояснений заявителя.

Кроме того, в ходатайстве о фальсификации доказательств, являющимся приложением к апелляционной жалобе ООО «АРКАИМ», для проверки обоснованности заявления ООО «АРКАИМ» также ходатайствовало перед судом апелляционной инстанции о вызове в суд свидетелей ФИО11, а также о назначении судебно-технической экспертизы и истребовании доказательств.

Между тем, ООО «АРКАИМ» явку свидетеля ко дню судебного заседания (17.04.2025) не обеспечил.

Согласно части 1 статьи 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

В силу части 2 статьи 56 АПК РФ свидетель обязан по вызову арбитражного суда явиться в суд.

Нормами действующего законодательства арбитражный суд не наделяется компетенцией по розыску свидетелей и по их принудительному доставлению для допроса в судебном заседании.

По делам искового производства суд не обязан собирать доказательства по собственной инициативе.

Риск наступления последствий несовершения процессуальных действий по представлению в суд доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которые ссылается сторона как на основание своих требований и возражений, лежит на этой стороне.

Частью 3 статьи 56 АПК РФ предусмотрено, что свидетель обязан сообщить арбитражному суду сведения по существу рассматриваемого дела, которые известны ему лично, и ответить на дополнительные вопросы арбитражного суда и лиц, участвующих в деле.

В соответствии с частью 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

По смыслу части 1 статьи 88 АПК РФ удовлетворение ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей определенных лиц представляет собой право, а не обязанность суда.

Учитывая изложенное, судебной коллегией отказано в удовлетворении заявленного ходатайства ООО «АРКАИМ» о вызове свидетеля.

Также, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, в порядке статей 66, 159, 184, 266 АПК РФ, поскольку полагает возможным рассмотреть дело по представленным в него доказательствам.

Равным образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства о назначении экспертизы по делу в связи с отсутствием оснований, предусмотренных частью 1 статьи 82 и ст.161 АПК РФ.

В судебном заседании представители ООО «СТК-Инвест», ООО «Аркаим» поддерживали доводы апелляционных жалоб по мотивам, изложенным в них, просили отменить судебный акт.

Представители конкурсного управляющего должника, ФИО3 возражали по доводам апелляционных жалоб, поддержали позиции, изложенные в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 АПК РФ в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив апелляционную жалобу ФИО1 и материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованным лицам предоставлено право на обращение в арбитражный суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии с частью 1 статьи 257 АПК РФ право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют лица, участвующие в деле, а также иные лица в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 42 АПК РФ лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

Следовательно, в силу статьи 42 АПК РФ к субъектам права апелляционного обжалования отнесены лица, не участвовавшие в деле, о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт. При этом судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются права этого лица относительно предмета спора либо возлагаются на это лицо какие-либо обязанности.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 N 558-О-О указано, что критерием при определении законодателем лиц, имеющих право обжаловать судебные акты, является существо допущенных арбитражным судом при вынесении судебного акта нарушений норм процессуального права - принятие решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле (пункт 4 части 4 статьи 270, пункта 4 части 4 статьи 288 АПК РФ).

Следовательно, статья 42 АПК РФ в системе действующего арбитражного процессуального законодательства предоставляет право на обжалование судебного акта любым лицам при условии, что в указанном судебном акте разрешен вопрос об их правах или их обязанностях.

В то же время заинтересованные лица, не отвечающие названному условию, не лишены возможности защищать свои права и законные интересы в судебном порядке в рамках другого процесса.

Для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемые судебные акты не просто затрагивали права и обязанности этих лиц, а были приняты непосредственно о правах и обязанностях этих лиц.

По смыслу статьи 42 АПК РФ право на обжалование появляется только у лица, о правах и обязанностях которого суд уже принял решение.

Как  следует из материалов дела, ФИО1 не является лицом, участвующим в деле о банкротстве и в арбитражном процессе, с учетом положений статей  34, 35 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), и, из содержания обжалуемого судебного акта не следует, что он принят о правах и обязанностях указанного лица.

При этом, в мотивировочной и резолютивной частях судебного акта не содержится суждений и выводов непосредственно о правах и обязанностях, а также действиях указанного лица.

Из определения суда первой инстанции не усматривается, что оно было принято о правах и обязанностях заявителя, никаких обязанностей на ФИО1 этим судебным актом не возложено, в тексте судебного акта отсутствуют какие-либо выводы в отношении названного лица.

Доказательств того, что участие ФИО1 в настоящем споре могло повлиять на исход принятого арбитражным судом определения по настоящему делу, не представлено.

При этом наличие у лиц, не привлеченных к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет их правом на обжалование судебных актов.

Поскольку после принятия апелляционной жалобы установлено, что ФИО1 не имеет права на обжалование судебного акта, следовательно, применительно к ст. 150 АПК РФ производство по жалобе подлежит прекращению.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб ООО «СТК-Инвест», ООО «Аркаим», ООО «Энерговысотспецстрой» и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, договор подряда № 4 от 01.03.2017 был заключен между ИП ФИО2 и ООО ГК «СМК-Инвест» на выполнение комплекса общестроительных работ по строительству объекта многоквартирный жилой дом на земельном участке по адресу: ул. Дзержинского, г. Ивантеевка, Московской области, литер 1, работы по договору выполнены, приняты, что подтверждается подписанными справкой о стоимости выполненных работ и затрат № 1 (КС-3) от 31.12.2018 и актами о приемке выполненных работ № 1 и 2 от 31.12.2018 (КС-2) на общую сумму 11 848 689 рублей 15 коп., оплату за выполненные работы ООО ГК «СМК-Инвест» не произвело (частичная оплата в размере 383 000 рублей была принята в зачет).

При этом, 01.04.2020 между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 был заключен договор уступки права требования № 01/2020 от 01.04.2020, по которому права требования по договору подряда № 4 от 01.03.2017 в размере 11 465 689 рублей 15 копеек были переданы ИП ФИО3.

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с рассматриваемым требованием, конкурсный управляющий должника указывал, что сторонами при заключении Договора подряда не были согласованы все существенные условия, необходимые при заключении договора строительного подряда, что свидетельствует об его незаключенности.

Кроме того, заявитель ссылался на аффилированность ФИО2 и ФИО3

Также, заявитель отмечал отсутствие доказательств наличия у ФИО2 возможности и намерения выполнить работы по Договору подряда, а также, указывал, что представленные ФИО2 акты КС-2, КС-3 не могут подтверждать факта заключения Договора подряда, так как не представлено доказательств того, что ИП ФИО2 был предоставлен фронт работ и доступ на строительную площадку и что он реально находился и выполнял работы на Объекте.

По мнению заявителя, работы, указанные в представленных актах КС-2, КС-3 были выполнены другим лицом (ООО «Аркаим»).

Конкурсный управляющий указывал, что оформленный сторонами Договор подряда не мог повлечь правовых последствий в виде выполнения указанных в нем строительных работ. Из приведенных выше доказательств следует, что Договор подряда, приложенные к нему документы и акты КС-2, КС-3 содержат сведения, не соответствующие действительности, что свидетельствует об отсутствии реальных хозяйственных связей между его сторонами.

Таким образом, указывал заявитель, наряду с признаками незаключенности Договора подряда имеются признаки его недействительности. Договор, который нарушает требования закона, является недействительным и ничтожным с момента его заключения.

На основании изложенного, конкурсный управляющий просил суд признать незаключенным и недействительным (ничтожным) Договор подряда №4 от 01.03.2017, оформленный между ИП ФИО2 и ООО ГК «СМК-Инвест», а также признать недействительной (ничтожной) сделкой Договор №01/2020 уступки права требования от 01.04.2020, заключенный между ИП ФИО2 и ИП ФИО3

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований ссылался на положения ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

При первоначальном рассмотрении дела суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку представленные в материалы дела доказательства не свидетельствуют о фиктивности договора, отсутствии цели достижения заявленных результатов, направленности воли сторон договора на создание искусственных обязательств должника с целью включения требования в реестр, кроме того, заявитель не доказал неравноценность встречного исполнения обязательств ответчиком, следовательно, оспариваемая сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

Между тем, обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2024.

Разрешая по существу заявленные требования при новом рассмотрении дела, принимая во внимание указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 04.03.2024, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, руководствуясь при этом следующим.

Исходя из пунктов 1, 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка); требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе; требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом; суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Законом о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В частности, статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции установил, что заявление кредитора ИП ФИО3 о признании ООО ГК «СМК-Инвест» несостоятельным (банкротом) было принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2021 по делу № А40-87514/2021, в то время как оспариваемые сделки совершены 01.03.2017 (договор подряда № 4), 01.04.2020 (договор №01/2020 уступки права требования).

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ссылался на то, что незаключенность, недействительность договора подряда влечет недействительность (ничтожность) заключенного между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 договора цессии.

В свою очередь, оспариваемый Договор подряда заключен в срок, превышающий три года до возбуждения дела о банкротстве, то есть, заключен за пределами трехгодичного периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и его порочность не может быть оценена судом с точки зрения его действительности по специальным основаниям.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку Договор подряда был заключен за переделами трех лет до момента принятия судом заявления, оснований считать указанную сделку недействительной на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве не имеется, как совершенную за пределами периода подозрительности.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из разъяснений пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В пункте 10 информационного письма от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11.

Для признания сделки недействительной по основанию ст. 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Для квалификации по ст. ст. 10 и 168 ГК РФ требуется доказать не просто осведомленность контрагента, но намеренность, то есть, умышленность действий сторон сделки. Только при доказанности данного обстоятельства к сделке может быть применена общегражданская квалификация по ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

В преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр.

Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом со стороны контрагента, выразившемся в заключении спорной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1).

Квалифицируя сделку, как совершенную со злоупотреблением правом, следует установить, чем в условиях конкуренции норм о недействительности выявленные пороки сделки выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве. Такой подход согласуется с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу вышеизложенного заявление конкурсного управляющего по данному обособленному спору может быть удовлетворено только в том случае, если бы он доказал наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В рассматриваемой ситуации для признания сделки недействительной о пороках сделки должна свидетельствовать такая совокупность косвенных доказательств, которая прямо бы указывала на наличие у ответчика умысла на совершение подобного действия либо наличие сговора между ответчиком и должником.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве целью оспаривание сделок в деле о банкротстве является пополнение конкурсной массы с целью более полного удовлетворения требований кредиторов должника.

Следовательно, любое оспаривание сделки в деле о банкротстве должно иметь единственную цель – восстановление прав кредиторов должника заключением оспариваемой сделкой или ее исполнением (абз. 3-4 стр. 9 постановления Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2024).

Правовой подход, означенный судом кассационной инстанции, раскрывается, в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 N 305- ЭС20-12206, от 08.02.2023 N 305-ЭС21-8027(7), 27.11.2023 N 306-ЭС23-14897 и сводится к тому, что конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. Иное поведение в такой ситуации абсурдно.

Исходя из изложенного, учитывая, что по своей правовой природе требование управляющего о признании подозрительной сделки недействительной представляет собой косвенный иск, заявляемый в интересах конкурсной массы для последующего удовлетворения кредиторов должника, суда заключил об отсутствии оснований для вывода о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения спорных сделок, поскольку на момент спорных перечислений реальная задолженность перед независимыми кредиторами, требования которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника, отсутствовала.

Из материалов дела следует, что между ИП ФИО2 и ООО ГК "СМК Инвест" заключен договор подряда №4 от 01.03.2017 на выполнение комплекса общестроительных работ по строительству объекта многоквартирный жилой дом на земельном участке по адресу: ул. Дзержинского, г. Ивантеевка, Московской области, литер 1.

Работы по договору выполнены, приняты, что подтверждается подписанными справкой о стоимости выполненных работ и затрат №1 (КС-3) от 31.12.2018 и актами о приемке выполненных работ №1 и 2 от 31.12.2018 (КС-2) на общую сумму 11 848 689 рублей 15 коп.

Оплату за выполненные работы ООО ГК «СМК-Инвест» не произвело.

Частичная оплата в размере 383 000 рублей 00 копеек принята в зачет.

Далее, 01.04.2020 между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 заключен договор уступки права требования № 01/2020 от 01.04.2020, по которому права требования по договору подряда №4 от 01.03.2017 в размере 11 465 689 рублей 15 копеек были переданы Индивидуальному предпринимателю ФИО3.

Правовая позиция конкурсного управляющего сводится к тому, что оформленный сторонами договор подряда не мог повлечь правовых последствий в виде выполнения указанных в нем строительных работ.

Между тем, суд первой инстанции установил, что сославшись на совершение спорных сделок с целью «незаконно обогатиться и нанести вред» ООО ГК «СМК-Инвест» и его кредиторам, конкурсный управляющий не указал, какие обязательства перед кредиторами в указанный период имелись у должника (как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), требования которых затем были включены в реестр требований кредиторов.

В то же время при отсутствии кредиторов как таковых, намерение причинить им вред у должника возникнуть не может (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 N 305-ЭС20-12206 по делу N А40-61522/2019).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что поскольку при отсутствии кредиторов, чьи требования сопоставимы с размером оспариваемых сделок, намерение причинить им вред у должника или у его контрагента возникнуть не может, соответственно, таковая сделка не может быть признана недействительной по смыслу положений Закона о банкротстве (в рассматриваемом случае при квалификации по статьям 10 и 168 ГК РФ).

Кроме того, конкурсный управляющий в качестве правового основания заявленных требований также ссылался на положения ст. 170 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-14948 от 05.02.2017, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда «дружественный» с должником кредитор инициирует судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов.

Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы «дружественного» кредитора и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному «дружественным» кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Кредиторы и конкурсный управляющий обращали внимание суда на то, что поведение сторон при заключении оспариваемого договора отличалось от поведения добросовестных участников аналогичных правоотношений, в частности, имело место длительное не взыскание задолженности.

Выполняя указания суда кассационной инстанции, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии аффилированности ИП ФИО3 и ИП ФИО2 по отношению к должнику, что, в том числе, не оспаривается сторонами.

Вместе с тем, суд первой инстанции верно отметил, что аффилированность участников сделки сама по себе не свидетельствует о наличии у сделки признаков недействительности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2020 по делу N 305-ЭС20- 7078(1,2,3,4,5)). Действующее законодательство не содержит запрета заключать гражданско-правовые сделки между аффилированными лицами.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 по делу N 305-ЭС16-20992(3), заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении.

Сам по себе факт заключения сделки должником с аффилированным лицом не является достаточным для вывода о мнимом характере сделки или ее совершении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку не исключает возможности вступления кредитора и должника в гражданские правоотношения, а лишь возлагает на указанных лиц обязанность подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели.

С учетом данной позиции Верховного Суда Российской Федерации суд учитывает, что сами по себе доводы об аффилированности должника и ответчиков не свидетельствует о недействительности сделок при наличии бесспорных доказательств их совершения и исполнения и отсутствии независимых кредиторов, которым причинен вред подобными действиями.

Принимая во внимание изложенное, и во исполнение указаний Арбитражного суда Московского округа, суд первой инстанции проверил наличие либо отсутствие реальных правоотношений (по выполнению работ) в рамках оспариваемого договора подряда, а также установление действительной воли сторон и направленности их действий в данных правоотношениях.

При этом, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Правовое регулирование договора строительного подряда определено нормами главы 37 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика), определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

К отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров (пункт 2 статьи 702 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором (пункт 2 статьи 740 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

По смыслу пункта 1 статьи 711 и пункта 1 статьи 746 ГК РФ по договору подряда оплате подлежит фактически выполненный и переданный заказчику результат работ (пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда").

Таким образом, факт выполнения работ должен быть подтвержден соответствующими первичными документами.

Пунктом 4 статьи 753 ГК РФ предусмотрено, что сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

Указанная норма означает, что оформленный в таком порядке акт является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ (пункт 14 Обзора практики разрешения споров по договору строительного подряда, утвержденного Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 24.01.2000).

Таким образом, возникновению на стороне заказчика обязанности по приемке выполненных работ предшествует выполнение подрядчиком работ по договору и совершение им необходимых действий по извещению заказчика о готовности к сдаче работ.

При этом, исходя из правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда РФ от 30.07.2015 по делу N 305-ЭС15-3990, от 12.11.2019 N 77-КГ19-17, гражданско-правовое регулирование отношений сторон в сфере подряда и сложившаяся в правоприменительной практике правовая позиция позволяют заключить следующее: сдача заказчику результата работ является основанием для возникновения обязательства его оплатить. Акты выполненных работ хотя и являются наиболее распространенными в гражданском обороте документами, фиксирующими выполнение подрядчиком работ, однако не выступают единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств. Статьей 68 АПК РФ не предусмотрено, что факт выполнения работ подрядчиком может доказываться только актами выполненных работ.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, ФИО2 в качестве доказательств выполнения работ по оспариваемому договору подряда в материалы дела представлены подписанные справка о стоимости выполненных работ и затрат №1 (КС-3) от 31.12.2018 и актов о приемке выполненных работ №1 и 2 от 31.12.2018 (КС-2) на общую сумму 11 848 689 рублей 15 коп.

Акты выполненных работ по договору подряда были подписаны после принятия данных работ заказчиком (АО "Стройиндустрия-холдинг").

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела, кредиторы и конкурсный управляющий оспаривали сам факт выполнения спорных работ на объекте, заявляя доводы о том, что ФИО2 не мог выполнить данные работы самостоятельно, что строительные работы, указанные в договоре подряда были выполнены другим лицом – ООО «Аркаим».

Суд первой инстанции признал несостоятельными данные доводы в связи со следующим.

Материалы дела содержат доказательства, позволяющие свидетельствовать о том, что на объекте - многоквартирный жилой дом на земельном участке по адресу: ул. Дзержинского, г. Ивантеевка, Московской области, литер 1, часть работ ИП ФИО2 выполнялись для ООО «Аркаим», а именно договор подряда и акты выполненных работ (т. 4 л.д.100-138 и т.5 л.д. 1-22), выписки Сбербанка о платежах ООО «Аркаима» в адрес ИП ФИО2 (т. 4 л.д. 26-35 ) на сумму более 50 млн.рублей.

Предоставленные в материалы дела ООО «Аркаим» документы по подтверждению исполнения обязательств по договору подряда №СМК/АРК/3 от 21.04.2017 за период с 07.03.2018 по 04.03.2019, отличны от тех, на которые ссылался конкурсный управляющий в своем заявлении.

В качестве подтверждения работ ООО «Аркаим» предоставил акт форме КС-№ 2 №№ 1-9 от 30.04.2018, 1-6 от 31.05.2018, 14-22 от 31.07.2018, 1-13 от 31.10.2018, 1-4 от 31.12.2018, однако данные акты выполнения работ не совпадают с работами, отраженными в актах выполненных работ ИП ФИО2

Материалами данного дела, а также дела №А40-101246/2020 подтверждено, что работы принятые у ИП ФИО2 Должником без замечаний (т.2 л.д. 34-42), выполнены ИП ФИО2

В то же время проектная документация 2017 г., табель на 10 работников ООО «Аркаим» не подтверждает факт выполнения спорных работ. Исполнительная документация отсутствует. Реестры передачи исполнительной документации за 2017 г. ( т. 5 л.д. 99-122) есть только между АО» «Стройиндустрия холдинг» и ООО ГК «СМК-Инвест», что соответствует иерархии компании вовлеченных в строительство многоквартирного дома.

Из материалов дела усматривается, что ранее в рамках дела № А40-101246/2020, ООО «Аркаим» также пыталось доказать, что работы, выполненные ИП ФИО2, выполнило ООО «Аркаим».

В постановлении от 04.03.2024 по настоящему делу Арбитражный суд Московского округа указал следующее:

«В процессуальном смысле преюдиция освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки. Арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и толковании правовых норм.

В рассматриваемом случае судами не приведено выводов о том, что указанные при рассмотрении настоящего обособленного спора доводы и фактические обстоятельства, приведенные конкурсным управляющим и кредиторами, а также имеющиеся в материалах данного спора доказательства ранее были предметом судебного разбирательства и исследования.»

Между тем, при новом рассмотрении дела суд первой инстанции установил, что ИП ФИО3 ранее обращалась в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО ГК "СМК-ИНВЕСТ" о взыскании 12 557 054 руб. 29 коп. в том числе: задолженность в размере 11 465 689 руб. 15 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 091 365 руб. 14 коп. за период с 15.01.2019 по 01.06.2020.

Требования ИП ФИО3 были мотивированы неисполнением обществом ГК «СМК-ИНВЕСТ» (заказчик) обязанности по оплате работ, выполненных ИП ФИО2 (подрядчик) по договору подряда от 20.04.2017 № 4, права требования уплаты денежных средств по которому уступлено предпринимателю (цессионарий) по договору уступки права требования от 01.04.2020 № 01/2020.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2020 по делу № А40- 101246/20, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2021, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.06.2021, признаны обоснованными исковые требования, заявленные ИП ФИО3

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2021 ООО Группа Компаний «СМК-ИНВЕСТ» и ООО «АРКАИМ» отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В рамках рассмотрения указанного дела (№А40-101246/20) суды, установив факт принятия заказчиком предъявленных подрядчиком к оплате работ без замечаний и возражений на основании двухсторонне подписанных актов о приемке выполненных работ, пришли к выводу о доказанности наличия у заказчика неисполненной обязанности по оплате работ.

Высшая судебная инстанция неоднократно (в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 N 305-ЭС15-16362, от 27.01.2017 N 305-ЭС16- 19178, от 24.03.2017 N 305-ЭС17-1294) приводила правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело, что, в свою очередь, не исключает возможности прийти к иным выводам по существу спора с обязательным указанием в судебном акте соответствующих мотивов. При этом иная оценка может следовать, например, из иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение по первому делу.

Так, применительно к настоящему обособленному спору судом первой инстанции были приняты во внимание обстоятельства, установленные в рамках дела №А40-101246/20.

При этом, вопреки позиции апеллянтов, суд первой инстанции не ссылался на преюдициальное значение указанных судебных актов для разрешения настоящего спора.

Судом установлено, что при рассмотрении искового заявления ИП ФИО3 было предоставлено заключение специалиста № 030-09/20 от 02.10.2020 АНО «Исследовательский центр «Эксперт-Защита» ФИО12, которым установлено, что подписи на договоре и спорных актах выполнены надлежащими лицами, признаков подделки документов не обнаружено. Данное заключение истцом не оспаривалось.

При этом ООО «Аркаим» приобщен акт экспертного исследования № 45д от 17.04.2023, который не соответствует акту экспертного исследования №711 от 29.09.2020 (приобщенному в дело №А40- 101246/2020) в части КС-2 представленных на исследование. ИП ФИО3 было заказана рецензия на предоставленный акт экспертного исследования № 45д от 17.04.2023, согласно которой установлено: «Исследование проведено не в полном объеме. Нарушения и недочеты, выявленные при анализе Акта экспертного исследования, не позволяют считать указанное Заключение объективным, обоснованным и полным, составленным на строго научной и практической основе, с исчерпывающими, достоверными и обоснованными ответами по поставленным вопросам. Выводы не подтверждены выполненным исследованием. Анализ Акта экспертного исследования выявляет недостаточность документов и информации для дачи экспертами однозначного и обоснованного вывода по поставленному вопросу, что делает выводы исследования несостоятельными».

При указанных обстоятельствах, с учетом того, что документы, представленные в материалы дела ООО «Аркаим» по подтверждению исполнения обязательств по договору подряда №СМК/АРК/3 от 21.04.2017 за период с 07.03.2018 по 04.03.2019, отличны от тех, на которые заявитель ссылался в своем заявлении, суд заключил, что материалами дела не опровергаются приводимые ИП ФИО2 доводы о самостоятельном выполнении им работ по договору подряда, принимая во внимание наличие у последнего финансовой возможности исполнять обязательства перед контрагентами и работниками.

Материалами дела подтверждается, что по объекту - многоквартирный жилой дом на земельном участке по адресу: ул. Дзержинского, г. Ивантеевка, Московской области, литер 1, где производились работы согласно договора подряда № 4 от 01.03.2017 г., долгое время являющемся долгостроем, работало огромное количество подрядчиков.

В этой связи представляется обоснованным, что акты выполненных работ по договору подряда были подписаны после принятия данных работ заказчиком (АО «Стройиндустрия-холдинг») по актам №24 и 25 от 31.12.2018.

Практика подписания выполнения работ субподрядчикам после принятия работ заказчиком является обычной в сфере строительства с целью минимизировать риски в части ответственности за выполненные контрагентом работы.

Кроме того, по факту выполненных работ между АО «Стройиндустрия-холдинг» и ООО ГК «СМК-Инвест» приобщена переписка, копия которой была предоставлена в адрес ФИО2 ФИО10 (генеральный директор должника до сентября 2019 г.), данной перепиской ФИО10 оправдывал факт неоплаты, письмом от 10.01.2019 подтверждается, что несмотря на ввод объекта в эксплуатацию, работа по приемке работ продолжается.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в материалы дела приобщены документы (оплата, акты, договор подряда № ИП/02-17 от 01.04.2017 г.), подтверждающие, что на спорном объекте часть работ ИП ФИО2 выполнял для ООО «Аркаим».

При этом, доказательств неисполнения ответчиком своих обязательств по договору, равно как и доказательств выполнения строительно-монтажных работ на объектах заказчика иными лицами (в том числе ООО «Аркаим»), доказательств нереальности финансово-хозяйственных отношений между сторонами оспариваемого договора, в материалы дела не представлено.

Установив реальность спорной сделки, выполнение ИП ФИО2 работ по договору на выполнение комплекс общестроительных работ по строительству спорного, объекта, суд первой инстанции пришел к выводу, что действия сторон оспариваемой сделки не свидетельствуют об умышленном поведении должника и ответчика по осуществлению принадлежащих им гражданских прав с заведомой недобросовестностью.

При таких обстоятельствах суд не усмотрел наличия совокупности всех обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделок, в связи с чем, в удовлетворении заявленных требований о признании недействительными сделок на основании ст.ст. 10,168, 170 ГК РФ судом было правомерно отказано.

Требование заявителя в части признания договора подряда незаключенным также обоснованно и законно оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.

Так, поскольку в пункте 7 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.02.2014 N 165 "Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными" отражено, что при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и принятию результатов устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.

Признание договора подряда недействительной (незаключенной) сделкой не является безусловным основанием для отказа от оплаты работ (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда").

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, последовательно выраженной в постановлениях от 18.05.2010 N 1404/10 и от 08.02.2011 N 13970/10, если одна сторона договора совершает действия по исполнению договора, а другая сторона принимает их без каких-либо возражений, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует. Следовательно, в этом случае соответствующие условия спорного договора должны считаться согласованными сторонами, а договор - заключенным.

Изложенную правовую позицию возможно применить и к случаю, когда непосредственно на момент подписания договора смета не была согласована сторонами.

Данная позиция подтверждается правоприменительной практикой, нашедшей отражение в пункте 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", разъясняющим, что отсутствие утвержденной в установленном порядке технической документации не является безусловным основанием для признания договора незаключенным.

Между тем, в рамках настоящего спора суд кассационной инстанции отметил, что если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем своими действиями по исполнению договора и его принятию фактически выполнили такое условие, то стороны не вправе ссылаться на его незаключенность.

Кроме того, незаключенность договора подряда не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность. В случае если результат выполненных работ находится у заказчика, у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ и их результат может им использоваться, незаключенность договора подряда не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ.

Факт незаключенности договора не влияет на характер фактических правоотношений сторон и не является обстоятельством, исключающих обязанность заказчика оплатить (возместить) фактически полученные в результате выполненных подрядчиком (исполнителем) работ, так как в соответствии с нормами гражданского законодательства обязательственные правоотношения между коммерческими организациями основываются на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых материальных объектов.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении ВАС РФ от 26.01.2009 N 17560/08, постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа от 09.06.2009 N КГ-А40/4566-09, постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2018 N 09АП-28129/2018 по делу N А40-24099/17.

Как установлено судом ранее, ФИО2 работы проводились, оплату за выполненные работы ООО ГК «СМК-Инвест» не произвел, частичная оплата в размере 383 000 рублей 00 копеек принята в зачет.

Учитывая вышеуказанные разъяснения, установленные обстоятельства по делу, суд первой инстанции пришел к выводу, что договор строительного подряда является заключенным, поскольку материалами дела подтверждается его фактическое исполнение.

При этом, в июле 2020 г. от ООО ГК «СМК-Инвест» ответчик получил уведомление о расторжении договора в одностороннем порядке.

Таким образом, поскольку факт подписания договора ООО ГК «СМК Инвест» признан, признать договор незаключенным оснований не имелось.

Резюмируя изложенное, при повторном рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции не установлены ключевые элементы составов недействительности оспариваемых сделок, что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции неукоснительно и в полном объеме были выполнены письменные указания суда кассационной инстанции.

Так, в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие отсутствие кредиторов чьи права могли быть нарушены оспариваемой сделкой.

Более того, по состоянию на 31.05.2024 требования кредиторов удовлетворены в полном объеме.

Как следует из пояснений конкурсного управляющего должника, в ходе дела о банкротстве ООО ГК «СМК-Инвест», им был произведен полный расчет по требованиям кредиторов, в том числе произведено удовлетворение требований, установленных очередностью ст. 142 Закона о банкротстве, также рассчитаны и погашены мораторные проценты.

Конкурсным управляющим подано ходатайство о прекращении дела о банкротстве в связи с полным погашением требований кредиторов, в ходе процедуры конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2024 заявление о прекращении процедуры принято, судебное заседание назначено на 14.02.2025.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2025 (резолютивная часть от 14.02.2025) производство по делу о банкротстве ООО ГК «СМК-Инвест» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) № А40-87514/21-164-237 «Б» прекращено.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия отмечает, что в материалах делах имеются исчерпывающие доказательства, подтверждающие выполнение спорных работ ИП ФИО2

При этом, доводы о выполнении спорных работ ООО «АРКАИМ» не нашли своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Доводы апелляционных жалоб фактически сводятся к иной оценке установленных арбитражным судом обстоятельств и направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств, что не может служить основанием к отмене законного и обоснованного судебного акта.

Между тем, иная оценка заявителями обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении судом при рассмотрении спора норм материального и процессуального права.

Также, вопреки позиции апеллянта ООО «АРКАИМ», не указание судом первой инстанции в резолютивной части определения результата разрешения требования конкурсного управляющего о незаключенности Договора подряда – не является процессуальным нарушением, поскольку указанный вопрос разрешен судом по тексту мотивировочной части обжалуемого определения (стр. 25 определения, абз. 6).

Довод апеллянта ООО «АРКАИМ» о неправомерном отказе судом в удовлетворении ходатайств о вызове свидетелей отклоняется судом апелляционной инстанции в силу положений статьи 88 АПК РФ. Показания свидетеля не могут являться достаточными доказательствами, подтверждающими обстоятельства на которые ссылается заявитель.

Доводы о непредставлении ИП ФИО3 оригиналов представленных в материалы дела доказательств также признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку процессуальное законодательство допускает использование копий документов в качестве доказательства, обосновывающего требования и возражения стороны по делу, а также с учетом наличия в деле иных доказательств.

Частью 8 статьи 75 АПК РФ предусмотрено, что письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Частью 9 названной статьи установлено, что подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

Довод апелляционной жалобы о неправомерном отказе судом первой инстанции в удовлетворении ходатайств о фальсификации доказательств и нерассмотрении судом первой инстанции ходатайства о назначении судебной экспертизы, признается судебной коллегией необоснованным и отклоняется поскольку, в рассматриваемом случае совокупность имеющихся в деле доказательств позволила суду первой инстанции правомерно разрешить спор без рассмотрения заявление о фальсификации доказательств, не прибегая к помощи установленного процессуальным законодательством института судебной экспертизы, что не противоречит положениям статьи 82 АПК РФ.

Между тем, иные доводы апелляционных жалоб сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ним.

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 270 АПК РФ, основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Определение суда законно и обоснованно. Основания для отмены определения отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Производство по апелляционной жалобе ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.11.2024 по делу № А40-87514/21 – прекратить.

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.11.2024 по делу № А40-87514/21 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:                                                                 Ю.Н. Федорова

Судьи:                                                                                                                      Е.В. Иванова

Ж.В. Поташова