АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-3715/2021

Дело № А65-27419/2019

г. Казань

30 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 июня 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Гильмановой Э.Г.,

судей Топорова А.В., Мельниковой Н.Ю.,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «РСК» – ФИО1, доверенность от 12.04.2021 № 30/221,

общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК» – ФИО2, доверенность от 10.10.2020 б/н,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 27.11.2019 № 16 АА 5625100,

нотариуса Георгиади-Авдиенко А.М – ФИО5, доверенность от 18.06.2019 № 16 АА 5269212,

Государственного жилищного фонда при Президенте Республики Татарстан  ФИО6, доверенность от 11.01.2021 № 3,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «РСК» и Государственного жилищного фонда при Президенте Республики Татарстан

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2021

по делу № А65-27419/2019

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «РСК» к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК» о признании решения очередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК» от 15.03.2019 недействительным;

к ФИО3, ФИО7 о признании договора займа от 11.03.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО7, и договора залога части доли в размере 38% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК», заключенного между ФИО3 и ФИО7 и удостоверенного 28.03.2019 ФИО8, временно исполняющей обязанности нотариуса Казанского нотариального округа РТ ФИО9, за номером в реестре № 16/27-н/16-2019-1-437, недействительными сделками, в совокупности прикрывающими сделку купли-продажи части доли в размере 38% уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК» между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель);

к ФИО3, ФИО7, обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК» о переводе права покупателя по сделке купли-продажи части доли в размере 38% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК», фактически сложившейся между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель) в следующем порядке: передать обществу с ограниченной ответственностью «РСК» от ФИО3 долю в 38% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК»,

с участием третьих лиц: нотариуса ФИО10, ФИО11, Государственного жилищного фонда при Президенте Республики Татарстан,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «РСК» (далее – ООО «РСК», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РСК» (далее – ООО «УК «РСК»), ФИО3 (далее – ФИО3) о признании решения очередного общего собрания участников ООО «УК «РСК» от 15.03.2019 недействительным, о признании договора займа от 11.03.2019, заключенного между ФИО7 (далее  ФИО7) и ФИО3, и договора залога части доли в размере 38% в уставном капитале ООО «УК «РСК», заключенного между ФИО7 и ФИО3, недействительными сделками, в совокупности прикрывающими сделку купли-продажи части доли в размере 38% уставного капитала ООО «УК «РСК» между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель), о переводе права покупателя по сделке купли-продажи части доли в размере 38% в уставном капитале ООО «УК «РСК», фактически сложившейся между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель) в следующем порядке: передать ООО «РСК» от ФИО3 долю в 38% в уставном капитале ООО «УК РСК».

До принятия решения истец просил привлечь в качестве соответчика ФИО7 и одновременно уточнил заявленные требования по отношению к каждому из ответчиков:

по иску к ООО «УК РСК» просил признать недействительным решение очередного общего собрания участников ООО «УК «РСК» от 15.03.2019;

по иску к ФИО7 и ФИО3 просил признать недействительными заключенные между ними договор займа от 11.03.2019 и договор залога части доли в размере 38% в уставном капитале ООО«УК «РСК», как прикрывающие сделку купли-продажи части доли в размере 38% уставного капитала ООО «УК «РСК» между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель);

по иску к ФИО7, ФИО3 и ООО «УК «РСК» просил перевести права покупателя по фактически сложившейся между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель) сделке купли-продажи доли в размере 38 % в уставном капитале ООО «УК «РСК».

Суд первой инстанции принял уточненные требования и привлек в качестве соответчика ФИО7

Суд к участию в деле в качестве третьих лиц привлек нотариуса ФИО10, ФИО11, Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.09.2020 признано недействительным решение очередного общего собрания участников ООО «УК «РСК», оформленное протоколом от 15.03.2019 № 1/2019. Суд признал недействительным договор займа от 11.03.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО7; договор залога части доли в уставном капитале ООО «УК «РСК» от 28.03.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО7 и удостоверенный 28.03.2019 ФИО8, временно исполняющим обязанности нотариуса Казанского нотариального округа РТ ФИО9, за номером в реестре № 16/27-н/16-2019-1-437.

Исковые требования ООО «РСК» к ФИО3, ФИО7 о переводе прав и обязанностей покупателя удовлетворены. Суд перевел права и обязанности покупателя по сделке купли-продажи части доли в размере 38% в уставном капитале ООО «УК «РСК», фактически сложившиеся между ФИО7 (продавец) и ФИО3, (покупатель) в следующем порядке: передал ООО «РСК» от ФИО3 долю в размере 38% в уставном капитале ООО «УК «РСК».

В удовлетворении исковых требований к ООО «УК «РСК» о переводе прав и обязанностей покупателя отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2021 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.09.2020 отменено. Принят новый судебный акт. В удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, истец обратился в арбитражный суд с кассационной жалобой, в которой просит принятый судебный акт отменить, оставив в силе решение суда первой инстанции.

Заявитель в кассационной жалобе ссылается на нарушение апелляционным судом норм материального и процессуального права.

Проверив законность обжалуемого судебного акта по правилам главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  АПК РФ), изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит постановление апелляционного суда  отмене, с оставлением в силе решения суда первой инстанции, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 11.03.2019 между ФИО3 (займодавец) и ФИО7 (заемщик) был заключен договор займа, согласно которому ФИО3 предоставляет ФИО7 заем в размере 2 500 000 руб., а ФИО3 обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный по настоящему договору срок.

За пользование займом на срок, указанный в пункте 2.2 договора, проценты не взимаются.

Согласно пункту 2.1 договора ФИО3 обязан предоставить заем в срок до 15.03.2019.

Возврат указанной суммы займа ФИО7 может производить по частям или полностью, но не позднее 30.04.2019 путем перечисления денежных средств по реквизитам ФИО3 или наличными денежными средствами.

Согласно пункту 2.4 договора ФИО7 обязуется в обеспечение исполнения обязательств по данному договору предоставить ФИО3 залог в соответствии с условиями раздела 3 настоящего договора.

В силу пункта 3.1 договора в целях обеспечения исполнения обязательств по возврату суммы займа ФИО7 обязался в срок до 31.03.2019 предоставить ФИО3 в залог часть доли ООО «УК «РСК» в размере 38% путем заключения с ФИО3 договора залога доли ООО «УК «РСК», принадлежащей ФИО7 в размере 38%, номинальной стоимостью 3800 руб.

Заемщик подтвердил, что имущество, передаваемое в залог, не является предметом залога по другим договорам и не может быть отчуждено по иным основаниям третьим лицам, в споре и под арестом не состоит, все необходимые согласия на передачу в залог имущества ФИО7 получены.

Согласно пункту 3.3 договора имущество, передаваемое в залог для обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору залога, остается в пользовании у ФИО7 При этом он не в праве распоряжаться данным имуществом (продавать, отчуждать и т.п.), а также совершать иные действия, которые могут оказать влияние на рыночному стоимость имущества.

Пунктом 3.4 договора стороны определили, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения заемщиком обязательств по договору, займодавец удовлетворяет свои требования за счет заложенного имущества в полном объеме, определяемом к моменту фактического удовлетворения, преимущественно перед другими кредиторами заемщика. При этом никаких согласий третьих лиц, заемщика на удовлетворение требований продавца за счет заложенного имущества, не требуется.

В силу пункта 5.3 договора настоящий договор вступает в силу с момента передачи займодавцем суммы займа, указанной в пункте 1.1. настоящего договора, заемщику.

Согласно пункту 5.4 договора займа настоящий договор будет считаться исполненным при выполнении сторонами взаимных обязательств.

15 марта 2019 года состоялось общее собрание участников ООО «УК «РСК» со следующей повесткой дня: об избрании председателя очередного общего собрания участников общества; о назначении секретаря очередного общего собрания участников общества; о выдаче согласия на залог доли в обществе «УК «РСК», принадлежащей ФИО7 третьему лицу; об определении способа подтверждения принятия решения обществом на очередном собрании участников общества и состава участников общества, принимавших участие в очередном общем собрании участников общества.

Участниками приняты следующие решения: председателем очередного общего собрания участников Общества избран ФИО7; секретарем очередного общего собрания участников Общества назначена ФИО12, которой поручено осуществить подсчет голосов участников общего собрания участников Общества; согласован залог доли ООО «УК «РСК» принадлежащей участнику Общества ФИО7 в пользу третьего лица – ФИО3 на условиях проекта договора залога; существенные условия договора залога: номинальная стоимость доли 3800 руб., размер доли, обременяемый залогом 38%, стоимость доли по соглашению сторон 2 500 000 руб., обеспечиваемое залогом право требования: долг по договору займа от 11.03.2019 на общую сумму 2 500 000 руб., срок исполнения обязательства по договору займа 30.04.2019, срок займа до полного исполнения сторонами обязательств по договору, обеспечиваемому залогом; порядок обращения взыскания: судебный или внесудебный по усмотрению залогодержателя, при неисполнении или неполном исполнении обязательств залогодателем, он предоставляет право на переход права собственности на долю третьему лицу или оставление предмета залога за залогодержателем; определен следующий способ подтверждения принятия решений на очередном общем собрании участников общества: путем подписания протокола очередного общего собрания участников общества.

На момент принятия указанного решения участниками ООО «УК «РСК» являлись: ООО «РСК»  24% доли в уставном капитале ООО «УК «РСК», ФИО7 – 76% доли в уставном капитале общества «УК «РСК».

Общее количество голосов, которыми обладали участники очередного общего собрания участников в соответствии с пунктом 3 статьи 16 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) составляет 10000 голосов, из них: от ООО «РСК» представитель по доверенности ФИО13 – 24% голосов, ФИО7 – 76% голосов.

При принятии решения об одобрении договора залога голосовало ООО «РСК» в лице представителя ФИО13, голоса ФИО7 не учитывались в силу статьи 22 Закона № 14-ФЗ ,ФИО13 принимал участие от ООО «РСК» на основании доверенности от 15.03.2019, выданной ООО «РСК» в лице генерального директора ФИО7, на основании которого он уполномочивает ФИО13 представлять интересы Общества на общем собрании участников общества «УК «РСК», назначенного на 15.03.2019, в рамках которого доверенное лицо имеет право участвовать в обсуждении вопросов повестки дня, голосовать по своему усмотрению по всем вопросам повестки дня, подписывать протокол общего собрания участников, получать, подавать документы, выступать на общем собрании участников, знакомиться с информацией о деятельности ООО «УК «РСК», а также осуществлять любые другие полномочия участника от имени Общества.

Между ФИО7 (залогодатель) и ФИО3 (залогодержатель), 28.03.2019 был заключен договор залога части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, удостоверенный 28.03.2019 ФИО8, временно исполняющим обязанности нотариуса Казанского нотариального округа РТ ФИО9, за номером в реестре № 16/27-н/16-2019-1-437, согласно которому с целью обеспечения исполнения обязательств по заключенному между залогодателем и залогодержателем договора займа б/н от 11.03.2019, ФИО7 передает в залог ФИО3 часть доли в уставном капитале общества «УК «РСК».

Размер закладываемой части доли в уставном капитале Общества составляет 38%, номинальной стоимостью 3800 руб.

Полномочие на распоряжение указанной частью доли в уставном капитале Общества принадлежит ФИО7 на основании протокола общего собрания участников ООО «УК «РСК» от 15.03.2019, Выписки из ЕГРЮЛ от 28.03.2019, полученной в электронной форме 28.03.2019 б/н ФИО8, временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО14 Казанского нотариального округа РТ.

В силу пункта 4.1 договора в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения залогодателем обеспеченного залогом обязательства по договору займа от 11.03.2019 для удовлетворения требования залогодержателя может быть обращено взыскание на заложенную долю в уставном капитале Общества во внесудебном и/или в судебном порядке по выбору залогодержателя.

Залогодержатель обязан направить залогодателю уведомление о начале обращения взыскания на предмет залога. Реализация заложенного имущества допускается не ранее 10 календарных дней с момента направления залогодателем уведомления залогодержателя.

Стоимость доли определена по соглашению сторон равной 2 500 000 руб.

По истечении срока для возвращения суммы займа 05.05.2019 ФИО7 было направлено уведомление с требованием об исполнении обязательства по договору займа.

ФИО7 07.05.2019 обратился в нотариальную контору с заявлением, свидетельствующим об отсутствии возможности исполнить обязательство и отсутствием претензий против совершения исполнительной надписи.

Нотариусом 17.05.2019 было направлено уведомление о намерении совершить исполнительную надпись на договоре залога с приложением копии расчет задолженности.

27 мая 2019 года нотариусом была совершена исполнительная надпись о передаче в собственность ФИО3 38% доли в уставном капитале ООО «УК «РСК».

На основании указанных документов в ЕГРЮЛ была внесена запись от 11.06.2019 о наличии статуса участника у ФИО3 с указанием размера доли в уставном капитале ООО «УК «РСК» – 38%.

Впоследствии, оставшаяся у ФИО7 доля в размере 38% процентов уставного капитала ООО «УК «РСК» перешла к ООО «РСК», которое стало владеть 62 % доли в уставном капитале «УК «РСК».

В настоящее время участниками ООО «УК «РСК» являются: ООО «РСК»  24% доли в уставном капитале, ФИО3 – 38 % доли, ФИО11 – 38% доли.

На момент совершения оспариваемых договоров, принятия решения общего собрания участников Общества от 15.03.2019 директором ООО «РСК» являлся ФИО7

Впоследствии на основании решения Совета директоров ООО «РСК» от 28.05.2019 ФИО7 был освобожден от должности генерального директора с назначением на должность генерального директора ООО «РСК» ФИО15

При принятии указанного выше решения членами Совета директоров являлись ФИО11, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО7

Считая, что решение общего собрания участников ООО «УК «РСК» от 15.03.2019 было принято в отсутствие одобрения со стороны Совета директоров в нарушение пункта 23.2.13 Устава, статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее  ГК РФ); договоры займа от 11.03.2019 и залога от 28.03.2019 являются притворными сделками, прикрывающими в совокупности сделку купли-продажи доли в уставном капитале Общества и приводят к нарушению преимущественного права покупки доли, истец обратился в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

Удовлетворяя требование о признании недействительным решения общего собрания общества «УК «РСК» от 15.03.2019, суд первой инстанции исходил из того, что указанное решение является ничтожным как принятое по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания и в отсутствие кворума, поскольку ФИО7 принял решение об одобрении договора залога доли общества «УК «РСК» посредством выдачи доверенности ФИО13 и в отсутствие согласования с советом директоров общества «РСК», который в свою очередь также принимал решение на общем собрании участников общества «УК «РСК» в отсутствие согласования с советом директоров общества «РСК».

Не согласившись с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд отменил решение суда первой инстанции и отказал в иске.

В обоснование своего вывода суд апелляционной инстанции указал, что ни Закон № 14-ФЗ, ни Устав ООО «РСК», ни Положение о Совете директоров ООО «РСК» не относят к компетенции совета директоров ООО «РСК» решение вопроса о даче согласия другим участникам того Общества, долями которого также владеет ООО «РСК», на залог принадлежащих этим участникам долей, и не исключают решение этого вопроса из компетенции генерального директора ООО «РСК».

Суд апелляционной инстанции также указал, что ФИО7, владеющий 76% долей в уставном капитале ООО «УК РСК», передал часть этой доли в залог ФИО3, а ООО «РСК» в лице представителя ФИО13, действующего на основании доверенности от 15.03.2019, как другой участник, владеющий 24% долей в уставном капитале ООО «УК РСК», заключение договора залога одобрило.

Кроме того, апелляционный суд пришел к выводу, что на момент обращения истца с рассматриваемым иском срок исковой давности по требованию об оспаривании решения общего собрания участников Общества истек.

При разрешении спора суды правомерно применили к рассматриваемым правоотношениям положения Закона № 14-ФЗ (в редакции, действующей на момент спорных правоотношений), главы 9.1 ГК РФ «Решения собраний» в редакции, подлежащей применению к настоящему спору, с учетом даты проведения спорного собрания .

Выводы судов первой и апелляционной инстанций об обстоятельствах дела различны, хотя и основаны на одних и тех же доказательствах, которые оценены ими по-разному. 

Суд кассационной инстанции, принимая настоящее постановление, пришел к выводу об отсутствии у суда апелляционной инстанции достаточных оснований для иной оценки фактических обстоятельств по делу и отмены решения суда первой инстанции по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и иска, заявленные требования фактически основаны на нарушении преимущественного права покупки доли в уставном капитале Общества, в соответствии со статьей 21 Закона № 14-ФЗ в результате принятия оспариваемого решения собрания Общества и совершения сделок, прикрывающих в совокупности сделку купли-продажи доли в уставном капитале Общества.

Одной из форм участия участника Общества в управлении делами общества является его участие в общем собрании Общества и голосование по вопросам повестки дня (статьи 8, 32 Закона № 14-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 181.3 ГК РФ определено, что решение собрания недействительно по основаниям, установленным ГК РФ или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

Положениями статьи 181.5 ГК РФ установлен перечень оснований, по которым, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно, а именно если оно: принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности.

В силу пункта 2.1 статьи 32 Закона № 14-ФЗ компетенция совета директоров (наблюдательного совета) общества определяется уставом Общества в соответствии с настоящим Федеральным законом. 

Как усматривается из материалов дела, в силу Положения о Совете директоров, утвержденного решением внеочередного общего собрания участников Общества «РСК» (протокол от 22.02.2018 №1/2018) компетенция Совета директоров определяется законодательством РФ и Уставом Общества.

В соответствии с пунктами 23.2.13, 23.2.24 Устава к компетенции Совета директоров относится согласование предложений о совершении сделок, связанных с приобретением, отчуждением и возможностью отчуждения акций (паев, долей в уставном капитале) других коммерческих организаций в пределах, установленных действующим законодательством Российской Федерации и настоящим Уставом Общества; принятие решения об участии, изменении доли участия и прекращении участия Общества в других организациях, в том числе о прекращении участия (отчуждения долей (акций)) или ликвидации организации, об изменении размера доли участия, номинальной стоимости доли участия, изменения количества акций или номинальной стоимости акций, принадлежащих Обществу, за исключением случаев, когда указанные изменения являются следствием выполнения решений уполномоченного органа организации, участником которой является Общество, либо в результате исполнения решений суда.

Пунктом 25.7 Устава установлено, что единоличный исполнительный орган – генеральный директор общества без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы, выдает доверенности на право представительства от имени Общества, совершает сделки от имени Общества с учетом ограничений, установленных законодательством и Уставом, вносит в Совет директоров предложения о совершении сделок, связанных с приобретением, отчуждением и возможностью отчуждения долей в уставном капитале других коммерческих организаций.

При таких условиях, учитывая положения устава истца, предусматривающие согласование сделок, связанных также и с приобретением долей в уставной капитале других коммерческих организаций, вывод апелляционного суда о том, что по смыслу пунктов 23.2.13, 23.2.24 Устава к компетенции Совета директоров относится лишь согласование предложений о совершении сделок, связанных с отчуждением и возможностью отчуждения акций (паев, долей в уставном капитале) других коммерческих организаций, противоречит буквальному прочтению указанных пунктов устава. 

При этом апелляционным судом не учтено, что приобретение долей в уставной капитале других коммерческих организаций может быть осуществлено Обществом и посредством реализации преимущественного права на приобретение соответствующей доли в уставном капитал Общества, в котором истец является участником.

Принимая во внимание, что вопросы, отнесенные к компетенции Совета директоров, не могут быть переданы на решение единоличному исполнительному органу, за исключением случаев, предусмотренных уставом (пункт 23.3 Устава), суд первой инстанции пришел к верному выводу, что действующий на момент проведения собраний генеральный директор Общества «РСК» ФИО7 принял решение об одобрении договора залога посредством выдачи доверенности ФИО13 от 15.03.2019 в отсутствие согласования с Советом директоров по вопросу передачи в залог доли Общества «УК «РСК» иному лицу.

При этом суд первой инстанции верно указал, что фактически ФИО7 действовал как физическое лицо, а не как единоличный исполнительный орган, преследуя свои личные интересы, и на собрании в голосовании за принятия решения была выражена воля самого ФИО7, явлюящегося председателем собрания,  через представителя ФИО13

При таких условиях оснований не согласиться с оценкой обстоятельств, произведенной судом первой инстанции, связанных с принятием оспариваемого решения общего собрания Общества об одобрении договора залога доли в отсутствие надлежащего порядка согласования сделки, у апелляционного суда не имелось.

При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что решение общего собрания участников Общества от 15.03.2019 является ничтожным в силу статьи 181.5 ГК РФ, поскольку принято в отсутствие кворума.

В соответствии с пунктом 2 статьи 21 Закона № 14-ФЗ участник Общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале Общества одному или нескольким участникам данного Общества. Согласие других участников Общества или Общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом Общества.

Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале Общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных данным Федеральным законом, если это не запрещено уставом Общества.

Пунктами 4 и 5 той же статьи установлено, что участники Общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника Общества по цене предложения третьему лицу или по отличной от цены предложения третьему лицу и заранее определенной уставом Общества цене пропорционально размерам своих долей, если уставом Общества не предусмотрен иной порядок осуществления преимущественного права покупки доли или части доли.

Соответственно, иной участник Общества вправе потребовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя (пункт 2 статьи 93 ГК РФ, пункт 18 статьи 21 Закона № 14-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (пункт 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Основным для притворной сделки является то, что она в момент совершения направлена на достижение правовых последствий, соответствующих другой сделке, а не тех, которые внешне следуют из ее содержания. В случае заключения притворной сделки действительная воля сторон не соответствует правовой цели (направленности) заключенного договора. Поэтому последствием недействительности притворной сделки является применение правил о сделке, которую стороны имели в виду, исходя из действительной воли сторон. Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 88 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части I Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее  Постановление № 25) разъяснил, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Таким образом, в пункте 88 Постановления № 25 констатирована возможность квалификации в качестве притворной (прикрывающей другую сделку) не одной, а нескольких взаимосвязанных сделок.

При оценке правомерности требований истца судом первой инстанции в полной мере выяснена действительная воля сторон и цель договоров займа и залога, учтено, что по смыслу статьи 170 ГК РФ притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон, о притворности сделки свидетельствует не столько содержание договора, сколько совокупность обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора., цель  прикрыть истинную сделку  может достигаться как оформлением одного договора, так и путем совершения нескольких сделок.

Как следует из материалов дела, согласно пункту 2.1 договора займа сторонами был предусмотрен незначительный срока займа – 46 дней, обеспеченный залогом доли в уставном капитале Общества «УК «РСК», ФИО3 предоставил сумму займа ФИО7, не дождавшись возникновения залога. Стороны получили согласие общего собрания участников Общества на залог доли только 15.03.2019, а согласия обеих супруг – 27.03.2019, соответственно ФИО3 не опасался отсутствия обеспечения займа, не имея необходимых согласий с риском заключения договора залога доли, договор займа является беспроцентным между двумя физическими лицами без статуса индивидуальных предпринимателей. 

Из материалов дела следует, что по окончании срока возврата займа ФИО3 и ФИО7 безотлагательно обратились к нотариусу за внесудебным взысканием на предмет залога, не предоставив реальной возможности ФИО7 для возврата займа, что свидетельствует о заранее имеющейся договоренности между сторонами договоров о передаче доли.

При этом Уставом Общества предусмотрено, что в случае обращения взыскания на долю или часть доли участника Общества в уставном капитале Общества по долгам участника Общество вправе выплатить кредиторам действительную стоимость доли или части доли участника Общества.

Указывая на сговор ФИО3 и ФИО7, суд первой инстанции также принял во внимание, что ФИО3 являлся сотрудником ООО «РСК» в должности начальника планово-экономического отдела в период времени, когда ФИО7 имел полномочия генерального директора, что подтверждается трудовым договором №7 от 19.05.2014.

Согласно пункту 1 статьи 93 ГК РФ переход доли или части доли участника Общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Кодексом и законом об обществах с ограниченной ответственностью.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 1 и 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге» условие о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, не может содержаться в договоре залога доли (части доли) в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, заключенном одним из участников общества  физическим лицом с залогодержателем, не являющимся участником общества, поскольку такой залог возможет только с согласия общего собрания участников общества (пункт 1 статьи 22 Закона № 14-ФЗ).

Оценивая оспариваемые истцом сделки займа и залога, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что все указанные сделки, по сути, прикрывают одну сделку по купле-продаже доли в уставном капитале Общества в обход правил о преимущественном праве других участников на покупку доли.

Признание сделки недействительной означает, что сделка недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ), поэтому последующее исполнение сделки отнюдь не препятствует ни признанию ее недействительной, ни применению последствий ее недействительности. При прекращении обязательства исполнением юридические последствия сделки сохраняют силу, а при признании сделки недействительной эти юридические последствия ликвидируются

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств и при правильном применении к спорным правоотношениям норм материального права судом первой инстанции сделан правильный вывод о ничтожности как  самого решение общего собрания участников Общества от 15.03.2019 по вопросу предоставления согласия на передачу в залог доли в уставной капитале Общества в силу статьи 181.5 ГК РФ, поскольку принято в отсутствие кворума, так и договора залога доли уставного капитала, заключенного в нарушение требований статьи 22 Закона № 14-ФЗ.

Суд первой инстанции всесторонне и полно оценил имеющиеся доказательства, установил соответствующие обстоятельства и сделал правильные выводы о том, что поскольку отчуждение спорных долей Общества произошло путем последовательного оформления договоров займа и залога, в отсутствие соблюдения требований и порядка одобрения сделки, такая передача долей осуществлена в обход закона и положений Устава Общества о предоставлении возможности реализации другим участникам преимущественного права покупки долей, указанные договоры являются притворной сделкой, прикрывающие сделку купли-продажи (статьи 166, 168 и 170 ГК РФ).

При этом суд первой инстанции отметил, что ФИО3 и ФИО7 совершены действия, направленные для изменение состава участников Общества, и по существу являются сделкой по передаче доли в уставном капитале к ФИО3, оспариваемые сделки фактически прикрывали собой сделку отчуждения доли в размере 38% уставного капитала Общества в обход правил о преимущественном праве других частников на покупку доли.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки, совершены не в интересах участников Общества, при наличии ничтожности решения общего собрания участников Общества от 15.03.2019, а также с нарушением норм действующего законодательства, в том числе при злоупотреблении правом, что привело к нарушение прав и законных интересов истца.

Учитывая всю совокупность вышеизложенных обстоятельств, в условиях явной недобросовестности действий ФИО3 и ФИО7 в отношении оспариваемых договоров займа и залога, стороны фактически заключили договор купли-продажи, который прикрывается оспариваемыми сделками (договором займа от 11.03.2019, договором залога от 15.03.2019), суд первой инстанции признал их недействительными на основании пункта 2 статьи 170, статьи 10 ГК РФ.

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор. Такой подход сформулирован в пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного его Президиумом 26.06.2015.

Согласно абзацу 1 пункта 18 статьи 21 Закона № 14-ФЗ при продаже доли (части доли) в уставном капитале Общества с нарушением преимущественного права покупки доли (части доли) участник или участники Общества либо Общество, если уставом ООО предусмотрено преимущественное право покупки Обществом, могут в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении, потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя. Руководствуясь положениями статьи 93 ГК РФ и пункта пунктом 18 статьи Законом № 14-ФЗ, суд признал исковые требования ООО «РСК» о переводе прав и обязанностей покупателя по сделке купли-продажи части доли в размере 38% в уставном капитале ООО «УК «РСК» обоснованными.

На основании статей 195, 196, 199 и 200 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В соответствии с пунктом 4 статьи 43 Закона № 14-ФЗ заявление участника Общества о признании решения общего собрания участников Общества и (или) решений иных органов управления Обществом недействительными может быть подано в суд в течение двух месяцев со дня, когда участник Общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным.

В силу пункта 112 Постановления № 25 срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными в пункте 5 статьи 181.4 ГК РФ (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).

Согласно пункту 5 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества (пункт 5 статьи 181.4 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО3 и ФИО7 было заявлено о применении срока исковой давности по требованию истца о признании недействительным решения общего собрания участников Общества от 15.03.2019 и о переводе прав и обязанностей покупателя по сделку купли-продажи части доли.

Данное заявление правомерно отклонено судом первой инстанции.

Выводы апелляционного суда об обратном, судом округа отклоняются, как основанные на неправильном понимании института исковой давности и противоречащие обстоятельствам дела.

Из материалов дела следует и установлено судом, что истцу стало известно об изменении состава участников 15.08.2019 после получения письма от 15.08.2019 исх. № 837 нового генерального директора Общества «РСК» ФИО15

В материалах дела отсутствуют доказательства подтверждающие, что в указанный период Обществом проводились общие собрания участников, о которых Совет директоров ООО «РСК» извещался в установленном законом порядке и в ходе которых он мог узнать о заключении договоров займа и залога, равно как и доказательств, что в указанный период Совету директоров направлялись иные уведомления, из которых он мог узнать о нарушении его прав и законных интересов, а каких-либо достаточных оснований проводить постоянный мониторинг сведений ЕГРЮЛ о составе участников и вносимых в ЕГРЮЛ изменениях у истца не имелось. Получение выписок из ЕГРЮЛ является правом, а не обязанностью участника Общества.

С учетом указанных обстоятельств, установив, что запись о новом участнике Общества ФИО3 внесена в ЕГРЮЛ 11.06.2019, а иск подан в суд в электронном виде 12.09.2019, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что срок исковой давности по заявленным требованиям истцом не пропущен.

Из содержания искового заявления следует, что в основу исковых требований положен тот факт, что одобрение договора залога произошло без уведомления Совета директоров участника Общества о месте и времени проведения соответствующего собрания и без его участия в данном собрании. Протокол собрания участников Общества также не направлялся в адрес Совета директоров Общества.

В данном случае, суд принял во внимание, что генеральным директором ООО «РСК» в тот момент являлся ФИО7, который был стороной договоров займа и залога.

Поскольку ФИО7 был освобожден от должности генерального директора ООО «РСК» с 31.05.2019 на основании решения Совета директоров, у истца в лице нового генерального директора Общества «РСК» появилась возможность узнать после анализа всех переданных ФИО7, документов, в случае их передачи.

Соответственно, после проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «РСК» ему стало известно о наличии оспариваемого решения общего собрания участников Общества, о чем им 15.08.2019 было направлено письмо от 15.08.2019 исх. № 837 в адрес членов Совета директоров и в котором имеется подпись ФИО21 о получении данного письма 15.08.2019.

При изложенных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены решения суда первой инстанции, соответствующего требованиям норм материального и процессуального права.

Согласно части 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

На основании вышеизложенного, руководствуясь указанной нормой права, судебная коллегия считает возможным, отменив постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе решение суда первой инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2021 по делу № А65-27419/2019 отменить, оставив в силе решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.09.2020.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья       Э.Г. Гильманова

Судьи       А.В. Топоров

       Н.Ю. Мельникова