ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Ленина, 100-б, г. Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А19-20854/2018

г. Чита

11 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2022 года.

В полном объеме постановление изготовлено 11 марта 2022 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кайдаш Н.И.,

судей: Антоновой О.П., Ломако Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Спасибо Ю.В.,

рассмотрев в открытом заседании в помещении суда апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СК «Ангара» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Иркутской области от 23 декабря 2021 года по делу № А19-20854/2018,

по заявлению конкурсного управляющего ООО СК «Ангара» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о взыскании убытков с ФИО1, ФИО2, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «ЭФИК» и акционерного общества «Страховая компания Опора»,

по делу по заявлению временной администрации общества с ограниченной ответственностью СК «Ангара» о признании общества с ограниченной ответственностью страховая компания «Ангара» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес места нахождения: 665717, Иркутская область, г. Братск, мкр-н Центральный, ул.Южная, д. 23) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

от ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО4 по доверенности от 19.08.2021, паспорт,

от ФИО1 – Тасс А.В. по доверенности от 03.12.2020, паспорт,

установил:

решением Арбитражного суда Иркутской области от 29.07.2019 заявление временной администрации ООО СК «Ангара» о признании ООО СК «Ангара» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении ООО СК «Ангара» введена процедура банкротства – конкурсное производство,  обязанности конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о взыскании убытков с ФИО1, ФИО2, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Экспертно-финансовая инвестиционная компания» (далее - ООО «ЭФИК») и икционерного общества «Страховая компания Опора» солидарно в размере 1 854 822 758,88 руб.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 23.12.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, конкурсный управляющий его обжаловал в апелляционном порядке, просит определение от 23.12.2021 отменить,  принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на несогласие с выводом суда о том, что передача всех активов в ООО «ЭФИК» и последующий вывод активов из доверительного управления в адрес третьих лиц не причинил ущерб страховщику. Считает, что судом не дана оценка доводам конкурсного управляющего о совместности причинения вреда, в результате чего суд не применил положения п.2 ст. 1012, ст. 1022, ст.1080, ст., 322, ст.53.1 ГК РФ в части оценки добросовестности совокупности действий ООО «ЭФИК», ФИО3, ФИО5, и их вине в причинении страховщику убытков.

По мнению конкурсного управляющего неверен вывод суда о том, что не обращение с отдельным иском к ООО «ЭФИК» препятствует взысканию убытков в рамках заявленного иска. Истец не связан требованием к контрагенту при предъявлении иска о взыскании убытков с руководителей и контролирующих лиц общества.

Конкурсный управляющий полагает ошибочным вывод суда о том, что не передача руководителями ООО СК «Ангара» первичной документации по требованиям о взыскании дебиторской задолженности не может являться основанием для взыскания убытков, поскольку взыскание с контрагентов невозможно в силу того, что ни конкурсному управляющему, ни временной администрации соответствующие документы переданы не были.

Кроме того, заявитель оспаривает выводы суда относительно ликвидности облигаций PVDS Technology s.r.o., ISIN SK4120012287, полагает, что, принимая в качестве актива от аффилированной компании облигации непроверенного эмитента стоимостью более 400 миллионов рублей, директор страховщика действовал неразумно, не убедившись в реальной стоимости данных ценных бумаг и возможности фактического исполнения эмитентом своих обязательств. Суд не учел тот факт, что между дефолтом по облигациям и моментом их принятия на учет страховщиком прошло незначительное время. Облигации были переданы по договорам и актам лишь 24.05.2018 (не 15.03 и 19.03.2021), а уже 29.11.2018 по ним был объявлен дефолт.

Конкурсный управляющий считает, что имеются все основания для привлечения ответчиков к ответственности в виде взыскания убытков.

ФИО1 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица отзывы на апелляционную жалобу в суд не представили.

В судебном заседании представители поддержали свои правовые позиции.

О месте и времени судебного заседания иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, однако в судебное заседание апелляционной инстанции своих представителей не направили. В соответствии с частями 3, 5 статьи 156 Арбитражного кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание представителей участвующих в деле лиц не препятствует судебному разбирательству.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов заявления и установлено судом, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий сослался на следующие обстоятельства.

15.03.2018 между ООО «Страховая компания «Ангара» (управляющая страховая организация) и АО «СК «Опора» (страховщик) заключен договор о передаче страхового портфеля, по условиям которого страховщик принял на себя обязательства передать, а управляющая страховая компания принять в полном объеме страховой портфель на условиях предусмотренных договором.

На основании п. 2.2. договора от 15.03.2018 в страховой портфель включались:

- обязательства по всем договорам страхования, итоговый перечень которых будет приведен в акте приема-передачи страхового портфеля;

- обязательства Страховщика (как лица, застраховавшего гражданскую ответственность лиц, причинивших вред) по возмещению суммы оплаченных убытков лицам, осуществившим в порядке, предусмотренном Законом об ОСАГО, прямое возмещение убытков (далее – «ПВУ»), причиненных потерпевшим;

- активы, принимаемые для покрытия сформированных страховых резервов.

В соответствии с п. 3.1. договора от 15.03.2018 в состав передаваемых страховых резервов по договору включены:

- резервы незаработанной премии – 330 178 655 рублей;

- резерв заявленных, но неурегулированных убытков – 224 327 364,74 рублей;

- резерв произошедших, но незаявленных убытков – 75 154 124, 35 рублей;

- резерв расходов на урегулирование убытков – 9 650 439, 04 рублей.

Предполагаемый общий размер страховых резервов на 15.03.2018 составлял 639 310 583,13 рублей.

В соответствии с п. 4.1. договора от 15.03.2018 при передаче страхового портфеля страховщик передает управляющей страховой организации активы в большем размере, чем сформированные страховые резервы, передаваемые по договору от 15.03.2018, то есть с надбавкой, общей стоимостью 662 493 572,26 рублей.

На основании п. 4.2. к передаче на дату составления договора от 15.03.2018 были определены следующие активы:

- права требования о возмещении сумм оплаченных убытков, принадлежащих страховщику (как лицу, осуществившему ПВУ, причиненных потерпевшим, в порядке, предусмотренном Законом об ОСАГО) и еще не предъявленные к страховщикам, которые застраховали гражданскую ответственность лиц, причинивших вред стоимостью 49 965 359,95 рублей;

- права требования страховщика к страхователям об уплате очередных страховых премий, а также к агентам о перечислении страховых взносов/премий, полученных от страхователей (то есть дебиторская задолженность) в размере 74 500 228,03 рублей;

- отложенные аквизиционные расходы в размере 30 875 045,01 рублей;

- права требования о возмещении суммы оплаченных убытков, принадлежащие страховщику, как лицу, выплатившему страховое возмещение по договору имущественного страхования, к лицу, ответственному за убытки, в порядке суброгации в размере 16 287 648,65 рублей;

- ценные бумаги (облигации федерального займа РФ и рейтинговые корпоративные облигации российских эмитентов) общей стоимостью 490 865 290,62 рублей.

 

19.03.2018 между сторонами договора от 15.03.2018 был подписан акт приема-передачи страхового портфеля, на основании которого страховой портфель, включающий в себя указанные выше активы и обязательства был принят ООО «СК «Ангара».

23.05.2018 между сторонами договора от 15.03.2018 было заключено дополнительное соглашение № 4 к договору, на основании которого был изменен размер передаваемого имущества.

В состав страховых резервов передаваемого страхового портфеля были включены:

- резервы незаработанной премии – 330 178 655 рублей;

- резерв заявленных, но неурегулированных убытков – 766 863 225, 39 рублей;

- резерв произошедших, но незаявленных убытков – 75 154 124, 35 рублей;

- резерв расходов на урегулирование убытков – 25 926 514, 86 рублей.

Общий размер страховых резервов на дату передачи страхового портфеля составил 1 198 122 519,60 рублей.

Указанным дополнительным соглашением был также изменен п. 4.1. договора от 15.03.2018, в соответствии с которым при передаче страхового портфеля страховщик передал управляющей страховой организации активы в большем, чем сформированные страховые резервы, передаваемые по договору, то есть с надбавкой, общей стоимостью 1 204 504 429,46 рублей.

На основании п.4.2. к передаче на дату составления договора  были определены следующие активы:

- права требования о возмещении сумм оплаченных убытков, принадлежащих страховщику (как лицу, осуществившему ПВУ, причиненных потерпевшим, в порядке, предусмотренном Законом об ОСАГО) и еще не предъявленные к страховщикам, которые застраховали гражданскую ответственность лиц, причинивших вред стоимостью 49 965 359,95 рублей;

- права требования страховщика к страхователям об уплате очередных страховых премий, а также к агентам о перечислении страховых взносов/премий, полученных от страхователей (то есть дебиторская задолженность) в размере 74 500 228,03 рублей;

- отложенные аквизиционные расходы в размере 30 875 045,01 рублей;

- права требования о возмещении суммы оплаченных убытков, принадлежащие страховщику, как лицу, выплатившему страховое возмещение по договору имущественного страхования, к лицу, ответственному за убытки, в порядке суброгации в размере 16 287 648,65 рублей;

- ценные бумаги (облигации федерального займа РФ и рейтинговые корпоративные облигации российских эмитентов) общей стоимостью 490 865 290,62 рублей;

- облигации PVDS Technology s.r.o., ISIN SK4120012287 в количестве 465 шт. общей стоимостью 338 102 612,67 рублей;

- денежные средства в размере 203 908 244,53 рублей.

Дополнением от 24.05.2018 к акту приема передачи от 19.03.2018 дополнительные активы и обязательства были переданы ООО «СК «Ангара».

Также, 19.03.2018 между ООО «СК «Ангара» и АО «СК «Опора» был заключен договор о передаче страхового портфеля, по условиям которого страховщик принял на себя обязательства передать, а управляющая страховая компания принять в полном объеме страховой портфель на условиях предусмотренных договором.

На основании п. 2.2. договора от 19.03.2018 в страховой портфель включались:

- обязательства по всем договорам страхования, итоговый перечень которых будет приведен в акте приема-передачи страхового портфеля;

- обязательства по всем договорам страхования, срок действия которых истек на дату принятия страховщиком решения о передаче страхового портфеля, не исполненные страховщиком в полном объеме или частично (вне зависимости от того, заявлены ли по таким договорам страхования требования о возмещении убытков либо вреда или нет, определена ли сумма убытков/вреда или нет, принят ли и вступил ли по ним в силу судебный акт о взыскании со страховщика суммы убытков / вреда или нет;

- активы, принимаемые для покрытия сформированных страховых резервов и указанные в п. 4.2. договора от 19.03.2018.

В соответствии с п. 3.1. договора от 19.03.2018 в состав передаваемых страховых резервов по договору включены:

- резервы незаработанной премии – 38 285 735,32 рублей;

- резерв заявленных, но неурегулированных убытков – 259 332 746,26 рублей;

- резерв произошедших, но незаявленных убытков – 23 337 273,46 рублей;

- резерв расходов на урегулирование убытков – 8 419 934,48 рублей.

Предполагаемый общий размер страховых резервов на 19.03.2018 составлял 329 375 689,52 рублей.

В соответствии с п. 4.1. договора от 19.03.2018 при передаче страхового портфеля страховщик передает управляющей страховой организации активы в размере сформированных страховых резервов, соответствующих передаваемым по договору от 19.03.2018 обязательствам, общей стоимостью 329 375 689,52 рублей.

На основании п. 4.2. к передаче на дату составления договора от 19.03.2018 были определены следующие активы:

- права требования страховщика к страхователям об уплате очередных страховых премий, а также к агентам о перечислении страховых взносов/премий, полученных от страхователей (то есть дебиторская задолженность) в размере 8 197 856,80 рублей;

- отложенные аквизиционные расходы в размере 12 111 373,74 рублей;

- доля участия перестраховщиков в резервах в размере 19 846 231,98 рублей;

- ценные бумаги (облигации федерального займа РФ и рейтинговые корпоративные облигации российских эмитентов) общей стоимостью 289 220 227,00 рублей.

19.03.2018 между сторонами договора от 19.03.2018 подписан акт приема-передачи страхового портфеля, на основании которого страховой портфель, включающий в себя указанные выше активы и обязательства был принят ООО «СК «Ангара».

30.03.2018 между сторонами договора от 19.03.2018 заключено дополнительное соглашение № 1 к договору, на основании которого был изменен размер передаваемого имущества.

В состав страховых резервов передаваемого страхового портфеля были включены:

- резервы незаработанной премии – 38 285 735,32 рублей;

- резерв заявленных, но неурегулированных убытков – 259 332 746,26 рублей;

- резерв произошедших, но незаявленных убытков – 23 337 273,46 рублей;

- резерв расходов на урегулирование убытков – 8 419 934,48 рублей;

- стабилизационный резерв – 150 017 048,00 рублей.

Общий размер страховых резервов на дату передачи страхового портфеля составил 479 392 737,52 рублей.

Указанным дополнительным соглашением также изменен п. 4.1. договора от 19.03.2018, в соответствии с которым при передаче страхового портфеля страховщик передал управляющей страховой организации активы в размере сформированных страховых резервов, соответствующих передаваемым по договора от 19.03.2018 обязательствам, общей стоимостью 479 392 737,52 рублей.

Стороны договорились, что страховщик дополнительно к ранее переданным управляющей страховой организации в рамках договора передачи страхового портфеля от 19.03.2018 активам передает:

- ценные бумаги (облигации федерального займа РФ и рейтинговые корпоративные облигации российских эмитентов) общей стоимостью 65 000 000 рублей;

- денежные средства в размере 56 553 700 рублей;

- облигации PVDS Technology s.r.o., ISIN SK4120012287 в количестве 41 шт. общей стоимостью 28 463 348 рублей.

Стороны договорились осуществить передачу активов не позднее 12.04.2018 года (с учетом дополнительного соглашения № 2 от 10.04.2018).

Дополнительным соглашением № 3 от 24.04.2018 стороны пришли к соглашению о расторжении дополнительного соглашения №1 от 30.03.2018.

Пунктом 3 дополнительного соглашения № 3 от 24.04.2018 стороны согласовали, что возврат активов в размере 150 017 048,00 рублей осуществляется управляющей страховой организацией страховщику ценными бумагами в срок до 28.04.2018.

23.05.2018 между сторонами договора от 19.03.2018 заключено дополнительное соглашение №6 к договору от 19.03.2018, в соответствии с которым был изменен размер передаваемого имущества. В состав страховых резервов передаваемого страхового портфеля были включены:

- резервы незаработанной премии – 38 285 735,32 рублей;

- резерв заявленных, но неурегулированных убытков – 609 848 795,35 рублей;

- резерв произошедших, но незаявленных убытков – 23 337 273,46 рублей;

- резерв расходов на урегулирование убытков – 18 935 415,95 рублей.

Указанным дополнительным соглашением был также изменен п. 4.1. договора от 19.03.2018, по условиям которого при передаче страхового портфеля страховщик передал управляющей страховой организации активы в размере большем, чем сформированные страховые резервы (690 407 220,08 рублей), передаваемые по договору, т.е. с надбавкой, общей стоимостью 693 304 748,17 рублей.

На основании п. 4.2. к передаче на дату составления договора от 19.03.2018 были определены следующие активы:

- права требования страховщика к страхователям об уплате очередных страховых премий, а также к агентам о перечислении страховых взносов/премий, полученных от страхователей (то есть дебиторская задолженность) в размере 8 197 856,80 рублей;

-отложенные аквизиционные расходы в размере 12 111 373,74 рублей;

- доля участия перестраховщиков в резервах в размере 277 857 326,43 рублей;

- ценные бумаги (облигации федерального займа РФ и рейтинговые корпоративные облигации российских эмитентов) общей стоимостью 289 220 227,00 рублей;

- облигации PVDS Technology s.r.o., ISIN SK4120012287 в количестве 83 шт. общей стоимостью 61 917 964,20 рублей;

- денежные средства в размере 44 000 000,00 рублей.

Дополнением от 24.05.2018 к акту приема передачи от 19.03.2018 дополнительные активы и обязательства были переданы ООО «СК Ангара».

По мнению конкурсного управляющего ООО СК «Ангара», договоры о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018, заключенные между АО «СК «Опора» и ООО «СК «Ангара» были совершены с целью перевода обязательств АО «СК «Опора» перед страхователями и выгодоприобретателями на ООО «СК «Ангара» и одновременно вывода ликвидных активов группы на подконтрольных лиц, без передачи ООО «СК «Ангара» реальных активов для расчетов по полученным обязательствам, поскольку несмотря на документальное оформление актов приема-передачи к договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 и фактического принятия ООО «СК «Ангара» поименованных в договорах обязательств перед страхователями, выгодоприобретателями и третьими лицами, ООО «СК «Ангара» не получило в свое фактическое распоряжение активы для расчетов по переданным обязательствам.

В частности, согласно пояснениям заявителя, в соответствии с условиями  договоров о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 в пользу ООО «СК «Ангара» подлежали передаче денежные средства на общую сумму 247 908 244,53 рублей.  Однако указанные денежные средства так и не поступили в распоряжение ООО «СК «Ангара», поскольку поступили на счета ООО «ЭФИК», в соответствии с заключённым между ООО «СК «Ангара» и ООО «ЭФИК» договором доверительного управления от 19.01.2018 №008/2018/ДУ, в соответствии с условиями которого ООО «СК «Ангара» (учредитель управления) передает ООО «ЭФИК» (управляющий) в доверительное управление активы (ценные бумаги и/или денежные средства, предназначенные для инвестирования в ценные бумаги и иные финансовые инструменты), а управляющий обязуется осуществлять доверительное управление активами в интересах учредителя управления, являющегося выгодоприобретателем, в порядке и на условиях, установленных договором.

На сайте Банка России 11.06.2019 опубликовано сообщение о решении Банка России от 11.06.2019 об аннулировании лицензий ООО «ЭФИК». ООО «ЭФИК» установлен срок для возврата имущества клиентам до 29.11.2019.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39.2 Федерального закона от 22.04.1996 №39-Ф3 «О рынке ценных бумаг» в случае принятия Банком России решения об аннулировании лицензии на осуществление профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг организация, в отношении которой было принято такое решение, обязана прекратить обязательства, связанные с осуществлением соответствующей профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг (в том числе по возврату имущества клиентам), в срок, установленный решением Банка России, который не может быть более одного года.

Однако из ООО «ЭФИК» денежные средства в пользу ООО «СК «Ангара» так и не поступили.

Кроме того, согласно пояснениям конкурсного управляющего, от АО «СК «Опора» в пользу ООО «СК «Ангара» подлежали передаче ценные бумаги на общую сумму 490 865 290,62 рублей по договору о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и 289 220 227,00 рублей – по договору о передаче страхового портфеля от 19.03.2018.

Указанные ликвидные активы были получены ООО «СК «Ангара» и в полном объеме реализованы в марте-апреле 2018 года. Полученные от реализации ценных бумаг денежные средства были зачислены на брокерский счет в АО «АЛЬФА-БАНК», с которого в последующем перечислены на расчетный счет доверительного управляющего – ООО «ЭФИК» и последним до настоящего времени ООО «СК «Ангара» не возвращены.

Также, по утверждению конкурсного управляющего ООО СК «Ангара», от АО «СК «Опора» не были переданы документы по договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018, позволяющие должнику реализовать свои права требования о возмещении сумм оплаченных убытков (49 965 359,95 рублей); к страхователям об уплате очередных страховых премий, а также к агентам о перечислении страховых взносов/премий, полученных от страхователей (74 500 228,03 рублей + 8 197 856,80 рублей); о возмещении суммы оплаченных убытков по договору имущественного страхования, к лицу, ответственному за убытки, в порядке суброгации (16 287 648,65 рублей).

Также не были переданы договоры с перестраховщиками, не подтверждено перезаключение договоров с ними, отсутствуют иные документы для предъявления к ним обоснованных требований.

Указанные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего ООО СК «Ангара», подтверждаются тем, что временной администрацией ООО СК «Ангара» не были переданы конкурсному управляющему перечисленные выше документы.

Более того, согласно пояснениям конкурсного управляющего, от временной администрацией ООО СК «Ангара» не были переданы конкурсному управляющему документы, необходимые для оценки стоимости переданных ООО СК «Ангара» облигаций PVDS Technology s.r.o., ISIN SK4120012287.

В частности, не передавалось ни решение о выпуске облигаций, ни проспект эмиссии ценных бумаг, иные документы, содержащие условия выпуска. Также отсутствует информация относительно регистрации эмитента, его отчетности на момент получения ценных бумаг (в мае 2018 года), сведения об исполнении/неисполнении им своих обязательств ранее.

По мнению конкурсного управляющего, принимая облигации PVDS Technology s.r.o. в качестве актива, лица, контролирующие деятельность ООО «СК «Ангара», никаким образом не исследовали обоснованность их стоимости, возможности реализации прав по ценным бумагам. При этом, 02.11.2018 на сайте АО «НКК» было размещено сообщение о том, что в отношении облигаций PVDS Technology введен запрет на прием и хранение ценных бумаг. Аналогичная информация была размещена на сайте НКО АО НРД 31.10.2018. Также НКО АО НРД 03.01.2019 проинформировало инвесторов о корпоративном действии «дефолт» (невыполнение обязательств по облигациям PVDS Technology).

Указанные обстоятельства, согласно пояснениям конкурсного управляющего, свидетельствуют о том, что облигации PVDS Technology s.r.o., ISIN SK4120012287 являлись техническими ценными бумагами и в связи с этим неликвидными.

Ввиду указанных обстоятельств ООО «СК «Ангара» были недополучены активы по договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 в размере 1 854 822 758,88 рублей.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности заявителем наличия совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон о банкротстве) дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно подпункту 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. В случае совместного причинения вреда, данные лица обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ).

В состав лиц, определяющих деятельность ООО «СК «Ангара», в соответствии с заявлением конкурсного управляющего ООО «СК «Ангара», входили:

1)       ФИО1, являющийся в период с 12.05.2005 по 21.03.2018 генеральный директором ООО «СК «Ангара»;

2)       ФИО2 - генеральный директор ООО «СК «Ангара» в период с 22.03.2018 по 28.03.2019.

3)      ООО «ЭФИК» - доверительный управляющий активами, принадлежащими на праве собственности ООО СК «Ангара».

4)      АО «СК ОПОРА» - контрагент должника по договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018, осведомленный о противоправной цели их заключения, а также выгодоприобретатель в результате отчуждения обязательств.

5)      ФИО3 - конечный бенефициар всей группы организаций (ООО «СК «Ангара», АО «СК ОПОРА» и ООО «ЭФИК»), в результате заключения сделок между которыми был причинен ущерб имущественным интересам Должника. ФИО3 являлся председателем Совета директоров АО «СК ОПОРА» с 02.09.2015 по 11.10.2017.

Непосредственно ФИО1 подписал договоры о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 и первоначальные акты приема-передачи к ним от 19.03.2018. Последующие дополнительные соглашения к договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 были подписаны ФИО2

При этом, согласно пояснениям конкурсного управляющего, ООО «ЭФИК» входило в состав неформальной группы конечного бенефициара ФИО3, что также указывало на участие ООО «ЭФИК» в даче указаний должнику для реализации конечной цели по выводу активов группы компаний, а также участвовало в схеме аккумулирования на стороне ООО «СК «Ангара» обязательств (в виде переданных по договорам о передаче страховых портфелей), извлекая при этом преимущество от получаемого совокупного дохода связанной группой лиц в свою пользу.

АО «СК ОПОРА» вместе с ООО «СК «Ангара» и ООО «ЭФИК» входило в неформальную группу ФИО3, таким образом, также в составе группы направленно действовало на передачу должнику только обязательств без передачи активов.

Единственным акционером АО «СК ОПОРА» с 01.08.2016 и по настоящий момент является ООО «Открытый мир», которое также являлось с 02.02.2018 по 27.02.2018 участником ООО «СК «Ангара» (доля 25%). Также участником ООО «СК «Ангара» с долей участия 1%в период с 16.07.2018 по 15.02.2019 являлось ООО «РЕСПЕКТ-ПРОФИНВЕСТ», участником которого в период с 27.11.2017 по 04.12.2018 являлось ООО «Открытый мир» (со 100% долей участия). ООО «РЕСПЕКТ-ПРОФИНВЕСТ» также контролировалось ФИО3, поскольку последний являлся председателем Совета директоров ООО «РЕСПЕКТПРОФИНВЕСТ».

Подконтрольность группы компаний ФИО3 по утверждению конкурсного управляющего ООО «СК «Ангара» также подтверждается публикациями СМИ (Ведомости, РБК, Коммерсант, Агентство страховых новостей), актами инспекционных проверок Банка России, а также протоколом от 16.10.2018 № ВН-47-3- 05/2020ДСП, составленным по итогам совещания в ГУ Банка России по Центральному федеральному округу по вопросам деятельности и финансового состояния ООО «ЭФИК».

Как отмечено в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами (статья 44 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Вопреки требованиям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец не доказал совокупности обстоятельство, необходимой для привлечения ответчиков к ответственности.

Как следует из заявления, конкурсного управляющего ООО СК «Ангара» в результате заключения между АО «СК ОПОРА» и ООО «СК «Ангара» договоров о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 (с учетом дополнительных соглашений) ООО «СК «Ангара» был передан значительный объем обязательств при фактическом отсутствии встречной передачи активов на сумму 1 854 822 758,88 рублей, ввиду согласованных действий лиц, определяющих деятельность ООО «СК «Ангара», по совершению последовательных сделок, направленных на передачу наиболее ликвидных активов третьим лицам.

Об отсутствии встречной передачи активов на сумму 1 854 822 758,88 рублей от АО «СК ОПОРА», по мнению конкурсного управляющего должника, свидетельствуют те обстоятельства, что:

- активы АО «СК ОПОРА» фактически не поступили в распоряжение ООО «СК «Ангара», поскольку были переданы ООО «ЭФИК», в соответствии с заключённым между ООО «СК «Ангара» и ООО «ЭФИК» договором доверительного управления от 19.01.2018 №008/2018/ДУ и последующее уклонение ООО «ЭФИК» от возврата активов ООО «СК «Ангара»;

- у конкурсного управляющего ООО СК «Ангара» отсутствуют документы, по договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018, позволяющие должнику реализовать свои права требования о возмещении сумм оплаченных убытков (49 965 359,95 рублей); к страхователям об уплате очередных страховых премий, а также к агентам о перечислении страховых взносов/премий, полученных от страхователей (74 500 228,03 рублей + 8 197 856,80 рублей); о возмещении суммы оплаченных убытков по договору имущественного страхования, к лицу, ответственному за убытки, в порядке суброгации (16 287 648,65 рублей). Также конкурсному управляющему не были переданы договоры с перестраховщиками, не подтверждено перезаключение договоров с ними, отсутствуют иные документы для предъявления к ним обоснованных требований.

Между тем, оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришёл к верному выводу, что обстоятельства передачи активов должника в доверительное управление ООО «ЭФИК» и отсутствие у конкурсного управляющего ООО СК «Ангара» документов, позволяющих ему реализовать, принадлежащие ООО СК «Ангара» права требования, приобретенные по договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 не свидетельствуют о причинении ООО СК «Ангара» убытков в результате действий ответчиков.

Так, денежные средства, подлежащие передаче в соответствии условиями с договоров о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018 в пользу ООО «СК «Ангара» на общую сумму 247 908 244,53 рублей поступили на счета ООО «ЭФИК», в соответствии с заключённым между ООО «СК «Ангара» и ООО «ЭФИК» договором доверительного управления от 19.01.2018 №008/2018/ДУ.

Полученные от реализации ценных бумаг, переданных должнику от АО «СК ОПОРА» по договору о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 на общую сумму 490 865 290,62 рублей и на сумму 289 220 227,00 рублей – по договору о передаче страхового портфеля от 19.03.2018, денежные средства были зачислены на брокерский счет в АО «АЛЬФА-БАНК», с которого в последующем перечислены на расчетный счет доверительного управляющего – ООО «ЭФИК».

Таким образом, активы в виде ценных бумаг на сумму 780 085 517,62 руб. фактически были переданы ООО «СК «Ангара». Последующая реализация ООО «СК «Ангара» указанных ценных бумаг и передача денежных средств в доверительное управление ООО «ЭФИК» не свидетельствует о причинении должнику убытков.

В рассматриваемом случае ООО «СК «Ангара» вправе обратиться к ООО «ЭФИК» с требованием о возврате переданных в доверительное управление активов.

Однако конкурсный управляющий с требованием о возврате переданных в доверительное управление активов к ООО «ЭФИК» не обращался. Доказательств невозможности совершения указанных действий не представил.

Доводы конкурсного управляющего ООО СК «Ангара» о не ликвидности переданных ООО СК «Ангара» облигации PVDS Technology s.r.o. были рассмотрены судом первой инстанции и признаны необоснованными, поскольку сообщение о введении в отношении облигаций PVDS Technology запрета на прием и хранение ценных бумаг было размещено на сайте АО «НКК» 02.11.2018, а информация на сайте НКО АО НРД - 31.10.2018. НКО АО НРД проинформировало инвесторов о невыполнении обязательств по облигациям PVDS Technology только 03.01.2019.

Однако указанные сообщения не свидетельствуют о неликвидности облигаций PVDS Technology s.r.o., ISIN SK4120012287 на дату заключения договоров о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что конкурным управляющим ООО «СК «Ангара» не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о неликвидности облигаций на дату заключения договоров от 15.03.2018 и от 19.03.2018.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Однако, конкурсный управляющий ООО СК «Ангара», заявляя доводы об отсутствии документов, по договорам о передаче страхового портфеля от 15.03.2018 и от 19.03.2018, позволяющие должнику реализовать свои права требования о возмещении сумм оплаченных убытков (49 965 359,95 рублей); к страхователям об уплате очередных страховых премий, а также к агентам о перечислении страховых взносов/премий, полученных от страхователей (74 500 228,03 рублей + 8 197 856,80 рублей); о возмещении суммы оплаченных убытков по договору имущественного страхования, к лицу, ответственному за убытки, в порядке суброгации (16 287 648,65 рублей), а также договоров с перестраховщиками, тем не менее с требованием о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным статьей 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не обращался.

При таких обстоятельствах суд правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО1, ФИО2, ФИО3, ООО «ЭФИК» и АО «Страховая компания Опора».

Выводы арбитражного суда, на которых основано определение, сделаны в результате надлежащей оценки доказательств в деле с соблюдением требований, установленных статьями 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доказательствам в деле суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, доводы конкурсного управляющего были проверены и обоснованно судом отклонены.

Доводы жалобы не содержат сведений о фактах, которые могли повлиять на законность принятого по делу судебного акта, они фактически направлены на переоценку доказательств и обстоятельств дела. По изложенным причинам суд апелляционной инстанции их не принимает.

Судом первой инстанции фактические обстоятельства установлены на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нарушения или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено.

Суд первой инстанции не допустил нарушения или неправильного применения норм процессуального права, в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации влекущих безусловную отмену судебного акта.

Следовательно, определение арбитражного суда законно и обоснованно, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных Картотека арбитражных дел по адресу www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь статьями 268, 270 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 23 декабря 2021 года по делу № А19-20854/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                   Н.И. Кайдаш

 

Судьи                                                                                                  О.П. Антонова

 

Н.В. Ломако