ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998 http://2aas.arbitr.ru, тел. 

<

***> 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-1114/2022

г. Киров

17 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 17 октября 2025 года.  

Второй арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Дьяконовой Т.М., судей Калининой А.С., Кормщиковой Н.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Калининым А.Ю.,  

при участии в судебном заседании:  

представителя ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 14.04.2023, представителя ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 17.08.2025, 

представителя ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 13.05.2019,  

представителя ФИО7 – ФИО8, по доверенности от 19.08.2025,  

по веб-связи: конкурсного управляющего ФИО9, по паспорту,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3  

на определение Арбитражного суда Кировской области от 02.06.2025 по делу № А28-1114/2022, принятое  

по заявлению ФИО3 к ФИО5 

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,  

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Трансферт Лайт» (далее ООО «Трансферт Лайт», должник) кредитор ФИО3 (далее – ФИО3) обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлением о признании недействительными договора займа от 23.10.2019, дополнительных соглашений от 25.02.2020, 27.04.2020, 12.05.2020, 20.05.2020, 27.05.2020, 08.10.2020,  

22.10.2020, 13.11.2020, 18.11.2020, 26.11.2020, договора залога от 23.10.2019, заключенных между должником и ФИО5 (далее – ответчик, ФИО5); договора займа от 02.12.2020, заключенного между должником и ФИО1; договора уступки права требования от 10.10.2022, заключенного между ФИО5 и ФИО10   

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Прокуратура Кировской области, финансовый управляющий ФИО7 - ФИО11.  

Определением Арбитражного суда Кировской области от 09.01.2025 выделены в отдельное производство требования ФИО3 к ФИО10 о признании сделки недействительной (обособленному спору присвоен № А28-1114/2022-37) и требования ФИО3 к ФИО1 о признании сделки недействительной (обособленному спору присвоен № А28-1114/2022-38).  

Определением Арбитражного суда Кировской области от 02.06.2025 в удовлетворении заявленных требований отказано.  

ФИО3, не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.  

По мнению кредитора, заявленные им требования не должны быть разъединены, поскольку заявитель самостоятельно выбирает для своей судебной защиты какие требования, в каком объеме и к каким лицам предъявить при оспаривании сделок в рамках дела о банкротстве. Заявленные требования формируются исходя из взаимосвязанности требований (аффилированность кредиторов ФИО5, ФИО1, ФИО10 и дофинансирование строительства объекта незавершенного строительства из средств ФИО5 через ФИО1 и ФИО10), возможности рассмотрения в рамках одного обособленного спора таких требований с целью процессуальной экономии своего времени и своих расходов на представителя. Считает, что суд, приводя мотивы выделения требований в отдельное производство, как бы заочно разрешил вопрос об отсутствии аффилированности ФИО5, ФИО1, ФИО10 к должнику, в рамках судебного заседания от 18.12.2024. При наличии фактической аффилированности кредиторов между собой и через денежные средства и финансовые взаимоотношения залогового кредитора ФИО5 к должнику и определенной целью, с которой связано финансовое поведение ФИО5, ФИО10, ФИО1, дофинансирование стройки до нужного этапа готовности объекта незавершенного строительства – такие сделки являются цепочкой сделок, а требования, предъявляемые к ФИО5, ФИО10, ФИО1, взаимосвязанными, которые нельзя рассматривать в обособленным спорах, так как требуется получение объяснений от трех кредиторов одновременно в отношении фактических обстоятельств сделки и мотивов их заключения для их сверения с целью получения правдивых фактических данных. Кредитор считает, что ФИО5 дает неправдивые показания суду и правоохранительным органам, что препятствует правильному рассмотрению дела в арбитражном суде посредством изложения различных правовых позиций в рамках рассмотрения дела и проверок по нему. Его  

пояснения нужно рассматривать в совокупности с пояснениями ФИО10, ФИО1 Поскольку ФИО7 выражал аналогичное мнение по поводу незаконности заключенной сделки между должником и конкурсным кредитором ФИО5, как и кредитор ФИО3, ФИО3 указывает на незаконность вынесенного в отношении ФИО7 определения об отказе в привлечении его к качестве соистца. Заявитель полагает, что ФИО5, преследуя цель завладеть предметом залога по заниженной стоимости, нарушает интересы других конкурсных кредиторов. Финансовые обязательства перед иными конкурсными кредиторами не могут быть исполнены посредством продажи имущества должника с торгов (цена продажи ниже 90 млн. рублей). Кредитор считает, что суд ненадлежащим образом распределил бремя доказывания, не учел позиции Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ. Именно на должника и кредитора ФИО5 перешло бремя доказывания относительно непричинения вреда кредиторам, интересам должника. При этом, неверно распределив бремя доказывания, суд незаконно отказал в истребовании доказательств. Заявитель указывает, что суд в мотивировочной части определения не отразил мнение относительно нарушения процедуры выдачи займа. Поясняет, что сразу после регистрации залога ФИО5 решил поменять условия до 36% годовых. В процессе строительства ФИО5 начал останавливать (февраль 2020 г.; июнь-сентябрь 2020 г.; декабрь 2020 г.; январь – май 2021 г.), а затем через длительный промежуток снова возобновлять финансирование, под предлогом отсутствия у него денежных средств, тем самым увеличивая сумму долга, начисляя проценты и пени. Общая сумма 47563510 руб., из которых ФИО5 получил свои же денежные средства обратно 9769124 руб. в виде процентов. Неустойки, штрафы и пени, которые начислены ФИО5 на договор займа и дополнительные соглашения к нему как на единую сумму займа, должны были быть рассчитаны по каждому договору займа с даты просрочки по каждому займу и исходя из суммы, выданной по каждому дополнительному соглашению к договору денежного займа с процентами от 23 октября 2019 г. Таким образом, при незаконном расчете долга, включенного в реестр требований кредиторов, правам иных кредиторов должника и интересам самого должника нанесен вред. ФИО3 считает, что действия кредиторов ФИО5, ФИО10 и ФИО1 являются цепочкой сделок. Из цепочки сделок следует вхождение в состав имущества должника земельного участка и нежилого здания, которое в последующем было снесено и на месте которого возведен объект незавершенного строительства, и последующее нахождение имущества у должника, ФИО5 передал свое имущество должнику, контролировал переданное имущество у должника залогом, а действия директора должника – договором поручительства, осуществлял строительство объекта за собственный счет посредством конструкции финансирования должника займами под высокие проценты, наращивая долг должника с целью забрать переданное имущество на том этапе строительства, на котором будет выгодно именно ФИО5 При этом должник совершал для ФИО5 и его делового партнера ФИО10 действия, которые были выгодны только им, но не должнику, что говорит о полном финансовом и организационном контроле со стороны ФИО5 Произведенная уступка права требования произведена для  

того, чтобы в деле о банкротстве взаимоотношения между ООО «ИТЭК» и ФИО5 лишний раз не были предметом обсуждения, поскольку право требования уже передано. По мнению кредитора, выводы суда относительно отсутствия аффилированности ФИО5 и должника противоречат представленным доказательствам по делу, а именно заключению специалиста от 17.10.2023 № 2, которые судом не оценены и не исследованы, мнениям Прокуратуры Кировской области и отзыву УФНС России по Кировской области от 20 августа 2024 г., пояснениям учредителя должника, его представителя ФИО12  

ФИО10 в возражениях на жалобу указала, что доказательств осуществления ФИО5 финансирования через ФИО1 или/и ФИО10 ФИО3 не представлено. Как таковая цепочка взаимосвязанных сделок отсутствует. Доказательств фактического контроля кредитора ФИО5 над деятельностью должника не представлено. Довод о предварительной договоренности между заявителем процедуры банкротства ООО «ИТЭК» и ФИО5 также не нашел своего подтверждения при рассмотрении дела в суде первой инстанции. Аффилированность ООО «ИТЭК» к должнику, ООО «ИТЭК» к ФИО5 и ФИО5 к должнику не была установлена при рассмотрении обособленного спора № 35, а также при рассмотрении заявления ФИО5 об установлении его требования. При этом отсутствует аффилированность между ООО «ИТЭК» и ФИО10 По мнению ФИО10, ФИО3 не обосновал, каким образом ФИО5 может повлиять на снижение цены имущества, выставленного на торги. Подобные заявления свидетельствуют о неверном толковании и понимании норм права. Просит отказать в удовлетворении жалобы.  

Конкурсный управляющий ФИО9 в отзыве рассмотрение апелляционной жалобы ФИО3 оставил на усмотрение суда.  

ФИО7 в письменной позиции пояснил, что в рассматриваемом случае поведение сторон по сделке свидетельствует об отсутствии намерения создать соответствующие заключенному договору займа правовые последствия. Заключая оспариваемые договоры займа и обеспечивающего исполнение данных обязательств договора залога, у сторон не было цели возвратить денежные средства ФИО5, о чем свидетельствуют условия оспариваемых сделок, поведение сторон в спорный период, а также дальнейшие действия сторон. Должник при приобретении нежилого здания и земельного участка уже столкнулся с несвойственной конструкцией на рынке недвижимости, когда при полной оплате цены договора за недвижимость за третьим лицом (даже не за продавцом) сохранялся залог без конкретизации условий о его снятии в договоре купли-продажи от 28.02.2019. Фактически ФИО5, являясь директором ООО «БЭЙС», искусственно осуществил схему реализации объекта недвижимости, причем спорный объект недвижимости из владения ФИО5 не выбывал, а впоследствии деятельность ООО «БЭЙС» была прекращена в связи с исключением из ЕГРЮЛ. До 2019 года ООО «Трансферт Лайт» не имело какого-либо имущества, практически не вело деятельность, что подтверждается сведениями из ресурса БФО (бухгалтерскими балансами), а также сведениями с расчетных счетов должника. В результате сделки купли-продажи у общества появился  

единственный актив – земельный участок и нежилое здание (полученный фактически от ФИО5 и обремененный в пользу ФИО5). Впоследствии нежилое здание с кадастровым № 43:40:000136:253 было демонтировано и на его месте началось возведение нежилого здания с кадастровым № 43:40:000136:265 (также предмет залога в пользу ФИО5). С октября 2019 года ответчик ФИО5 начинает финансирование ООО «Трансферт Лайт» по оспариваемому договору займа от 23.10.2019 с дополнительными соглашениями, в обеспечение исполнения обязательств по которому между ФИО5 и должником был заключен и договор поручительства (поручитель ФИО7). Денежные средства в сумме 9769124 руб., уплаченные должником ФИО5 в качестве процентов за пользование суммой займа, были оплачены должником из предоставленной ФИО5 суммы займа, что свидетельствует о том факте, что поступив к должнику, данные денежные средства им не использовались для осуществления коммерческой деятельности, а перечислялись обратно кредитору ФИО5 Из вышеизложенного следует, что должник не осуществлял коммерческой деятельности, хотя бы частично сопоставимой с возможностью возвращать займы ФИО5 Кроме того, в материалы дела предоставлены доказательства, что ФИО5 осуществлял платежи в пользу третьих лиц за должника (не в целях исполнения договора займа). Данное обстоятельство свидетельствует, в том числе, и о транзитном характере платежей. Кроме того, учредитель и бывший руководитель должника указал, что в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора он и кредитор ФИО3 на основании статьи 66 АПК РФ обращались за содействием к суду в собирании доказательств путем заявления ходатайства об истребовании доказательств, в удовлетворении которых судом было необоснованно отказано. Считает, что перечисление денежных средств ФИО5 должнику было осуществлено во исполнение несуществующего обязательства и имеет признаки легализации (отмывания) денежных средств, полученных незаконным путем, а обращение в суд с заявлением о включении в РТК должника направлено на обход правил контроля за финансовыми операциями, установленных пунктами 2 и 11 статьи 7 Закона № 115-ФЗ и является злоупотреблением правом. Суд первой инстанции необоснованно не привлек к участию в деле в качестве третьего лица Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу. ФИО7 указал, что у суда апелляционной инстанции имеются основания для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.  

ФИО3 в письменной позиции № 1 сослался на то, что ни ответчиком, ни должником не указано и не доказано каким образом и за счет каких денежных средств предполагался возврат денежных средств по договору займа. Кроме того, ФИО5 не раскрыто по какой причине он продолжал предоставлять обществу займы, в то время как оно не погасило имеющуюся перед ним задолженность по ранним займам (дополнительным соглашениям). В данном случае обстоятельства дела указывают на то, что презумпция разумности поведения ФИО5 опровергнута. Его поведение не соответствует типичной модели поведения обычного гражданина - участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах. Поведение сторон по сделке  

свидетельствует об отсутствии у них намерения создать соответствующие договору займа правовые последствия. Заявитель также отмечает, что ФИО5 неоднократно осуществлял платежи в пользу третьих лиц за должника (не в целях исполнения договора займа). При этом разумных объяснений и доказательств со стороны ФИО5 необходимости совершения таких действий, если он по его утверждению не контролировал деятельность должника и не являлся аффилированным лицом, не представлено. На момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами (налоговый орган, ООО «ИТЭК», ООО «Фортуна»), задолженность перед которыми включена впоследствии в реестр требований кредиторов должника. Кроме того, судом первой инстанции не были учтены показатели бухгалтерской отчетности должника. Заявитель полагает, что в результате оспариваемого договора займа с учетом дополнительных соглашений с установленным явно завышенным размером процентной ставки в 3% в месяц от суммы займа, должник принял на себя обязательств в виде повышенных размеров процентов на сумму 22165748,23 руб. Таким образом, доказательно подтверждается, что должник в результате сделки с ФИО5 принял на себя обязательства, превышающие его активы. Завышение суммы долга за счет процентов и неустойки позволило максимально приблизить сумму долга к начальной продажной (рыночной) цене заложенного имущества, что свидетельствует о противоправной цели при заключении договора залога и о безосновательном уменьшении потенциальной конкурсной массы должника. Такое поведение может свидетельствовать о намерении ФИО5 легализовать незаконно добытые денежные средства и скрыть вывод денежных средств от автоматизированного контроля органов финансового мониторинга на счета физического лица с учетом действующих в период совершения платежей подзаконных актов, направленных на противодействие легализации доходов.  

В дополнениях к отзыву ФИО5 указал, что ссылка апеллянта на то, что весной 2019 года здание с кадастровым № 43:40:000136:253 было демонтировано и вместо него к 23.10.2019 возведен объект незавершенного строительства со степенью готовности 13%, указывает на самостоятельность ООО «Трансферт Лайт» в принятии управленческих решений. Снос здания с кадастровым № 43:40:000136:253 и последующее снятие его с кадастрового учета, возведение иного объекта недвижимого имущества в границах земельного участка с кадастровым № 43:40:000136:9 противоречит доводам кредитора ФИО3 и свидетельствует об отсутствии у кредитора ФИО5 контроля над деятельностью должника. ФИО5 не является контролирующим должника лицом, поэтому он не знал и не мог знать за счет каких средств ему выплачиваются проценты по договору займа, доказательств обратного апеллянтом не представлено. Исполнение обязательств по спорному договору займа перед ФИО5 обеспечивалось ипотекой и поручительством руководителя ООО «Трансферт Лайт», что в пределах обычного предпринимательского риска исключает необходимость изучения и анализа займодавцем финансово-хозяйственной деятельности заемщика, тем более что заемщик на протяжении длительного времени осуществлял выплату процентов за пользование займом и осуществлял строительство объекта недвижимого имущества. Довод ФИО3 о том, что ФИО5  

является контролирующим должника лицом, поскольку неоднократно осуществлял платежи в пользу третьих лиц за должника (не в целях исполнения договора займа) исследовался судами трех инстанций при рассмотрении обособленного спора № 28-1114/2022-5. ФИО5 указал, что довод о явно завышенном проценте за пользование займом ФИО3 в суде первой инстанции не заявлял. Пояснил, что с суммой займа увеличивалась стоимость недвижимого имущества, которая согласно заключению об оценке АНЭО «Кировская лаборатория оценки» от 24.05.2022 № 4300/240522-Р/33-130 составила 140006204,41 руб., в связи с чем довод апеллянта о том, что должник, совершая сделку, принял на себя обязательство по уплате повышенных процентов в размере 22165748,23 руб., что существенно превышает размер его активов, некорректен и не обоснован. Оспариваемый апеллянтом процент за пользование займом установлен вступившим с законную силу судебным актом. Право на обжалование решения Ленинского районного суда от 23.06.2022 по гражданскому делу № 2-162/2022 в порядке, предусмотренном пунктом 24 Постановления № 35, участвующими в деле лицами не реализовано.  

В дополнениях к возражениям ФИО10 указала, что займодавец ФИО5 предоставлял денежные средства по договору займа под гарантию их возврата, которая обеспечивается более высоким процентом за пользование, а также договорами залога недвижимого имущества стоимостью более 100 млн. руб. и поручительства со стороны руководителя должника. При установлении оспариваемого требования ходатайство о снижении размера неустойки, мотивированное ее несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, ФИО3 не заявлялось и доказательств ее несоразмерности по правилам статьи 65 АПКРФ не представлялось, следовательно, судом правомерно не исследовался вопрос о соразмерности предъявленной к взысканию суммы неустойки последствиям нарушения обязательства. Довод о завышенных процентах не озвучивался. При этом ФИО3 был участником всех обособленных споров, его представители присутствовали во всех судебных заседаниях по установлению требования ФИО5  

ФИО3 в письменных пояснениях № 2 указал, что ни ФИО5, ни ООО «Трансферт Лайт» не представлено суду разумных объяснений экономической составляющей сложившихся правоотношений сторон. Недоказанность ранее доводов о наличии аффилированности не свидетельствует об установлении судом имеющего материально-правовое значение отрицательного факта ее отсутствия и поэтому не образует преюдицию.  

ФИО7 в письменной позиции указал, что само по себе наличие судебного акта, которым удовлетворено денежное требование, основанное на сделке, не препятствует кредитору в деле о банкротстве обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании этой сделки, поскольку к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования, судебным актом о взыскании задолженности могут нарушаться права кредиторов. Названные ответчиком ФИО5 судебные акты не имеют преюдициального значения для настоящего обособленного спора и не исключают возможности оспаривания сделки, на основании которой взысканы денежные средства и включены требования в реестр требований кредиторов, на предмет ее ничтожности по статье 170 ГК РФ. Указывает, что средневзвешенная  

процентная ставка кредитных организаций по кредитам нефинансовым организациям на срок до 1 года по данным официального сайта ЦБ РФ за ноябрь 2019 года составляла 7,88% годовых, а в ноябре 2020 года - 5,94% годовых. Учредитель также полагает, что завышена ответственность в виде пени в размере 0,3% за каждый день просрочки, что привело к взысканию пени в размере 26118198,44 руб., то есть половины взысканной задолженности по договору займа.  

ФИО10 в письменной позиции указала, что при установлении требования ФИО5 был применен повышенный стандарт доказывания, о чем судом указано в судебном акте. Заявляя о высокой процентной ставке в заключенном договоре, конкурсный кредитор не доказал реальную возможность привлечения в кредитных организациях денежных средств в таком же размере под меньший процент без каких либо обеспечений. Доказательств того, что заимодавец имел целью заведомое причинение вреда другим участникам гражданского оборота, в материалы дела не представлено.  

В судебном заседании 11.08.2025 объявлялся перерыв до 25.08.2025, после перерыва судебное заседание продолжено и отложено на 01.10.2025.  

В судебном заседании 01.10.2025 объявлялся перерыв до 14.10.2025, после перерыва судебное заседание продолжено.  

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, 23.10.2019 между ФИО5 и ООО «Трансферт Лайт» заключен договор займа, по условиям которого предоставлен заем на сумму 100000 руб., сроком возврата до 23.02.2020, с уплатой ежемесячно 23 числа каждого месяца процентов в размере 2,5% от суммы займа в месяц.  

Пунктом 2.2 договора установлено, что заем обеспечивается договором залога от 23.10.2019, предметом которого является передача залогодержателю (ФИО5) объекта незавершенного строительства, общей площадью 2085,7 кв.м, степень готовности объекта 13%, проектируемое назначение - нежилое здание, расположено по адресу: 

<

...>, кадастровый номер № 43:40:000136: 265 и земельный участок категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: деловое управление, общая площадь 2521 кв.м, адрес местонахождения: 

<

...>, кадастровый номер 43:40:000136:9. Проведена государственная регистрация ипотеки 30.10.2019.  

23.10.2019 платежным поручением № 14 на расчетный счет общества перечислена сумма займа.  

06.11.2019 сторонами заключено дополнительное соглашение к договору займа, которым изменена сумма займа на 10000000 руб., процентная ставка по договору в размере 3 % в месяц.  

06.11.2019 платежным поручением № 3 ФИО5 перечислил ООО «Трансферт Лайт» 9900000 руб.  

Впоследствии, в период с ноября 2019 года по ноябрь 2020 года стороны заключили дополнительные соглашения к договору займа, в результате совершения которых общая сумма выданного займа составила 47563510 руб.,  

процентная ставка - 3 % в месяц. Денежные средства перечислены заемщику в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями, выпиской по счету.  

Сторонами также подписаны дополнительные соглашения к договору залога об увеличении размера обеспечиваемых обязательств.  

Надлежащее исполнение обязательств заемщика также обеспечено поручительством ФИО7 (договор поручительства от 29.10.2019).  

Решением Ленинского районного суда г. Кирова от 23.06.2022 по делу № 2-162/2022, с учетом определения от 13.07.2022 об исправлении описки, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 03.10.2022, солидарно с ФИО7, ООО «Трансферт Лайт» в пользу ФИО5 взыскана задолженность 47563510 руб., проценты за пользование займом 15353923,86 руб., пени 5000000 руб., проценты за пользование займом с 15.09.2021 до момента фактического исполнения обязательств в размере 3% ежемесячно от оставшейся суммы займа, расходы по уплате госпошлины 60000 руб., расходы по оплате услуг представителя 50000 руб., расходы по оплате экспертизы 37097 руб. Обращено взыскание на заложенное имущество - земельный участок категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: деловое управление, общая площадь 2521 кв.м., адрес местонахождения: 

<

...>, кадастровый номер 43:40:000136:9 путем продажи с публичных торгов, определена начальная продажная стоимость в размере 17307742 руб. 79 коп. Обращено взыскание на заложенное имущество - объект незавершенного строительства, общей площадью 2ь085,7 кв.м., степень готовности объекта 91%, проектируемое назначение - нежилое здание, расположено по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 43:40:000136:265 путем продажи с публичных торгов, определив начальную продажную стоимость в размере 94697220,8 руб.  

Определением Арбитражного суда Кировской области от 28.03.2023 в отношении ООО «Трансферт Лайт» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утверждена ФИО13.  

Определением Арбитражного суда Кировской области от 04.12.2023 требование ФИО5 в сумме 95847456,67 руб. признано обоснованным, включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Трансферт Лайт» как обеспеченное залогом имущества должника.  

Решением Арбитражного суда Кировской области от 13.05.2024 ООО «Трансферт Лайт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.  

Конкурсный кредитор ФИО3, посчитав, что договор займа с дополнительными соглашениями к нему и договор залога являются недействительными сделками, обратился в Арбитражный суд Кировской области с соответствующим заявлением.  

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, не нашел оснований для их удовлетворения.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции  

не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В качестве правового обоснования оспаривания сделок заявителем указано на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В силу пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение  

размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

На основании пункта 6 Постановления № 63 под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 10.02.2022, оспариваемые договоры заключены 23.10.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ на момент заключения оспариваемых договоров единственным участником ООО «Трасферт Лайт» и его генеральным директором являлся ФИО7  

ФИО5 не являлся учредителем (участником) и не входил в состав органов управления должника.  

Оспаривая сделки, конкурсный кредитор и учредитель сослались на фактическую аффилированность ФИО5 по отношению к ООО «Трансферт Лайт» и осуществление ответчиком контроля над должником, указав, что ФИО7 являлся номинальным директором.  

В обоснование данного довода сослались на то, что земельный участок по адресу: Кировская область, г.Киров, Ленинский р-н, ул. Московская д.98Б кадастровый номер 43:40:000136:9 из владения ФИО5 не выбывал, финансирование деятельности должника осуществлялось за счет средств данного кредитора.  

Аналогичные доводы были оценены судами трех инстанций при рассмотрении обособленного спора о включении требования ФИО5 в реестр требований кредиторов должника.  

Как следует из определения Арбитражного суда Кировской области,  

оставленного без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 02.02.2024 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 15.04.2024 суды пришли к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, безусловно подтверждающих наличие фактической аффилированности между сторонами правоотношений и наличие у одной из сторон по отношению к другой контролирующего статуса.  

В определении Арбитражного суда Кировской области от 04.12.2023 установлено, что 02.09.2016 ООО «Пожарное депо «Агава» в лице директора ФИО12 по договору купли-продажи продало ФИО14 (супруга ФИО12 согласно представленному свидетельству о заключении брака): земельный участок, категория земель населенных пунктов, разрешенное использование: обеспечение внутреннего правопорядка, общая площадь 2521, кв.м., адрес: Кировская область, г. Киров, Ленинский р-н, ул. Московская д.98б кадастровый номер 43:40:000136:9 и здание нежилое, площадь 385,4 кв.м., количество этажей 1, адрес: Кировская область, г Киров, Ленинский р-н, ул. Московская, д.98Б, кадастровый номер 43:40:000136:253.  

14.09.2016 между ФИО5 и ФИО14 заключен договор займа с дополнительным соглашением от 24.09.2016 о предоставлении последней займа в размере 7000000 руб. на условиях возврата, уплаты процентов.  

Обязательства по данному договору обеспечены залогом недвижимого имущества, принадлежащего заемщику: здание нежилое, площадь 385,4 кв.м., количество этажей 1, адрес: Кировская область, г.Киров, Ленинский р-н, ул. Московская, д.98б, кадастровый номер 43:40:000136:253, земельный участок, категория земель населенных пунктов, разрешенное использование: обеспечение внутреннего правопорядка, общая площадь 2521, кв.м., адрес: Кировская область, г.Киров, Ленинский р-н, ул. Московская д.98б кадастровый номер 43:40:000136:9 (представлен договор залога с дополнительным соглашением).  

В связи с невозможностью исполнения обязательств по договору займа от 14.10.2016 по соглашению об отступном от 24.01.2019 ФИО14 предоставила ФИО5 взамен исполнения обязательств по договору займа от 14.09.2016 недвижимое имущество, являющее предметом залога. Государственная регистрация права собственности ФИО5 на земельный участок и здание произведена в установленном порядке 30.01.2019.  

07.02.2019 ФИО5 по договору купли-продажи продал ООО «БЭЙС» нежилое здание, 1-этажный, общей площадью 385,4 кв.м, адрес: Кировская область, г.Киров, Ленинский р-н, ул. Московская, д.98Б, кадастровый номер 43:40:000136:253, земельный участок, категория земель населенных пунктов, разрешенное использование: обеспечение внутреннего правопорядка, общая площадь 2521, кв.м., адрес: Кировская область, г.Киров, Ленинский р-н, ул. Московская д.98б кадастровый номер 43:40:000136:9.  

Согласно договору купли-продажи от 28.02.2019 ООО «Трансферт Лайт» приобрело у ООО «БЭЙС» в лице директора ФИО5 в собственность следующее имущество: нежилое здание, 1-этажный, общей площадью 385,4 кв.м, адрес: Кировская область, г.Киров, Ленинский р-н, ул. Московская, д.98 б, кадастровый номер 43:40:000136:253, земельный участок, категория земель населенных пунктов, разрешенное использование: обеспечение внутреннего правопорядка, общая площадь 2521, кв.м., адрес: Кировская область, г.Киров,  

Ленинский р-н, ул. Московская д.98б кадастровый номер 43:40:000136:9, находящееся в ипотеке у залогодержателя ФИО5  

23.10.2023 ООО «Трасферт Лайт» заключило договор займа с ФИО5, в обеспечение исполнения обязательств предоставлен в залог земельный участок категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: деловое управление, общая площадь 2521 кв.м, адрес местонахождения: 

<

...>, кадастровый номер 43:40:000136:9 и объект незавершенного строительства, общей площадью 2085,7 кв.м., степень готовности объекта 13%, назначение - нежилое здание, расположено по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 43:40:000136:265.  

Из представленных сведений о зарегистрированных правах следует, что, обременение в виде ипотеки на земельный участок в пользу ФИО5 возникло 30.10.2019 на основании договора залога от 23.10.2019 (выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 10.10.2023).  

Суд пришел к выводу об отсутствии доказательств того, что после совершения сделки от 28.02.2019 имущество не выбывало из владения ФИО5, находилось в его владении и использовалось последним в своей деятельности. Исполнение ФИО5 договора займа не является достаточным доказательством сохранения владения последнего над спорными земельным участком. Инвестирование ФИО5 денежных средств посредством займа в строительство «делового центра» на спорном земельном участке не является достаточным доказательством компенсационного финансирования ООО «Трансферт Лайт».  

Данные выводы поддержаны судами апелляционной и кассационной инстанций.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

Доказательства, опровергающие указанные выводы, суду апелляционной инстанции в настоящем обособленном споре не представлены.  

Иные доказательства, свидетельствующие об аффилированности сторон сделки, в материалах дела отсутствуют, следовательно, не доказано, что ответчик знал о преследовании должником цели причинения вреда.  

Довод учредителя должника о том, что ООО «Трансферт Лайт» при приобретении спорных объектов недвижимости столкнулось с несвойственной на рынке недвижимости конструкцией, когда при полной оплате цены договора за недвижимость за третьим лицом сохранялся залог без конкретизации условий о его снятии в договоре купли-продажи от 28.02.2019, является несостоятельным, так как сохранение залога при переходе прав на заложенное имущество предусмотрено статьей 353 ГК РФ, основания для прекращения залога указаны в статье 352 ГК РФ.  

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 352 ГК РФ залогодатель вправе требовать от залогодержателя совершения всех необходимых действий, направленных на внесение записи о прекращении залога (статья 339.1). Доказательств того, что ООО «Трансферт Лайт» после приобретения спорного имущества обращалось к ФИО15 с соответствующим требованием,  

материалы дела не содержат.  

Ссылка заявителя на то, что нежилое здание с кадастровым № 43:40:000136:253 не позднее мая 2018 года на земельном участке уже не существовало, а началось строительство другого объекта, не свидетельствует о фактической аффилированности ФИО5 по отношению к должнику.  

В силу абзаца пятого пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении вопроса о признании правомерно строящегося объекта недвижимой вещью (объектом незавершенного строительства) необходимо установить, что на нем, по крайней мере, полностью завершены работы по сооружению фундамента или аналогичные им работы.  

Сведений о том, что на момент продажи ФИО14 земельного участка возведение фундамента было завершено и, соответственно, была возможна регистрация объекта незавершенного строительства, материалы дела не содержат.  

Соглашение об отступном от 24.01.2019, заключенное между ФИО14 и ФИО5, в установленном порядке не оспорено и не признано недействительным.  

Кроме того, размер земельного участка позволял начать закладку нового фундамента при наличии нежилого здания.  

Использование должником при строительстве объекта незавершенного строительства части фундамента, заложенного в период, когда право собственности на земельный участок принадлежало ФИО14, не имеет правового значения.  

Материалами дела подтверждено, что именно должником построен объект незавершенного строительства с кадастровым номером 43:40:000136:265, поставленный на кадастровый учет 08.05.2019 и переданный в залог ФИО5 по договору залога от 23.10.2019 (степень готовности 13%).  

При этом залог на ранее возведенное нежилое здание с кадастровым № 43:40:000136:253 у ФИО5 прекратился не позднее даты снятия данного объекта с кадастрового учета - 03.04.2019.  

Доказательств того, что должник на дату заключения договора займа и договора залога от 23.10.2019 обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества, материалы дела не содержат.  

Данное обстоятельство установлено судом первой инстанции в рамках обособленного спора о включении требования ФИО5 в реестр требований кредиторов должника и подтверждено судами вышестоящих инстанций.  

Заключение дополнительных соглашений к договору займа, согласно которым увеличивался размер заемных средств, в период начала формирования кредиторской задолженности само по себе не свидетельствует о наличии оснований для признания договора займа в данной части недействительным.  

Довод заявителя жалобы о предоставлении ФИО5 займа с целью приобретения объекта недвижимости по заниженной цене не подтвержден документально.  

Ссылка ФИО7 на то, что должник не вел самостоятельной деятельности, а также на то, что заключением специалиста ООО АКФ  

«Аналитик» от 17.10.2023 № 2/2023 подтверждена выплата ФИО5 процентов за пользование займом в размере 9769124 руб. из предоставленной ФИО5 суммы займа, отклоняется судом апелляционной инстанции.  

Указанный довод был рассмотрен и отклонен судами трех инстанций при рассмотрении обособленного спора по включению требований ФИО5 в реестр требований кредиторов должника.  

Судами установлено, что денежные средства ООО «Трансферт Лайт» поступали как от ФИО5, так и от иных лиц (ООО «ИТЭК», ООО СКВ «Капитал» (право требования уступлено ФИО16, в дальнейшем ФИО3), ФИО1), расходовались должником в своих интересах и перечислялись независимым кредиторам; основания для возврата процентов кредитору ФИО5 наличествовали. То обстоятельство, что преимущественным источником осуществления строительства здания являлись денежных средства ФИО5 не может являться безусловным основанием для признания перечисления денежных средств притворным, прикрывающим корпоративные отношения.  

Довод заявителя жалобы об отсутствии доказательств возможности у ФИО5 предоставить заем противоречит материалам дела, поскольку факт перечисления заемных средств должнику подтвержден платежными поручениями и выписками по счету.  

Реальность правоотношений между ответчиком и должником подтверждена вступившими в законную силу судебными актами (решением Ленинского районного суда г.Кирова Кировской области от 23.06.2022 по делу № 2-162/2022, апелляционным определением № А28-1114/2022 судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 03.10.2022, определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 07.02.2023, определением Арбитражного суда Кировской области от 04.12.2023, постановлением Второго арбитражного апелляционного суд от 02.02.2024, постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 01.04.2024).  

Довод заявителя и учредителя о том, что договор займа и дополнительные соглашения к нему устанавливали размер процентов за пользование займом значительно выше, чем средневзвешенные процентные ставки кредитных организаций, соответствующее условие договора являлось явно невыгодным для должника, судом апелляционной инстанции признается несостоятельным.  

В рассматриваемом случае договор займа заключен между лицами, аффилированность которых не подтверждена.  

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.  

Принцип свободы договора предусматривает предоставление участникам гражданских правоотношений в качестве общего правила возможности по своему усмотрению решать вопрос о вступлении в договорные отношения с другими участниками и определять условия этих отношений, а также заключать договоры на условиях, не противоречащих требованиям закона.  

При этом максимальный размер процентов по договору займа положениями Гражданского кодекса Российской Федерации не установлен.  

Оспариваемый договор со стороны должника подписан генеральным  

директором ФИО7, который не счел определенную в договоре ставку за пользование займом завышенной.  

Доказательства, безусловно подтверждающие тот факт, что в спорный период должник мог получить заем на иных, более выгодных для должника условиях у другого контрагента, в материалы дела не представлены.  

Как пояснил ответчик установление процентов за пользование займом преследовало цель получения дохода от предоставления денежных средств в заем.  

Наличие у ответчика цели на причинение ущерба кредиторам материалами дела не подтверждено.  

Ссылка на завышенный размер неустойки по договору займа также не свидетельствует о причинении вреда, так как должник не лишен был права заявить о наличии оснований для снижения размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.  

Данной возможностью ООО «Трансферт Лайт» воспользовалось только в суде общей юрисдикции, в связи с чем неустойка решением Ленинского районного суда г.Кирова Кировской области от 23.06.2022 по делу № 2-162/2022 была снижена до 5000000 руб.  

При включении требования ФИО5 в реестр требований кредиторов заявление о снижении размера неустойки не подавалось, в связи с чем задолженность по штрафным санкциям установлена в полном объеме.  

Суд апелляционной инстанции также согласен с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований считать, что его заключение договора залога повлекло причинение вреда кредиторам должника.  

Договор залога является обеспечительной сделкой, направленной на повышение вероятности возврата долга, что само по себе не может быть квалифицировано как причинение вреда кредиторам.  

При данных обстоятельствах конкурсным кредитором не доказана вся совокупность обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.  

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.  

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.  

Злоупотребление правом может выражаться, в частности, в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под  

ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).  

Однако такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении кредиторов, в частности, к сделкам, направленным на уменьшение конкурсной массы - так называемые подозрительные сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве).  

При этом совокупность одних и тех же обстоятельств не может быть квалифицирована как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, в частности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Учитывая, что определенная совокупность признаков сделки должника выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, квалификация сделки должника, причинившей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

В рассматриваемом случае кредитор документально не обосновал наличие каких-либо иных обстоятельств, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, не доказал совершение оспариваемой сделки при злоупотреблении правом сторонами сделки.  

ФИО17 утверждает, что при заключении договора займа у сторон не было цели возвратить заем ФИО5  

Данные утверждения противоречат действиям ФИО5 по истребованию займа, в том числе в судебном порядке.  

Довод ФИО3 о заключении договора займа от 23.10.2019 во вред кредиторам ООО «Трансферт Лайт» был предметом рассмотрения в суде первой инстанции в рамках обособленного спора по включению требования ФИО5 в реестр требований кредиторов должника.  

Согласно определению Арбитражного суда Кировской области от 04.12.2023 суд пришел к выводу о том, что ФИО3 не представлено доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что в действиях сторон  

присутствуют признаки, позволяющие квалифицировать их как злоупотребление правом.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствовали оснований для признания сделки недействительной по статье 10 ГК РФ (злоупотребление правом).  

Учредитель должника также ссылался на статью 170 ГК РФ как основание для признания оспариваемых сделок недействительными.  

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» даны разъяснения о том, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.  

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.  

В рассматриваемом случае вступившими в законную силу судебными актами установлена реальность отношений между ответчиком и должником по договору займа.  

Доказательства того, что, заключая договор залога, стороны преследовали иную цель, отличную от обеспечения заемных обязательств должника, материалы дела не содержат.  

При данных обстоятельствах основания для признания сделок недействительными на основании статьи 170 ГК РФ отсутствуют.  

Ссылка учредителя на то, что не исследован вопрос о наличии у ФИО5 денежных средств в заявленном объеме, а также о законной природе происхождения данных денежных средств, и что перечисление денежных средств ФИО5 должнику было осуществлено во исполнение несуществующего обязательства и имеет признаки легализации (отмывания) денежных средств, полученных незаконным путем, а обращение в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника направлено на обход правил контроля за финансовыми операциями, установленных пунктами 2 и 11 статьи 7 Закона № 115-ФЗ и являются злоупотреблением правом, не могут быть признаны обоснованными.  

Денежные средства по займу предоставлены должнику ФИО5 безналичным путем. Банком произведено списание с расчетного счета ФИО5  

Целью Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» является защита прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) полученных преступным путем доходов и финансированию терроризма (статья 1). Сфера применения данного Федерального закона - регулирование отношений граждан Российской Федерации, иностранных граждан и лиц без гражданства, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, а также государственных органов, осуществляющих контроль на территории Российской Федерации за проведением таких операций, в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) полученных преступным путем доходов и финансированием терроризма (часть первая статьи 2).  

В статье 6 закона указан перечень контролируемых операций, к которым перечисления денежных средств по оспариваемому договору займа не относятся.  

Учитывая изложенное, довод о необходимости привлечения Росфинмониторинг к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, и о наличии оснований для перехода к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, является необоснованным.  

Ссылка заявителя на то, что требования, предъявляемые к ФИО5, ФИО10, ФИО1, являются взаимосвязанными, которые нельзя рассматривать в отдельных обособленных спорах, признается судом апелляционной инстанции несостоятельной.  

В соответствии с частью 3 статьи 130 АПК РФ арбитражный суд первой инстанции вправе выделить одно или несколько соединенных требований в отдельное производство, если признает раздельное рассмотрение требований соответствующим целям эффективного правосудия.  

Объединение дел в одно производство и выделение требований в отдельное производство допускаются до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции (часть 4 статьи 130 АПК РФ).  

По смыслу приведенных нормативных положений арбитражный суд вправе совершить соответствующее процессуальное действие с определенной целью - наиболее скорого, полного, объективного и всестороннего рассмотрения экономического спора.  

Кроме того выделение требования в отдельное производство должно отвечать целям эффективного правосудия, которые заключаются, в том числе в исключении риска принятия противоречащих друг другу судебных актов по разным делам, связанным между собой по основаниям возникновения заявленных требований и (или) представленным доказательствам.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции определением от 09.01.2025 выделил в отдельное производство рассмотрение заявления ФИО3 к ФИО10 о признании сделки недействительной  

(обособленному спору присвоен № А28-1114/2022-37) и рассмотрение заявления ФИО3 к ФИО1 о признании сделки недействительной (обособленному спору присвоен № А28-1114/2022-38).  

Требования к ФИО10 и ФИО1 носят самостоятельный характер, в связи с чем выделение данных споров в отдельные производства не нарушает права заявителя.  

Как следует из материалов дела ФИО10 и ФИО1 участвовали при рассмотрении настоящего обособленного спора как кредиторы должника, давали соответствующие пояснения.  

Довод заявителя о необоснованном отказе в привлечении учредителя должника в качестве соистца подлежит отклонению судом апелляционной инстанции.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 46 АПК РФ, иск может быть предъявлен в арбитражный суд совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие).  

В силу положений части 2 статьи 46 АПК РФ процессуальное соучастие допускается, если предметом спора являются общие права и (или) обязанности нескольких истцов, либо ответчиков; права и (или) обязанности нескольких истцов, либо ответчиков имеют одно основание; предметом спора являются однородные права и обязанности.  

По смыслу приведенных норм права процессуальное соучастие допускается, если материально-правовой интерес истцов совпадает.  

Смысл вступления соистца в дело состоит либо в невозможности рассмотрения дела без его участия (при обязательном соучастии) либо в процессуальной целесообразности объединенного рассмотрения однородных требований соистцов (при факультативном соучастии).  

Для возникновения оснований для процессуального соучастия (факультативное соучастие) стороны должны быть связаны между собой единством прав и обязанностей по отношению к предмету спора, при этом заявление о вступлении в дело в качестве соистца должно соответствовать общим требованиям, предъявляемым к исковому заявлению, либо к заявлению о вступлении должно быть приложено самостоятельное исковое заявление, соответствующее требованиям, установленным статьями 125, 199 АПК РФ.  

ФИО7 в обоснование своего ходатайства о привлечении его в качестве соистца, указал, что его права и обязанности и права и обязанности ФИО3 имеют одно основание – заключение договора займа от 23.10.2019 и договора залога между должником и кредитором ФИО5, а также обоснование его недействительности, он полностью подтверждает факты, изложенные в заявлении ФИО3 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок  

Между тем ФИО7 не предъявил соответствующее заявление в соответствии со статьями 125 АПК РФ.  

Кроме того, отказ в привлечении в качестве соистца не лишил ФИО7 права на участие в рассмотрении обособленного спора и заявление соответствующих доводов, которые были рассмотрены судом первой инстанции.  

Нарушение прав ФИО7 материалами дела не подтверждено. Таким образом, обжалуемый судебный акт отмене не подлежит. 

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену  

судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по госпошлине по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 02.06.2025 по делу № А28-1114/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий Т.М. Дьяконова  

А.С. Калинина 

Судьи 

Н.А. Кормщикова