СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6300/2022(2)-АК

Дело №А60-51945/2018

25 апреля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 апреля 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                             Голубцова В.Г., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО2: ФИО3, доверенность от 23.09.2022 серия 86АА №3112977; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 09 февраля 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительным брачного договора от 30.07.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО2,

вынесенное в рамках дела №А60-51945/2018

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 (ИНН 

<

***>)

третьи лица: 1) Управление опеки и попечительства администрации 

<

...>) арбитражный управляющий ФИО6, 3) ФИО7, 4) ФИО8, 5) ФИО9,         

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.09.2018 

принято к производству заявление ФИО5 (далее –ФИО5, должник) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.10.2018 заявление ФИО5 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО10, член СРО Ассоциация арбитражных управляющих «Центральное агентство арбитражных управляющих».

16.05.2022 один из конкурсных кредиторов должника - ФИО4 (далее – ФИО4, кредитор) обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения требований, просила признать недействительным брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904, удостоверенного нотариусом Нефтеюганского нотариального округа ФИО11, заключенного между должником и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик), и о применении последствий недействительности данной сделки в виде возврата в конкурсную массу должника следующего имущества: автомобиля марки (модели) «АUDI Q7», идентификационный номер (VIN) 

<

***>; автомобиля марки (модели) «RANGE ROVER EVOQUE», идентификационный номер (VIN) 

<

***>; квартиры, площадью 90,5 кв.м., расположенной по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г.Нефтеюганск, мкр. 14-й, д.57, кв.18; здания (дом), площадью 204 кв.м., расположенного по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, Нефтеюганский район, пос.Сингапай, СНТ «Урожайный», участок №7; земельный участок, - площадью 1368 +/- 9 кв.м., расположенный по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ-Югра, Нефтеюганский район, п.Сингапай, СНТ «Урожайный», участок №7.

В качестве правового основания заявленных требований финансовый управляющий ссылается на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением арбитражного суда от 24.05.2022 заявление кредитора ФИО4 об оспаривании сделки должника принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в рассмотрении заявления кредитора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление опеки и попечительства администрации г.Нефтеюганска, арбитражный управляющий ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО7 (далее – ФИО7), ФИО8 (далее - ФИО8), ФИО9 (далее - ФИО9). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2022 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника; таковым на основании определения арбитражного суда от 02.11.2022 утверждена ФИО12, члена Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

29.11.2022 в арбитражный суд от вновь утвержденного финансового управляющего должника ФИО12 поступило заявление о присоединении к требованиям кредитора ФИО4 о признании недействительным брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904, заключенного между должником и ФИО2, и о применении последствий недействительности данной сделки.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.02.2023 

в удовлетворении заявления кредитора отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на доказанность необходимых условий для признания оспариваемой сделки -  брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. Отмечает, что на момент заключения спорного брачного договора ФИО5 был привлечен к субсидиарной ответственности и к ответственности в виде убытков в рамках дела №А75-11594/2015 о признании общества с ограниченной ответственностью «Нефтестрой-ЮГРА» (далее – ООО «Нефтестрой-ЮГРА») несостоятельным (банкротом); кроме того, начиная с 17.04.2018, в отношении имущества и денежных средств ФИО5 были приняты обеспечительные меры, в связи с чем, сделка по разделу должником и его супругой общего совместного имущества была совершена с целью вывода из собственности должника ликвидных активов для избежания обращения на них взыскания в будущем по неисполненным обязательствам ООО «Нефтестрой-ЮГРА», при этом,  ФИО2 в силу семейных отношений, не могла не осознавать цель совершения сделки и способствовала ее достижению. Помимо этого, не соглашается с выводом суда о пропуске срока исковой давности для подачи заявления об оспаривании сделок должника, отмечая, что в материалах дела отсутствует анализ данной сделки со стороны финансового управляющего ФИО6, при этом, опубликованное 23.01.2019 на официальном сайте единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ) (сообщение под номером 3395273) заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства ФИО5 содержит лишь отсканированные копии двух страниц брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904, из которых не представляется возможным установить стороны брачного договора, поскольку копии не содержат реквизитов и адресов, с помощью которых возможно было их идентифицировать; из копии брачного договора невозможно определить дату его заключения, а также то, был ли вообще подписан данный договор и удостоверен в нотариальном порядке, поскольку  в отсканированной копии отсутствует лист с подписями. Таким образом, из содержащейся в заключении о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства ФИО5 скан-копии брачного договора невозможно было установить существенные условия и фактические обстоятельства совершения данной сделки. Также не соглашается с выводом суда о том, что включение в конкурсную массу автомобиля марки (модели) «АUDI Q7», 2007 года выпуска и его реализация нарушит право публичного акционерного общества «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк») на обеспечение возврата суммы кредита по договору потребительского кредита, полагая, что данный вывод не соответствует задачам процедуры банкротства должника, противоречит целям гашения требований кредиторов и предоставляет имущественный иммунитет как должнику, так и его супруге по сбережению за счет кредиторов объекта движимого имущества. Кроме того, делая данный вывод, арбитражный суд предоставляет арбитражному управляющему ФИО10 противоправную возможность избежать ответственности за пропуск срока исковой давности по оспариванию сделки в отношении данного имущества. С учетом изложенного, считает, что при рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции допустил ряд нарушений, а именно: не обеспечил непосредственного исследования и анализа всех доказательств по спору; не учел и не разобрал все доводы и доказательства со стороны кредитора; в нарушение статьи 170 АПК РФ не дал полный анализ и оценку всем пояснениям и требованиям ФИО4, имеющим существенное значение для спора, придя к ошибочным выводам, которые окончательно лишают кредиторов возможности в установленном законом порядке получить гашение своих требований, даже из того имущества, которое формально суд признал подлежащим возврату в конкурсную массу, но которое увязал с правами ПАО «Совкомбанк».

До начала судебного заседания от ответчика ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит обжалуемое определение суда оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Как следует из материалов дела и никем из лиц, участвующим в деле не оспаривается, что, должник ФИО5 состоит в зарегистрированном браке с ФИО2, что подтверждается свидетельством о заключении брака от 27.12.2008 серия I-ПН №682343. 

В период брака супругами ФИО18 была приобретена, в том числе квартира, состоящая из трех комнат, общей площадью 90,5 кв.м., из которой 51,9 кв.м. жилой, расположенная по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г.Нефтеюганск, мкр. 14-й, д.57, кв.18.

13.07.2018 между должником и ФИО2 был заключен брачный договор серия 86 АА №2352904, удостоверенный нотариусом Нефтеюганского нотариального округа ФИО11, в соответствии с которым в отношении указанного выше имущества (квартиры) установлен режим раздельной собственности.

В пункте 3 названного брачного договора указано, что в отношении остального имущества, которое приобретено до заключения договора и будет приобретено в браке после заключения договора, супруги установили режим раздельной собственности. Режим раздельной собственности супруги устанавливают на любое имущество как движимое, так и недвижимое имущество, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось. Собственником имущества будет являться тот супруг, на чье имя приобретено или зарегистрировано данное имущество, либо на имя кого из супругов внесены денежные средства. 

Распоряжение имуществом, принадлежащим кому-либо из супругов, осуществляется собственником единолично по собственному усмотрению, при этом, согласие второго супруга на приобретение или отчуждение не требуется. Супруги могут также приобретать имущество в долевую собственность. На предметы домашней обстановки и обихода сохраняется режим совместной собственности. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется в соответствии со ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации (пункты 3.1- 3.3 брачного договора).

В соответствие с пунктом 4 брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 имущество, приобретенное одной из сторон договора до заключения брака, является его единоличной собственностью. Имущество, полученное каждым из супругов во время брака в порядке наследования, в дар или по иным безвозмездным сделкам, будет являться собственностью того супруга, которым получено данное имущество. 

Согласно пункту 5 брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 имущество, принадлежащее одному из супругов по закону или в соответствии с положениями настоящего договора, не может быть признано совместной собственностью супругов на том основании, что во время брака за счет общего имущества супругов или личного имущества другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества, при этом, второй супруг не имеет права на пропорциональное возмещение стоимости произведенных вложений. 

В пункте 6 брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 установлено, что режим раздельной собственности супруги распространяют на обязательства, возникающие из кредитных договоров и из договоров займа. Исполнение обязательств возлагается на того супруга, который заключил соответствующий договор.

По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности этого имущества кредитор не вправе требовать выдела доли супруга должника из имущества, в отношении которого супругами установлен режим раздельной собственности (пункт 7 брачного договора). 

В случае расторжения брака имущество остается в собственность того супруга, на чье имя оно зарегистрировано или приобретено (пункт 8 брачного договора).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.09.2018

в отношении ФИО5 возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.10.2018 в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО10

В настоящее время финансовым управляющим должника является ФИО12 (определение Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2022 по делу №А60-51945/2018). 

Полагая, что оспариваемый брачный договор от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 отвечает признакам мнимой сделки и заключен при злоупотреблении сторонами сделок своими правами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, кредитор ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанной сделки недействительной (ничтожной) на основании пункта 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Рассмотрев настоящий спор, арбитражный суд первой инстанции не нашел оснований для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) по указанным кредитором основаниям, придя также к выводу о пропуске срока исковой давности для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции отмене не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или статье 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу статьи 40 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Пунктом 1 статьи 42 СК РФ определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего СК РФ), установив режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Следовательно, брачный договор является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности. Соглашение о разделе общего имущества прекращает право совместной собственности супругов на указанное в соглашении имущество и влечет возникновение права собственности у каждого из супругов в соответствии с его условиями.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ). Заявления о признании недействительными соглашений супругов о разделе их общего имущества по иным основаниям подлежат рассмотрению в исковом порядке судами общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности; соответствующий иск может быть подан, в частности, финансовым управляющим.

Особенности оспаривания сделки должника-гражданина предусмотрены статьей 213.32 Закона о банкротстве, при этом, пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа).

Поскольку оспариваемый брачный договор серия 86 АА №2352904 между должником и ФИО2 был заключен 13.07.2018, то есть после 01.10.2015, то кредитор имел право оспорить данную сделку, как по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательство (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ), так и по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. 

Из содержания искового заявления следует, что в качестве оснований для признания оспариваемой сделки недействительной кредитором были приведены, в том числе положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснил, что пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При разрешении настоящего спора суд первой инстанции правильно исходил из того, что оспариваемый кредитором брачный договор  серия 86 АА №2352904 заключен должником 13.07.2018, заявление о признании должника банкротом принято судом 14.09.2018, то есть сделка совершена в период «подозрительности», предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующим в деле не отрицается, что стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, поскольку ответчик ФИО2 является супругой должника.

Вместе с тем, помимо вышеуказанных обстоятельств, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из материалов дела следует, что, обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, кредитор ФИО4 в обоснование своей позиции указывал на то, что стороны оспариваемой сделки преследовали цель вывода из-под режима совместной собственности супругов ликвидных активов для избежания обращения на него взыскания в будущем по обязательствам перед кредиторами, при этом, ФИО2, будучи осведомленной о возможных притязаниях на имущество в силу семейных отношений, не могла не осознавать цель совершения сделки и способствовала ее достижению.

В качестве имущества, в отношении которого распространяется режим общей совместной собственности супругов ФИО18 кредитором указано следующее: автомобиль марки (модели) «АUDI Q7»; автомобиль марки (модели) «RANGE ROVER EVOQUE»; квартира, площадью 90,5 кв.м., расположенная по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г.Нефтеюганск, мкр. 14-й, д.57, кв.18; дом, площадью 204 кв.м. и земельный участок под ним, площадью 1368 +/- 9 кв.м., расположенные по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, Нефтеюганский район, пос.Сингапай, СНТ «Урожайный», участок №7. 

В отношении квартиры, площадью 90,5 кв.м., расположенной по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г.Нефтеюганск, мкр. 14-й, д.57, кв.18, суд первой инстанции, принимая во внимание, что указанная квартира была приобретена частично за счет полученных от открытого акционерного общества «Всероссийский банк развития регионов» (ОАО «ВБРР») по кредитному договору от 13.11.2012 №951.06.00/ИК-12 денежных средств, а также за счет заемных средств, полученных ФИО13 от общества с ограниченной ответственностью «РНЮганскнефтегаз» (работодатель ФИО13) по договору беспроцентного займа от 09.10.2012 №63 (ежемесячные платежи по кредитному договору вносились ФИО13, остаток задолженности по кредитному договору погашен ФИО13 в 2016 году); не установив признаков роскошного жилья с учетом нормативов предоставления площади жилого помещения (согласно справке паспортного стола от 16.09.2022 в данной квартире зарегистрированы и фактически проживают должник ФИО5, супруга должника ФИО13, трое несовершеннолетних детей должника, а сестра и дальний родственник должника, при том, что с учетом нормативов предоставления площади жилого помещения по договору социального найма, площадь жилого помещения для семьи из 7 человек должна составлять 126 кв.м. (7х18 кв.м.) на семью), пришел к выводу о том, что спорная квартира является единственным пригодным для постоянного проживания должника и членов его семьи жилым помещением. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку он основаны на правильной оценке фактических обстоятельств.

Таким образом, поскольку квартира, площадью 90,5 кв.м., расположенной по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г.Нефтеюганск, мкр. 14-й, д.57, кв.18 не подлежит включению в конкурсную массу, в действия ФИО5 по распоряжению единственным жильем не могли причинить вред интересам кредиторов. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), статья 101 Закона о банкротстве).

Согласно части 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, и на земельные участки, на которых расположены данные объекты, за исключением указанного имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №48) разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №48 исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 №456-О).

Доказательства наличия у должника иного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, жилых помещений, являющихся совместно нажитым имуществом, а также совершения должником иных сделок по отчуждению жилых помещений в период, предшествующий банкротству, в материалы дела представлено не было. 

При таких обстоятельствах, ввиду распространения на квартиру, площадью 90,5 кв.м., расположенной по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, г.Нефтеюганск, мкр. 14-й, д.57, кв.18 исполнительского иммунитета, суд первой инстанции  пришел к верному выводу о том, что на данный объект  недвижимости не может быть обращено взыскание вне зависимости от природы образования задолженности.

Таким образом, поскольку в результате заключения брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 и определения в качестве личной собственности ФИО2 спорной квартиры не были нарушены права и законные интересы кредиторов должника, в частности, не произошло уменьшение конкурсной массы, выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания спорного брачного договора в части установления режима раздельной собственности в отношении указанного недвижимого имущества недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются правильными. Возврат данного имущества в конкурсную массу в случае признания сделки недействительной не повлечет восстановление нарушенных прав кредиторов должника.

Относительно автомобиля марки (модели) «RANGE ROVER EVOQUE» судом установлено и материалами дела подтверждено, что данное транспортное средство было приобретено ответчиком в 2020 году частично за счет денежных средств в сумме 1 100 000 руб., полученных от публичного акционерного общества Банк ВТБ (далее – ПАО Банк ВТБ) по кредитному договору от 24.02.2020 №622/4215-0002826 (в настоящее время кредит погашен, что подтверждается справкой ПАО Банк ВТБ) и частично за счет денежных средств в сумме 550 000 руб., полученных от продажи доли ответчика в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: ХМАО - Югра, г.Нефтеюганск, мкр.12, д.1, кв.41, которая принадлежала ФИО13, ее родителям ФИО14 и ФИО15, а также ее сестре ФИО16, при этом, доля в праве собственности на указанную квартиру была получена ФИО13 до заключения брака с должником (договор передачи и продажи квартиры в доме государственного, муниципального жилого фонда в собственность граждан от 05.02.1997 №14575, зарегистрирован в БТИ г.Нефтеюганска 13.02.1997 №13930). 

В силу пункта 1 статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 2 статьи 34 СК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученной одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам  (имущество каждого из супругов), является его собственностью (пункт 1 статьи 36 СК РФ).

Таким образом, принимая во внимание, что в 2020 году в отношении ФИО5 уже была введена процедура реализации имущества гражданина, в связи с чем, он не имел возможность вносить платежи по кредитному договору от 24.02.2020 №622/4215-0002826 за счет своих денежных средств, суд первой инстанции, в отсутствие доказательств иного, пришел к обоснованному выводу о доказанности материалами дела факта приобретения супругой должника спорного транспортного средства исключительно за счет личных денежных средств, полученных в кредит, и от продажи принадлежащего ей до вступления в брак с должником имущества, а не за счет совместных средств супругов ФИО18

Бесспорных доказательств того, что гашение обязательств по кредитному договору от 24.02.2020 №622/4215-0002826 производилось за счет совместных денежных средств супругов ФИО18, заявителем жалобы в материалы дела представлено не было (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, поскольку автомобиль марки (модели) «RANGE ROVER EVOQUE» был приобретен исключительно на личные денежные средства супруги должника, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что данное имущество не может быть включено в конкурсную массу ФИО5

Что касается дома, площадью 204 кв.м., и земельного участка под ним, площадью 1368 +/- 9 кв.м., расположенных по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ-Югра, Нефтеюганский район, п.Сингапай, СНТ «Урожайный», участок №7, то в данном случае, установив, что данные объекты недвижимости были получены ответчиком в дар в 2011 году от своей матери ФИО14, родство с которой подтверждается свидетельством о рождении ФИО13 и свидетельством о заключении брака ФИО13, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что в силу положений пункт 1 статьи 36 СК РФ на указанное имущество не распространяется режим общей совместной собственности супругов, в связи с чем, оно не может быть включено в конкурсную массу ФИО5

В отношении автомобиля марки (модели) «АUDI Q7» (2007 г.в.) судом установлено, что данное транспортное средство было приобретено по договору купли-продажи от 21.01.2014 в совместную собственность ФИО19 на сумму 550 тыс.руб., в связи с чем, на него распространяется режим общей совместной собственности супругов. при этом, факт нахождения указанного транспортного средства в залоге у ПАО «Совкомбанк» в качестве обеспечения обязательств по договору потребительского кредита не является основанием для исключения данного имущества из конкурсной массы, поскольку из положений пункта 2 статьи 353 ГК РФ следует, что при последующем разделе общего имущества супругов, переданного в залог по договору залога, заключенному одним из супругов с третьим лицом, залог в отношении этого имущества сохраняется независимо от того, кем из супругов был заключен договор залога и как будет разделено общее имущество супругов. Согласно отчету оценщика ФИО17 №1071122-ДИ от 06.11.2022 стоимость автомобиля по состоянию на 06.11.2022 составляет 329 тыс.руб.

Вместе с тем, установив пропуск кредитором срока исковой давности для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной по специальным основаниям, суд первой инстанции отказал в удовлетворении  требований кредитора о признания спорного брачного договора в части установления режима раздельной собственности в отношении указанного недвижимого имущества недействительным.

Так, из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения настоящего спора ФИО2 было заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки. 

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Обращение лица с заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов должника является одним из ряда действий действием по защите субъективных гражданских прав.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, пункта 10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43) исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно данной норме и пункта 15 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Следовательно, при рассмотрении требований кредиторов подлежит применению срок исковой давности, если о его применении заявлено в суде должником.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности для оспоримой сделки составляет один год.

По смыслу вышеприведенных статьей, пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований; законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права; при этом перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Из материалов настоящего банкротного дела следует, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08. в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ООО «Нефтестрой-ЮГРА» в размере 86 596 626,90 руб., в том числе: 70 069 773,11 руб. основного долга и  2 546 852,06 руб. требования кредиторов по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и применению иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, а также текущие требования первой очереди на сумму 14 000 руб., текущие требования пятой очереди в сумме 13 966 001,73 руб. 

В дальнейшем, определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2021 по настоящему делу на основании подпункта 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве произведена замена взыскателя ООО «Нефтестрой-ЮГРА» на общество с ограниченной ответственностью «ПрофБК» (далее – ООО «ПрофБК») в части требования в размере 5 600 342,98 руб., из которых: 22 7955 руб. основного долга, 21 729,23 руб. и 5 350 658,75 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме, в том числе: 420 529,63 руб. законные проценты, 3 914 690,94 руб. договорная неустойка (пени), 1 055 259,35 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2021 по настоящему делу произведена замена ООО «ПрофБК» на ФИО4 по размеру и очередности, установленным определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2021 в части требований, включенных в реестр требований кредиторов ФИО5 и в части требований, включенных в реестр текущих платежей ФИО5, в связи с переходом к данному лицу прав требований к должнику на основании договора цессии (уступки права требования) от 01.12.2021. 

Таким образом, ФИО4 приобрел статус кредитора в процессуальном правоотношении с 01.10.2021, а  с заявлением об оспаривании сделки должника обратился в арбитражный суд 16.05.2022 (согласно информации о документе электронной системы подачи «Мой арбитр»). 

Вместе с тем, в рассматриваемом случае, установив, что текст брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 между должником и ФИО2 был приведен финансовым управляющим в заключении о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства ФИО5, опубликованного на официальном сайте ЕФРСБ 23.01.2019 (сообщение под номером 3395273), который в соответствии с положениями Закона о банкротстве является публичным источником информации по делам о банкротстве, в связи с чем, информация, размещенная на ЕФРСБ, расценивается как доведенная до сведения всех заинтересованных лиц, в том числе кредиторов; учитывая, что ранее требования ООО «Нефтестрой-ЮГРА» последовательно включались в реестр требований кредиторов тремя определениями от 12.03.2019 и 15.04.2019, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что, действуя разумно и добросовестно, первоначальный кредитор (ООО «Нефтестрой-ЮГРА») мог узнать о совершении спорной сделки не позднее 12.03.2019, в связи с чем, обращение в суд состоялось за пределами установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срока исковой давности. 

 С учетом того, что решением суда от 17.10.2018 финансовым управляющим должника утвержден ФИО10, в связи с чем вновь утвержденным финансовым управляющим должника ФИО12 обращение в суд с  ходатайством о присоединении к требованиям кредитора ФИО4 о признании сделки недействительной также состоялось за пределами установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срока исковой давности.

В силу части 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих. Следовательно, смена арбитражного управляющего в деле о банкротстве не имеет правового значения, в том числе, и для определения момента начала исчисления сроков.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда является правильными, поскольку основаны на правильном применении норм материального права и правильной оценке фактических обстоятельств.

Ссылки апеллянта на то, что из содержащейся в заключении о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства ФИО5 скан-копии брачного договора невозможно было установить существенные условия и фактические обстоятельства совершения данной сделки подлежат отклонению, поскольку, помимо отсканированных страниц договора, непосредственного в самом заключении была указана информация о дате  его заключения и о его сторонах, при этом, ООО «Нефтестрой-ЮГРА», являясь участником дела о банкротстве ФИО5 и обладая статусом его конкурсного кредитора, в случае возникновения у него неясности относительно существенных условий и обстоятельств заключения брачного договора от 13.07.2018 серия 86 АА №2352904 не было лишено права обратиться с запросом к финансовому управляющему относительно обстоятельств совершения оспариваемой сделки, вместе с тем, доказательств совершения первоначальным кредитором подобных действий в материалы дела представлено не было. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемым брачным договором имущественный вред кредиторам должника причинен не был, в связи с чем, заключение брачного договора не нарушило имущественных прав кредитора, соответственно, совокупность условий, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не доказана. 

Доводы, которые приводятся кредитором для целей признания сделки недействительной по правилам статей 10, 168 ГК РФ, не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм обстоятельства совершения оспариваемых платежей выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10, 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика.

Кредитор также просил признать оспариваемую сделку недействительной (ничтожной) на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. 

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Применительно к рассматриваемому случаю, принимая во внимание, что брачный договор оформлен в нотариальном порядке, договор исполнен, переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке, суд апелляционной инстанции приходил к выводу о том, что оспариваемая сделка не может носить мнимый характер, поскольку сторонами сделки совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности на жилое помещение. 

Таким образом, оспариваемый судебный акт соответствует нормам действующего законодательства права, сделанные в нем выводы - обстоятельствам дела, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

На основании изложенного определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от  09 февраля 2023    года по делу № А60-51945/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

В.Г. Голубцов

 

Т.С. Нилогова