СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-7152/2023(6)-АК

Дело № А50-8408/2021

14 февраля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 февраля 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2025 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С., судей Иксановой Э.С., Чухманцева М.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И., при участии: 

от конкурсного управляющего: ФИО1, паспорт, паспорт, доверенность от 23.05.2024,  

ФИО2, паспорт, и её представитель ФИО3, паспорт, доверенность от 30.06.2024,  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, 

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 16 декабря 2024 года об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности,  

вынесенное рамках дела № А50-8408/2021 о признании общества с ограниченной ответственностью «Элион «Стройконсалт» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом)  

ответчик: ФИО2 

третьи лица: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9  

установил:

Решением суда от 14.10.2021 ООО «Элион «Стройконсалт» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО4  

27.06.2022 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой получение ФИО2 (далее – ответчик) денежных средств с расчетного счета должника в размере 635 102 руб. 75 коп., применении последствий ее недействительности.  

Конкурсный управляющий направил письменные пояснения, указал, что 09.10.2024 ФИО2 возвратила в конкурсную массу должника денежные средства в размере 22 565 руб. 69 коп. переплаченных процентов по договору займа от 26.09.2019; с учетом возврата денежных средств размер последствий недействительности сделки составляет 612 537 руб. 06 коп.  

Определением суда от 16.12.2024 (резолютивная часть от 02.12.2024) заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными сделкой перечисление должником в пользу ответчика денежных средств за период с 15.04.2020 по 11.09.2020 в общем размере 635 102 руб. 75 коп. Применены последствия недействительности сделка в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 612 537 руб. 06 коп.  

Не согласившись с принятым определением, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит названное определение отменить, в удовлетворении требований отказать.  

Апеллянт ссылается на то, что расхождение сумм указанных прописью и цифрами в заявлении от 31.07.2020 не может служить основанием для непринятия данного доказательства. Отмечает, что в данном заявлении основным является предоставление новому директору ФИО6 кассовых чеков по подотчетным суммам. Также в материалы дела представлено заявление ФИО2 на имя нового директора от 20.08.2020 о возмещении подотчётных денежных средств, истраченных из личных сбережений на нужды должника, к заявлению прилагалась карточка счета 71. Указывает на то, что платежи от 21.08.2020 на сумму 15 000 руб., от 31.08.2020 на суммы 89 551,47 руб. и 20 448,53 руб., от 11.09.2020 на суммы 20 000 руб. и 34 961,57 руб. являются возмещением подотчётных сумм, израсходованных ФИО2 из собственных средств. Отмечает, что новый директор ФИО6 на основании ст. 137 ТК РФ не обращался к ФИО2 с заявлением о взыскании неиспользованных подотчетных средств. Полагает, что непередача руководителем должника ФИО6 конкурсному управляющему кассовой книги не может ставиться в вину ответчику. По мнению апеллянта, поскольку ФИО2 имела право на получение денежных средств в подотчет, так как являлась директором должника, данные отношения регулируются нормами трудового законодательства, в данном случае должен быть применен  

специальный срок исковой давности, установленный ст. 392 ТК РФ. Также считает, что оспариваемые платежи совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности, их размер составляет менее 1% активов общества. Кроме того, ссылается на пропуск годичного срока исковой давности для обращения с рассматриваемым заявлением, поскольку об оспариваемых платежах конкурсному управляющему стало известно не позднее даты назначения его временным управляющим должника – 21.05.2021, а с рассматриваемым требованием он обратился 27.06.2022.  

В судебном заседании представитель ответчика представил пояснения, в которых указывал на то, что заработная плата ФИО2 не перечислялась, бухгалтер ошибочно в назначении платежа указал «в подотчет», тогда как на самом деле это было выплата заработной платы. В отношении займа отмечает, что он предоставлялся на срочные нужды должника на закупку материалов для осуществления обычной хозяйственной деятельности. На дату выдачи займа задолженность перед реестровыми кредиторами отсутствовала. Акт с ИП ФИО10 был подписан не 13.05.2019, а 20.08.2020, обязанность по оплате работ возникла у должника не ранее сентября 2020 года. Опровергает выводы о наличии признаков неплатежеспособности у должника. Отмечает, что доход должника с 01.06.2020 до начала процедуры банкротства составлял более 8 млн.руб. Предоставление займа не являлось компенсационным финансированием, у должника не имелось имущественного кризиса на момент выдачи займа, ни на момент его возвращения.  

Конкурсный управляющий представил письменный отзыв об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы.  

Представитель ответчика представил возражения на отзыв конкурсного управляющего.  

Ответчик и его представитель доводы апелляционной жалобы поддержали, представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве.  

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, своего представителя для участия в судебное заседание не направили, дело рассмотрено в их отсутствие (часть 3 статьи 156 АПК РФ).  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно полученным выпискам по расчетным счетам ООО «Элион «Стройконсалт» конкурсным управляющим было установлено, что в период с 15.04.2020 по 11.09.2020 с расчетного счета должника в пользу ФИО2 выбыли денежные средства в общем размере 635 102 руб. 75 коп.:  

- 15.04.2020 в сумме 20 000 руб. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается»,  

- 19.06.2020 в сумме 30 000 руб. с назначением платежа «Частичный возврат процентного займа. НДС не облагается»,  

- 29.06.2020 в сумме 170 000 руб. с назначением платежа «Возврат по Договору процентного займа от 26.09.2019г. НДС не облагается»,  

- 29.06.2020 в сумме 30 141 руб. 18 коп. с назначением платежа «Выплата процентов по Договору процентного займа от 26.09.2019г. НДС не облагается»,  

- 24.07.2020 в сумме 150 000 руб. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается»,  

- 31.07.2020 в сумме 50 000 руб. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается»,  

- 12.08.2020 в сумме 5 000 руб. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается»,  

- 21.08.2020 в сумме 15 000 руб. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается»,  

- 31.08.2020 в сумме 89 551 руб. 47 коп. с назначением платежа «На подотчет ФИО5 НДС не облагается»,  

- 31.08.2020 в сумме 20 448 руб. 53 коп. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается»,  

- 11.09.2020 в сумме 20 000 руб. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается»,  

- 11.09.2020 в сумме 34 961 руб. 57 коп. с назначением платежа «На подотчет. НДС не облагается».  

Ссылаясь на то, что сделки по получению ФИО2 денежных средств в подотчет совершены в отношении заинтересованного лица, в отсутствие встречного предоставления; возврат займа и выплата процентов отвечают признакам недействительной сделки, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании перечислений денежных средств недействительной сделкой на основании положений пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), применении последствий недействительности сделок.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности оснований для признания оспариваемых платежей недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ.  

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта, в связи со следующим.  

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании ст. 10 и п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по ст. 170 ГК РФ) (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25).  

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия. Также под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, от 14.06.2016 № 52-КГ16-4).  

Злоупотребление как явление проявляется в большинстве случаев в том, что при внешне формальном следовании нормам права нарушитель пытается достичь противоправной цели. Формальному подходу, в частности, может быть противопоставлено выявление противоречивых, парадоксальных, необъяснимых обстоятельств, рассогласованности в доказательствах, нелогичности доводов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2019 № 306-ЭС19-3574).  

Злоупотребление субъективным правом представляет собой также любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.  

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

В силу п. 8 Постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10, п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).  

Для квалификации сделки, совершенной со злоупотреблением правом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем  

анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.  

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10044/11 от 17.06.2014, Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034) отражена правовая позиция, согласно которой наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.  

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Указанная сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника  

сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.  

Заявление о признании должника банкротом принято к производству суда определением от 14.04.2021, спорные сделки совершены в период с 15.05.2020 по 11.09.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, согласно которому необходимым признаком недействительности сделки является неравноценность встречного предоставления.  

Как было указано выше, в обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий ссылается на отсутствие встречного предоставления по оспариваемым платежам. Кроме того, после 20.08.2020 денежные средства не могли перечисляться ФИО2 в подотчет, поскольку полномочия директора были прекращены, иную должность ФИО2 в ООО «Элион «Стройконсалт» не занимала.  

Ответчик, возражая по требованиям, ссылался на то, что часть денежных средств являлось возвратом суммы займа и процентов по займу, в подтверждение чего были представлены договор процентного займа от 26.09.2019, чек № 392196 от 27.09.2019 на сумму 200 000 руб.(в копиях).  

Также ответчик указывал на то, что в период с 29.04.2020 по 24.07.2020 ФИО2 внесла в кассу должника личные денежные средства на оплату заработной платы сотрудниками в сумме 156 352,57 руб., а также произвела почтовые расходы в сумме 1 108,04 руб. Платежи с назначением «в подотчет» являются возвратом ранее внесенных ею и потраченных на нужды должника личных средств, в подтверждение чего представлены штатное расписание, заявления ФИО5, ФИО2, карточки счета № 71 по ФИО2 и ФИО5 (л.д. 35-49 т. 1).  

Конкурсный управляющий, выражая свое несогласие с данными доводами, указывал на то, что ФИО6 (новым директором общества) при передаче части документов были даны пояснения относительно его руководства обществом. Он пояснял, что никогда не являлся фактическим руководителем должника, был номинальным директором.  

Полагает, что на момент продажи доли в обществе и после этого супруги А-вы продолжали участвовать в деятельности должника, переоформив все на номинального директора, продолжали пользоваться счетами должника.  

ФИО2 является профессиональным бухгалтером, из представленных в материалы дела документов усматривается её трудоустройство в нескольких  

организациях. Из пояснений самой ФИО2 не ясно, какой был экономический смысл продавать и переоформлять долю в обществе на сторожа.  

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 в период с 02.04.2008 по 07.10.2020 являлась единственным учредителем должника, до 20.08.2020 – его директором, то есть является аффилированным лицом по отношению к должнику.  

Вопреки доводам ответчика, в материалы дела не представлены достаточные и достоверные доказательства, подтверждающие расходование ФИО2 своих личных средств на нужды должника.  

Сами по себе оборотно – сальдовые ведомости по счету № 71 не свидетельствуют об использовании ответчиком денежных средств на нужды должника.  

Согласно пункту 6.3 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У (ред. от 05.10.2020) «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» (зарегистрировано в Минюсте России 23.05.2014 № 32404) подотчетное лицо обязано в срок, установленный руководителем юридического лица, индивидуальным предпринимателем, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами. Проверка авансового отчета главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии - руководителем), его утверждение руководителем и окончательный расчет по авансовому отчету осуществляются в срок, установленный руководителем.  

Если работник потратил денег меньше, чем получил, он должен вернуть в кассу неизрасходованные деньги, полученные под отчет. Для приема неизрасходованных денег оформляется приходный кассовый ордер (пункт 5, подпункт 5.1 пункта 5 действующих Указаний № 3210-У).  

В соответствии с постановлением Госкомстата Российской Федерации от 01.08.2001 № 55 «Об утверждении унифицированной формы первичной учетной документации № АО-1 «Авансовый отчет» авансовый отчет составляется в одном экземпляре подотчетным лицом и работником бухгалтерии. Проверенный авансовый отчет утверждается руководителем или уполномоченным на это лицом и принимается к учету. Остаток неиспользованного аванса сдается подотчетным лицом в кассу организации по приходному кассовому ордеру в установленном порядке. Перерасход по авансовому отчету выдается подотчетному лицу по расходному кассовому ордеру. На основании данных утвержденного авансового отчета бухгалтерией производится списание подотчетных денежных сумм в установленном порядке.  

При этом унифицированная форма № АО-1 содержит отрывную расписку о принятии авансового отчета и приложенных к нему документов, подтверждающих произведенные расходы, которая удостоверяет факт получения бухгалтером от работника авансового отчета с приложением  

необходимых документов. Данная расписка сохраняется у работника как подтверждение возврата им денежных средств на случай возникновения спора о материальной ответственности.  

Следовательно, указанная расписка по форме № АО-1 является надлежащим доказательством, подтверждающим наличие законных оснований для выдачи денежных средств под отчет и их использования на нужды работодателя.  

Таким образом, в распоряжении подотчетного лица должны оставаться первичные учетные документы (расписка по форме № АО-1 и (или) квитанция к приходному кассовому ордеру о возврате неизрасходованной подотчетной суммы), которые в материалы настоящего дела не представлены без объяснения причин.  

Таким образом, доводы апеллянта о наличии в материалах дела доказательств, подтверждающих расходование денежных средств, выданных ФИО2, на нужды общества, являются несостоятельными.  

Доводы ответчика о том, что денежные средства были ей возвращены в связи с тем, что она ранее выплачивала работникам должника заработную плату из своих средств также не нашли своего подтверждения.  

В назначении оспариваемых платежей указано на выдачу подотчет, то есть на предстоящие расходы, а не на возмещение понесенных расходов.  

Доказательств того, что ФИО2 производила выплату заработной платы из своих средств не представлено.  

Представленные в материалы спора платежные ведомости (т.1 л.110-138) не подтверждают факт выдачи денежных средств работникам должника, не подписаны, обстоятельства и время создания данных документов не известны, в ходе рассмотрения иных обособленных споров ФИО2 отрицала наличие у нее базы 1С должника.  

Имеется несоответствие между периодами и размерами денежных средств перечисленных в подотчет ответчику и подлежащих выплате работникам, что не позволяет соотнести эти суммы.  

Материалами спора не подтверждаются доводы ответчика о том, что денежные средства на выплату заработной платы работникам ООО «Элион «Стройконсалт» снимались с карты ФИО2, вносились в кассу должника, кроме этого, на счетах должника в соответствующие даты имелись денежные средства, то есть необходимость запроса денежных средств у ответчика отсутствовала.  

Согласно выписке должника (т.2 л.57) до совершения оспариваемых перечислений ФИО2 получала со счета ООО «Элион «Стройконсалт» денежные средства для выплаты заработной платы, данные операции имели соответствующее указание (на выплату/оплату заработной платы по ведомости). Таким образом, исходя из сложившейся практики при перечислении денежных средств для целей выплаты заработной платы работникам это нашло бы отражение в назначении платежа.  

Кроме того, ФИО2 ранее заявляла, что является номинальным директором, что вступает в противоречие с её пояснениями по выплате заработной платы работникам из своих средств.  

То обстоятельство, что после перечисления на счет ответчика денежные средства снимались с карты, при этом ФИО2 находилась в месте, отличном от места расположения банкоматов, не подтверждает расходования денежных средств в интересах должника.  

Ссылка на то, что все документы были переданы новому директору и он, проанализировав их, произвел выплаты в пользу ответчика, не свидетельствует о правомерности спорных перечислений, с учетом не опровергнутых доводов о номинальности нового директора должника и противоречивой позиции ФИО2 по делу о банкротстве.  

Кроме того, определением суда от 09.11.2022 обязанность по передача бухгалтерской документации должника возложена, в том числе, на ФИО2 Судом отмечено, что из акта передачи документов, дебиторской и кредиторской задолженности, материалов и оборудования от 20.08.2020 не следует, что ФИО2 новому директору и участнику были переданы все договоры с кредиторами и дебиторами должника, имущество и материальные ценности (в бухгалтерской отчетности отражено большее количество основных средств, запасов, однако отсутствует их расшифровка).  

Также подлежат отклонению доводы ответчика о том, что у должника на день увольнения ответчика имелась задолженность перед ним по заработной плате в размере 90 177,10 руб., компенсации при увольнении в размере 28 083,75 руб., в счет чего последующим руководителем должника, в том числе, были осуществлены спорные платежи.  

Учитывая доводы ответчика о значительных оборотах денежных средств по счетам должника, имевшим место в 2020 году, не поддается логическому объяснению увольнение ответчика с должности директора при наличии перед ним задолженности по заработной плате, то есть невыплата при увольнении заработной платы самому себе.  

При этом спорные платежи соответствующего назначения платежа не имеют.  

Более того, в своих пояснениях ответчик указывает на то, что в материалы дела представлена выписка по расчетному счету должника, согласно которой заработная плата ему не перечислялась, из чего следует, что выплата заработной платы ответчику осуществлялась иным способом.  

Из материалов дела не усматривается, что выплата заработной платы ответчику соответствующим способом имела место ранее рассматриваемого периода, что могло бы указывать на аналогичный характер платежей.  

Указанное в совокупности опровергает утверждения ответчика. 

Таким образом, оспариваемые сделки с назначением платежа «На подотчет» совершены безвозмездно, являются недействительными на  

основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве как совершенные в отсутствие встречного предоставления.  

Кроме того, часть платежей были совершены с назначением «возврат займа» и «выплата процентов».  

В материалы спора представлен договор процентного займа от 26.09.2019, заключенный между ФИО2 (займодавец) и ООО «Элион «Стройконсалт» (заемщик), по условиям которого займодавец предоставляет заемщику денежные средства в размере 200 000 руб., а заемщик обязуется возвратить полученную сумму в сроки и в порядке, указанные в настоящем договоре (пункт 1.1 договора).  

Согласно пункту 1.3 договора указанная в п.1.1 сумма займа предоставляется заемщику на срок до 31.12.2019.  

В пункте 2.1 договора предусмотрено, что возврат полученной суммы займа осуществляется заемщиком в следующем порядке: не позднее следующего дня после истечения срока займа, указанного в п.1.3 настоящего договора, заемщик должен осуществить возврат займодавцу 100% суммы займа любым незапрещенным законодательством Российской Федерации способом.  

В соответствии с пунктом 2.5 договора проценты за пользование суммой займа уплачиваются заемщиком ежемесячно, не позднее 15 числа месяца, следующего за расчетным.  

27.09.2019 на расчетный счет должника поступили денежные средств в размере 200 000 руб. с назначением платежа «За 26/09/2019; займ от учредителя».  

В нарушение условий договора выплата процентов за пользование займом ежемесячно не производилась, сумма займа не была возвращена в установленный срок.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)»).  

Введение в отношении должника процедуры банкротства призвано исключить возможность нарушения имущественных интересов внешних (независимых) кредиторов в результате определяющего влияния на процедуру внутренних (заинтересованных) кредиторов. Для реализации данной цели судебной практикой, в частности, выработаны правовые подходы,  

позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица. Такие примеры обобщены и сформулированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор).  

Так, по смыслу пункта 3.1 Обзора сокрытие аффилированным лицом информации о нахождении должника в трудном экономическом положении (имущественном кризисе) и попытка преодолеть кризис посредством внутреннего публично нераскрываемого компенсационного финансирования ведет к тому, что данное лицо принимает риск неосуществления плана выхода из кризиса на себя и впоследствии не вправе перекладывать его на других кредиторов.  

Одной из форм компенсационного финансирования должника является предоставление контролирующим лицом займа в период кризиса.  

По смыслу разъяснений, данных в пункте 9 названного Обзора, компенсационное финансирование возможно и на этапе создания общества путем предоставления недостающих активов для ведения деятельности.  

Удовлетворение ответчиком (аффилированным лицом) своего требования путем возврата займа влечет причинение вреда имущественным правам кредиторов и подпадает под признаки подозрительной сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2024 № 302-ЭС23-30103(1,2), от 11.07.2024 N 305-ЭС24- 3389).  

Таким образом, заявление конкурсного управляющего о признании сделок недействительными как подозрительных направлено на защиту прав внешних кредиторов, понесших от совершения данных сделок имущественные потери.  

Как указывает ответчик, заем был необходим для оплаты строительных материалов и бетона, чтобы стройка не остановилась, так как на 27.09.2019 был заказан бетон, денежных средств у должника для оплаты не хватало (т. 2 л.д. 77).  

Полученные от ответчика денежные средства были направлены на оплату текущих задолженностей ООО «Элион «Стройконсалт» перед ООО «Опалубка Пермь», ООО «Сантехкомплект-Прикамье», АО «Сталепромышленная компания», ООО ТД «Стройтехцентр» (т.2 л.104).  

При этом на момент возврата займа и процентов (19.06.2020, 29.06.2020) у должника имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами:  

- ООО «Аквасити» (после правопреемства - ФИО11) по договору подряда № 1К/07/18 от 26.07.2018, актам выполненных работ от 26.11.2019, на сумму 4 240 000 руб. (определения суда от 21.05.2021, от 05.07.2022),  

- ИП ФИО10 по договору подряда от 02.08.2018, акту выполненных работ от 13.05.2019 на сумму 2 235 610 руб. (определение суда от 29.12.2021),  

- Федеральной налоговой службой по налогам, страховым взносам за 2019 - 2020 годы на суммы 52 035 руб. 84 коп. и 79 746 руб. 65 коп. (определения суда от 02.08.2021, от 06.12.2021).  

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 65.2 ГК РФ участник корпорации обязан участвовать в образовании имущества корпорации в необходимом размере.  

Если при создании организации учредители наделили юридическое лицо недостаточным имуществом и дофинансировали займами, то есть перераспределили риски утраты крупного вклада на случай возможного банкротства, избранная контролирующим лицом процедура финансирования уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав независимых кредиторов (п. 9 Обзора).  

При этом неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).  

Таким образом, ответчик, являясь контролирующим должника лицом, фактически осуществлял финансирование должника через использование правоотношений займа, при этом возврат заемных денежных средств в условиях неисполненных обязательств перед внешними независимыми кредиторами опосредует цель причинения вреда их имущественным интересам; пользуясь своим положением (возможностью выбора - погасить свои личные требования (до востребования) к подконтрольному обществу, либо вернуть долги внешним кредиторам).  

В данном случае ответчиком и должником созданы условия для погашения обязательств, возникших из отношений по компенсационному финансированию (для изъятия этого финансирования) в ущерб интересам независимых кредиторов, то есть для переложения на последних риска утраты компенсационного финансирования, что очевидно свидетельствует о нарушении их имущественных интересов.  

Таким образом, удовлетворение ответчиком (аффилированным лицом) своего требования путем возврата займа повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем данные сделки являются недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

С учетом изложенного, оспариваемые конкурсным управляющим сделки правомерно признаны недействительными на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Поскольку приведенные заявителем доводы полностью охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, оснований для применения  

положений ст.ст. 10, 168ГК РФ к оспариваемым сделкам судом апелляционной инстанции не усматривается.  

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции правомерно взыскал с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в общем размере 612 537 руб. 06 коп. (с учетом добровольного возврата ответчиком денежных средств в сумме 22 565 руб. 69 коп.).  

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению.  

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик заявил о применении исковой давности на основании норм Трудового кодекса Российской Федерации. По мнению ФИО2, к заявленному требованию подлежали применению положения абзаца третьего статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.  

Между тем, в рамках настоящего обособленного спора сделка между должником и ФИО12 оспорена конкурсным управляющим по основаниям, предусмотренным статьёй 61.2 Закона о банкротстве. При оспаривании подозрительной сделки в деле о банкротстве подлежат применению специальные нормы Закона о банкротстве, на что правильно указал суд первой инстанции.  

Из разъяснений, данных в пункте 32 постановления № 63, следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в суд в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой  

давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям.  

Решением суда от 14.10.2021 ООО «Элион «Стройконсалт» (признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО4  

Таким образом, в любом случае срок исковой давности для оспаривания сделки по специальным основаниям Закона о банкротстве начинает исчисляться не ранее указанной даты.  

С рассматриваемым требованием конкурсный управляющий обратился 27.06.2022, то есть в пределах годичного срока исковой давности.  

Также подлежат отклонению и доводы ответчика о совершении оспариваемых сделок в процессе обычной хозяйственной деятельности.  

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в  

обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.  

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и «Интернет», уплата налогов и тому подобное). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.  

В рассматриваемом случае, оспариваемые сделки совершены в отсутствие встречного предоставления, осуществлен возврат займа и процентов контролирующему должника лицу в ущерб иным кредитором, что не подпадает под критерии обычной хозяйственной деятельности.  

Апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.  

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта не имеется.  

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый  

арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 16 декабря 2024 года по делу № А50-8408/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий М.С. Шаркевич 

Судьи Э.С. Иксанова  

 М.А. Чухманцев 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 12.11.2024 6:49:30

Кому выдана Иксанова Эльвира Сагитовна