АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-44540/2019

г. Краснодар

01 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 1 октября 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенностьот 19.08.2022), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 20.02.2020), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 17.04.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2024 по делу № А32-44540/2019 (Ф08-7289/2024), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) рассмотрен отчет финансового управляющего должника по результатам процедуры реализации имущества.

Определением от 17.04.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 28.06.2024, завершена процедура реализации имущества гражданина. В отношении должника не применены правила об освобождении от исполнения обязательств. Прекращены полномочия финансового управляющего.

В кассационной жалобе должник просит отменить определение и постановление апелляционного суда в части неприменения правила об освобождении от исполнения обязательства, принять новый судебный акт. Податель жалобы ссылается на неправильное применение норм материального и процессуального права, а также на несоответствие сделанных судами выводов представленным в дело доказательствам. Указывает, что задолженность перед ФИО3 не погашена за счет денежных средств, полученных от предпринимательской деятельности, ввиду ее прекращения до возникновения названной задолженности. Заключение кредитных договоров представляло собой перекредитование, целью которого было погашение ранее возникших кредитных обязательств за счет заемных средств, полученных по вновь заключенным кредитным договорам с банками. 

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 указал на ее несостоятельность, а также на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

В судебном заседании представитель должника поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить обжалуемые судебные акты.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, решением от 27.11.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Определением от 24.08.2020 требование ФИО3 в размере 2 482 988 рублей включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

По результатам проведения мероприятий, предусмотренных процедурой реализации имущества, финансовый управляющий должника представил в отчет, а также заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Поскольку кассационная жалоба доводов о несогласии с выводами судов в части завершения процедуры реализации имущества не содержит, законность судебных актов судом округа в данной части не проверяется (часть 1 статьи 286 Кодекса).

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Отказывая в применении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, суды исходили из недобросовестности должника, выразившемся в уклонении от погашения задолженности перед ФИО3, а также в заключении кредитных договоров без цели исполнения обязательств. Суды также указали на сокрытие должником информации об отчуждении им транспортного средства.

Между тем судами не учтено следующее.

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»; далее – постановление № 45), одним из оснований, исключающих освобождение гражданина от обязательств, является подтверждение того, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Перечень недобросовестных действий должника в деле о банкротстве, указанный в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве не является исчерпывающим. Так, о противоправном поведении должника, с учетом положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданского кодекса), может свидетельствовать, например, злоупотребление правом с его стороны при вступлении в правоотношения с кредитором, повлекшие возникновение обязательств перед ним, не погашенного, в том числе в ходе процедуры по делу о банкротстве, либо сговор с аффилированным (в какой-либо форме) кредитором, направленный на получение возможности оказывать влияние на ход процедуры банкротства посредством включения в реестр требований кредиторов контролируемой задолженности, в том числе и в случае, если указанное намерение не будет реализовано по причинам, не зависящим от участников такого сговора.

Указанный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, согласно которой, в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в постановлении № 45, вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств. Закрепленные в законодательстве о банкротстве граждан положения о том, что недобросовестные должники не освобождаются от обязательств, а также о том, что банкротство лиц, испытывающих временные затруднения, недопустимо, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820 по делу № А72-18110/2016 со ссылкой на разъяснения пункта 42 постановления № 45, целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При распределении бремени доказывания в случае проверки добросовестности должника следует учитывать, что, при злоупотреблении со стороны должника, кредиторы, заявляя в защиту своих прав о сокрытии должником информации о своем имущественном положении и доходах, объективно не могут располагать исчерпывающими доказательствами данного обстоятельства, в том числе по причине совершения действий со стороны должника, направленных на сокрытие сведений.

В таком случае, для обеспечения баланса интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, представление кредитором доказательств, свидетельствующих о наличии обоснованных сомнений в добросовестности должника и представлении им в ходе дела о банкротстве полной информации об имуществе и доходах, является основанием для возложения на должника бремени доказывания обратного, с применением к должнику повышенного стандарта доказывания.

Согласно статьям 168, 170 Кодекса судебный акт является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда решение содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. В мотивировочной части судебного акта должны быть указаны: доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

Суды в обоснование вывода о неприменении в отношении должника правила об освобождении сослались на уклонение, непринятие должником мер по погашению задолженности перед ФИО3

Между тем суд округа не может согласиться с выводами судов в связи со следующим.

Как видно из материалов дела, финансовым управляющим выявлено имущество, принадлежащее должнику, которое реализовано на торгах; денежные средства от реализации имущества направлены на погашение обязательств перед кредиторами.

Ссылаясь на осуществление должником предпринимательской деятельности до 19.11.2018, а также получение прибыли в размере 1 603 363 рублей, судам при наличии возражений кредитора, следовало возложить на должника бремя доказывания момента фактического прекращения им предпринимательской деятельности, а также обоснования объективных причин данного обстоятельства, с учетом того, что, действуя добросовестно, должник, имея неисполненные обязательства, должен был быть заинтересован в извлечении постоянного дохода для расчетов с кредиторами; необходимо было установить обстоятельства расходования должником полученной от ведения деятельности прибыли.

Указанные обстоятельства при решении вопроса о добросовестности должника не учтены. Судами не установлено, что должник не погашал задолженность перед кредитором настолько, насколько позволяли его доходы или совершал действия, отрицательно повлиявшие на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредитора.

Кроме того, само по себе непогашение кредиторской задолженности в отсутствие установленного факта злоупотребления при уклонении от ее погашения, не свидетельствует о наличии оснований для неприменения  в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Указывая на непогашение задолженности в рамках исполнительного производства, несвоевременное и неполное совершение судебным приставом-исполнителем установленных законодательством об исполнительном производстве действий, а именно обращение взыскания на денежные средства должника, суды фактически возложили на должника ответственность, находящуюся вне зоны его контроля, поскольку совершение действий в рамках возбужденного исполнительного производства является компетенцией службы судебных приставов и непосредственно связано с осуществлением судебным приставом-исполнителем его профессиональных обязанностей.

Делая вывод о последовательном заключении должником кредитных договоров, суды оставили без оценки доводы должника о направлении денежных средств на погашение задолженности. В рассматриваемом случае судам необходимо было предложить должнику раскрыть обстоятельства расходования кредитных денежных средств и оценить поведение должника при совершении названных действий, насколько они были разумными, обоснованными и оправдывали, возможные, ожидания должника, связанные с погашением кредиторской задолженности перед кредиторами.

Указывая на отчуждение должником транспортного средства до возбуждения дела о банкротстве, суды не сослались на какие-либо доказательства заключения должником договора и получения по нему денежных средств (договор, платежные документы в материалах дела отсутствуют); не учли выводы, изложенные в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, об отсутствии сделок, подлежащих оспариванию.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела о банкротстве и разрешении итоговых вопросов завершения процедуры и освобождения должника от исполнения обязательств должен был включить в предмет судебного исследования названные обстоятельства, правовая оценка которых имеет существенное значение для вывода о добросовестном (недобросовестном) поведении должника по отношению к кредитору. Между тем при рассмотрении ходатайства о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств суд уклонился от установления фактических обстоятельств, ограничившись доводами кредитора о недобросовестном поведении должника, выразившемся в непогашении задолженности перед ним.

Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что выводы суда первой инстанции о недобросовестности должника по отношению к конкретному кредитору, возражающему против освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, нельзя признать в достаточной степени обоснованными, надлежащая оценка доводам общества судом не дана, бремя доказывания распределено неверно.

Апелляционный суд допущенные нарушения не устранил.

При таких обстоятельствах, определение от 17.04.2024 и постановление апелляционного суда от 28.06.2024 в части неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, а дело в отмененной части – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении судам следует определить обстоятельства, входящие в круг доказывания при решении вопроса о применении пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, установить указанные обстоятельства исходя из имеющихся в материалах дела и дополнительно представленных доказательств, применив, при необходимости, положения статьи 66 Кодекса, в их совокупности и взаимосвязи, дать оценку доводам лиц, участвующих в деле, принять судебные акты в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 17.04.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2024 по делу № А32-44540/2019 в части неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств отменить, в отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Ю.О. Резник

 

Судьи

 

М.Г. Калашникова

 

Н.А. Сороколетова