№ 09АП-47704/2023

Дело № А40-127140/19

г. Москва

01 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 01 декабря 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева,

судей А.А. Дурановского, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, финансового управляющего ФИО3- ФИО4 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15 июня 2023 г. по делу № А40- 127140/19 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ФИО3, ФИО2 о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСТРЕЙДОЙЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО5 по дов. от 22.09.2023

от ФИО3: ФИО6 по дов. от 20.01.2022

ФИО7 лично, паспорт

иные лица не явились, извещены 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.05.2019 принято к производству заявление ПАО «МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Транстрейдойл» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), возбуждено производство по делу № А40-127140/19-186- 155Б. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.06.2020 в отношении ООО «Транстрейдойл» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО7. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 28.03.2022 в отношении ООО «Транстрейдойл» открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (является членом АССОЦИАЦИЯ «МСРО АУ», ИНН: 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 119620, г. Москва, а/я 36). 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.06.2023 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Транстрейдойл» - ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. 

Привлечены ФИО3 и ФИО2  солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Транстрейдойл». Производство по рассмотрению заявления в части определении размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по делу № А40-127140/19 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, отказать в полном объеме в удовлетворении заявления конкурсного управляющего привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Также с апелляционной жалобой обратилась ФИО2, в которой просит отменить определение полностью и отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

С апелляционной жалобой обратился финансовый управляющий ФИО3, в которой просит определение отменить, в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 отказать. 

В судебное заседание явились лица согласно протоколу.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 156 АПК РФ.

Рассмотрев дело в порядке ст. 156, 266, 268 АПК РФ, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены определения арбитражного суда.

Как следует из материалов дела, в обоснование своего заявления конкурсный управляющий должника ссылается на то, что: 

1) ФИО3, как президент АО «Новый Поток» являлся лицом, извлекавшим выгоду от совершенных сделок должником, а также бенефициаром группы компаний АО «Новый Поток» (пп. 1 и 4 п. 2 и пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве); 

2) ФИО2, как вице-президент - директор казначейства АО «Новый поток», член совета директоров АО «Антипинский НПЗ» и его финансовый директор являлась лицом, имеющим возможность определять действия должника (пп. 1 и 4 п. 2 и пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

В исследуемом периоде времени законодателем еще не была принята глава III.2 Закона о банкротстве, а отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались, в первую очередь, положениями ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Следовательно, презумпции, предусмотренные в ст. 61.10 Закона о банкротстве не могут быть применены в рамках настоящего дела.

Согласно п. 3 ст. 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности относятся к вопросам отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним в соответствии с общим принципом действия закона во времени, закрепленным в п. 1 ст. 4 ГК РФ, не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Таким образом, порядок применения внесенных в Закон о банкротстве изменений разделен, в том числе с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и предусматривает, что: 

- действие норм материального права во времени определяется в соответствии с п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом; 

- действие процессуального закона во времени определяется в соответствии с п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Согласно ст. 2 Закона банкротстве в редакции № 134-ФЗ контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

При этом, согласно выработанной в судебной практике позиции, аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции отклонил доводы ФИО3 об отсутствии статуса контролирующего лица, поскольку вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.03.2020 по делу №А40-160002/19 установлено, что ФИО3 являлся бенефициаром группы компаний АО «Новый поток», а также установлены факты вхождения ООО «Транстрейдойл» в группу компаний «Новый Поток» и подконтрольности всей группы компаний единому центру управления – компании АО «Новый Поток». 

Также решением Арбитражного суда г. Москвы от 03.02.2020 по делу №А40-220599/19 по исковому заявлению ФИО8 к ФИО9 установлено, что в группу «Новый поток» входили следующие юридические лица: 

- ООО «АНПЗ-Продукт» - генеральный директор ФИО10. 

- ООО «Нъю Петрол Тюмень» - генеральный директор на тот момент ФИО11 

- ООО «Строительная компания «Техинжстрой» - генеральный директор ФИО12 

- ООО «Тоталойл» - генеральный директор ФИО13 

- ООО «ТранстрейдОйл» - генеральный директор ФИО14 

- ООО «НГК «Альфа» - генеральный директор ФИО15 

- ООО «Торговый дом Мотус» - генеральный директор ФИО16 

- ООО «ОйлИнвест Проект» - генеральный директор ФИО17 

- ООО «Марийский нефтеперерабатывающий завод» - генеральный директор ФИО18 

- ООО «Битумное производство» - генеральный директор ФИО19 

- ООО «Аксиома менеджмент» - генеральный директор ФИО20 

- ООО «Коммандит Сервис» - генеральный директор ФИО21 

- ООО «Омега групп» - генеральный директор ФИО22 

- АО «Антипинский НПЗ» - генеральный директор ФИО23

Помимо указанных судебных актов, имеются иные судебные акты, которыми исследована структура группы АО «Новый Поток» и взаимосвязи внутри нее. В частности, Определениями Арбитражного суда г. Москвы от 18.03.2020, от 23.07.2020 в рамках дела о банкротстве ООО «Тоталойл» (А40-160002/19) отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО «Транстрейдойл», ООО «Торговый дом Мотус» соответственно в связи с вхождением должника и кредиторов в одну группу лиц.

Также Определением Арбитражного суда республики Марий Эл от 29.07.2020 по делу о банкротстве ООО «Марийский нефтеперегонный завод» (А38-4530/2019) требование ООО «Транстрейдойл» понижено в очередности в связи с квалификацией требования в качестве компенсационного финансирования внутри одной группы лиц. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области в деле о банкротстве АО «Антипинский НПЗ» (А70-8365/2019) отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО «Транстрейдойл» в связи с вхождением должника и кредитора в одну группу лиц. 

Обстоятельства, изложенные в указанных судебных актах, подтверждают выводы о составе и структуре группы Новый Поток. 

Помимо этого, суд первой инстанции принял во внимание письменные пояснения генерального директора ООО «Транстрейдойл» ФИО14, а также нотариально заверенные письменные доказательства, указывающие на то, что в период с 2016 г. по 2019 г. ООО «Транстрейдойл» являлось одной из компаний, входящих в вышеперечисленную группу компаний «Новый Поток» (New Stream).

Указанным письмом ФИО3, как Президент головной компании – АО «Новый Поток», определил структуру корпоративного управления и координации компаний, входивших в одноименную группу. Корпоративная структура была определена так, что все стратегические решения, касающиеся развития группы, распределение сфер деятельности каждой из компаний, входящих в перечисленную выше группу, определение и сопровождение экономических моделей дальнейшего развития и их текущей деятельности, а также скоординированное управление расчетами и финансовыми потоками внутри группы компаний осуществлялись компанией АО «Новый Поток», которая одновременно являлось также еще и ревизором в каждом юридическом лице названной группы компаний.

При этом, управление группой компаний «Новый Поток» было построено таким образом, что физические лица, занимавшие руководящие должности в группе компаний были подконтрольны ФИО3 и обладали полномочиями давать руководящие указания, обязательные для исполнения руководителем ООО «Транстрейдойл», а также уполномочены были контролировать учредительные, финансовые, бухгалтерские и кадровые документы компаний данной группы.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Данный подход ранее сформирован правоприменительной практикой, выработанной экономической коллегией Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам, и в дальнейшем нашел отражение в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53).

На основании совокупности и взаимной связи представленных доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что Президент АО «Новый Поток» ФИО3, через подчиненных ему руководителей структурных подразделений АО «Новый поток» и подчиненных последним руководителей группы компаний «Новый поток» фактически определял цели, задачи и стратегию развития подведомственных организаций, в том числе и ООО «Транстрейдойл», а также осуществлял полный юридический и финансовый контроль за текущей хозяйственной деятельностью должника, руководил расчетами внутри группы компаний, а равно расчетами должника как с каждой из компаний из названной группы, так и с третьими лицами, контрагентами.

В отношении ФИО2 было установлено следующее. 

ФИО2 в период с 19.07.2016 по июль 2019 года являлась вице-президентом – директором казначейства АО «Новый поток», и находилась в непосредственном подчинении Президента АО "Новый поток" ФИО3 

Также ФИО2 являлась акционером и членом совета директоров АО КБ «Интерпромбанк», что подтверждается Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.07.2022 по делу о банкротстве ООО «Тотайойл» (А40-160002/2019). Мажоритарным владельцем акций АО КБ «Интерпромбанк» являлся ФИО3 По состоянию на 30.06.2019 доля владения ФИО3 акциями АО КБ «Интерпромбанк» составила 18,69%.  

При этом, управление Группой Компаний было построено таким образом, что отдельные физические лица, занимавшие руководящие должности в Группе компаний и подконтрольные ФИО3, давали обязательные для выполнения ООО «Транстрейдойл» указания, контролировали учредительные, финансовые и бухгалтерские, кадровые документы. 

В частности, согласно письму АО «Новый Поток» б/н от 05.09.2016 об изменениях в структуре корпоративного управления и координации, все решения структурного характера и новых сделок принимались соответствующими управленческими блоками АО «Новый Поток», функции единого казначейства, обуславливающие финансовую дисциплину предприятиями группы, перешли в АО «Новый Поток». 

АО «Новый Поток» фактически определяло цели и задачи стратегического развития подведомственных организаций, в том числе и должника, а также осуществляло полный юридический и финансовый контроль. За отдельные направления хозяйственной деятельности должника отвечала, в том числе, ФИО2 как вице-президент - директор казначейства АО «Новый поток», член совета директоров АО «Антипинский НПЗ» и его финансовый директор. В частности, за проведение расчетно-кассовых операций, определение их приоритетности, текущую работу с банками и финансовыми партнерами. 

В материалы дела представлена нотариально заверенная электронная переписка с рабочей почты ФИО2, как вице-президента – директора казначейства АО «Новый поток», согласно которой последняя давала обязательные к исполнению директорами группы компаний "Новый поток", в том числе и генеральному директору должника, письменные распоряжения о подготовке платежных поручений для проведения платежей между ООО «Транстрейдойл», АО «Антипинский НПЗ», ООО «Марийский НПЗ», ООО «Тоталойл» и другими компаниями группы "Новый Поток".

Кроме того, доказательством того, ФИО2 непосредственно определяла и осуществляла от имени ООО «Транстрейдойл» платежи внутри группы компаний "Новый поток" является тот фактор, что что флэш-носители с электронной цифровой подписью руководителя должника, необходимой для выполнения платежей, находились непосредственно у АО «Новый Поток, и были возвращены ООО «Транстрейдойл» по акту приема-передачи только 31.05.2019, т.е. после того, как 25.05.2019 в отношении ООО «Транстрейдойл» было подано заявление о несостоятельности (банкротстве). 

Таким образом, учитывая все изложенные обстоятельства нет оснований полагать необоснованным вывод о том, что осуществление хозяйственной деятельности ООО «Транстрейдойл» совершалось непосредственно или с согласования ФИО2 Следовательно, являлась лицом, имеющим возможность определять действия должника по прямому указанию и в интересах бенефициара ФИО3, а потому также подлежит признанию контролирующим должника лицом.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона банкротстве в редакции № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из соответствующих обстоятельств. В частности, причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Учитывая тот факт, что предусмотренное ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время ст. 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении № 53, может быть применен и к ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Согласно абз. 7 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции № 134-ФЗ контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Следовательно, для привлечения органов управления юридического лица к субсидиарной ответственности необходим следующий юридический состав: 

- вина (противоправность действий/бездействий); 

- действия/бездействие, которые довели (способствовали) доведению до банкротства; 

- причинно-следственная связь между действиями (бездействием), виной и наступившими негативными последствиями, выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов.

При этом необходимо обратить внимание на разъяснения п. 16 Постановления № 53, в соответствии с которыми под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ, абз. 2 п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (п. 18 Постановления № 53).

С учетом разъяснений, данных в пп. 1, 5 п. 2, п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", поведение руководителя организации предполагается недобросовестным, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в результате действий контролирующих должника лиц была увеличена кредиторская задолженность, поскольку в ходе осуществления хозяйственной деятельности только в 2018 г. выявлено внутригрупповых, транзитных платежей на сумму 5 136 000 000 руб.

Таким образом, вывод денежных средств, в частности по договору займа № 51/15-3/1 от 14.12.2015, заключенного с ООО «Тоталойл», договору займа № 1 от 29.03.2017 с ООО «Евродевелопмент», формирование искусственной кредиторской задолженности по договорам № 23-05-02/2017 от 23.05.2017, № 3/ПНП-2015М от 08.06.2015, № 25-07-01/2016, заключенные с АО «Антипинский НПЗ», и № 02-09-04/2016/286 от 02.09.2016, заключенного с ООО «Марийский НПЗ», привели к невозможности осуществления нормальной хозяйственной деятельности и погашению текущих, а не внутригрупповых обязательств.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.03.2020 по делу № А40-160002/19 отказано ООО «Транстрейдойл» во включении требований в размере 8 161 627 483,12 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Тоталойл» в связи с транзитным характером платежей по договору процентного займа №51/15-3/1 от 14.12.2015.

Как следует из судебного акта, в соответствии с п. 1.1. Договора 51/15-З/1 от 14.12.15 займодавец (ООО «Транстрейдойл») передает заемщику (ООО «Тоталойл») в собственность денежные средства в сумме 3 500 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу указанную сумму займа по истечении срока действия договора или, с согласия Займодавца, досрочно и уплатить проценты на сумму займа. 

Из пункта 2.3. названного договора следует, что договор заключен на 1 год. Дополнительным соглашением № 8 от 25.12.2017 стороны изменили сумму займа, определив ее в размере 28 000 000 000 руб. Дополнительным соглашением № 9 от 31.12.2018 стороны продлили срок возврата Заемщиком суммы займа: возврат производится на усмотрение Заемщика частями или единовременно в срок не позднее 31.12.2019.

Размер невозвращенной суммы займа по договору составил всего 8 152 217 519 руб., в том числе 6 060 302 274, 00 руб. - основной долг, 2 091 915 245, 00 руб. - проценты.

В рамках Определения от 18.03.2020 установлено, что все операции по перечислению денежных средств в пользу третьих лиц ООО «Тоталойл» осуществлял за счет заемных денежных средств, перечисленных ему аффилированными с ним лицами, в том числе и ООО «Транстрейдойл». Заемные денежные средства, полученные должником от ООО «Транстрейдойл» и иных аффилированных с должником лиц, направлялись на выдачу займов аффилированным с должником лицам или покупку нефтепродуктов у аффилированных с должником лиц.

Таким образом, суд, исходя из совокупности всех обстоятельств, учитывая аффилированность должника и кредитора, а также их подконтрольность единому центру, принимая во внимание транзитный характер операций по сделкам, на которых кредитор основывает свое требование, пришел к выводу о мнимости договора N 51/15-З/1 от 14.12.2015, а также о наличии в действиях кредитора признаков злоупотребления правом.

В связи с указанными обстоятельствами суд не находит оснований принимать во внимание доводы апеллянта ФИО3 о том, что ООО «Тоталойл» регулярно осуществляло возврат денежных средств, поскольку доказательств того, что данные действия были направлены на возврат займа, а не на совершение иных операций, носящих транзитный характер, в материалы дела не представлено. 

Вместе с тем суд отклоняет довод ФИО3 о том, что АО «Новый поток» было зарегистрировано 15.06.2016, ввиду чего ранее указанной даты не могло образовывать с кем-либо группу, что исключает возможность формального указания на аффилированность сторон на момент заключения договора в 2015 году. 

Так, средства массовой информации содержат сведения о том, что «группа компаний «Новый Поток» (New Stream Group) была основана в 2004 году предпринимателем ФИО3. В группу входит 13 компаний, основной производственный актив группы — Антипинский НПЗ (Тюменская область). Кроме того, в группу вошли Мариинский НПЗ (Республика Марий Эл), ООО «АНПЗ-продукт» (занимается реализацией продукции завода на российском рынке), ООО «Нью Петрол Тюмень» (занимается розничной реализацией нефтепродуктов), нефтяная компания «Новый поток» (занимается разработкой месторождений в Оренбургской области)». (http://rucompromat.com/ organizations/novyiy_potok).

Указанное подтверждено также Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.07.2020 по делу № А40-192683/19, на которое ссылался и апеллянт в пояснениях, представленных в суд апелляционной инстанции 18.10.2023. 

Помимо этого, ФИО3 и ФИО2 без ведома и в обход органов управления ООО «Транстрейдойл» 29.03.2017 по договору займа № 1 со счета должника перечислили на счет ООО «Евродевелопмент» денежные средства на сумму 1 800 000 000 руб.

Сам же договор займа, будучи подписанным со стороны ООО «Евродевелопмент», в адрес директора ООО «Транстрейдойл» поступил от ФИО2 только 30.03.2017.

Таким образом, сделка, порождавшая обязательство должника по предоставлению займа ООО «Евродевелопмент» на сумму 1 800 000 000 руб., была заключена уже после того, как она была совершена непосредственно действиями контролирующих должника лиц, а договор был подписан надлежащим лицом (генеральным директором должника) после того, как ФИО2, действуя во исполнение указания ФИО3, выполнила сам платеж по предоставлению займа, что подтверждается приложенной в деле перепиской между ФИО2 и генеральным директором должника. 

ООО «Евродевелопмент» непродолжительное время выплачивало проценты по займу, после чего оплата процентов прекратилась и в адрес ООО «Евродевелопмент» была направлена безответная претензия о возврате суммы займа.

Впоследствии Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 25.12.2019 по делу № А40-597/2019 Договор займа № 1 от 29.03.2017 признан недействительным как мнимая сделка, сделка совершенная со злоупотреблением правом на основании ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ. Требование ООО «Транстрейдойл» в размере 2 675 467 824, 68 руб. исключено из третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Евродевелопмент».

Материалами дела подтверждено, что конечным получателем денежных средств по Договору займа № 1 от 29.03.2017 являлась аффилированная с ПАО «Промсвязьбанк» компания SKIBERTY LIMITED (юридическое лицо, действующее в юрисдикции р. Кипр), поскольку денежные средства ПАО «Промсвязьбанк» предоставлялись ООО «Транстрейдойл», которое в свою очередь перечислило средства ООО «Евродевелопмент», а в дальнейшем ООО «Евродевелопмент» перечислило средства в пользу SKIBERTY LIMITED.

При этом ООО «Транстрейдойл», не осуществляя проверки платежеспособности ООО «Евродевелопмент», знало о транзитном характере договора займа № 1 от 29.03.2017 в пользу SKIBERTY LIMITED. 

При этом указание на перевод денежных средств по займу давалось ФИО2 (переписка приобщена), банковская гарантия ПАО «Промсвязьбанк» по займу была предъявлена лично ФИО3 (в рамках дела дело № А40-78681/2018 признана недействительной), а переговоры с бенефициарами Промсвязьбанка вел советник ФИО24 - ФИО25 (дело №А40-220599/2019). Все указанное подтверждает, что сделка займа была совершена со злоупотреблением правом, т.е. является ничтожной с момента ее заключения, когда на ее совершение давалось указание ФИО3 и ФИО2.

Таким образом, действия контролирующих должника лиц по предоставлению займа в размере 1 800 000 000 руб., входящему с должником в одну группу лиц, ООО «Евродевелопмент», способствовали наступлению неплатежеспособности ООО «Транстреидоил».

Для наиболее полного анализа действий контролирующих должника лиц, приведших к невозможности погашения требований кредиторов должника, суд первой инстанции учел также и наличие обязательств перед такими кредиторами, как ООО «БалтСетьСтрой», ООО «Аксиома Менеджмент», ООО «Марийский НПЗ», ООО «АНПЗ-Продукт», ООО «Омега Групп». 

Все указанные кредиторы являются аффилированными по отношению к должнику лицами, что установлено многочисленными судебными актами, как в настоящем деле, так и в иных делах о несостоятельности (банкротстве) ООО «МНПЗ», ООО «АНПЗ» и прочих. 

При рассмотрении требований данных лиц и отказе в их включении в каждом случае были установлены обстоятельства ничтожности сделок, транзитного характера перечислений денежных средств, формирования подконтрольной ФИО3 задолженности в реестре требований кредиторов должника. 

Также установлено, что 05.11.2019 Арбитражным судом г. Москвы по делу № А40-216640/19 отказано в удовлетворении иска АО КБ «Интерпромбанк» к ПАО «Московский кредитный банк» о признании договоров поручительства № 463009/16 от 07.04.2016 (ООО «ТД «Мотус») и № 462909/16 от 07.04.2016 (ООО «Транстреидойл») на общую сумму 4 264 110 500 рублей недействительными (ничтожными).

Так, в соответствии  с договором поручительства № 462909/16 от 07.04.2016, АО КБ «Интерпромбанк» обязуется солидарно с ООО «Транстрейдойл» в полном объеме отвечать перед ПАО «Московский кредитный банк» за исполнение должником обязательств по кредитному договору от 07.04.2016 № 

<

***>, заключенному между ООО «Транстрейдойл» и ПАО «Московский кредитный банк».

При этом судами установлено, что АО КБ «Интерпромбанк» на дату подписания указанных договоров поручительства входило в группу компаний «Новый Поток».

Заключение договоров поручительства № 462909/16 от 07.04.2016 и 463009/16 от 07.04.2016 было осуществлено в связи с наличием общего с заемщиками экономического интереса, а именно получение денежных средств для финансирования дальнейшей работы АО «Антипинский НПЗ» и ООО «Марийский НПЗ».

Таким образом, заключение кредитного договора между ООО «Транстрейдойл» и ПАО «МКБ», договоров поручительства в интересах ООО «АНПЗ-Продукт» никогда не было направлено на пополнение оборотных средств самого должника. Денежные средства, полученные должником, направлялись для финансирования деятельности производственных организаций группы - «АО «Антипинский НПЗ» и ООО «Марийский НПЗ».

В настоящем случае суд апелляционной инстанции также учитывает пояснения конкурсного управляющего относительно Договора № 14-12-01/2018/381 от 14.12.2018, заключенного между ООО «Транстрейдойл» и ООО «Марийский НПЗ».

В период 2018-2019 г. по причине отсутствия у ООО «Марийский НПЗ» денежных средств на приобретение сырья, ФИО3, как бенефициар группы компаний «Новый Поток» и ФИО2, как директора казначейства АО «Новый Поток», приняли решение о заключении ООО «Транстрейдоил» Договора № 14-12-01/2018/381, по условиям которого переработанная ООО «Транстрейдоил» продукция, продавалась третьим лицам, в частности компании «Шелл Трейдинг Раша Би Ви», как официальному представителю нефтяного конгломерата Шелл в России. 

Однако оплаты от ООО «Марийский НПЗ» в адрес ООО «Транстрейдойл» не производилось, что привело к образованию на стороне ООО «Марийский НПЗ» задолженности перед должником.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются Определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 08.10.2021 по делу № А38-4254/2019, которым требования ООО «Транстрейдойл» признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Таким образом, действия контролирующих должника лиц по осуществлению ООО «Транстрейдойл» компенсационного финансирования ООО «Марийский НПЗ», обусловили возникновение у ООО «Транстрейдойл» невозможной ко взысканию дебиторской задолженности, также способствовавшей наступлению неплатежеспособности.

При этом в настоящее время в реестр требований кредиторов ООО  «Транстрейдойл» включены следующие кредиторы: 

1. ПАО «Московский  кредитный банк»: 

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.06.2020 требование ПАО «Московский кредитный банк» признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 195 961 662,39 руб. - основного долга. 

Судебным актом подтверждено, что у должника перед кредитором имеется задолженность, возникшая из заключенного между ними кредитного договора № 

<

***> от 07.04.2016 (в редакции дополнительных соглашений: от 07.04.2016, от 01.08.2016, от 26.10.2017). В соответствии с указанным договором предоставление денежных средств, в рамках указанной кредитной линии, осуществляется на период с 07.04.2016 по 05.04.2019 с установленным лимитом в размере 31 000 000,00 долларов США. П. 1.2. Кредитного договора установлено, что каждый Кредит, выданный в соответствии с п. 1.1. настоящего Договора, должен быть полностью погашен Заемщиком не позднее 365 календарных дней с даты выдачи Кредита, но не позднее 05.04.2019 включительно.

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.09.2020 требование ПАО «Московский кредитный банк» к должнику в размере 2 836 686 666,73 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов.

Судом установлено, что в обеспечение исполнения обязательств ООО «АНПЗ-ПРОДУКТ» по Кредитному договору № 

<

***> от 26.08.2016, между ПАО «Московский кредитный банк» и ООО «ТРАНСТРЕЙДОЙЛ» заключен Договор поручительства № 465507/16 от 26.08.2016. Факт неисполнения ООО «АНПЗ-Продукт» своих обязательств по кредитному договору и наличия задолженности подтвержден судебными актами, вступившими в законную силу.

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.10.2020 требование ПАО «Московский кредитный банк» к должнику признано обоснованным, и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в общем размере 3 542 361 817,98 руб.

Основание возникновения требования - Кредитный договор № 

<

***> от 07.04.2016 (в редакции дополнительных соглашений: от 07.04.2016, от 01.08.2016, от 26.10.2017). Согласно расчету задолженности у должника имеются неисполненные обязательства, которые ранее не были заявлены ПАО «Московский кредитный банк» при подаче заявлений о включении требований в реестр требований кредиторов, на общую сумму 3 542 361 817,98 руб.

Также было заявлено требование на основании Кредитного договора № 

<

***> от 26.08.2016, размер задолженности 2 367 180 997,65 руб. 

2. ООО «Инноспек Рус» 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.09.2020 требование кредитора ООО «Инноспект Рус» признано обоснованным, и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 13 458 478,73 руб. - основной долг, а также 12 690 232,20 руб. – неустойка. Задолженность возникла из договора № 03-02-01/2017 на поставку товара производственно-технического назначения - депрессорной присадки OFI 3630 от 03.02.2017.

В Спецификациях все поставки были согласованы на условиях отгрузки в адреса грузополучателей: ООО «Афипский НПЗ», ООО «Марийский НПЗ» и АО «Антипинский НПЗ».

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.01.2019 по делу А40-195211/18 в пользу ООО «Инноспект Рус» взыскано солидарно с ООО «Транстрейдойл», АО «Антипинский НПЗ» долг по договору в размере 148 384, 76 евро, пени в размере 19 738,20 евро, убытки в размере 22 643 197, 98 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 000 руб.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 03.12.2019 по делу №А40-250723/19 с ООО «Транстрейдойл» в пользу ООО «Инноспек Рус » взыскана неустойка в сумме 160 215 евро с оплатой в российских рублях по курсу рубля Банка России и расходы на оплату услуг по хранению в сумме 21 160 532 руб. 83 коп.

3. ООО   «АНПЗ-Продукт»   

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.11.2020 требование ООО «АНПЗ-Продукт» признано обоснованным частично, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование в размере 60 180,00 руб. - основной долг. Вышеуказанным судебным актом установлено, что задолженность возникла в связи с ненадлежащим исполнением должником обязательств по договору поставки нефтепродуктов.

4. АО «Антипинский НПЗ» 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.04.2021 требование АО «Антипинский НПЗ» к должнику признано обоснованным частично: требование в размере 6 858 328, 00 руб. - неустойка включено в третью очередь реестра требований кредиторов. В остальной части требования отказано. Сумма задолженности вытекает из нарушения ООО «Транстрейдойл» срока оборота арендованных цистерн в рамках договора поставки нефтепродуктов № 3/ПНП-2015М от 08.06.2015, договора поставки кокса № 18-05-02/2016 от 18.05.2016, договора поставки серы № 23-07-01/2016 от 25.07.2016.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что довод апеллянта о том, что дополнительным соглашением № 16 от 17.10.2018 к кредитному договору со Сбербанком последним было запрещено погашать задолженность иным банкам. Это привело к тому, что ПАО «Московский кредитный банк» было предъявлено требование по договорам кредита, в том числе к должнику как к поручителю, не объясняет следующий факт.

Как следует из Определения Арбитражного суда г. Москвы от 28.07.2020 по делу № А40-192683/19, указанный запрет был временным для Компаний контура (в период с 22.10.2018 (включительно) по 05.12.2018 (включительно)). Следовательно, за пределами указанного периода у должника не было оснований для исполнения собственных обязательств. 

Между тем, должник не предпринимал мер по погашению собственной задолженности перед ПАО «Московский  кредитный банк», не связанной с выдачей поручительства и возникшей на основании Кредитного договора № 

<

***> от 07.04.2016 (в редакции дополнительных соглашений: от 07.04.2016, от 01.08.2016, от 26.10.2017). При этом должник продолжал осуществлять платежи в пользу аффилированных лиц. 

Таким образом, перечисленные выше платежи, совершенные в интересах группы компаний Новый Поток, бенефициаром которой являлся ФИО3, по указанию и при непосредственном участии ФИО2 в заключении договоров, составлении платежных документов и осуществлении фактических платежей, привели к невозможности ООО «Транстрейдойл» оплатить просроченную задолженность перед другими добросовестными и независимыми кредиторами должника, в частности, задолженность перед ПАО «Московский кредитный банк», т.е. причинно-следственно обусловили наступление неплатежеспособности должника.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно п. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15 июня 2023 г. по делу № А40- 127140/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, финансового управляющего ФИО3- ФИО4- без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      А.Н. Григорьев 

Судьи:                                                                                               А.А. Дурановский 

                                                                                                           Р.Г. ФИО27