АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-3562/25 

Екатеринбург 

28 октября 2025 г. Дело № А71-18822/2022 Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 г.  

Постановление изготовлено в полном объеме 28 октября 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Новиковой О. Н., судей Шершон Н. В., Павловой Е. А. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СН-Групп» – ФИО1 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.02.2025 по делу № А71-18822/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2025 по тому же делу о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «СН-Групп» (обособленный спор об оспаривании сделки (договора от 31.01.2022 о замене стороны в обязательстве)).  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.12.2022 принято к производству поступившее 30.11.2022 заявление общества с ограниченной ответственностью «Нефтепромкомплект» (далее – общество «Нефтепромкомплект», кредитор) о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «СН-Групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – должник, общество «СН Групп»), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.01.2023 в отношении общества «СН-Групп» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.  

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.09.2023 общество «СН-Групп» признано банкротом, открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.  

В арбитражный суд от конкурсного управляющего ФИО3 24.11.2023 поступило заявление о признании недействительным договора о замене стороны в обязательстве от 23.04.2020 № 03992-УФА-19-Ц, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (далее – общество «Альфамобиль»), обществом «СН-Групп» и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде перевода прав покупателя транспортного средства LADА 212140 LADA 4Х4, 2019 г.в., VIN 

<

***> на общество «СН-Групп» и изъятии вышеназванного транспортного средства в целях передачи его обществу «СН-Групп»; договора от 31.01.2022 № 08215-УФА-19-Ц о замене стороны в обязательстве, заключенного между обществом «Альфамобиль», обществом «СН-Групп» и ФИО5 (далее – ФИО5), применении последствий недействительности сделки перевода в виде перевода прав покупателя транспортного средства BMW 520D XDRIVE, 2019 г.в., VIN 

<

***> на общество «СН-Групп» и изъятии вышеназванного транспортного средства в целях передачи его обществу «СН-Групп».  

Определением арбитражного суда от 27.11.2023 заявление принято к производству.  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.02.2024 в отдельное производство выделено требование конкурсного управляющего в части оспаривания договора № 08215-УФА-19-Ц о замене стороны в обязательстве от 31.01.2022, заключенного между обществом «Альфамобиль», обществом «СН- Групп» и ФИО5 (настоящий обособленный спор).  

Определением суда от 28.08.2024 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1  

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.02.2025 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества «СН-Групп» о признании недействительным договора от 31.01.2022 о замене стороны в обязательстве, заключенного между обществом «Альфамобиль», обществом «СН- Групп» и ФИО5 отказано.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2025 вышеуказанное определение оставлено без изменения.  

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 25.02.2025 и постановление от 11.06.2025 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

По мнению кассатора, выводы судов противоречат материалам дела; материалы дела подтверждают, что с расчетного счета должника оплачены лизинговые платежи на общую сумму 2 890 083,66 руб., неоплаченный остаток составляет 253 199,65 руб. и 1 200 руб. выкупного платежа.  

С точки зрения подателя жалобы, суды не приняли во внимание, что в назначении платежа в представленных ответчиком квитанциях указано «заемные  

средства по договорам займа от 17.06.2019 и от 18.06.2019», в договоре займа от 17.06.2019 указывается цель займа – первоначальный платеж по договору лизинга.  

Кассатор считает доказанным факт неоплаты ответчиком за спорный автомобиль. Как отмечает заявитель, суды необоснованно не приняли представленную истцом оценку.  

Кроме того, управляющий ссылается на то, что суды не отразили дополнительное основание для признания сделки недействительной – статьи 10, 168, 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), не была дана оценка доводам заявителя о возможности признания сделки недействительной по таким основаниям.  

Общество «Альфамобиль» и ФИО5 предоставили отзывы на кассационную жалобу, в которых просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу заявителя без удовлетворения.  

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, 17.06.2019 между обществом «Альфамобиль» (лизингодатель) и обществом «СН-Групп» (лизингополучатель) был заключен договор лизинга № 08215-УФА-19-Л, согласно которого лизингодатель обязался приобрести у определенного лизингополучателем поставщика в собственность предмет лизинга, предоставить его лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в договоре лизинга и общих условиях; предметом лизинга являлся автомобиль BMW 520D XDRIVE, 2019 г.в., VIN 

<

***>; стоимость предмета лизинга составила 2 746 800 руб., в том числе НДС (20%) 457 800 руб.  

Согласно графику платежей, обществом «СН-Групп» внесен авансовый платеж в сумме 1 370 653,20 руб., всего подлежало выплате лизинговых платежей на сумму 3 144 250,75 руб., в том числе, выкупной платеж в размере 1 200 руб., период платежей с 30.06.2019 по 15.05.2022.  

Лизингодатель во исполнение обязательств по договору лизинга заключил договор поставки от 17.06.2019 № 08215-УФА-19-К и передал предмет лизинга лизингополучателю в финансовую аренду по акту приема-передачи от 20.06.2019.  

31.01.2022 между обществом «Альфамобиль», обществом «СН-Групп» и ФИО5 был заключен договор № 08215-УФА-19-Ц о замене стороны в обязательстве, в соответствии с которым к ФИО5 перешли права и обязанности общества «СН-Групп» по договору лизинга от 17.06.2019 № 08215-УФА-19-Л в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту заключения договора, в то числе, по уплате лизинговых платежей и выкупной цены, а также задолженности в рамках договора лизинга.  

31.01.2022 между обществом «СН-Групп» и ФИО5 заключено соглашение о размере и порядке расчета за уступленное право по договору  

лизинга от 17.06.2019 № 08215-УФА-19-Л, которым стороны определили стоимость, с учетом справки об определении рыночной стоимости транспортного средства BMW 520D XDRIVE, 2019 г.в., VIN 

<

***>, по состоянию на 28.01.2022, выданной АНО «ПрофЭксперт» от 31.01.2022, в размере 1 460 000 руб.; сторонами подтверждено, что на момент подписания соглашения общество получило, а сторона оплатила за уступленное право по договору денежную сумму в размере 1 410 000 руб. путем внесения денежных средств на расчетный счет общества, что подтверждается квитанциями от 17.06.2019 на сумму 1 300 000 руб., от 18.06.2019 на сумму 50 000 руб., от 13.02.2020 на сумму 60 000 руб.; денежную сумму в размере 50 000 руб. сторона выплачивает обществу в срок не позднее 28.02.2022, после передачи транспортного средства.  

31.01.2022 между обществом «Альфамобиль» и ФИО5 заключено дополнительное соглашение № 1 к договору лизинга о досрочном выкупе предмета лизинга.  

Также 31.01.2022 между обществом «Альфамобиль» и ФИО5 заключен договор купли-продажи, согласно которому на дату подписания договора задолженность лизингополучателя по договору лизинга отсутствует, выкупная стоимость оплачена.  

Как отмечало общество «Альфамобиль» в отзыве на заявление, договор лизинга прекращен в связи с его полным исполнением.  

В дальнейшем, 12.10.2023 между ФИО5 (продавец) и ФИО6 (далее – ФИО6, покупатель) был заключен договор купли-продажи спорного транспортного средства, согласно которому продавец продал покупателю транспортное средство за 500 000 руб.  

Как следует из представленных сведений ГИБДД, собственником автомобиля BMW 520D XDRIVE, 2019 г.в., VIN 

<

***> с 25.06.2019 было общество «СН-Групп», с 08.02.2022 ФИО5, с 12.10.2023 ФИО6, которая привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.  

В обоснование своих требований конкурсный управляющий указывал на то, что передача имущественного права была осуществлена безвозмездно, поскольку договор о замене стороны не содержит сведений о том, каким образом производились расчёты между обществом «СН-Групп» и ФИО5, а также отсутствуют доказательства внесения ФИО5 денежных средств на расчётные счёта должника. Полагает, что сделка совершена между аффилированными лицами, поскольку ФИО5 является женой брата ФИО7 (участника общества «СН-Групп» до 08.10.2021), на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.  

В качестве правовых оснований заявленных требований конкурсным управляющим должника указаны нормы пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статей 10, 168, 170 ГК РФ.  

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, исходил из недоказанности всей совокупности условий, необходимой для признания сделки недействительной.  

При этом суды руководствовались следующим. 

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве (статья 61.1 Закона о банкротстве).  

В силу положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

 Для признания сделки недействительной по данному основанию конкурсный управляющий должен доказать совокупность следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки вред имущественным правам кредиторов был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника в момент совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемом случае суды, установив, что оспариваемая сделка совершена 31.01.2022, применительно к дате возбуждения дела о банкротстве (05.12.2022), заключили, что данная сделка совершена должником в пределах  

периода подозрительности, предусмотренного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

На момент совершения оспариваемого договора должник обладал признаками неплатежеспособности, имел задолженность перед обществами с ограниченной ответственностью «Нефтепромкомплект», «Интегра-Бурение», «РН-Бурение», которая впоследствии включена в реестр кредиторов.  

ФИО5 на момент заключения сделки являлась супругой ФИО7, который является родным братом ФИО7, ранее входившего в состав участников должника, то есть сделка совершена с заинтересованным по отношению к должнику лицом.  

Как было указано судами, сама по себе аффилированность сторон сделки не может являться единственным основанием для вывода о порочности сделки, наличие признаков аффилированности сторон сделки лишь повышает стандарт доказывания реальности правоотношений.  

Вышеприведенные обстоятельства составляют установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, однако, не являются достаточными для признания сделок недействительными на основании приведенной нормы; помимо этого необходимо установить факт причинения вреда оспариваемой сделкой, то есть уменьшение стоимости и (или) размера имущества должника не в интересах последнего и во вред его кредиторам.  

В данном случае, как указано ранее, в результате совершения спорной сделки из владения должника выбыло транспортное средство, однако оснований для вывода о том, что транспортное средство выбыло в пользу ФИО5 по заниженной стоимости, либо безвозмездно судами не установлено в силу следующего.  

Соглашением от 31.01.2022 о размере и оплате за уступленное право стороны установили, что по состоянию на 31.01.2022 стоимость уступленного права составила 1 460 000 руб.  

Указанная цена была зафиксирована на основании справки об определении рыночной стоимости транспортного средства, подготовленной АНО «ПрофЭксперт» (специалист ФИО8). Кроме того, ответчик ссылался на предварительную калькуляцию от 24.01.2022 № 20943, подготовленную ИП ФИО9 (Форсаж Автотехцентр), согласно которой спорному автомобилю требовался ремонт на сумму 1 404 760 руб. (л.д. 35). Учитывая данные обстоятельства, дальнейшую продажу спорного транспортного средства ФИО5 независимому лицу ФИО6 по договору купли-продажи от 12.10.2023 за 500 000 руб., в отсутствие указаний на технические неисправности автомобиля, невозможность его эксплуатации, основания для вывода о том, что установленная сторонами цена в оспариваемом договоре (1 460 000 руб.) была заниженной – отсутствует.  

При этом доводы, касающиеся того, что судом первой инстанции не была принята во внимание справка о рыночной стоимости транспортного средства,  

представленная конкурсным управляющим, были отклонены апелляционным судом, поскольку представленная конкурсным управляющим справка об определении рыночной стоимости транспортного средства, выданная тем же АНО «ПрофЭксперт» (специалист ФИО8) от 16.01.2025, согласно которой стоимость автомобиля BMW 520D XDRIVE, 2019 г.в., VIN 

<

***> на дату сделки составляла 3 400 000 руб., была подготовлена без осмотра транспортного средства, специалистом не учтен факт того, что спорному автомобилю требовался ремонт на сумму 1 404 760 руб.  

Приняв во внимание совокупность имеющихся в деле доказательств, касающихся технического состояния и стоимости автомобиля, учитывая факт дальнейшей реализации транспортного средства независимому лицу ФИО6 по договору купли-продажи от 12.10.2023 за 500 000 руб., суды обоснованно не усмотрели оснований для назначения по делу судебной оценочной экспертизы, взяв за основу стоимость автомобиля, установленную сторонами в соглашении от 31.01.2022 на основании справки об определении рыночной стоимости транспортного средства, подготовленной той же организацией - АНО «ПрофЭксперт» (специалист ФИО8).  

Относительно доводов об отсутствии в материалах дела доказательств оплаты денежных средств ответчиком по оспариваемому договору, было указано следующее.  

В материалы дела ответчиком представлены чек-ордера от 20.01.2022 (номер операции: 4988) на сумму 12 000,00 руб. с назначением платежа: «счет- договор № АМВ00083143 от 14.01.2022», получатель общество «Альфамобиль» (согласно представленного счета-договора № АМВ00083143 от 14.01.2022, оплата произведена за доп. услуги за предоставление согласия ЛД на перевод долга ЛП на третье лицо, являющееся физ. лицом), от 21.01.2022 (номер операции: 10) на сумму 199 208,71 руб. с назначением платежа: «оплата выкупной стоимости по ДЛ № 08215-УФА-19-Л от 17.06.2019», получатель общество «Альфамобиль».  

Также учтено, что ответчиком представлены выписки по счетам в отношении себя и ее супруга в обоснование наличия денежных средств, в том числе справка по кредитному договору от 10.08.2021 № 968591, на основании которого ФИО5 получены средства в сумме 955 000 руб. (для личного потребления).  

В подтверждение наличия встречного предоставления со стороны ответчика по сделке, ФИО5 указано, что денежные средства в размере 1 410 000 руб. внесены на расчетный счет общества «СН-Групп» супругом ответчика ФИО7, что подтверждается квитанциями от 17.06.2019 на сумму 1 300 000 руб., от 18.06.2019 на сумму 50 000 руб., от 13.02.2020 на сумму 60 000 руб.  

Денежная сумма в размере 50 000 руб. передана ФИО5 директору общества ФИО10, о чем свидетельствует расписка от 03.02.2022, ПКО № 1 от 03.02.2022, в назначении которого имеется ссылка на соглашение от 31.01.2022.  

Как поясняла ФИО5, денежные средства по квитанциям от 17.06.2019 на сумму 1 300 000 руб., от 18.06.2019 на сумму 50 000 руб., от 13.02.2020 на сумму 60 000 руб. были внесены на расчетный счет общества «СНГрупп» ее супругом в качестве заемных средств для деятельности общества.  

Из представленных договоров займа от 17.06.2019, от 18.06.2019 и от 13.02.2020 следует, что общество «СН-Групп» получило от ФИО7 займы на общую сумму 1 410 000 руб. сроком до 17.06.2022; пунктами 2.4.1 договоров установлено, что займодавец выражает свое согласие и заинтересованность в приобретении в будущем в свою собственность автомобиля, являющегося предметом договора лизинга от 17.06.2019 № 08215-УФА-19-Л, заключенного между заемщиком и обществом «Альфамобиль» (автомобиль BMW 520D XDRIVE, 2019 г.в., VIN 

<

***>); пунктами 2.4.2 указанных договоров, вопреки доводам управляющего, закреплено, что выданная сумма займов после заключения между сторонами договора, предметом которого будет передача прав и обязанностей по договору лизинга от 17.06.2019 № 08215-УФА-19-Л в пользу займодавца, либо договора купли-продажи автомобиля, засчитывается сторонами в счет расчета за уступаемое право, либо за автомобиль.  

Как было отмечено, поступление на счет общества «СН-Групп» заемных денежных средств от ФИО7 конкурсным управляющим не оспаривалось; доказательств иной природы происхождения указанных денежных средств не представлено; из анализа выписок возврат займов не просматривается, иного не доказано.  

Учитывая условия, согласованные сторонами в пункте 2.4.2 договоров займа, факт того, что ФИО7 и ФИО5 являются супругами и в соответствии с положениями пунктов 1, 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, следует признать, что платежи, внесенные ФИО7 являются доказательствами оплаты ответчиком денежных средств по договору от 31.01.2022 на сумму 1 410 000 руб.  

Доводы относительно того, что копия расписки ФИО10 от 03.02.2022, а также приходно-кассового ордера от 03.02.2022 № 1 не могут являться доказательствами оплаты ответчиком денежных средств на оставшуюся сумму 50 000 руб. судами отклонены, поскольку указанный приходно-кассовый ордер подписан директором общества «СН-Групп» ФИО10, имеется печать общества «СН-Групп», о фальсификации указанных документов заявлено не было. При этом было обращено внимание на то, что сам факт непередачи директором общества «СН-Групп» конкурсному управляющему бухгалтерской документации общества, в рассматриваемом случае не имеет правового значения для рассмотрения спора, так как представляет собой иной состав ответственности бывшего руководителя и не может быть поставлен в вину ответчику.  

С учетом изложенного, суды нижестоящих инстанций пришли к выводу о том, что материалами дела подтверждается факт полного расчета со стороны ответчика по спорному договору, следовательно, ссылка на неравноценность и  

безвозмездность сделки для должника подлежит отклонению, какой-либо вред имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемого договора о замене стороны в обязательстве не причинен.  

Соответственно, суды заключили, что оснований для признания договора о замене стороны в обязательстве от 31.01.2022 недействительным применительно к статье 61.2 Закона о банкротстве не имеется, а поскольку обстоятельств, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим не приведено, основания для квалификации оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ также отсутствуют.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы управляющего, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы законодательства о банкротстве, регламентирующие институт конкурсного оспаривания сделок, применены правильно, выводы суда о применении нормы права соответствуют установленным им обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.  

Доводы, приведенные конкурсным управляющим в кассационной жалобе, о незаконности обжалуемый судебных актов не свидетельствуют.  

Заявляя в кассационной жалобе доводы о недоказанности поступления оплаты по спорному договору в распоряжение должника, конкурсный управляющий, по сути, выражает несогласие с выводами суда о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).  

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, направленных на передачу должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Сложившейся судебной практикой выработан подход, согласно которому закрепленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред  

кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.  

В данном случае обстоятельства, приведенные управляющим в обоснование заявления об оспаривании договора от 31.01.2022 – отчуждение принадлежащего должнику имущества (имущественных прав) в условиях неплатежеспособности в пользу заинтересованного лица в отсутствие встречного предоставления, чем причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве. Какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим не приведены, в том числе и при рассмотрении кассационной жалобы.  

С учетом установленного факта владения автомобилем ФИО5 и в дальнейшем перехода прав собственности на него ФИО6, суды правомерно заключили, что основания для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 170 ГК РФ отсутствуют.  

На основании изложенного, суд округа полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных управляющим требований – соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.  

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судом правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку.  

Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.  

Поскольку при принятии к производству кассационной жалобы конкурсному управляющему общества «СН-Групп» – ФИО1 была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, с общества с ограниченной ответственностью «СН-Групп» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы в размере 50 000 руб.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.02.2025 по делу № А71-18822/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СН- Групп» – ФИО1 – без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СН-Групп» в доход федерального бюджета 50 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.Н. Новикова 

Судьи Н.В. Шершон  

 Е.А. Павлова