АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3906/22 

Екатеринбург

30 августа 2022 г.

 

Дело № А50-9171/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Соловцова С.Н., Пирской О.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршуновой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 16.12.2021 по делу № А50-9171/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 по тому же делу.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края.

Поскольку представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания с использованием систем видеоконференц-связи, организованной Арбитражным судом Пермского края, на сайте арбитражного суда, в судебное заседание в здание Арбитражного суда Пермского края не явились, председательствующим судьей объявлено о прерывании видеоконференц-связи и рассмотрении дела в обычном режиме.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29.10.2020 в отношении ФИО2 (далее – должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина-должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная столица».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 28.04.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества; определением суда от 08.06.2021 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3

На рассмотрение арбитражного суда поступило заявление ФИО1 о включении в первую очередь реестра требований кредиторов должника задолженности по уплате алиментов за период с октября 2014 года по апрель 2020 года в сумме 4 133 169 руб., а также пени за период с 11.10.2014 по 20.04.2020 в сумме 4 313 801 руб. 95 коп. (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В свою очередь, финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой Соглашения об уплате алиментов от 02.12.2014, заключенного между ФИО1 и ФИО2

Определением суда от 18.03.2021 указанные заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 16.12.2021 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено частично, признано недействительным соглашение об уплате алиментов от 02.10.2014 в части установления размера алиментов свыше ? величины прожиточного минимума по Пермскому краю для детей (пункт 2.1 Соглашения). В удовлетворении требований ФИО1 о включении в реестр отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 16.12.2021 и постановление суда от 14.04.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт, в соответствии с которым отказать в удовлетворении требований финансового управляющего в полном объеме, а требования ФИО1 удовлетворить, включить в первую очередь реестра требований кредиторов должника задолженность по уплате алиментов, ссылаясь на неверное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе ФИО1 выражает несогласие с выводом судов о недействительности пункта 2.1 Соглашения об уплате алиментов, указывает, что соглашение было заключено 02.04.2014, при этом просрочка по кредитному договору перед банком возникла у должника в 2018 году, соответственно, соглашение права кредиторов не нарушало. Кроме этого, кассатор оспаривает выводы судов об отсутствии у должника достаточных денежных средств на уплату алиментов, со ссылкой на то, что в декабре 2013 года должником была продана квартира за 7 100 000 руб., денежные средства на приобретение иного имущества не тратились, их хватило бы на уплату алиментов до совершеннолетия ребенка; отмечает, что последующее увеличение курса доллара не делает соглашение об уплате алиментов недействительным, так как стороны не могли предполагать динамику курса валюты. Также податель жалобы обращает внимание на то, что сам должник не обращался в суд с заявлением об уменьшении размера алиментов в связи с изменившимся материальным положением или иными условиями; приводит доводы о том, что на момент заключения спорного Соглашения у ФИО2 отсутствовали признаки несостоятельности (банкротства), стоимость его имущества превышала задолженность перед банком; также указывает, что суды необоснованно учли произведенные ФИО2 траты в сумме 537 434 руб. на содержание старшей дочери Марии в счет уплаты алиментов, поскольку данные денежные средства должник выплачивал добровольно. Наряду с изложенным, ФИО1 оспаривает выводы судов о совместном проживании с должником до 2020 года, утверждает, что факт регистрации ее и должника по одному адресу не означает факт совместного проживания.

В отзыве ФИО2 по доводам кассационной жалобы возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ и правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО2 и ФИО4 18.08.1990 был зарегистрирован брак.

В браке родилось двое детей: ФИО5 (05.03.1992) и ФИО6 (27.09.2006).

Брак между ФИО2 и ФИО1 расторгнут 12.04.2010 по решению мирового судьи судебного участка № 4 Дзержинского района Пермского края.

В последующем, между ФИО1 и ФИО2 было заключено соглашение об уплате алиментов от 02.10.2014, заверенное нотариусом Пермского нотариального округа ФИО7

В соответствии с заключенным соглашением (пункт 2.1 Соглашения) ФИО2 обязан выплачивать ФИО1 на содержание несовершеннолетнего ребенка ФИО6 алименты в размере 1 000 долларов США в месяц.

Согласно пункту 2.2 Соглашения выплата алиментов производится до 10 числа каждого месяца за текущий месяц.

Также стороны согласовали ответственность в виде неустойки за нарушение сроков уплаты алиментов в размере 0,1 % от суммы неуплаченных алиментов за каждый день просрочки. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.04.2020 по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк» (далее – Сбербанк) возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве ФИО2

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29.10.2020 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина-должника; финансовым управляющим утвержден ФИО3

Принимая во внимание, что в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по алиментам и неустойки, в котором просила включить в состав первой очереди реестра требований кредиторов должника 4 133 169 руб. задолженность по уплате алиментов за период с октября 2014 года по апрель 2020 года и 4 313 801 руб. 95 коп. – пени за период с 11.10.2014 по 20.04.2020.

В свою очередь, финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным Соглашения об уплате алиментов от 02.10.2014 на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Кроме того, управляющий просил произвести расчет суммы на содержание ребенка, исходя из ? величины прожиточного минимума на детей за период 2014-2020 годы.

В обоснование заявленных требований, финансовый управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

Должник ФИО2 нес все расходы по содержанию семьи, в том числе на детей, все имущество (недвижимое и движимое) в браке приобретались исключительно на средства ФИО2 

В период брака была приобретена квартира по адресу: 

<

...>, которая впоследствии с целью недопущения наложения ограничений на распоряжение имуществом, посредством договора дарения была отчуждена дочери ФИО5 Фактически все члены семьи проживали совместно в указанной квартире (ФИО2 выписался из жилого помещения 24.09.2020, после возбуждения дела о признании должника банкротом).

В 2006 году ФИО2 начал строительство жилого дома адресу: 

<

...>. Строительство указанного объекта требовало значительных финансовых затрат: выкуп земельного участка, возведение самого объекта, внутреннюю и внешнюю отделку, монтаж и подключение инженерных коммуникаций, отделку и ввод в эксплуатацию объекта. Все строительство финансировалось исключительно на средства, которые ФИО2 получал от своей профессиональной деятельности. В целях защиты от возможных притязаний и исключения возможности отчуждения совместно нажитого имущества данный жилой дом был оформлен на ФИО1 В этих же целях, все имущество: объекты недвижимости, земельные участки, автомобили и иные ценности оформлялись на ФИО1, которая не имела источников доходов и не могла финансово осуществлять приобретение дорогостоящего имущества.

В 2008 году для покупки квартиры по адресу: 

<

...> был оформлен ипотечный кредит суммой 6 000 000 руб., где ФИО2 был заемщиком, а ФИО1 поручителем.

В том же 2008 году А-вы оформили еще один ипотечный кредит на двухкомнатную квартиру по адресу: 

<

...> на сумму 5 000 000 руб. Указанный объект недвижимости приобретался для проживания ФИО5, но в связи с финансовыми трудностями в декабре 2013 года был продан, денежные средства направлены на оплату долгов.

В 2010 году, после развода, должником для ФИО1 был приобретен автомобиль Lexus RX 450 Н, за 3 089 000 руб. В связи с тем, что ФИО1 числилась в организации, в которой ФИО2 работал директором, на ФИО1 был оформлен автокредит на сумму 2 000 000 руб., с первоначальным взносом 1 089 000 руб., который был оплачен ФИО2 Весь период автокредита, все страховки, все техническое обслуживание и ремонты оплачивались либо самим ФИО2, либо со счетов организаций, в которых он работал, за счет его вознаграждений.

Кроме этого, в 2010 году, после развода, супругами был приобретен финский катер ЯМАРИН, также оформленный на ФИО1; катер продан в 2015 году.

Супруги А-вы в 2010 году расторгли брак, что позволило бы в случае возникновения неплатежеспособности исключить возможность наложения взыскания на совместно нажитое имущество.

По мнению финансового управляющего, о формальности расторжения брака указывают следующие факты: ФИО2 и ФИО1 после расторжения брака 12.04.2010 проживали по адресу: 

<

...>, о чем указывает отметки о прописке в паспортах обоих супругов; свидетельство о расторжении брака было выдано только 15.01.2014 по заявлению ФИО1, то есть спустя более трех лет с даты расторжения брака.

В 2016 году супругами А-выми было принято совместное решение о продаже дома по адресу: 

<

...>; покупателем в счет оплаты по договору купли-продажи был внесен задаток в 1 000 000 руб.; полученные денежные средства были разделены между ФИО2 и ФИО1, часть денежных средств была направлено на погашение ипотечного кредита, оплату поездки детей на отдых; в дальнейшем покупатель отказался заключать сделку и потребовал вернуть задаток, однако, поскольку задаток по договору был получен собственником ФИО1, которая отказалась его возвращать, покупатель обратился в суд о взыскании с нее суммы задатка по договору. В результате судебного разбирательства, было арестовано все совместно нажитое имущество, которое было оформлено на ФИО1 В целях снятия арестов с совместно нажитого имущества ФИО2 оформил новый займ в размере 1 350 000 руб., которые направил на погашение задолженности по исполнительным производствам, возбужденным в отношении ФИО1

Из пояснений ФИО2 следует, что он не считал брак расторгнутым, воспринимал ФИО1 и детей как единую семью, поэтому производил все необходимые оплаты на старшую дочь, которая обучалась и проживала в г. Москва, оплачивал долги за ФИО1, полностью содержал младшего сына.

Удовлетворяя заявленные финансовым управляющим требования частично и отказывая ФИО1 во включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при заключении Соглашения об уплате алиментов в октябре 2014 года у должника отсутствовала возможность фактически исполнить принятые на себя обязательства в указанном размере, при заключении Соглашения об уплате алиментов его сторонами допущено злоупотребление правом, а именно – имело место недобросовестное поведение, направленное на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника с целью перераспределения конкурсной массы, что повлекло нарушение баланса интересов иных кредиторов. 

По результатам исследования доказательств, суд пришел к выводу о необходимости установления размера алиментов в размере ? прожиточного минимума, установленного в Пермском крае на детей, на несовершеннолетнего ребенка ФИО6, и, как следствие, о признании Соглашения недействительными в части, превышающей указанный размер.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал, при этом суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 81 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) при отсутствии Соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четвертой, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половина заработка и (или) иного дохода родителей.

Согласно статьям 99 и 100 СК РФ под соглашением об уплате алиментов понимается нотариально удостоверенное письменное соглашение между лицом, обязанным уплачивать алименты, и их получателем, а при недееспособности лица, обязанного уплачивать алименты, и (или) получателя - между законными представителями этих лиц относительно размера, условий и порядка выплаты алиментов. Не полностью дееспособные лица заключают соглашение об уплате алиментов с согласия их законных представителей.

Указанное соглашение имеет силу исполнительного листа и исполняется по правилам исполнительного производства, установленным Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ (пункт 2 статьи 100 Семейного кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 1 статьи 12 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ).

Алиментные обязательства в силу абзаца 2 пункта 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве относятся к первой реестровой очереди реестра должника.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ).

Разрешая вопрос о недействительности Соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов). В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании, то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе Соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 СК РФ). Если же признак явного превышения размером алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то такое соглашение не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2).

Действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение Соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств. Напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону (статья 81 СК РФ), может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В связи с этим при разрешении такого рода споров судам необходимо обеспечить баланс интересов: с одной стороны - несовершеннолетнего в получении содержания, который должен обеспечиваться независимо от несостоятельности плательщика алиментов, с другой - кредиторов, заключающийся в недопущении недобросовестного увеличения кредиторской задолженности. Сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов. Иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2018 № 305-ЭС18-1570).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что согласно спорному Соглашению об уплате алиментов от 02.10.2014 размер выплаты алиментов на содержание ребенка составляет 1 000 долларов США в месяц, что на дату заключения Соглашения составляло 39 547 руб. 40 коп. В дальнейшем, размер в рублевом эквиваленте постоянно увеличивался из-за роста курса доллара США и на конец 2014 года размер выплат составлял 55 762 руб. в месяц по курсу Центрального Банка Российской Федерации.

Вместе с тем, на момент заключения оспариваемого Соглашения у должника отсутствовал доход от трудовой деятельности, позволяющий ежемесячно выплачивать алименты в установленном в Соглашении размере. Так, должник работал в обществе с ограниченной ответственностью «Стройинжиниринг», где размер заработной платы составлял 200 000 руб., в связи с ликвидацией общества 01.06.2014 ФИО2 был уволен. Согласно пояснениям должника иную работу с такой высокой заработной платой ему найти не удалось, единственное предприятие в котором по состоянию на 02.10.2014 работал должник в должности руководителя являлась Пермская региональная общественная организация «Клуб «Бранд». Исходя из справки 2-НДФЛ, размер заработной платы должника в 2014-2015 годах составлял 21 300 руб. в месяц.

Исходя из изложенного, суды заключили, что с лета 2014 года, фактически лишившись дохода, ФИО2 понимал отсутствие дальнейшей финансовой возможности исполнять обязательства в полном объеме перед кредиторами.

При этом судами было установлено, что на момент заключения спорного Соглашения, должник имел непогашенную задолженность по решению Индустриального районного суда г. Перми от 19.05.2005 по делу № 2-381/05. В соответствии с информацией Банка данных исполнительных производств Федеральной службы судебных приставов 20.12.2005 в отношении должника было возбуждено исполнительное производство на основании исполнительного листа, выданного Индустриальным районным судом г. Перми на принудительное исполнение решения суда по делу № 2-381/05. 

На момент заключения спорного Соглашения, должник также имел просроченные обязательства перед Сбербанком по кредитным договорам от 06.08.2008 № 69559, от 04.04.2008 № 655531, по кредитной карте № 42790ххххх6537. Так, из заочного решения Дзержинского районного суда г. Перми от 17.09.2018 по делу № 2-2027/2018 и расчетов ПАО Сбербанк следует, что задолженность должника перед Сбербанком по кредитному договору от 06.08.2008 № 69559 образовалась за период с 06.08.2008.

Наряду с этим, в рамках дела о банкротстве должника при рассмотрении требования ФИО8 было установлено, что за день до подписания Соглашения, между обществом с ограниченной ответственностью «Кудесник-капитал» (займодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор займа от 01.10.2014, по условиям которого общество предоставило ФИО2 денежные средства в сумме 1 000 000 руб. на срок до 12 месяцев, с выплатой процентов из расчета 2,5 % в месяц от суммы займа.

После обращения в арбитражный суд ФИО8 (14.01.2021), между обществом «Кудесник-капитал» в лице ФИО8 и ФИО2 04.02.2021 подписан договор (соглашение) о прощении долга по договору займа от 01.10.2014 в сумме 1 000 000 руб. и уплате процентов за пользование займом в общей сумме 276 198 руб. 17 коп.

Исходя из совокупности установленных обстоятельств, суды заключили, что ФИО2, зная о наличии просроченных неисполненных задолженностей перед Сбербанком, а также перед иными лицами, принял на себя дополнительные обязательства без какой-либо возможности их исполнить.

Помимо указанных обстоятельств, судами установлено, а лицами, участвующими в деле не опровергнуто, что между А-выми продолжались отношения связанные с использованием общего имущества вплоть до 2018 года. 

Отклоняя довод ФИО1 о том, что должник продал квартиру более чем за 7 млн. руб., в связи с чем у него имелись денежные средства для выплаты установленного размера алиментов, суды, во-первых, исходили из того, что указанное не свидетельствует о наличии дохода, позволяющего расплатиться со всеми кредитными обязательствами и произвести уплату алиментов в согласованном размере, а, во-вторых,  приняли во внимание, что ФИО1 в период планируемого получения денежных средств от продажи совместного имущества либо иных денежных средств ФИО2 периодически отзывала Соглашение из службы судебных приставов с принудительного исполнения; так впервые Соглашение было предъявлено к исполнению в службу судебных приставов 25.12.2014, в дальнейшем – 13.07.2017, прекращение исполнительного производства происходило по личному заявлению ФИО1, при этом, как указывает ФИО1, алименты ей не выплачивались. Учитывая данные обстоятельства,  суды заключили, что мотивом обращения бывшей супруги в службу судебных приставов являлось не взыскание задолженности по алиментам, а пресечение трехгодичного срока предъявления к исполнению Соглашения об уплате алиментов, что подтверждается и тем, что в последующем Соглашение об оплате алиментов было предъявлено к исполнению только 03.03.2020, то есть за несколько месяцев до истечения срока для предъявления Соглашения к исполнению и за месяц до возбуждения о банкротстве должника.

Принимая во внимание вышеизложенное, установив, что ФИО2 нес все расходы по содержанию семьи, в том числе двух детей, все имущество (недвижимое и движимое) в браке приобретались исключительно на средства ФИО2, учитывая пояснения самого должника, согласно которым в связи с возникновением большой кредиторской задолженности по кредитам и займам, с оплатой которых у него возникли сложности, в связи с настоятельными просьбами ФИО1  он принял решение подписать Соглашение об алиментах, при этом ФИО1 мотивировала это тем, что у должника к этому моменту имелись значительные обязательства, которые ФИО2 не в состоянии был оплачивать, семье приходится снизить свои потребительские запросы и если будет допущено наложение взыскания на совместно нажитое имущество, то алименты будут являться первоочередными платежами, что будет являться гарантией для ФИО1 и несовершеннолетнего ребенка, заключив, что установленный Соглашениями размер алиментов значительно превышает размер, определенный нормами статьи 81 СК РФ, а также размер величины прожиточного минимума для детей в Пермском крае, сопоставив размер алиментов по соглашению с доходами должника, принимая во внимание обстоятельства, при которых сторонами заключено соглашение, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что совокупность данных обстоятельств свидетельствует об установлении согласованной сторонами в спорном соглашении суммы подлежащих уплате алиментов во вред имущественным интересам иных кредиторов должника.

Оснований не согласиться с данными выводами у суда округа с учетом установленных судами фактических обстоятельств не имеется.

Ввиду того, что несовершеннолетний ребенок должника – ФИО6 не может быть оставлен без содержания, суды рассмотрели вопрос об установлении размера алиментов (пункт 2 Соглашения).

В данном случае, заключив, что поскольку у должника отсутствует имущество, а также иные источники доходов, что подтверждается отчетом финансового управляющего о ходе процедуры банкротства, при этом ФИО1 не представлена информации о расходах, необходимых на содержание несовершеннолетнего ребенка, суды приняли в качестве критерия определения разумной денежной суммы с целью установления размера алиментов в твердой сумме величину прожиточного минимума в среднем по Пермскому краю на детей, которая устанавливается в соответствии с постановлением Правительства Пермского края.

Величина прожиточного минимума в Пермском крае за период с октября 2014 года по апрель 2020 года изменялась, и по расчету судов за спорный период составила 655 875 руб. 46 коп. Каких-либо доводов в данной части кассационная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, исходя из того, что содержание несовершеннолетнего ребенка является обязанностью обоих родителей, доказательств того, что ФИО6 находится только на иждивении отца – должника по настоящему делу, не представлено, как и не представлено доказательств того, что мать ребенка освобождена от несения такой обязанности, либо уклоняется от обязанностей родителя по содержанию ребенка, суды заключили, что в качестве алиментов подлежит установлению сумма в размере ? прожиточного минимума, что за период с октября 2014 по апрель 2020 года составляет 327 937 руб. 73 коп. (655 875 руб. 46 коп. / 2).

Кассационная инстанция не может согласиться с выводами судов в части определения алиментов в указанном размере в силу следующего.

После принятия обжалуемых судебных актов (определение суда первой инстанции от 16.12.2021; резолютивная часть постановления апелляционного суда вынесена 12.04.2022, постановление в полном объеме изготовлено 14.04.2022) Конституционным Судом Российской Федерации принято постановление от 14.04.2022 № 15-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» , абзаца восьмого части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 1 статьи 61 и пункта 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО9», опубликованное на официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru 19.04.2022.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 14.04.2022 № 15-П был выявлен конституционно-правовой смысл положений пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзаца восьмого части первой статьи 446 ГПК РФ, а также пункта 1 статьи 61 и пункта 1 статьи 80 СК РФ, согласно которому в системе действующего правового регулирования эти нормы не предполагают отказа в исключении из конкурсной массы гражданина, признанного несостоятельным (банкротом), денежных средств на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума для несовершеннолетнего ребенка, находящегося на иждивении гражданина-должника, в том числе и при отсутствии доказательств неисполнения вторым родителем обязанностей по содержанию ребенка в соответствии с Семейным кодексом Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положения Семейного кодекса РФ ни сами по себе, ни во взаимосвязи с другими оспариваемыми нормами, не могут служить основанием для лишения несовершеннолетнего ребенка, находящегося на иждивении гражданина-должника, признанного несостоятельным (банкротом), содержания в виде величины прожиточного минимума для детей. Даже если отсутствуют доказательства неисполнения вторым родителем обязанностей по содержанию ребенка.

Непредставление таких доказательств не имеет юридического значения для оценки правового положения детей, находящихся на иждивении гражданина-должника, при решении вопроса об исключении из конкурсной массы денежных средств на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума для несовершеннолетнего ребенка.

Именно в таком смысле данные законоположения соответствуют Конституции Российской Федерации, и лишь в таком смысле эти нормы, направленные на защиту прав не только самого гражданина-должника, но и лиц, находящихся на его иждивении, должны пониматься и исполняться правоприменителями.

В связи с изложенным, применяя указанную правовую позицию к настоящему обособленному спору, суд округа признает неправильным вывод судов о наличии оснований для признании недействительным Соглашения относительно установления размера алиментов свыше ? величины прожиточного минимума по Пермскому краю для детей (пункт 2.1 Соглашения).

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене в данной части как принятые с нарушением норм материального права (часть 2 статьи 288 АПК РФ).

Согласно пункту 2 части 1 статьи 287 АПК РФ суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права либо законность решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций повторно проверяется арбитражным судом кассационной инстанции при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 части 1 названной статьи.

В связи с указанным, принимая во внимание, что судами исследованы все доводы и обстоятельства, приведенные участниками спора, однако им дана неверная квалификация, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд кассационной инстанции считает возможным определение Арбитражного суда Пермского края от 16.12.2021 по делу № А50-9171/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 по тому же делу отменить в части признания недействительным Соглашения об уплате алиментов от 02.10.2014 относительно установления размера алиментов свыше ? величины прожиточного минимума по Пермскому краю для детей, признать недействительным Соглашение об уплате алиментов от 02.10.2014 в части установления размера алиментов свыше величины прожиточного минимума по Пермскому краю для детей (пункт 2.1 Соглашения).

Что касается выводов судов об отказе в удовлетворении требований ФИО1 о включении задолженности по оплате алиментов в реестр требований кредиторов должника, суд округа считает, что, несмотря на неправильное определение размера алиментов, подлежащих уплате должником за период с октября 2014 года по апрель 2020 года исходя из ? величины прожиточного минимума, итоговые выводы об отсутствии оснований для включения задолженности в реестр являются верными.

В рассматриваемом случае, учитывая, что величина прожиточного минимума за спорный период составила 655 875 руб. 46 коп., принимая во внимание установленный судами размер расходов должника на содержание ФИО6 за спорный период  в сумме 903 981 руб., что значительно превышает размер причитающихся ФИО1 денежных средств, оснований для включения заявленных требований в реестр требований кредиторов должника не имеется.

В данной части нижестоящими судами правомерно приняты в качестве доказательства уплаты должником алиментов на содержание ребенка выплаты наличными денежными средствами ФИО1, оплату за коммунальные услуги за квартиру, где проживает ребенок, оплату всех расходов, связанных с занятием ребенка в спортивной школе (форма, спортивная обувь, поездки на игры, оплата летних сборов), в бассейне, в школе «Британия», оплата питания в школе, приобретение канцтоваров к школе, проезд на такси до спортивной школы и обратно, оплата бензина ФИО1 для поездок с ребенком, приобретение одежды и продуктов, химчистка, приобретение лекарств, перечисление денежных средств на банковскую карту ребенка, страхование жизни и здоровья ребенка, оплату сотового телефона, приобретение компьютера, оплата отдыха.

Наряду с этим, судами обоснованно учтено и то, что из представленных документов, свидетельских показаний ФИО5, расходы должник нес не только на содержание несовершеннолетнего ребенка, но также полностью нес расходы и на дочь Марию, которая обучалась в г. Москве (оплата аренды квартиры, билеты, салоны, наличные денежные средства, оплата международного образования, техническое обслуживание автомобиля Вольво), размер денежных средств на личные нужды которой только в 2014 году составил 537 434 руб.

Отклоняя доводы кассационной жалобы о том, что судом не был учтен прежний уровень обеспечения ребенка, суд округа учитывает правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 02.08.2018 № 305-ЭС18-1570, согласно которой сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов. Иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд округа считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов в указанной части (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено, следует признать, что обжалуемые определение Арбитражного суда Пермского края от 16.12.2021 по делу № А50-9171/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 по тому же делу в остальной части являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины при подаче кассационной жалобе относятся на должника и подлежат взысканию в пользу ФИО1

Поскольку при обращении с кассационной жалобой ФИО1 уплачена государственная пошлина в сумме 3 300 руб., то исзишне уплаченные 300 руб. подлежат возврату заявителю кассационной жалобы на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286-290 АПК РФ, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 16.12.2021 по делу № А50-9171/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 по тому же делу отменить в части признания недействительным Соглашения об уплате алиментов от 02.10.2014 относительно установления размера алиментов свыше ? величины прожиточного минимума по Пермскому краю для детей (п. 2.1 Соглашения). 

Признать недействительным Соглашение об уплате алиментов от 02.10.2014 в части установления размера алиментов свыше величины прожиточного минимума по Пермскому краю для детей (п. 2.1 Соглашения). 

В остальной части определение Арбитражного суда Пермского края от 16.12.2021 по делу № А50-9171/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 по тому же делу оставить без изменения.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 3 000 (три тысячи) рублей в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей, как излишне уплаченную по квитанции АО «Тинькофф Банк» от 26.06.2022 № 1-5-345-033-532.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    С.Н. Соловцов 

 

                                                                                              О.Н. Пирская