СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8956/2023(1)-АК

Дело № А50-8916/2022

21 сентября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  21 сентября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                               Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

финансового управляющего ФИО2 (лично), паспорт,

от должника – ФИО3, доверенность от 01.12.2022, удостоверение адвоката,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4, ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 12 июля 2023 года

о признании недействительными (ничтожными) сделками договор займа №1 от 17.03.2022, заключенный между должником и ФИО4, ФИО5; договор залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа №1 от 17.03.2022, заключенный между должником и ФИО4, ФИО5; договор оказания возмездных консультационных услуг №03/22 от 14.03.2022, заключенный между должником и ИП ФИО6, применении последствия недействительности сделки,

об отказе в удовлетворении заявления ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов,

вынесенное в рамках дела № А50-8916/2022 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО7 (ИНН 

<

***>), 

 

установил:

13.04.2022 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление ФИО7 о признании ее банкротом с неуплаченной задолженностью более 1 184 864,78 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 10.08.2022 ФИО7 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

13.09.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 заявление о признании недействительными договора займа от 17.03.2022 № 1 между должником и ФИО4, ФИО5, договора залога от 17.03.2022 № 1 к договору займа от 17.03.2022 № 1 между этими же лицами, применении последствий недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м., признании недействительным договора возмездного оказания консультационных услуг от 14.03.2022 № 03/22 между должником и ИП ФИО6, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО6 денежные средства в размере 150 000 руб.

Определением от 23.09.2022 заявление финансового управляющего принято к производству суда.

23.08.2022 в арбитражный суд поступило заявление ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 1 489 128,39 руб. по договору займа от 17.03.22 №1, как обеспеченного залогом имущества должника: квартира, площадью 50,1 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>.

Определением от 30.08.2022 заявление ФИО4 принято к производству суда, к участию в рассмотрении данного обособленного спора привлечена ФИО5.

Определением от 26.10.2022 суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения заявление ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов и заявление финансового управляющего об оспаривании сделок должника с ФИО4, ФИО5, ИП ФИО6 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.07.2023 (резолютивная часть от 05.07.2023) заявление финансового управляющего удовлетворено, признаны недействительными (ничтожными) сделками договор займа №1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО7 и ФИО4, ФИО5; договор залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа №1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО7 и ФИО4, ФИО5; договор оказания возмездных консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022, заключенный между ФИО7 и ИП ФИО6 Применены последствия недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м., расположенной в 

<

...>. В удовлетворении заявления ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО4 и ФИО5 обратились с апелляционной жалобой, просят определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделок, удовлетворении заявления ФИО4 о включении требования в реестр как обеспеченного залогом имущества должника. Считают выводы суда о выдаче ФИО5 и ФИО4 займа неустановленному лицу необоснованными, поскольку должник не оспаривала самостоятельное подписание договора займа и залога, личное присутствие при подаче документов на регистрацию залога, поступление заемных денежных средств на ее счет, которые были сняты ею и в дальнейшем переведены третьим лицам. По утверждению апеллянтов, они располагают видеозаписями процесса собственноручного подписания должником оспариваемых договоров займа, залога и оказания услуг, которые не были представлены в суд первой инстанции по причине не оспаривания должником и финансовым управляющим указанных обстоятельств. Полагают доказанным материалами дела предоставление должнику займа в сумме 650 000 руб., а отсутствие у должника экземпляра договора об оказании возмездных консультационных услуг от 14.03.2022 с ИП ФИО6 не свидетельствует об отсутствии его в действительности, с учетом требования финансового управляющего о взыскании в качестве последствий недействительности сделки с ИП ФИО6 денежных средств в размере 150 000 руб., которые были перечислены в соответствии с условиями договора займа. Должник о введении ее в заблуждение третьими лицами займодавцам не сообщал; доказательств, свидетельствующих о том, что на момент заключения оспариваемых договоров или на момент перечисления денежных средств должнику в счет исполнения договора займа займодавцам было известно о том, что в отношении должника третьими лицами совершаются противоправные действия, в материалы дела не представил. Отмечают не установление в рамках уголовного дела причастности займодавцев к совершению противоправных действий в отношении должника при заключении договоров займа и залога; отсутствие в материалах дела доказательств введения займодавцами должника в заблуждение относительно предмета сделок, об осведомленности об обмане должника со стороны третьих лиц. Вывод суда о невозможности установления конечного получателя денежных средств ввиду истечения срока хранения видеозаписей считают несостоятельным, полагают, что у финансового управляющего имеется возможность получить информацию о владельце счета, который привязан к банковской карте, а также оспорить данный платеж со взысканием в конкурсную массу. Применяя последствия недействительности сделки, суд фактически не применил реституцию, стороны не приведены в первоначальное положение, должник фактически освобожден от возврата полученных по договору займа денежных средств. 

До начала судебного заседания от должника, финансового управляющего поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, полагают обжалуемое определение законным и обоснованным, жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Ответчик ИП ФИО6 в своем отзыве поддерживает доводы жалобы ФИО4 и ФИО5 в полном объеме, считает обжалуемое определение незаконным.

Участвующие в судебном заседании финансовый управляющий и представитель должника поддерживают возражения, изложенные в письменных отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением от 09.06.2022 принято к производству суда заявление ФИО7 о признании её несостоятельной (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением от 10.08.2022 ФИО7 признана несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО2

В ходе процедуры соответствующей процедуры финансовым управляющим, выясняя обстоятельства возникновения у должника кредитных обязательств, выявлено, что 22.02.2022. неустановленное лицо позвонило должнику, представившись сотрудником ПАО «Сбербанк», задав вопросы о смене ФИО7 номера и о факте знакомства с неким гр-н ФИО8, указало на то, что от ФИО7 поступила заявка на получение кредита. На вопрос о факте смены номера и знакомство с указанным лицом ФИО7 дан отрицательный ответ.

В дальнейшем поступил звонок от некоего лица, представившегося майором ФСБ России по Пермскому краю. Он пояснил, что поступило обращение из Центрального банка России по поводу мошеннических действий, указал, что для работы с ФИО7 назначен некий сотрудник Центрального банка России – ФИО9, был предоставлен номер телефона указанного сотрудника.

ФИО7, введенная в заблуждение звонками от указанных выше лиц, вышла на связь с ФИО9, который указал на необходимость выполнять все его инструкции и все время быть на связи с ним, общение осуществлялось по номеру телефона 

<

***>, а также через мессенджер «Whatsapp» по указанному номеру.

В дальнейшем указанное лицо, оказывая на ФИО7 психическое давление постоянными угрозами, что в отношении последней осуществляются попытки хищения денежных средств, указало на необходимость перевести личные сбережения на хранение в банковские ячейки.

Подавшись на уговоры лица, представившегося ФИО9, Должником были сняты денежные средства в размере 295 000,00 руб., в дальнейшем указанные денежные средства через банкомат ПАО «Сбербанк» по 14 000 – 15 000 руб. были переведены по реквизитам данным ФИО9 (как полагала ФИО7 на банковские ячейки для сохранности).

После того, как был осуществлен перевод денежных средств, ФИО7 был передан документ, в котором содержались сведения об остатке денежных средств на страховой ячейке в размере 295 000,00 руб.

23.02.2022 ФИО9 повторно вышел на связь, и указал, что на имя Должника пытаются оформить кредиты неизвестные лица, с целью избежать этого ФИО9 сказал, что нужно перехватить заявку и подать встречную, пока не будет закрыт «большой кредитный потенциал ФИО7».

Подавшись уговорам и обману со стороны ФИО9, ФИО7 были получены Кредиты:

- ПАО «Сбербанк» - 390 000,00 руб.;

- АО «Почта банк» - 300 000,00 руб.;

- ПАО «МТС Банк» - 200 000,00 руб.;

- АО «Хоум кредит» - 134 000,00 руб.;

- ПАО «Совкомбанк» - 45 000,00 руб.;

- кредитная карта АО «ТинькоффБанк» на 5 000,00 руб.

Полученные Должником денежные средства по указаниям ФИО9 переводились либо через банкоматы, либо после пополнения счета на карте Тинькофф ФИО7, переводились ФИО9 в АО «Киви банк» на ячейки в отдельный кошелек (Должник полагал, что речь идет о переводе на ячейки хранения, с целью обеспечения безопасности денежных средств).

Несмотря на то, что Должником был взяты кредиты на указанную выше сумму, ФИО9 указал, что кредитный потенциал ещё закрыт недостаточно. Однако иные кредитные организации отказали ФИО7 в предоставлении кредитов. С учетом отказа иных организаций в предоставлении кредитов, ФИО9 указал на необходимость обратиться в организацию «Красный Джин», по представленным им реквизитам с ФИО7 связался ФИО10 (тел. 

<

***>, +7-964-155-65-00), при участии которого Должник заключила Договор оказания возмездных консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022 с «неким» г-н ФИО6 (на сайте https://redgin.shop/ представлены реквизиты именно указанного лица). При этом подписанный вариант договора оказания консультационных услуг от 14.03.2022 у Должника отсутствует, ей не передавался.

В дальнейшем при участии указанного лица было представлено предложение заключить договоры займа и залога с «некими» инвесторами – ФИО5, ФИО4.

ФИО9 продолжал оказывать на ФИО7 психологическое давление, указывая, что денежные средства со страховых ячеек не удается вернуть, пока не будут направлены дополнительные денежные средства как минимум в размере 300 000,00 руб., с учетом изложенного, поддавшись уговоров настоящего лица и его пояснениям, что ранее направленные денежные средства на страховые ячейки после перевода дополнительной суммы будут возвращены, и за счет этих средств будут погашены договор займа и залога, Должником были заключены Договор займа и залога № 1 от 17.03.2022 с ФИО5 и ФИО4

По договору займа №1 от 17.03.2022 ответчиками ФИО5 и ФИО4 должнику передаются деньги в сумме 650 000руб. (п.1.1 договора займа) на 60 месяцев для предпринимательской деятельности. По условиям договора (п. 1.2 договора займа) 5 000 руб. передаются в безналичной форме на счет должника, 495 000 руб. также в безналичной форме на счет в ПАО «Сбербанке» и после регистрации залога № 1 от 17.03.2022, 150 000 руб. путем передачи ФИО6 также после регистрации договора залога. 

Пунктом 1.3. договора займа предусмотрено, что по соглашению сторон заемщик за пользование денежными средствами обязуется выплачивать займодавцам проценты по ставке 4% в месяц от суммы займа.

К договору займа также должником с ФИО5 и ФИО4 заключен договор залога № 1 в отношении квартиры общей площадью 50,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>. Оценка квартиры при заключении составила 3 000 000руб. 

Полагая, что указанные договоры займа, залога, оказания консультационных услуг были заключены должником под влиянием обмана, на крайне невыгодных условиях, при злоупотреблении ответчиками правами, обратился в суд с заявлением о признании их недействительными на основании ст. 168, 177, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ФИО4, обращаясь с суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО7 требования в общем размере 1 489 128,39 руб., в том числе: 650 000 руб. основного долга, 124 128,39 руб. процентов, 715 000 руб. пени, как обеспеченное залогом имущества должника (квартирой), ссылался на заключение между должником и ФИО4, ФИО5 договора займа № от 17.03.2022, в соответствии с которым должнику предоставлен денежных заем в сумме 650 000 руб., а также договор залога № 1 от 17.03.2022 в обеспечение исполнения обязательств по договору займа, по которому обязательства обеспечиваются имуществом должника – квартирой, общей площадью 50,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>. 

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, пришел к выводу о наличии оснований для признания договоров займа и залога от 17.03.2022 между должником, ФИО5 и ФИО4, договора оказания возмездных консультационных услуг от 14.03.2022 между должником и ИП ФИО6 недействительными сделками, как совершенных с пороком воли должника (п. 2 ст. 179 АПК РФ).

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве, ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со стат. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В п. 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление от 23.12.2010 № 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по ст. 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 постановления от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст.10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В данном случае финансовый управляющий, обращаясь с рассматриваемым заявлением, в качестве правового обоснования указывал положения ст. 168, 177, 179 ГК РФ, отмечая при этом наличие у оспариваемых договоров пороков, входящих в состав п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. В качестве обстоятельств признания сделок недействительными по общим основаниям гражданского законодательства управляющий указывал на заключение должником сделок под влиянием обмана, на крайне невыгодных условиях, при злоупотреблении ответчиками правами.

В соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или п. 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. 7 и 8 постановления Пленума № 25).

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

По смыслу ч. 1 ст. 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (п.9 постановления Пленума №25).

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Положениями п. 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019, указано, что согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Упоминание в норме нацеленности указанных действий на создание тех или иных правовых последствий свидетельствует о том, что они являются волевыми актами.

Приведенное законоположение находится в неразрывном единстве со ст. 1 ГК РФ, закрепляющей в качестве основных начал гражданского законодательства принцип диспозитивности и автономии частной воли. Свободная воля является, таким образом, по общему правилу одним из основных элементов и необходимых условий действительности всякой юридической сделки. Соответственно, Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрены правила о недействительности сделок с пороком воли.

Пункт 2 ст. 179 ГК РФ защищает права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделок и одновременно обеспечивает баланс прав и законных интересов обеих сторон сделки (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 1284-О, от 19.11.2015 № 2720-О и др.). При этом его положения не регулируют вопрос распределения бремени доказывания наличия обмана.

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что закон не связывает оспаривание сделки на основании п.1 и 2 ст. 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

В данном случае из материалов дела следует, что по договорам займа от 17.03.2022 с ответчиками ФИО5 и ФИО4 должнику передавались деньги 650 000 руб. в безналичном порядке: 5 000 руб. на счет должника, 495 000руб. также в безналичной форме на счет в ПАО «Сбербанке» после регистрации залога по договору №1 от 17.03.2022, 150 000 руб. путем передачи ФИО6 также после регистрации договора залога.

Обеспечение исполнения обязательств по указанному договору займа было обеспечено путем заключения договора залога № 1 от 17.03.2022, по которому в качестве обеспечения должник предоставляет квартиру, являющуюся для нее единственным жильем, оценочной стоимостью на момент совершения сделки в размере 3 000 000 руб. 

По договору оказания возмездных консультационных услуг 14.03.2022 ИП ФИО6 денежные средства в размере 150 000 руб. получены от ФИО4 и ФИО5 по квитанции от 24.03.2022.

Согласно выписке ПАО «Сбербанк» (исх. №ЗНО0223393847 от 22.08.2022) на счет должника поступили 5 000руб. - 17.03.2022, 495 000руб. поступили 24.03.2022. В дальнейшем по указанию ФИО9 должник денежные средства в ПАО «Сбербанк» сняла и внесла на счет в АО «ТинькоффБанк» 24.03.2022 (16:50:00) – 500 000руб. ФИО7 сняла и внесла на счет в АО «ТинькоффБанк», который привязан к банковской карте № 5213244069877013.

Согласно выпискеи АО «ТинькоффБанк» (исх №9d812f79 от 30.04.2023) внесение суммы 500 000 руб. осуществлен 24.03.2022 (время 17:37:22) через банкомат в Перми, 494 000 руб. сняты наличными 24.03.2022 (время 17:43:42) с банкомата в г. Новосибирске. Оставшиеся 6 000руб. с иными суммами были списаны банком как комиссия за снятие наличных средств. После того как данные денежные средства были сняты ФИО9 сообщил ФИО7, что ранее переведенные денежные средства на страховые ячейки будут в ближайшее время возвращены.

Итогом совершения всех действия должника является то, что ею 24.03.2022 произведены снятие денежных средств (16:50:00) и по указанию ФИО9 внесение суммы 500 000руб. также 24.03.2022 (время 17:37:22) через банкомат в Перми. В дальнейшем 494 000руб. сняты наличными 24.03.202 (время 17:43:42) с банкомата в г. Новосибирске.

Суд первой инстанции, оценивая совершенные действия при заключении договора займа и залога и одномоментного совершения должником действий по снятию и внесению их в г. Перми и снятию в г. Новосибирске в течении менее 10 минут, приняв во внимание указание финансового управляющего о невозможности установления конечного получателя денежных средств в Новосибирске ввиду истечения срока хранения видеозаписей, пришел к правомерному выводу, что в действительности ФИО5 и ФИО4 выдали заем неустановленному лицу, который произвел их снятие в г. Новосибирске. При немедленном перечислении должником денежных средств третьему лицу и их формальное перечисление должнику с одновременным снятием третьим лицом само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно должнику.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о недействительности договоров займа, залога, консультационных услуг как совершенные с пороком воли должника (п.2 ст. 179 ГК РФ). Выводы суда первой инстанции являются правильными и соответствующими фактическим обстоятельствам, представленным документам и действующим нормам права.

Доводы ответчиков, содержащиеся в апелляционной жалобе, а также в отзыве ИП ФИО6, не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта. 

Вопреки позиции апеллянтов, в данном случае существенное значение имеет не сам факт подписания должником договоров займа и залога, а обстоятельства, повлекшие их заключение – оказание психологического давления ФИО9 и склонение к заключению оспариваемых договоров с конкретными лицами. Доводы апеллянтов о неосведомленности относительно совершения сделок должником под влиянием обмана опровергаются совокупностью доказательств по делу, которые верно оценены судом как свидетельствующие о совершении совместных, согласованных действий ответчиков с ФИО9, с единой неправомерной целью. 

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Поскольку суд пришел к выводу, что конечным получателем денежных средств являлось неустановленное лицо, оснований для взыскания денежных средств в конкурсную массу не имеется. Однако подлежат применению последствия недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м. по адресу: 

<

...>.

В связи с признанием судом первой инстанции договоров займа и залога от 17.02.2022 недействительным, требования ФИО4 о включении в реестр требований задолженности по указанным договорам удовлетворению не подлежат, поскольку факт наличия задолженности не доказан. 

Каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого определения, либо опровергали выводы арбитражного суда области, жалоба не содержит. Доводы заявителей сводятся к несогласию с установленными в определении суда обстоятельствами и их оценкой, однако иная оценка заявителем этих обстоятельств не может служить основанием для отмены принятого судебного акта. 

При отмеченных обстоятельствах оснований для отмены определения суда с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 12 июля 2023 года по делу № А50-8916/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

 

О.Н. Чепурченко 

 

 

М.А. Чухманцев