АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-127/2025

г. Петропавловск-Камчатский

14 мая 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 апреля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 14 мая 2025 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Бискуп Ю.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Трефиловой К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску

Министерства транспорта и дорожного строительства Камчатского края (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к 

обществу с ограниченной ответственностью «Паритет-2008» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 1 629 455,00 руб.,

при участии:

от истца:

ФИО1 – представитель по доверенности от 09.01.2025 № 03/2025 (сроком по 31.12.2025), диплом;

от ответчика:

ФИО2 – представитель по доверенностиот 28.12.2024 (сроком по 31.12.2025), по доверенности от 25.02.2025 (сроком по 31.12.2025), диплом.

установил:

Министерство транспорта и дорожного строительства Камчатского края (далее – истец, Министерство, адрес: 683032, Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский, ул. Пограничная, д. 14а) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Паритет-2008» (далее – ответчик, Общество, адрес: 121108, 

<

...>, помещ. II, комната 3) о взыскании 1 629 869,85 руб. пеней за просрочку исполнения обязательств по государственному контракту от 15.08.2023 № 12-2023 за период с 02.12.2023 по 27.09.2024.

Требование заявлено истцом со ссылками на статьи 12, 309, 330, 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивировано нарушением ответчиком сроков исполнения обязательств по государственному контракту от 15.08.2023 № 12-2023.

Определением, отраженным в протоколе судебного заседания от 10.04.2025, суд в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принял уточнение иска и уменьшение его размера до 1 629 455,00 руб. неустойки, из них: 1 624 455,00 руб. пеней и 5 000,00 руб. штрафа.

До начала судебного заседания от истца поступили дополнительные письменные пояснения.

В судебном заседании представитель истца требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске и дополнениях к нему.

Представитель ответчика требования не признал по доводам отзыва на иск, считает что имеются основания для освобождения поставщика от ответственности за неисполнение обязательства по поставке товара либо уменьшении размера предъявленной ко взысканию неустойки.

Представитель истца оснований для освобождения от взыскания неустойки либо уменьшения ее размера не усматривает.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 15.08.2023 между истцом (заказчик) и ответчиком (поставщик) заключен государственный контракт № 12-2023 на поставку 20-ти футовых изотермических контейнеров (далее – контракт), по условиям которого поставщик обязуется поставить 20-ти футовые изотермические контейнеры (далее – товар), а заказчик обязуется принять и оплатить товар в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом (пункт 1.1. контракта).

Согласно пункту 2.1. контракта цена контракта составляет 7 735 500,00 руб., в том числе НДС.

Пунктом 3.1. контракта предусмотрено, что поставщик самостоятельно доставляет товар заказчику по адресу: Камчатский край, морской порт Петропавловск-Камчатский,г. Петропавловск-Камчатский, в срок до 01.12.2023.

Описание функциональных, качественных, технических и эксплуатационных характеристик поставляемого товара (контейнер изотермический 20 футов в количестве3 штук) содержится в пункте 1 спецификации к контракту.

Пунктами 6.1.1. и 6.1.2. контракта установлено, что в случае просрочки исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком контрактных обязательств заказчик направляет поставщику требование об уплате неустоек (штрафов, пеней). Пени начисляются за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, в размере 1/300 действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Банка России от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком.

За каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, заключенным по результатам определения поставщика в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 30 Закона о контрактной системе, за исключением просрочки исполнения обязательств, предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в размере 1 процента цены контракта, но не более 5 тыс. рублей и не менее 1 тыс. рублей (пункт 6.1.3 контракта).

Поскольку в установленный срок (до 01.12.2023) товар поставлен не был истцом 18.01.2024, 16.02.2024, 15.03.2024, 04.04.2024 направлены ответчику претензии о необходимости уплаты пеней за просрочку исполнения обязательств по контракту.

08.04.2024 ответчик поставил товар.

В соответствии с пунктом 3.10 контракта истцом с привлечением поставщика произведен осмотр и проверка поставленного товара, по результатам которой составлен  акт от 06.05.2024 № 1 о соответствии/несоответствии (выявленных недостатках) товара, в котором указаны несоответствия поставленного товара характеристикам, установленным в спецификации к контракту.

На основании пункта 3.11 контракта истцом направлен ответчику мотивированный отказ от подписания акта приема-передачи от 08.04.2014 № 14 с указанием перечня выявленных недостатков, поставщику установлен срок для устранения недостатков – 90 дней. В последующем указанный срок продлен заказчиком на 10 рабочих дней (письма от 14.08.2024, 30.08.2024).

Письмом от 01.09.2024 ответчик обратился к заказчику с просьбой о заключении  дополнительного соглашения к контракту о продлении сроков поставки товара, мотивированной сложностями закупки товара в КНР у китайского производителя в связи с введенными в отношении Российской Федерации санкциями. 

Письмом от 12.09.2024 заказчик отказал в продлении сроков поставки и уведомил ответчика о том, что в случае не устранения выявленных недостатков в указанный дополнительный срок (10 рабочих дней), заказчик оставляет за собой право принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством и требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44).

16.09.2024 заказчиком принято и размещено в ЕИС решение об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта на поставку 20-ти футовых изотермических контейнеров от 15.08.2023 № 12-2023. Указанное решение вступило в законную силу 27.09.2024.

27.09.2024 ответчику направлена претензия о необходимости оплаты штрафных санкций за просрочку исполнения обязательств по контракту. 

Поскольку претензия оставлена без удовлетворения, Министерство обратилось в суд с настоящим иском.

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ обязательство должно исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных нормативных актов; односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Пункт 2 статьи 525 ГК РФ предусматривает, что к отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки.

Из пункта 5 статьи 454 ГК РФ следует, что положения параграфа 1 главы 30 ГК РФ применяются к договору поставки, если иное не предусмотрено параграфом 3 главы 30 ГК РФ.

Следовательно, отношения сторон настоящего спора, сложившиеся на основании спорного контракта, регулируются главой 30 ГК РФ о купле-продаже, а также положениями Закона № 44-ФЗ.

В соответствии со статьей 526 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд (далее - государственный или муниципальный контракт) поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

На основании части 6 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта (отдельного этапа исполнения контракта), уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом (соответствующим отдельным этапом исполнения контракта) и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем), за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени (часть 7 статьи 34 Закона № 44-ФЗ).

Аналогичные условия включены в пункт 6.1.2 контракта.

Поскольку ответчик в нарушение условий договора не исполнил обязательство по своевременной поставке товара, требования истца о взыскании с ответчика сумм неустойки (пеней и штрафа) заявлены правомерно.

Уточненный расчет неустойки судом проверен и признан верным.

Штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определенной в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (пункт 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ).

На основании указанной нормы Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.08.2017 № 1042 утверждены Правила, которые устанавливают порядок определения в контракте размера штрафа, начисляемого за ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, предусмотренных контрактом и размера штрафа, начисляемого за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом (далее - штраф). Соответственно, к правоотношениям из спорного контракта подлежат применению Правила № 1042.

В соответствии с пунктом 4 Правил № 1042 за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заключенным по результатам определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 30 Закона № 44-ФЗ, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в размере 1 процента цены контракта (этапа), но не более 5 тыс. рублей и не менее 1 тыс. рублей.

Данное условие отражено в пункте 6.1.3 контракта. 

Таким образом, законодатель разграничил ответственность поставщика за просрочку исполнения обязательства - в виде неустойки и за ненадлежащее исполнение поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, в виде штрафа в фиксированной сумме.

Таким образом, как часть 7 статьи 34 Закона № 44-ФЗ и Правила № 1042, так и заключенный контракт предусматривают два вида ответственности поставщика: пени (в случае просрочки) и штраф (в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения).

В пункте 36 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, разъяснено, что пеня за просрочку исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту подлежит начислению до момента прекращения договора в результате одностороннего отказа заказчика от его исполнения. Одновременно за факт неисполнения государственного (муниципального) контракта, послужившего основанием для одностороннего отказа от договора, может быть взыскан штраф в виде фиксированной суммы.

Поскольку обязательства по спорному контракту исполнены ответчиком не были, истцом принято решение об одностороннем отказе от исполнения обязательств по контракту (от 16.09.2024 № 58-01/47-3746), 27.09.2024 спорный контракт расторгнут, в связи с чем заказчик правомерно предъявил требование о взыскания штрафа в размере 5 000,00 руб.

Отклоняя доводы ответчика о не направлении истцом требования об уплате штрафа, суд учитывает позицию Верховного суда Российской Федерации, указанную в определении от 23.07.2015 по делу № 306-ЭС15-1364, А55-12366/2012, согласно которой по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

При отсутствии в поведении ответчика намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, правовые основания для оставления иска без рассмотрения отсутствуют, поскольку это приведет к необоснованному затягиванию разрешения спора и ущемлению прав одной из его сторон (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015).

По смыслу приведенных разъяснений, оставляя исковое заявление без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, суд должен исходить из реальной возможности погашения конфликта между сторонами при наличии воли сторон к совершению соответствующих действий, направленных на разрешение спора, так как претензионный порядок не должен являться препятствием для защиты лицом своих нарушенных прав в судебном порядке. Оставление иска без рассмотрения по формальным основаниям при том, что ответчик возражает по существу заявленных требований и его позиция не направлена на досудебное урегулирование спора, не отвечает задачам судопроизводства.

Соответственно при наличии доказательств, свидетельствующих о невозможности досудебного урегулирования спора, иск подлежит рассмотрению в суде.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 20.08.2020 № Ф03-3095/2020 по делу № А04-8115/2019, постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 № 10АП-23871/2024 по делу № А41-96417/2023.

Учитывая отсутствие доказательств принятия со стороны ответчика действий по урегулированию спора либо исполнению требований истца, принимая во внимание приведенные цели законодательного установления обязательного претензионного порядка урегулирования споров и недопустимости отказа в судебной защите нарушенных прав по формальным основаниям без учета конкретных обстоятельств дела, суд считает, что в настоящем случае оснований для оставления без рассмотрения исковых требований на основании пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ не имеется.

Ответчик, не оспаривая факт не исполнения контракта, указывает на наличие обстоятельств, независящих от ответчика и являющихся, по его мнению, основанием для освобождения поставщика от ответственности в порядке статьи 401 ГК РФ либо уменьшении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Так, 31.08.2023 ответчик заключил с обществом с ограниченной ответственностью «АквилонСтройМонтаж» (далее – ООО «АСМ», предприятие-изготовитель) договор на поставку товара согласно характеристикам, указанным в спецификации к контракту. В процессе изготовления товара ООО «АСМ» столкнулось с задержкой поставки импортных комплектующих контейнеров, о чем ответчик уведомил истца письмом от 24.11.2023. 

Письмами от 09.11.2023, 10.12.2023, 25.01.2024 ООО «АСМ» проинформировало ответчика о невозможности укомплектовать и осуществить поставку товара, поскольку изотермические контейнеры комплектуются специализированными запорными механизмами, свободно-программируемыми блоками управления, а также компрессорным оборудованием (спиральные компрессоры) – указанные комплектующие не производятся на территории Российской Федерации, в связи с чем, ответчик проинформировал истца о  том, что в связи с введенными в отношении Российской Федерации санкциями, имеются проблемы с поставкой указанных запасных частей.

Фактически товар поставлен истцу 08.04.2024.

После размещения истцом мотивированного отказа от 06.05.2024 от подписания акта приема-передачи ввиду несоответствия внутренних и внешних размеров контейнеров, ответчик приступил к поиску товара, соответствующего характеристикам. Поскольку на территории Российской Федерации такой товар отсутствовал, ответчик вел переговоры с Китайской Народной Республикой, но из-за введенных санкций не смог произвести оплату товара. Ответчик уведомил истца о данных обстоятельствах письмом от 14.08.2024. 

В конце августа 2024 года поставщик забронировал товар необходимой комплектации в г. Москве до 29.08.2024, однако ответ от заказчика в необходимости товара поступил 30.08.2024, бронь была снята.

Далее поставщик произвел авансовый платеж обществу «Феникс ВЭД» г. Владивосток, которое обязалось поставить товар в короткие сроки. Ориентировочный срок поставки 4-6 недель с момента оплаты авансового платежа. Поставка ожидалась в середине октября 2024 года. Тем не менее, заказчик 16.09.2024 принял решение об одностороннем отказе от контракта.

По мнению ответчика, им были предприняты все возможные меры для исполнения обязательств по контракту.

В отзыве на исковое заявление ответчик указал, что введение против России экономических санкций со стороны иностранных государств и международных организаций отвечает признакам обстоятельств чрезвычайной и непреодолимой силы (форс-мажор), наличие которых является основанием для освобождения ответчика от ответственности за нарушение обязательства в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ.

Возражая по доводам ответчика, истец пояснил, что при инициировании закупочных процедур истцом был произведен анализ рынка, согласно которому изотермических контейнеров российского производства найдено не было.

Пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 30.04.2020№ 616 «Об установлении запрета на допуск промышленных товаров, происходящих из иностранных государств, для целей осуществления закупок для государственных и муниципальных нужд, а также промышленных товаров, происходящих из иностранных государств, работ (услуг), выполняемых (оказываемых) иностранными лицами, для целей осуществления закупок для нужд обороны страны и безопасности государства» (далее – Постановление № 616), действовавшим на момент проведения закупочных процедур, установлен запрет на допуск промышленных товаров, происходящих из иностранных государств (за исключением государств - членов Евразийского экономического союза), для целей осуществления закупок для государственных и муниципальных нужд по перечню согласно приложению.

Контейнеры изотермические входили в утвержденный Постановлением № 616 перечень.

Пунктом а части 3 Постановления № 616 установлено, что указанные в пунктах 1 и 2 настоящего постановления запреты не применяются в случае отсутствия на территории Российской Федерации производства промышленного товара, которое подтверждается в отношении промышленных товаров, предусмотренных перечнем, - наличием разрешения на закупку происходящего из иностранного государства промышленного товара, выдаваемого с использованием государственной информационной системы промышленности в порядке, установленном Министерством промышленности и торговли Российской Федерации.

Получив разрешение Министерства промышленности и торговли Российской Федерации на закупку происходящего из иностранного государства промышленного товара (страна производства – Китай), истцом была объявлена закупочная процедура, размещено извещение о проведении электронного аукциона и аукционная документация на право заключения государственного контракта на поставку 20-ти футовых изотермических контейнеров для нужд Министерства. В закупочной процедуре не было ограничений на поставку иностранного товара.

Вместе с тем, в пакете документов ответчика, поданного для участия в закупке, страной производства товара указана Российская Федерация. Таким образом, ответчик самостоятельно принял решение о приобретении товара в России, оценив собственные риски.

Возражая по доводу ответчика о наличии обстоятельств непреодолимой силы, истец указал на то, что экономические санкции против России были введены до заключения контракта и ответчик должен был проанализировать как внешний, так и внутренний рынок, прежде чем участвовать в подобной закупке.

Рассмотрев доводы сторон, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 8 и 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали.

Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401, пункт 2 статьи 405 ГК РФ).

ООО «Паритет-2008» в соответствии с условиями пункта 10.4 контракта не представлены документы, выданные компетентными органами, свидетельствующие о наличии обстоятельств непреодолимой силы.

Суд, рассматривая доводы ответчика, в том числе, в части введенных санкций, обращает внимание что законопроект, содержащий предложения о расширении понятия «обстоятельство непреодолимой силы», который позволил бы признавать действие санкций США, Евросоюза или иных государств, обстоятельствами непреодолимой силы (проект федерального закона № 92282-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», внесенный в Государственную Думу депутатом ФИО3) не был принят законодателем.

Инициировавшая разработку этого проекта Торгово-Промышленная палата Российской Федерации (Письмо ТПП РФ от 22.03.2022 № ПР/0181, Письмо ТПП РФ от 07.04.2022 № ПР/0233) обосновывала его необходимость именно тем, что: «Европейским союзом, США и рядом других стран введены экономические санкции против Российской Федерации, которые оказывают существенное влияние на возможность исполнения российскими юридическими лицами целого комплекса взятых на себя обязательств по внутрироссийским сделкам.

Следует отметить, что значительная часть технического оборудования, электроники, машин и иных сложных товаров, поставляемых отечественными производителями на российский рынок, производится с привлечением комплектующих, произведенных за пределами Российской Федерации, на поставку которых вышеуказанными странами введены запреты и ограничения. При этом иностранные поставщики отказывают в поставке подпадающего под санкции товара, а указанные комплектующие не производятся в России и, как правило, носят уникальный характер.

Пунктом 3 статьи 401 ГК РФ такие обстоятельства, как нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника и отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, к обстоятельствам непреодолимой силы не отнесены. В связи с этим требованием законодательства возникает сложность в признании описанных выше случаев обстоятельствами непреодолимой силы».

До принятия соответствующего закона ТПП приостанавливала выдачу сертификатов об обстоятельствах форс-мажора по данным обстоятельствам.

То есть фактически ТПП РФ фиксировала невозможность оценки санкций как форс-мажорных обстоятельств, по общему правилу, и указывала на необходимость внесения соответствующих изменений в законодательство.

Однако законопроект был отозван, изменения в законодательство не внесены.

В таком случае действуют общие правила, из которых вытекает, что для лица, непосредственно попавшего под действие односторонних недружественных мер (т.н. санкционные запреты) (лично, путем запрета на оборот предмета сделки и т.д.) - данное событие может являться форс-мажором.

Однако (как в рассматриваемом случае) для лица, которое само не является объектом воздействия недружественных мер, чья сделка совершается исключительно в пределах юрисдикции российского права, с российским контрагентом, обусловленные санкциями сложности с исполнением обязательства не могут считаться возникшими в результате действия форс-мажорных обстоятельств.

Иное означало бы нарушение статьи 401 ГК РФ - действия контрагентов не относятся к обстоятельствам непреодолимой силы, и в конечном счете приводило бы к нарушению статей 4, 8, 15 Конституции Российской Федерации, устанавливающих приоритет российских законов, а значит, запрещающих исполнять зарубежные санкционные запреты на территории Российской Федерации.

Возможные исключения из этого толкования ответчик по настоящему делу не доказал.

Взаимоотношения ответчика и предприятия-изготовителя (ООО «АСМ») не влияют на правоотношения заказчика и поставщика. Ответчик, заключая спорный контракт, взял на себя обязательства по поставке товара в установленные сроки, однако свои обязательства по поставке товара в установленный срок ответчик не выполнил.

Доводы ответчика о невозможности приобретения товара напрямую у китайских производителей в связи с введенными санкциями, основанием для освобождения ответчика от ответственности за неисполнение обязательства по контракту не являются, поскольку выбор контрагента поставщика товара контрактом не определен и зависел исключительно от воли ответчика, при этом невозможность приобретения товара у иных поставщиков ответчиком в нарушение положений статьи 65 АПК РФ суду не доказана. Напротив, из пояснений ответчика и представленных в материалы дела доказательств следует, что возможность приобретения товара на территории Российской Федерации у ответчика имелась (в конце августа 2024 года забронирован товар необходимой комплектации в г. Москве до 29.08.2024, произведен авансовый платеж обществу «Феникс ВЭД» г. Владивосток, которое обязалось поставить товар в середине октября 2024 года).  

Санкционные мероприятия, позиционирующиеся ответчиком в качестве непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), сами по себе не могут являться обстоятельствами, автоматически исключающими его вину в ненадлежащем исполнении обязательств.

Кроме того, суд отмечает, что проведение специальной военной операции Российской Федерацией начато в феврале 2022 года, в то время как ответчик принял на себя обязательство поставить товар 15.08.2023 (дата подписания контракта).

Таким образом, все перечисленные ответчиком обстоятельства являются его предпринимательскими рисками, которые должны им учитываться при заключении и исполнении контракта с истцом. В случае невозможности получения оборудования от своего контрагента, ответчик в любом случае должен был принять меры для своевременного исполнения обязательств перед истцом.

Рассмотрев заявление ответчика об уменьшении размера начисленной неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, суд пришел к следующему выводу.

Согласно разъяснениям пунктов 69, 71, 77 Постановления № 7 если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

С учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 2 Определения от 21.12.2000 N 263-О, положения пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательства

Снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. В этом смысле у суда возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Неустойка, в силу статьи 333 ГК РФ, по своей правовой природе носит компенсационный характер и не может являться средством извлечения прибыли и обогащения со стороны кредитора.

Принимая во внимание компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В этой связи, задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

 В рассматриваемом случае размер неустойки, рассчитанный исходя из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения, превышает размер неустойки предъявленный истцом ко взысканию.

Заявляя о применении статьи 333 ГК РФ, ответчик не представил доказательств наличия экстраординарных обстоятельств, позволяющих суду снизить размер неустойки, как и не представил доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, требования истца о взыскании пеней в размере 1 624 455,00 руб. за период с 02.12.2023 по 27.09.2024 и штрафа в размере 5 000,00 руб., подлежат удовлетворению на основании статьи 330 ГК РФ. 

В силу статьи 110 АПК РФ государственная пошлина в размере 73 887,00 руб., относится на ответчика и, учитывая, что истец в силу статьи 333.35 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, взыскивается в доход федерального бюджета.

Судом установлено, что в процессе изготовления резолютивной части решения Арбитражного суда Камчатского края от 24.04.2025 допущена опечатка в части указания размера пеней, должно быть указано: «1 624 455,00 руб. пеней», фактически указано: «1 624 550,00 руб. пеней».

В соответствии с частью 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, по заявлению лица, участвующего в деле, судебного пристава-исполнителя, других исполняющих решение арбитражного суда органа, организации или по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

На основании вышеизложенного суд по собственной инициативе исправляет опечатку, допущенную в судебном акте, поскольку это не изменяет его содержания.

В целях обеспечения ясности содержания принятого судебного акта, резолютивная часть решения, изготовленного в полном объеме, изложена с учетом выявленной и устраненной судом опечатки.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Паритет-2008» в пользу Министерства транспорта и дорожного строительства Камчатского края 1 624 455,00 руб. пеней, 5 000,00 руб. штрафа, а всего взыскать 1 629 455,00 руб. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Паритет-2008» в доход федерального бюджета 73 887,00 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Судья                                                                                                                           Ю.С. Бискуп