ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

25.07.2018

Дело № А40-226187/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19.07.2018 

Полный текст постановления изготовлен  25.07.2018

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Савиной О.Н., Михайловой Л.В. 

при участии в заседании:

от ИП ФИО4-Спицын С.Г. по дов.от 01.11.17 на 1 год

от ПАО "БИНБАНК"-ФИО2 по дов от 30.03.18 по 27.03.2020

рассмотрев 19.07.2018 в судебном заседании кассационную жалобу ИП ФИО4

на решение от 19.12.2017

Арбитражного суда города Москвы, 

принятое судьей А.Г. Китовой

на постановление от 02.04.2018

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями А.Н. Григорьевым, И.М. Клеандровым, С.А. Назаровой, 

по иску ИП ФИО4

к ответчику ПАО "БИНБАНК"

третье лицо: ООО "НЕВАБЕСТТРЕЙД"

о взыскании убытков в размере 3 475 277 руб. 00 коп. 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением от 25 апреля 2016 г. по делу А40-226187/15 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 июля 2016 года решение Арбитражного суда г. Москвы оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.11.2016 Решение Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2016 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2016 по делу № А40-226187/15 отменены и дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменяя вышеуказанные судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам выводы судов о том, что оспариваемое платежное поручение подписано электронной цифровой подписью владельца сертификата подписи - Истца, подлинность и принадлежность электронной цифровой подписи владельцу сертификата подписи Банком была проверена в порядке, установленном законодательством РФ и условиями Дополнительного соглашения. Также судом, оставлено без оценки бездействие ответчика по выполнению условий раздела 6 дополнительного соглашения к договору о досудебном урегулировании разногласий по исполнению платежного поручения № 701 от 16.07.2015 г. и создании согласительной комиссии для проверки электронного документа в установленном порядке.

В Арбитражный суд города Москвы обратился ИП ФИО4 о взыскании убытков в размере 3 475 277 руб. 00 коп., ссылаясь на нарушение ответчиком условий договора банковского счета и обязанность ответчика возместить материальный ущерб, требований ст.ст. 309-310, 393, 845, 849, 854 ГК РФ.

Решением Арбитражного суда города Москвы отказано Индивидуальному предпринимателю ФИО4 в удовлетворении исковых требований в полном объеме, взыскано с Индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "БИНБАНК" расходы по проведению экспертизы в размере 280 000 (двести восемьдесят) руб. 00 коп.

  Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2018 указанное решение оставлено без изменения.

Не согласившись с решением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ИП ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт.  Заявитель в кассационной жалобе указывает на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, на неправильное применение норм процессуального и материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направило, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами 27.01.2009 г. между Банком (Ответчик) и ИП ФИО4 (Истец, Клиент) заключен договор банковского счета (для индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица) № РК/Р-981 (далее - Договор), согласно которому ИП ФИО4 открыт расчетный счет в рублях № 40802810500320000348. Пунктом 3.5 Договора банковского счета стороны определили, что в случае, если распоряжения Клиента на перечисление денежных средств принимаются Банком в электронном виде, процедура проверки достоверности электронной (цифровой) подписи Клиента устанавливается в дополнительном соглашении к настоящему Договору о применении электронной (цифровой) подписи. 27.01.2009 г. между Банком и ИП ФИО4 заключено дополнительное соглашение к договору банковского счета от 27.01.2009 г. №РК/Р-981 (№1) (по обслуживанию клиентов по системе «КЛИЕНТ-БАНК» (далее - Система)) (далее - Дополнительное соглашение).

04.12.2014 г. ИП ФИО4 подано в Банк Заявление на установку (окончание срока действия сертификата) системы «Клиент-Банк-Интернет-e-plat». В заявлении указано, что ФИО4 предоставлено право первой подписи документов. На основании заявления между сторонами подписан акт передачи сертификата 01610275F401030302232F.

Согласно Дополнительному соглашению, электронно-цифровая подпись (ЭЦП) представляет собой аналог собственноручной подписи Банка или Клиента под электронным документом. Наличие ЭЦП в электронном документе, полученном по системе Клиент-Банк, является необходимым и достаточным условием, позволяющим установить, что электронный документ исходит от Стороны по Соглашению (п. 1 Дополнительного соглашения).

Все электронные документы, подписанные ЭЦП, полученные и направленные Сторонами друг другу, хранятся в Системе в течение неограниченного времени. Ни Банк, ни какие-либо третьи лица не имеют возможность вносить изменения в электронный документ, хранящийся в Системе.

В соответствии с п. 3.3 Дополнительного соглашения, поступившие в Банк электронные документы Клиента, прошедшие проверку на подлинность ЭЦП, принимаются Банком к исполнению в сроки, установленные Договором, при условии, что проверка на подлинность ЭЦП дала положительный результат, документ оформлен правильно, не противоречит действующему законодательству РФ и нормативным актам Банка РФ, и на счете Клиента достаточно денежных средств для выполнения распоряжения.

Согласно абз. 6 п. 4.1 Дополнительного соглашения, стороны признали, что получение Банком зашифрованных электронных документов, подписанных ЭЦП Клиента в порядке, установленном Дополнительным соглашением, эквивалентно получению документов на бумажном носителе, заверенных подписями из карточки с образцами подписей и оттиском печати Клиента, и является необходимым и достаточным условием, позволяющим установить, что электронный документ исходил от Клиента.

16.07.2015 г. в Банк поступило платежное поручение № 701 на сумму 3 475 277 руб. от ИП ФИО4 на перечисление денежных средств ООО «НеваБестТрейд» с основанием платежа: «Оплата по счету 79/04 от 15.07.2015 г. за офисную технику сумма: 3 475 277, в т.ч. НДС (18%): 530 127-00» (далее - платежный документ).

В обоснование заявленных требований Истец указывает, что распоряжений об исполнении вышеуказанного платежа не давал, в связи с чем, просит взыскать убытки.

В претензии от 24.07.2015 г. Клиент потребовал от Банка возвратить на банковский счет № 

<

***>, открытый в Банке, незаконно списанные деньги в сумме 3 475 277 руб.

Банк в письме от 27.07.2015 г. исх. № Ф40-00-04.01-6-20/682 указал, что изложенная в претензии от 24.07.2015 г. информация проверена, списание денежных средств со счета Клиента по платежному поручению № 701 от 16.07.2015 г. проведено путем использования системы дистанционного обслуживания «Банк-Клиент», при котором неизвестное лицо воспользовалось паролем и доступом в систему, предоставленным Клиенту.

В соответствии с разделом 6 Дополнительного соглашения Клиент обратился в Банк с заявлением от 27.08.2015 г., в котором попросил создать согласительную комиссию для досудебного урегулирования разногласий по исполнению Банком платежного поручения № 701 от 16.07.2015 г., сообщить о месте, дате и времени начала работы согласительной комиссии.

Банк на заявление от 27.08.2015 г. не ответил. Клиент обратился в Банк с повторным заявлением от 17.09.2015 г. о создании согласительной комиссии, которое также оставлено без ответа.

Согласно ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что к одному из способов защиты гражданских прав относится возмещение убытков.

Согласно п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Согласно п. 2 ст. 393 ГК РФ убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 18.06.2013 г. № 1399/13). В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт неправомерных, виновных действий, совершенных ответчиком, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между правонарушением и убытками.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Определением от 25.05.2017 г. суд в порядке ст. 82 АПК РФ, по ходатайству истца, назначил проведение экспертизы по делу, проведение которой поручено АНО "Судебный эксперт".

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1)   С каких ip-адресов поступали запросы на сервер банка при отправке платежных поручений клиентом индивидуальный предприниматель ФИО4 (ОГРНИП 309290201600012, ИНН 

<

***>, дата регистрации: 16.01.2009 г.)

2)   С какого ip-адреса поступил запросы на сервер банка при отправке платежного поручения №701 от 16.07.2015?

3)   Относится ли данный ip-адрес, с которого поступил запрос на сервер банка при отправке платежного поручения №701 от 16.07.2015, к локальным сетям банка?

4)  Определить принадлежность ip-адреса внешнего хоста, с которого поступил запрос на сервер банка при отправке платежного поручения №701 от 16.07.2015?

5)  Содержат ли объекты исследования признаки какой-либо корректировки, изменения данных?

6)  Имеется ли на сервере банка платежное поручение от 07 июля 2015 года № 701 на сумму 3 475 277,00, в котором в качестве получателя платежа указано общество с ограниченной ответственностью «НеваБестТрейд», а отправителя - индивидуальный предприниматель ФИО4. Если да, то имеется ли у указанного платежного поручения электронная подпись?

7)  Если имеется, то принадлежит ли данная электронная подпись индивидуальному предпринимателю ФИО4? Если да, то является ли данная подпись целостной, подлинной, корректной.

8)  С технической точки зрения имело ли возможность действующее от имени и в интересах Банка лицо, осуществлявшее 04.12.2014г. генерацию ключей электронной подписи на USB-носитель Клиента и плановую замену ключей электронной подписи на USB-носитель Клиента, сохранить на иной цифровой носитель целостную и корректную копию сгенерированных ключей электронной подписи, пригодную для подписания в электронной форме платежного поручения № 701 от 16.07.2015г.?

9)  Принадлежит ли электронная подпись платежного поручения № 701 от 16.07.2015 г. владельцу сертификата ключа проверки электронной подписи, созданному при обработке запроса индивидуального предпринимателя ФИО4 и выданному по акту о передаче запроса и сертификата, предусмотренному дополнительным соглашением от 27.01.2009 г. к договору банковского счета от 27.01.2009 г. № РК/Р-981 (№ 1) (по обслуживанию клиентов по системе «Клиент-Банк»)?

10)  Вносились ли какие-либо изменения в заверенное электронной подписью платежное поручение № 701 от 16.07.2015 г., совпадают ли результаты хеш-функций на момент подписания и на момент проверки подлинности спорного платежного поручения?

11)    Зафиксированы ли попытки несанкционированного доступа в систему Банка 16.07.2015 г. или направляет sms-уведомления о платежах? 6

12) Определить перечень всех операций индивидуального предпринимателя ФИО4 за 16.07.2015 г., при которых осуществлялся вход в систему Банка, зафиксированы ли отказы при входе индивидуального предпринимателя ФИО4 в систему и нерегламентированный (аварийный или др.) выход из нее?

13) Имел ли программный комплекс Банка по состоянию на 16.07.2015 г. систему предупреждения, контроля и приостановки проводимых операций индивидуального предпринимателя ФИО4 при обработке нетипичной для клиента транзакции в части назначения платежа, вида платежа (например, «СРОЧНО») и платежа в адрес нового контрагента?

Согласно выводам, изложенным в заключении комиссии экспертов № 508/17 от 30.06.2017г., при разрешении поставленных вопросов экспертами установлено: -

-  по вопросу № 1, запросы на сервер Банка при отправке платежных поручений клиентом ИП ФИО4 в соответствии с представленными исходными данными поступали со следующих IP адресов: 178.64.35.156; 178.64.38.145; 178.64.39.164; 178.64.52.148; 92.101.33.112; 92.101.34.18;92.101.38.199;92.101.71.151; 95.53.29.202; 95.53.31.37;

-  по вопросу № 2, при создании, подписании и отправке платежного поручения № 701 от 16.07.2015 запросы были отправлены с IP адреса 95.53.31.37;

-  по вопросу № 3, IP адрес 95.53.31.37 относится к "белым" IP адресам, т.е. к публичным (глобальным, внешним) IP адресам, и не может относиться к локальным адресам информационной системы. В соответствии с общедоступной информацией базы RIPE владельцем IP адреса 95.53.31.37 является PJSC Rostelecom (Ростелеком), г. Архангельск, а именно дочерней организации OJSC "North-West Telecom";

-   по вопросу № 4, в соответствии с исследованием, проведенным при ответе на вопрос № 3 экспертами установлено, что IP адрес 95.53.31.37 принадлежит провайдеру услуг связи PJSC Rostelecom (Ростелеком) и зарегистрирован в г. Архангельск;

-      по вопросу № 5, определить признаки корректировки, изменения данных, представленных на CD-диске, не представляется возможным;

-   по вопросу № 6, экспертами установлено наличие на сервере банка платежного поручения от 16.07.2015 № 701 на сумму 3 475 277 руб. 00 коп., в котором в качестве получателя платежа указано ООО "НеваБестТрейд", а в качестве отправителя - ИП ФИО4 Данное платежное поручение содержит электронную подпись;

-   по вопросу № 7, электронная подпись платежного поручения от 16.07.2015 № 701 на сумму 3 475 277 руб. 00 коп. принадлежит ИП ФИО4, данная подпись является целостной, подлинной и корректной;

-   по вопросу № 8, с технической точки зрения не имеется возможности действующего от имени и в интересах Банка лица сохранить на иной цифровой носитель целостную и корректную копию сгенерированных ключей электронной подписи, пригодную для подписания в электронной форме платежного поручения № 701 от 16.07.2015, т.к. генерация ключей электронной подписи (закрытого и открытого ключа) осуществляется на стороне клиента Банка. Банком осуществляется только выдача сертификата открытого ключа электронной подписи, который без закрытого ключа Клиента не может быть самостоятельно использован для подписания в электронной форме платежного поручения;

-   по вопросу № 9, электронная подпись платежного поручения № 701 от 16.07.201 5 принадлежит владельцу сертификата ключа проверки электронной подписи, созданному при обработке запроса ИП ФИО4 и выданному по акту о передаче запроса и сертификата, предусмотренному дополнительным соглашением от 27.01.2009 к договору банковского счета от 27.01.2009 № РК/Р-981 (№1) (по обслуживанию системы Клиент- Банк);

по вопросу № 10, изменения в заверенное электронной подписью платежное поручение № 701 от 16.07.2015 не вносились. Сведения о хэш-коде документа, формируемого хэш-функцией при подписании документа, в системе не отображаются; -

по вопросу № 11, система Банка не направляла каких-либо sms-уведомлений. Сведения о фиксации попыток несанкционированного доступа в систему Банка 16.07.2015 не выявлены;

-   по вопросу № 12, сведения о всех операциях ИП ФИО4 за 16.07.2015, при которых осуществлялся вход в систему Банка приведены в исследовательской части заключения. Входы в систему ДБО 16.07.2015 от имени ИП ФИО4 сопровождались последующим выполнением операций в ДБО. Два входа в систему ДБО 16.07.2015 потребовали закрытия предыдущей сессии пользователя и последующего входа. Определить наличие сведений о фиксации нерегламентированных (аварийных и др.) выходов из системы Банка не представляется возможным по причине уточнений, поясняющих с технической точки зрения, что понимается под нерегламентированным (аварийным и др.) выходом из системы Банка;

-   по вопросу № 13, исследуемая система (программный комплекс) ДБО не имеет функциональных возможностей предупреждения, контроля и приостановки проводимых операций, в том числе по отношению к ИП ФИО4, при обработке нетипичной для клиента транзакции в части назначения платежа, вида платежа (например "СРОЧНО") и платежа в адрес нового клиента.

Судами также учтено, в материалы дела представлены пояснения экспертов по заключению № 508/17 от 30.06.2017, из которых следует, а именно по вопросу № 2:

-    экспертами отмечен факт наличия 2 IP адресов, с которых осуществлялся доступ к системе ДБО. В заключении имеются данные о наличие двух сессий подключения с разных IP адресов. Экспертами приведены сведения о конкретном IP адресе, с которого совершались спорные операции с денежными средствами истца. Данные сведения были получены в результате анализа журналов регистрации событий серверов системы ДБО за конкретный период, в частности на дату 16.07.2015. наличие за столь краткий период времени двух запущенных сессий с разных IP адресов эксперт не мог трактовать, как нетипичное и подозрительное поведение пользователя системы ДБО, так как не обладает сведениями о типовых методах доступа пользователя к данной системе в период до 16.07.2015. Так как доступ был успешно осуществлен, то данные операции экспертом считаются выполненными легитимным пользователем, обладающим соответствующей ключевой информацией доступа (пароли и ключи доступа). Также стоит отметить, что в журнале регистрации событий сервера ДБО имеется информация о начале сессий с двух IP адресов. Таким образом, могло иметь место событие закрытия сессии с одним IP адресом, открытой ранее, при наличии другой активной сессии с другого IP адреса;

По вопросу № 8 экспертами даны следующие пояснения: эксперты проводили исследование в рамках имеющихся у них исходных данных и доступного объекта исследовании. Экспертами не были представлены сведения о том, что ответчиком предоставлены услуги Истцу по генерации закрытого ключа. Имеющийся акт передачи свидетельствует о том, что ответчиком осуществлялась генерация сертификата открытого ключа подписи. При этом для оказания соответствующей услуги закрытый ключ пользователей банку не предоставляется, так как в этом нет технической необходимости. Также стоит отметить, что при выезде на объект исследований эксперту было заявлено, что банк не осуществляет операций по генерации закрытого ключа клиента, что подтвердили продемонстрированным пунктом дополнительного соглашения. Таким образом, объекта исследований, на котором осуществлялась бы операция генерации закрытого ключа, эксперту представлено не было в связи с его фактическим отсутствием на территории ответчика.

По вопросам № 11, 12 экспертами даны следующие пояснения: экспертами за указанный период наличие двух подключений с разных адресов зафиксировано. При этом данные подключения осуществлены санкционировано за счет обладания субъектом, осуществляющим подключение как парольной информации, так и ключевой. В рамках текущего исследования установить факт компрометации ключа не представляется возможным. Таким образом, имеющийся доступ не может быть экспертами классифицирован как несанкционированный. В свою очередь эксперты не считают факт наличия двух последовательно закрытых сессий свидетельством несанкционированного доступа. Также экспертами отмечено наличие различия в секундах доступа и обращения к серверу. Трактовать данное различие как попытка несанкционированного доступа нет технического основания, так как различие незначительное и в событиях, имеющих хронологическую последовательность схожей операции, то есть различие выявлено не во времени доступа и, например, создании документа (что является совершенно разными операциями и носит явно признаки несанкционированных действий), а во времени отправки запроса и загрузки страницы (последовательные события одного запроса).

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выяснится, что оно соответствует действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

При рассмотрении дела судом первой инстанции установлены фактические обстоятельства спора на основании имеющихся доказательств, при оценке которых он руководствовался ст. 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств, а также нормами того же кодекса, регулирующими проведение судебных экспертиз (статьи 82, 83, 87, 159).

При таких обстоятельствах, с учетом заключения эксперта, суды пришли к верному выводу, о том, что спорное платежное поручение содержит электронную подпись ИП ФИО4, данная подпись является целостной, подлинной и корректной. Электронная подпись платежного поручения принадлежит владельцу сертификата ключа проверки электронной подписи. Следовательно, при наличии нескольких уровней проверки пользователя ДБО, включая необходимость ввода пароля как на стадии входа в систему ДБО, так и непосредственно использование ЭЦП при подписании спорного платежного документа, система обрабатывающая поступающие электронные документы не имела оснований для отклонения спорного платежного поручения, поскольку все необходимые атрибуты, как пользователя системы, так и проверки ЭЦП ФИО4, в том числе открытого и закрытого ключа были подлинными и корректными. Суды также учли, что экспертами даны пояснения, что при наличии зафиксированного факта двух подключений, оснований трактовать такое подключение как несанкционированное не имеется.

При изложенных обстоятельствах, довод истца о том, что при первоначальной проверке спорного платежного поручения, до его исполнения, Банк мог установить, что распоряжение о переводе денежных средств исходит не от владельца счета, является несостоятельным.

Поскольку проверка электронной подписи на документе, поступившем от Клиента в Банк с использованием системы дистанционного банковского обслуживания, производится системой банка в автоматическом режиме. При этом, как следует из пояснений экспертов, подключения осуществлены санкционировано за счет обладания субъектом, осуществляющим подключение как парольной информации, так и ключевой. И доступ к системе ДБО не может быть квалифицирован как несанкционированный.

Кроме того, в силу п. 4.1 Дополнительного соглашения Клиент при использовании системы несет риск убытков, связанных с получением третьими лицами несанкционированного доступа к ключам ЭЦП, до момента получения Банком уведомления от Клиента об указанном факте.

Доводы истца о том, что банк самостоятельно изготовил закрытый ключ ЭЦП, что подтверждается представленным в дело банковским ордером № 8208704 от 04.12.2014 на сумму 690 руб. в назначении платежа которого указано комиссия банка в соответствии с тарифами п. 1.8.4.1 генерация ключа ЭП на USB - носитель клиента при установке системы ДБО и плановая замена ключа ЭП на защищенный USB - токен/ USB - носитель клиента также судами отклонены в связи со следующим.

Правоотношения сторон по обслуживанию в системе Клиент-Банк регулируются Дополнительным соглашением от 27.01.2009 № РК/Р-981 (1) к договору банковского счета.

Согласно условиям указанного дополнительного соглашения Ключи ЭЦП - пара ключей (открытый и секретный), с помощью которых осуществляется формирование и проверка ЭЦП. Секретный ключ должен храниться только у владельца и используется для формирования ЭЦП, а открытый ключ служит для проверки ЭЦП и передается Стороне, получающей электронные документы, заверенные ЭЦП. Клиент и Банк хранят в тайне свои секретные ключи и обмениваются друг с другом своими открытыми ключами. По известному открытому ключу невозможно восстановить парный ему секретный ключ.

В дополнительном соглашении установлено, что для обмена информацией в системе Банк-Клиент используются различные ключи - секретный и открытый. Поскольку Дополнительное соглашение было заключено до принятия закона 63-ФЗ от 06.04.2011 "Об электронной подписи" - "ключ электронной подписи", сторонами продолжала использоваться терминология дополнительного соглашения, таким образом, ввиду чего, довод истца с учетом положений 63-ФЗ от 06.04.2011 " Об электронной подписи " и ст. 422 ГК РФ является ошибочным.

Суды также отметили, что п. 3.5. Дополнительного соглашения, установлено, что замена ключей Клиента в порядке, предусмотренном п. 3.1. Соглашения. Таким образом, Дополнительным соглашением установлено, что замена ключей ЭП это процесс выдачи создания банком сертификата открытого ключа с последующим получением возможности использования открытого ключа клиента в составе сертификата открытого ключа для проверки подлинности ЭЦП клиента.

Суды также учли, что в ответе на вопрос № 8, эксперты указали: Банком осуществляется только выдача сертификата открытого ключа электронной подписи, который без закрытого ключа Клиента не может быть самостоятельно использован для подписания в электронной форме платежного поручения. В дополнительных пояснениях к данному вопросу эксперты также указали, что имеющийся акт передачи свидетельствует о том, что ответчиком осуществлялась генерация сертификата открытого ключа подписи. При этом для оказания соответствующей услуги закрытый ключ пользователей банку не предоставляется, так как в этом нет технической необходимости.

Следовательно, именно открытый ключ был передан Банком Клиенту, что и подтверждается актом, представленным в материалы дела. При этом Банк прямо указывает на то, что представленный в дело USB-носитель не является доказательством генерации Банком закрытого (секретного) ключа.

Кроме того, комиссия списана Банком за стандартные действия, что само по себе свидетельствует о том, что данная процедура является обычной, в рамках взаимоотношений Банка и Клиента при использовании ДБО.

В соответствии с ч. 1 ст. 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

В соответствии со ст. 854 ГК РФ списание денежных средств с банковского счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

В силу п. 1 ст. 847 ГК РФ права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета.

В соответствии с ч. 3 ст. 847 ГК РФ, договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и другими документами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (п. 2 ст. 160 ГК РФ), кодов, паролей и иных средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным, на это лицом.

Проверка электронной подписи на документе, поступившем от Клиента в Банк с использованием системы дистанционного банковского обслуживания, производится системой банка в автоматическом режиме. Для проверки ЭЦП Клиента Системой используется определенный криптографический модуль, который устанавливается на стороне Банка, и сертифицируется уполномоченными государственными органами.

В ходе проверки документов, подписанных ЭЦП Клиента и отправленных по системе дистанционного банковского обслуживания, Система проверяет:

-  сертификат, с помощью которого сформирована ЭЦП Клиента, а также привязанность в Системе сертификата конкретному Клиенту. Сертификат не может работать корректно без парного ему закрытого ключа, который хранится только у Клиента. Следовательно, в случае не соответствия сертификата и закрытого ключа Клиента, Система воспримет ЭЦП Клиента как некорректную, Система не примет платежный документ для исполнения.

-  документами, подтверждающими признание Системой подпись Клиента на платежном поручении надлежащей является документ «свойства документа», в котором указан факт распознания Системой на платежном документе электронной подписи ФИО4 Платежный документ подписан ЭЦП пользователя - ФИО4 16.07.2015 г. в 14:33:22 (время Московское).

Оспариваемое платежное поручение подписано электронной цифровой подписью владельца сертификата подписи - Истца, подлинность и принадлежность электронной цифровой подписи владельцу сертификата подписи Банком была проверена в порядке, установленном законодательством РФ и условиями Дополнительного соглашения.

Банк, принявший платежное поручение плательщика, обязан перечислить соответствующую денежную сумму банку получателя средств для ее зачисления на счет лица, указанного в поручении, в срок, установленный п. 1 ст. 863 ГК РФ.

На основании п. 3 ст. 863 ГК РФ порядок осуществления расчетов платежными поручениями регулируется законом, а также установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота.

Согласно п. 1.1 Положения ЦБ РФ № 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» от 19.06.2012г. (далее - Положение № 383-П) Банки осуществляют перевод денежных средств по банковским счетам в соответствии с федеральным законом и нормативными актами Банка России в рамках применяемой формы безналичных расчетов на основании предусмотренных пп. 1.10 и 1.11 Положения распоряжений о переводе денежных средств, составленных плательщиками. Одной из предусмотренных указанным пунктом Положения №383-П формой безналичного расчета является расчеты платежными поручениями.

Проверка реквизитов перевода осуществляется Банком по средствам проверки неизменности реквизитов распоряжения; отсутствия в них внесенных помарок/ исправлений (п. 2.4 Положения №383-П); проверки наличия установленных реквизитов и максимального количества символов в реквизитах распоряжения (п. 2.6 Положения №383-П). В обязанности Банка входит проверка фактического наличия заполненных полей платежного документа, в т.ч. верно указанное количество знаков соответствующего заполненного поля. При этом ни одним из нормативно-правовых актов не указано, что Банк обязан проверять правильность заполнения реквизитов платежного документа (т.е. фактическое соответствие реквизитов и принадлежность их определенному юридическому либо физическому лицу).

Банк осуществляет перевод денежных средств по банковским счетам в соответствии с федеральным законом и нормативными актами Банка России. Банки не вмешиваются в отношения клиентов (п. 1.25 указанного Положения).

Следовательно, ответственность за правильность заполнения реквизитов расчетно-платежных документов возлагается на должностных лиц организаций, составляющих соответствующий документ, а не на Банк.

Таким образом, Банк не несет ответственности за неверное указание Клиентом реквизита - КПП Плательщика. Данное обстоятельство не является препятствием для принятия Банком к исполнению платежного документа плательщика.

Под убытками в силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ следует понимать расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличия убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, требование о взыскании убытков может быть удовлетворено, только если доказана совокупность следующих условий: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершение незаконных действий или бездействие), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер убытков.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

Суды отметили, что лицо, чьими действиями был причинен ущерб, не установлено; доказательств, подтверждающих причинение ущерба именно в результате действий (бездействия) ответчика и свидетельствующих о противоправности его поведения, а также наличия причинно-следственной связи между такими противоправными действиями и причинением ущерба истец не представил. Представленное в дело экспертное заключение не опровергает первоначальных выводов, полученных банком в результате проведенной по заявлению истца проверки. Следовательно, сам факт уклонения Банка от создания согласительной   комиссии,   с   учетом   имеющихся   в   деле   доказательств   не   может свидетельствовать о виновности банка, а равно как и не может быть положен в основу решения о привлечении ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания суммы убытков.

Позиция истца сводится к тому, что Банк несет ответственность за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами, в то время как из Дополнительного соглашения (п. 4.1.) следует, что Клиент признает, что получение Банком зашифрованных электронных документов, подписанных ЭЦП Клиента в порядке, установленным Соглашением, эквивалентно получению документов на бумажном носителе, заверенных двумя подписями из карточки с образцами подписей и оттиском печати Клиента, и является необходимым и достаточным условием, позволяющим установить, что электронный документ исходит от Клиента. Как указано судами и подтверждается материалами дела, входы в систему ДБО осуществлялись от имени истца, платежный документ подписан ЭЦП Истца, система обрабатывающая поступающие электронные документы не имела оснований для отклонения спорного платежного поручения, поскольку все необходимые атрибуты, как пользователя системы, так и проверки ЭЦП ФИО4, в том числе, открытого и закрытого ключа были подлинными и корректными. Следовательно, оснований для признания платежа, как поступившего от неуполномоченного лица у Банка не имелось.

Выводы экспертов подтверждают результаты проверки проведенной банком, в результате которой установлено отсутствие попытки несанкционированного доступа к Системе, и компрометации ключей ЭЦП.

В настоящем деле Обществом не представлены доказательства, подтверждающие факт возникновения убытков именно вследствие действий Банка, также Обществом не доказана причинно-следственная связь между действиями Банка и понесенными им убытками.

Принимая во внимание, что на момент списания денежных средств Банк руководствовался действующим законодательством Российской Федерации и условиями договора, суды пришли к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, поскольку истцом не доказана вина ответчика.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Суд правильно применил нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 19.12.2017, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2018 по делу № А40-226187/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения

 

Председательствующий-судья                                      В.Я. Голобородько

 

Судьи:                                                                                  О.Н.Савина

 

                                                                                              Л.В. Михайлова