Арбитражный суд Липецкой области Пл. Петра Великого, 7, г.Липецк, 398019  http://lipetsk.arbitr.ru, e-mail: info@lipetsk.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А36-7737/2022

г. Липецк

23 мая 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 16 мая 2023 г. Полный текст решения изготовлен 23 мая 2023 г. 

Арбитражный суд Липецкой области в составе судьи Мещеряковой Я.Р., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Трухачевой А.Э., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление 

компании ФИО1 Ко., Лтд (Alpha Group Co., Ltd) (Провинция Гуандун, г. Шантьоу,  район Чэнхай, ул. Вэнгуань, Чжундань, промышленный парк Ауди; адрес для направления  корреспонденции: 344007, г.Ростов-на-Дону, а/я 9067)  

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП  304481126400058, ИНН 

<

***>)  

о взыскании 70 000 руб., при участии в судебном заседании: от истца: представитель не явился, от ответчика: представитель не явился, 

УСТАНОВИЛ:

Компания ФИО1 Ко., Лтд (Alpha Group Co., Ltd) (далее – истец) обратилось в  арбитражный суд с исковым заявлением индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – предприниматель ФИО3, ответчик) о взыскании  50000 руб. компенсации за нарушение прав на использование товарного знака № 738594.  

Кроме того, истец просил взыскать с ответчика судебные расходы по оплате  госпошлины в сумме 2000 руб., расходы за приобретение контрафактного товара в сумме 560  руб., расходы, понесенные за получение выписки из Единого государственного реестра  индивидуальных предпринимателей, в сумме 200 руб. и почтовые расходы в сумме 211 руб.  

Определением от 12.09.2022г. исковое заявление принято к рассмотрению в порядке  упрощенного производства. Соответствующая информация в установленные сроки была  размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети  «Интернет».  

От предпринимателя ФИО3 03.10.2022г. поступил отзыв с возражениями на  исковое заявление, в котором в том числе указано, что данный предприниматель не  осуществляет и не осуществлял розничную торговлю играми и игрушками, а  представленный истцом, в качестве доказательства приобретения контрафактного товара у  ответчика, чек не выдавался ответчиком.  

Определением от 07.11.2022г. суд перешел к рассмотрению иска по общим правилам  искового производства в связи с необходимостью исследования дополнительных  доказательств.  

Кроме того, определением от 07.11.2022г. суд в порядке статьи 66 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации истребовал у Управления Федеральной  налоговой службы Липецкой области и ПАО «Сбербанк России» сведения о том, кем  осуществляется хозяйственная деятельность с использованием терминала № 21284362 и  принадлежности указанного терминала конкретному лицу соответственно.  

Во исполнение названного определения налоговый орган указал, что в период с  31.03.2021г. по 01.05.2021г. какие-либо помещения по адресу реализации спорного товара не  сдавались в аренду, магазин «Игрушки» отсутствовал.  

ПАО «Сбербанк России» 09.01.2023г. в ответе сообщило о принадлежности спорных  терминала и мерчанта предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>). Кроме того,  ПАО «Сбербанк России» в ответе от 13.12.2022г. пояснило, что получателем денежных  средств в сумме 1600 руб. по операции от 26.04.2021г. является физическое лицо, не  установленное в автоматизированной системе ПАО Сбербанк (указанный ответ от  13.12.2022г. № ЗНО0259466723 не размещен в электронном сервисе «Картотека арбитражных  дел» в сети «Интернет», поскольку предоставляемая банком информация является  банковской тайной (статья 26 Федерального закона от 02.12.1990г. № 1990 № 395-1 «О банках  и банковской деятельности»).  

С учетом поступивших документов определением от 21.03.2023г. суд удовлетворил  ходатайство истца и в порядке статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации произвел замену ненадлежащего ответчика – предпринимателя ФИО3,  на надлежащего – индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее –  предприниматель ФИО2).  

В судебное заседание не явились извещенные в установленном порядке  представители сторон. Факт надлежащего извещения подтверждается имеющимися в деле  документами. Кроме того, информация о месте и времени рассмотрения дела размещалась в  «Картотеке арбитражных дел». При таких обстоятельствах суд проводит судебное заседание  в отсутствие представителей сторон (ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

От истца 12.05.2023 г. по системе «Мой арбитр» поступило заявление о рассмотрении  дела в отсутствие представителя.  

До начала судебного заседания от предпринимателя ФИО2 поступило  ходатайство о снижение размера компенсации в связи с тем, что стоимость спорного товара  составила 560 руб., нарушение не носило грубый характер, а сумма заявленной компенсации  многократно превышает размер причиненных убытков.  

К названному ходатайству каких-либо документов ответчиком не приложено. Изучив материалы дела, суд установил следующее. 

ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального  предпринимателя 20.09.2021г. Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы   № 4 по Липецкой области, о чем в Единый государственный реестр индивидуальных  предпринимателей внесена запись с присвоением основного государственного  регистрационного номера индивидуального предпринимателя 304481126400058,  идентификационный номер налогоплательщика (ИНН) - 

<

***>.  

Из материалов дела усматривается, что представитель истца 26.04.2021г. в магазине  «Игрушки» по адресу: 

<

...>, приобрел товар:  «игрушку», на упаковку которого нанесена надпись «Дикие скричеры» (л.д. 13-15, 40). При  этом указанный товар выполнен в виде объемной игрушки.  

Согласно представленным сведениям из Федеральной службы по интеллектуальной  собственности истец является правообладателем товарного знака № 738594 (дата  регистрации 10.12.2019г.), представляющего собой буквенное изображение и обладающее  правовой охраной в отношении товаров и услуг 28 класса Международной классификации  товаров и услуг, включающего игрушки.  

26.04.2021г. представителем истца в магазине «Игрушки», расположенном по адресу  

<

...>, был приобретен товар – игровой набор  «Дикие скричеры», стоимостью 560 руб., на упаковку которого нанесена надпись «Дикие  скричеры».  

В подтверждение продажи спорного товара ответчиком был выдан чек безналичной  оплаты, содержащий дату продажи – 26.04.2021г., адрес: г. Лебедянь, Лебедянский район, ул.  Мира, дом 14, а также указан номер терминала – 21284362, и мерчант: - 351000007990 (л.д.  16, 39).  

В ходе рассмотрения дела ответчиком – предпринимателем ФИО2, факт  реализации спорного товара не оспаривался.  

Ссылаясь на то, что ответчик, осуществляя реализацию товара, на котором имеются  изображения, права на которые принадлежат истцу, нарушил принадлежащие истцу  исключительные права, он обратился в арбитражный суд с настоящим иском.  

Оценив представленные доказательства, суд считает, что требование истца подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.  

Согласно пункту 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации  результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами  индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым  предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).  

Положениями пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным  правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации  (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему  усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может  распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на  средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим  лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за  исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их  использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование  осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет  ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением  

случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается  указанным Кодексом.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у  судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об  авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне  надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права  или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение  им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав.  Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных  прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.  

Как следует из пункта 13 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007г. № 122 «Обзор практики  рассмотрения судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной  собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом  факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос  о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах  истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и  специальных знаний не требует. Обозначение (изображение) является сходным до степени  смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их  отдельные отличия.  

Проанализировав представленные доказательства – приобретенный истцом товар,  содержит изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком, права на которые  принадлежат истцу, поскольку имеется визуальное и графическое сходство, сходство  внешней формы и одинаковое смысловое значение.  

01.06.2020 между ООО «Росмэн» и компанией Alpha Group Co Ltd заключен договор об  отчуждении исключительного права на товарный знак № 738594, о чем внесена запись в  государственный реестр.  

Спорный товар, содержащий изображение сходное до степени смешения с товарным  знаком № 738594, реализован 26.04.2021г., то есть после даты регистрации названного  договора, в связи с чем истец обладает правомочиями на обращение в суд с  соответствующими требованиями.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации для  отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо  возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение  указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта  правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права,  освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.  

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным  Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом  требований разумности и справедливости.  

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения  убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей,  определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере  стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном  размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены,  которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака.  

Согласно положениям пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.04.2019г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской  Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу,  определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской  Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).  

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти  миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами  доказательств не выше заявленного истцом требования.  

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение  (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства,  обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149  ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт  нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149  ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).  

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При  определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с  объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного  нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или  третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим  правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины  нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно  неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли  использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации,  права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной  деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и  справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

При этом если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов  интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой:  произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и  наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец,  компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (п. 63  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019г. № 10 «О применении части  четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные сторонами доводы и  представленные в материалы дела доказательства, суд считает, что требования истца о  

выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки и изображения  персонажей подлежат удовлетворению.  

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, если  иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе  условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель  (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей  форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, электронного  или иного документа, подтверждающего оплату товара.  

Факт нарушения исключительных прав истца ответчиком ввиду реализации без  согласия правообладателя товара подтвержден кассовым чеком и видеозаписью,  последовательно отображающей процесс покупки данного товара у ответчика, и не  оспаривался ответчиком в ходе рассмотрения дела. Внешний вид спорного товара, а также  изображение чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально совпадают с  соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела  

Положениями частей 1, 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации определено, что доказательствами по делу являются полученные в  предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и  другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых  арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих  требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие  значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются  письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле,  заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и  материалы.  

К доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные,  истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом ( ч. 2 ст.  89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно  открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от  использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что  соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует  части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и  свободы всеми способами, не запрещенными законом.  

Заявлений о фальсификации доказательств ответчиком в ходе рассмотрения дела  сделано не было.  

Факт реализации спорного товара предпринимателем ФИО2 в ходе  рассмотрения дела не оспаривался.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации,  если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или  ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении  предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что  надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть  чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.  

Исходя из изложенного, предприниматель не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности, в том числе в связи с отсутствием его вины, поскольку его  деятельность является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и  возможных негативных последствий, ей присущих. Аналогичная правовая позиция изложена  в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  20.11.2012 № 8953/12 по делу № А40-82533/2011.  

Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении размера заявленной ко взысканию  компенсации, суд полагает его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.  

В обоснование снижения размера компенсации ответчик ссылается на стоимость  спорного товара – 560 руб., а также на то, что товар не являлся существенной частью в  предпринимательской деятельности, нарушение прав истца не носило грубый характер,  истец не понес значительных убытков вследствие неправомерных действий ответчика, а  сумма компенсации многократно превышает размер причиненных убытков.  

Как видно из информации, размещенной в «Картотеке арбитражных дел», подобное  нарушение совершено ответчиком не впервые, предприниматель ФИО2 привлекался к  гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав иных  правообладателей в период с 2020г. по настоящий момент 7 раз (дела № А36-1317/2013, №  А36-7938/2022, № А36-7531/2022, № А36-4328/2022, № А36-439/2021, № А36-5444/2020,   № А36-5436/2020).  

Привлечение ответчика к ответственности за аналогичные нарушения указывает на  его осведомленность о нарушении исключительных прав истца и систематичность их  нарушения (правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской  Федерации от 18.01.2018г. № 305-ЭС17-14355, от 23.08.2018г. № 305-ЭС18-4819 и № 305- ЭС18-4822, от 17.05.2019г. № 305-ЭС18-25888, постановлении Суда по интеллектуальным  правам от 22.05.2020г. по делу № А60-40905/2019).  

Кроме того, предприниматель, являясь субъектом предпринимательской  деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от нее требовалась при  данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им  продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и  принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.  

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным  соблюдение исключительных прав истца на товарные знаки, предпринимателем в материалы  дела не представлено.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении № 28-П от  13.12.2016г., в силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности,  обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в  возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на  результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами  и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней  мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной  выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской  деятельности.  

С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления  специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты  интеллектуальной собственности, Гражданский кодекс Российской Федерации  

предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для  отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты  соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера  причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности  факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации,  определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьями  1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с  учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права  на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации,  размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.  

Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица,  чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено,  компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему  убытков. Допущение законом такой возможности - тем более принимая во внимание  затруднительность определения размера убытков в каждом конкретном случае  правонарушения - нельзя признать мерой, несовместимой с основными началами  гражданского законодательства, не исключающего, в частности, при определении  ответственности за нарушение обязательств взыскание с должника убытков в полной сумме  сверх неустойки (пункт 1 статьи 394 ГК Российской Федерации) и предусматривающего в  качестве одного из способов защиты нарушенных гражданских прав, помимо возмещения  убытков, возможность установления законом или договором обязанности причинителя вреда  выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1 статьи 1064 ГК  Российской Федерации).  

Вводя штрафную по своей природе ответственность за нарушение прав на результаты  интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, федеральный законодатель не  только учитывал объективные трудности в оценке причиненных правообладателю убытков,  но и руководствовался необходимостью - в контексте правовой политики государства по  охране интеллектуальной собственности - общей превенции соответствующих  правонарушений. Наряду с мерами публично-правовой ответственности, предусмотренными  уголовным законодательством и законодательством об административных правонарушениях,  предоставление частным лицам - правообладателям возможности требовать взыскания с  правонарушителей компенсации за незаконное использование исключительных прав на  объекты интеллектуальной собственности, размер которой может превышать размер  понесенных ими убытков, имеет целью реализацию предписаний статьи 44 (часть 1)  Конституции Российской Федерации и выполнение Российской Федерацией принятых на  себя международных обязательств.  

В исключение из общего правила, согласно которому предусмотренные Гражданским  кодексом Российской Федерации меры ответственности за нарушение интеллектуальных  прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, меры ответственности за  нарушение интеллектуальных прав, допущенное при осуществлении предпринимательской  деятельности, предусмотренные пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и, соответственно,  его статьями 1301 и 1311, а также пунктом 4 статьи 1515, подлежат применению независимо  от вины нарушителя, если только он не докажет, что нарушение произошло вследствие  

непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях  обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 ГК Российской Федерации).  

Такой подход, используемый федеральным законодателем и при регулировании  ответственности за неисполнение обязательств, связанных с осуществлением  предпринимательской деятельности (пункт 3 статьи 401 ГК Российской Федерации),  согласуется с понятием предпринимательской деятельности как самостоятельной,  осуществляемой на свой риск деятельности, направленной на систематическое получение  прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания  услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке  (пункт 1 статьи 2 ГК Российской Федерации). При этом к лицам, осуществляющим  предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов  интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не  принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых  рассматривается как виновное поведение.  

Соответственно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по  продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем  чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно  получить необходимую информацию от своих контрагентов.  

При этом нет оснований полагать, что статьями 1301, 1311 и пунктом 4 статьи 1515  Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как и другими, связанными с ними  нормами гражданского законодательства не учитывается принцип соразмерности  ответственности совершенному правонарушению: абзац второй пункта 3 статьи 1252  Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает суд определять размер подлежащей  взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах,  установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных  обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Тем самым суд,  следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не  лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика -  индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень  разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия,  квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него  несовершеннолетних детей. Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной  Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды  при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не  вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку  иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным  (постановления от 6 июня 1995 года № 7-П, от 13 июня 1996 года № 14-П, от 27 октября 2015  года № 28-П и др.).  

Кроме того, Гражданский кодекс Российской Федерации, как следует из абзаца  третьего пункта 3 его статьи 1252, допускает - при наличии определенных условий и с  учетом характера и последствий нарушения - возможность снижения размера компенсации  ниже предела, установленного подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и  подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, но не более чем до пятидесяти  процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.  

Таким образом, положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и  подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, как  предусматривающие в качестве специального способа защиты исключительных прав на  объекты интеллектуальной собственности предоставление правообладателю возможности в  соответствии с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса требовать по своему выбору от  нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации в случае  нарушения прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации в результате совершения индивидуальным предпринимателем при  осуществлении им предпринимательской деятельности одного противоправного действия, не  противоречат Конституции Российской Федерации.  

Пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с  другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в  числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера  компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов  интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер  компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в  зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований  разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на  соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному  правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов,  установленных данным Кодексом (Постановление Конституционного Суда Российской  Федерации № 28-П от 13.12.2016г.).  

Поскольку ответчиком не доказано наличие оснований для снижения размера  компенсации, то исковые требования подлежат удовлетворению в заявленном размере –  50000 руб.  

Истец также просил взыскать судебные расходы на оплату государственной пошлины  в сумме 2000 руб., 200 руб. расходов по приобретению контрафактного товара, 211 руб.  почтовых услуг.  

По правилу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых  принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

Размер государственной пошлины, исчисленный по правилу подпункта 1 пункта 1  статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, исходя из размера заявленных  требований с учетом их увеличения, составляет 2000 руб. Поскольку при предъявлении иска  истец уплатил в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 2000 руб.,  то указанная сумма подлежит возмещению истцу за счет ответчика в качестве судебных  расходов.  

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде,  относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям,  переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы  на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь  (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в  случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и  

другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в  арбитражном суде.  

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении  издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что понесенные истцом расходы в  связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть  признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для  реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства  соответствуют требованиям относимости и допустимости.  

Поскольку в данном случае приобретение представленного в качестве доказательства  товара было направлено на собирание доказательств, необходимых для реализации права на  обращение в суд и защиты нарушенного права, то указанные расходы подлежат возмещению  истцу за счет ответчика в сумме 200 руб. Кроме того, в ходе рассмотрения дела истцом  понесены расходы на отправку копии искового заявления (105,50 руб.) и претензии (105,50  руб.), что подтверждается почтовыми квитанциями. При таких обстоятельствах почтовые  расходы подлежат возмещению истцу за счет ответчика в заявленном размере – 211 руб.  

Руководствуясь статьями 167-171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд  

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП  304481126400058, ИНН 

<

***>) в пользу Alfa Group Co., Ltd (компании ФИО1  Ко., Лтд; провинция Гуандун, г. Шантьоу, район Чэнхай, ул. Вэнгуань, Чжундань,  промышленный парк Ауди) 50000 рублей компенсации за нарушение исключительных  имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак № 738594; а также  взыскать судебные расходы в сумме 2411 руб.  

Вещественное доказательство – «игровой набор «Дикие скричеры»», уничтожить  после вступления решения суда в законную силу и истечения срока установленного на его  обжалование в кассационном порядке.  

Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента изготовления в  полном объеме и в этот срок может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный  апелляционный суд (г. Воронеж) через Арбитражный суд Липецкой области.  

Судья Я.Р. Мещерякова  

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 27.01.2023 9:28:00

Кому выдана Мещерякова Яна Робертовна